Стратегия национальной безопасности США
Наиболее противоречивый аспект большой стратегии администрации Буша связан с доктриной превентивных действий, сформулированной в речи президента в Вест-Пойнте в июне 2002 г., затем в меморандуме «Стратегия национальной безопасности США» (СНБ), опубликованном в сентябре 2002 г. (50). Все администрации неизбежно выпускают подобные документы, содержащие основополагающие доктрины. По большей части эти документы рутинны, скучны и переходят в архивы истории незамеченными. А вот о тезисах администрации Буша этого сказать нельзя.
На первый взгляд, в меморандуме о СНБ нет ничего исключительного. В нем перечисляются стандартные цели американской внешней политики: поддержка свободных демократических правительств во всем мире, всемирная система свободной торговли. Самым знаменательным новшеством стало заявление о том, о чем говорилось выше: к негосударственным террористическим организациям, обладающим ОМП, нельзя подходить с обычными средствами сдерживания и устрашения. В меморандуме о СНБ говорится: «Жесточайшая опасность для нашей нации лежит на перекрестье радикализма и технологии. Наши враги открыто заявляют, что добиваются обладанием ОМП, и опыт доказывает, что они со всей решимостью идут к своей цели. Соединенные Штаты не могут допустить, чтобы эти усилия увенчались успехом... Руководствуясь здравым смыслом и интересами самообороны, Америка будет действовать против источников такой угрозы еще до того, как они успеют окончательно сформироваться» (51). Далее в документе о СНБ говорится, что Соединенные Штаты были бы рады действовать в рамках традиционных союзов и международных институтов там, где это возможно, но если им не удастся достичь согласия международного сообщества на защиту своей страны от потенциально катастрофических последствий террора, они будут вынуждены прибегнуть к тактике «коалиции желающих».
Ни превентивные удары, ни односторонность не явились новостью в истории американской внешней политики. Джон Льюис Гэддис показал, что превентивность (зачастую односторонняя превентивность) использовалась американскими правительствами с начала XIX века. Несколько раз такая возможность всерьез рассматривалась в период «холодной войны» (52). Администрация Эйзенхауэра обсуждала стратегию превентивного «отхода» в первой половине 1950-х гг., а администрация Кеннеди предусматривала использование превентивных действий для разрешения в ходе Карибского кризиса, вызванного размещением советских ракет среднего радиуса действия на Кубе.
Революционным в меморандуме о СНБ было распространение традиционных понятий о предупреждающих действиях на концепцию превентивной войны. Предупредительные акции обычно понимались как право на усилия по предотвращению надвигающегося военного нападения, тогда как превентивная война — это военная операция, направленная на устранение угрозы, до осуществления которой еще остаются месяцы, а то и годы.
Администрация Буша заявила, что в век вооруженных ядерным оружием террористических организаций разграничение между предупреждающими акциями и превентивной войной устарело, и строгое определение этих категорий должно стать шире (53).
Соединенные Штаты время от времени имеют необходимость вторжения на территорию иностранных государств и создавать такую политическую обстановку, которая помогала бы предотвратить террористические акции. Таким образом, отбрасываются принятые еще в Вестфалии* представления о необходимости уважать государственный суверенитет и иметь дело с существующими правительствами. Молчаливо принимается положение неоконсерваторов о важности режимов и оправданности гуманитарных интервенций, предпринятых в течение 1990-х гг.