Как соотносятся медитация и психотерапия? Изменяет ли медитация ход психологического развития? Если существуют стадии духовного роста, то можно ли их ускорить? В любом случае, какое именно воздействие оказывает медитация?
Чарльз Александер пользуется большим авторитетом в трансперсональной психологии развития уже много лет, начиная с защиты в 1982 году Гарварде своей докторской диссертации, посвященной развитию эго и изменениям личности у заключенных, практикующих трансперсональную медитацию. Я всегда высоко ценил его работу, и меня особенно восхищает изобилие исследовательских и эмпирических данных, которое он всегда привносит в решение задачи. Вместо того, чтобы только рассуждать о «новой парадигме», он и его коллеги действительно собирали данные, накапливали свидетельства и предлагали практические рекомендации для достижения высших уровней развития (например, медитацию), без которых досужие разговоры о новой парадигме просто бесполезны.
Кроме того, в отличие от большинства учителей медитации в этой стране, Александер и его коллеги использовали в своей работе стандартные тесты, связанные с различными линиями Развития (включая тест Левингер на развитие эго, тест Кольберга на моральное развитие, тесты на способность к интимным отношениям, альтруизму и так далее). Предлагая эти тесты в группах людей, практикующих медитацию, они получили чрезвычайно важные и информативные результаты. Значение этой линии исследований просто неоценимо.1
В книге «Рост высших стадий сознания: ведическая психология человеческого развития Махариши» Александер и др. представляют свою модель общих стадий развития сознания. Они отмечают, что «модель Уилбера, хотя она и независимо выведена из широкого спектра восточных и западных традиций, в особенности, обладает определенным сходством с нашей моделью».2
Я бы хотел продолжить наше обсуждение именно в рамках этого широкого диапазона согласия, однако сосредоточиваясь, по большей части, на некоторых деталях наших расхождений. Тем не менее я закончу этот раздел, как обычно, подтверждением наших многочисленных общих сторон.
На мой взгляд, одно из главных затруднений их общей модели связано со смешением временных состояний, устойчивых структур и переходных стадий.
Их модель недвусмысленно основывается на ведической (точнее говоря, ведантической) концепции пяти коша или пяти оболочек — материи, праны/желания, низшего или конкретного ума, высшего ума, или интеллекта, и трансцендентальной интуиции, за пределами которых находятся ахамкара (основа или корень ощущения отдельной самости, предельное ограничение осознания), затем чистая Самость (каузальное) и, наконец, высшее Недуальное (Брахман-Атман). Это, разумеется, еще одна версия Великой Холархии Бытия и Сознания — спектра базовых структур сознания — и я, естественно, в значительной мере согласен с этим базовым спектром.3 Они утверждают, что эти базовые уровни универсальны и неизменны, и что, возникая, они продолжают существовать и иерархически интегрируются в последующее развитие.
Фактически, схема Александера и др. в точности совпадает с той, что предлагалась в «Проекте Атман», а именно, что развитие идет иерархически от физического к сенсомоторному, космическому и предельному сознанию, и при этом каждая стадия дифференцируется от предшествующих стадий и затем интегрирует их в себе: «Согласно нашей модели периода жизни, во время роста от сенсомоторного периода до космического сознания, выделяются все более глубокие уровни [сознания], но каждый из них продолжает действовать на своем специфическом уровне развития, в то время претерпевая иерархическую реорганизацию во все более интегрированном целом».4
Но затем они делают два, на мой взгляд, неудачных теоретических хода: они пытаются превратить эти уровни сознания также и в главные линии развития (они пытаются выводить все свои важные потоки из своих волн) и далее смешивают различные переходные состояния и стадии с этими устойчивыми иерархическими уровнями.
Первая трудность заключается в том, что они берут свои уровни развития (уровень 1: сенсомоторика; уровень 2: прана-желание; уровень 3: репрезентативный ум; уровень 4: абстрактный ум; уровень 5: трансцендентальная интуиция; уровень 6: самость или эго; уровень 7: чистая Самость) — и пытаются превратить их также и в важные линии развития, так что все, чего нет на этих уровнях, также не проявляется и в качестве линий. Очевидно, что музыка — это не особый уровень сознания, равно как и этика, эстетика, танец, объектные отношения, потребности, мировоззрения и так далее. Все это линии, а не уровни, и потому, если вы пытаетесь заставить свои уровни одновременно выполнять функцию основных линий, вы будете вынуждены игнорировать все эти реальные линии — что именно и делают Александер и др.5
Я вполне согласен с Александером и др., когда они утверждают, что «все познание в сферах когнитивного, социального и морального развития является функцией глубины развертывания сознательной осведомленности»*, но, фактически, в их модели нет таких областей, как моральная и социальная (или областей музыки, танца, художественного творчества и т.п.), поскольку их сферы — это не что иное, как горизонтальное развертывание их вертикальных базовых структур. Вот почему на диаграмме, иллюстрирующей их модель, нет ничего, хотя бы отдаленно соответствующего морали, межличностному, художественному творчеству, мировоззрению, музыке, танцу и так далее.
Более того, эта путаница затем переходит в путаницу между устойчивыми базовыми структурами или уровнями сознания — которые действительно иерархически интегрируются, как указывают авторы — и различными переходными структурами, которые развиваются вокруг этих базовых уровней, и которые не столько интегрируются, сколько замещаются. Александер и др. путают переходное с устойчивым, и это порой делает их объяснение развития непоследовательным.
Например, когда авторы заявляют, что «даже в космическом сознании может сохраняться сенсорное восприятие, хотя оно свидетельствуется с уровня Самости», это безусловно верно — базовые структуры в значительной степени сохраняются (хотя и интегрируются). Однако на уровне Самости вы не имеете и не можете иметь равного доступа к моральным структурам стадии 1: их давно нет, они были так основательно дифференцированы и интегрированы, что, в основном, утеряны в любой своей первоначальной форме. У вас к ним нет абсолютно никакого доступа на уровне космического сознания! И поскольку модель упомянутых авторов основывается на одном лишь иерархическом включении, она оказывается в значительной мере беспомощной в этих важнейших областях.
Короче говоря, я полагаю, что несмотря на многие глубокие и важные аспекты модели Александера и др., авторы, к несчастью, пытаются превратить свои уровни сознания также и в главные линии развития, и эта избыточность искажает оба понятия, вынуждая их смешивать устойчивые и переходные структуры.6
Постоянство субъекта
Теперь давайте взглянем на самость, которая преодолевает базовые уровни сознания.
«Мы предполагаем, что первичный механизм развития состоит в спонтанном смещении локуса сознательной осведомленности на все более глубокие уровни, внутренне присущие уму».7 На мой взгляд, этим «локусом сознательной осведомленности», который смещается с уровня на уровень является самость (или система самости, локус непосредственной самотождественности. Это чистая Самость (или сознание как таковое), отождествляющееся с конкретным и ограниченным уровнем своего собственного проявления. По формулировке авторов (с которой я согласен): «Безграничная Самость, проецируя себя через доступную в данный момент структуру ума [уровень сознания], становится внедренной в эту структуру или ограниченной ее пределами и, потому, приобретает статус «ограниченного Я» или самости».8
Они также называют эту ограниченную самость особенно подходящим термином «размещение осознания». Согласно моей модели, это размещение непосредственной самотождественности, реальные позиции самоощущения, этапы «я» на его пути к «Я-Я» или чистому Очевидцу. В этом эволюционном развертывании чистое Свидетельствование устойчиво достигается на каузальном уровне, и авторы называют устойчивое обретение этого чистого Свидетельствования «постоянством субъекта». По их мнению (и я с ними согласен), подобно тому, как обретение неизменности объекта (способности непрерывно отслеживать объекты) отмечает великий переход от дорепрезентативной сферы (сенсомоторного/грубого) к репрезентативной сфере (ментальное/тонкое), так и обретение устойчивого Свидетельствования или постоянства субъекта знаменует великий переход от репрезентативной к пострепрезентативной (каузальной) сфере*. (И пожалуйста, никаких буддийских возражений: это постоянство Самости — просто непрерывная внимательность, которая открывает, что все объекты лишены самости — постоянство Самости представляет собой осознание не-самости)**.
Это «постоянство субъекта» представляет собой неизменное состояние свидетельствования, непрерывно переносимое через состояния бодрствования, сна и глубокого сна. Я полностью согласен, что это постоянство служит предпосылкой и обязательным условием полной реализации недуальной Таковости (и если вы переживаете опыт этого постоянства, он безошибочно оказывается самоотнесенным, пострепрезентативным, недуальным, самоудостоверяющим, самосуществующим и самоосвобождающим).
Что касается «ограниченного Я» или непосредственного самоощущения, авторы также называют его «преобладающим локусом функционального осознания». Центральная динамика их модели заключается в отождествлении неограниченной Самости с конкретным уровнем сознания (который порождает «ограниченную самость») с последующим разотождествлением с этим уровнем (и отождествлением со следующим, более глубоким/высоким уровнем), пока Самость снова не пробудится в качестве Себя Самой. По их словам, «согласно этой точке зрения, предельный статус познающего — это всегда чистое сознание. Тем не менее, в процессе опыта осознание становится локализованным в качестве индивидуального [самости] и отождествляется с процессами текущего доминантного уровня [сознания] (то есть оно неспособно четко дистанцироваться и отмежеваться от этого процесса)».9
Это именно та динамика, которая подробно разъясняется в «Проекте Атман», и, прежде чем двинуться дальше, было бы полезно кратко рассмотреть эту динамику.
Глава 10 «Проекта Атман» начинается так: «Эта глава — самая важная в книге — будет короткой и сжатой, поскольку я предпочитаю, чтобы ее главные положения, простые сами по себе, воспринимались независимо друг от друга и от всего остального. Ибо при рассмотрении общих стадий развития меня больше всего удивляло именно то, что несмотря на совершенно разное содержание каждой из линий развития по форме они очень похожи. Форма развития, форма трансформации — вот, насколько я могу судить, неизменная постоянная от утробного состояния до самого Бога».
Я намечаю эту форму в нескольких абзацах, которые я для удобства просто приведу дословно. Вот остальная часть этой главы:
На каждой стадии структура более высокого порядка — более сложная и потому более объединенная — возникает посредством дифференциации предыдущего уровня более низкого порядка... Эта структура более высокого порядка вводится в сознание, и рано или поздно (это может случиться почти немедленно или же через весьма продолжительное время) самость отождествляется с появившейся структурой. Например, когда тело возникло из плеромного слияния с материальным миром, сознание впервые стало телесной самостью, а, значит, отождествилось с телом. Самость уже больше не была привязана к плеромному состоянию, но была связана с телом. Как только в сознании возник язык, начался переход от чисто биологической телесной самости к синтаксическому эго — самость, в конечном счете, отождествлялась с языком и действовала как синтаксическая самость. Теперь она уже не была привязана исключительно к телу, но была связана с ментальным эго. Точно так же в продвинутой эволюции возникает Архетип божества, и после его введения в сознание (в тонкой сфере), самость отождествляется с этим Божеством и как это Божество, и действует, исходя из этого отождествления. Тогда самость уже не привязана исключительно к эго, но привязана к своему собственному Архетипу. Дело в том, что вслед за возникновением каждой структуры более высокого порядка самость рано или поздно отождествляется с ней, и это нормально, естественно и так, как должно быть.
Однако с продолжением эволюции каждый уровень, в свою очередь, дифференцируется от самости. То есть самость, в итоге, разотождествляется со своей текущей структурой, чтобы отождествиться со следующей возникающей структурой более высокого порядка. Точнее (и это очень важная техническая деталь), мы говорим, что самость освобождается от исключительного отождествления с более низкой структурой. Она не отбрасывает эту структуру полностью, она просто больше не отождествляется исключительно с ней. Суть в том, что благодаря такой дифференциации, она трансцендирует эту структуру (не уничтожая ее), и, таким образом, может оперировать этой более низкой структурой, используя инструменты новой возникающей структуры.
Так, когда телесное эго дифференцировалось от материального окружения, у него появилась возможность оперировать окружением при помощи инструментов самого тела (таких как мышцы). А эго-ум, отделившись от тела, мог оперировать телом и миром при помощи своих инструментов (понятий, синтаксиса и так далее). А тонкая самость, дифференцируясь от эго-ума, получает возможность оперировать умом, телом и миром, используя свои структуры (пси, сиддхи), и так далее.
Следовательно, на каждом этапе роста или развития мы обнаруживаем, что (1) в сознании возникает структура более высокого порядка; (2) самость отождествляет свое бытие с этой более высокой структурой; (3) рано или поздно возникает структура еще более высокого порядка; (4) самость разотождествляется с более низкой структурой и переносит свою непосредственную тождественность на более высокую; (5) тем самым сознание трансцендирует более низкую структуру; (6) оно становится способным оперировать ей с более высокого уровня; (7) так что все предыдущие уровни могут быть интегрированы в сознании, и, в конечном счете, в высшем Сознании. Мы отмечали, что каждая последующая структура более высокого порядка более сложна, более организована и в большей степени объединена — и эволюция продолжается, пока не останется лишь одно Единство, предельное во всех направлениях, после чего эволюционная сила истощается, и настает совершенное освобождение в Сиянии Света, единство со всем Мировым Потоком.
Всякий раз, когда человек вспоминает какую-то глубинную структуру более высокого порядка, в нее входит структура более низкого порядка. То есть на каждом этапе эволюции то, что было целым на одном уровне, становится лишь частью целого более высокого порядка на следующем. Например, мы видели, что на ранних стадиях роста все самоощущение составляет тело — то есть телесное эго. Однако, с возникновением и развитием ума чувство самотождественности переносится на ум, а тело становится просто одним из аспектов, одной частью тотальной самости. Аналогичным образом, при возникновении тонкого уровня, ум и тело, которые вместе составляли всю систему самости, становятся просто аспектами или частями новой и более объемлющей самости (то есть при каждом переходе непосредственная самость становится периферической — просто частью новой совокупной самости).
Точно так же мы можем сказать, что на каждом этапе эволюции или вспоминания (анамнезиса) форма самости становится просто компонентом самости более высокого порядка (например, до возникновения ума формой самости было тело, а после этого оно становится частью самости). Это можно выразить несколькими различными способами, каждый из которых говорит нам нечто важное о развитии, эволюции и трансценденции: (1) то, что является целым, становится частью; (2) то, что является отождествлением, становится отстранением; (3) контекст становится содержанием (то есть контекст познания/опыта на одном уровне становится просто содержанием опыта на следующем); (4) то, что является фоном, становится фигурой (которая высвобождает фон более высокого порядка); (5) то, что субъективно, становится объективным (до тех пор, пока оба термина не становятся бессмысленными); (6) условие становится элементом (например, ум, который a priori является условием эгоического опыта, становится просто элементом опыта в более высоких областях; как об этом говорилось в «Спектре сознания»: тогда человек смотрит на эти структуры и, следовательно, не использует их в качестве чего-то, посредством чего смотрят на мир — и, таким образом, искажают его).
Каждый из этих пунктов, фактически, представляет собой определение трансценденции. И в то же время каждый является определением какой-то стадии развития. Из чего следует, что первое и второе, по сути, тождественны, а эволюция, как уже было сказано, представляет собой «самореализацию через самотрансценденцию».
Суть здесь в том, что развитие и трансценденция — это два разных слова для обозначения одного и того же процесса. «Трансценденцию» нередко считали чем-то необычным, странным, оккультным или даже психотическим, тогда как на самом деле в ней вообще нет ничего особенного. Когда младенец учится дифференцировать свое тело от окружения, он просто трансцендирует плеромный мир; ребенок, который учится ментальному языку, просто трансцендирует мир и простое тело; человек, медитирующий на тонком уровне, просто трансцендирует мир и тело, и ум; душа, медитирующая на каузальном уровне, трансцендирует мир и тело, и ум, и тонкую сферу. Форма каждого момента роста остается, по сути, той же самой, и это форма трансценденции, форма развития: она описывает плавную кривую от подсознания через самосознание к сверхсознанию, вспоминая, трансцендируя, интегрируя, объединяя все больше и больше, пока не остается лишь то Единство, которое уже всегда было с самого начала, и которое есть альфа и омега путешествия Души сквозь время.
Внедренная самость
Представив это краткое резюме формы развития, я затем обрисовал пять различных типов бессознательных процессов, которые происходят в кильватере самого развития. Я назвал их основное бессознательное, архаическое бессознательное, погружающееся бессознательное, внедренное бессознательное и всплывающее бессознательное. Я лично убежден, что это одно из главных достижений книги, однако здесь я остановлюсь лишь на внедренном бессознательном, поскольку оно непосредственно связано с настоящим обсуждением.
Существенно то, что по мере отождествления с каждым базовым уровнем или волной сознания самость основательно внедряется в эти структуры, сливается с этими структурами, так что их невозможно воспринимать или переживать в качестве объекта. Актуальные субъективные структуры самости на этой стадии бессознательны: они представляют собой внедренное бессознательное. Они составляют часть видящего, и потому их самих невозможно увидеть — во всяком случае, на этом уровне. На следующей стадии самость будет высвобождаться из этих структур (разотождествляться с ними, отстраняться, дифференцироваться, трансцендировать), а затем отождествляться со следующим, более высоким уровнем, который тогда будет составлять внедренную самость, чьи структуры самость не сможет видеть в качестве объекта, и чьи структуры, таким образом, составляют внедренное бессознательное на этой стадии.10 Развитие — это непрерывный процесс внедрения и высвобождения, отождествления и последующего трансцендирования. И нас контролирует все, что мы еще не трансцендировали.
Вскоре после публикации «Проекта Атман» Роберт Киган, в настоящее время главный преподаватель Гарвардской школы повышения квалификации и Массачусеттской школы профессиональной психологии, выпустил воистину великолепную книгу «Эволюционирующая самость». В ней он кратко описал пять основных стадий эволюции самости — инкорпоративную (плеромную), импульсивную (тифоническую), суверенную (магическую), межличностную (мифическую/членскую), институционную/формальную (ментально-эгоическую) и межиндивидуальную/постформальную (соотносительную, зрительно-логическую, кентаврическую). Хотя он не признает никаких пост-постконвенциональных или надличностных стадий, до этого момента между нашими моделями почти совершенное соответствие.
Но что я больше всего оценил в «Эволюционирующей самости» — так это то, что он сделал краеугольным камнем развития концепцию внедренности (которую он разработал независимо, основываясь на работе Шахтеля и Пиаже, которые повлияли и на меня). Вот как он блестяще подытоживает свою концепцию: «Мы начали понимать не только то, каким образом о субъект-объектном балансе можно говорить как о глубинной структуре в эволюции значения, но и то, что в самом процессе эволюции есть нечто закономерное. Рост всегда включает в себя процесс дифференциации, выхода из внедренности и, таким образом создает из прежнего субъекта новый объект, воспринимаемый новой субъективностью. Это движение связано с тем, что Пиаже называет «децентрацией», утерей старого центра, и тем, что мы могли бы назвать «рецентрацией», воссозданием нового центра».11
Таким образом, в общей модели Кигана «субъект всегда внедрен в организационные принципы [я называю их более общими базовыми структурами] и отождествлен с ними, тогда объект — это то, что подлежит организации. Новая стадия возникает, когда субъективный полюс претерпевает дифференциацию через посредство высвобождения самости из организующих структур. Выходя из этих структур, самость может систематически организовывать их и предоставлять им статус объектов. Тем не менее, она может осуществлять это лишь через посредство более высокого уровня организующих структур, в которые она в свою очередь внедряется».12
Сходство концепций поразительное, доходящее почти до идентичности (по крайней мере, в этом отношении). «Проект Атман» был опубликован в 1980, «Эволюционирующая самость» — в 1982, и, таким образом, мы пришли к этим концепциям независимо друг от друга, что я считаю для себя большим везением, так как разногласия с Киганом не говорят в пользу вашей модели. Нас неоднократно просили прокомментировать модели друг друга, и я сожалею, что не имел доступа к детальным формулировкам Кигана, когда работал над «Проектом Атман». Что касается Кигана, то он сообщает, что люди всегда отмечают схожесть его общей модели с восточными моделями и моей собственной. Так, в своей последней книге «Поверх наших голов» (которую я настоятельно рекомендую)13 Киган отмечает: «То, что мы считаем субъектом и объектом, не обязательно являются для нас фиксированными понятиями. Они отнюдь не постоянны. Они могут изменяться. На самом деле, преобразование наших эпистемологий, превращение субъекта в объект, так что мы можем «обладать им», а не «принадлежать ему» — это самый мощный из известных мне способов концептуализации развития ума. [Воистину так!] Это способ представления развития ума, который следует традициям не только западной психологии самости, но и восточной «литературы мудрости».14 Он любезно добавляет: «Тем, кто интересуется интеграцией восточной философии с [этой] точкой зрения более широко, я рекомендую работы Кена Уилбера: «Проект Атман», «Ввысь из Эдема» и, в особенности, главу «Спектр развития» в книге «Трансформации сознания».15 Таким образом, наши с Киганом теоретические тропы пересекались в течение пятнадцати лет, и я рад, что мне, наконец, представилась возможность признать, насколько важной была и остается его работа.
Мое основное расхождение с ним, конечно, состоит в том, что Киган мог бы более серьезно отнестись к подлинно пост-постконвенциональным или надличностным волнам роста. Здесь приложимы те же принципы, действует та же форма развития, и вся его схема может быть легко перенесена с самосознания на сверхсознание, где всё тело-ум становится объектом — как говорит Доген Зенджи, описывая Просветление: «Тело-ум отброшено!» То есть отброшено исключительное отождествление, с телом-умом; всё тело-ум становится объектом Истинной Самости; вы относитесь ко всему своему телу-уму точно так же, как к облакам, плывущим в прозрачном осеннем небе. Все тело-ум плавает в прозрачной Пустоте, в радикальном Я-Я, представляющем собой Изначальное Лицо человека: все субъекты трансцендированы, все смерти пережиты, все самости высвобождены, и вместо них выступает сияющая Самость, заключающая в себе весь Космос, освободившаяся, обретя свою истинную природу, самоосвобождающая в своем собственном состоянии, самовидящая в своем собственном узнавании — Самость всего, что было, есть и когда-либо будет.
Система самости
Теперь мы можем вернуться к Александеру и др. и продолжить их историю развития сознания. По словам Александера и др., «мы предполагаем, что [развитие] происходит через сам процесс спонтанного переноса доминантного локуса осознания [непосредственного самоотождествления] на все более глубокие уровни ума [уровни сознания]... По нашему мнению, переход осознания к активному функционированию на более глубоком уровне лежит в основе дифференциации этой новой ментальной структуры от предшествующих уровней ума. Далее, когда осознание смещается от когнитивной структуры, в которую оно прежде было «внедрено», оно приобретает способность иерархически интегрировать и контролировать все когнитивные процессы, происходящие на предыдущем уровне... Таким образом, глубинным побуждением к развитию можно считать все большее повторное открытие [«вспоминание» или анамнезис] Самостью своей собственной внутренней природы как основы для все большего охвата и освоения субъективного и объективного мира».16 На каждой из этих стадий припоминания то, что было целым, становится частью более крупного целого, так что, по их словам, каждое такое целое «приобретает статус внутренней подсистемы, а не главного субъекта ментальной жизни».
Все это практически идентично тому, что говорится в «Проекте Атман», и в том, что касается этого, я выражаю свое полное согласие. Но снова отмечу, что Александер и др. не могут в полной мере использовать преимущества этого подхода из-за того, что с самого начала смешивают уровни и линии, а также устойчивое и переходное. Другими словами, я убежден, что они сталкиваются с определенным количеством затруднений, развивая свою модель типа «Уилбер-II» в концепцию, которая бы соответствовала модели «Уилбер-III».
На мой взгляд, это становится особенно очевидным, если мы обратимся к тому, что они называют четырьмя высшими стадиями роста (которые они определяют как трансцендентальное сознание, космическое сознание, утонченное космическое сознание и сознание единства), поскольку две из них определенно являются устойчивыми базовыми структурами, которые сохраняются в ходе последующего развития, а две — чисто переходными стадиями, теряющимися при последующем развитии. Устойчивые структуры — это каузальная Самость и недуальный Брахман-Атман. Временное состояние «пробы» каузального — это трансцендентальное сознание, обычно вызываемое медитацией. Когда это трансцендентальное сознание становится постоянным и непрерывным в состояниях бодрствования, сна со сновидениями и глубокого сна, авторы называют его космическим сознанием: это постоянная реализация Самости, Свидетеля (постоянство субъекта). Таким образом, трансцендентальное сознание — преходящий вкус Самости — как таковое утрачивается (оно отвергается; оно имеет переходную природу); однако каузальная Самость, раскрываемая в космическом сознании — это устойчивый Атман (каузальная сфера).
С достижением утонченного космического сознания Самость начинает окончательно преодолевать тонкий дуализм между субъектом и объектом. Эта переходная стадия (утонченного космического сознания) завершается, когда Самость поглощается (отрицается и сохраняется, дифференцируется и интегрируется) чистой Недуальностью как Таковой (Брахманом-Атманом), постоянной и непрерывной реализацией, которая остается неизменной посреди всех проявлений, теперь распознаваемых в качестве форм ее собственной вовлеченности.17
Таким образом, более тщательное различение устойчивого и переходного, равно как уровня и линии, позволило бы Александеру и др. перейти к более сбалансированной и всеобъемлющей модели — модели, которую я для удобства называю «Уилбер-III». Эта модель, как бы ее ни называть, пытается прийти в соответствие с этими более тонкими гранями надличностного развития.
Роль медитации в человеческом развитии — это исключительно обширная и сложная тема, состоящая, по меньшей мере, из следующего ряда вопросов, которые я постараюсь кратко прокомментировать:
Влияние медитации на психологическое бессознательное
В «Проекте Атман» я отмечал, что влияние медитации на бессознательное зависит от того, что вы понимаете под «бессознательным». Затем я обрисовал пять типов бессознательного, о которых уже упоминалось выше (основное, архаическое, погружающееся, внедренное, всплывающее), и привел примеры того, насколько по-разному медитация действует на каждый из этих типов. Заинтересованные читатели могут обратиться к .этому описанию, но, в общем, мы могли бы отметить следующее.
Медитация рано или поздно начинает вытеснять внедренную самость и внедренное бессознательное. При принятии позиции свидетельствования или внимательности, субъективные структуры человека начинают становиться объективными, и, значит, человек начинает разотождествляться со своим текущим уровнем развития и отстраняться от своего (внедренная самость становится менее прочно связанной и смещается от данной субъективной привязанности; внедренное бессознательное высвобождается).18 Именно потому что это внедренное бессознательное содержит в себе вытесняющие структуры психики, когда вытесняющая структура демонтируется (или значительно ослабляется), как правило, порой одновременно происходят две разные вещи: низшее или погружающееся бессознательное («тень») рвется вверх, а более высокое или всплывающее сознание (сверхсознательное и сверхментальное) устремляется вниз.
Это не только смущает практиков медитации, но и полностью запутало некоторых теоретиков, которые не могут решить, является ли медитация вратами к дьяволу или к Богу — то есть представляет ли она собой кататонический уход в себя (как др. Франц Александер охарактеризовал дзен), или, быть может, регрессию к океаническому адуализму (ответ Фрейда Рильке), или деавтоматизацию, или движение вниз по ментальной иерархии к менее дифференцированным (и более инфантильным и примитивным) состояниям. Или же это установление контакта с нашей глубинной Самостью, нашей истинной Природой, сокровенным Богом, ангелами и архетипами наших высочайших возможностей?
Я говорю, что это и то, и другое. Однако это зависит от точного понимания природы погружающегося бессознательного, всплывающего бессознательного и внедренного бессознательного, которое лежит между ними. Понимая, что внедренная самость служит фильтрующим экраном, который скрывает как низшее/погружающееся, так и высшее/всплывающее, мы можем видеть, что высвобождение/отъединение, которое обычно происходит во время интенсивной медитации, приводит в беспорядочное движение обе эти сферы. Это непосредственно подводит нас к следующему вопросу.
Влияние медитации на человеческое развитие
В чем состоит влияние медитации на общий рост и развитие человеческого существа? Ауробиндо дал новаторскую и уже ставшую классической формулировку: «Духовная эволюция подчиняется логике последовательного развертывания; она может совершать новый решающий шаг, лишь когда в достаточной мере преодолена предыдущая ступень: даже если сознание при резком подъеме может пропускать или перескакивать определенные незначительные стадии, ему приходится возвращаться, чтобы убедиться, что пройденная территория надежно присоединена к новому состоянию; большая или усиленная скорость [которая действительно возможна] не устраняет сами шаги или необходимость их последовательного преодоления». По мнению Ауробиндо, медитация (или духовная практика вообще) может ускорять это эволюционное развертывание — но не изменять его форму или последовательность.
Как бы ни была глубока точка зрения Ауробиндо, давайте ее уточним. То есть давайте перейдем от модели Уилбер-II к модели Уилбер-III и зададимся вопросом: учитывая, что существует по крайней мере дюжина различных линий развития, (1) каким образом развитие по одной линии влияет на развитие по другим линиям, и (2) как медитация влияет на каждую из этих линий?
Связь различных линий развития
К числу разнообразных квазинезависимых линий развития относятся моральное развитие, развитие самотождественности или непосредственной самости (обычно называемое «развитием эго»), зрительно-пространственное мышление, логико-математическая мысль, лингвистическое-нарративное знание, когнитивное развитие, мировоззрения, межличностные способности, психосексуальные, волевые и мотивационные побуждения, близость, духовное развитие (высшие интересы), потребности самости, альтруизм, творчество, эмоциональное развитие, уровень типичных защитных механизмов, форма восприятия пространства и времени (пространственно-временная архитектура), форма страха смерти, форма познания, разнообразные специфические таланты (музыкальный, художественный, телесно-кинестетический, спортивный, танцевальный), объектные отношения и прочее.
Как показывают современные исследования, эти разнообразные линии развития нередко находятся в отношении «необходимого, но не достаточного». На сегодняшний день мы можем сказать, что психологическое развитие необходимо, но не достаточно для когнитивного развития, которое необходимо, но не достаточно для межличностного развития (и развития самости), которое необходимо, но не достаточно для морального развития. До сих пор исследования неоднократно подтверждали эти взаимоотношения.
Однако все эти линии восходят непосредственно к архаическому уровню и потому не громоздятся друг на друге. Они не ложатся друг на друга, как кирпичи, но, скорее, развиваются параллельно друг другу, подобно колоннам здания. Но здесь есть одна оговорка: из-за специфической природы их взаимосвязи некоторые из колонн никогда не могут быть выше других — этот факт мы определили эмпирически и понимаем теоретически как «необходимую, но недостаточную» связь (некоторые линии служат необходимыми контекстами для других).
Таким образом, хотя эти линии развиваются параллельно друг другу, «необходимая, но недостаточная» природа их взаимоотношений означает, что этическое развитие не может опережать межличностное развитие, которое не может опережать когнитивное развитие, которое само зависит от определенных режимов физиологического созревания (и, разумеется, всеми этими линиями манипулирует самость).
Напротив, «необходимая» же часть, может опережать «достаточную» часть. К примеру, человек может находиться на очень высоком уровне когнитивного развития и, в то же время, оставаться на первой стадии морального развития. Все мы знаем очень сообразительных, однако совершенно безнравственных людей; однако высоко моральные люди отличаются и высокой степенью когнитивного развития: способность познавать необходима, но недостаточна для морали.
Причина этого, похоже, заключается в том, что, хотя базовая лестница осознания может развиваться достаточно быстро, готовность самости взбираться по ней может запаздывать. Вы можете мыслить с позиции более высокого уровня (что достаточно просто), но при этом не жить в соответствии с этой позицией (что требует нравственного мужества). Вы можете разговаривать разговоры, но не шагать шагами.
Таким образом, лестница базовых структур может значительно опережать готовность самости к преодолению ее ступеней. Самость со своим «центром тяжести» — которая всегда там, где происходит действие — может оставаться в достаточно низком положении даже быть испорченной, ведя при этом крайне возвышенные разговоры. (Это, конечно, относится и к «духовному развитию»: «пиковый опыт» — это одно, а устойчивая адаптация — совсем другое.)19
Для того чтобы реально жить с позиции этой более высокой и широкой волны осознания, вести подлинную жизнь, которая затем будет непосредственно отражаться в нравственной позиции, межличностных отношениях, эмоциональном стиле и так далее, самости придется пережить отъединение от низшего уровня — смерть низшего уровня — и перерождение на следующем, более высоком уровне. Чтобы жить в соответствии с позицией более высокого уровня, самость должна действительно умереть для своей внедренности на низшем уровне, и гораздо проще разглагольствовать о высшем уровне, чем реально умереть для низшего...
Специфические детали этих «необходимых, но недостаточных» взаимоотношений между квазинезависимыми линиями развития, по большей части, поддаются непосредственному эмпирическому и феноменологическому исследованию. Существуют несколько сотен исследовательских проектов аспирантского уровня, которые ждут своей реализации.
Влияние медитации на конкретную линию развития
Мы уже видели, что разнообразные линии развития нередко находятся в необходимой, но недостаточной связи. А теперь давайте зададимся вопросом: каково может быть влияние медитации на каждую из примерно двух дюжин линий развития?
Этот вопрос также поддается непосредственному эмпирическому и феноменологическому исследованию — своего часа ждет еще сотня аспирантских диссертаций — и это практически неизученная область. Пока что большую часть работы в этой области проделали Александер и его коллеги (это еще одна причина, по которой я считаю их вклад таким значительным), а также Дэниел П. Браун, соавтор «Трансформаций сознания».
Схема эксперимента относительно проста: проведите серию тестов (шкала развития эго Левингер, тест Кольберга на моральное развитие, стандартные тесты на альтруизм, защитные механизмы, эмпатию, межличностные навыки, творческие возможности, физическую координацию, Т-критерий и т.д.) среди группы индивидов на различных стадиях медитативного мастерства. Графически отобразите результаты (или проанализируйте их в другой форме).
Я полагаю, что на основе проведенных на сегодняшний день исследований мы уже имеем достаточно данных, чтобы ответить таким образом: медитация способна серьезно ускорять развертывание конкретной линии развития, но она не может значимо изменять последовательность или форму базовых стадий в этой линии развития. Потоки протекают быстрее, но через те же самые волны.
К примеру, медитация может ускорить моральное развитие (оцениваемое по тесту Кольберга), но, как было показано, она ни при каких обстоятельствах не может обойти ни одну из этих стадий. Медитация может помочь вам быстрее продвинуться от стадии 1 к стадии 2 и к стадии 3, но она не позволит вам пропустить стадию 2. (Точно так же ЛСД может перетряхнуть весь ваш мир, открыть для вас более высокие возможности, реинтегрировать важный прошлый опыт, позволить вам заново пережить и исцелить прошлые травмы; но он не позволит вам раз и навсегда обойти стадию 2 в вашем моральном развитии.)
С теоретической точки зрения это, разумеется, вполне понятно: стадия 3, даже хотя она, по существу, сменяет стадию 2, тем не менее, строится на определенных навыках и умениях, развитых на стадии 2. Желудь не может превратиться в дуб, избежав стадии ростка.
Работа Александера помогла собрать огромное количество исследовательских данных, которые вполне недвусмысленно поддерживают этот вывод, и я призываю всех, интересующихся этим вопросом, обратиться к его опубликованным отчетам. А пока отметим общий вывод его исследований: медитация «заметно ускоряет развитие сознания, не изменяя его базовую форму или последовательность».20
Выводы
Каковы бы ни были другие многочисленные эффекты медитации, рано или поздно она начинает освобождать внедренное бессознательное, она начинает демонтировать внедренную самость (узы отождествления, которые составляют непосредственное самощущение в любой данной волне развития). По мере освобождения внедренного бессознательного, начинает ослабевать и контроль самости над всеми линиями развития; все линии развития вступают в игру.
Напомню, что система самости манипулирует всеми линиями развития и уравновешивает их, пытаясь придать психике некоторую согласованность. Когда начинает ослабевать текущий уровня самотождественности — когда вырывается на волю внедренное бессознательное — самость начинает освобождаться/отъединяться от этого уровня, разотождествляться с этим уровнем, и это вводит в игру буквально все; все разнообразные линии развития до некоторой степени высвобождаются.
Например, в линии развития защитных механизмов может произойти (обычно временная) регрессия к ранним, более примитивным, менее дифференцированным формам защиты; но если они преодолеваются, и медитация продолжается, нередко происходит значительное повышение используемого уровня защиты в иерархии развития, которая сама идет от 1) психотических форм защиты (бредовой проекции, искажения, галлюцинаторного исполнения желаний, проективного отождествления) к 2) пограничным формам защиты (проекции, расщеплению, слиянию самости и объекта), к 3), невротическим формам защиты (замещению, изоляции/интеллектуализации, вытеснению, формированию реакции), к 4) формам защиты зрелого эго (подавление, сублимация) и оттуда — к надличностным механизмам защиты, характерным для психической, тонкой и каузальной сфер (которые я обрисовал в «Трансформациях сознания»). Эта область также открыта для разнообразных непосредственных эмпирических и феноменологических исследований.
Таким образом, при отъединении самости от данного уровня, разотождествлении с ним, и введении в игру различных линий, действительно может происходит временная регрессия по любой из линий (включая формы защиты, моральные реакции, зрительно-пространственное восприятие и т.д.), но долговременный итоговый эффект состоит в том, естественная тенденция психики к росту (то есть Эрос) и естественная тенденция высших уровней к проявлению и нисхождению (то есть Агапе) задействуются более интенсивно.
Значительный фактический материал для ответа на эти важные вопросы могут дать эмпирические и феноменологические тесты по каждой из линий развития в течение продолжительного времени проводимые в различных группах медитирующих. Скорее всего мы обнаружим, как это было и до сих пор, что медитация ускоряет, но не изменяет последовательность или форму этих разнообразных линий развития. На каждой из этих линий вполне возможна временная регрессия в любой точке, что обусловлено непрерывным освобождением/отсоединением, которое составляет суть медитации. Но общий итоговый эффект состоит в усилении Эроса (восхождения к Богу) и Агапе (нисхождения Богини). Самость обнаруживает, что ее собственные, более высокие и более глубокие занятия ускоряются благодаря медитативной позиции, которая в самом серьезном смысле — не что иное, как открытость к своим глубочайшим возможностям.
Очевидно, что соотношение медитации и психотерапии — это сложная и запутанная тема, где десятки трудных и неясных факторов входят в ряд уравнений, которые мы еще даже не начали расшифровывать.
Тем не менее трансперсональная психология продвинулась существенно дальше первоначальных и вводных заявлений в этой области — таких как «медитация усиливает способность к свидетельствованию и невозмутимости, а, следовательно, может способствовать «равномерному распределению внимания», требуемого для анализа». Или «медитация ослабляет барьер вытеснения и, таким образом, может способствовать регрессии на службе эго». Или «медитация способствует глубинному заживлению нарциссических ран, тем самым ускоряя формирование сплоченной самости». Или «медитация поощряет широту ума, которая ослабляет защитную позицию». Все это, быть может, вполне верно в некотором общем и вводном смысле, но сегодня у нас достаточно данных, свидетельств и продвинутых теоретических моделей, чтобы приступить к гораздо более точной расшифровке этих уравнений.
Я убежден, что по мере совершенствования теории и методов исследования мы вскоре придем примерно к следующему.
Диагноз DSM-IV должен будет сопровождаться «психограммой» уровней каждой из главных линий развития клиента, включая вертикальный уровень (не только горизонтального типа)21 развития самости (уровень «развития эго»), уровень базовой патологии,22 уровень объектных отношений, уровень главных защитных механизмов, доминирующие потребности самости, моральную стадию и духовное развитие.
На основе этой психограммы затем могла бы предлагаться соответствующая интегральная терапия. Сама эта интегральная терапия будет зависеть от продолжительных исследований влияния различных преобразующих практик на каждую из главных линий развития.
Так, например, каково влияние, скажем, хатха-йоги на линию развития объектных отношений? Каково влияние медитации випассана на непосредственное самоощущение (или «развитие эго»)? Каково влияние медитации сосредоточения на защитные механизмы?
В число разнообразных преобразующих практик входят (если двигаться вверх по спектру): 1) практики физического или грубого тела (хатха-йога, диета, пищевые добавки, регулирование веса, аэробика; к «физическому» также относится воздействие фармакологических факторов, какой бы уровень они не пробуждали на самом деле); 2) аффективная психотерапия (терапия эмоционального катарсиса); 3)биоэнергетика; 4) психоаналитическая и другие глубинные терапии; 5) гипнотерапия; 6) сценарная, ролевая и когнитивная терапия; 7) экзистенциальная терапия; 8) кундалини-йога; йога божества; нада- и шабда-йога; цогьял и спонтанная лучезарность; випассана, каузальное исследование, медитация свидетельствования; шикантаца, тречод; сахаджа и бхавагсамадхи. (Это лишь очень краткое перечисление некоторых из преобразующих практик, обращающихся к различным уровням спектра сознания; список далеко не полон.)
Тогда исследовательскую программу сформулировать очень просто: определить клиническими методами как каждая из этих преобразующих практик влияет на каждую из главных линий развития.
Затем, основываясь на психограмме клиента и знании о влиянии различных преобразующих практик на каждую из линий развития, можно предписать интегральную терапию, которая бы наилучшим образом (1) заново нормализовала тело-ум индивида, нуждающегося в помощи; (2) задействовала постформальное развитие, если это желательно.
Вот несколько приближенных примеров:
Очевидно, что все это упрощенные примеры, однако я думаю, что суть интегральной терапии достаточно ясна.23 Я просто хотел бы повторить, что интегральные рекомендации такого типа будут основаны на реальных клинических свидетельствах и исследованиях влияния преобразующих практик на главные линии развития. Это позволит нам определять не только какие практики показаны для специфических случаев, но, что в равной мере важно, какие из них противопоказаны. (Я приводил пример, когда интенсивное развитие осознания противопоказано в случае пограничной патологии; я убежден, что мы найдем многочисленные и весьма специфические показания и противопоказания по мере накопления исследовательских данных.)
Что же касается сегодняшнего дня, то каждый «трансперсональный терапевт», по сути дела, интуитивно следует этой схеме, продвигаясь методом проб и ошибок. Я убежден, что эта область готова и способна перейти, в этом отношении, на совершенно новый уровень.
Теперь мы можем обратиться к центральному вопросу дебатов на тему «психологии и духовности»: необходимо ли психологическое развитие для развития духовного?
Начнем с более подробного рассмотрения этих понятий. То, что мы в общем и целом называем «психологическим» развитием, на самом деле представляет собой смесь нескольких линий развития, включая линию самотождественности или развития непосредственной самости (обычно называемого «развитием эго»), линию механизмов защиты (которая обычно сопровождает линию развития самости, но может отщепляться и функционировать на более ранних и примитивных уровнях), линию межличностного развития (способности вставать на место другого и взаимодействия «я-другой») и эмоциональную линию (характер, осознание чувств). Все это — квазинезависимые линии, и хотя они обычно развиваются в «связке» (сдерживаемые вместе самоощущением), тем не менее между ними действительно могут возникать конфликты и рассогласования. (И, как мы уже видели, можно ожидать, что медитация, в общем случае, будет ускорять, но не изменять последовательность или форму развертывания каждой из этих линий.)
Точно так же «духовность» — весьма произвольное и туманное понятие. Как мы видели, некоторые люди используют его для обозначения, главным образом, высших стадий какой-либо из линий развития. В этом смысле, «духовное» означает исключительно пост-постконвенциональные, надличностные, надментальные стадии любой из линий развития: надличностную эмоцию (блаженство), надличностное сознание (сверхсознание), надличностную самость (психическая/тонкая душа и каузальная Самость или Свидетель), надличностное межличностное (сострадание), надличностное познание (праджня, джняна, гнозис) и надличностные состояния (нирвикальпа, нирвана, ниродха).
В этом общепринятом смысле, «психологическое», как правило, означает «ментальное и личностное», а «духовное» — «надментальное и надличностное». Согласно этим специфическим определениям, духовное развитие может уверенно происходить лишь после того, как, в основном, обеспечено психологическое развитие. Это привело к появлению концепции «нужно быть кем-то, прежде чем стать никем» и общей концепции Ауробиндо («логика последовательного развертывания»), которые были (пренебрежительно) названы «линейной» или «лестничной» точкой зрения.
Но поскольку этот подход не проводит четкого различия между разными линиями развития, то и сторонники этой точки зрения, и ее критики упускают важнейший момент. Различные линии развития (в том числе, психологического и духовного) не громоздятся друг на друга, как кирпичи в кладке, но квазинезависимо идут рядом друг с другом, так что они не развертываются линейно, одна после другой (и в этом отношении критики совершенно правы). Однако сами индивидуальные линии действительно развертываются в линейной последовательности, порядок которой нельзя обойти или обратить вспять (критики полностью упускают этот момент, вместе с водой выплескивая из ванны младенца).24
Так, даже если мы примем второе общее определение «духовности» и допустим, что духовное развитие является отдельной линией развития, которая проходит рядом с другими (и удерживается с ними «в одной связке» системой самости), то и в этом случае сам духовный поток течет от доконвенциональной к конвенциональной, постконвенциональной и пост-постконвенциональной волне.25
Этот поток «линеен» (что означает, «состоит из вложенных друг в друга частей»), холархичен и неизменен, проходя через эти волны в последовательности, которая, согласно имеющимся данным, не может быть изменена социальным обусловливанием. (Как переходные структуры, они «линейны» в том смысле, который мы называем «мягким» — реальные реакции выстраиваются в цепочку вероятностным образом; но сама общая последовательность оказывается неизменной, универсальной, холархической.) Хотя эта особая духовная линия состоит, главным образом, из переходных структур, все же эти переходные структуры строятся на умениях и навыках более ранних структур, даже хотя определенное число их главных элементов замещается. Например, линейная и неизменная иерархия Джиллиган, (которая, как иерархия заботы, очень близка к иерархии высших интересов), идет от эгоизма (эгоцентрического, доконвенционального) к заботе («конвенционально-этическому»), вселенской заботе («постконвенционально-метаэтическому») — и, я бы добавил, к надличностному состраданию (пост-постконвенциональному).
Как указывает Джиллиган, ни одна из этих стадий не может быть пропущена или существенно изменена, и, насколько нам известно, это относится и к любой конкретной духовной линии — как в ее более деятельных/мужских формах, так и в более связующих/женских (поскольку обе они проходят через те же самые волны — те же нейтральные по отношению к полу структуру сознания — но с разным акцентом или в «другой тональности»).
Да, можно ожидать, что медитация ускорит — но не изменит — эту последовательность духовного развертывания как в мужской, так и в женской модальностях.26
Таким образом, понимаем ли мы «духовное» как означающее высшие волны любого из потоков или как означающее отдельный поток, вывод будет одним и тем же: судя по всему, медитация ускоряет, но никак не изменяет развертывание этих потоков.
Но именно из-за того, что самость (или система самости) манипулирует всеми линиями развития — когнитивной, эмоциональной, моральной, духовной и т.д., каждая из которых квазинезависима — развитие целого может быть весьма неравномерным, не следуя никакой заранее установленной последовательности, даже если его отдельные линии действительно развертываются через свои специфические волны. Таким образом, хотя практически все отдельные линии следуют установленной последовательности, для общей смеси это не характерно. Самость, как обычно, может находиться повсюду сразу.
Резюме
Что касается связи психологии и духовности, то вывод здесь достаточно прост: если мы точно определяем, какую линию развития мы имеем в виду — вместо того, чтобы использовать весьма произвольные и почти бессмысленные термины «психологическое» и «духовное» — то путаница относительно их взаимоотношения, как правило, довольно быстро исчезает. Определите точно, какие линии вы подразумеваете под «психологическими», а какие — под «духовными», а потом просто сравните эти линии.
Как мы уже видели, согласно современным исследованиям, реальные линии развития нередко выступают в отношении «необходимого, но недостаточного». Тем не менее, все линии или потоки, как правило, проходят через одни те же общие уровни или волны доконвенционального, конвенционального и постконвенционального (базовые структуры или волны сознания).
Если под «духовным» мы понимаем высшие уровни какой-либо из этих линий, тогда явно духовное следует за конвенционально-психологическим. Но если под духовным мы понимаем особую линию развития, то эта линия, как большинство линий развития, восходит к самым ранним стадиям (осевой точки-0) и будет развиваться не после других линий, но наряду с ними. Я убежден, что оба подхода верны, и необходимо лишь решить, какое определение мы имеем в виду в каждом конкретном случае. Но даже если мы определим духовность как отдельную линию, эта линия или поток будет развертываться через те же самые базовые волны, как и другие потоки (доконвенциональную, конвенциональную, постконвенциональную и пост-постконвенциональную), так что выражение «Тебе нужно быть конвенциональным, прежде чем ты сможешь быть постконвенциональным» вполне допустимо. И как и всегда верно, что мы не хотим смешивать доконвенциональное и постконвенциональное просто потому, что и то, и другое не конвенционально.
Поскольку физиологическая и когнитивная линии — это две самые ранние ветви в «необходимой, но не достаточной» последовательности (которую я описал выше), это означает, что они представляют собой наиболее фундаментальные, главные линии, от которых, как правило, зависят все другие линии — по крайней мере, согласно последним исследованиям. (Фактически, они представляют собой основы всей последовательности; физиологическая линия развития — это фундамент Верхнего Правого сектора, а когнитивная — фундамент Верхнего Левого сектора.)
Это тоже важная область эмпирических исследований, в которую исследователи трансцендентальной медитации (в особенности, Уоллес, Орнэ-Джонсон и Дильбек) внесли значительный вклад, а именно, концепцию физиологических коррелятов медитативных состояний и стадий.
Мы никогда не должны забывать, что в 1970 именно революционная публикация Уоллеса в «Сайенс» («Физиологические эффекты трансцендентальной медитации») потрясла научный мир и заставила его признать, что в медитации происходит нечто реальное. Конечно, ученые-эмпирики в любом случае признают только эмпирические аспекты (или аспекты Правой стороны) любого холона, но поскольку этими аспектами, в действительности, обладают все холоны, медитация должна ясно проявляться и в этой эмпирической и физиологической сфере. Уоллес доказал, что так оно и есть, и это основательно подорвало догму о том, что медитация — это бесплодная фантазия. Это открыло множество возможностей для дальнейших научно-эмпирических исследований, среди которых движение трансцендентальной медитации по-прежнему сохраняет свою передовую позицию, за что все мы, как я полагаю, должны быть ему благодарны.
Тот факт, что физиологическое (или «материальное») и когнитивное (или «ментальное») — это две наиболее фундаментальные линии человеческого существа («материя» и «сознание», Правое и Левое), означает, что подлинно интегральная духовная практика должна уделять по меньшей мере равное внимание телу и уму на каждой стадии общей эволюции от грубого тела-ума к тонкому телу-уму и каузальному телу-уму.
Каким бы простым ни выглядел сегодня этот вывод, в историческом плане это весьма радикальная идея — что хорошо известно Майклу Мерфи. Опираясь на новаторские прозрения Ауробиндо, но основательно расширяя их во многих важных и глубоких аспектах, Мерфи в течение многих лет утверждал, что мир остро нуждается в подлинно интегральной практике. Именно этой теме посвящена его замечательная работа «Будущее тела». Чарльз Тарт отмечал, что «единственный способ адекватно описать эту книгу — заявить, что это важнейшая из когда-либо написанных книг о взаимоотношении разума и тела».
Под «разумом» и «телом» Мерфи понимает не стандартные и довольно узкие понятия материальной плоти и нематериальной души. Скорее, он имеет в виду весь Верхний Левый сектор («разум» или сознание в самом широком смысле) и весь Верхний Правый сектор («тело» в самом широком смысле). И его позиция такова: вы не можете обладать одним, не имея другого, на любом уровне человеческого развития, и, потому нам следует сознательно задействовать и то, и другое в равной мере интенсивно и полно. Это интегральное включение в работу затем служит ускорителем эволюции от грубого тела-ума к тонкому телу-уму и к каузальному телу-уму, каждая стадия которой включает в себя и радикально преображает предшествующие стадии, объединяя восходящий поток эволюции с нисходящим потоком инволюции, и при этом преображая самость, тело и мир.
Мерфи также полностью осознает важность объединения в общей практике не только Верхнего Левого и Верхнего Правого, но также Нижнего Левого и Нижнего Правого секторов — интенционального, поведенческого, культурного и социального — то есть важность «всеуровневого, всесекторного» подхода к интегральной практике. Так, в своей последней книге «Дарованная нам жизнь», написанной в соавторстве с его другом Джорджем Леонардом, Мерфи разрабатывает программу сбалансированного комплекса практик в контексте семьи, сообщества и служения, который он называет «Интегральной преобразующей практикой».
Мы с Майком часто обсуждали «три волны», через которые за последние несколько десятилетий прошло само движение за реализацию человеческих возможностей. Первая волна в 60-х была увертюрой первоначального движения за реализацию человеческих возможностей. Будучи довольно разношерстным, это движение, тем не менее, уделяло главное внимание быстрым достижениям, пиковому опыту, занятиям по выходным и семинарам типа «сатори за семь дней». Это был бурный взрыв, удивительный и пугающий, прекрасный и извращенный, великолепный и гротескный. Его эпицентр находился в Эсаленском институте, основанном Майком и его другом Ричардом Прайсом.
В течение десятилетия или около того задача «пикового опыта» стала уступать место задаче «опыта плато», и началась вторая волна движения за человеческие возможности. Становились слишком очевидными ограничения ориентации на быстрый успех; результаты, хотя и полезные для первоначального пробуждения, как правило, быстро испарялись, иногда оставляя индивида в еще худшей форме, чем раньше. В любом случае скоро стало очевидно, что для достижения подлинной трансформации требуются время, работа и непрерывная нацеленность — одним словом, практика. Люди стали брать на вооружение реальные преобразующие практики: дзен или йогу, или непрерывную психотерапию, или продолжительную работу с телом, или расширенную работу со сновидениями, или физические/спортивные/телесные тренировки и так далее. Пятидневная ориентация уступила место пятилетнему курсу занятий.
Но даже эти достойные одобрения формы практики имели серьезное ограничение: они обычно развивали лишь одну способность человеческого организма — осознание или сновидения, или физический навык, или способность к озарению, или эмоциональную открытость — пренебрегая другими. То есть эти подходы выбирали только одну линию развития и следовали по ней через ее Разнообразные уровни — они ловили один поток и скользили по его волнам — лишь с тем, чтобы по завершении этой, в остальных отношениях похвальной, практики обнаружить, что другие линии развития все еще незрелы, неразвиты, а то и совсем угасли. Но теперь добавлялось и новое затруднение: человек был обременен крайне несбалансированным организмом. Бедняжка самость, которой приходится манипулировать различными линиями развития зачастую несла на своих плечах одного гиганта и дюжину пигмеев. И чем более продвинутой была эта отдельная практика, тем хуже становилась ситуация, что окончательно всех запутывало.
Таким образом, вторая волна целенаправленной практики уступила место третьей волне интегральной практики. И снова эта область трансцендировала и включала в свой состав, отрицала и сохраняла, проходя через свои три волны обучения.
Другими словами, сама область эволюционировала от своей изначальной взрывоопасности с сенсорной доминантой («сойди с ума и приди к своим чувствам!») ко второй волне конкретной практики. Обе эти волны были необходимы для третьей, только зарождающейся волны универсальной/интегральной практики — ее собственных доконвенциональной, конвенциональной и постконвенциональной волн.
И, как можно отметить, Майкл Мерфи способствовал развитию всех трех волн. Именно Мерфи, работая без лишнего шума и, зачастую, за сценой, в значительной мере готовил почву, на которой могла развиваться каждая из этих трех волн. Майкл Мерфи вполне мог бы считаться самым выдающимся духовным новатором нашего поколения хотя бы за то, что он создавал исключительные возможности, позволявшие другим людям преображать себя по его примеру.
Сегодня третья волна интегральной практики переживает младенческий возраст, но, как все младенцы, растет с головокружительной быстротой. Показателем этой тенденции может служить книга бывшего репортера «Нью-Йорк Тайме» Тони Шварца «Что важно на самом деле: Поиск мудрости в Америке». Я думаю, что если бы Тони решил переделать книгу, можно было бы изменить несколько второстепенных моментов, однако она остается исключительным руководством по лучшим из доступных на сегодня преобразующих технологий. И общий вывод книги безошибочен: сегодня интегральная практика — единственная жизнеспособная форма человеческой трансформации.
Оседлать гребень третьей волны: что может сравниться с этим захватывающим серфингом в сознании?
* Или осведомленности сознания. В английском языке существуют два термина — consciousness (сознание) и awareness (букв, осведомленность), который обычно переводят как «осознание». Однако осведомленность и сознание — совершенно разные вещи, поскольку не может быть сознания без осведомленности, но не наоборот. Осведомленность первична, это чистая субъективность как потенциальная способность быть субъектом опыта при наличии средств представления этого опыта сознанию в качестве объекта. Когда в восточных традициях говорится о «всех чувствующих существах», подразумевается, что все живое (если не вообще все сущее) обладает осведомленностью — но не сознанием, которое доступно лишь человеку, поскольку требует в качестве своей основы существования интерсубъективных структур. (Прим. ред.)
* Имеется в виду переход от непосредственного чувственного восприятия к сознательному знаковому, или концептуальному представлению, в первом случае (все объекты с ножками и спинкой — это стулья или, в общем случае, мебель), и переход от такого представления к непосредственному (неконцептуальному) постижению вещей в их таковости — то есть к видению неповторимого своеобразия каждой вещи и, одновременно, всей совокупности ее закономерных взаимосвязей со всем остальным миром — во втором случае. (Прим. ред.)
** Имеется в виду переход от непосредственного чувственного восприятия к сознательному знаковому, или концептуальному представлению, в первом случае (все объекты с ножками и спинкой — это стулья или, в общем случае, мебель), и переход от такого представления к непосредственному (неконцептуальному) постижению вещей в их таковости — то есть к видению неповторимого своеобразия каждой вещи и, одновременно, всей совокупности ее закономерных взаимосвязей со всем остальным миром — во втором случае. (Прим. ред.)
1 Но при этом не следует оставлять без внимания то, что представляется справедливой критикой некоторых исследований трансцендентальной медитации в отношении временами предвзятого подхода исследователей, неадекватной методологии и игнорирования отрицательных последствий для практикующих. Но даже с учетом этих недостатков во всем остальном исследования все равно впечатляют.
Например, лишь один процент испытуемых из контрольной выборки, произведенной в колледже, имели по шкале Левингер показатели, соответствующие двум высшим стадиям (автономной и интегрированной), тогда как в аналогичной выборке из регулярно практикующих медитацию такие показатели были у 38% испытуемых. Кроме того, «обзор более чем двадцати опубликованных исследований (в которых участвовали около семи тысяч испытуемых) показал, что высший средний уровень развития эго в любой из взрослых выборок соответствовал «сознательной» стадии (выше которой располагаются индивидуалистическая, автономная и интегрированная стадии). Более того, никакие приемы, призванные облегчать развитие эго, не позволили добиться роста за пределы уровня сознательности». Весьма удивительно, что 38% превзошли этот потолок с помощью медитации. Кроме того, когда тест Левингер слегка модифицировали для повышения чувствительности к более высоким стадиям, 87% из одной выборки практикующих медитацию преодолели барьер сознательности, причем 36% достигли автономной, а 29%— интегрированной стадии. Alexander et al (1990), стр. 333.
3 Александер и др. называют свои семь (или около того) базовых уровней сознания «ментальными уровнями» — вероятно, не лучший термин, поскольку в их схеме присутствуют субментальный и надментальный уровни. Они отмечают, что «ментальное» в более широком смысле означает «совокупное многоуровневое функционирование сознания», и потому я обычно ссылаюсь на их базовые уровни как на уровни сознания; они, как я сказал, в значительной мере сходны с моими базовыми структурами сознания.
В тексте я упоминаю, что это правильнее называть «ведантическим», а не «ведическим», поскольку, в действительности, вы не найдете в Ведах ни упоминания о кошах или оболочках осознания; ни упоминания о трех великих сферах (грубом, тонком, каузальном); ни доктрины трех великих состояний (бодрствования, сна, глубокого сна); ни психологии Атмана и его отношения к Брахману. Все эти принципы можно найти в гораздо более поздних Упанишадах, которые были потом систематизированы в Веданте. В Индии принято наделять «ведическим» авторитетом все, что должно восприниматься серьезно.
5 Базовые уровни сознания — это также их собственные линии, однако не все линии исходят с этих уровней (на самом деле с них не исходят самые важные линии). То есть когда возникает каждая базовая структура, она остается существовать и, значит, может быть развита неопределенным образом: как уровень, это тоже ее собственная линия. Но базовые структуры не определяют другие главные линии развития и никоим образом за них не в ответе (за исключением того, что они необходимы, но не достаточны для их развития).
На стр. 296 Александер и др. на своей диаграмме приравнивают «ряды» к «сферам» (линиям). Однако ряды также являются уровнями сознания — и проблема именно в этом (то есть в том, что уровни используются как главные линии). Конечно, это заочно оставляет больше места для других сфер (к примеру, моральной, художественной и т.д.), но для этих сфер нет реального места ни в одном из их рядов. Поэтому авторы с определенного момента вынуждены помещать эти сферы в свои «колонки», или «способности», но последние уже определены как периоды развития, что фактически не оставляет места для конкретных сфер.
6 Вот их центральная динамика: «В соответствии с ортогенетическим принципом развития (Вернер), пострепрезентационные [пост-постконвенциональные] стадии должны быть дифференцированы от репрезентационного уровня и интегрированы с ним. Таким образом, способность к концептуальному мышлению не будет утеряна. Вместо этого вся репрезентационная система... примет статус внутренней подсистемы, а не субъекта ментальной жизни» (стр. 289).
Я полностью согласен — но только в отношении устойчивых структур; переходные структуры не являются функциональными подсистемами; их функциональность обусловлена именно фазоспецифической исключительностью непосредственной самотождественности на этой стадии, и когда эта исключительность разрушается, вместе с ней разрушается и эта стадия самости
Именно это смешение (устойчивого и переходного) вынуждает авторов обозначить два из их шести уровней как «функциональные» — на своей диаграмме они изображают их пунктирными линиями, тем самым противопоставляя их устойчивой/структурной природе других уровней; но на самом деле предполагается, что все шесть уровней структурны — и этот шаг полностью вычеркивает треть их модели.
10 Внедренное бессознательное — создаваемое исключительным отождествлением непосредственной самости с конкретной базовой структурой сознания — играет крайне важную роль в развитии и патологии, поскольку внедренное бессознательное на любом данном уровне служит обиталищем защитных систем самости. Именно потому, что самость отождествляется с уровнем, она должна защищать этот уровень от угроз — и, в конечном счете, защищает его от смерти (пока самость не «умрет» для этого уровня, не дифференцируется от него, не отделится от него, не превратит его из непосредственного в отдаленный, не превратит привязанность в отстраненность). До этого система самости диссоциирует, вытесняет, замещает, проецирует или как-то еще отчуждает любые аспекты самости или другого, которые угрожают этой тождественности, угрожают ее жизни, угрожают ее наличному уровню развития и адаптации. Это «горизонтальная» битва между жизнью и смертью, которая происходит на каждом уровне развития, пока не будут пережиты все смерти, трансцендированы все субъекты, высвобождены все самости, и вместо этого на сцену не выйдет лучезарная Самость, которая представляет собой весь Космос.
11 The Evolving Self, стр. 31. Заметьте также, что мой пункт N5 в «Форме развития» гласит: «Субъективное становится объективным». Непрерывный переход субъекта этого момента в объект субъекта следующего момента — это, разумеется, одно из центральных утверждений Уайтхеда. Это всегда было одним из самых легких входов в глубокую философию Уайтхеда и, безусловно, одним из множества пунктов, по которым я соглашаюсь с его взглядами. В книге «Глаза в глаза» (Глава 6) я по достоинству оцениваю работу Уайтхеда, отмечая некоторые соответствия с моей работой. Несколько примечаний, посвященных тому же, содержатся в «Поле, экологии, духовности».
Моя основная критика Уайтхеда, в основном, касается двух моментов. Первый заключается в том, что его, в значительной степени, монологическая ориентация жестко ограничивает применение его метафизики. Занимая, по существу, субъективистскую позицию (субъект становится объектом следующего субъекта), он не понимает огромной значимости интерсубъективности (его сообщества являются интеробъективными, а не подлинно интерсубъективными; то есть это сообщества монологических «случаев»), и потому он не способен увидеть, что «актуальные случаи»* не просто субъективны/объективны, но принадлежат всем четырем секторами (холоны). Вот почему позиция Уайтхеда, в частности, никогда не давала ему возможности разработать последовательную и всестороннюю лингвистическую теорию, несмотря на заявления его последователей об обратном. Из современного монологического краха Космоса Уайтхед сделал парадигму для реальности в целом.
________________
Актуальные случаи (или актуальные события) — элементарные онтологические единицы философии процесса А.Н. Уайтхеда. (Прим. ред.)
________________
Во-вторых, хотя некоторые теоретики (такие как Джон Буханан) считают, что Уайтхед войдет в историю как великий трансперсональный философ, я убежден, что Уайтхеду это не грозит по весьма существенным причинам (как бы я ни восхищался им в других областях). Вот лишь самый очевидный пример: как мы видели, чтобы действительно пробудить недуальный Космос, нужно достичь неизменности субъекта (нерушимой непрерывности осознания в состояниях бодрствования, сновидений и глубокого сна). Без этого как реального йогического или созерцательного достижения в сознании не существует соответствующей формы познания, которая могла бы раскрыть Реальное. Эта йогическая инъюнкция, образец или практика — реальная трансперсональная парадигма, и без нее (или чего-то ей подобного) у вас нет ничего подлинно трансперсонального. Как минимум вы должны включить в свою систему необходимость этой инъюнкции. Заметьте, что Шанкара, Нагарджуна, Ауробиндо, Плотин (Александер и Уилбер) способны пройти этот тест; Уайтхед даже близко не подходит к этому. Это не вторичный вопрос; он составляет самую суть всего предмета, суть, которая полностью отсутствует в работе Уайтхеда.
Таким образом, представление о Уайтхеде как об «образцовом трансперсональном философе» основано главным образом на трансляционной языковой игре, а не на преобразующих инъюнкциях, которые действительно раскрывают трансперсональную и пост-постконвенциональную сферы. Я сам всегда считал учение Уайтхеда великолепным отправным пунктом — просто оно идет недостаточно далеко. Тем не менее, некоторые из его понятий, на мой взгляд, просто незаменимы, в том числе постижение-захватывание, постигающее объединение, актуальные сущности и сообщества, творческий потенциал (как абсолютная и универсальная субъективность), сращение, презентационная непосредственность, причинная эффективность, «множественное становится единичным и увеличивается на единицу» — список бесконечен, и в этом отношении я горячий последователь Уайтхеда.
Однако все эти понятия без исключения принимают радикально иные формы, когда вы переходите из грубой сферы (которая подпадает под теорию Уайтхеда) в тонкую и каузальную сферы, которые раскрываются лишь через высшие йогические инъюнкции, и эти области Уайдхед, в лучшем случае, лишь неопределенно постулирует (например, вечные объекты). Философия Уайтхеда остается слабым раствором этих принципов, как они проявляются в разбавленном и профильтрованном виде, в грубой сфере, где Уайтхед впервые их обнаруживает (и совершенно правильно описывает их на этом «разбавленном» уровне). Но об их более высоких формах и функциях, не говоря уже об инъюнкциях и образцах, которые их раскрывают, Уайтхед, в лучшем случае, имеет представление из вторых или третьих рук — и во всей его философии нет абсолютно ничего, что бы могло познакомить вас непосредственно с этими более высокими сферами.
Как бы то ни было, начальная ориентация Уайтхеда неизмеримо предпочтительнее позиций других кандидатов, таких как логический позитивизм, чистый эмпиризм, научный материализм и так далее. Вот почему я продолжаю испытывать симпатию к столь многим последователям Уайтхеда, включая замечательного Джона Кобба и Чарльза Хартшорна, и к многочисленным великолепным книгам Дэвида Рэя Гриффина.
13 В этой книге Киган касается одного из главных ограничений «Эволюционирующей самости», а именно: конкретной природы и соотношения линии и уровня, или потока и волны, или конкретной сферы и принципа, действующего во всех сферах. Здесь он определяет «общий базовый принцип», который сходным образом организует различные линии (когнитивную, эмоциональную и т.д.) в «один и тот же порядок сознания» (то есть в один и тот же уровень или измерение сознания). Его три порядка сознания — это, по существу, доконвенциональное, конвенциональное и постконвенциональное (я рекомендую читателям ознакомиться с его оригинальными формулировками), что, опять же, вполне согласуется с моими воззрениями, за исключением того, что Киган пока что не решается признать пост-постконвенциональную волну.
17 Отметьте также, что, поскольку они называют свой уровень 6 «эго» (имея в виду индивидуальную самость), им нелегко увидеть, что самость, напротив, проходит все уровни, пока не поглощается Самостью (которая была неявным источником осознания или Я-Я на всех предыдущих уровнях и неявным ядром системы самости на этих уровнях), Самостью, которая, в свою очередь, покидая свои пределы, вступает в сияющую Пустоту Недуального.
На мой взгляд, их подход не позволяет им принять более адекватную концепцию системы самости, которая устанавливает баланс между всеми различными линиями, а не является сама просто еще одной линией наряду с другими, что превратило бы психику в путаницу разобщенных линий.
Таким образом, я убежден, что единственный жизнеспособный взгляд состоит в следующем: (1) непосредственная самость (на каком бы то ни было уровне) является локусом отождествления («главным локусом функционального осознания», «связанным Я»); (2) непосредственная самость последовательно отождествляется с каждой возникающей базовой структурой (или уровнем сознания) и, тем самым, внедряется на этот уровень (или в эту волну); (3) что порождает поток переходных стадий самости (самоощущение, потребности самости, мораль), поддерживаемый исключительностью непосредственного отождествления; (4) эти структуры исключительности, благодаря «слабой связности» совокупной самости, могут развиваться квазинезависимо, хотя они, как правило, удерживаются вместе самостью; они остаются на месте, пока (5) самость не отсоединяется от этого уровня и не разотождествляется с ним; и (6) не внедряется на следующий уровень, который (7) интегрирует предыдущие устойчивые структуры, но отторгает предыдущие переходные структуры исключительности — и так далее, пока не наступает остановка развития (или Просветление со своей собственной постпросветленной динамикой).
Кстати говоря, Александер и др. подразделяют все развитие на три очень обширные и важные стадии: дорепрезентационное (доконвенциональное), репрезентационное (конвенциональное и постконвенциональное) и пострепрезентационное (пост-постконвенциональное). Я полностью с этим согласен; это грубая, тонкая и каузальная сферы. Как я уже говорил, я также согласен с новаторским и важным замечанием авторов по поводу того, что переход от первого ко второму осуществляется через неизменность объекта, а от второго к третьему — через неизменность субъекта. Они, возможно, согласятся с тем, что четвертое (турийя) представляет еще один важный переход, которое мы могли бы назвать «неизменностью недуального».
18 В этой книге я использую термин «медитация» в обобщенном смысле. Различные типы медитации порождают разные специфические эффекты, и общие выводы могут быть соответствующим образом уточнены.
19 Чем дальше отстоят друг от друга линии развития в «необходимых, но недостаточных» отношениях, тем более независимо они могут развиваться. Так могут быть серьезные расхождения между когнитивным и нравственным, однако межличностное и нравственное, как правило, развиваются в тесном взаимодействии. Я утверждаю, что стадии, относящиеся к самости (или просто стадии самости), как правило, развиваются в «связке», удерживаемой вместе непосредственным самоощущением, но даже они могут развиваться отчасти независимо, поскольку самоощущение может быть повсюду сразу, и, в наихудших сценариях, внутренне диссоциировать и разделяться на части, позволяя расходиться линиям самости.
21 Интегральная психограмма также может включать в себя любую горизонтальную типологию, которую сочтет полезной конкретный терапевт. К примеру, популярной горизонтальной типологией является эннеаграмма, состоящая из девяти основных типов личности с соответствующей мудростью и защитой. Как я объяснил в «Краткой истории всего», эти девять категорий эннеаграммы являются не вертикальными уровнями, а горизонтальными типами, которые, следовательно, могут проявляться на всех уровнях (за исключением верхнего и нижнего пределов, где они угасают). Соответственно, если мы хотим работать с эннеаграммой, нам следует иметь спектр уровней для каждого из девяти типов. Недостаточно знать, что на эннеаграмме вам соответствует тип «6». Являетесь ли вы доконвенциональным типом 6, конвенциональным типом 6, постконвенциональным типом 6 или же пост-постконвенциональным типом 6? Таким образом, как горизонтальный, так и вертикальный анализ могли бы стать частью интегральной психограммы (эннеаграмма, как она обычно применяется, благоприятствует не трансформации, а всего лишь трансляции).
Одна из причин, по которой я не делаю особого акцента на горизонтальной типологии, будь она юнгианской, астрологической, эннеаграммой и т.д., состоит в том, что для них почти всегда отсутствуют эмпирическое подтверждение, поскольку практически невозможно показать, что все люди подпадают под эти разнообразные типы. (Я включаю сюда астрологию вовсе не потому, что верю в нее, а потому, что даже если бы удалось показать, что она обладает какой-то достоверностью, она все равно оставалась бы горизонтальной типологией, которую, как я утверждаю, в принципе невозможно верифицировать как характерологию).
Совершенно иначе дело обстоит с вертикальными уровнями — такими как спектр базовых структур, — поскольку, в той мере, в какой они точны, через них проходит практически каждый человек, и это можно показать эмпирически с большой степенью достоверности. Так за исключением случаев серьезных нарушений, у всех людей развиваются образы, символы, понятия и правила. Вертикальные уровни — это как раз те универсальные структуры, через которые проходит практически каждый как последовательно и убедительно демонстрируют межкультурные данные. Чтобы развить понятия, сначала нужно развить образы, и здесь не наблюдается исключений.
Это не так с горизонтальными типологиями, потому что вы можете соответствовать или не соответствовать их стереотипам. Вот почему, как я уже говорил, я никогда не был сторонником горизонтальных типологий, от юнгианской, до энеаграммы и астрологии. В то же время, если вы находите их полезными для интерпретации, у меня нет никаких возражений. Только не делайте вид, что они являются универсальными, всесторонними или всеобъемлющими, поскольку исследования этого не подтвердят.
На мой взгляд, Дон Рисо делает замечательную работу, используя горизонтальную эннеаграмму в совокупности с вертикальным спектром сознания. См. Personality Types и Understanding the Enneagram.
22 Каждая из девяти или десяти осевых точек развития самости имеет соответствующий тип или класс патологии. См. Главу 4 «Спектр психопаталогии» в Wilber et al., Transformations of Consciousness. Врайан Уиттин в своем обзоре «Пола, экологии, духовности» (см. Главу 11) представляет мои взгляды в виде устоявшихся, четких уровней патологии и четких модальностей лечения, что совершенно не соответствует действительности. Именно потому, что самость находится «повсюду сразу», это также относится к патологии и ее лечению. Как обычно, «уровни» — это просто абстрактные вехи, которые помогают нам ориентироваться в текущем потоке развертывания сознания.
23 Я не упомянул огромное множество видов терапии, включая терапию взаимоотношений (такие как семейная терапия, групповая терапия, терапия пар или сангха-ориентированные практики), про сто потому что это список индивидуально-ориентированных подходов. Однако я вовсе не собираюсь исключать их из рассмотрения. По определению, интегральная терапия — это всеуровневая, всесекторная терапия, задействующая интенциональное, поведенческое, культурное и социальное во всех их значимых измерениях.
24 Джек Энглер, который первым употребил фразу «Прежде, чем стать никем, надо быть кем-то » (Wilber et al., 1986), имел в виду конкретно линию развития самости, и в этом отношении он абсолютно прав. Именно поэтому он говорит, что, по его убеждению, медитация увеличивает силу эго, и здесь я с ним полностью согласен («сила эго» технически означает способность к незаинтересованному свидетельствованию).
Важный довод Энглера — я уже высказывал аналогичный довод в «До/транс заблуждении» — часто проходит незамеченным для его критиков, возможно, из-за того, что он четко не отделяет духовную линию от линии самости. Давайте это сделаем мы; его важное замечание по поводу линии самости остается в силе.
Его точку зрения не может поколебать и феминистская эрзац-критика Пегги Райт. Проницаемая самость также развивается от доконвенциональной к конвенциональной, постконвенциональной и пост-постконвенциональной форме проницаемости, и позиция Энглера (и, безусловно, моя) состоит в том, что «Прежде, чем ты сможешь быть постконвенциональным, тебе надо быть конвенциональным».
25 Я имею в виду фронтальное развитие. Так если вы будете картировать «свидетельствующее сознание», то обнаружите U-образное развитие, отражающее «облака великолепия» психической/тонкой души-капли (к примеру, данные Грофа, если они состоятельны).
Однако первое колено этого U — это просто конец инволюционной линии, которую не следует путать с эволюционной и фронтальной линией развития; последняя только начинается на самом нижнем и примитивном уровне, где высшие интересы — форма фронтальной духовности — носят оральный характер: здесь высшие интересы — это еда, выживание, телесная безопасность и так далее. Высшие интересы «первоначальной внедренности» — это просто пища, и это как раз и есть форма «динамической основы» на этой стадии. Здесь Бог — оральное, а дух — полный рот.
26 Конкретные детали будут зависеть от конкретного типа медитации; от уровня, на который нацелена медитация; от того, делается ли акцент, в основном, на восходящем или на нисходящем; и от половой принадлежности практикующего медитацию. Но в качестве общего подхода, это заключение («можно ожидать, что медитация ускорит — но не изменит — эту последовательность духовного развертывания как в мужской, так и в женской модальностях»), как я полагаю, вполне приемлемо. Основная суть медитативного развития состоит в развертывании нейтральных по отношению к полу структур сознания, так что различия между мужской и женской модальностями, хотя они и весьма значимы, в этом отношении все равно будут вторичными.