Социальное содержание религиозной реформы Заратуштры в самых общих чертах сводится к возникшим в оседлой восточно-иранской среде требованиям обеспечить мирные условия существования оседлого скотоводства и земледелия. Первое из них заключалось в политическом объединении на основе сильной власти, второе — в решительной борьбе с соседями-кочевниками, которые постоянными набегами, грабежами и угоном скота мешали оседлому хозяйству.
Эти требования можно найти в проповедях Заратуштры:
«Когда же, о Мазда, вместе с Правдой (Аша) и Властью (Хшатра) придёт Мир (Армайти), дарующий добрую жизнь и пастбища? Кто даст нам покой от кровожадных приверженцев Лжи (друджвантов)?»; «Пусть завоют убийцы и губители от деяний доброго правителя! Пусть это даст покой оседлым родам!».
В религиозном же плане эта проповедь преломилась в проповедь единобожия, отрицания племенных культов, в идею необходимости и святости постоянной борьбы с врагами, борьбы Добра со Злом, Правды с Ложью. Борьба эта приобретает космические масштабы и составляет основу того последовательного дуализма, который так характерен для зороастрийского мировоззрения. Силы Правды и Добра возглавляет Ахура-Мазда (средне-перс. Ормазд). Других божеств нет, есть дэвы — покровители врагов и враги.
Все многообразные функции языческого пантеона передаются своеобразной коллегии так называемых Амэша-Спэнта. Их шесть: Воху-Мана (Добрая Мысль), Аша-Вахишта (Лучшая Правда), Хшатра-Варья (Избранная, Предпочтимая Власть), Спэнта-Армайти (Святой, т. е. благодетельный Мир, [Святое Благочестие]), Харватат (Целостность, т. е. благополучие), Амэртат (Бессмертие).
Как показывают сами имена, это не божества в языческом смысле, а отвлечённые сущности, которые могут наделяться плотью условно, в целях восприятия, но в идее представляют лишь функции или эманации единого божества — или его ипостаси, которые вместе с седьмой ипостасью — Ахура-Маздой — составляют нечто аналогичное христианской Троице.
Заратуштра отрицает старые обряды. В связи с употреблением ритуального наркотика хаомы он говорит: «Когда опрокинут эту мочу — это хмельное питьё, которым карапаны [жрецы] наносят вред?»
В «Гатах» идеи Заратуштры изложены, конечно, не систематически. Есть предположения, что «Гаты» представляют собой не сами проповеди, а лишь сжатые стихотворные резюме прозаических проповедей, потому они так лаконичны и чрезвычайно трудны для понимания.
Религия Заратуштры, принятая Виштаспой, стала распространяться среди оседлых восточно-иранских племён, а затем продвигаться на запад.
Однако учение Заратуштры представляло довольно сложное отвлечённое построение и вряд ли смогло бы быть воспринято в таком виде вчерашними язычниками, привыкшими к почитанию дэвов с кровавыми жертвоприношениями и возлияниями хаомы. Вообще любая религия, выходя за пределы той общины, где она возникла, должна видоизменяться соответственно укоренившимся верованиям новых адептов. Так было с христианством в Европе, впоследствии с исламом в зороастрийском Иране, а также в Средней Азии. Так было и с учением Заратуштры среди иранских почитателей дэвов. Отвлечённые сущности — Амэша-Спэнта уже облекаются в плоть и кровь, переплетаясь с древними божествами и приобретая языческие функции: Воху-Мана (среднеперс. Бахман) покровительствует скоту, Аша-Вахишта (среднеперс. Артвахишт) — огню, Хшатра-Варья (среднеперс. Шахревар) — металлам, Спэнта-Армайти (среднеперс. Спандармат) — земле, Харватат и Амэртат (среднеперс. Хурдад и Амэрдад) — воде и растениям. Появляются и отвергнутые Заратуштрой боги — в том числе и дайвы (например, Митра). Для их обозначения придумывается новый неопределённый термин язата (сравн. тадж. изад, от формы мн. числа — йаздон), что означает «тот, кого следует почитать, кому следует приносить жертвы». Возрождаются — или, точнее, сохраняются — и жертвоприношения и возлияния хаомы. Заратуштре, ставшему уже мифическим собеседником Ахура-Мазды и богов, тому самому Заратуштре, который, как мы видели, так энергично и недвусмысленно высказывался по поводу хаомы, приписывается и беседа с обожествлённым Хаомой.
Таким образом, после смерти Заратуштры в течение столетий складывается одна из важнейших религий древности — зороастризм. Наиболее обычным её названием среди зороастрийцев было вахви даэна маздаясни — «добрая вера почитателей Мазды». Кроме термина маздаясна, для обозначения последователей этой религии употреблялся и термин заратуштри (среднеперс. зардушти). Впоследствии греки называли их магами — по названию одного из мидийских племён, обладавшего монополией жречества (это слово сохранилось, например, в виде муг в географических названиях или в слове мобед — от магу пат — «господин магов», а из греческого заимствовалась арабская форма мачус. Мусульмане называли их «огнепоклонниками» (оташпараст) ввиду большой роли огня в зороастрийских обрядах и верованиях, или «гебрами» (габр) [букв.: «неверные» ].