Иранская империя. 2014_01

Автор: Панкратенко И.Н.

Иран Категория: Панкратенко Игорь Николаевич

Страница 3 из 27

Накануне предстоящего 27-28 сентября саммита глав государств «Каспийской пятерки» в Актау состоится ежегодная международная конференция под названием «Парадигмы международного сотрудничества на Каспии». В преддверии данных мероприятий на вопросы 1news.az ответил известный эксперт, шеф-редактор журнала «Современный Иран» Игорь Панкратенко. - Какие факторы на фоне геополитических изменений могут возникнуть в вопросах безопасности для стран Каспийского региона в ближайшей перспективе? - Представляется, что основная тенденция в ближайшее время будет заключаться в стремлении внерегиональных держав установить контроль как над энергоресурсами Каспия, так и над путями их транспортировки – трубопроводами. Весьма показательна в этом отношении история с планами туркменской стороны, поддержанными на Западе, по строительству проходящего по дну Каспийского моря трубопровода (ТКТ) протяженностью 300 километров, который бы соединил порт Туркменбаши на западе Туркмении с терминалом в районе Баку. Понятно, что туркменский газ был бы очень к месту в планах Европы, и конечная цель строительства этой трубы - диверсификация энергетических поставок из России. Однако перспективы этого проекта маловероятны. Проект ТКТ не нравится не только России, против него выступает и Иран - крупнейший производитель природного газа. И главное — Пекин, которого абсолютно не устраивает то, что туркменский газ в больших объемах пойдет на запад. Тем более что, несмотря на заверения туркменского руководства о том, что к 2020 году страна сможет производить 155 миллиардов кубометров газа, оценка Международного энергетического агентства в два раза меньше. Туркменистан, конечно, нейтральная страна, но это вовсе не означает, что ей дадут «качать» одновременно на восток и на запад. Это лишь частный, но, повторюсь, весьма показательный пример того, как выглядит основная тенденция. - Как Вы полагаете, готовы ли страны пятерки к компромиссу в вопросе определения статуса Каспия? - Помните гениальную фразу монтера Мечникова из «Двенадцати стульев» - согласие есть продукт при полном непротивлении сторон? Так вот, чтобы это «непротивление», или компромисс – как удобнее, наступило, политическим элитам прикаспийских государств нужно понять, что региональные вопросы должны решаться «внутрисемейно», между государствами этого региона, поскольку внешние игроки богаче, мощнее и, как следствие, - эгоистичнее. Позиция, когда разрешение внутрирегиональных противоречий ставится в зависимость от отношений с третьей стороной, это, конечно, увлекательно, но в итоге контрпродуктивно для национальных интересов. Когда стороны признают это, дорога к компромиссу станет короче. Что касается позиции Ирана, то он готов к компромиссу при двух условиях – наличии гарантий, что на Каспии не будет западного присутствия, и что наблюдающаяся милитаризация Каспия не будет подпитываться извне. Значима ли такая позиция, такой подход, пусть думают в остальных столицах прикаспийских государств, в том числе – в Москве. - Какова вероятность воздействия ближневосточных конфликтов на ситуацию в Каспийском регионе? - Давайте сразу оговорим следующее. Конфликты на Ближнем Востоке сегодня укладываются в три источника. Первый – израильско-палестинское противостояние. Второй – параноидальное «сдерживание Ирана», осуществляемое. Третий – вышедший из-под контроля организаторов и спонсоров стремительно мутирующий в самодостаточное трансграничное образование - пресловутый «исламистский джихад». В кавычках – поскольку ни к Исламу, ни к джихаду эта активность отношения не имеет. Оговорюсь - схема черновая, поскольку я не говорю о внешних источниках. Так вот, именно третий источник в перспективе может создать угрозы стабильности в Каспийском регионе. Но вероятность этого однако не слишком высока и вот почему: стратегическое направление для джихадистов сегодня по целому ряду вполне объективных причин - это Левант, Магриб и полоса южнее Сахеля. Так что максимум их возможностей в регионе - формирование подполья в виде сети джамаатов, точечные теракты. Так что в ближайшие годы эту угрозу вполне можно блокировать совместными полицейскими усилиями. Тем не менее, не ближневосточные конфликты, а игры Запада в этом регионе являются основным источником внешних угроз. О заинтересованности я уже сказал выше, ну а то, как и какими методами Запад добивается реализации собственных геополитических интересов, всем нам прекрасно известно, и разрушение стабильности является одним из основных методов. - Распространяется ли понятие «новая многополярность современного мира» на процессы, непосредственно касающихся стран Каспийского региона? - Может, это прозвучит и не в соответствии, извините за выражение, с «трендом», но я совершенно не считаю современный мир многополярным. Есть гегемон – США, есть догоняющий его Китай, который, тем не менее, отнюдь не стремится провозгласить себя «полюсом», поскольку отлично понимает, что для этого нет пока особых оснований. И есть некие государства, чья внешняя политика в определенной мере не устраивает Вашингтон и тот самый «Запад» - некую совокупность политических сил и капитала, консолидировавшегося вокруг все того же Вашингтона. Где и в чем здесь многополярность? Это миф «гуманитариев от аналитики», которые, бросаясь терминами, не удосужатся сравнить размеры ВВП и внешнеполитического потенциала США и стран НАТО с аналогичными показателями «многополярников». Другое дело – тенденция к возникновению региональных и межрегиональных объединений, но об их результатах, согласитесь, говорить пока преждевременно. - Каким вам видится дальнейшее геополитическое и стратегическое сотрудничество между странами Каспийского региона? - Ох, как бы мне хотелось ответить на ваш вопрос с энтузиазмом и оптимизмом. К сожалению, мы пока лишь в начале пути, когда не сформированы основные подходы, не ясны до конца цели и взаимные выгоды, непонятны преференции такого сотрудничества и многое другое. Уверен только в одном - региональное освоение и, соответственно, региональная ответственность за безопасность и эффективное использование Каспия - это объективный, а значит – неизбежный процесс. Вопрос о скорости его реализации давайте оставим на следующий раз. - Какую цель преследует организованная вами международная конференция и каковы ожидания от нее? - Ну, во-первых, вся заслуга в организации – исключительно на Александре Алексеевиче Князеве. Его энергии, его интеллектуальных и организаторских усилиях. Для меня же главная цель – это, во-первых, «сверить часы», то есть узнать мнения моих уважаемых и более опытных коллег по каспийской проблематике, и проанализировать вероятность их практического оформления в аналитические документы. Во-вторых, для меня особый интерес представляет запланированный в рамках этой конференции ситуационный анализ, своеобразный «мозговой штурм» на тему «Предпосылки и вероятность формирования оси Москва-Тегеран в меняющемся мире: проекции на Центральную Азию, Прикаспий и Кавказ». Словом, от конференции я жду главного – идей, которые, возможно, в дальнейшем лягут в фундамент концепций безопасности не только Каспия, но и остальных регионов. Матанат Насибова

Подробности: http://1news.az/interview/20140910031433461.html
Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на 1news.az

10.09.2014 Не ближневосточные конфликты, а игры Запада в Каспийском регионе являются основным источником внешних угроз

— Какие факторы на фоне геополитических изменений могут вопросах безопасности для стран Каспийского региона в ближайшей перспективе?

— Представляется, что основная тенденция в ближайшее время будет заключаться в стремлении внерегиональных держав установить контроль как над энергоресурсами Каспия, так и над путями их транспортировки — трубопроводами. Весьма показательна в этом отношении история с планами туркменской стороны, поддержанными на Западе, по строительству проходящего по дну Каспийского моря трубопровода (ТКТ) протяженностью 300 километров, который бы соединил порт Туркменбаши на западе Туркмении с терминалом в районе Баку. Понятно, что туркменский газ был бы очень к месту в планах Европы, и конечная цель строительства этой трубы — диверсификация энергетических поставок из России. Однако перспективы этого проекта маловероятны. Проект ТКТ не нравится не только России, против него выступает и Иран — крупнейший производитель природного газа. И главное — Пекин, которого абсолютно не устраивает то, что туркменский газ в больших объемах пойдет на запад. Тем более что, несмотря на заверения туркменского руководства о том, что к 2020 году страна сможет производить 155 миллиардов кубометров газа, оценка Международного энергетического агентства в два раза меньше. Туркменистан, конечно, нейтральная страна, но это вовсе не означает, что ей дадут «качать» одновременно на восток и на запад. Это лишь частный, но, повторюсь, весьма показательный пример того, как выглядит основная тенденция.

— Как Вы полагаете, готовы ли страны пятерки к компромиссу в вопросе определения статуса Каспия?

— Помните гениальную фразу монтера Мечникова из «Двенадцати стульев» — согласие есть продукт при полном непротивлении сторон? Так вот, чтобы это «непротивление», или компромисс — как удобнее, наступило, политическим элитам прикаспийских государств нужно понять, что региональные вопросы должны решаться «внутрисемейно», между государствами этого региона, поскольку внешние игроки богаче, мощнее и, как следствие, — эгоистичнее. Позиция, когда разрешение внутрирегиональных противоречий ставится в зависимость от отношений с третьей стороной, это, конечно, увлекательно, но в итоге контрпродуктивно для национальных интересов. Когда стороны признают это, дорога к компромиссу станет короче. Что касается позиции Ирана, то он готов к компромиссу при двух условиях — наличии гарантий, что на Каспии не будет западного присутствия, и что наблюдающаяся милитаризация Каспия не будет подпитываться извне. Значима ли такая позиция, такой подход, пусть думают в остальных столицах прикаспийских государств, в том числе — в Москве.

— Какова вероятность воздействия ближневосточных конфликтов на ситуацию в Каспийском регионе?

— Давайте сразу оговорим следующее. Конфликты на Ближнем Востоке сегодня укладываются в три источника. Первый — израильско-палестинское противостояние. Второй — параноидальное «сдерживание Ирана», осуществляемое. Третий — вышедший из-под контроля организаторов и спонсоров стремительно мутирующий в самодостаточное трансграничное образование — пресловутый «исламистский джихад». В кавычках — поскольку ни к Исламу, ни к джихаду эта активность отношения не имеет. Оговорюсь — схема черновая, поскольку я не говорю о внешних источниках. Так вот, именно третий источник в перспективе может создать угрозы стабильности в Каспийском регионе. Но вероятность этого однако не слишком высока и вот почему: стратегическое направление для джихадистов сегодня по целому ряду вполне объективных причин — это Левант, Магриб и полоса южнее Сахеля. Так что максимум их возможностей в регионе — формирование подполья в виде сети джамаатов, точечные теракты. Так что в ближайшие годы эту угрозу вполне можно блокировать совместными полицейскими усилиями. Тем не менее, не ближневосточные конфликты, а игры Запада в этом регионе являются основным источником внешних угроз. О заинтересованности я уже сказал выше, ну а то, как и какими методами Запад добивается реализации собственных геополитических интересов, всем нам прекрасно известно, и разрушение стабильности является одним из основных методов.

— Распространяется ли понятие «новая многополярность современного мира» на процессы, непосредственно касающихся стран Каспийского региона?

— Может, это прозвучит и не в соответствии, извините за выражение, с «трендом», но я совершенно не считаю современный мир многополярным. Есть гегемон — США, есть догоняющий его Китай, который, тем не менее, отнюдь не стремится провозгласить себя «полюсом», поскольку отлично понимает, что для этого нет пока особых оснований. И есть некие государства, чья внешняя политика в определенной мере не устраивает Вашингтон и тот самый «Запад» — некую совокупность политических сил и капитала, консолидировавшегося вокруг все того же Вашингтона. Где и в чем здесь многополярность? Это миф «гуманитариев от аналитики», которые, бросаясь терминами, не удосужатся сравнить размеры ВВП и внешнеполитического потенциала США и стран НАТО с аналогичными показателями «многополярников». Другое дело — тенденция к возникновению региональных и межрегиональных объединений, но об их результатах, согласитесь, говорить пока преждевременно.

— Каким вам видится дальнейшее геополитическое и стратегическое сотрудничество между странами Каспийского региона?

— Ох, как бы мне хотелось ответить на ваш вопрос с энтузиазмом и оптимизмом. К сожалению, мы пока лишь в начале пути, когда не сформированы основные подходы, не ясны до конца цели и взаимные выгоды, непонятны преференции такого сотрудничества и многое другое. Уверен только в одном — региональное освоение и, соответственно, региональная ответственность за безопасность и эффективное использование Каспия — это объективный, а значит — неизбежный процесс. Вопрос о скорости его реализации давайте оставим на следующий раз.

— Какую цель преследует организованная вами международная конференция и каковы ожидания от нее?

— Ну, во-первых, вся заслуга в организации — исключительно на Александре Алексеевиче Князеве. Его энергии, его интеллектуальных и организаторских усилиях. Для меня же главная цель — это, во-первых, «сверить часы», то есть узнать мнения моих уважаемых и более опытных коллег по каспийской проблематике, и проанализировать вероятность их практического оформления в аналитические документы. Во-вторых, для меня особый интерес представляет запланированный в рамках этой конференции ситуационный анализ, своеобразный «мозговой штурм» на тему «Предпосылки и вероятность формирования оси Москва-Тегеран в меняющемся мире: проекции на Центральную Азию, Прикаспий и Кавказ». Словом, от конференции я жду главного — идей, которые, возможно, в дальнейшем лягут в фундамент концепций безопасности не только Каспия, но и остальных регионов.

Матанат Насибова

Матанат Насибова

Подробности: http://1news.az/interview/20140910031433461.html
Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на 1news.az

1news.az

________________________________________

Из комментариев на тему

topwar.ru

Итак, соотношение сил в бассейне Каспийского моря, в составе Каспийской Флотилии:
2 ракетных корабля (легкие фрегаты) пр. 1166.1"Татарстан" (сдан флоту в 2002 г.), "Дагестан" (сдан в 2012 году). "Татарстан" вооружен 8 ПУ ПКРК «Уран», "Дагестан" 8 ПУ УКСК Калибр-НК, в составе которого может применяться несколько типов высокоточных крылатых ракет по надводным, подводным и береговым целям на удалении до 300 км.

2 МРК пр. 21631 "Буян-М", вооружены 8 ПУ УКСК Калибр-НК, каждый.

4 малых артиллерийских корабля:
3 МАК пр. 21630 "Буян" переданы флоту в 2006, 2001, 2012 г.г. соответственно.

МАК-160 "Гомель" пр. 12411-Т "Молния-Т". Вернулся в строй после полного ремонта и модернизации в декабре 2011 года. Получил: два новых главных двигателя,модернизированные газотурбинные установки, артиллерийское вооружение, системы связи и навигации.
4 ракетных катера:
1 пр. 12411-Т "Молния-Т"- "Ступинец", передан флоту в 1985 году, вооружен 4 ПКР П-15.

3 пр. 206, сданы флоту в 1978 г. и 1983 г. (два)
5 артиллерийских катеров:
4 проекта 1204 "Шмель"
1 проекта 1400М «"Гриф"
1 противодиверсионный катер пр. 21980 "Грачонок" (передан в 2013 году)
7 тральщиков (5 БТЩ + 2 РТЩ):
2 пр. 1265 "Яхонт",
2 пр. 10750 "Сапфир",
1 пр. 1258 "Корунд",
2 пр. 697ТБ (РТЩ).
6 десантных катеров:
1 пр. 1176 "Акула" (1999 г.),
1 пр. 21820 "Дюгонь" (2010 год)
4 пр. 11770 "Серна" (2000, 2002, 2005, 2008 г.г.).
Суммарно надводные корабли: 31. Средний возраст флота на 2014 год — 18,5 лет.
Совокупный ракетный залп: 42 ПКР = 8 «Уран» ("Татарстан") + 8 "Калибр-НК" ("Дагестан") + 16 "Калибр-НК" (МРК пр.21631) + 4 П-15 (РКА пр.12411Т) + 6 П-15 (РКА пр.206).
В этом году в состав флота должны войти МРК пр. 21631 "Великий Устюг", который проходит ГХИ на Каспии, 2 ДКА пр.11770 "Серна" (зимовали в Городце, ушли на Каспий, на один уже подписан акт приемки). Из вспомогательных: спасательное буксирное судно "СБС-45" пр. 22870(подписан приемный акт 27 июня) и плавучее крановое судно "ВТР-79", которые вошли в состав флотилии 1 августа; 3 рейдовых катера комплексного аварийно-спасательного обеспечения "РВК-933", "РВК-946", "РВК-1045". Часть кораблей с КФл стали передавать другим флотам: так в прошлом году БФ был передан самый новый РКА-Р-32 пр. 12421 (передан флоту в 2000 году), в этом году ЧФ переданы,строившиеся для КФл ПрДКа пр. 21980 "Грачонок" и ДКА пр.11770 "Серна".

Роман 1977

16 сентября 2014 15:39 ↑

Следующие по силам ВМС на Каспийском море имеет Иран:
Фрегата Damawand второй фрегат иранской постройки типа Jamaran (программа Moudge, или Mowj - موج - "Волна") ипредставляет собой фактически модифицированныю и упрощенныю копию малых фрегатов британского экспортного проекта Vosper Mk 5 разработки 60-х годов, 4 единицы которых были построены в Великобритании по контракту 1965 года для ВМС Ирана как тип Saam (Alvand). Водоизмещение: 1420 т. Длина – 94,5 м, ширина – 11,1 м, осадка – 3,25 м. ЭУ – 2 ГТУ (20000 л.с.), 4 дизель-генератора (4х550 кВ). Скорость – 28 уз. Экипаж – 120-140 чел. Вооружение: 4 ПУ ПКР Noor- копия китайской ПКР С-802 (YJ-82), в свою очередь являющуюся копией французской "Экзосетт", 4 ПУ ЗРК SM-1 (копия американской RIM-66A Standard), 1 76-мм АУ Fajr-27 (копия итальянской OTO Melara), 1х1 40-мм АУ Fath-40 (копия шведской Bofors L70), 2х1 20-мм АУ Oerlikon GAM-B01, 2х3 324-мм ТА, ВППл для вертолета Bell 214ASW

Был спущен на воду 17.03.2013 года. 17 июля начались ГХИ, предположительно войдет в состав флота до конца года. Наши "Дагестан" и МРК пр.21631 могут легко убить сей "корабль" прямо в порту.
2 РКА проекта Sina: Paykan (2003 г.) и Joshan (2006 г.). Водоизмещение: 275 т. Копия французского La Combattante II. Длина – 47 м, ширина – 7,1 м, осадка – 2 м. ЭУ – 4-вальная, 4 дизеля, 14400 л.с. Скорость – 36 уз. Экипаж – 31 чел. Вооружение: 4 ПКР С-802 (YJ-82); 1 76-мм АУ Fajr-27, 1 40-мм АУ Fath-40.

Легкий корвет "Hamzeh". Водоизмещение: 580 т. Модернизированный голландский корабль 1936 г. постройки (Boelle Yard, Bolnes)-бывшая шахская яхта. Передан в состав ВМФ в 1965 году. Длина – 54 м, ширина – 7,65 м, осадка – 3,25 мм. ЭУ – два дизеля Stork, 2600 л.с. Скорость – 15 уз. Вооружение: 4 ПУ ПКР С-802, 20-мм АУ Oerlikon GAM-B01, 2 крупнокалиберных пулемета.

Таким образом совокупный залп иранского ВМФ на Каспии составляет 16 ракет= 4 с фрегата Damawand+ 8 с РКА + 4 с "Hamzeh".
Кроме того Иран может легко перебросить на Каспий в случае обострения обстановки малые ДЭПЛ Ghadir-21 ед. (водоизмещение 120 тонн, 2 ТА)
или Yugo-4 ед. (водоизмещение 90 тонн, 2 ТА), и легкие РКА Peykaap- 74 ед. (водоизмещение 98/148 т.; воружение 2 ПУ ПКР Kowsar, 1 40-ММ АУ, 2 крупнокалиберных пулемета)
Кроме этого Иран строит в Бандар-Энзели на Каспийском море свою ДЭПЛ типа Fateh, предназначенную для ВМС Корпуса стражей исламской революции, и которая станет первой более или менее "полноценной" подводной лодкой иранской постройки. Лодка имеет подводное водоизмещение около 600 т и увеличенную до 48 м длину.

Роман 1977

16 сентября 2014 15:44 ↑

Азербайджан имеет довольно многочисленный, но при этом самый слабый флот на Каспийском море, так в его составе нет ни одного корабля с ракетным вооружением:
Флагманским кораблем является СКР "G-121 Гусары", бывший СКР пр. 159А "СКР-16 Бакинец". СКР прошёл полный капремонт с заменой двигательной установки. Так же в ходе ремонта были сняты 400-мм торпедные аппараты и РБУ-6000, а за рубкой установлены два 30-мм автомата АК-230.

12 патрульных кораблей и катеров:
бывший РКА "Р-173" КВФ ВМФ СССР пр.205. С корабля демонтировали контейнеры ПКР и передали БОХР.

4 патрульных катера пр.205П бывшей Бакинской пограничной бригады ПСКР МЧПВ КГБ СССР. Корабли были частично разоружены (сняты ТКА) и входят в состав БОХР Азербайджана.

патрульный корабль "Р-212"- бывший корабль радиационно-химической разведки пр. 1388Р (КРХ-1)
3 бывших учебных корабля проекта "УК-3" (польской постройки).
2 патрульных корабля пр. 722, польской постройки.

патрульный корабль бывший спасательный катер пр. 368У.
бывший патрульный катер ВМС Турции переданный Азербайджану.
4 тральщика:
2 базовых тральщика проекта 1265 "Яхонт"
2 базовых таральщика проекта 1258 "Корунд"
6 десантных кораблей:
4 средних десантных корабля пр. 770 и 771
2 малых десантных корабля пр.106К
Кроме того после распада СССР Азербайджану были переданы сверхмалые подводные лодки (групповые носители боевых пловцов) типа "Тритон-1М" и "Тритон-2" (планируется отремонтировать в Хорватии), а также индивидуальные подводные средства движения водолазов-разведчиков.
Впрочем Азербайджан пытается наращивать свои ВМС.Так, 18 июля этого года президент Азербайджана Ильхам Алиев принял участие в открытии нового судостроительного завода Береговой охраны Государственной пограничной службы Азербайджана, построенного в бакинском поселке Тюркан. На предприятии уже собраны два сторожевых катера типа Shaldag Mk V постройки израильской компании Israel Shipyards. Собранные катера имеют бортовые номера S-301 (этот катер находится на этапе ходовых испытаний) и S-302 (18 июля был подготовлен ко спуску на воду). Построенные для Азербайджана катера типа Shaldag Mk V вооружены баковой дистанционно управляемой автоматической установкой Rafael Typhoon (предположительно, использующей одну 23-мм автоматическую пушку 2А14 от установки ЗУ-23-2), двумя дистанционно управляемыми установками Rafael Mini c 12,7-мм пулеметами, двумя 7,62-мм пулеметами, и предположительно четырехзарядной пусковой установкой ракетного комплекса Rafael Spike-NLOS.

Роман 1977

16 сентября 2014 15:47 ↑

Туркмения в последнее время сильно нарастила свои ВМФ, заняв третье место по их потенциалу на Каспии. В составе туркменских ВМФ:
2 ракетных катера проекта 1241.8, каждый вооружен 16 ПКР Х-35. Переданы в 2011 году.

8 быстроходных патрульных катеров проекта NTPB (всего заказано 12), строятся в Туркмении по турецкому проекту на судостроительно-судоремонтном заводе в Уфре в Туркменбаши (бывшем Красноводске). Водоизмещение 400 тонн, длина 55,75 метров, 40-мм спаренная башенная автоматическая артиллерийская установка Oto Melara Twin Compact.

4 быстроходных патрульных катера типа АМВ. Строятся по турецкому проекту, всего заказано 12 единиц.
2 патрульных катера российской постройки типа "Соболь" (переданы в 2009 году)
2 патрульных катера пр. 1400Т "Гриф-Т" украинской постройки.

1 патрульный катер "Калкан-М" украинской постройки.

1 патрульный катер Point Jackson, передан США
1 десантный катер неизвестного типа российской постройки.
Таким образом по сумме ракетного залпа ВМС Туркмении равны ВМС Ирана и полностью превосходят ВМС Азербайджана, однако не имеют в своем составе крупных кораблей.

Роман 1977

16 сентября 2014 15:50 ↑

Казахстан имеет самые слабые ВМФ в регионе:
2 ракетно-артиллерийские катера проекта 250 Барс-МО. Головной катер «Казахстан», спущен на воду в апреле 2012 года и введен в строй в декабре 2012 года, длина- 46 метров, стандартное водоизмещение ракетно-артиллерийского корабля 240 тонн, а наибольшая скорость хода - в 28-30 узлов; вооружение состоит из баковой 25-мм спаренной артиллерийской установки 2М-3М, 23-мм спаренной зенитной артиллерийской установки ЗУ-23, а также 12-ствольной 122-мм пусковой установки РСЗО.

Первый серийный - "Орал", спущен на воду 30 апреля 2013 года и введен в строй 3 декабря 2013 года. На "Орал" состав вооружения изменен - установлены баковая 30-мм артиллерийская шестиствольная установка АК-306, а также два комплекса разработки украинского Государственного предприятия "Государственное Киевское конструкторское бюро "Луч" - турельная пусковая установка "Арбалет-К" с четырьмя ракетами ПЗРК "Игла" и ракетный комплекс "Барьер-ВК" с четырьмя противотанковыми управляемыми ракетами РК-2В с лазерным наведением, а также украинская система управления вооружением "Каскад-250". Третьий корабль проекта- "Сарыарка" (назван по степному району Центрального Казахстана, русское научное название - Казахский мелкосопочник), построен на «Уральском заводе «Зенит», который входит в состав АО «Национальная компания «Казахстан инжиниринг» спущен на воду 7 мая этого года. Ввод корабля в состав ВМС Казахстана ожидается к концу года. Вооружение "Сарыарка" аналогично кораблю "Орал".

В следующем году заказан ракетно-артиллерийские корабль "Супер Барс"
1 патрульный катер Sea Dolphin, южнокорейской постройки получен в 2006 году.

4 десантных катера американской постройки, получены в 2009 году.
11 июля этого года в Уральске на АО "Уральский завод "Зенит" был осуществлен спуск на воду головного быстроходного сторожевого катера "Караганды" (бортовой номер "308") нового проекта 0210 (шифр «Айбар»), предназначенного для государственной пограничной службы Казахстана.

Заказаны 2 рейдовых тральщика пр. 10750Э (первый заложен в 2013 г., второй заложен 31 июля этого года, тральщики должны быть переданы в 2015 году). В мае 2012 года минобороны Казахстана, АО "Национальная компания "Казахстан Инжиниринг" и европейские компании MBDA и "INDRA Sistemas" подписали соглашение о приобретении систему береговой обороны для ВМС Казахстана на основе семейства противокорабельной ракеты Exocet MM40 Block 3. Планируется покупка 6 ракетно-артиллерийских кораблей пр. 21632 "Торнадо"