К вопросу «о постановке вопроса»
В отношении ОУН-УПА доминируют два диаметрально противоположных взгляда.
Согласно «люмпен-русскоязычной» версии, украинские буржуазные националисты и ОУН-УПА — это сплошные «бандеровцы», «наймиты» немецких фашистов, злейшие враги всего русского, бандиты, которые стреляли в спину борцам с фашизмом. Хотя хорошо известно следующее. Во-первых, среди националистов, включая ОУН, были далеко не только бандеровцы. Во-вторых, руководство УПА действительно осуществляла «бандеровская» часть ОУН, но УПА была основана вовсе не «бандеровцами», а Степан Бандера де-факто ничем особо не руководил. В-третьих, часть националистов без особого успеха пыталась сотрудничать с немцами, в том числе и до прихода Гитлера к власти, но против УПА фашисты жестоко боролись, иногда даже с помощью танков и авиации. В-четвёртых, ОУН-УПА воевала не с Красной Армией, боровшейся с фашизмом, а с карателями советских спецслужб, которые уничтожали мирное население, хотя бывало всякое: скажем, бойцы УПА смертельно ранили генерала Николая Ватутина, командовавшего освобождением Киева и Украины, и убили героя Войска Польского, борца с фашизмом генерала Кароля Сверчевского, но это произошло спонтанно в бою, а когда тебя и твой род выживают с твоей земли и уничтожают, то будешь стрелять не только в генералов, но и в самого Господа Бога! В-пятых, основой ОУН была пролетаризованная интеллигенция, а ударной силой УПА были крестьяне, посему разговоры о «буржуазных националистах» — это «бред сивой кобылы». В-шестых, западноукраинский национализм вырос на жестокой украино-польской борьбе, а резко антироссийскую и антибольшевистскую окраску приобрёл только с началом большевистского террора в Западной Украине. В-седьмых, борьба ОУН-УПА за независимость — это героическая национально-освободительная борьба с польским, немецко-фашистским и большевистским видами империализма.
Всего этого могут не знать граждане России, многие из которых, к тому же, отравлены шовинистической пропагандой, но живя в Украине и имея желание, можно было и разобраться! Другое дело, если этому мешает, пардон, люмпенская тупость…
По «национально-истеричной» версии, члены ОУН и бойцы УПА были исключительно благородными людьми, которые боролись за свободу и демократию… Но ведь ОУН-УПА — это массовая «партизанка», народ туда сбегался разный, а посему мерзавцев там было достаточно, как и везде. Главная же проблема в том, что украинский национализм был не только национально-освободительным, но и тоталитарным, иногда откровенно фашистским течением общественной мысли и социальной практики. И другого тогда быть не могло по объективным причинам! Это признают даже некоторые «бандеровцы», например один из бывших «проводников» ОУН Евген Стахив, который говорит, что Степан Бандера де-факто мало влиял на движение «бандеровцев» (см. интересный материал «Свидетель столетия», газета «День», № 97, 6.06.2003г.). С этим соглашается и ряд западных историков, например, выходцы из украинской диаспоры Иван Лысяк-Рудницкий и Орест Субтельный, которых нельзя заподозрить в симпатиях к русскому шовинизму и большевизму. Только к концу войны, столкнувшись с многонациональными населением Восточной Украины и личным составом Красной Армии, украинские националисты стали обращаться интернационализму, демократии и даже социализму.
Хотя с другой стороны, любой «запеклий» национализм в пределе должен быть национал-социализмом, ибо без социалистического элемента теряется смысл национализма, но в эти дефиниции не являются предметом настоящего опуса.
Возникает вопрос: почему благородная цель национального освобождения была, к сожалению, сильно дискредитирована фашизоидными проявлениями разрушительности и жестокости? Ведь в начале ХХ в. западноукраинский национализм имел совсем иной, либерал- или социал-демократический характер! Чтобы понять феномен ОУН-УПА, придётся начать издалека. Более того, сводить вопрос национального движения в Западной Украине только лишь к ОУН-УПА, как это нынче модно, — это, по мнению автора, глупо и антиисторично. Следует рассмотреть западноукраинский национализм в исторической, социальной и психологической динамике, которая и привела к ОУН-УПА — наиболее трагической и героической, но весьма неоднозначной странице в украинской национально-освободительной борьбе.
В качестве историко-фактологической канвы автор использовал наиболее близкую ему по духу книгу «Украина. История» канадского историка, выходца из украинской диаспоры Ореста Субтельного. Столь пространное изложение имело следующую цель. На личном опыте автор убедился, что большенство народонаселения, включая даже более-менее «свидомых» украинцев Поднепровья, не говоря уже о «патологически русскоязычных», часто весьма слабо представляют себе события в Западной Украине в течение последних лет этак 150 и повторяют «абракадабру» из набора слов типа «бандеровцы», «ОУН-УПА», «фашисты», «националисты», «СС Галичина» и т.д. Но когда, например, начинаешь объяснять, что первоначально УПА не имело никакого отношения к ОУН, и организовал УПА де-факто… враг «бандеровцев», то в ответ либо видишь удивлённые «квадратные» глаза или слышишь «матюки»… Даже многие молодые люди, которые учились уже в «незалежное время», откровенно «плывут» в этой теме. Поэтому автор, которого ныне оплёванное советское образование приучило к настойчивому самообразованию, набрался наглости изложить интереснейшую тему западно-украинского национализма на русском языке и со своими комментариями, которые, впрочем, могут не понравиться как «тем», так и «этим»…