«Русский след» в украинском национализме
Глубокий комплекс национальной и социальной неполноценности привёл к появлению среди западноукраинских интеллигентов и греко-католических священников Галичины «русофилов», отрицавших украинскую идентичность, ратовавших за подчинение России и одновременно клявшихся в верности Австрийскому престолу. (Кстати, по мнению тех же Субтельного и Лысяка и вопреки распространённым нынче мифам, униатские священники часто играли весьма реакционную роль). Пытаясь укрепиться в этой части Австрии и играя на украино-польских противоречиях, Российская империя поддерживала русофилов, в том числе финансово. Поскольку русского языка русофилы не знали, местный диалект украинского языка отрицали как «мову чабанов и свинопасов», то использовали цивилизованный польский язык, а также искусственное «язычие» на основе церковнославянкого языка с дикой примесью русских, польских и украинских слов. Дошло до того, что русофилы приветствовали запреты украинского языка в царской России!
В противовес русофилам в Галичине появляются «народовцы». Они исходили из того, что украинцы — отдельная нация со своим самобытным языком, живущая на просторах от Карпат до Кавказа. Ограниченность народовцев состояла в том, что они игнорировали социо-экономику и политику, а занимались преимущественно языком, литературой, изданием культурологических журналов. (Что-то очень знакомое!)
В мировоззрении польской интеллигенции было что-то космополитичное и благородное. Представителям русской элиты, включая революционную контр-элиту, были присущи геополитический размах и универсализм. Национальному же возрождению в Западной Украине препятствовала плебейская и провинциальная психология местных украинских интеллигентов (О.Субтельный, И.Лысяк-Рудницкий). На помощь пришла украинская элита с восточной, «российской» Украины, которая, как это ни парадоксально, в тот момент была намного сильнее западных коллег в вопросе национального самосознания, не смотря на гонение на всё украинское со стороны царизма. Более того, в первой половине ХІХ в. возрождение украинства началось в том числе на Левобережье, включая Слобожанщину и Харьков, и разговорчики нынешней люмпен-русскоязычной публики о том, что, дескать, Харьковщина — это исконно русский регион, — это полная чушь!
Народовцы зачитывались книгами восточноукраинских авторов — Тараса Шевченко, Пантелеймона Кулиша, Николая Костомарова. Особое впечатление на галицких интеллигентов (с их на тот момент вполне «телячьим» менталитетом) произвела национально-революционная поэзия Шевченко, которого восприняли как «своего», хотя к Галичине он, по сути, не имел никакого отношения! После антиукраинских гонений в России многие восточноукраинские авторы публиковались в журналах Галичины и посещали её, например, Владимир Антонович, Александр Кониский, П. Кулиш. В 1894 г. профессором истории Львовского университета стал 28-летний ученик В.Антоновича — Михаил Грушевский. При финансовой и моральной поддержке восточных украинцев во Львове в 1868 г. было основано товарищество «Просвіта», а в 1873 г. — знаменитое Товарищество им. Тараса Шевченко (НТШ), которое позднее под руководством Грушевского стало общественной академией наук. Именно восточные, а не западные украинцы впервые осознали, что Галичина может сыграть роль «украинского Пьемонта»!
Под влиянием либерально настроенных восточных украинцев интеллектуальный уровень провинциальных и привязанных к церкви западных украинцев несколько возрос, но до определённой меры. Когда в 1870-х гг. выдающийся интеллектуал и общественный деятель из Восточной Украины Михаил Драгоманов, пребывая в изгнании в Галичине, попытался проповедовать антиклерикальные, космополитические и социалистические взгляды, галицкие интеллигенты их отторгли за «безбожный анархизм». Драгоманова, как представителя интеллектуально более развитой восточноукраинской интеллигенции, шокировал низкий культурный уровень, провинциальность и мелочность галичан. Он резко выступал против негативного влияния духовенства на украинскую жизнь в крае. Например, Драгоманова, бывшего убеждённым социалистом домарксового, пркдоновского «разлива, о чём нынешние партиоты помалкивают в тряпочку, возмущали проповеди галицких священников о том, что нищета селян является следствием только лишь пьянства и лени, что, впрочем, тоже справедливо.