2023-1 Ларина Е.С.

Автор: Ларина Е.С.
США Банки Наркотики Терроризм Категория: Ларина Елена Сергеевна
Просмотров: 1612

2023 Статьи первого полугодия

29.06.2023 Тайвань: если завтра война
Оценка сильных и слабых сторон в потенциальном конфликте

28.06.2023 Что делать с искусственным интеллектом?  Е. Ларина, В. Овчинский  (ИИ)
Lискуссии и решения: от экономики до войны

24.06.2023 Конфронтация между Вашингтоном и Пекином будет возрастать с новой силой.  Е. Ларина, В. Овчинский
Тайвань и Индо–Тихоокеанский регион как зоны конфликта

10.06.2023 Недремлющее око «Красного Дракона».  Е. Ларина, В. Овчинский
Как китайская разведка работает с открытыми источниками

09.06.2023 Зона особой напряжённости.  Е. Ларина, В. Овчинский
Противостояние США и Китая в Индо–Тихоокеанском регионе

01.06.2023 В какое оружие вкладывается Америка.  Е. Ларина, В. Овчинский
О военном бюджете США на 2024 год

30.05.2023 Пентагон делает ставку на учёных и айтишников. Е. Ларина, В. Овчинский
США приняли Стратегию национальной оборонной науки и технологий
25.05.2023 ChatGPT: мировой переполох.  Е. Ларина, В. Овчинский  (ИИ)
Как новые формы ИИ меняют мир

22.05.2023 ChatGPT и борьба с преступностью.  Е. Ларина, В. Овчинский  (ИИ)
Влияние генеративных моделей ИИ на криминалистику и оперативно – розыскную деятельность

12.05.2023 Искусственный интеллект на войне.  Е. Ларина, В. Овчинский  (ИИ)
Цели и возможности

05.05.2023 14 мая 2023 – выборы в Турции
Смогут ли США свергнуть Эрдогана?

19.04.2023 США против ОДКБ. 
Главный вызов на фоне традиционных рисков

10.03.2023 Разведка США: что год грядущий нам готовит?
Отчёт о мировых угрозах национальной безопасности США на 2023 год

20.01.2023 Как организовать учёт кибератак? Е. Ларина, В. Овчинский
Опыт США

13.01.2023 США и НАТО: ставка на инновационные технологии в военном деле
«войны будущего» уже ведутся

 


29.06.2023 Тайвань: если завтра война

 

      Оценка сильных и слабых сторон в потенциальном конфликте

 

8 июня 2023 года опубликован Исследовательский отчет RAND «Сможет ли Тайвань противостоять крупномасштабному военному нападению Китая?».

Думается, что закономерно появление этого документа после визита госсекретаря США Блинкена в Китай и нового витка конфронтации между Пекином и Вашингтоном в результате скандальных заявлений Байдена о Си Цзиньпине и КНР в целом.

В отчете подчеркивается, что «Тайвань остается важной потенциальной точкой конфликта между Китаем и Соединенными Штатами. Учитывая географическое расстояние между Соединенными Штатами и Тайванем и военную задачу отражения крупного нападения Китая, точная оценка способности Тайваня поддерживать оборону может стать решающим фактором для лиц, принимающих решения и планирующих в США».

В этом отчете авторы разрабатывают основу для оценки способности страны противостоять крупномасштабному военному нападению. Затем они используют эту схему для оценки способности Тайваня противостоять нападению Китая в течение 90 дней — времени, которое, вероятно, потребуется Соединенным Штатам для мобилизации достаточных сил для осуществления интервенции в Восточной Азии.

Исследование было первоначально завершено в октябре 2017 года. Отчет был обновлен в июне 2023 года.

Это исследование проводилось в рамках Программы международной политики безопасности и обороны Исследовательского отдела национальной безопасности RAND (NSRD), который управляет Национальным исследовательским институтом обороны (NDRI) - научно-исследовательским центром, финансируемым из федерального бюджета. Центр спонсируется канцелярией министра обороны США, Объединенным штабом, объединенными боевыми командованиями, военно-морским флотом, корпусом морской пехоты, оборонными агентствами и военным разведывательным подразделением.

Предварительные замечания

В исследовании говорится, что растущий дисбаланс между вооруженными силами Китайской Народной Республики и Тайваня (официально Китайской Республики) вызвал сомнения у военных экспертов и политологов в способности Тайваня отразить крупномасштабное нападение. Хотя Соединенные Штаты сохраняют неявные гарантии безопасности с Тайванем, военное вмешательство против Китая создает огромные препятствия. В политическом плане мрачная перспектива крупной войны против такого могущественного противника, как Китай, повышает вероятность того, что любое потенциальное военное вмешательство столкнется с пристальным вниманием и скептицизмом со стороны лидеров США и общественности. Вашингтон и общественность США могут отказаться от вмешательства, если тайваньские вооруженные силы быстро развалятся или если конфликт окажется безнадежным. И наоборот, решительная и настойчивая оборона Тайваня может вызвать сочувствие международного сообщества и повысить вероятность того, что правительство США и общественность поддержат сопротивление китайской агрессии. Поскольку Тихий океан так огромен, Соединенным Штатам может потребоваться значительное время — по крайней мере, несколько месяцев — для того, чтобы мобилизовать достаточную боевую мощь США для усиления передовых вооруженных сил и борьбы с крупным непредвиденным обстоятельством в Восточной Азии. Поэтому для американских руководителей и специалистов по планированию, которым, возможно, потребуется отреагировать на нападение Китая на Тайвань, по-прежнему важна точная оценка способности острова противостоять нападению.

Мнения экспертов по поводу того, как долго народ Тайваня может выдержать крупномасштабное нападение Китая, по-прежнему расходятся. Военные аналитики, которые сосредотачиваются на количестве и качестве сил, доступных для ведения войны, обычно дают скептические оценки. Например, анализ, опубликованный в 2014 году, показал, что имеющиеся у Тайваня корабли, самолеты и оружие для отражения атаки Китая недостаточны. Точно так же в отчете Министерства обороны США Конгрессу за 2022 год изложены сценарии, в которых китайские вооруженные силы могут использовать блокаду, огневые удары или вторжение для подчинения острова, предполагая, что остров остается крайне уязвимым.

С другой стороны, аналитики, занимающиеся политикой Тайваня, дают совершенно противоположные оценки потенциальной готовности острова к войне. Официальные китайские новостные источники насмешливо называют тайваньских военнослужащих хрупкими «земляничными войсками», которые рухнут в первые же минуты боя. Эти китайские источники, по-видимому, основывают свои взгляды на наблюдениях за плохой подготовкой тайваньских призывников. Однако другие наблюдатели пришли к выводу, что политическая воля Тайваня к борьбе может быть сильно недооценена. Например, один комментатор указал, что китайское нападение, скорее всего, сплотит тайваньское население. Комментатор привел многочисленные исторические прецеденты, когда люди склонны «сопротивляться, а не сдаваться», когда их принуждают или на них нападают.

Отчасти сложность оценки способности Тайваня противостоять крупномасштабному нападению заключается в двусмысленности и сложности определения способности страны сражаться (или желания сражаться). Этот термин может относиться либо к физическим ресурсам, доступным для отражения нападения, либо к нематериальным политическим и духовным ресурсам, которые лежат в основе решимости национального руководства страны, ее народа, либо того и другого. Военные эксперты обычно сосредотачиваются на первом, а политологи — на втором. И даже когда аналитики используют подход к оценке, учитывающий как материальные, так и нематериальные измерения, этот подход несет в себе свои сложности и многоуровневый смысл.

Например, боеспособность страны может охватывать материальные и нематериальные ресурсы народа, необходимые для продолжения вооруженного конфликта во время и после того, как национальное руководство капитулировало, например, посредством мятежей. Более того, способность к сопротивлению может меняться со временем и среди разных частей населения, а также может зависеть от характера конфликта.

Исследовательский подход

В этом отчете авторы стремятся оценить способность Тайваня противостоять крупномасштабной атаке Китая. Для этого они сосредоточились на национальном руководстве и раннем периоде конфликта, когда у лиц, принимающих решения в США, может быть возможность направить военное вмешательство.

Авторы стремились выделить наиболее важные материальные и нематериальные факторы, влияющие на способность страны противостоять нападению. В частности, изучена роль политического руководства и социальной сплоченности Тайваня, эффективность вооруженных сил и уязвимые места в экономике и инфраструктуре. Также изучены факторы, которые могут повлиять на оценку, такие как размах и продолжительность атаки, размах и масштаб экономического принуждения. Наконец, оценено влияние, которое обещанное вмешательство американских военных может оказать на готовность Тайваня продолжать боевые действия.

В отчете определена способность Тайваня противостоять крупномасштабному нападению как способность национального правительства контролировать решительную военную оборону острова в течение 90-дневного периода с момента начала крупного нападения Китая.

Это определение фокусируется на национальном правительстве как главном субъекте, принимающем решения о вооруженных силах и о том, поддерживать или отказываться от военных действий.

Авторы стремились косвенно измерить влияние народной поддержки, анализируя социальную сплоченность и уровень народной поддержки правительства Тайваня. В этом исследовании авторы избегали вопросов о способности Тайваня поддерживать повстанческое движение в случае капитуляции со стороны национальных властей.

Авторы ориентировались на 90-дневный период с начала боевых действий как на минимальное время, которое потребуется силам США для мобилизации сил для интервенции в Восточной Азии.

Кроме того, в отчете рассмотрены только наиболее напряженные сценарии, связанные с крупномасштабной атакой Китая, направленной на принуждение Тайваня к объединению или иным образом принуждение Тайваня к признанию суверенитета Пекина над ним.

Рассматриваемая военная операция может включать любое сочетание обычного ракетного удара, совместной блокады, десантного вторжения или широкомасштабных информационных операций.

Авторы отчета определили успешную оборону Тайваня следующим образом:

национальное правительство должно оставаться у власти в течение 90-дневного периода;

как руководящий орган, оно должно иметь возможность выполнять основные функции правительства и быть в состоянии надежно связываться и координировать любое вмешательство США;

тайваньские вооруженные силы должны оставаться в состоянии лишить Китай возможности отстранить тайваньское правительство от власти или иным образом заставить тайваньское руководство сдаться на любых условиях, которые потребует Пекин;

для успешной обороны Тайваню не обязательно побеждать в каждом сражении или даже в большинстве из них. Тайваньские вооруженные силы должны просто оставаться сплоченными и продолжать сражаться, пока национальное правительство остается у власти.

Небольшие принудительные операции Китая, направленные на получение относительно незначительных уступок или наказание Тайваня за кажущуюся непримиримость, такие как демонстрации, испытания ракет, учения или даже ограниченные удары, не проверяют в значительной степени способность страны сопротивляться и не рассматриваются в этом исследовании. Однако в рамках оценки способности острова выдержать издержки войны авторы анализировали потенциальные экономические санкции Китая и варианты противодействия им со стороны Тайваня.

Ключевые переменные способности страны противостоять нападению

При определении решимости страны (которая в этом отчете и в других местах включает в себя правительство, народ и вооруженные силы) вести войну, наиболее важной переменной является политическое руководство страны и социальная сплоченность.

Эффективность вооруженных сил, конечно, тоже играет ключевую роль. Чтобы поддерживать национальную волю к войне, вооруженные силы страны должны иметь некоторую надежду на победу или, по крайней мере, лишить противника победы. Военные могут уступать по количеству и качеству, но недостаток не должен быть настолько подавляющим, чтобы перспективы победы казались невозможными.

Третьей переменной, определяющей решимость нации сражаться, является ее стойкость, то есть ее способность выдерживать и управлять экономическими и человеческими издержками конфликта.

Часто высокие издержки в начале конфликта могут укрепить решимость нации. Однако эти затраты могут подорвать поддержку в долгосрочной перспективе. Наконец, военное вмешательство союзника может повлиять на решимость страны. Хотя эта переменная изучалась в нескольких исследованиях, имеющиеся данные свидетельствуют о том, что на воздействие может влиять то, как начался конфликт, скорость, с которой вмешивается союзник, и твердость приверженности.

Оценка способности Тайваня противостоять крупномасштабному нападению

Переменная 1: политическое лидерство и социальная сплоченность

Анализ текущего состояния политического руководства Тайваня и социальной сплоченности показывает, что это может быть уязвимой областью. Однако эта переменная чрезвычайно изменчива, и существует высокая вероятность того, что многие из включенных в нее показателей могут резко измениться в преддверии и во время конфликта.

Общественная поддержка национального руководства

Оценка общественной поддержки национального руководства Тайваня осложняется противоречивыми данными, касающимися популярных взглядов на демократическую форму правления острова, состояние институтов и конкретных лидеров. Тайваньская демократия — одна из самых свободных в мире, и население по праву гордится этим достижением. Freedom House поставила острову общую оценку 89 из 100 в своем индексе свободы за 2016 год. Индекс управления Всемирного банка за 2020 год также дал Тайваню рейтинг 80-х, а Китай получил около 30-х баллов по большинству баллов по вопросам подотчетности, качества регулирования, верховенства закона и борьбы с коррупцией. Однако общественное недовольство выросло из-за замедления темпов экономического роста и неудовлетворенности управлением на Тайване. Президент Цай Инвэнь и предыдущий президент Ма Инцзю регулярно получали уровень поддержки ниже 40 процентов. Соответственно, авторы предварительно оценили этот показатель как низкий, но он может значительно колебаться. В частности, общественная поддержка национального руководства острова может развиваться в непредсказуемых направлениях во время кризиса. Не исключено представить себе лидера, который получает поддержку, бросая вызов принуждению со стороны Пекина. С другой стороны, непопулярный, слабый лидер, который выдвигает дико провокационные меры, несмотря на неприятие населением, может оказаться чрезвычайно уязвимым.

Способность национального правительства обеспечивать лояльность

Как и многие либеральные демократии, Тайвань предлагает своему народу значительную свободу верить, думать и выражать свое мнение. Таким образом, остров в целом не склонен принуждать к лояльности правительству. Тайвань больше не поддерживает обширную сеть внутренних сил безопасности для наблюдения за настроениями своего народа, как это могло быть в эпоху авторитарного правления политической партии Гоминьдан. Тем не менее, у правительства все еще есть некоторая возможность заставить военных подчиняться. Тайваньские вооруженные силы имеют полицию, которая независима от родов войск и подчиняется наблюдательному комитету Бюро национальной безопасности Совета национальной безопасности. Военная полиция частично отвечает за обеспечение дисциплины в вооруженных силах и подчинение гражданским властям.

Будучи либеральной демократией, национальное правительство Тайваня не пытается навязывать лояльность или контролировать признаки нелояльности в мирное время. Однако ситуация может резко измениться во время серьезного кризиса или большой войны. Многие демократии, в том числе Соединенные Штаты во время Гражданской войны, Первой и Второй мировых войн, проводят политику контроля подрывной деятельности и сведения к минимуму политических разногласий, чтобы обеспечить единые военные усилия. В случае серьезного и затяжного кризиса руководство Тайваня может рассмотреть аналогичные меры.

Сплоченность государства

Хотя на Тайване нет серьезных проблем с этническим или религиозным разделением, опросы показывают растущую поляризацию по вопросам идентичности и политической принадлежности. Из жителей Тайваня, опрошенных в 2020 году, 66 процентов идентифицировали себя как тайваньцы, а еще 28 процентов считали себя и китайцами, и тайваньцами.

В национальном законодательном органе острые партийные недовольства время от времени выливались в драки, которые приводили к законодательному тупику. Между официальными лицами и сторонниками как Гоминьдана, так и Демократической прогрессивной партии возникают настроения интенсивных взаимных обвинений и недоверия.

Опросы отмечают глубокий и поляризующий политический раскол и ослабление центристских, основных сил в основных политических партиях. В исследовании, проведенном Национальным бюро азиатских исследований в 2016 году, межпартийный раскол Тайваня рассматривается как его «самая большая слабость» в преодолении ограничений, налагаемых Китаем.

Авторы утверждают, что политический раскол «подорвал способность правительства разрабатывать и проводить эффективную политику, чтобы справиться с опасной ситуацией на Тайване». Они отметили частое использование массовых протестных движений. Эти недостатки управления привели к недостаточному вниманию к расходам на оборону, потребностям стареющего населения, государственной поддержке исследований и разработок и другим насущным вопросам. Соответственно, эксперты RAND оценили этот показатель как низкий.

Однако, как и другие показатели этой переменной, сплоченность государства может резко измениться в преддверии кризиса или конфликта. Если бы Китай продолжал принуждать и запугивать Тайвань, страх перед нападением мог бы побудить стороны преуменьшать разногласия и сотрудничать для защиты острова, создавая эффект сплочения вокруг флага. С другой стороны, Китай может использовать усилия пропаганды и политической войны, чтобы использовать существующие разногласия среди людей, обостряя внутреннюю напряженность и подрывая поддержку национального руководства. У вооруженных сил Китая есть хорошо сформулированная доктрина использования психологических, правовых и общественных усилий, называемых тремя войнами, для подрыва воли противника к войне.

Убедительная идеология

Как и другие либеральные демократии, Тайвань склонен преуменьшать значение коллективных идеалов в пользу индивидуальных прав и свобод. Однако остается неясным, насколько идеал борьбы за Китайскую Республику вдохновляет людей. Китайская Республика теоретически представляет правительство Китая, но этому видению не хватает доверия. Опрос 2020 года показал, что только 13 процентов поддерживают идеал объединения, на котором основана идентичность Китайской Республики. Таким образом, неясно, насколько приверженными могут быть жертвы ради правительства с неоднозначной идентичностью Китайской Республики.

Кроме того, эксперты заметили признаки того, что тайваньским военным может не хватать энтузиазма по защите острова. Без четких доказательств того, что большинство людей придерживается более широкого идеала или идеологии, мы оцениваем этот показатель как низкий.

Поскольку авторы отчета оценили каждый показатель для этой переменной как низкий (1), общий общий балл политического лидерства и социальной сплоченности Тайваня в мирное время также получил низкий балл (4), что говорит о том, что эта область является уязвимой. «Хотя народ Тайваня по праву гордится своим демократическим правлением и личными свободами, неудовлетворенность национальными лидерами, недостатки управления, углубляющаяся политическая поляризация и идеологически слабая основа поддержки идеи Китайской Республики подчеркивают сохраняющиеся недостатки. Однако многие из этих показателей могут резко измениться в условиях кризиса или конфликта, поэтому невозможно с уверенностью предсказать, как политическое лидерство и социальная сплоченность Тайваня могут проявиться в будущей войне».

Переменная 2: Военная эффективность

Обзор вооруженных сил Тайваня показывает, что эта переменная является областью уязвимости. Хотя у Тайваня есть возможности для улучшений, вооруженные силы острова вряд ли смогут обратить вспять свое растущее отставание по сравнению с вооруженными силами Китая.

Количество вооружений и войск

Вооруженные силы Тайваня численно уступают китайским во всех категориях вооружений и платформ. Согласно отчету Министерства обороны США за 2021 год о военных событиях и событиях в области безопасности, связанных с Китайской Народной Республикой, у Китая было 416 тысяч сухопутных войск только в районе Тайваньского пролива по сравнению с общей численностью Тайваня в 88 тысяч человек, и Китай мог легко развернуть больше из своих общих сухопутных сил из более чем 1 миллиона человек.

Всего у Китая было 6300 танков против 800 у Тайваня, у Китая было 7000 артиллерийских орудий по сравнению с 1100 у Тайваня. Китай мог бы достичь более высоких соотношений, задействовав силы из подразделений, дислоцированных в других частях страны. По состоянию на 2022 год Китай также имел явное военно-морское превосходство: 33 дизельные и атомные ударные подводные лодки на его восточном и южном театрах военных действий против двух таких подводных лодок на Тайване. Более того, у Китая было в общей сложности девять ядерных ударных и шесть баллистических подводных лодок, а у Тайваня не было ни одной. А надводные корабли Китая намного превосходили по численности тайваньские: 24 эсминца ВМС НОАК только на южном и восточном театрах военных действий по сравнению с четырьмя эсминцами Тайваня. Кроме того, преимущество Китая в авиации было подавляющим: всего у Китая было 1900 истребителей против 300 у Тайваня, у Китая было всего 450 бомбардировщиков, а у Тайваня не было ни одного.

Хотя Тайвань уступает по количеству вооружений и войск, Китаю не хватает десантных и десантно-транспортных средств для перевозки достаточного количества сухопутных войск, чтобы дать ему подавляющее преимущество в его первоначальном наступлении. Таким образом, Тайвань имеет в наличии достаточно сил, чтобы хотя бы повысить вероятность отказа Китаю в быстрой и легкой победе. Однако, учитывая превосходство Китая в военно-морских кораблях, ракетах, сухопутных войсках и авиации, такая возможность вряд ли гарантирована. Соответственно, мы оцениваем этот показатель как низкий. Более того, Тайвань вряд ли в ближайшем будущем существенно изменит неблагоприятное соотношение.

Качество вооружения и войск

Тайваньские платформы и системы вооружения являются одними из самых современных для вооруженных сил в Азии. Однако они все больше отстают от вооружений китайских вооруженных сил, которые выиграли от десятилетий быстрого роста оборонных бюджетов. Тайваньским самолетам уже несколько десятков лет, а ВВС НОАК располагают самолетами четвертого поколения и еще более совершенными истребителями, такими как Chengdu J-20. Тайваню не хватает современных подводных лодок, и у него стареющий надводный флот, в то время как Китай продолжает добавлять передовые малошумные дизельные подводные лодки, такие как классы «Юань» и «Кило», а также атомные подводные лодки. Китай также разработал современные военные корабли с радиолокационными возможностями, подобными системе «Иджис», и ракетами большой дальности.

Личный состав тайваньских вооруженных сил, как правило, хорошо образован, но большая часть их подготовки не считается строгой или боевой, особенно для сухопутных войск. Отмечаются длительные трудности с набором и удержанием, в результате чего вооруженные силы не могут содержать достаточное количество способных, мотивированных и преданных своему делу сотрудников. Тайваньские вооруженные силы изо всех сил пытались перейти на полностью добровольческие силы, отчасти из-за хронической нехватки новобранцев и растущих расходов на персонал, связанных с переходом. Кроме того, унтер-офицерский корпус «повсеместно охарактеризован офицерами всех родов войск как слабый и неадекватный» из-за его короткого срока службы. А поскольку опытных и обученных кадров не хватает, младшие офицеры должны выполнять задачи, которые должны выполнять унтер-офицеры. В целом, качество вооружений Тайваня не в лучшую сторону по сравнению с китайским, а качество личного состава в лучшем случае примерно равно. Соответственно, в отчете этот показатель оценен как низкий.

Организационная интеграция

Тайваньские вооруженные силы создали совместный штаб, но уровень интеграции в силах остается неполным. Службы добились лишь ограниченного прогресса в обеспечении функциональной совместимости, а интеграция различных систем вооружений, приобретенных в разных странах, остается неясной. Система логистики и обслуживания неадекватна для поддержки более продвинутых платформ, поэтому симптомы некачественной практики обслуживания довольно распространены. Кроме того, сектор исследований и разработок добился лишь ограниченного прогресса в производстве типов технологий, необходимых для национальной обороны. Таким образом, мы оцениваем показатель организационной интеграции как низкий.

Гражданско-военные отношения

У тайваньских военных есть система военной полиции, предназначенная для надзора за лояльностью и дисциплиной военных, но мало свидетельств того, что эта система привела к значительной политизации, коррупции и другому вмешательству гражданского населения в дела вооруженных сил. Хотя низкий моральный дух и политизация набора и укомплектования вооруженных сил остаются проблемой, коррупция в вооруженных силах в целом низка, и большинство экспертов оценивают отношения между гражданскими и военными как удовлетворительные. В отчете показатель отношений между гражданскими и военными оценен как высокий.

Оценка

У Тайваня может быть достаточно сил, чтобы отказать Китаю в легкой победе, если Китай попытается вторгнуться на остров, но военное отставание Тайваня вызывает сомнения в том, как долго Тайвань сможет отражать решительную атаку Китая без вмешательства Соединенных Штатов.

Вооруженные силы Тайваня страдают от количественного и качественного отставания в вооружении и войсках, а также от недостаточной организационной интеграции. Отношения между гражданскими и военными остаются относительно здоровыми, но состояние военной подготовки Тайваня вызывает опасения по поводу его способности противостоять нападению. Учитывая медленный рост экономики, оборонные бюджеты, вероятно, останутся ограниченными в ближайшие годы. Хотя Тайвань может улучшить интеграцию и навыки своего военного персонала, он вряд ли сможет обратить вспять тенденции, благоприятствующие растущему преимуществу НОАК. Поэтому в случае кризиса или конфликта Тайваню почти наверняка потребуется помощь США, чтобы помочь противостоять нападению Китая.

Переменная 3: долговечность

Из-за своей зависимости от морской торговли и импортируемых источников энергии, а также близости дорог, железных дорог, портов и мостов к китайским ракетам Тайвань сталкивается с серьезными экономическими и человеческими проблемами. Даже простая угроза войны, вероятно, побудит судоходные компании сократить торговлю с островом и обратно.

Экономика

Зависимая от экспорта экономика Тайваня по-прежнему уязвима. Китай не был непосредственным выбором Тайваня для торгового сотрудничества, но это был выбор предприимчивых тайваньских и гонконгских компаний, которые заключали законные, а иногда и внелегальные сделки для расширения присутствия Тайваня в Китае в конце 20-го века.

Ограничения на торговлю через пролив постепенно смягчались, и двусторонние инвестиции процветали. Эти экономические условия помогли подготовить почву для резкого роста торговли между Китаем и Тайванем в конце 1990-х и начале 2000-х годов. Тайвань заменил свою экономическую зависимость от США на возросшую экономическую зависимость от Китая. Естественно, за этим последовал рост экономической уязвимости Тайваня перед Китаем. В 2020 году почти 44 процента экспорта Тайваня пришлось на Китай и Гонконг. Коэффициент торговой зависимости Тайваня в 2018 году превысил 100 процентов.

Потенциальные экономические издержки конфликта включают нехватку продовольствия и потребительских товаров и снижение уровня жизни.

Мировая индустрия морской торговли вряд ли будет поддерживать морскую торговлю Тайваня перед лицом блокады КНР, оставив тайваньский торговый флот для удовлетворения стратегических потребностей острова в пополнении запасов.

Сильно урбанизированное население Тайваня также может понести огромные потери в случае ракетных ударов. В свете этих уязвимостей этот показатель оценивается как низкий.

Инфраструктура

Энергетическая зависимость Тайваня остается критической уязвимостью. В настоящее время Тайвань импортирует более 99 процентов энергетических ресурсов, которые он либо использует для производства электроэнергии, либо потребляет в сыром виде. Доля энергии из ядерных источников снизилась с 15,5 процента от общего объема поставок Тайваня в 1999 году до 8,4 процента в 2009 году, а доля ископаемого топлива в общем объеме поставок первичной энергии в 2019 году составила 93 процента. Основным поставщиком нефти для Тайваня является Ближний Восток, на который приходится около 75 процентов от общего объема импорта нефти Тайванем в 2018 году.

В 2020 году у Тайваня был один из самых высоких в мире показателей импорта энергии (98 процентов).

Чтобы способствовать использованию возобновляемых источников энергии, правительство Тайваня в июле 2009 года обнародовало Закон о развитии возобновляемых источников энергии с целью увеличения мощности производства возобновляемой энергии до 6 500–10 000 мегаватт к 2030 году. Администрация Цай надеется прекратить производство ядерной энергии к 2025 году, что еще больше увеличит зависимость острова от импорта ископаемого топлива. Правительство Тайваня планирует к 2025 году обеспечить 20 процентов потребностей острова в энергии из возобновляемых источников, но даже если эта цель будет достигнута, Тайвань по-прежнему будет зависеть от импорта ископаемого топлива для удовлетворения 80 процентов своих энергетических потребностей. Таким образом, в отчете этот показатель оценен как низкий.

Общественная устойчивость

В 2015 году население Тайваня составляло около 23 миллионов человек, около 60 процентов из которых проживало в городских районах. В результате низкого уровня рождаемости и увеличения средней продолжительности жизни население быстро стареет. В 2016 году рабочая сила острова начала сокращаться на 140 тысяч человек, а в 2026 году ожидается сокращение общей численности населения Тайваня. Опросы показывают, что большинство людей на Тайване, как и в других постиндустриальных обществах, не хотят рисковать своим уровнем жизни или жертвовать своей жизнью ради нации. Однако растущий сдвиг Китая к постиндустриальному обществу вызывает вопросы о том, могут ли подобные тенденции затронуть тамошнюю молодежь.

Как отмечалось ранее, молодые люди Тайваня и других постиндустриальных обществ, похоже, не склонны терпеть тяготы военной службы. Из-за низкого набора в 2012 году Тайвань сократил обязательный двухлетний призыв на военную службу до четырех месяцев. Несмотря на заявленное стремление перейти к полностью добровольческим силам, цели набора в армию редко достигаются. К 2018 году тайваньские вооруженные силы набрали более 80 процентов своей цели добровольцев, но по-прежнему широко распространены опасения по поводу способности вооруженных сил привлекать добровольцев. Таким образом, в отчете показатель общественной устойчивости оценен как низкий. Однако, как и в случае с показателями политического лидерства, отношение населения может резко измениться в преддверии кризиса или конфликта.

Оценка

Некоторые факторы уязвимости, такие как отношение общественности к готовности населения терпеть лишения, могут измениться во время кризиса. Однако Тайвань вряд ли добьется значительных успехов в снижении уязвимости своей торговой зависимости, зависимости от импорта энергоносителей и инфраструктуры в ближайшем будущем.

Переменная 4: Военная интервенция США

В мирное время Соединенные Штаты в лучшем случае выполняли двусмысленное обещание помочь Тайваню в его собственной самообороне. Вооруженные силы США сохраняют заслуживающий доверия потенциал для вмешательства с помощью значительных вооруженных сил, базирующихся в Японии и на всем Индо-Тихоокеанском театре военных действий. Вооруженные силы США также провели военную подготовку вместе с тайваньскими вооруженными силами. С другой стороны, руководство Тайваня в мирное время не может быть уверено в какой-либо помощи США в конфликте, потому что нет никакого способа узнать наверняка, решат ли американские официальные лица вмешаться. Из-за этой неопределенности в отчете эта переменная оценена как 0. Однако эта переменная может резко меняться в зависимости от ситуации, которая приводит к кризису или конфликту по обе стороны пролива.

Всесторонняя оценка

Учитывая ненадежность этих переменных и их индикаторов, невозможно с уверенностью предсказать, насколько хорошо Тайвань сможет противостоять крупному китайскому нападению. Детали того, как возник конфликт, и возможные события во внутренней политике Тайваня сильно влияют на многие переменные, определяющие способность Тайваня сопротивляться. Эта всесторонняя оценка мирного времени может предоставить, самое большее, обзор основных уязвимых мест Тайваня и определить ключевые переменные, которые аналитики и лица, принимающие решения, должны отслеживать, чтобы понять, как национальные лидеры Тайваня могут вести себя в войне. Как отмечается в анализе, Тайвань имеет значительные уязвимые места в политическом руководстве и социальной сплоченности, военной эффективности и долговечности.

Однако многие из показателей этих переменных могут резко измениться со временем. В частности, показатели политического лидерства и социальной сплоченности, а также показатель общественной устойчивости могут в некоторых случаях привести к твердой решимости защищать остров. Другие показатели, такие как уязвимость к экономическим потрясениям и поставкам энергии, будет трудно изменить в ближайшее время. Кроме того, маловероятно, что тайваньские вооруженные силы в ближайшее время значительно сократят отставание от китайских вооруженных сил ни по количеству, ни по качеству, хотя есть возможности для улучшения интеграции вооруженных сил. Таким образом, в большинстве случаев обещания США помочь Тайваню в его защите будут иметь решающее значение для укрепления решимости острова противостоять китайскому нападению в течение 90 дней, указанных здесь как минимальный срок, в течение которого Соединенные Штаты должны мобилизовать интервенционные силы.

Влияние кризиса

Войнам обычно предшествуют длительные периоды напряженности, перемежающиеся повторяющимися военизированными кризисами.

Насколько усилится или ослабнет политическое лидерство и социальная сплоченность Тайваня, будет частично зависеть от развития внутренней политики Тайваня в преддверии более масштабного кризиса. Со временем, например, демографические тенденции могут способствовать консолидации общественных настроений в пользу тайваньской идентичности, отдельной от Китая, и это обеспечит готовую основу для общественной поддержки национального руководства, сплоченности государства и убедительной идеологии. С другой стороны, тенденции мирного времени также могут привести к большей поляризации, взаимным обвинениям и общественному недовольству работой правительства. В первом случае способность и решимость Тайваня вести войну могут усилиться, а во втором — ослабнуть.

Характер кризиса и поведение Китая также могут привести к серьезным изменениям показателей. Пекин, воспринимаемый как провоцирующий кризис посредством агрессивных запугиваний, может способствовать большей общественной поддержке национального руководства. Например, неуступчивость Китая в требованиях Тайбэя к объединению, о чем ходят слухи в сообщениях об обдумывании Пекином пересмотренного Закона о борьбе с отделением, может разжечь антикитайские настроения на Тайване. Серьезное ухудшение связей по обе стороны пролива, в свою очередь, может привести к выбору смелых и решительных лидеров, инвестициям в повышение устойчивости экономики и инфраструктуры, росту патриотических настроений и общественной устойчивости, а также к отчаянным усилиям по повышению военной готовности и эффективности. Растущее чувство угрозы может также приглушить проблемы политической поляризации и побудить людей поддержать национальное руководство. Если бы руководство поддержало убедительное видение политической идентичности Тайваня, общественность могла бы сплотиться и продемонстрировать большую готовность терпеть трудности.

Короче говоря, развитие серьезного и затяжного кризиса в отношениях по обе стороны пролива, вероятно, приведет к значительным изменениям в переменных, влияющих на способность острова противостоять крупномасштабному нападению.

С другой стороны, решения тайваньского руководства могут спровоцировать кризис. Хотя опросы показывают, что общественность выступает против де-юре и других излишне провокационных заявлений о независимости, нельзя исключать возможность кризиса, инициированного Тайванем. Вероятнее всего, в такой ситуации государство будет сильно разделено на сторонников более радикальных заявлений о независимости и противников этой позиции. Опрометчивые и импульсивные действия слабых и изолированных национальных лидеров могут не получить поддержки большинства людей, но они могут получить боевую и восторженную поддержку громкого меньшинства. Столкнувшись с политической слабостью, расколом и распрями на Тайване, Китай мог бы воспользоваться таким кризисом, начав военную атаку, особенно если бы он счел вероятность вмешательства США низкой.

Влияние конфликта

Тенденции, проявившиеся в кризисный период, будут усиливаться после начала конфликта. В борьбе с относительно единым населением, сильным руководством и национальной решимостью добиться лояльности способность к борьбе может усилиться. Однако Тайвань, раздираемый разделением, поляризацией и слабым национальным руководством, может столкнуться с дальнейшим ослаблением своей решимости под давлением войны.

Особенно в первом случае усиление способности Тайваня противостоять крупномасштабному нападению может быть дополнительно подкреплено во время войны, если Китай столкнется с серьезными неудачами в своем нападении. Любое крупное непредвиденное обстоятельство будет сопряжено с высоким риском для НОАК, учитывая отсутствие у нее боевого опыта и проблемы, связанные со сложными операциями, такими как крупномасштабное морское десантирование. У Китая есть менее рискованные варианты, но они предлагают гораздо меньше шансов на успешное принуждение Тайваня к подчинению. У Китая есть четыре основных средства проведения крупномасштабных атак: обычная ракетная атака, совместная блокада, десантное вторжение и широкомасштабные информационные операции. Способность Тайваня противостоять крупномасштабной атаке будет самой высокой в первом и втором вариантах и, вероятно, самой низкой в третьем, если не будет вмешательства США.

Обычная ракетная атака

Обычная ракетная атака будет состоять в основном из залпов баллистических ракет и ракет воздушного базирования по военным целям с минимальным предупреждением.

Эти ракеты могут нанести огромный ущерб экономике и инфраструктуре Тайваня, но маловероятно, что одни лишь ракетные удары заставят Тайвань капитулировать.

Совместная кампания блокады

Совместная кампания по блокаде может быть направлена на то, чтобы разорвать экономические и военные связи Тайваня с миром за счет комбинации огневых ударов и перехвата военно-морских кораблей. Но, как и в случае с обычным ракетным ударом, в совместной блокаде также отсутствует четкий механизм принуждения Тайваня к капитуляции.

Тайваньские вооруженные силы, вероятно, потеряют превосходство в воздухе и на море, но бесконечная временная шкала предоставит американским силам широкие возможности для мобилизации сил и нападения на блокирующие военно-морские платформы. Перспективы выносливости Тайваня в течение 90-дневного периода в этой ситуации будут достаточно высокими и могут быть повышены еще больше, если лидеры США продемонстрируют четкую решимость вмешаться.

Морское вторжение

Вторжение на Тайвань предоставляет Китаю единственный верный способ заменить руководство более послушной властью и обеспечить объединение.

Однако, несмотря на усиление возможностей НОАК, противодействие морскому десантному вторжению остается операцией с высоким риском, особенно с учетом ограниченных возможностей десантных войск НОАК и отсутствия боевого опыта. Кроме того, крупномасштабное десантное вторжение потребует значительной мобилизации, что станет достаточным предупреждением для Соединенных Штатов и Тайваня. Жесткие требования этого подхода и риск крупной войны с Соединенными Штатами делают этот образ действий одним из самых рискованных для Китая.

Если исходить из благоприятных изменений переменных, указывающих на усиление способности Тайваня вести боевые действия в фазе кризиса, способность острова противостоять вторжению в течение не менее 90 дней должна оставаться достаточно высокой в ближайшей перспективе (до 2025 г.), но перспективы могут ухудшиться со временем, если Китай продвинется в плане готовности, обучения и способности перебрасывать войска для морского десанта.

Военная неполноценность Тайваня и тот факт, что такой курс действий может привести к объединению, делает военное вмешательство США важным компонентом способности Тайваня противостоять десантному вторжению.

Обширные информационные операции

В информационной войне, к которой готовится НОАК, воля противника остается главной целью. Соответственно, эти некинетические методы играют заметную роль в военных идеалах Китая.

Как объясняют китайские теоретики, такие некинетические действия играют ключевую роль в «подготовке поля битвы», помогая формировать международное мнение, укреплять внутреннее мнение и сдерживать или подрывать противника.

Исследования отмечают удивительный успех «фейковых новостей» и отмечают, что дезинформация, вероятно, будет процветать в условиях низкого доверия к институтам и политическим властям.

Выводы исследования

Нынешнее тайваньское правительство придерживается двусмысленного отношения к Китаю, которое соответствует официальной политике США.

Во время кризиса правительство, которое придерживается этой политики, может не вызвать у народа энтузиазма, необходимого для упорной и неустанной защиты. Если правительство страдает от усугубляющихся проблем социального разделения, политической слабости и низкой военной эффективности, то потребуется более раннее и более решительное вмешательство США, чтобы свести к минимуму риск быстрого поражения Тайваня. Однако, как показали действия США во Вьетнаме и войны 21-го века в Афганистане и Ираке, интервенция в таких неблагоприятных условиях может привести к тому, что военные действия будут более длительными или масштабными (или и то, и другое), чем первоначально планировалось. Эти примеры также не дают оснований надеяться на благоприятный исход такого вмешательства.

Однако ситуация, в которой решимость Тайваня бороться наиболее сильна, может не совпадать с политикой США. Например, не исключено, что интенсивное принуждение со стороны Китая может привести будущих тайваньских лидеров к пути, напоминающему независимость. При правильном популярном лидере и формулировании убедительной идеологии общественность и военные могут продемонстрировать большую готовность пожертвовать каким-нибудь смелым идеалом, таким как независимый Тайвань. Однако с точки зрения традиционной политики США вмешательство в таких условиях могло быть нежелательным. Правительство США придерживается политики «одного Китая» как средства наилучшей защиты интересов США. Соответственно, президенты США заявили, что правительство не поддержит независимость Тайваня. Решение вмешаться в конфликт между агрессивным Китаем и непокорным Тайванем может оказаться болезненным и ненадежным для лидеров США.

Усилия, направленные на повышение военной эффективности Тайваня без учета других переменных, дают мало надежды на решение этой головоломки. Во многих отношениях сосредоточение исключительного внимания на военной готовности повторит опыт США с другими союзными и партнерскими государствами, в которых Соединенные Штаты вооружают и оснащают иностранное правительство, которое совместимо с интересами США, но страдает политической слабостью. Как показали события в Южном Вьетнаме, Афганистане и Ираке, хорошо оснащенные вооруженные силы, возглавляемые слабыми национальными властями, скорее всего, приведут к неравномерным или разочаровывающим действиям в бою.

Выводы этого исследования имеют ряд последствий для плановиков и политиков США.

Во-первых, чтобы понять способность Тайваня противостоять нападению, аналитики должны обратить пристальное внимание на качество и силу политического руководства острова и степень социальной сплоченности в преддверии кризиса или конфликта. Состояние тайваньской армии и сохраняющиеся уязвимые места острова следует рассматривать как второстепенные.

Во-вторых, невыгодное положение Тайваня в количестве вооружений и войск не обрекает его на поражение. Тайвань может предпринять важные шаги для повышения эффективности своих вооруженных сил. Однако, даже если тайваньские вооруженные силы резко повысят свою боеспособность, военное преимущество Китая, вероятно, продолжит расти из-за огромного преимущества Китая в ресурсах. Учитывая эти тенденции, способность Тайваня противостоять крупному нападению со стороны Китая в течение установленного 90-дневного периода все больше будет зависеть от силы его политического руководства и социальной сплоченности, прежде всего других переменных.

В-третьих, последствия серьезных потерь и экономических потерь, вероятно, будут иметь двоякое значение в крупной войне. Первоначально общественность Тайваня, вероятно, сплотилась вокруг национального руководства и выступила за сопротивление агрессивному Китаю. Однако в долгосрочной перспективе высокие издержки конфликта, вероятно, подорвут общественную поддержку продолжения войны. То, как общественная поддержка в конечном итоге изменится с течением времени, может варьироваться в зависимости от силы политического руководства Тайваня и степени социальной сплоченности.

В - четвертых, из-за военных недостатков Тайваня и низкой прочности для успешного отражения крупномасштабной китайской атаки потребуется военное вмешательство Соединенных Штатов. Хорошо управляемый и социально сплоченный Тайвань мог бы оказывать решительное сопротивление в течение длительного времени, но без сильного военного вмешательства США огромное преимущество Китая в военных ресурсах, вероятно, позволит ему в конечном итоге подчинить себе остров.

Рекомендации

Официальные лица США должны продолжать помогать Тайваню укреплять свои вооруженные силы. Улучшение качества платформ и оружия, навыков войск, интеграция сил и профессиональная автономия военных могут повысить летальность сил и, таким образом, укрепить уверенность острова в своей обороне и помочь сдержать Китай. Однако растущее военное преимущество Китая предполагает, что даже при значительном улучшении обороны Тайваня вмешательство США останется необходимым для сдерживания или отражения нападения Китая.

США могут помочь Тайваню противостоять китайским информационным операциям и экономическому принуждению. Китайские власти часто использовали такие методы как способ с низким уровнем риска для достижения целей страны, но до сих пор эта тактика не имела большого успеха на Тайване. Тайвань, как правило, лучше приспособлен для противодействия этой невоенной тактике, но поддержка США в таких усилиях останется важной.

Наконец, даже если политическое лидерство и социальная сплоченность Тайваня сильны, а его вооруженные силы, как ожидается, будут эффективны против вооруженных сил Китая, военное вмешательство США потребуется, чтобы Тайвань выдержал крупное нападение. Скорость, ясность и достоверность любой обещанной США военной поддержки могут стать решающим фактором в поддержании способности Тайваня сопротивляться.

Х Х Х

Как можно было убедиться, при любом развитии конфликта вокруг Тайваня, аналитики RAND выходят на проблемы военной конфронтации между США и Китаем. А здесь стоят свои, еще более сложные проблемы.

Например, эксперты той же корпорации RAND в другом исследовании рассматривают вопросы кардинального улучшения всей логистики армии, ВМФ и ВВС США в Индо – Тихоокеанском регионе на случай военного конфликта с Китаем.

В обзоре «Так много вопросов, так мало времени на тихоокеанскую логистику» (23.06.2023) они пишут: «у Соединенных Штатов самые большие возможности проецирования силы на планете, с непревзойденным количеством грузовых самолетов, воздушных заправщиков и кораблей поддержки, но Тихий океан может похвастаться самыми большими расстояниями в мире. И, как показали чудовищные расходы боеприпасов на Украине, война с Китаем будет иметь ненасытный аппетит к подкреплениям, боеприпасам, большую часть которых придется перебрасывать на расстояние более 10 тысяч километров — от Западного побережья до западной части Тихого океана.

Работая со своими союзниками и партнерами, Соединенные Штаты открыто заявили о своем развитии ключевых точек доступа в Тихом океане, таких как Южная Корея, Япония, Гуам и Северная Австралия, из которых могут действовать их передовые силы и через которые поступают такие поставки, как топливо, боеприпасы и запчасти. Хотя Транспортное командование США по-прежнему несет ответственность за перемещение логистики из континентальной части Соединенных Штатов в эти ключевые точки доступа в Тихом океане, не ясно, какая организация в конечном итоге будет «владеть» транспортом на тихоокеанском театре военных действий.

В отсутствие единого и согласованного плана различные службы продвигают свои собственные инициативы по логистике внутри театра военных действий.

Армия, например, имеет долгую историю в области логистики, включая плавсредства, и обновляет свой флот, заменяя десантный корабль времен Вьетнама, LCM-8, новым легким судном поддержки маневров, MSV (L). Они также разрабатывают замену своему большому десантному кораблю, предлагаемый MSV (тяжелый), который будет нести эквивалент примерно 12 или более танков, чтобы помочь перебрасывать более крупные подразделения из этих ключевых точек доступа и по всему театру военных действий.

ВМФ планирует поддерживать логистику Корпуса морской пехоты с помощью легкого десантного корабля, но этот корабль специально предназначен для обслуживания морской пехоты, а не для удовлетворения всех требований объединенных сил.

ВВС внедряют такие концепции, как «гибкое боевое применение, и укрепляют свои основные оперативные базы.

Крайне важно, чтобы логистика, лежащая в основе надежного военного сдерживания, была проработана сейчас, а не ждала больше.

Службы несут ответственность за то, чтобы такие амбициозные концепции, как All-Domain Operations (Многодоменные операции), могли выполняться в Тихоокеанском регионе.

Кроме того, службы в течение некоторого времени ожидали, что на них может быть возложена дополнительная ответственность за логистику внутри театра военных действий в рамках Совместной концепции боевых действий и связанной с ней Совместной концепции оспариваемой логистики.

К сожалению, разрозненной деятельности служб по решению вопросов логистики внутри театра военных действий оказалось недостаточно. Гораздо большая ответственность лежит на Пентагоне и Конгрессе, которые контролируют финансирование, необходимое для решения проблемы перевозок в Тихом океане. Крайне важно, чтобы логистика, лежащая в основе надежного военного сдерживания, была проработана сейчас, а не ждала больше.

Существует, как минимум три ключевых вопроса, на которые еще предстоит ответить:

Как будет осуществляться логистика в Тихоокеанском регионе?

Военные не могут действовать так, как они действовали в прошлых конфликтах. Беспрепятственный доступ к чужим землям просто невозможен, и им придется действовать в опасной и неопределенной обстановке на протяжении всего времени, от базы до линии фронта. Совместная концепция ведения боевых действий и вспомогательная Совместная концепция оспариваемой логистики не детализировали основные изменения, которые произойдут в логистическом предприятии, на уровне, который может понять высшее руководство, не говоря уже о том, чтобы отстать. Большая часть риторики напоминает о более ранних концепциях логистики и поддержки, которые были перегружены схемами процессов и обещают быть «гибкими».

Все многочисленные проблемы с несогласованными стимулами и бюрократическими швами остаются нерешенными, включая несоответствие между требованиями большой войны и в основном ориентированной на мирное время структурой транспортировки и обеспечения «фонда оборотных средств».

Как будут удовлетворяться потребности в транспорте внутри театра военных действий?

Исторически сложилось так, что предыдущие концепции позволяли себе роскошь предполагать, что «внутриоперационный лифт» будет легко доступен. На театрах военных действий, таких как Центральное командование, внутренние перевозки в основном заключались в заключении контрактов с частными грузовиками (хотя «граждане третьих стран», водившие эти грузовики, часто подвергались серьезному риску из-за придорожных бомб). Но вы не можете нанять полуприцеп для перевозки грузов через Тихий океан, и заключение контрактов на грузовые суда может быть не вариантом, поскольку недавние исследования показывают, что найти подрядчиков, не имеющих тесных связей с Китаем или другими дисквалифицирующими факторами, будет очень сложно.

Объединенным силам должно быть ясно, как они будут удовлетворять потребность в перевозке внутри театра военных действий и какая служба будет ее обеспечивать. От этой возможности зависит его способность реализовать концепцию совместных боевых действий.

Где Конгресс в этих дебатах?

Концепция совместного ведения боевых действий представляет собой шаг вперед, поскольку она фокусируется на Тихоокеанском регионе и объединяет дополнительные области против нового типа конкурентов. В последние годы Конгресс задавал ключевые вопросы об инвестициях в «лифты театров боевых действий», и службы вкладывали дополнительные средства, но этого просто недостаточно. Тихий океан так велик, а базы США так далеко друг от друга, что Конгресс должен делать инвестиции в масштабах, соответствующих потребностям.

Конгресс еще не пытался осуществлять общественный надзор за тем, что является очевидным институциональным швом во внутритеатральном подъеме над водой.

Так что же теперь могут и должны делать законодатели?

Комитеты Сената и Палаты представителей по делам вооруженных сил должны провести слушания по поводу переброски внутри театра военных действий, призвав высших гражданских и военных чиновников Министерства обороны, чтобы объяснить, как они намерены решить эту проблему.

Конгресс также должен включить в ежегодный Закон о разрешении на национальную оборону требование о том, чтобы Министерство обороны предоставляло Конгрессу план переброски внутри театра военных действий.

Законодатели, заботящиеся о национальной безопасности, также должны написать министру обороны и другим лидерам Министерства обороны, чтобы выразить свою обеспокоенность по поводу недостаточного внимания к переброске внутри театра военных действий.

Наконец, члены комитетов Сената и Палаты представителей по вооруженным силам, а также подкомитеты Сената и Палаты представителей по ассигнованиям на оборону должны информировать министерство обороны и руководство боевого командования по этому вопросу, когда они будут давать показания перед этими группами на своих ежегодных слушаниях по бюджету.

Подъем над водой внутри театра военных действий потребует значительных новых возможностей, которые до сих пор полностью не профинансированы ни одной службой, так же как ни одна служба еще не была назначена ответственной за обеспечение этих возможностей — и Министерство обороны не проявляет никаких признаков назначения ответственной стороны.

Объединенные силы США не могут эффективно вести войну на Тихом океане, не имея возможности выдержать бой со стороны Соединенных Штатов. Нет ни концепции, ни инвестиционного плана, который хотя бы начал устранять дефицит от точек, где Транспортное командование США обеспечивает стратегические перевозки, до точек, где передовые силы должны получить припасы. Эти возможности и концепции не являются естественными для любой службы, но они имеют решающее значение.

Министерство обороны и Конгресс должны возложить ответственность, предоставить необходимые ресурсы и продолжать надлежащий надзор для удовлетворения этих потребностей. В противном случае силы, пытающиеся воевать на Тихом океане, окажутся в положении пожарных с пустым шлангом».

Немалая часть аналитиков США полагает, что в возможном военном конфликте с Китаем Тайвань должны поддержать европейские страны. Об этом, например, пишет Хуан П. Вильясмиль (Дж. П. Баллард ) в статье The National Interest с вполне красноречивым названием «Улица с двусторонним движением: Европа должна поддержать Тайвань, если мы поддерживаем Украину» (28.06.2023).

Видно, что Запад реально готовится к войне с Китаем.

 

Елена Ларина, Владимир Овчинский

https://zavtra.ru/blogs/tajvan_esli_zavtra_vojna

 


24.06.2023 Конфронтация между Вашингтоном и Пекином будет возрастать с новой силой

 

      Тайвань и Индо–Тихоокеанский регион как зоны конфликта 

 

Блинкен назвал свой первый за пять лет визит в Китай, как серию «конструктивных» встреч, которые приведут к расширению диалога и снизят вероятность крупного конфликта между двумя крупнейшими экономиками мира.

Но тут же все его заявления были дезавуированы.

20 июня 2023 года Байден назвал Си Цзиньпина диктатором во время выступления на предвыборном мероприятии, где он сказал, что китайский лидер был смущен тем, что США сбили воздушный шар-шпион , потому что он не знал, что он сбился с курса.

«Причина, по которой Си Цзиньпин очень расстроился из-за того, что я сбил этот воздушный шар с двумя товарными вагонами, набитыми шпионским оборудованием, заключается в том, что он не знал, что он там был», — сказал Байден. «Вот что очень смущает диктаторов: когда они не знали, что произошло».

Китай расценил заявления Байдена как «открытую политическую провокацию», которой «Китай крайне недоволен и категорически против», заявила на брифинге 21 июня 2023года официальный представитель МИД КНР Мао Нин.

«Замечания, сделанные США, крайне абсурдны и безответственны», — сказала она. «Они являются серьезным нарушением основных фактов, дипломатического этикета и политического достоинства Китая».

Комментарии Байдена прозвучали всего через день после того, как Блинкен встретился с Си в Пекине , в попытке преодолеть напряженность, которая осложнила отношения после того, как в феврале 2023 года над Соединенными Штатами пролетел китайский воздушный шар-шпион.

Во время визита Блинкен и его помощники тщательно подготовили свои замечания, чтобы отметить серьезные разногласия в политике с Китаем, не оскорбляя и не проявляя неуважения к лидерам страны.

Когда во время пресс-конференции Блинкена спросили, считает ли Байден Си «равным», Блинкен не оспаривал недемократическую однопартийную систему Китая.

«Президент Си является лидером Китая, и это само по себе делает его человеком, имеющим огромное значение на мировой арене», — сказал Блинкен. «Как вы знаете, президент и председатель Си знают друг друга довольно давно. ... Так что там долгие отношения, хорошее знание друг друга».

Представители Госдепартамента говорят, что они не знают, в какой степени замечания Байдена могут свести на нет достигнутый прогресс. Они считают неизбежным, что Пекин гневно отреагирует на действия, предпринятые после поездки.

Посол Китая в США Се Фэн 21 июня 2023 года выступил с серьезными заявлениями и решительным протестом перед высокопоставленными чиновниками Белого дома и Государственного департамента США» после комментариев президента Джо Байдена, в котором президент Китая Си Цзиньпин сравнивался с диктатором, говорится в сообщении посольства. Заявление, призывающее Соединенные Штаты «принять серьезные меры» или «нести все последствия».

В заявлении, опубликованном 22 июня 2023 года, резко осуждаются комментарии Байдена, называя их «клеветой», которая «серьезно противоречит основным фактам, нарушает дипломатический этикет, ущемляет политическое достоинство Китая, противоречит обязательствам, взятым на себя американской стороной, и подрывает взаимное доверие».

Есть все основания полагать, что основные узлы конфронтации между Вашингтоном и Пекином будут затягиваться с новой силой, особенно это касается проблемы Тайваня и Индо – Тихоокеанского региона в целом.

Тайвань

«Нет места для компромиссов или уступок по Тайваню», — предупредил во время визита в Пекин Блинкена, высокопоставленный чиновник внешнеполитического ведомства Китая Ван И. Министр иностранных дел Цинь Ган заявил, что Тайвань является «ядром основных интересов» и «наиболее заметным риском» в двусторонних отношениях.

21 июня 2023 года Китай обвинил США в фальсификации своих политических обещаний по Тайваню через несколько дней после того, как встреча на высоком уровне вселила надежду на стабилизацию отношений, продемонстрировав пределы разрешения фундаментальных разногласий между двумя крупнейшими экономиками мира.

Ян Тао, официальный представитель министерства иностранных дел, повторил критику США за якобы искажение их политики одного Китая на брифинге для СМИ через несколько часов после встречи председателя КНР Си Цзиньпина с госсекретарем США Энтони Блинкеном в Пекине.

«США на протяжении десятилетий заявляли, что их политика в отношении Тайваня «определяется» тремя совместными коммюнике, согласованными с Пекином, а также Законом об отношениях с Тайванем 1979 года и Шестью гарантиями, которые Вашингтон согласовал с Тайбэем в 1982 году во время переговоров по третьему коммюнике с Китаем. Пекин не поддерживает эти отдельные соглашения, которые, среди прочего, касаются продажи оружия Тайваню, а также исключают США как посредника между Тайбэем и Пекином».

Уже 21 июня 2023 года группа китайских военных кораблей во главе с авианосцем «Шаньдун» прошла через чувствительный Тайваньский пролив, сообщило министерство обороны Тайваня.

«Шаньдун», введенный в эксплуатацию в 2019 году, прошел в южном направлении через западную часть пролива и направил «соответствующие силы» для наблюдения за действиями Китая.

В апреле 2023 года авианосец участвовал в китайских военных учениях вокруг Тайваня, действуя в западной части Тихого океана. В марте 2022 года он проплыл через Тайваньский пролив всего за несколько часов до того, как лидеры Китая и США должны были поговорить.

В докладе Исследовательской службы Конгресса США от 13 июня 2023 года «Тайвань: вопросы политики и безопасности», помимо известных положений позиции США по Тайваню, отмечено:

«По мере модернизации Народно-освободительной армии (НОАК) КПК баланс военной мощи по обе стороны пролива сместился в пользу КНР. Бюджет тайваньских вооруженных сил составляет менее одной десятой бюджета НОАК, и тайваньские вооруженные силы сталкиваются с проблемами в области оснащения, готовности и личного состава. Директор ЦРУ Уильям Дж. Бернс заявил в феврале 2023 года, что Си Цзиньпин дал указание НОАК «быть готовым» к «успешному вторжению» на Тайвань к 2027 году, но добавил, что «это не означает, что он решил провести вторжение».

Правительство Тайваня обвинило КНР в использовании своей растущей военной мощи для проведения длительной кампании запугивания и принуждения против острова. Эта кампания усилилась в 2022 году, после того как спикер Палаты представителей Нэнси Пелоси стала самым высокопоставленным официальным лицом США, посетившим Тайвань с 1997 года. После ее визита НОАК провела крупномасштабные учения вокруг острова, а корабли и самолеты приблизились к на Тайвань и с тех пор с большей регулярностью. Мониторинг и реагирование на такие операции утомили тайваньские вооруженные силы.

Официальные лица Тайваня и США в целом согласны с тем, что стратегия Тайваня по сдерживанию нападения КНР должна быть нацелена на слабые стороны НОАК и использовать естественные преимущества Тайваня, такие как географическое положение его островов. Иногда они расходятся во мнениях относительно того, как реализовать такую асимметричную стратегию. Соединенные Штаты — основной поставщик оружия Тайваню — стремятся сформировать стратегию Тайваня, чтобы сосредоточиться на сдерживании десантного вторжения. Некоторые на Тайване утверждают, что такой подход делает Тайвань уязвимым для военного принуждения, если не считать вторжения. Неуверенность в том, может ли Вашингтон помочь Тайваню в случае нападения, и если да, то каким образом, подпитывает эти дебаты».

О некотором спаде экономики Китая и новом докладе Тайваньской целевой группы Совета по международным отношениям США о состоянии американо-тайваньских отношений.

«Некоторый спад экономики Китая может повысить вероятность военного кризиса в Тайваньском проливе».

Предупреждение содержится в обширном докладе, опубликованном 20 июня 2023 года двухпартийной целевой группой, созванной Советом по международным отношениям, и охватывает различные аспекты американо-тайваньских отношений, включая политику, дипломатию, экономику и безопасность. В нем эксперты предупредили, что схема отношений Вашингтона с Тайванем, существовавшая четыре десятилетия с момента установления дипломатических отношений с Китаем в 1979 году, становилась «все более и более хрупкой».

«Эта реальность в сочетании с беспокойством Си по поводу статус-кво и его решимостью добиться прогресса в направлении объединения увеличивает риск конфликта», — написала целевая группа под сопредседательством Майка Маллена, бывшего председателя Объединенного комитета начальников штабов, и Сью Гордон, бывший главный заместитель директора национальной разведки.

20 июня 2023 года центральный банк Китая снизил кредитные ставки впервые за 10 месяцев, что широко рассматривается как еще один признак того, что китайские политики все больше обеспокоены экономическим прогнозом страны.

The Economist (18.06.2023) дал оценку состояния экономики Китая:

Китай гордится твердым, непоколебимым руководством и стабильным экономическим ростом. Это должно сделать его состояние легко предсказуемым. Но в последние месяцы вторая по величине экономика мира была полна сюрпризов, как опытных наблюдателей за Китаем, так и опытных инвесторов.

Например, в начале 2023 года экономика Китая росла быстрее, чем ожидалось, благодаря резкому выходу страны из-под контроля COVID-19. Затем, в апреле и мае, произошло обратное: экономика восстанавливалась медленнее, чем ожидалось. Данные по розничным продажам, инвестициям и продажам недвижимости не оправдали ожиданий. Уровень безработицы среди городской молодежи Китая превысил 20%, что является самым высоким показателем с тех пор, как данные были впервые зарегистрированы в 2018 году. Некоторые теперь думают, что экономика может вообще не расти во втором квартале по сравнению с первым. По стандартам Китая это было бы «двойное падение», говорит Тинг Лу из банка Nomura.

         К счастью, Китаю не удалось стать инфляционной силой в мировой экономике. Повышенный спрос на нефть в 2023 году не предотвратил падение стоимости нефти марки Brent, мирового эталона, более чем на 10% по сравнению с январским пиком. Сталь и медь также подешевели. Цены производителей в Китае, которые взимаются на заводе, в мае снизились более чем на 4% по сравнению с 2022 годом. И юань ослаб. По данным американского Бюро трудовой статистики, цена, которую американцы платят за импорт из Китая, в мае упала на 2% по сравнению с годом ранее.

Большая часть замедления может быть связана с рынком недвижимости Китая. Ранее в 2023 году казалось, что он восстанавливается после катастрофического периода дефолтов, резкого падения продаж и ипотечных бойкотов. Правительство упростило застройщикам-должникам сбор денег, чтобы они могли завершить отложенные строительные проекты. Домохозяйства, которые воздерживались от покупок в 2022 году, когда в Китае были введены внезапные блокировки, вернулись на рынок в первые месяцы 2023 года, чтобы совершить отложенные покупки. Некоторые аналитики даже позволили себе роскошь побеспокоиться о том, не слишком ли резко восстановится рынок недвижимости, возродив спекулятивный импульс прошлого.

Однако этот отложенный спрос, похоже, иссяк. Цены на новые дома упали в мае по сравнению с предыдущим месяцем, согласно индексу банка Goldman Sachs. Хотя застройщики стремятся завершить строительные проекты, они не хотят их начинать. Консультационная компания Gavekal Dragonomics подсчитала, что продажи недвижимости упали до 70% от уровня, на котором они были в тот же период 2019 года, последнего относительно нормального года в Китае. Начальное строительство жилья составляет всего около 40% от их уровня (см. таблицу).

        Как должно реагировать правительство? Официальная цель роста на этот год — около 5% — лишена амбиций. Пекин, похоже, стремился сдерживать долги местных органов власти, которые часто вынуждены пускать пыль в глаза ради роста. Народный банк Китая ( НБК ), центральный банк, похоже, не был обеспокоен падением цен. Возможно, он также беспокоился о том, что снижение процентных ставок приведет к слишком сильному сокращению маржи банков, поскольку процентная ставка, которую они платят по депозитам, может не упасть до уровня, который они взимают по кредитам.

Но 6 июня 2023 года народный банк китая попросил крупнейших кредиторов страны снизить ставки по депозитам, что дало возможность центральному банку снизить учетную ставку на 0,1 процентного пункта 13 июня. Процентные ставки, которые банки взимают со своих «первоклассных» клиентов, затем одновременно снижаются, что еще больше снижает ставки по ипотечным кредитам. Хотя сокращение было незначительным, оно показало, что правительство не забывает об опасности. Заседание Государственного совета, кабинета министров Китая, состоявшееся 16 июня 2023 года, намекнуло на то, что грядет нечто большее.

        Доклад Совета международных отношений появился на следующий день после встречи госсекретаря США Энтони Блинкена с Си в Пекине.

В докладе упоминается «особенно тревожный» сценарий конфликта, в котором Китай может потребовать от гражданских самолетов и грузовых судов, направляющихся на Тайвань, соблюдать требования пекинского авиационного и таможенного контроля, утверждая, что Китай обладает юрисдикцией над водами и воздушным пространством вокруг Тайваня.

Эта тактика может работать как эффективная блокада, препятствуя свободному перемещению товаров с моря и воздуха на Тайвань и подавляя экономику острова. Если Тайвань сорвет такую ​​операцию военным путем, это может привести к военному конфликту.

Когда в апреле 2023 года президент Тайваня Цай Инвэнь встречалась со спикером Палаты представителей США Кевином Маккарти в Калифорнии, китайские власти объявили о возможных проверках грузовых судов в Тайваньском проливе. Хотя власти в конечном итоге воздержались от проверок, в отчете утверждалось, что этот шаг мог стать «первым шагом в проверке такой тактики блокады».

Оперативная группа утверждала, что военная мощь была наиболее решающим фактором, поскольку Си взвешивает потенциальное вторжение на Тайвань, заявив: «Только ориентируя свою военную позицию в регионе на тайваньский конфликт и заручившись помощью своих союзников, Соединенные Штаты могут существенно изменить ситуацию».

Среди союзников США Япония была бы «безусловно» самой критической страной, если бы США решили встать на защиту Тайваня, подчеркивается в докладе и предупреждается, что истребительная авиация США не сможет быстро участвовать в конфликте без использования баз в стране.

«Соединенные Штаты сочтут практически невозможным быстро и эффективно отреагировать на китайскую агрессию против Тайваня, не имея возможности задействовать эти активы и объекты», — заявила оперативная группа.

Использование японских баз американскими войсками для ответа на вторжение на Тайвань потребует одобрения японского правительства. Ближайшая к Тайваню крупная база США находится в Кадене, Окинава, где ВВС США чередуют истребители, такие как F-22 и F-35.

«Самое главное, союзники должны вести регулярные серьезные диалоги, которые позволяют каждой стороне сообщать об ожиданиях друг друга и прокладывают путь для гладких предварительных консультаций во время кризиса», — рекомендовала оперативная группа.

Они также призвали США добиваться большей ясности в отношении объема и масштабов военной помощи, которую Япония, Австралия и Филиппины готовы предоставить в случае китайской агрессии против Тайваня. Эта ясность поможет определить роль и миссию каждой страны и проложить путь к «более интегрированному плану войны», говорится в докладе.

Чтобы противостоять предполагаемой практике экономического принуждения Китая, целевая группа рекомендовала США сформировать Индо-Тихоокеанскую экономическую коалицию с Тайванем, Японией, Южной Кореей, Австралией и Филиппинами, блок, на который вместе будет приходиться около 35% мировой экономики.

Целевая группа призвала Государственный департамент и Департамент торговли США определить «наиболее уязвимые отрасли промышленности» Китая и определить, «какие санкции окажут максимальное давление на Пекин», а затем поделиться этими выводами с другими членами предлагаемого альянса для принятия скоординированных действий.

В докладе также предлагалось администрации Байдена провести пострановой анализ экономических последствий столкновений в Тайваньском проливе. В рамках этой инициативы посольства США будут делиться оценками с правительствами принимающих стран, чтобы повысить их осведомленность о серьезности такого кризиса.

Правительство США также должно уделить первоочередное внимание информированию американской общественности о влиянии тайваньского кризиса на их повседневную жизнь, подчеркивается в докладе, поскольку расколотое общественное мнение может помешать Вашингтону быстро отреагировать. Целевая группа предложила, чтобы высокопоставленные чиновники Госдепартамента выступили с речью о Тайване, а представители более низкого уровня совершили поездку в США для обсуждения этого вопроса.

Айлса Чанг из NPR 20 июня 2023 года беседует с сопредседателями Независимой тайваньской целевой группы Совета по международным отношениям адмиралом Майком Малленом и Сью Гордон:

«Чанг, ведущая:

Госсекретарь Энтони Блинкен завершил свой визит в Китай, где он встретился с председателем Си Цзиньпином и другими правительственными чиновниками. Среди обсуждаемых вопросов был самоуправляемый остров Тайвань, который Пекин считает своим. На пресс-конференции в понедельник Блинкен сказал, что выразил обеспокоенность по поводу действий Китая в Тайваньском проливе, но повторил, что политика США не изменилась.

Блинкен заявил в Пекине: «Мы не поддерживаем независимость Тайваня. Мы по-прежнему выступаем против любых односторонних изменений статус-кво любой из сторон. Мы по-прежнему надеемся на мирное урегулирование разногласий по обе стороны пролива».

Чанг: Этот статус-кво подвергается все большему напряжению, согласно отчету двухпартийной Независимой оперативной группы по Тайваню Совета по международным отношениям. Отчет опубликован сегодня, 20 июня 2023 года и в нем подчеркивается, что США должны принять меры сейчас, чтобы предотвратить будущую агрессию со стороны китайского правительства в отношении Тайваня. Учитывая тот факт, что Тайвань уже несколько лет имеет дело с угрозой более агрессивного Китая, что именно в этот момент кажется более неотложным?

Гордон: Я думаю, есть три вещи, которые особенно бросаются в глаза. Во-первых, это агрессивные действия Китая в регионе, причем не только в отношении Тайваня, но и в Южно-Китайском море, и вкупе с этим общее расширение военного потенциала. Так что это один. Во-вторых, заявления Си Цзиньпина по этой теме, которые, по его мнению, не решены, и даже указывают сроки, в которые должно произойти воссоединение. И затем, я думаю, в-третьих, это то, что я назову провокационными действиями конкретно в Тайваньском проливе, которые могут быть восприняты как принудительные действия, направленные на то, чтобы подорвать волю тайваньского народа иметь иное представление о том, какой должна быть его позиция. Так что я думаю, что это три, которые действительно приходят на ум.

Чанг: Верно. Вы упомянули сроки, которые Си Цзиньпин заявлял о возможном воссоединении. Что касается Тайваня, когда речь идет о возможном силовом воссоединении Китая с Тайванем, какие условия, по вашему мнению, должны быть соблюдены, прежде чем Си решит пойти на это?

Маллен: Я действительно верю, что дело не только в Си Цзиньпине. Я думаю, что любой китайский лидер, если он верит, что Тайвань должен стать независимым, а затем и сам Си Цзиньпин, он был очень конкретным, когда говорил своим вооруженным силам быть готовыми к 2027 году.

Чанг: Много ли мы знаем о том, заставит ли война на Украине Си Цзиньпина задуматься о вторжении или захвате Тайваня в один прекрасный день? Как вы думаете, это так?

Гордон: Я должен поверить, что видя, насколько сложно это было для Путина, Си должен задуматься о том, насколько он готов к любым силовым военным действиям на острове. А Тайвань — не просто военная цель.

Маллен: На ​​самом деле, это невероятно сложная, а некоторые считают, что это самая сложная военная операция, которую ему придется провести, чтобы успешно захватить Тайвань.

Чанг: Считаете ли вы, что США должны встать на прямую защиту Тайваня, если Китай однажды вторгнется на Тайвань?

Маллен: Это решение за президентом, на самом деле.

Чанг: Что бы вы посоветовали президенту, если бы вы были в состоянии сделать это по этому вопросу?

Маллен: Я сделал бы это только тогда, когда был в состоянии сделать это. То, что президент Байден сказал в четырех разных случаях, казалось, указывало на то, что он это сделает. Его сотрудники тогда поддержали те...

В этом отчете мы пытаемся сказать, что мы поддерживаем политику одного Китая. Целью по-прежнему остается мирное воссоединение. Нам просто нужно убедиться, знаете ли, что мы не воссоединимся в условиях конфликта.

Чанг: Давайте поговорим о политике одного Китая. Эта политика, которой придерживаются США, признает Китайскую Народную Республику единственным законным правительством Китая, а Тайвань частью Китая. Политика требует так называемой стратегической двусмысленности. Но позвольте мне спросить вас, устойчива ли стратегическая неопределенность в долгосрочной перспективе, или вы считаете, что США необходимо придерживаться политики стратегической ясности? Сью, что ты думаешь?

Гордон: Мы так или иначе отказались от жестких ударов, вместо этого придерживаясь политики «Единого Китая». Но вот где, я думаю, мы пришли к необходимой ясности. Мы как нация должны ясно представлять себе, в чем состоят наши интересы в отношении Тайваня, и нам необходимо вести такой разговор с американским народом. Нам нужно четко прояснить с Тайванем действия, которые мы предпринимаем с ними, чтобы они были более устойчивыми, будь то больше оружия или больше обучения. И я думаю, что мы должны ясно дать понять Китаю, что мы не изменили пункт о том, есть ли у нас мнение о воссоединении или нет, а скорее о мирном.

Чанг: Что ж, один из самых важных выводов из вашего доклада заключается в том, что вы советуете США более активно наращивать потенциал самообороны Тайваня. Но позвольте мне спросить вас, не спровоцирует ли это по своей сути Китай?

Маллен: Я имею в виду, что мы находимся в одно и то же время в ситуации, когда, отношения в целом находятся в наихудшей форме, которая была с 1979 года. И напряженность резко возросла. Тем не менее, в это же время, когда эта напряженность сильно возрастает, становится намного труднее наращивать наши собственные возможности, если хотите, потому что это усилит напряженность. И я думаю, что это то, что мы должны сделать, чтобы создать такое сдерживание, которое со временем ослабло. Так что это необходимый шаг.

Чанг: Даже если Китай сочтет это провокацией.

Маллен: Я думаю, это риск, на который вы должны пойти.

Чанг: Но это, я думаю, возвращает меня к предыдущему вопросу. Является ли политика одного Китая в конечном счете жизнеспособной? Эти жесты должны быть неопределенно молчаливыми со стороны США в отношении Тайваня?

Гордон: Я думаю, что время покажет, но я думаю, что политика одного Китая согласуется с предоставлением Тайваню и Китаю возможности решать, как они хотят решить эту проблему. И это в основном соответствует нашему взгляду на то, что допустимо с точки зрения враждебных действий. А еще, вы знаете, вы привели к визиту Блинкена. Я больше думаю об этих вещах — усиленной дипломатии, большем количестве связей и большем количестве визитов людей к людям — так что это не просто рассматривается как наращивание военной мощи, хотя это всегда является частью сдерживания. Есть и другие его части, которые, по нашему мнению, также необходимо усилить и в которых вы можете четко определить, каковы наши интересы в регионе, не вступая в прямую конфронтацию с Китаем».

В борьбе за Тайвань Китай присматривается к Окинаве

22 июня 2023 года The Economist сообщил, что когда Си Цзиньпин прогуливался по национальному архиву в Пекине в начале июня 2023 года, это походило на обычную экскурсию: «Верховный лидер Китая прокомментировал различные предметы, вызвавшие его интерес, такие как древние письмена, выгравированные на костях животных, и астрономическая карта династии Сун (960–1279 гг.). Но наибольшее внимание привлекли его замечания о рукописи династии Мин (1368–1644). В нем описывались давние связи между китайской провинцией Фуцзянь и независимым королевством Рюкю — совокупностью островов, позднее аннексированных Японией и превращенных в префектуру Окинава. Книга, по словам одного из сотрудников, «играет важную политическую роль». Г-н Си ответил, что, будучи высокопоставленным чиновником в провинции Фуцзянь, он знал о «глубокой» истории бирж».

Это может показаться не очень важным заявлением. Китайское правительство никогда не предъявляло претензий на острова Рюкю. Но в течение многих лет группа китайских ученых, аналитиков и военных чиновников подвергала сомнению правление Японии, причем некоторые утверждали, что жители островов платили дань уважения китайским императорам задолго до того, как признали власть Японии. Поэтому любопытно, что комментарии г-на Си были опубликованы на первой полосе «Жэньминь жибао», официальной газеты Коммунистической партии. Некоторые наблюдатели считают, что это должно было послать сигнал Японии.

Это была идея десятилетней давности, во время первого «бума Рюкю», как теперь называют это некоторые ученые. В то время Китай и Япония спорили из-за пяти островков Восточно-Китайского моря, которые Япония контролирует и называет Сенкаку, а Китай называет Дяоюйдао. По мере роста напряженности китайские комментаторы также начали освещать проблему Рюкю в государственных СМИ. Аналитики считают, что им позволили — и, возможно, поощряли — писать, чтобы укрепить позиции Китая на переговорах и дать понять Японии, что в Китае сильны националистические настроения.

Сегодня есть признаки нового бума Рюкю. Через несколько дней после того, как г-н Си сделал свои комментарии, репортаж государственного телевидения в южном городе Шэньчжэнь поднял многие из тех же вопросов об островах и процитировал китайских специалистов, которые едва не стали отрицать суверенитет Японии над префектурой Окинава. Они говорили о благожелательной роли Китая в ранней истории Рюкю, противопоставляя ее описаниям издевательств японцев.

Джун Тойфель Дрейер, специалист по Китаю и Японии из Университета Майами, видит знакомую закономерность. Когда Китай хочет сделать спорное заявление, он может сначала упомянуть об этом на скромной конференции, объясняет она, затем процитировать в правительственном документе или сообщении СМИ, после чего следует ссылка высокопоставленного чиновника. «Это способ создать свершившийся факт в дюймах», — говорит г-жа Дрейер.

В случае с островами Рюкю выводы китайских комментаторов распространяются и на другие территориальные споры. Претензии Японии к Сенкаку частично основаны на ее утверждении, что они давно управлялись Рюкю. Но некоторые наблюдатели считают, что вся шумиха на самом деле связана с Тайванем.

В 2022 году Япония, сославшись на опасения по поводу конфликта вокруг Тайваня, объявила, что наращивает свой военный потенциал на островах Рюкю, расширяя базы и добавляя войска. На острове Окинава (входящем в цепь Рюкю) уже находится несколько американских военных объектов. Китай может рассматривать бум Рюкю как способ выразить свое неудовольствие.

Когда дело доходит до войны с Тайванем, многие китайцы призывают к осторожности

Как пишет The Economist (18.06.2023):

«многие онлайн-комментаторы в Китае утверждают, что с Тайванем больше не стоит пытаться использовать тактику детских перчаток. «Сепаратисты», говорят они, там слишком окопались; только война может обеспечить его для Китая.

Если Си согласен, он не говорит об этом открыто. Его язык более сбалансирован. На съезде Коммунистической партии в октябре прошлого года он заявил, что Китай «продолжит стремиться к мирному воссоединению с величайшей искренностью и максимальными усилиями», не исключая при этом применения силы и оставляя за собой «возможность принять все необходимые меры». Несмотря на заявленное им уважение к общественному мнению, он не хочет, чтобы оно связывало ему руки.

На данный момент Си вполне может предпочесть осторожность. В конце концов, война с Тайванем может означать и борьбу с ядерной сверхдержавой. Он также может задаться вопросом, насколько его собственная публика поддержала бы это. Интернет предлагает грубое руководство. Не имея полезных подсказок, которые могли бы дать свободная пресса и открытые политические дебаты, китайские официальные лица уделяют много внимания онлайн-мнениям.

Они должны чувствовать, что на фоне шумихи в социальных сетях о военных действиях некоторые влиятельные пользователи сети выступают против этой идеи. Некоторые призывают с осторожностью начинать войну или даже утверждают, что война может никогда не понадобиться: Тайвань, естественно, капитулирует, когда станет очевидным, что мощь Китая затмила американскую.

В недавней статье Адам Лю из Национального университета Сингапура и Сяоцзюнь Ли из Нью-Йоркского университета в Шанхае и Университета Британской Колумбии утверждали, что поддержка войны в ближайшем будущем, за исключением всех других вариантов, была незначительной. Их выводы были основаны на опросе, который они провели в Китае в период с конца 2020 по начало 2021 года. Из более чем 2000 респондентов всего 1% хотели, чтобы их страна предприняла военное нападение на Тайвань (а не только на его отдаленные острова) до президентских выборов на острове. выборы в январе 2024 года. В ходе голосования будет избран новый лидер вместо Цай Инвэнь, который уходит в отставку и чья левоцентристская Демократическая прогрессивная партия возмущает Китай, подчеркивая отдельную идентичность Тайваня.

Даже если Китай решит начать войну к январю 2024 года, только 55% сказали, что это приемлемо. Одна треть сказала, что этого не будет. Авторы заявили, что их данные не подтверждают идею о том, что спрос на быстрое развертывание полномасштабной атаки резко вырос с тех пор, как Цай стала президентом в 2016 году. Напротив, их опрос, взятый вместе с выводами других ученых, показал, что «общественная поддержка вооруженного объединения остается относительно стабильной, несмотря на быстрое ухудшение отношений Пекина как с Вашингтоном, так и с Тайбэем», — пишут ученые.

Звучат призывы к осторожности в отношении масштабов задачи военного завоевания Тайваня. Один из них поступил от Ву Хайпэна, главного редактора главного правительственного портала China.com. В мае 2023 года Ву написал в своем блоге, что Китаю необходимо решить различные «проблемы», прежде чем он сможет использовать военные средства. Его предложения сделать это звучали как далекие цели. Одной из проблем, по словам Ву, являются поставки Америки оружия на Тайвань и усиление военной дислокации вокруг острова. Он предложил, чтобы противостоять этому, Китаю следует усилить свои воздушные и ракетные силы, а также военно-морской флот, подразумевая, что быстрое наращивание вооруженных сил Китая в последние десятилетия еще не дало ему необходимой силы. Он также сказал, что Китаю необходимо дать возможность своей экономике противостоять радикальным американским санкциям, которые повлечет за собой война.

В январе 2023года Ху Сицзинь, бывший главный редактор Global Times , изложил три условия для начала войны. Во-первых, Китай должен иметь не менее 1000 ядерных боеголовок (Пентагон считает, что в настоящее время у него их более 400, и он не достигнет цели Ху до 2030 года). Во-вторых, у него должно быть больше готовых к использованию в конфликте ракет и бомб, чем у объединенных арсеналов Америки, Японии и Тайваня. Наконец, он должен иметь возможность нанести быстрый и сокрушительный удар по всем военным объектам Тайваня. Он сказал, что эта задача потребует «гораздо больше» боеприпасов в день, чем самые интенсивные периоды бомбардировок Америки во время войн в Ираке и Косово в 1990-х и 2000-х годах. Подразумевается в его сообщении: требуется гораздо больше времени».

В январской (2023 года) служебной записке генерал Майкл Минихан, глава Командования воздушной мобильности Америки, написал: «Моя интуиция подсказывает мне, что мы будем сражаться в 2025 году». В 2021 году адмирал Филип Дэвидсон, в то время командующий Индо-Тихоокеанским командованием США, сказал: «Я думаю, что угроза проявляется в течение этого десятилетия, фактически в течение следующих шести лет».

«Объединённый фронт» как «мягкая сила» Китая в борьбе за Тайвань

13 июня 2023 года «Аль – Джазира» опубликовало журналистское расследование под названием «Китай раскручивает «паутину» кампаний влияния, чтобы завоевать Тайвань»:

«Прижатый к многоквартирным домам в глубине Нью-Тайбэя храм Гуанхэ Фудэ, посвященный богу земли Тудигуну, кажется типичным даосским святилищем.

Но тайваньские СМИ утверждают, что храм связан с рабочим отделом Объединенного фронта Китая, агентством Коммунистической партии Китая (КПК), которое ведет широкомасштабную кампанию влияния, чтобы «завоевать друзей и влиять на людей».

В беседе с «Аль-Джазирой» во время краткого тура по храму Лян Цу-вэй, почетный председатель храмового комитета, сказал, что средства массовой информации немного ошибаются. Он настаивает на том, что, хотя он является членом Объединенного фронта и Тайваньской прокитайской юнионистской партии, храм является нейтральной территорией.

Хотя Лян говорит, что однажды хотел бы увидеть мирное воссоединение Китая и Тайваня, он занимается в основном мелкомасштабной политической деятельностью. «У нас много демонстраций и протестов против правительства Демократической прогрессивной партии», — сказал он. «Если мы считаем, что их политика неверна, мы мобилизуем тысячи людей на демонстрации и протесты».

По словам Ляна, Объединенный фронт и Юнионистская партия звучат так же, как и любая другая политическая группа, действующая в демократическом обществе, а такие храмы, как Гуанхэ Фудэ, просто предлагают соседям непринужденную обстановку для общения и знакомства друг с другом. 

Лян Цу-вэй, почетный председатель храма Гуанхэ Фудэ, признает, что является членом Объединенного фронта, но говорит, что храм нейтрален.

Но есть и немало людей, в том числе политологов и специалистов по китайской политике, которые видят в деятельности таких групп и иное: как второй подрывной фронт в кампании председателя КНР Си Цзиньпина по достижению «воссоединения».

Объединенный фронт предлагает множество пряников для кнутов, привлекающих внимание заголовков – санкции, дипломатическая изоляция и открытые угрозы Народно-освободительной армии Китая (НОАК). . .

. . . Общая стратегия направлена ​​на «изменение восприятия тайваньцев». Это попытка углубить понимание тайваньцами того, что (1) воссоединение имеет преимущества; (2) независимость Тайваня — это тупик; (3) на посторонних нельзя положиться. Другими словами, приоритетом КПК в воссоединении является посеять семена мирного объединения народа Тайваня, а не полномасштабное вторжение».

Деятельность Объединенного фронта проявляется во многих формах, некоторые из которых направляются рабочим отделом Объединенного фронта в Пекине, но иногда и по менее формальным каналам, говорит Джон Дотсон, заместитель директора Глобального тайваньского института и эксперт по китайской пропаганде.

Объединенный фронт открыто работает через группы «мирного воссоединения» на Тайване и за границей, многие из которых восходят к Китайскому совету Объединенного фронта по содействию мирному воссоединению страны. Подобные группы и Юнионистская партия часто участвуют в «культурном обмене» с КПК посредством групповых поездок на материк.

Есть также хорошо известные связи между храмами на Тайване и в Китае, особенно те, которые посвящены буддийско-даосскому божеству Мазу — богине моря — и через деятельность преступного мира.

Не вся эта работа является позитивным панкультурным движением, говорит Джерри Гроот, старший преподаватель и эксперт по Объединенному фронту в австралийском университете Аделаиды.

«В то время как работа Объединенного фронта часто представляется как завоевывание друзей Коммунистической партии, другая сторона медали заключается в делегитимизации и изоляции врагов с целью их уничтожения», — сказал он. «В данном случае нужно убедить людей на Тайване поддержать объединение, а также лишить легитимности идею независимости и представление о Тайване как о каком-либо независимом образовании — и это относится не только к Тайваню, но и во всем мире».

Прошлые кампании Объединенного фронта также были сосредоточены на «трех средних» Тайваня: средний и низший класс, люди в среднем и южном Тайване, а также средний и малый бизнес, по словам Пума Шен, эксперта по китайским кампаниям по дезинформации и председателя тайваньской лаборатории Double Think Lab.

В последнее время он переключился на «низовые группы», такие как местные элиты и лидеры, а также на молодых людей до 30 лет, сказал он, описывая свою работу как «паутину» кампаний влияния.

Знаменитости и деловые люди, надеющиеся добиться успеха на гораздо более крупном рынке Китая, также могут оказаться в тупике, иногда очень прямо, в пользу Коммунистической партии и ее концепции «Единого Китая». Крайне предвзятый медиа-ландшафт Тайваня является еще одной серьезной мишенью.

В 2019 году расследование, проведенное британской Financial Times, показало, что WantWant Holdings, тайваньская транснациональная корпорация, владеющая пропекинской газетой China Times и телеканалами China Television и Chung Tien Television (CiTV), имела тесные связи с КПК и получало субсидии из Китая.

По мнению некоторых аналитиков, одной из самых известных целей Объединенного фронта является его исторический враг Гоминьдан.

Гоминьдан возглавлял раннее республиканское правительство Китая и был в разногласиях с Коммунистической партией с момента ее основания в Шанхае в 1921 году. Две стороны воевали друг против друга в разные моменты, пока Гоминьдан не бежал на Тайвань в 1940-х годах, взяв с собой 2 миллиона человек. и заменив японское колониальное правительство, правившее Тайванем полвека.

«Привязанность Гоминьдана к этой идее Великого Китая настолько сильна, что, несмотря на то, что исторически они были жертвами успеха работы Объединенного фронта, они считают эту идею Великого Китая более великой, чем они сами», — сказал он Аль-Джазире. «И они снова готовы присоединиться к целям Коммунистической партии, потому что это единственный способ добиться объединения в их сознании».

То же самое когда-то относилось к большей части тайваньского элитного общества, в котором на протяжении десятилетий доминировали семьи, бежавшие вместе с Гоминьданом и все еще ощущавшие глубокую связь с Китаем.

За последние 20 лет тайваньцы все чаще считают себя либо «тайваньцами», либо «тайвано-китайцами», а не «китайцами», согласно долгосрочному опросу, проведенному Национальным университетом Чэнчи, который резко изменил политический нарратив.

Однако лидеры Гоминьдана продолжают проводить регулярные встречи с официальными лицами Коммунистической партии, включая недавнюю знаменательную поездку (2023 года) бывшего президента Ма Ин-цзю, который стал первым тайваньским лидером, посетившим Китай с 1940-х годов.

Для Гоминьдана посещение Пекина важно для поддержания открытых линий связи во время спадов в отношениях между Пекином и Тайбэем, например, после избрания в 2016 году президента Цай Инвэнь из Демократической прогрессивной партии (ДПП).

Члены партии, такие как Цзо Чен-дун, директор партийного департамента по делам материка, отвергают опасения, что они подвержены влиянию КПК.

«Дело не в том, что Гоминьдан открыт для влияния КПК, я думаю, что мы должны изменить это уравнение в другом направлении», — сказал Цо. «Дело в том, что Гоминьдан все еще надеется повлиять на будущую политику КПК посредством диалога и социального взаимодействия, чтобы можно было сохранить статус-кво и стабилизировать отношения по обе стороны пролива…».

Тем не менее, Объединенный фронт достаточно беспокоит все тайваньские политические партии. Законодательный орган Тайваняв 2019 году принял закон о борьбе с проникновением в ответ на активизацию «работы Объединенного фронта по разделению и проникновению на Тайвань» в качестве угрозы его « безопасность, общественный порядок и нормальное функционирование демократической политики». Закон предусматривает уголовную ответственность за политические пожертвования, агитацию, лоббирование, срыв митингов или распространение дезинформации от имени «враждебных внешних сил», например, Пекина.

Правительство Тайваня имеет грозного врага в лице Объединенного фронта.

Хотя организация не проводит активных военных учений в Тайваньском проливе, ее деятельность носит широкомасштабный и более сдержанный характер, чем открытая демонстрация военной мощи.

Каждый комитет Коммунистической партии имеет свой собственный подкомитет Объединенного фронта, как и военные и другие крупные организации, работающие на общее дело. Существует «огромное количество» людей внутри и за пределами Китая, работающих над усилиями Объединенного фронта, хотя официальные цифры и его бюджет не разглашаются.

Фонд «Наследие», консервативный американский аналитический центр, известный своими ястребиными взглядами на Китай, подсчитал, что в 2020 году Объединенный фронт мог нанять до 40 000 человек. По оценкам Шэня из Double Think, их может быть до 600 тысяч, учитывая тот факт, что все национальные, провинциальные и местные члены Народной политической консультативной конференции Китая могут быть мобилизованы для выполнения работы Объединенного фронта.

С момента прихода к власти в 2012 году председатель КНР Си расширил работу организации, а также повысил заработную плату и престиж сотрудников ведомства.

«Объединенный фронт» — это «общепартийное усилие», — сказал Джон Дотсон, заместитель директора Глобального тайваньского института и эксперт по китайской пропаганде. Он сказал, что это сравнимо с «астротурфингом» или практикой создания поддельных организаций и заставляет влиять на общественное мнение или тайно продвигать определенные усилия по лоббированию.

Точно так же Объединенный фронт может работать за рубежом через группы по обмену иностранной валюты, посольства, зарубежные китайские организации и даже законодателей в зарубежных странах для продвижения повестки дня Пекина.

По словам Дотсона, с 2019 года пропаганда КПК в отношении Тайваня стала еще громче, с заявлениями о том, что «воссоединение» является важной и «неизбежной» частью национального омоложения, по словам Дотсона, поскольку она продолжает прилагать «значительные усилия, пытаясь провести тайные операции по влиянию на политиков».

Аналитики говорят, что это может сигнализировать о потенциальном изменении «идеологической структуры» КПК в отношении Тайваня и, однажды, обновленной модели «воссоединения», но предсказать что-либо более конкретное в настоящее время невозможно.

Тем временем политика кнута и пряника будет продолжаться, поскольку Тайвань не может ни помешать НОАК совершать ежедневные боевые вылеты через Тайваньский пролив, ни помешать своим гражданам посещать Китай или участвовать в свободе слова в Интернете. Они также смогут выбрать своего следующего президента и того, хотят ли они лидера, выступающего за независимость, или того, кто хочет ухаживать за Пекином».

Индо–Тихоокеанский регион

AUKUS — партнерство в области безопасности

Между правительствами США, Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии и Австралии совместным заявлением в сентябре 2021 года образовано Партнерство в области безопасности – AUKUS. Оно призвано «продвигать свободный и открытый Индо-Тихоокеанский регион, который является безопасным и стабильным».

Естественно, главный противник у Партнерства – Китай.

Партнерство организовало свою трехстороннюю оборонную деятельность по двум направлениям, называемым «столпами».

Компонент 1 направлен на предоставление Австралии флота атомных ударных подводных лодок.

Компонент 2 предназначен для совместной разработки передовых оборонных возможностей в восьми технологических и функциональных областях.

20 июня 2023 года Исследовательская служба Конгресса США опубликовала обзор «Компонент AUKUS 2: предыстория и вопросы для Конгресса».

Деятельность по компоненту 2 координируется правительствами США, Великобритании и Австралии с помощью рабочих групп.

В настоящее время действуют восемь таких групп:

шесть занимаются конкретными технологическими областями (подводные возможности, квантовые технологии, искусственный интеллект и автономия, передовые кибер-, гиперзвуковые и противогиперзвуковые возможности и радиоэлектронная война);

две — более широкими функциональными областями (инновации и обмен информацией).

Учитывая его широкий охват, AUKUS привлек широкий круг заинтересованных сторон в правительстве США. В рамках исполнительной власти Совет национальной безопасности (СНБ) и ряд организаций в Государственном департаменте (включая Бюро по военно-политическим вопросам) и Министерстве обороны (включая Канцелярию министра обороны и Департамент ВМФ) участвовали в реализации мероприятий АУКУС. В рамках законодательной власти двухпартийная группа членов сформировала Рабочую группу Конгресса AUKUS в 2022 году, а ряд комитетов провел слушания по различным вопросам, связанным с AUKUS, в 2022 и 2023 годах.

Роль AUKUS в стратегии США, Великобритании и Австралии

Правительства США, Великобритании и Австралии определили AUKUS как важную часть своих национальных стратегий. В Индо-Тихоокеанской стратегии США на 2022 год администрация Байдена ссылается на усилия AUKUS в рамках своей линии усилий «Усилить сдерживание», заявляя, что партнерство будет поддерживать защиту интересов США, сдерживание агрессии противника и продвижение региональной безопасности.

В «Integrated Review Refresh 2023» Соединенного Королевства утверждается, что партнерство AUKUS «позволит Великобритании и ее союзникам коллективно уравновесить принудительное поведение и сохранить открытый и стабильный международный порядок». AUKUS занимает видное место в «Стратегическом обзоре обороны» Австралии за 2023 год, в первую очередь как средство обеспечения существенной «повышенной летальности» для Королевского флота Австралии (RAN) и «асимметричных возможностей» в целом.

Официальные заявления Министерства обороны и исполнительной власти относительно AUKUS, как правило, избегают выявления конкретных угроз или проблем, вызывающих озабоченность, вместо этого ссылаясь на более абстрактные интересы и цели. Однако некоторые аналитики утверждают, что пакт является ответом на мнение его участников о том, что намерения и возможности Китайской Народной Республики (КНР) представляют собой значительную и растущую угрозу безопасности Индо-Тихоокеанского региона. Эта точка зрения была сформулирована рядом американских политиков, в том числе несколькими членами Конгресса. Например, в марте 2023 года председатель Комитета Палаты представителей по иностранным делам (HFAC) Майкл Маккол выступил в зале Палаты представителей относительно AUKUS:

«Мы сталкиваемся с вызовом поколений от Коммунистической партии Китая. Мы должны задействовать все инструменты в наших усилиях по противодействию попыткам председателя Си нарушить глобальный баланс сил. С AUKUS наши три страны могут достичь общей стратегической цели защиты Индо-Тихоокеанского региона, сохраняя при этом наше технологическое и военное превосходство».

Это мнение о том, что AUKUS является частью более широкого ответа на предполагаемую угрозу со стороны КНР, по-видимому, разделяют другие страны AUKUS. Например, во время объявления AUKUS Optimal Pathway премьер-министр Великобритании Риши Сунак объяснил необходимость повышенного внимания к обороне, упомянув ряд конкретных проблем, в том числе «растущую напористость Китая». В 2022 году тогдашний премьер-министр Австралии Скотт Моррисон описал AUKUS как ответ, отчасти, на «попытку КНР изменить наш регион и мир таким образом, чтобы он больше подходил для автократий, чем для либеральных демократий».

Компонент 2 Рабочие группы

Учитывая разнообразие технологических и функциональных областей, охватываемых AUKUS Pillar 2, каждая из восьми рабочих групп может вести свою деятельность по-разному. Кроме того, непрерывный и потенциально засекреченный характер многих таких видов деятельности может ограничивать объем информации, доступной для общественности. Вполне вероятно, что для достижения своих целей рабочие группы будут участвовать в ряде мероприятий, которые Министерство обороны США называет международным сотрудничеством в области вооружений. К ним могут относиться:

• обмен контролируемой технической информацией;

• обмен военным, гражданским и промышленным персоналом;

• проекты совместных исследований, разработок, испытаний и оценки (RDT&E);

• совместные закупки;

• другие партнерства по приобретению.

В отличие от деятельности по Компоненту 1, для достижения результатов которой могут потребоваться десятилетия, некоторые аналитики и политики ожидают, что Компонент 2 AUKUS приведет к более быстрому улучшению возможностей.

Подводные возможности

Подводные возможности в контексте AUKUS относятся к системам и технологиям, которые работают под водой, но не являются пилотируемыми подводными лодками. На сегодняшний день ВМС США (USN) предприняли ряд важных усилий в этой области, включая деятельность RDT&E, направленную на доработку, закупку и эксплуатацию беспилотных подводных аппаратов (UUV). USN годами разрабатывает различные UUV, и будущие системы могут иметь значительные различия по размеру, возможностям и роли. В USN беспилотные летательные аппараты могут применяться для разведки, наблюдения и рекогносцировки (ISR), борьбы с подводными лодками, борьбы с надводными кораблями, траления мин и других задач.

Другие страны AUKUS также развивают возможности UUV: Королевский флот Великобритании (RN) приобрел несколько малых UUV REMUS 100, а RAN инициировала партнерские отношения с несколькими оборонными компаниями для разработки больших и сверхбольших UUV.

Разработка беспилотных летательных аппаратов является частью более широкого стремления различных вооруженных сил использовать робототехнику для военно-морских целей. Например, в марте 2023 года в показаниях Конгресса председатель Объединенного комитета начальников штабов генерал Марк Милли заявил, что «в будущем вы увидите, может быть, треть или более ВМС США, ВМС Китая или ВМФ России, эти будут беспилотные морские суда, беспилотные подводные суда и так далее».

Через рабочую группу Undersea Capabilities USN, RN и RAN учредили проект AUKUS Undersea Robotics Autonomous Systems (AURAS) — инициативу по совместной разработке и эксплуатации автономных подводных аппаратов. Белый дом заявил, что он намеревается использовать эту инициативу как «значительный фактор усиления морских сил AUKUS» и что он рассчитывает начать первоначальные испытания и эксперименты в 2023 году. Бюджетный запрос Министерства обороны США включал 10 миллионов долларов на разработку «полезной нагрузки для UUV» в рамках запроса на 25 миллионов долларов на «Инновационные инициативы AUKUS». Хотя точная связь с рабочей группой по подводным возможностям неясна из общедоступной информации, правительство Австралии и американская компания Anduril Industries заключили партнерство, чтобы к 2025 году доставить в RAN три сверхбольших прототипа автономных подводных аппаратов.

Квантовые технологии

В контексте оборонной политики квантовые технологии — это те, которые используют принципы квантовой физики (например, суперпозицию, квантовые биты и запутанность) для создания или усиления военного потенциала. Квантовые технологии имеют множество потенциальных применений, включая улучшение систем связи, сенсорных возможностей, обработки информации и безопасности. Одной из недавних квантовых инициатив в Соединенных Штатах является Закон о национальной квантовой инициативе 2018 года (PL 115-368), который создал основу для общегосударственных усилий «по ускорению квантовых исследований и разработок для экономической и национальной безопасности США». Соединенные Штаты. «Еще одна недавняя инициатива, ориентированная на квантовые технологии, — это Программа исследований и разработок в области квантовой информационной науки и технологий, учрежденная Законом Джона С. Маккейна о национальной обороне в 2019 финансовом году (NDAA, PL 115-232) для координации исследований и разработок в области квантовых наук и для обеспечить межведомственное взаимодействие.

Подобно усилиям США, правительства Великобритании и Австралии предприняли действия по расширению сотрудничества между правительством и промышленностью в области исследований и разработки квантовых технологий.

В рамках рабочей группы по квантовым технологиям страны AUKUS учредили Квантовое соглашение AUKUS (AQuA) — инициативу по координации усилий США, Великобритании и Австралии в области RDT&E, касающихся квантовых технологий. Ожидается, что первоначальные усилия AQuA будут сосредоточены на разработке альтернативных решений для определения местоположения, навигации и синхронизации (аналогичных возможностям нынешней глобальной системы позиционирования [GPS]) посредством испытаний и экспериментов до 2025 года.

Искусственный интеллект и автономия

Определения искусственного интеллекта (ИИ) и автономии различаются. В контексте обороны эти термины обычно относятся к технологиям, которые могут выполнять задачи в изменяющихся и непредсказуемых обстоятельствах без значительного человеческого контроля, таким образом, который воспроизводит определенные человеческие качества (например, обучение на собственном опыте). ИИ имеет чрезвычайно разнообразные защитные приложения, которые охватывают множество различных функциональных областей. В результате Министерство обороны США создало Объединенный центр искусственного интеллекта (JAIC) для управления разработкой и реализацией стратегии и программ в области ИИ в департаменте. По состоянию на июнь 2021 года JAIC частично добился этого, управляя шестью «инициативами миссии» ИИ, охватывающими различные тематические области.

Другие страны AUKUS применяют аналогичные широкие подходы к ИИ и автономии: Министерство обороны Соединенного Королевства (MOD) опубликовало «Стратегию оборонного искусственного интеллекта» в июне 2022 года, а правительство Австралии опубликовало «План действий Австралии в области ИИ» в июне 2021 года. .

По данным Белого дома, рабочая группа AUKUS по искусственному интеллекту и автономии сосредоточится на «повышении скорости и точности процессов принятия решений, чтобы поддерживать преимущество в возможностях и защищаться от угроз, связанных с искусственным интеллектом». Кроме того, бюджетный запрос президента на 2024 финансовый год для Министерства обороны США включал 5 миллионов долларов на разработку «Центра разработки искусственного интеллекта» в рамках более широкого запроса на «Инновационные инициативы AUKUS».

Продвинутые кибервозможности

Кибероперации министерства обороны разнообразны и включают военную, разведывательную и деловую деятельность, проводимую в киберпространстве или через него — информационная сеть, охватывающая Интернет, другие телекоммуникационные соединения и компьютерные системы. Кибервозможности стали постоянным центром внимания для всех трех стран AUKUS, особенно с учетом интенсификации среды угроз в том, что Министерство обороны США называет «киберсферой».

Киберстратегия Министерства обороны США на 2018 год определяет пять «целей киберпространства»: (1) дать возможность военным одержать победу в оспариваемой среде киберпространства, (2) проводить кибероперации для усиления национального преимущества США, (3) защитить критически важную инфраструктуру от кибератак, (4) защитить информацию и системы Министерства обороны США от кибератак, а также (5) расширение киберсотрудничества.

Австралия и Великобритания наметили стратегии, направленные на повышение киберустойчивости, чтобы обеспечить как коммерческую, так и оборонную деятельность. В апреле 2023 года Великобритания сообщила о существовании Национальных киберсил (NCF), обладающих расширенными возможностями оборонительных и наступательных киберопераций.

По данным Белого дома, рабочая группа Advanced Cyber ​​будет стремиться «усилить кибервозможности, включая защиту критически важных систем связи и операций». Учитывая растущую роль сетевых коммуникаций в военных операциях, рабочая группа Advanced Cyber может охватывать множество различных платформ, систем и функций. Некоторые аналитики утверждают, что кибербезопасность будет важным фактором для других рабочих групп AUKUS, особенно для обмена информацией. Кроме того, бюджетный запрос президента на 2024 финансовый год для Министерства обороны США включал 6 миллионов долларов на «Развитие кибервозможностей» в рамках элемента программы «Инновационные инициативы AUKUS».

Гиперзвуковые и контргиперзвуковые возможности

Гиперзвуковые и противогиперзвуковые возможности относятся к маневренному оружию, летящему со скоростью 5 Маха или выше, или к системам, предназначенным для противодействия такому оружию. Скорость и маневренность этих ракет в сочетании с малой высотой полета делают их более сложными для обнаружения и нейтрализации, чем баллистические ракеты. Министерство обороны США в настоящее время управляет рядом программ, направленных на разработку гиперзвукового оружия с обычным вооружением и противогиперзвуковых защитных средств.

Правительства Великобритании и Австралии также занимались развитием гиперзвуковых возможностей до заключения пакта AUKUS, включая, в случае Австралии, двустороннее сотрудничество с Соединенными Штатами, ориентированное на гиперзвук.

В апреле 2022 года Белый дом объявил, что партнеры AUKUS будут «совместно работать над ускорением разработки передовых гиперзвуковых и противогиперзвуковых возможностей» в рамках компонента 2 AUKUS. В открытом доступе мало подробностей об этой рабочей группе. Однако некоторые аналитики предполагают, что австралийская инфраструктура для испытаний ракет, включая недавно открытый «Гиперзвуковой исследовательский центр» в Брисбене, Австралия, может сыграть важную роль в первоначальных проектах.

Электронная война

Электронная война (РЭБ) относится к действиям, которые манипулируют и контролируют электромагнитный спектр (ЭМС) — диапазон частот электромагнитной энергии — в военных целях.

РЭБ была добавлена в сферу деятельности AUKUS Pillar 2 в апреле 2022 года. По данным Белого дома, эта рабочая группа будет стремиться «поделиться пониманием инструментов, методов и технологий, чтобы наши силы могли действовать в оспариваемых и деградировавших условиях». Возможности для рабочей группы РЭБ могут включать в себя электронную защиту, электронную атаку и электронную поддержку (т. е. сбор разведывательных данных и анализ EMS, которые поддерживают другие операции EW), все из которых укрепляют способность действовать в оспариваемой среде EMS. Эти возможности РЭБ особенно актуальны, учитывая, что все три страны AUKUS будут эксплуатировать E-7 Wedgetail ВВС США, бортовую платформу РЭБ.

Инновации

Как функциональную область оборонного сотрудничества инновации определить труднее, чем указанные выше технологические области. В широком смысле оборонные инновации относятся к целенаправленным изменениям в технологиях, операциях, процессах или организациях, используемых правительствами в военных целях.

По данным Белого дома, рабочая группа по инновациям будет стремиться «ускорить наши соответствующие оборонные инновационные предприятия и учиться друг у друга, включая способы более быстрой интеграции коммерческих технологий для решения боевых задач». Это может включать расширение сотрудничества между Отделом оборонных инноваций (DIU) Министерства обороны США, Агентством перспективных оборонных исследований и разработок (DARPA) и сервисными организациями RDT&E, с одной стороны, и аналогичными британскими и австралийскими организациями (например, Министерство обороны Великобритании), а также Технологическими лабораториями и Австралийской оборонной научно-технической группой), с другой. Кроме того, бюджетный запрос президента США на 2024 финансовый год для Министерства обороны США включал 25 миллионов долларов на «Инновационные инициативы AUKUS». Новая инициатива включает в себя предлагаемое финансирование усилий в области искусственного интеллекта, кибербезопасности, беспилотных летательных аппаратов, повышения осведомленности о боевом пространстве, а также инженерных и архитектурных исследований.

Обмен информацией

По данным Белого дома, рабочая группа по обмену информацией «расширит и ускорит обмен конфиденциальной информацией, в том числе в качестве первоочередной задачи, обеспечивающей рабочие потоки, которые лежат в основе нашей работы в согласованных областях расширенных возможностей других рабочих групп». Страны AUKUS имеют долгую историю обмена информацией об обороне, в первую очередь через разведывательный альянс Five Eyes (FVEY – Пять глаз).

По мнению некоторых аналитиков, эта рабочая группа могла бы попытаться устранить барьеры для трехстороннего обмена информацией, такие как экспортный контроль, классификация в более общем плане и бюрократическая культура, которая ставит во главу угла неприятие риска, когда речь идет об обмене контролируемой информацией.

Вопросы для Конгресса

Конгресс может рассмотреть варианты изменения экспортного контроля США и осуществления надзора за рабочими группами AUKUS Pillar 2.

К особым проблемам относятся:

• следует ли и как изменять законы и положения США об экспортном контроле;

• варианты оценки прогресса и измерения результатов;

• следует ли изменить технологический и функциональный объем рабочих групп Компонента 2;

• расширять ли участие в мероприятиях Компонента 2 за пределами нынешних членов AUKUS.

***

Конфронтация между США и Китаем после визита Блинкена в Пекин и заявлений Байдена вспыхнула с новой силой.

Ясно, что теперь, до избрания нового президента США в 2024 году, ждать улучшения отношений не приходится.

В выборах на Тайване в начале 2024 Китай попытается с помощью высоко технологических инструментов «мягкой» - «умной» силы добиться нужного ему результата.

Но, в этом случае, команда Байдена может пойти на серьезную провокацию с помощью своих партнеров по AUKUS, чтобы смоделировать военный конфликт и сорвать мирное воссоединение Китая. Тем более, что все технологические возможности у США и их союзников для этого имеются. 

 

Елена Ларина, Владимир Овчинский

https://zavtra.ru/blogs/konfrontatciya_mezhdu_vashingtonom_i_pekinom_budet_vozrastat_s_novoj_siloj

 


10.06.2023 Недремлющее око «Красного Дракона»

 

      Как китайская разведка работает с открытыми источниками 

В 2022-2023 гг. заметно возросло политическое, экономическое и военное напряжение во взаимоотношениях КНР и США. Естественно, в этих условиях повышается роль разведки.

Международная компания Recorde Future («Записанное будущее») в июне 2023 года опубликовала исследование «Частный взгляд: использование военной разведкой Китая открытых источников».

Народно-освободительная армия (НОАК) использует новые технологии сбора, обработки и анализа данных для использования огромного количества информации из открытых источников, доступной в Интернете и других ресурсах, для целей военной разведки. Растущая экосистема частных компаний, государственных предприятий, государственных исследовательских организаций и университетов поддерживает стремление НОАК использовать разведданные с открытым исходным кодом (OSINT) путём предоставления исследовательских услуг, платформ и данных.

Военная и оборонная промышленность Китая использует автоматизированные поисковые роботы, алгоритмы, машинное обучение, искусственный интеллект и другие инструменты для получения разведывательной информации от иностранных правительств, вооруженных сил, платформ социальных сетей, новостных СМИ, компаний, исследовательских организаций и частных лиц.

НОАК использует OSINT наряду с другими, более чувствительными формами разведки для поддержки принятия решений на стратегическом, оперативном и тактическом уровнях. Использование НОАК OSINT даёт ей преимущество в разведке, поскольку открытая информационная среда Запада позволяет НОАК легко собирать большие объемы данных из открытых источников, тогда как западным военным приходится бороться с закрытой информационной средой Китая.

• НОАК рассматривает OSINT как всё более ценный источник военной разведки, который может помочь в принятии решений и требует использования новых технологий сбора, обработки и анализа, которые активно разрабатываются НОАК и оборонной промышленностью Китая.

• НОАК использует OSINT, чтобы получить представление об иностранных военных возможностях, объектах, доктринах, принятии решений, вооружении, оборудовании, науке и технике, учениях, обучении, разведке и развертывании, что, скорее всего, поможет НОАК подготовиться к будущим конфликтам.

• Стремясь использовать внешние возможности и опыт, НОАК все чаще приобретает исследовательские и аналитические услуги OSINT, продукты для платформ и баз данных, а также данные дистанционного зондирования у частных китайских компаний, а также у китайских государственных предприятий, государственных исследовательских организаций, и университетов.

• НОАК и оборонная промышленность Китая пользуются преимуществами открытой информационной среды других стран для извлечения данных OSINT от иностранных правительств, вооруженных сил, университетов, компаний оборонной промышленности, научно-исследовательских организаций, аналитических центров, новостных СМИ, платформ социальных сетей, форумов, частных лиц, поставщиков коммерческих данных, печатных СМИ, радиопередач, спутников и других источников.

• НОАК пытается учиться на программах OSINT других стран, а также стремится помешать иностранным государствам собирать военные данные OSINT из китайских источников, что, скорее всего, помогает сохранить преимущество НОАК над Западом в OSINT.

Китайские взгляды на OSINT

Персонал НОАК и другие наблюдатели в Китае считают OSINT все более ценной формой военной разведки, которая требует использования новых технологий, и признают, что Китай может извлечь уроки из развития OSINT в Соединенных Штатах. Некоторые наблюдатели считают, что Китаю следует мобилизовать гражданские организации для поддержки усилий OSINT, в то время как другие подчеркивают необходимость того, чтобы Китай защищался от сбора данных OSINT иностранными государствами.

• OSINT становится все более ценной формой военной разведки. НОАК и другие организации в Китае давно ценят OSINT, особенно для научной и технической разведки. Тем не менее, военнослужащие НОАК и другие китайские наблюдатели почти наверняка осознали, что коммерциализация таких технологий, как дистанционное зондирование и системы автоматической идентификации (AIS), открыли новые возможности для расширения и улучшения военного OSINT.

Например, согласно документу 2020 года, подготовленному персоналом Подразделения 31008 Объединенного штаба Центральной военной комиссии КНР, развитие информационных технологий способствовало непрерывному автоматизированному сбору военных данных OSINT из интернет-источников, таких как правительственные, военные, научные исследования, образовательные организации, а также от компаний и частных лиц.

Они утверждают, что OSINT в Интернете является эффективным источником информации об оперативных силах, конструкции оборудования, оперативных возможностях, военных учениях, обстановке на поле боя и других темах. Эти данные помогают улучшить оперативные возможности и поддерживают принятие командных решений. Разведывательное бюро Объединенного департамента штаба Центральной военной комиссии (CMC JSD) отвечает за командование и управление, планирование и стратегию, сбор и анализ разведданных и другие подобные задачи; наблюдалось несколько случаев, когда Подразделение 31008 исследовало или закупало данные OSINT.

Эффективный OSINT требует использования новых технологий сбора, обработки и анализа данных

Персонал НОАК и другие китайские наблюдатели почти наверняка понимают, что Китай должен применять новые технологии сбора, обработки и анализа данных, чтобы эффективно использовать огромное количество информации из открытых источников, доступной в Интернете. Например, в 2017 году исследователи из Китайской академии электроники и информационных технологий опубликовали статью под названием «Изучение интеллектуального анализа данных с открытым исходным кодом в военной области», в которой они утверждают, что традиционные методы ручной обработки и анализа разведданных недостаточны для работы с количеством данных из открытых источников, собранных из Интернета. Таким образом, они предлагают метод использования поискового робота для сбора информации из Интернета, использования технических средств для извлечения ключевой информации, а затем использования алгоритма для создания разведданных.

Используя свой метод, они генерируют примеры разведывательных тем, таких как «Конфронтация китайско-японских ВВС в Восточно-Китайском море», «Развертывание THAAD [терминала высокогорной зоны обороны] в Южной Корее» и «Воздушный налет США на сирийскую базу». CAEIT является дочерней компанией China Electronics Technology Group Corporation, крупного государственного оборонного подрядчика.

Китай может извлечь уроки из разработки и применения OSINT в США

Персонал НОАК и другие наблюдатели, скорее всего, изучают разработку и использование OSINT в США, чтобы информировать собственные структуры Китая по OSINT.

Например, в 2022 году кандидат наук и преподаватель, работающий в Колледже политики Университета национальной обороны (NDU) НОАК, Департаменте военной информации и общественного мнения в Интернете, опубликовал документ, в котором неоднократно цитируются различные правила, стандарты, справочники и другие материалы США и Организации Североатлантического договора (НАТО) в целях содействия разработке военных стандартов OSINT в Китае. Автор утверждает, что подобные стандарты нужны Китаю для решения таких задач, как недостаточный количественный анализ разведданных, интеграция систем разведки и планирование разведки. Цель автора — сделать разведывательную работу более систематической, стандартизированной и научной.

NDU подчиняется CMC и является единственным «всеобъемлющим объединённым командным университетом» НОАК. Он отвечает за обучение руководителей высокого уровня, и его сотрудники используют платформы для сбора данных о «международной обороне» в целях создания справочных материалов OSINT в поддержку обучения и исследований.

Гражданские организации должны внести свой вклад в работу OSINT Китая

Некоторые специалисты в Китае предложили мобилизовать гражданские организации (например, аналитические центры и частные компании) для обеспечения OSINT-поддержки разведывательной системы Китая, в которую входит военная разведка.

Например, в 2019 году исследователи национальной безопасности, связанные с Университетом международных отношений, опубликовали документ, в котором они утверждают, что разведывательная система Китая должна интегрировать вклад OSINT от правительства, военных, разведывательных служб и организаций в гражданской сфере. Они полагают, что OSINT предъявляет высокие требования к информационным технологиям, и когда технологий правительства и спецслужб недостаточно, система национальной безопасности Китая должна обратиться к «бизнес-аутсорсингу», «технической настройке» и «рыночным закупкам», т.е. тем практикам, которые НОАК уже приняла для мобилизации гражданских компаний. Авторы отмечают, что, хотя участие гражданских организаций в работе OSINT Китая может сделать источники разведки КНР более обширными и всеобъемлющими, правительство и спецслужбы должны по-прежнему координировать и направлять эту разведывательную систему для обеспечения секретности. Предполагается, что Университет международных отношений связан с Министерством государственной безопасности (МГБ), главным агентством гражданской разведки Китая.

Китай должен проявлять бдительность в отношении иностранных усилий по сбору данных OSINT

Некоторые наблюдатели в Китае выразили обеспокоенность в связи с угрозой того, что иностранные организации будут собирать данные OSINT из китайских источников.

Например, в 2020 году заместитель директора Департамента информации общественного мнения Центра распространения новостей НОАК опубликовал статью с предупреждением о том, что иностранные спецслужбы собирают и анализируют «военную тайну» из сообщений государственных СМИ. Автор предполагает, что этот риск вырос в последние годы, потому что в нынешнюю эпоху цифровых медиа разведданные можно легко собрать с помощью всестороннего анализа больших данных. Они выявляют несколько ошибок в системе безопасности, которые позволяют собирать иностранные данные OSINT, такие как отсутствие различий между внутренней и внешней пропагандой; публикация необработанных фото и видео с мест размещения оборудования и внутренних конструкций; размышления о параметрах и характеристиках высокоточного оружия; использование спутниковых снимков для анализа строительства военных баз и оборудования; анализ спецификаций оборудования и процессов тестирования.

Центр распространения новостей НОАК подчиняется Департаменту политической работы CMC и курирует публикации НОАК в таких изданиях, как Daily, China National Defense News и Military Reporter.

OSINT-приложения

НОАК использует OSINT для поддержки принятия решений, что соответствует тому, как НОАК применяет другие формы военной разведки. При этом НОАК интегрирует OSINT с человеческим интеллектом, сигнальной разведкой, измерением и сигнатурной разведкой, визуализацией и другими видами разведки.

Вышеупомянутый документ 2020 года, подготовленный персоналом CMC JSD, дает представление о том, как НОАК использует OSINT для поддержки принятия решений. Авторы утверждают, что военная разведка, работающая в Интернете, обеспечивает поддержку больших данных для «всеобъемлющих суждений» командиров и «принятия командных решений», и что они имеют отношение к стратегическому, боевому (оперативному) и тактическому уровням войны. Они утверждают, что на стратегическом уровне OSINT дает представление о таких областях, как военная стратегия, политические тенденции, социальные и экономические факторы. На уровне кампании OSINT предоставляет информацию по таким темам, как военные намерения, командование и координация, а также организация. Авторы заявляют, что на тактическом уровне OSINT имеет отношение к таким вопросам, как боевой порядок, развертывание, вооружение и снаряжение.

Помимо поддержки принятия решений, китайские наблюдатели также предложили более конкретное использование военного OSINT, например, для отслеживания морских целей на больших расстояниях, обеспечения раннего предупреждения о кризисах, поддержки точечных ударов, противодействия вражеской пропаганде, содействия отечественным научным и технологическим инновациям, а также поддержка обучения и развития талантов.

• Подразделения НОАК проводят OSINT по темам, связанным с иностранными военными возможностями, объектами, доктриной, принятием решений, оружием, оборудованием, наукой и техникой, учениями, обучением, разведкой и развертыванием.

• Подразделения НОАК также запрашивают OSINT по геополитическим тенденциям, иностранным аналитическим центрам, иностранным компаниям оборонной промышленности, общим достижениям в области науки и техники и другим невоенным темам.

• Конкретные предметы, представляющие интерес для НОАК, включают распределённое оборудование наземной разведки вооруженных сил США; основные боевые танки США и Германии; бронетехника, используемая США, Индией и Тайванем; оперативные концепции и оборудование Корпуса морской пехоты США и Тайваня; иностранные военные кибер- и электромагнитные доменные технологии; зарубежные беспилотные летательные и наземные аппараты; стратегии, оборудование и технологии иностранных военно-морских сил и береговой охраны; зарубежные исследования в области гиперзвука, искусственного интеллекта, квантовой информации и других стратегических технологий.

• Органы НОАК заинтересованы в OSINT, связанном с конкретными целями, предметами и проблемами в таких странах, как США, Тайвань, Япония, Австралия, Южная Корея, Великобритания, Франция, Германия, Индия и Россия.

• Субъекты НОАК приобретают платформу OSINT и продукты базы данных, исследовательские и аналитические услуги, данные от частных и государственных китайских поставщиков, иностранных поставщиков коммерческих данных и иностранные первоисточники.

• Многочисленные подразделения вооруженных сил Китая проводят OSINT, в том числе подразделения, принадлежащие CMC JSD, Силам стратегической поддержки НОАК (PLASSF), Сухопутным войскам НОАК (PLAGF), ВМС НОАК (PLAN), ВВС НОАК (НОАК), Академии вооруженных сил НОАК. и Национальному университету оборонных технологий НОАК

При проведении военного сбора данных OSINT в Интернете китайские организации, вероятно, отдают предпочтение автоматизированным методам сбора, таким как использование поисковых роботов. Используя такие технические методы сбора, эти организации собирают разведданные из таких источников, как иностранные правительства, военные, университеты, аналитические центры, средства массовой информации, платформы социальных сетей и поставщики коммерческих данных.

Методы сбора

Специалисты НОАК и китайской оборонной промышленности активно разрабатывают и исследуют возможности использования поисковых роботов для решения задач сбора данных OSINT.

В дополнение к вышеупомянутой статье исследователей CAEIT, посвященной сбору интернет-данных OSINT и созданию тем, авторы доклада обнаружили ещё несколько подобных исследований.

• В 2022 году исследователи из Научно-исследовательского института ядерной энергетики Китая, который находится в подчинении государственного оборонного подрядчика Китайской национальной ядерной корпорации, опубликовали исследование по созданию системы сбора военной ядерной информации с открытым исходным кодом на основе платформы веб-краулера с открытым исходным кодом.

• В 2021 году исследователи, связанные с Научно-исследовательским институтом автоматизации Цзянсу, также известным как 716-й научно-исследовательский институт Китайской государственной судостроительной корпорации (CSSC), опубликовали документ, в котором они предлагают метод отслеживания иностранных авианосцев, подводных лодок, эсминцев и других военно-морских кораблей. используя систему OSINT, которая сочетает в себе поисковый робот, инструменты распознавания объектов, данные AIS от иностранных поставщиков и другие входные данные.

• В 2020 году старший инженер, работающий в Бюро комплексного планирования морского оборудования Департамента морского оборудования, Управление финансирования оборудования опубликовал исследование алгоритма извлечения функций OSINT на основе больших данных, в котором используются текстовые, графические, аудио- и видеоданные, собранные поисковым роботом.

• В 2019 году исследователи из Академии армейской службы — учреждения, ориентированного на логистику, в составе PLAGF — опубликовали документ, в котором предлагают собирать данные OSINT из Интернета с помощью поискового робота, обрабатывать эти данные с помощью машинного обучения, а затем систематизировать их в иностранную военную базу данных OSINT.

В дополнение к изучению новых методов сбора данных OSINT, НОАК и оборонная промышленность Китая применяют аналогичные технические методы.

Например, в сентябре 2020 года организация, связанная с Академией военных наук Китая (AMS), опубликовала тендер на проект «Улучшение методов и возможностей исследования научно-технической разведки». Организация хотела использовать «передовые и зрелые технологии», такие как поисковые роботы, интеллектуальный анализ данных, машинный перевод и обработка естественного языка, чтобы завершить «общее автоматизированное построение процесса обслуживания» для всестороннего сбора, автоматического перевода и анализа разведывательных данных интернет-науки и информации технической разведки. Организация указала, что эти улучшения изменят текущую ситуацию с традиционной разведкой, которая опирается на такие методы, как ручной просмотр внутренних и иностранных веб-сайтов, ручная вставка и загрузка информации, ручной перевод и статистика отдельных данных. Проект был призван, чтобы «помочь исследователям разведки получить всестороннее, точное и глубокое понимание разведывательной информации в областях, за которыми они следят». Это также сократит цикл сбора, обработки и анализа разведданных; повысит эффективность и уровень разведывательной и исследовательской работы; и улучшит существующие возможности научно-технических исследований.

В апреле 2022 года неназванная организация PLAGF опубликовала тендер на «иностранную военную систему отслеживания и анализа тенденций разработки оружия и оборудования», которая демонстрирует, как НОАК почти наверняка применяет технологии сбора данных OSINT, а также обработки и анализа для мониторинга и оценки иностранных военных возможностей. Организация пыталась получить систему, которая использует данные OSINT, собранные из Интернета, для осуществления «автоматического мониторинга и отслеживания, сбора, обработки, распространения и использования данных». Ей нужна была «программная система, которая объединяет сбор, анализ и поиск данных с открытым исходным кодом в Интернете, автоматический перевод и интегрированное в локальную сеть [LAN]».

Проект включал как систему сбора данных OSINT, так и систему управления и распределения по локальной сети. Система сбора должна была автоматически собирать информацию с веб-сайтов; поддерживать сбор новостей RSS и HTML; собирать различные типы данных с веб-сайтов, включая текстовую информацию, URL-адреса, числа, даты, изображения, файлы PDF, аудио и видео; и вспомогательные функции, такие как автоматическая очистка и перевод данных. Система включала интегрированное распределение данных в систему LAN после преобразования, форматирования, импорта данных и других процессов. Она также содержала функцию поиска данных, которая позволяет внешним пользователям выполнять унифицированные запросы к собранным данным; напрямую получать полные тексты, переводы и вложения источников; сузить запросы, используя ключевые слова, веб-сайты, классификации и другие модификаторы.

НОАК и её подрядчики собирают OSINT от иностранных правительств, вооруженных сил, университетов, компаний оборонной промышленности, научно-исследовательских организаций, аналитических центров, СМИ, платформ социальных сетей, форумов, частных лиц, поставщиков коммерческих данных, печатных СМИ, радиопередач, спутников и т.п.

Вышеупомянутое исследование 2019 года, проведенное исследователями Академии армейской службы Китая, включает таблицу иностранных военных источников информации OSINT, в которой приведены примеры вероятных целей сбора данных OSINT НОАК. Источники организованы по категориям международных организаций, правительственных ведомств, военных, научных и учебных организаций, печатных СМИ, разведывательных консультаций и аналитических центров глобальной безопасности и обороны. Целевые источники, указанные в таблице, расположены в США, Японии, Европейском Союзе, Израиле, России и других странах. Конкретные целевые организации включают Совет Безопасности Организации Объединенных Наций (СБ ООН), НАТО, Европейское оборонное агентство (EDA), Конгресс США, Белый дом, Национальную аэронавтику и космонавтику.

НОАК использует иностранные коммерческие данные для OSINT

Например, в 2019 году AMS пыталась получить иностранную военную информацию от Janes, базирующейся в Великобритании, а в 2021 году такую информацию у Janes запрашивала неустановленная организация PLAN. Аналогичным образом, в том же году AMS, по-видимому, проводила OSINT в отношении новых стратегических технологий, таких как искусственный интеллект, квантовая информация и гиперзвук с использованием данных Clarivate, компании со штаб-квартирой в Великобритании. Кроме того, вышеупомянутая система слежения за морскими целями на основе данных OSINT, предложенная исследователями 716-го научно-исследовательского института CSSC в 2019 году, интегрировала данные AIS от зарубежных поставщиков, таких как MarineTraffic, FleetMon и VesselFinder. В отличие от PLAN, корабли ВМС США иногда передают сигналы AIS, позволяя наблюдателям в Китае отслеживать их.

НОАК использует данные дистанционного зондирования с иностранных правительственных и коммерческих спутников для OSINT

В ноябре 2020 года Академия подводных лодок ВМС НОАК опубликовала объявление о закупке из одного источника данных радара с синтезированной апертурой (SAR) с иностранных спутников. Академия пыталась получить эти данные через Инновационный институт аэрокосмической информации Китайской академии наук и специально хотела «данные направленного наблюдения» в определенной области. Неясно, нужны ли Военно-морской академии подводных лодок эти данные SAR для целей OSINT, но, вероятно, они могли использовать данные для оценки иностранных военных объектов или анализа морской оперативной среды.

Точно так же в октябре 2020 года неустановленная организация PLASSF пыталась получить данные дистанционного зондирования SAR со спутников TerraSAR-X, RADARSAT-2 и «ALOS». TerraSAR-X — это коммерческий спутник наблюдения SAR, которым управляет Немецкий космический центр (DLR) и Федеральное министерство образования и исследований Германии (BMBF), а европейская компания космической промышленности управляет коммерческими операциями спутника. RADARSAT-2 — это коммерческий спутник наблюдения Земли для получения радиолокационных изображений, финансируемый Канадским космическим агентством (CSA) и эксплуатируемый MacDonald, Dettwiler and Associates Ltd (MDA). ALOS-2 — это спутник наблюдения Земли, который обслуживает как коммерческих, так и научных пользователей и управляется Японским агентством аэрокосмических исследований (JAXA). Неясно, как объект PLASSF хотел использовать эти данные дистанционного зондирования SAR. Recorded Future ранее наблюдала, как организации НОАК используют коммерческие данные дистанционного зондирования с явной целью поддержки OSINT.

OSINT-провайдеры

За последнее десятилетие частные компании стали играть всё более важную роль в китайской военной экосистеме OSINT. В докладе представлены пять частных китайских поставщиков OSINT, которые обслуживают НОАК, включая поставщиков, которые в основном продают продукты для платформ и баз данных; поставщиков, которые в основном предлагают услуги по исследованиям и анализу; и поставщиков, специализирующихся на данных дистанционного зондирования. Эти 5 компаний и их соответствующие корпоративные сети не составляют всей китайской военной OSINT-экосистемы (в которую также входят государственные предприятия, государственные исследовательские институты и университеты), но они дают примеры растущей роли частных компаний в этой сфере.

1. DataExa

DataExa, также известная как Xiamen Yuanting Information Science and Technology Co., Ltd, является частным китайским оборонным подрядчиком, который выступает в качестве поставщика платформы OSINT для НОАК. Платформа OSINT компании, похоже, объединяет искусственный интеллект, машинное обучение, глубокое обучение и другие элементы для предоставления пользователям платформы иностранной военной разведки, а также зарубежной научной и технологической разведки.

DataExa использует передовые технологии для поддержки военных клиентов в Китае. DataExa утверждает, что является пионером и лидером в области «когнитивного интеллекта для принятия решений». Компания заявляет, что обладает основными техническими преимуществами и ведущими инженерными возможностями в области графов знаний, вычислений, изображений, обучения с подкреплением, машинного обучения и глубокого обучения. Она фокусируется на отраслях государственных национальной обороны, финансов, промышленного интернета. Ее клиентами являются более 200 крупных организаций, таких как Комиссия CMC по науке и технологиям, Департамент разработки оборудования CMC, командование театра военных действий НОАК, PLASSF, PLAN и PLAGF. Сообщается, что компания начала свою деятельность в 2013 году, когда «команда основателей» участвовала в «крупных работах по построению когнитивного графа» для неуказанного клиента в области национальной обороны, а затем компания была официально основана в 2014 году.

DataExa предлагает платформу OSINT, ориентированную на военную разведку, а также на научно-техническую разведку. Эта платформа, получившая название «Платформа информационного центра разведки Тяньцзи», представляет собой «распределенную платформу анализа стратегических разведывательных данных», ориентированную на сбор и анализ внешней военной разведки. Сообщается, что платформа объединяет поисковый робот, автоматическое извлечение признаков, граф знаний, глубокое обучение и интеллектуальные технологии вопросов и ответов, чтобы «расширить сбор разведывательных данных с открытым исходным кодом» и построить «граф логической информации высокого качества». Он предназначен для обеспечения таких функций, как управление архивными материалами разведки; добыча разведывательных данных, анализ и хранение. Эти функции предназначены для обслуживания подразделений технической поддержки разведки, разведывательных организаций и аналитиков разведки, а также других пользователей. В дополнение к иностранной военной разведке платформа также включает иностранную научную разведку, например, Агентство перспективных исследовательских проектов Министерства обороны США (DARPA).

DataExa утверждает, что её платформа OSINT может поддерживать оперативное принятие решений. В компании подчеркивают, что платформа может помочь прогнозировать и анализировать события, повышать эффективность анализа разведывательных данных, снижать трудозатраты и повышать аналитическую эмпиричность. На веб-сайте компании объединенный отдел штаба неуказанного командования театра военных действий НОАК упоминается как успешный случай клиента для платформы, а также обсуждается, как платформа способствовала анализу больших данных на основе изображений, текста, видео, аудио и электромагнитной информации.

Мы наблюдали по крайней мере один недавний случай, когда DataExa выиграла контракт OSINT. 2 ноября 2022 года неуказанная организация, вероятно, принадлежащая НОАК, объявила, что DataExa заняла первое место в тендере на проект «Услуги нормализации информации с открытым исходным кодом», в которых основное внимание уделялось правилам и возможностям иностранных сухопутных войск.

DataExa также владеет многочисленными патентами, в том числе с очень вероятными приложениями к OSINT. Перечисленные ниже примеры, все из которых были поданы в 2021 или 2022 году, демонстрируют постоянные усилия DataExa по улучшению своих возможностей сбора, обработки и анализа данных OSINT.

• Метод и устройство извлечения данных графа знаний на основе поискового робота.

• Устройство и метод визуальной интеграции на основе географической информационной системы (ГИС), графа знаний и вычислительного оборудования.

• Метод визуализации анализа военной разведки, устройство и машиночитаемый носитель информации.

2. Knowfar

Knowfar, также известная как Beijing Nuofang Zhiyuan Information Science and Technology Co., Ltd., является частным китайским оборонным подрядчиком, который предоставляет базу данных OSINT для НОАК. Компания предлагает запатентованную военную базу данных OSINT, которая включает необработанные данные, переводы и готовые разведывательные данные. Наблюдалось несколько случаев, когда база психологической войны PLASSF описывала Knowfar как хорошо известного поставщика OSINT с уникальной квалификацией.

Компания Knowfar, основанная примерно в 2009 году, занимается как исследованиями, так и базами данных. Основным исследовательским подразделением Knowfar является Институт стратегических и оборонных исследований Knowfar. В институте есть центр военных переводов и центр разведывательных данных, а также исследовательские центры, специализирующиеся на морской безопасности; безопасности сухопутных войск; аэрокосмической стратегии; сетевой электромагнитной стратегии; ядерной, биологической и химической стратегии; борьбе с терроризмом и безопасности за рубежом; стратегии национальной обороны. Институт претендует на сотрудничество с зарубежными университетами и исследовательскими организациями. KISDS опубликовал анализ по таким темам, как исследовательские отчеты Управления сетевой оценки Министерства обороны США по Китаю, усилия России по внедрению обучения национальной обороне в начальных и средних школах и радиолокационные станции в японской системе воздушной разведки. KISDS также курирует Центр открытых источников Knowfar, который занимается созданием информационной платформы военных данных и базы данных разведки с целью систематического, научного и стандартизированного сбора оборонных данных с открытым исходным кодом. Он направлен на предоставление систематизированных и структурированных услуг базы данных OSINT «стратегия-кампания-тактика» исследователям и организациям в области обороны.

Основная база данных OSINT, которую предлагает Knowfar, скорее всего, это «База данных иностранных военных и оборонных разведданных с открытым исходным кодом». Эта база данных или, по крайней мере, ее текущий веб-сайт, похоже, была запущена 28 сентября 2020 года. Хотя доступ к базе данных без регистрации недоступен, она, скорее всего, включает в себя такие модули, как «персонал», «организации», «встречи», «документы», «положения», «объединение разведывательных данных с открытым исходным кодом», «военные переводные тексты», «периодические издания Knowfar», «периодические издания обороны», «бумажные материалы Knowfar» и «ситуационная карта». В дополнение к вышеупомянутой базе данных, на сайте Центра открытых исходных кодов Knowfar обсуждаются 2 дополнительные базы данных: «Глобальная база данных военной разведки» и «Глобальная база данных разведки стратегической ситуации». Ссылки, предоставленные для этих баз данных, ведут непосредственно на веб-сайт Базы данных иностранных военных и оборонных разведданных с открытым исходным кодом, что позволяет предположить, что они являются подкомпонентами основного продукта базы данных OSINT компании Knowfar.

Сообщается, что База данных Global Military Situation Intelligence охватывает организационные структуры, персонал, вооружение, оборудование и объекты иностранных вооруженных сил и может предоставлять структурированную поддержку данных для военных игр, академических исследований и других вариантов использования. Сообщается, что Центр открытых источников Knowfar охватывает политические, военные, экономические, социальные, информационные и инфраструктурные данные (PMESII) зарубежных стран. Базы данных военной и стратегической разведки используют GIS -технологии для визуального отображения структурированных данных и поддержки воспроизведения инцидентов, построения графика ситуации и функций демонстрации игр.

Наблюдались многочисленные примеры участия Knowfar в торгах по OSINT-контрактам НОАК, а также два случая, когда организации НОАК выбрали Knowfar посредством закупок из одного источника. Эти случаи закупок из одного источника указывают на то, что компания предоставляет НОАК уникальныt и ценныt данные OSINT.

• Документы и информация Института оборонных исследований Knowfar.

Согласно объявлению о закупках из одного источника в мае 2019 года из Подразделения 61716, подразделение запрашивало информацию о военной мысли, стратегии и тактике, построении сил, образовании и обучении, оперативных исследованиях, военной истории, военных технологиях, оружии и оборудовании у Knowfar и KISDS. Подразделение 61716, скорее всего, является организацией психологической войны PLASSF, известной как База 311, которая несет ответственность за нападение на Тайвань. База 311 хотела установить базу данных оборонных переводов Knowfar в свою локальную сеть и получать через нее доступ к контенту. Базу интересовали переведенные зарубежные военные OSINT-материалы из США, России, Японии, Великобритании, Австралии, Южной Кореи и других крупных военных стран. Переведенные материалы должны охватывать стратегический, военный и тактический уровни войны, а также морскую, наземную, воздушную, космическую и киберсферы. База 311 оправдала использование закупок из одного источника, заявив, что KISDS является высокопрофессиональным и авторитетным в военных вопросах; имеет уникальные преимущества; и эксклюзивные переведенные исследовательские, защищенные авторским правом продукты.

• База данных Knowfar.

В марте 2021 года неназванное подразделение НОАК объявило, что оно выбрало Knowfar для использования «базы данных Knowfar» посредством закупок из одного источника. Согласно объявлению, база данных была независимо разработана и защищена авторскими правами KISDS, которую она описывает как известный отечественный военный аналитический центр. В заявлении также утверждается, что KISDS является единственным «социальным аналитическим центром» в Китае, получившим «квалификацию оборонного аналитического центра». Таким образом, организация решила продолжить закупку из одного источника с Knowfar.

• Зарубежная военная программная платформа OSINT и ресурсы данных

• Услуги по анализу документов и материалов, связанных с интеллектуальным обрабатывающим оборудованием

• Сбор данных внешней военной разведки

• Служба научно-технической информации

• Исследовательские и аналитические услуги

3. Lanhai Changqing

Beijing Lanhai Changqing Information Science and Technology Co., Ltd., ранее известная как Beijing Lanhai Changqing Think Tank Science and Technology Consulting Co., Ltd., является частным подрядчиком НОАК, который предоставляет исследовательские услуги OSINT. Компания претендовала на многочисленные контракты на предоставление НОАК разведывательных данных о возможностях вооруженных сил США и других иностранных вооруженных сил.

Beijing Lanhai Changqing Information Science and Technology Co., Ltd. — это новый самопровозглашенный аналитический центр, который оказывает исследовательскую поддержку военным клиентам. Компания заявляет, что фокусируется на развитии инноваций в военно-гражданском термоядерном синтезе, а также на основных вопросах, связанных с вооруженными силами, безопасностью, наукой и технологиями, промышленностью и управлением. Он проводит теоретические исследования, стратегические исследования, политические исследования, оценку науки и техники и другие подобные мероприятия для обслуживания партийных, государственных и военных заказчиков, а также предприятий и социальных учреждений. Компания утверждает, что «стремится стать самым влиятельным в Китае аналитическим центром по инновациям в военно-гражданском термоядерном синтезе». Похоже, что компания является частью более широкой «Beijing Lanhai Changqing Group» и имеет отделы, занимающиеся исследовательским консалтингом, разведывательной информацией и координацией экспертов. В корпоративных записях указано, что она была создана в марте 2017 года.

Пекинская компания Lanhai Changqing Information Science and Technology Co., Ltd. проводит исследования по иностранным военным и оборонным темам. Как минимум до сентября 2020 года на веб-сайте, связанном с Beijing Lanhai Changqing Information Science and Technology Co., Ltd., размещались статьи о «военно-гражданском слиянии», «сильных военных тенденциях» и других темах. Например, в июне 2020 г. на веб-сайте был опубликован анализ MK-48 Mod 7 Common Broadband Advanced Sonar System, тяжелой торпеды ВМС США. В сентябре 2020 года он опубликовал статью о том, как Япония использует гражданские компании для развития своей оборонной промышленности. В марте 2020 года на сайте была опубликована статья о планах России по созданию боевых роботов. Мы также наблюдали за актуальным блогом «Lanhai Changqing Think Tank», размещенным на NetEase, в котором активно публикуются анализы военного потенциала и оборонной промышленности и другой подобный контент.

Наблюдались многочисленные случаи, когда Beijing Lanhai Changqing Information Science and Technology Co., Ltd. делала ставки на вероятные контракты OSINT НОАК, включая контракты, ориентированные на вооруженные силы США.

• Организация и анализ информации о внутрисетевых приложениях беспилотных летательных аппаратов военного стандарта США.

• Распределенное оборудование для обработки наземной разведки вооруженных сил США. Техническая разведывательная информация. Специальные тематические исследования.

• Поддержка разведывательных данных с открытым исходным кодом, связанная с исследованиями сильного врага в области сетевой и электромагнитной конфронтации.

• Сбор и анализ геостратегической информации США, Японии, Индии и Австралии.

• Разведывательные исследования беспилотной боевой техники сухопутных войск зарубежных стран

• Исследования ситуации и механизмов работы аналитических центров основных стран мира

• Сбор данных внешней военной разведки

• Исследования научной и технической информации в области зарубежной военной сети и электромагнитной конфронтации.

4. Techxcope

Techxcope, также известная как Beijing Yuanwang Think Tank Science and Technology Consulting Co., Ltd., является частным поставщиком исследовательских услуг НОАК OSINT. Компания, которая позиционирует себя как аналитический центр, имеет заметное присутствие в СМИ.

Techxcope описывает себя как компания, объединяющую аналитику, консультации и оценку. Согласно ее веб-сайту, компания занимается стратегией национальной безопасности, военной стратегией и инновационной стратегией. Она утверждает, что отдает приоритет «передовым технологиям» и «помогает оживить страну с помощью науки и технологий, а также укрепить вооруженные силы с помощью науки и технологий». В компании есть исследовательский центр войны и военных потребностей, исследовательский институт обороны высокого уровня, исследовательский центр разработки оружия и оборудования, центр прогнозирования будущего, центр раннего предупреждения технологий, центр сетевой оценки и центр исследования киберпространства.

Techxcope предлагает услуги по исследованию разведывательных данных. Эти услуги включают в себя сбор источников, переводы, сводки, отслеживание тенденций, сводки и исследовательские отчеты. Techxcope также выпускает письменные продукты с такими названиями, как «Исследования в области ведения войны в электромагнитном спектре», «DARPA и инновации в области науки и технологий», «Технические исследования операций роя беспилотных летательных аппаратов», «Искусственный интеллект и национальная безопасность», «Беспилотные технологии Министерства обороны США», «Комплексная дорожная карта систем», «Гиперзвуковое оружие» и «Истребители 6-го поколения». В дополнение к этим услугам компания предлагает несколько платформ, в том числе Military Resources Net, которая представляет собой список иностранных военных, оборонных предприятий, исследовательских организаций, а также их общедоступные веб-сайты с краткими описаниями каждого из них.

Используя свой бренд в качестве аналитического центра, Techxcope поддерживает профиль в публичных СМИ. Китайские СМИ цитировали экспертов Techxcope по таким темам, как коммуникационные возможности российских вооруженных сил, возможности противоракетной обороны ВМС США и передача Россией зенитно-ракетного комплекса С-400 (ЗРК) Китаю. PLA Daily, официальная газета НОАК, также приводит данные Techxcope об импорте и экспорте оружия из США, России, Франции, Японии, Австралии и других зарубежных стран. НОАК и государственные СМИ также публиковали и переиздавали статьи, авторами которых являются сотрудники Techxcope. Гонконгское издание South China Morning Post процитировало исследователей Techxcope и упомянуло организацию. Исследователи, связанные с Techxcope, также публиковали общедоступные исследования по таким темам, как концепция «многодоменной битвы» армии США и усилия DARPA по внедрению технологических инноваций.

Techxcope подавала заявки на многочисленные вероятные контракты OSINT, в некоторых случаях конкурируя с такими компаниями, как Beijing Lanhai Changqing Information Science and Technology Co., Ltd. и Knowfar.

• Зарубежные основные материалы оборудования. Оценка и техническая информация. Аналитические исследования

• Услуги по нормализации научно-технической информации

• Служба научно-технической информации

• Оценка эксплуатационной эффективности зарубежной военной типовой бронетанковой техники. Базовые модели и информационные ресурсы. Исследование построения систем

• Сбор данных внешней военной разведки

• Данные дистанционного зондирования

5. Kantian

Beijing Kantian Science and Technology Co., Ltd. — частная компания по дистанционному зондированию, обслуживающая НОАК. Компания была основана в июле 2017 года и, как сообщается, специализируется на службах национальной обороны и национальной безопасности, уделяя особое внимание интеграции искусственного интеллекта с большими данными дистанционного зондирования. Компания внедряет обработку, анализ данных о полезных ископаемых и исследовательские приложения для геопространственных информационных данных.

Beijing Kantian Science and Technology Co., Ltd. активно работает над интеграцией дистанционного зондирования с нейронными сетями, областью, тесно связанной с искусственным интеллектом. Авторы доклада определили два ожидающих патента, которые принадлежат компании. Первый, который компания подала в августе 2019 года, касается «метода идентификации целевого объекта дистанционного зондирования», который использует нейронные сети для «эффективного повышения точности идентификации целевого объекта». Второй, который компания подала в сентябре 2020 года, «относится к области технологий обработки изображений» и использует модель нейронной сети для повышения точности распознавания морских целей, включая авианосцы, крейсеры, эсминцы, десантные суда, подводные лодки.

В руководство Beijing Kantian Science and Technology Co., Ltd. входил бывший офицер НОАК, который, вероятно, участвовал в англоязычной пропагандистской работе. В двух случаях тогдашний генеральный менеджер компании Цзян Яньчуань публиковал статьи в рамках Инициативы по изучению стратегической ситуации в Южно-Китайском море, в которых пытались опровергнуть нарративы США о спорах в Южно-Китайском море. В обоих случаях Цзян использовал спутниковые снимки или данные слежения за судами, чтобы дискредитировать утверждения об операциях китайских морских ополченцев, опубликованные американской Инициативой по обеспечению прозрачности на море в Азии (AMTI), которая является частью CSIS. Сообщается, что до прихода в Beijing Kantian Science and Technology Co., Ltd. Цзян служил командиром Подразделения 96635 Ракетных войск НОАК (PLARF). Сообщается, что это подразделение является объектом дистанционного зондирования, которое может быть связано с Бюро технической разведки PLARF и Бюро разведки штаба PLARF.

• Геопространственный анализ окружающей среды и оценка основных глобальных горячих точек, спутниковых изображений дистанционного зондирования с высоким разрешением

• Программное обеспечение для создания целевого банка знаний и обнаружения целевого изменения

Перспектива

НОАК и китайские оборонные подрядчики почти наверняка продолжат разработку и применение технологий сбора, обработки и анализа для обеспечения эффективного OSINT.

Правительства, военные, исследовательские организации, компании, средства массовой информации, платформы социальных сетей и отдельные лица должны знать, что военная и оборонная промышленность Китая использует новые технологии для сбора, обработки и анализа огромных объемов своих общедоступных данных в разведывательных целях, и должны рассмотреть возможность принятия мер по сбору разведывательных данных.

Поставщики коммерческих данных также должны знать, что китайская военная и оборонная промышленность может покупать их данные в разведывательных целях, и им следует рассмотреть возможность проведения комплексной проверки при продаже своих данных организациям в Китае. Скорее всего, НОАК использует эти данные для поддержки принятия решений и лучшего понимания военных возможностей, оперативных концепций и оборудования потенциальных иностранных противников при подготовке к будущим конфликтам.

Учитывая, что Китай вряд ли откроет свою информационную среду, а западные страны вряд ли закроют свою информационную среду, НОАК, скорее всего, сохранит свое преимущество перед западными военными в OSINT.

 

Елена Ларина, Владимир Овчинский

https://zavtra.ru/blogs/nedremlyushee_oko_krasnogo_drakona

 


09.06.2023 Зона особой напряжённости

 

      Противостояние США и Китая в Индо–Тихоокеанском регионе 

Новый министр обороны Китая впервые выступил за рубежом 4 июня 2023 года на ежегодном саммите в Шангри–Ла (Сингапур) по вопросам обороны, где он произнёс речь, полную слегка завуалированных колкостей в адрес США, призвав их «заниматься своими делами» после двух близких встреч между вооруженными силами двух стран.

«Лучший способ предотвратить это — не приближать военные корабли и самолёты к нашим водам и воздушному пространству», — сказал Ли. "Следите за своими территориальными водами и воздушным пространством, тогда проблем не будет".

Его замечания подчеркивают, что растущая военная напряженность между США и Китаем доминировала в ежегодном диалоге Шангри-Ла, выплескиваясь в открытую с дуэльными речами, произнесенными их соответствующими начальниками обороны 3 – 4 июня 2023 года.

3 июня 2023 года министр обороны США Ллойд Остин упрекнул Китай в нежелании приступить к переговорам в своей программной речи — в тот же день, когда два военных корабля из США и Канады совместно прошли через Тайваньский пролив после транзита через Южно-Китайское море.

ВМС Канады заявили, что военный корабль ВМС Китая агрессивно подрезал конвой и приблизился на 150 метров к американскому кораблю USS Chung -Hoon.

Ранее в мае 2023 года Пентагон заявил, что китайский истребитель пролетел в опасной близости от американского самолёта-разведчика в международном воздушном пространстве над Южно-Китайским морем.

Китайский истребитель совершил «излишне агрессивный» маневр перед RC-135 ВВС США 26 мая 2023 года, сообщило командование Индо-Тихоокеанского региона США 30 мая 2023 года и опубликовало кадры инцидента.

Перехват, который был осуществлён 26 мая, произошёл над Южно-Китайским морем в международном воздушном пространстве, говорится в заявлении INDOPACOM.

На видео видно, как китайский истребитель J-16 проносится прямо перед самолётом RC-135 Rivet Joint ВВС США над Южно-Китайским морем. Это привело к тому, что американский самолёт пролетел сквозь турбулентный след китайского истребителя. На кадрах, опубликованных США, видно, что самолет ВВС США трясется после маневра.

Это уже второй раз, когда США обвиняют китайских пилотов в небезопасных действиях над Южно-Китайским морем: 21 декабря 2022 года истребитель J-11 Народно-освободительной армии Китая (НОАК) «выполнил небезопасный маневр» и приблизился на 20 футов к другому RC-135.

В 2015 году произошёл аналогичный инцидент с участием RC-135 и двух китайских самолётов JH-7, хотя тогда официальные лица заявили, что непосредственной угрозы столкновения не было.

«Почему всё это происходит рядом с суверенными водами и воздушным пространством Китая? Китайские корабли и самолёты никогда не приближаются к воздушному пространству и водам других стран», — сказал министр обороны Китая Ли.

США и Китай также активизировали свою военную активность и наращивание вооружений в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Остин рекламировал расширенные военные учения с союзниками и партнёрами, включая Японию, Австралию, Филиппины и Индонезию. США также расширяют обмен военными технологиями с Индией, обеспечивая совместимость своих военных систем с Японией, и в настоящее время строят новый флот атомных подводных лодок с Австралией.

Ли возразил в своём выступлении, предложив военное партнёрство со странами Юго-Восточной Азии на основе «взаимного уважения».

Однако реакция на замечания Ли со стороны различных делегаций Юго-Восточной Азии создала впечатление, что эта «семья» сильно разделена. Некоторые говорят, что, хотя Китай говорит о сотрудничестве, его действия несут другой смысл.

«Когда президент Маркос и председатель Си встретились в Пекине, они договорились разрешать разногласия мирными средствами и продвигать свободу судоходства... Хотя Китай говорит о диалоге, его действия демонстрируют конфронтацию», — заявил заместитель главы Филиппинского министерства обороны Джей Тристан Тарриела. Ранее в 2023 году Филиппины обвинили китайское судно береговой охраны в ослеплении экипажа рыболовного судна военным лазером.

Глава Минобороны Китая Ли сказал, что Китай хочет сотрудничества с США, но делегации с каждой стороны представили совершенно разные интерпретации того, как наладить двусторонние отношения.

Ли утверждал, что две страны должны искать «точки соприкосновения». «Нельзя отрицать, что серьёзный конфликт или конфронтация между Китаем и США станет невыносимой катастрофой для всего мира», — сказал он.

США активизировали визиты представителей Конгресса и продажи оружия на Тайвань, остров, который Китай считает своим. Между тем, Китай хочет, чтобы США сначала сняли санкции с Ли, которые США ввели в 2018 году, когда Ли, будучи тогда главой отдела военной техники, закупил российское оружие.

Китайские военные направили военно-морские и воздушные силы для наблюдения за конвоем, сообщило восточное командование страны. «Соответствующие страны преднамеренно создают проблемы в районе Тайваньского пролива, преднамеренно провоцируют риски, злонамеренно подрывают региональный мир и стабильность и посылают неверные сигналы силам «независимости Тайваня», — заявил официальный представитель вооружённых сил полковник Ши И.

1. Конгресс США отслеживает ситуацию в Индо–Тихоокеанском регионе

Доклад «Оборонная инфраструктура США в Индо-Тихоокеанском регионе: предыстория и вопросы для Конгресса» опубликован 6 июня 2023 г. на сайте Исследовательской службы Конгресса США.

В докладе отмечено, что базирование Министерства обороны США в Индо-Тихоокеанском регионе частично отражает наследие решений, принятых в геополитических и технологических условиях холодной войны.

После объявления администрацией Обамы о «повороте в сторону Азии» акцент американской стратегии (а вместе с ней и региональной оборонной инфраструктуры) сместился в сторону победы в конкуренции с равными или почти равными соперниками, в частности с Китайской Народной Республикой (КНР).

С 2011 года Соединённые Штаты договорились о доступе к 12 новым оборонным объектам на Филиппинах и в Австралии, построили новые объекты в Японии и на Гуаме и расширили объекты на десятках существующих объектов по всему региону.

Роль Конгресса в этих событиях включала, например, выделение более 8,9 миллиардов долларов на новые проекты военного строительства на объектах в Индо-Тихоокеанском регионе с 2020 финансового года (ФГ) и определение улучшения инфраструктуры в качестве инвестиционного приоритета в рамках Инициативы тихоокеанского сдерживания (PDI).

Вопросы, которые Конгресс может рассмотреть, включают:

1) адекватно ли нынешняя региональная база базирования Министерства обороны США поддерживает стратегические цели и оперативные требования;

2) обеспечены ли надлежащим образом ресурсы и управление строительством, обслуживанием и использованием оборонной инфраструктуры.

В рамках этих проблемных областей конкретные вопросы, которые могут быть подняты на 118-м Конгрессе, включают:

— Какие критерии должны определять размещение баз США в Индо-Тихоокеанском регионе и какую роль должен играть Конгресс в определении этих критериев?

— Как Министерство обороны может оптимизировать организацию, работу и устойчивость своих объектов в Индо-Тихоокеанском регионе, и какие варианты оценки и надзора доступны Конгрессу?

— Каков соответствующий уровень инвестиций для военного строительства, технического обслуживания объектов и связанных с ними инфраструктурных мероприятий?

Индо-Тихоокеанский регион играет центральную роль в национальной стратегии США, и в нем находится большое численность вооруженных сил США. Для обеспечения действия этих сил и достижения своих стратегических целей Соединённые Штаты содержат и используют не менее 66 важных объектов обороны, разбросанных по всему региону. Эта сеть оборонной инфраструктуры выполняет и поддерживает многочисленные военные функции, включая базирование военного персонала и систем вооружения; осведомлённость о домене и защита области; обслуживание и ремонт; подготовка и учения, хранение и заготовка материальных средств; деятельность по исследованиям, разработкам, тестированию и оценке. Некоторые индо-тихоокеанские объекты расположены в штатах, территориях или владениях США (например, на Гавайях и Гуаме); другие расположены в странах-союзниках или странах-партнёрах (например, в Южной Корее и Японии). В дополнение к объектам, непосредственно принадлежащим или управляемым Министерством обороны США (DOD), американские военные также используют объекты, находящиеся в ведении союзных стран или стран-партнёров (таких как Филиппины и Австралия).

Оборонная инфраструктура США в Индо-Тихоокеанском регионе: предыстория и вопросы для Конгресса

В Индо-Тихоокеанском регионе, охватывающем моря, острова и прибрежные районы Тихого и Индийского океанов между западным побережьем Северной Америки и Индией, находится более 375 000 военнослужащих США, использующих как минимум 66 различных оборонительных объектов.

В Стратегии национальной безопасности на 2022 год Индо-Тихоокеанский регион описывается как «эпицентр геополитики XXI века».

В Стратегии национальной обороны на 2022 год попытки Китайской Народной Республики (КНР) «преобразовать Индо-Тихоокеанский регион» в свою пользу определяются как «самый всеобъемлющий и серьёзный вызов национальной безопасности США».

Министр обороны Ллойд Остин описал оборонную инфраструктуру Индо-Тихоокеанского региона как «предоставляющую нам возможность размещать наши войска на театре военных действий, чтобы мы могли сдерживать гораздо большее продвижение».

Учитывая роль оборонной инфраструктуры в подкреплении военного присутствия США и проецирования силы в регионе, Конгресс уделяет значительное внимание вопросам оборонной инфраструктуры Индо-Тихоокеанского региона и может сделать это в будущем. Этот доклад:

• определяет основные элементы инфраструктурной политики и базирования;

• описывает историческое развитие оборонной инфраструктуры Индо-Тихоокеанского региона;

• характеризует стратегическую и оперативную роль оборонительных объектов Индо-Тихоокеанского региона;

• описывает текущую позицию базирования США на Аляске, в Вашингтоне, Калифорнии, Гавайях, острове Уэйк, Гуаме, Северных Марианских островах, Маршалловых островах, Японии, Республике Корея, Филиппинах, Сингапуре, Австралии и Британской территории в Индийском океане. (Диего Гарсия);

• анализирует отдельные вопросы для рассмотрения в Конгрессе.

Определение оборонной инфраструктуры

Оборонная инфраструктура состоит из зданий, постоянных сооружений, стационарных систем, недвижимого имущества и связанных с ним активов, находящихся в собственности, эксплуатации или использовании правительством страны в военных целях. Для Министерства обороны основной «единицей» инфраструктуры является объект, определяемый законом как любая «база, лагерь, пост, станция, двор, центр или другая деятельность, находящаяся под юрисдикцией… [или] под оперативным контролем секретаря военного ведомства или министра обороны». Установка или группа установок могут служить базой, которую Министерство обороны определяет как «местность, из которой проецируются или поддерживаются операции». Министерство обороны делит свои зарубежные базы на две категории: постоянные места, которые поддерживают текущую деятельность и интересы на постоянной основе; места на случай непредвиденных обстоятельств, которые обеспечивают временную поддержку операций в непредвиденных обстоятельствах.

Каждое военное ведомство (MILDEP) управляет своей инфраструктурой через свои собственные организационные структуры, политику и программы, в то время как заместитель министра обороны по закупкам и обеспечению устанавливает политику и осуществляет надзор за вопросами, связанными с инфраструктурой, в Министерстве обороны. Строительство новых объектов финансируется за счет ассигнований на военное строительство (MILCON), в то время как другие функции, связанные с инфраструктурой, такие как поддержание, восстановление и модернизация объектов (FSRM) и базовые операции, финансируются за счет ассигнований на эксплуатацию и техническое обслуживание (O&M).

В Индо-Тихоокеанском регионе в этом докладе указаны и описаны 66 военных баз. Из них 26 расположены к востоку от Международной линии перемены дат (МДЛ), а 40 — к западу от МДЛ. Большинство объектов находятся в зоне ответственности (AOR) Индо-Тихоокеанского командования США (INDOPACOM); также включены отдельные места на Аляске, в Вашингтоне и Калифорнии, которые входят в зону действия Северного командования США (NORTHCOM), но расположенные в Индо-Тихоокеанском регионе, как определено выше, и обеспечивают существенную поддержку для операций, ориентированных на регион.

Оборонная инфраструктура в Индо-Тихоокеанском регионе выполняет или поддерживает множество военных функций, в том числе:

• Базирование личного состава и систем вооружения. Наиболее фундаментальная функция военных объектов состоит в том, чтобы предоставить место для военнослужащих, системы вооружения и ресурсы, необходимые для их работы (например, продукты питания, топливо, боеприпасы).

Инсталляции служат рабочими площадками как в мирное, так и в военное время, позволяя выполнять самые разные действия, от рутинной офисной работы до запуска боевых задач. Более крупные объекты часто включают в себя жильё для персонала обороны и иждивенцев, а также объекты морального духа, быта и отдыха (MWR).

• Осведомлённость о домене и защита территории. Помимо своей роли в размещении боевых сил, стационарные объекты и объекты играют ключевую роль в обнаружении и противодействии угрозам силам и территории США и их союзников. Элементы инфраструктуры обороны Индо-Тихоокеанского региона, выполняющие или поддерживающие эту миссию, включают радиолокационные станции, предназначенные для обнаружения приближающихся ракет или самолётов (например, узел связи Шарики, Япония), и наземные объекты перехватчиков, предназначенные для нейтрализации приближающихся ракет (например, Ft. Greely, AK ).

• Техническое обслуживание и ремонт. Сложность основных систем вооружений часто требует специализированных средств и оборудования для проведения работ по техническому обслуживанию, ремонту и капитальному ремонту. К ним могут относиться предприятия по техническому обслуживанию транспортных средств, ангары для обслуживания самолетов и военно-морские верфи. Примеры объектов Индо-Тихоокеанского региона, выполняющих функции технического обслуживания и ремонта, включают ремонтную базу ВМС США и региональный центр технического обслуживания Японии (часть деятельности флота Йокосука и деятельность флота Сасебо, Япония).

• Тренировки и учения. Силы США и их союзников полагаются на региональные полигоны для тренировок и учений, чтобы поддерживать и повышать боеготовность, проверять оперативные планы и концепции, а также демонстрировать и улучшать оперативную совместимость. Примеры объектов в Индо-Тихоокеанском регионе, используемых для обучения и учений, включают Учебный центр боевых действий в джунглях в лагере Гонсалвес на Окинаве, Япония, и учебный полигон Блэк-Рапидс в Блэк-Рапидс, штат Аляска.

• Хранение, предварительное размещение и распределение оборудования и расходных материалов. Чтобы обеспечить логистическую готовность и обеспечить быстрое реагирование на непредвиденные обстоятельства, военные США хранят оборудование и припасы в местах по всему Индо-Тихоокеанскому региону. Эти запасы поддерживаются различными способами, в том числе на региональных морских судах предварительного позиционирования (таких, как те, что пришвартованы в Диего-Гарсия) и на таких объектах, как «Распределение Йокосука» Министерства материально-технического снабжения в Японии.

• Исследования, разработки, испытания и оценка (RDT&E). Министерство обороны использует ряд объектов в Индо-Тихоокеанском регионе для разработки и испытаний новых технологий и систем вооружения, особенно тех, которые требуют больших объёмов воздушного или морского пространства. Примеры крупных объектов RDT&E в регионе включают Тихоокеанский ракетный полигон, Баркинг Сэндс на Гавайях и испытательный полигон противоракетной обороны имени Рональда Рейгана на Маршалловых островах.

Стратегическая и операционная роль

Обзор документов по планированию и политике, выпущенных Белым домом и Министерством обороны с 2020 года, иллюстрирует важность оборонной инфраструктуры Индо-Тихоокеанского региона для современной стратегии США.

Глобальный обзор состояния 2021 года выявил необходимость «искать более широкий региональный доступ для деятельности военного партнёрства» и «улучшить инфраструктуру в Австралии и на островах Тихого океана» для достижения целей Министерства обороны по «содействию региональной стабильности и сдерживанию потенциальных китайцев» от военной агрессии и угроз со стороны Северной Кореи».

В Индо-Тихоокеанской стратегии 2022 года сформулированы четыре цели США в области безопасности в регионе:

1) продвижение свободного и открытого региона,

2) налаживание связей с региональными партнёрами и между ними,

3) укрепление региональной безопасности,

4) повышение устойчивости к транснациональным угрозам.

Как в Стратегии национальной безопасности (NSS), так и в Стратегии национальной обороны (NDS) на 2022 год попытки КНР изменить Индо-Тихоокеанский регион и международный порядок в целом описываются как самая острая военная угроза интересам США, и официальные лица Министерства обороны заявили в показаниях Конгрессу, что «непредвиденные обстоятельства на Тайване — это основной сценарий для планировщиков США».

СНБ определяет «сильное и последовательное оборонное присутствие» как ключевой фактор регионального мира и стабильности, в то время как СНБ заявляет, что Министерство обороны «укрепит и создаст устойчивую архитектуру безопасности в Индо-Тихоокеанском регионе».

NDS также определяет следующие четыре «высокоуровневых оборонных приоритета»:

• Защита родины в условиях растущей угрозы, исходящей от КНР.

• Сдерживание стратегических атак против США, их союзников и партнеров.

• Сдерживание агрессии и готовность к победе в конфликте, когда это необходимо.

• Создание устойчивых объединенных сил и оборонной экосистемы.

Хотя только в Global Posture Review прямо упоминается оборонная инфраструктура, в Индо-Тихоокеанской стратегии, NSS и NDS подчёркивается стратегическая центральная роль устойчивого и значительного передового военного присутствия США. Такое присутствие будет в значительной степени зависеть от сети региональных объектов обороны.

Шесть общих функций инфраструктуры Индо-Тихоокеанского региона, описанных выше: размещение персонала и систем вооружения, осведомлённость о домене и оборона территории, техническое обслуживание и ремонт, поддержка обучения и учений, хранение, предварительное размещение и распределение оборудования и материалов, а также поддержка RDT&E деятельности, — являются важными факторами регионального присутствия и операций вооружённых сил США. Это особенно актуально для военно-морских и военно-воздушных сил, которым требуются обширные и специализированные объекты для хранения, эксплуатации, технического обслуживания и ремонта.

Индо-тихоокеанская оборонная инфраструктура также поддерживает четыре приоритета обороны высшего уровня, определённые в NDS. Объекты в Японии, на Аляске, в Калифорнии и других местах содержат средства обнаружения и защиты, предназначенные для защиты территории США как от обычных, так и от ядерных атак. Для сдерживания стратегических атак на Соединённые Штаты или их союзников Министерство обороны полагается на объекты в Индо-Тихоокеанском регионе, чтобы обеспечить «передовое развёртывание стратегических бомбардировщиков, истребителей двойного назначения и ядерного оружия в регионе и по всему миру… включая посещение портов подводными лодками с баллистическими ракетами и миссии стратегических бомбардировщиков».

Надёжное региональное базирование может также помочь сдержать агрессию, сигнализируя о неизменной приверженности США региону. С другой стороны, некоторые аналитики предполагают, что большое военное присутствие США может усугубить дилемму безопасности и, таким образом, повысить вероятность агрессивного поведения государства.

Наконец, масштаб и разнообразие функций, выполняемых или поддерживаемых оборонной инфраструктурой Индо-Тихоокеанского региона, способствуют более широкому приоритету «создания устойчивых объединённых сил и более широкой оборонной экосистемы».

Инфраструктура в конфликтной среде

Оперативная роль оборонной инфраструктуры подвержена изменениям в случае значительных геополитических сдвигов. В современных условиях мирного времени сосредоточение инфраструктуры вблизи районов боевых действий, по мнению авторов доклада, может дать ряд преимуществ. Сосредоточение военных объектов на меньшем количестве объектов обходится дешевле и повышает организационную и логистическую эффективность, а размещение баз вблизи районов боевых действий сокращает транзит и позволяет подразделениям проводить больше времени на базе (это особенно важно для самолётов, учитывая их ограничения по дальности действия).

Однако в случае конфликта между Соединёнными Штатами и региональной державой, обладающей значительными воздушными и ракетными возможностями, такая же концентрация и близость могут подвергнуть риску силы и объекты США к западу от международной линии перемены дат, особенно те, которые находятся в пределах Первой и Второй цепей островов. — к более высокой вероятности успешной атаки противника.

Некоторые аналитики утверждают, что наиболее острая угроза американской инфраструктуре в Индо-Тихоокеанском регионе исходит от ракетных возможностей КНР, которые в Обзоре противоракетной обороны Министерства обороны за 2022 год охарактеризованы следующим образом:

«За последние два десятилетия КНР значительно продвинулась в разработке технологий и возможностей обычных и ядерных баллистических и гиперзвуковых ракет за счёт интенсивных и целенаправленных инвестиций, разработок, испытаний и развертывания… Во многих областях, таких как обычные баллистические и гиперзвуковые ракеты, КНР продолжает сокращать отставание от США и, вероятно, продолжит развивать и расширять свои ракетные возможности. Всё более сложные и разрастающиеся космические сети разведки, наблюдения и рекогносцировки (ISR), а также усовершенствованные системы управления и контроля (C2) значительно повысили точность и точность ракетных систем, которые КНР будет использовать для сдерживания и противодействия передовому присутствию США и операций, особенно в западной части Тихоокеанского региона».

Хотя северокорейские воздушные и ракетные ударные возможности значительно менее развиты, чем у КНР, министерство обороны считает, что «Северная Корея продолжает совершенствовать, расширять и диверсифицировать свои обычные и ядерно-ракетные возможности, создавая растущий риск для территории США и вооружённых сил США» в регионе, а также для региональных союзников и партнёров».

Чтобы удовлетворить потребности в сложных условиях, ВВС, армия, флот и корпус морской пехоты США разработали концепции более распределённых и диверсифицированных боевых и логистических операций.

Гибкое боевое применение ВВС (ACE), многодоменные операции армии (MDO), распределенные морские операции ВМФ (DMO) и экспедиционные операции расширенного базирования корпуса морской пехоты (EABO) представляют собой попытки уменьшить уязвимость с воздуха военно-морских и сухопутных сил, а также повысить их эффективность против противника, способного нарушить, оспорить или лишить США контроля над боевым пространством. Хотя некоторые аспекты этих концепций применимы во всем мире, они особенно ориентированы на потенциальные непредвиденные обстоятельства в Индо-Тихоокеанском регионе.

Эти распределённые оперативные концепции представляют собой отход от предыдущих парадигм планирования и, соответственно, предусматривают иное использование оборонной инфраструктуры.

Самые радикальные изменения могут произойти в воздушной сфере. Военно-воздушные силы описывают ACE как средство «переноса операций с централизованных физических инфраструктур на сеть небольших, рассредоточенных локаций, которые могут усложнить планирование противника и предоставить больше возможностей для командиров объединённых сил».

Некоторые аналитики охарактеризовали это как «звездообразный» подход, при котором постоянное местонахождение (например, существующая авиабаза США или союзников) служит хабом для ряда мест на случай непредвиденных обстоятельств (например, гражданских аэропортов), между которыми могут летать самолёты. Они могут быть изменены и из них могут быть начаты боевые вылеты.

Хотя инфраструктурные последствия армейского MDO и военно-морского DMO менее масштабны, оба они влекут за собой уменьшение концентрации логистики и инфраструктуры снабжения.

В рамках MDO армия стремится «рассредоточить развёртывание и поддержку», частично за счёт «рассредоточенных узлов снабжения, управляемых передовыми подразделениями присутствия».

В это же время видение ВМФ более крупного и рассредоточенного флота, действующего на более широкой территории, может увеличить потребность в передовых, распределённых логистических и ремонтных объектах (включая то, что ВМФ называет «распределённой экспедиционной береговой инфраструктурой» для обеспечения передового ремонта повреждений, мобильного строительства, грузовых операций и медицинских услуг).

С точки зрения сухопутных войск, EABO Корпуса морской пехоты аналогичным образом предусматривает «использование мобильных, малозаметных, стойких… военно-морских экспедиционных сил из ряда суровых временных мест на берегу или в прибрежной зоне в оспариваемой или потенциально оспариваемой морской зоне». Учитывая новый характер этих оперативных концепций, их реализация может иметь серьёзные последствия для регионального базирования, ресурсов и управления.

Текущая базовая позиция США

В Индо-Тихоокеанском регионе Соединённые Штаты в настоящее время используют не менее 66 важных объектов обороны, расположенных в четырех штатах США, трёх территориях США, восьми странах и одной британской заморской территории. Эти объекты включают в себя:

• установки, принадлежащие Министерству обороны США и управляемые им (такое расположение является нормой в штатах и территориях США);

• установки, находящиеся в ведении Министерства обороны США, но расположенные в принимающих странах (такое расположение является нормой в Южной Корее, Японии и Британской территории в Индийском океане);

• установки, которые используются Министерством обороны США, но принадлежат принимающим странам и управляются ими (такое расположение является нормой на Филиппинах, в Сингапуре и Австралии).

Некоторые аналитики и политики также делят региональные объекты обороны на те, которые расположены к востоку от международной линии перемены дат (т. е. базы на Аляске, в Вашингтоне, Калифорнии и на Гавайях), и те, которые расположены к западу от международной линии перемены дат. Это разделение полезно с аналитической точки зрения, поскольку объекты к западу от международной линии перемены дат (МДЛ) могут находиться в пределах досягаемости обычных ударных возможностей противника и, вероятно, будут использоваться для непосредственной поддержки передовых боевых операций в непредвиденных обстоятельствах, в то время как объекты к востоку от МДЛ, вероятно, будут менее восприимчивы к обычным ударным возможностям противника. Более того, поскольку большинство участков к западу от IDL расположены за пределами Соединённых Штатов, их использование влечёт за собой дипломатические и управленческие соображения (например, отношения с правительствами принимающих стран, применимость иностранных правовых режимов к землепользованию), которые не существуют для участков к востоку от IDL.

Географический обзор

Большая часть Индо-Тихоокеанского региона находится в зоне действия INDOPACOM США. Соответственно, этот COCOM осуществляет надзор и руководство на уровне театра военных действий стратегическими и оперативными функциями инфраструктуры театра военных действий (установки, расположенные на Аляске, Вашингтоне и Калифорнии, входят в зону действия NORTHCOM США).

Все подразделения силовых структур Министерства обороны США имеют установки в регионе. Армия, флот, корпус морской пехоты и военно-воздушные силы эксплуатируют объекты в зоне действия INDOPACOM.

Основные армейские объекты в основном сосредоточены на Аляске, в Вашингтоне, на Гавайях, в Южной Корее, Японии и Республике Маршалловы Острова. Эти установки обеспечивают базирование наземных подразделений, средства обнаружения и защиты от ракет, а также средства для обучения, учений, деятельности RDT&E и материально-технической поддержки.

Основные объекты ВМС сосредоточены в Вашингтоне, Калифорнии, Гавайях, Гуаме, Японии и Диего-Гарсия. Эти установки обеспечивают базирование, техническое обслуживание и ремонт кораблей и самолетов, а также средства для обучения, учений, деятельности RDT&E и материально-технической поддержки. Основные объекты морской пехоты сосредоточены в Калифорнии, на Гавайях, на Гуаме и в Японии. Эти объекты обеспечивают базирование наземных частей и самолетов, а также средства для обучения, учений и материально-технического обеспечения.

Основные объекты ВВС сосредоточены на Аляске, Вашингтоне, Калифорнии, Гавайях, Гуаме, в Южной Корее и Японии. Эти установки обеспечивают базирование самолетов, техническое обслуживание и ремонт, средства обнаружения и защиты от ракет, а также средства материально-технического обеспечения. Объекты космических сил расположены на Аляске и в Калифорнии. Эти установки обеспечивают осведомлённость о космической области, обнаружение и защиту от ракет, а также возможности запуска в космос.

К востоку от международной линии перемены дат

В этом докладе указаны 26 баз к востоку от IDL, которые поддерживают оборонительные функции Индо-Тихоокеанского региона.

Аляска

На Аляске расположены объекты армии, ВВС и космических сил, ориентированные на Индо-Тихоокеанский регион, в том числе Форт Уэйнрайт, Объединённая база Элмендорф-Ричардсон, база ВВС Эйлсон и станция Clear Space Force. На этих площадках базируются сухопутные части сухопутных войск (включая штаб 11-й воздушно-десантной дивизии и две её боевые бригады), части армейской авиации (включая два авиационных батальона и авиацию ВВС (включая истребительные, командно-штабные и транспортно-десантные эскадрильи). Министерство обороны также использует оборонную инфраструктуру на Аляске для обнаружения и перехвата ракетных угроз континентальной части Соединённых Штатов и обеспечения специализированной подготовки к холодным погодным и горным условиям. В нескольких сообщениях в прессе из открытых источников также подчеркивается роль небольших аэродромов Аляски, которые могут сыграть в непредвиденных обстоятельствах в регионе.

Вашингтон

В Вашингтоне размещены объекты армии, флота и военно-воздушных сил, ориентированные на Индо-Тихоокеанский регион, в том числе объединённая база Льюис-Маккорд, военно-морская база Китсап и база ВВС Фэйрчайлд. Эти места используются для базирования армейских частей (включая 7-ю пехотную дивизию), кораблей ВМФ (включая два авианосца, три эскадрильи подводных лодок и семь эсминцев), а также самолетов ВМФ и ВВС (включая радиоэлектронную атаку, морское патрулирование и разведку). эскадрильи и авиационные и заправочные эскадрильи ВВС). Министерство обороны также использует оборонную инфраструктуру в Вашингтоне для обслуживания и ремонта военно-морских кораблей, хранения и обслуживания ядерного оружия на подводных лодках, хранения и распределения топлива, а также обучения наземных и воздушных подразделений.

Калифорния

В Калифорнии расположены объекты военно-морского флота, корпуса морской пехоты, ВВС и космических сил, ориентированные на Индо-Тихоокеанский регион, включая военно-морскую базу Сан-Диего, базу морской пехоты Кэмп-Пендлтон, базу ВВС Трэвис и базу космических сил Ванденберг. Эти площадки используются для базирования кораблей и специализированных подразделений ВМФ (включая большую часть надводных сил ВМС, Тихоокеанский флот США, одну эскадрилью подводных лодок, четыре группы «море-воздух-земля» (SEAL) и 30-й морской строительный полк), наземные базы морской пехоты. подразделения (включая 1-ю дивизию морской пехоты и 1-ю группу материально-технического обеспечения морской пехоты), авиацию ВМФ, Корпуса морской пехоты и ВВС (включая: эскадрильи истребителей ВМФ, командования и управления и вертолетные эскадрильи; эскадрильи истребителей, конвертопланов и вертолётов Корпуса морской пехоты; воздушные эскадрильи разведки, дозаправки и переброски по воздуху) и «Дельта» космических сил. Министерство обороны также использует оборонную инфраструктуру в Калифорнии для обучения и крупномасштабных исследований и разработок, для проведения космических запусков и обеспечения защиты от баллистических ракет.

Гавайи

На Гавайях расположены объекты армии, флота, морской пехоты и ВВС, в том числе казармы Шофилд, объединённая база Перл-Харбор-Хикам и база морской пехоты на Гавайях. Эти места используются для базирования сухопутных частей армии (включая 25-ю пехотную дивизию), кораблей ВМФ (включая эсминцы, крейсера и ударные подводные лодки), сухопутных частей морской пехоты (включая 3-й прибрежный полк морской пехоты), морской пехоты и ВВС, самолёты (включая истребительные и транспортные эскадрильи ВВС, а также эскадрильи вертолетов, конвертопланов и БПЛА Корпуса морской пехоты). Министерство обороны также использует объекты на Гавайях для проведения обучения и крупномасштабных исследований и испытаний, а также для хранения и распределения топлива. Оборонная инфраструктура на Гавайях была предметом внимания политиков и аналитиков отчасти из-за получившей широкую огласку утечки с топливного завода Red Hill в ноябре 2021 года. После сообщения об утечке и плане выгрузки топлива состояние объектов в штате ухудшилось фигурирует в отчете Бюджетного управления Конгресса (CBO) об армейской инфраструктуре за ноябрь 2022 года.

К западу от международной линии перемены дат

Остров Уэйк

На острове Уэйк (некорпоративная территория США) находится аэродром острова Уэйк, объект ВВС, который поддерживает транстихоокеанское военное воздушное сообщение, а также ракетные испытания.

Гуам и Северные Марианские острова

На Гуаме (некорпоративная территория США) расположены объекты ВМС, Корпуса морской пехоты и ВВС, в том числе военно-морская база Гуам, база морской пехоты Кэмп Блаз и база ВВС Андерсен (все они находятся под совместным управлением как Объединенный регион Марианские острова). Эти площадки используются для базирования наземных подразделений армии и корпуса морской пехоты (включая батарею высотной обороны армейского терминала и будущие наземные подразделения морской пехоты), кораблей ВМФ (включая одну эскадрилью подводных лодок) и ротационных развертываний бомбардировщиков ВВС. С 2011 года Гуам привлекает значительное внимание политиков и аналитиков как стратегический центр военных операций США в Индо-Тихоокеанском регионе. Инвестиции Министерства обороны США в инфраструктуру значительно увеличились за последнее десятилетие.

На Северных Марианских островах (содружество США и некорпоративная территория) находится ряд объектов, которые используются для поддержки тренировок и учений, в том числе комплекс Марианских островов и международный аэропорт Тиниан. Министерство обороны также строит новую инфраструктуру, чтобы позволить более широкое использование Северных Марианских островов для поддержки ACE и связанных с этим требований.

Маршалловы острова, Микронезия и Палау

На Маршалловых островах, Микронезии и Палау (обычно именуемые государствами-участниками Договоров о свободной ассоциации, или COFA) размещаются армейские объекты, используемые для деятельности RDT&E, ориентированной на противоракетную оборону (армейский гарнизон — атолл Кваджалейн), и площадка для поддержки запланированной установки радиолокационной системы ВВС. Некоторые оборонные аналитики и политики считают, что важность государств COFA возрастает из-за их стратегического положения и потенциала для поддержки возможностей США в случае непредвиденных обстоятельств в регионе.

Япония (материк)

На материковой части Японии расположены объекты армии, флота, корпуса морской пехоты и ВВС, в том числе лагерь Зама, флот Йокосука, авиабаза морской пехоты Ивакуни и авиабаза Йокота. Эти объекты используются для базирования и поддержки наземных и авиационных частей армии, кораблей ВМФ (включая авианосец, эсминцы, крейсера и десантные корабли), а также истребителей ВМФ, Корпуса морской пехоты и ВВС, радиоэлектронной атаки, управления и контроля, а также заправщик и десантный самолёт. Министерство обороны также использует оборонную инфраструктуру на материковой части Японии для обнаружения и перехвата ракетных угроз, технического обслуживания и ремонта надводных боевых кораблей и подводных лодок, а также проведения тренировок и учений.

Япония (Окинава)

Окинава — японская префектура, состоящая из 49 населенных островов, расположенных примерно в 400 милях к юго-западу от материковой части Японии. Здесь размещаются объекты армии, корпуса морской пехоты и ВВС, в том числе армейский гарнизон Окинавы, база морской пехоты Кэмп Батлер и авиабаза Кадена. Эти объекты используются для базирования и поддержки подразделений морской пехоты (включая III экспедиционный корпус морской пехоты), а также истребителей корпуса морской пехоты и ВВС, конвертопланов, вертолётов, воздушных транспортных средств и самолётов-заправщиков. Министерство обороны также использует объекты на Окинаве для проведения тренировок и учений, характерных для условий джунглей, и поддержки функций хранения и распределения топлива. Установки Министерства обороны США на Окинаве также представляют собой ближайшие базы США к Тайваню и Южно-Китайскому морю, которые являются возможными операционными районами в потенциальном конфликте с КНР.

По данным правительства префектуры Окинавы, по состоянию на 2018 год примерно 70% «территорий, используемых исключительно американскими войсками» в Японии, находились на Окинаве. Большое присутствие американской оборонной инфраструктуры на Окинаве вызвало серьёзные разногласия среди части окинавской общественности, и — в соответствии с соглашением между правительствами США и Японии — Министерство обороны находится в процессе перевода тысяч морских пехотинцев с баз на Окинаве в Корпус морской пехоты Гуама — Кэмп Блаз.

Республика Корея

В Республике Корея (РК; также называемой Южной Кореей) расположены объекты армии, флота, корпуса морской пехоты и ВВС, в том числе Кэмп Хамфрис, военно-морской флот Чинхэ, лагерь морской пехоты Муджук и авиабаза Осан. Эти объекты используются для базирования и поддержки армейских подразделений (включая 2-ю пехотную дивизию/ Объединённую дивизию Республики Корея и США), а также истребителей, разведчиков и штурмовиков ВВС. Как отмечалось выше, в соответствии с двусторонним соглашением 2004 года между правительствами РК и США, установки Министерства обороны в основном сосредоточены вокруг двух «хабов»: первый расположен в городе Пхёнтхэк и включает Кэмп-Хамфрис и авиабазу Осан, а второй — в Тэгу. и включает USAG-Daegu, Fleet Activity Chinhae и MCI Camp Mujuk. В отличие от других мест к западу от ИДЛ, базирование США в Южной Корее в первую очередь организовано вокруг сдерживания и сопротивления потенциальной агрессии КНДР.

Филиппины

Филиппины позволяют Министерству обороны США размещать вооружённые силы на девяти филиппинских объектах обороны, разбросанных по всей стране. Этот доступ регулируется Соглашением о расширенном оборонном сотрудничестве (EDCA), двусторонним соглашением между Филиппинами и Соединёнными Штатами, первоначально подписанным в 2014 году и расширенным в 2023 году. Санкционированные действия, которые могут проводить силы США, включают «учения по сотрудничеству в области безопасности; совместная учебная деятельность; гуманитарная помощь и деятельность по ликвидации последствий стихийных бедствий; и такие другие виды деятельности, которые могут быть согласованы». Растущее военное присутствие США на Филиппинах вызвало некоторые разногласия среди филиппинской общественности и некоторых выборных должностных лиц (особенно в отношении того, в какой степени оно воспринимается как направленное против КНР).

Сингапур

Сингапур позволяет Министерству обороны США поддерживать небольшое присутствие, известное как Региональный центр военно-морского флота Сингапура, в первую очередь для обеспечения материально-технической поддержки посещающих надводных военных кораблей. Этот доступ регулируется Меморандумом о взаимопонимании 1990 года в отношении использования Соединёнными Штатами объектов в Сингапуре, двусторонним соглашением между Сингапуром и Соединёнными Штатами, первоначально подписанным в 1990 году и продленным в 2019 году. Военно-морская база Чанги и верфь Сембаванг являются крупнейшими сингапурскими вспомогательными объектами к которым имеют доступ ВМС США, а на авиабазе Пайя-Лебар размещается ротационный персонал и самолёты ВВС США.

Австралия

Австралия позволяет Министерству обороны США поочередно развёртывать ряд наземных и военно-воздушных сил на базах внутри страны, в том числе ротационную воздушную наземную оперативную группу морской пехоты США, известную как Морская ротационная группа-Дарвин (на базе Королевских ВВС Австралии в Дарвине и казармах Робертсона) и ротационное развертывание бомбардировщиков и истребителей ВВС США в рамках инициативы расширенного воздушного сотрудничества (EAC). Кроме того, как часть AUKUS (Австралии—Соединённое Королевство—США), атомные подводные лодки США и Великобритании начнут ротационное развёртывание на австралийской военно-морской базе HMAS Stirling в 2027 году (сообщается, что подводные лодки США также увеличат частоту посещения этой базы, начиная с 2023 года). Растущее присутствие Министерства обороны США в Австралии широко рассматривается как реакция на ухудшение отношений между странами, поддерживающими США, и КНР.

Британская территория в Индийском океане (Диего-Гарсия)

На Британской территории в Индийском океане (обычно называемой Диего-Гарсия; британская заморская территория) находится военно-морской центр поддержки Диего-Гарсия, объект ВМС США, который в основном обеспечивает материально-техническую поддержку сил США и их союзников, действующих в Персидском заливе и Индийском океане. Место, которое впоследствии станет военно-морским центром поддержки Диего-Гарсия, было создано в соответствии с секретным двусторонним соглашением, достигнутым между правительствами США и Великобритании в 1966 году (оно было предметом споров из-за заявлений коренных жителей островов Чагос, насильственно перемещённых во время строительства базы).

Другие индо-тихоокеанские объекты

В дополнение к местам, описанным выше, Министерство обороны использовало ряд других мест к западу от международной линии перемены дат для размещения и поддержки вооружённых сил. Например, расположение Таиланда и отношения с Соединенными Штатами привели к тому, что американские силы использовали ряд тайских оборонительных объектов на ротационной основе (например, аэродром У-Тапао Королевского военно-морского флота Таиланда). Корабли ВМС США также регулярно посещают множество региональных портов Индо-Тихоокеанского региона. Некоторые аналитики также предполагают, что в случае военных действий КНР против Тайваня Соединённые Штаты могут разместить на Тайване значительные силы.

Вопросы для Конгресса. Индо-Тихоокеанская базовая позиция

Конгресс может рассмотреть вопрос о том, в какой степени нынешнее размещение баз США, то есть географическое и функциональное распределение баз в Индо-Тихоокеанском регионе, поддерживает стратегические приоритеты и оперативные потребности как в мирное, так и в военное время. Несмотря на значительные геополитические, технологические и доктринальные изменения, произошедшие в последние годы, базовая позиция Министерства обороны остаётся, по крайней мере частично, продуктом решений, принятых десятилетия назад. По мнению некоторых наблюдателей, это привело к несоответствию между региональной оборонной инфраструктурой и требованиями текущей и будущей среды угроз.

Как сформулировал проблему один аналитик в редакционной статье 2022 года:

«После более чем десятилетнего обещания улучшить живучесть американских войск в Индо-Тихоокеанском регионе, министерство мало что может показать. Отчасти продолжающиеся войны на Ближнем Востоке препятствуют усилиям по изменению баланса американского военного присутствия в Тихом океане, равно как и необходимость получения согласия стран, в которых размещаются американские войска. Кроме того, службы предпочитают финансировать свое приоритетное вооружение, и их нежелание тратить деньги на вспомогательную инфраструктуру усугубляется, когда учитывается неопределённость в отношении будущего доступа к базам. полностью конкретизировать новые оперативные концепции и способы ведения боевых действий».

Вопросы базовой позиции Конгресса можно разделить на три отдельных, но связанных между собой вопроса:

1. Где должны содержаться или создаваться базы США?

2. В какой степени Министерство обороны должно распределять или консолидировать функции регионального базирования?

3. Насколько устойчивыми должны быть базы США и как Министерство обороны может повысить устойчивость инфраструктуры (в той мере, в какой это не соответствует целям Конгресса)?

Размещение

Фундаментальный вопрос, касающийся базирования, заключается в его размещении: для достижения национальных стратегических целей и выполнения сопутствующих оперативных требований, где в Индо-Тихоокеанском регионе Соединенным Штатам следует размещать военные базы? При решении этого вопроса Конгресс может взвесить компромисс между преимуществами, которые близость к вероятным районам операций может создать для боевых сил США (особенно военно-воздушных и военно-морских), с одной стороны, и уязвимостью, которую такая близость может создать для сил и инфраструктуры США, с другой.

Конгресс может также учитывать такие факторы, как политическая и военная надёжность стран, в которых размещены базы США, а также возможность значительных изменений позиции, которые могут повлиять на региональную стабильность.

Хотя Президент, как главнокомандующий, в конечном итоге несёт ответственность за создание и ликвидацию военных баз, Конгресс может издавать законодательные требования, ограничения и другие указания (например, Конгресс сыграл важную роль в формировании перестройки и закрытия баз, или BRAC-процесс). Исторически это, как правило, происходило в рамках ежегодных процессов получения разрешений на оборону и ассигнований.

Как описано выше, размещение военных баз вблизи вероятных районов боевых действий сокращает время перехода и ресурсы, необходимые силам США для ведения боевых действий в этих районах. Это особенно важно для истребителей и бомбардировщиков, поскольку их боевые радиусы (эффективное расстояние, на котором самолёт может летать, вести бой и возвращаться) ограничены количеством топлива, которое они могут нести. Таким образом, такие объекты, как авиабаза Кадена на Окинаве (расположенная примерно в 400 милях от Тайваня, в пределах боевого радиуса соответствующих американских истребителей и бомбардировщиков), могут быть привлекательными для военных планировщиков в качестве удобных баз для воздушных операций. Однако география Индо-Тихоокеанского региона такова, что близость к районам предполагаемых непредвиденных обстоятельств (наиболее заметным из которых является Тайвань, а также районы Южно-Китайского моря, Корейского полуострова и части Индийского океана) влечет за собой близость к ударным средствам авиации и ракет противника.

Южная Корея, большая часть Японии и северные районы Филиппин могут находиться в пределах досягаемости баллистических ракет малой или средней дальности КНР и КНДР, в то время как Гуам и некоторые районы Японии, Филиппин и Австралии могутнаходиться в пределах досягаемости баллистических ракет средней дальности КНР.

Некоторые последствия размещения региональной инфраструктуры для военных действий США подробно рассматриваются в двух исследованиях гипотетической американо-китайской войны. В отчёте за август 2022 года («Может ли Китай захватить Тайвань? Почему никто на самом деле не знает») аналитик Брукингского института Майкл О’Хэнлон оценил, сможет ли КНР успешно завоевать Тайвань. Используя данные из открытых источников и оценки боевых порядков Китая и США, возможностей и запасов вооружений, а также доктрины, О'Хэнлон смоделировал два сценария американо-китайского конфликта из-за Тайваня: «морской бой с участием подводных лодок» (сценарий 1); и «более широкая субрегиональная война» (сценарий 2). В обоих сценариях играют роль региональные базы США. В Сценарии 1 О'Хэнлон предполагает, что авиабазы в Японии могут использоваться для размещения противолодочных самолётов (ПЛО) и истребителей для действий против китайских морских и воздушных платформ, обеспечивающих блокаду Тайваня, в то время как в Сценарии 2 О'Хэнлон моделирует использование баз США и их союзников в Японии и Гуаме для проведения воздушных и военно-морских операций против китайских морских, воздушных и наземных платформ, персонала и инфраструктуры на Тайване и материковом Китае и вокруг них. Учитывая их роль в обеспечении боевых операций США, эти базы, вероятно, подверглись бы атаке со стороны Китая, особенно в ситуации, напоминающей сценарий 2 О'Хэнлона, в котором самолёты и ракеты наземного базирования наносят удары по объектам США в материковой части Японии, на Окинаве и Гуаме с высокой вероятностью уничтожения или повреждения большинства объектов инфраструктуры.

В отчёте за январь 2023 года три аналитика Центра стратегических и международных исследований (CSIS) обобщили результаты и последствия военной игры, имитирующей начальные этапы американо-китайской войны, спровоцированной вторжением на Тайвань.

Используя данные и оценки из открытых источников, CSIS разработала и провела 24 итерации варгейма с «базовыми», «пессимистическими» и «оптимистическими» параметрами. Как и в описанном выше исследовании Брукингса, США стремились поддерживать воздушные и военно-морские операции на Тайване и материковом Китае и вокруг них с баз в Японии и на Гуаме, а КНР стремилась отрицать использование этих баз с помощью кинетических атак. В большинстве «пессимистичных» и «базовых» итераций авиабазы США на материковой части Японии, Окинаве и Гуаме подверглись эффективным ракетным ударам Китая, в результате чего была повреждена инфраструктура и нанесено большинство потерь боевой авиации США.

Дебаты по поводу базирования истребителей на авиабазе Кадена (АБ) на Окинаве являются ещё одной иллюстрацией этой динамики. В октябре 2022 года ВВС объявили, что начнут поэтапный вывод двух эскадрилий истребителей F-15C и F-15D, ранее базировавшихся на авиабазе Кадена. Вывод, который должен был осуществляться поэтапно в течение двухлетнего периода, столкнулся с критикой со стороны некоторых аналитиков, обеспокоенных тем, что этот шаг может подорвать региональное сдерживание (несколько членов Конгресса направили письмо министру обороны, в котором утверждалось, что этот шаг приведет к «ощутимому сокращению Американской передовой боевой мощи»). Однако другие защищали этот шаг, утверждая, что китайские ударные возможности делают Кадену «уникально невыгодной для постоянного базирования большого количества американских самолетов», и вместо этого выступали за более географически рассредоточенный и ротационный подход к региональному базированию.

Конгресс может оценить компромисс между близостью объектов обороны к вероятным районам операций и вытекающей из этого уязвимостью для нападения противника. Эта оценка, в свою очередь, могла бы сообщить Министерству обороны США о директивах Конгресса относительно реализации позиции базирования, а также о приоритетах расходов на оборону Конгрессом.

При рассмотрении Конгрессом вопроса о размещении баз может быть также отмечено, что региональное базирование Минобороны — наряду с его более широким расположением сил — оставалось в целом постоянным в течение последних трех десятилетий. Как отмечают Эндрю Йео и Майкл О’Хэнлон из Института Брукингса в отчёте за февраль 2023 года:

«В целом расположение сил США в Тихом океане очень похоже на то, что было в середине 1990-х годов, когда подавляющее большинство американских войск численностью 100 000 человек сконцентрировано в Японии и Южной Корее. С тех пор единственными серьёзными изменениями, в которых участвовали тысячи военнослужащих, было сокращение присутствия армии США в Южной Корее примерно на 10 000 человек в начале 2000-х годов и недавний постепенный перевод примерно половины из 18 000 морских пехотинцев США на Окинаве на Гуам».

Хотя количество и распределение объектов, находящихся в ведении Министерства обороны США, оставалось в целом постоянным с середины 1990-х годов, одним из способов, которым Соединённые Штаты стремились расширить свое присутствие в региональной инфраструктуре, были переговоры о доступе к базам, управляемым правительствами союзников или партнёров, — подход, который иногда называют «местами, а не базами»). С 2011 года Министерство обороны увеличило региональное развертывание на объектах в Австралии (особенно на Северной территории и в Квинсленде) и в соответствии с Соглашением о расширенном оборонном сотрудничестве между США и Филиппинами (EDCA) обеспечило доступ на ротационной основе к девяти филиппинским военным базам (в основном на северные острова Лусон и Палаван). Несмотря на это расширение, некоторые наблюдатели определили районы Индо-Тихоокеанского региона, где присутствие и доступ США могут быть увеличены. Йео и О’Хэнлон пишут, что «особенно большая брешь в вооружённых силах США существует в Юго-Восточной и Южной Азии, где соглашения о доступе к базированию остаются ограниченными», и определяют стремление к правам базирования в этом районе как потенциальный вариант для политиков.

Смежным вопросом для рассмотрения Конгрессом является степень, в которой Соединённые Штаты могут полагаться на страны, в которых размещены военные базы США, для предоставления доступа в случае непредвиденных обстоятельств. Например, важность филиппинских баз для планов США в отношении потенциального конфликта значительно возросла за последнее десятилетие — настолько, что, как заявил бывший командующий PACOM адмирал (в отставке) Гарри Харрис в 2023 году перед комитетом Палаты представителей по вооружённым силам: «Сложно представить бой с КНР без возможности использовать базы на Филиппинах». Заявления филиппинских официальных лиц в 2022 и 2023 годах, в том числе президента Фердинанда Маркоса-младшего, предполагают, что разрешение американским силам действовать с этих баз будет предоставлено только при определённых обстоятельствах и что Министерству обороны не будет разрешено предпринимать «наступательные действия» с этих баз.

Хотя эта озабоченность может быть особенно заметной для стран, которые в настоящее время размещают силы США на объектах, не управляемых Министерством обороны (таких как Филиппины и Сингапур), некоторые комментаторы также утверждают, что даже страны, которые десятилетиями размещали объекты, эксплуатируемые Министерством обороны, такие как Южная Корея или Япония, могут ввести ограничения на использование баз США, чтобы не провоцировать атаки Китая. Конгресс может рассмотреть соответствующий баланс рисков, а также прямое планирование альтернативных вариантов базирования в случае возникновения такой ситуации. Конгресс может также рассмотреть соответствующий уровень инвестиций в инфраструктуру объектов, доступ к которым в будущем может быть неопределённым.

Наконец, Конгресс может рассмотреть вопрос о том, как изменения в позиции базирования повлияют на более широкие геополитические события в Индо-Тихоокеанском регионе. Среди учёных-международников концепция дилеммы безопасности — проблемы, в которой государства, принимая меры для повышения собственной безопасности, могут угрожать другим, — занимает центральное место. Некоторые комментаторы утверждали, что эта динамика существует в современном Индо-Тихоокеанском регионе и что базирование США является одним из факторов.

Официальные лица КНР подвергли резкой критике недавние шаги по расширению США своей региональной оборонной инфраструктуры, утверждая, что такие меры, как добавление новых объектов в американо-филиппинскую EDCA, «являются частью усилий США по окружению и сдерживанию Китая» и «поставят под угрозу региональный мир и стабильность». С другой стороны, некоторые политики и аналитики утверждают, что создание дополнительных баз может усилить сдерживание США агрессии КНР и тем самым снизить вероятность кризиса. При рассмотрении вопроса о создании дополнительных баз Конгресс может рассмотреть возможные последствия для стабильности в Индо-Тихоокеанском регионе.

Помимо вопроса о том, где сохранить или искать место базирования в целом, Конгресс может также рассмотреть вопросы, касающиеся организации и эксплуатации баз. Исторически сложилось так, что Министерство обороны создавало более крупные консолидированные установки в Индо-Тихоокеанском регионе, объединяя многие защитные функции на объектах, в основном управляемых Министерством обороны. Однако, как описано выше, армия, военно-воздушные силы, флот и корпус морской пехоты начали разрабатывать и внедрять новые концепции для более распределённых боевых и логистических операций. Эти операционные концепции предлагают иное использование инфраструктуры, при котором более крупные, постоянные и концентрированные базы дополняются — а в некоторых случаях заменяются или используются взаимозаменяемо — более мелкими, временными, не эксплуатируемыми в США или распределёнными объектами.

В некоторой степени эта концептуальная перспектива проявляется в доктрине Министерства обороны США в отношении региональной инфраструктуры и инвестиций в неё. Например, в интервью в марте 2023 года командующий Тихоокеанскими военно-воздушными силами (PACAF) заявил, что «с точки зрения Agile Combat Employment мы тратим наши доллары в этом году на расширение количества мест, куда мы можем отправиться, и на места, в которых мы уже находимся, расширяя возможности в этих местах».

Однако некоторые аналитики выявили потенциальные недостатки более распределённого базирования. В докладе корпорации RAND за январь 2023 года было отмечено, что действия с более рассредоточенных авиабаз могут создать серьёзные проблемы с обеспечением и связью, и предостережение, что такие базы «могут быть не более живучими, чем те, которые находятся ближе к угрозе, если более дальние базы могут быть уничтожены с помощью малого количества ракет» из-за их меньших размеров или отсутствия защитных систем и инфраструктуры.

Конгресс может рассмотреть затраты и преимущества более распределённого подхода к функциям регионального базирования, оценить степень, в которой Министерство обороны реализует такой подход, и обсудить желательность дополнительных инвестиций для изменения концентрации или распределения базовых объектов.

Другим аспектом позиции, который может рассмотреть Конгресс, является устойчивость — в широком смысле определяемая как способность сопротивляться, адаптироваться и восстанавливаться после разрушений — объектов Индо-Тихоокеанского региона. Учитывая региональную среду, описанную выше, Министерство обороны стремилось структурировать свои усилия по обеспечению устойчивости вокруг угрозы кинетической атаки, особенно с помощью воздушных и ракетных возможностей КНР.

Когда дело доходит до защиты баз от воздушных и ракетных атак, аналитики обычно различают активную и пассивную защиту.

Активная защита — это меры, которые направлены на нейтрализацию входящих угроз до того, как те смогут поразить свои цели, будь то кинетический перехват, как в системах противоракетной обороны THAAD или PATRIOT, или за счёт использования более новых технологий, таких как направленная энергия и средства противодействия на основе микроволнового излучения.

Пассивные средства защиты — это меры, направленные на уменьшение ущерба, разрушений и общего воздействия атак противника, и могут включать строительство защитных физических сооружений (например, укрепленных укрытий для самолетов), развитие возможностей ремонта и устранения повреждений, а также такие методы, как рассредоточение или сокрытие уязвимых активов.

Надлежащий баланс между активной и пассивной защитой был предметом споров среди политиков и комментаторов. Некоторые аналитики, такие как Ребекка Хайнрихс из Института Гудзона, подчеркивают центральное значение активной защиты:

«Хотя пассивная оборона, включая тактику, направленную на введение противника в заблуждение, и укрепление военной инфраструктуры для выдерживания атаки, важна, альтернативы эшелонированной активной обороне нет. Для достижения рентабельности у некоторых бюджетных управлений может возникнуть соблазн чрезмерно полагаться на пассивную защиту, но это было бы серьёзной ошибкой. Вооружённые силы США должны иметь возможность смягчить воздействие быстрой атаки КНР, а это означает предотвращение поражения ракетами ключевых целей».

Другие аналитики утверждают, что активная защита, хотя и полезная, может быть дорогостоящей и уязвимой для атак. В исследовании RAND Corporation, проведённом в январе 2023 года, утверждается, что «наиболее экономически эффективным способом повышения устойчивости авиабазы является надёжная пассивная защита… включая усиленные укрытия для самолетов; разгон самолётов; резервные запасы топлива; заранее установленные боеприпасы; возможность быстрого ремонта взлётно-посадочной полосы; адаптированные формы маскировки, сокрытия и обмана».

Общедоступные исследования и военные игры, в которых изучается потенциальный конфликт со стратегическим конкурентом, предполагают, что устойчивость индо-тихоокеанских объектов, особенно авиабаз, может быть фактором, влияющим на исход такого конфликта.

Конгресс может оценить желательность и эффективность дополнительных инвестиций в меры по повышению устойчивости на базах в Индо-Тихоокеанском регионе и взвесить соответствующие преимущества активной и пассивной защиты.

Конгресс финансирует создание и поддержание оборонной инфраструктуры за счет ассигнований на военное строительство, эксплуатацию и техническое обслуживание. Кроме того, начиная с 2021 финансового года Конгресс санкционировал определенный набор ассигнований на оборонную инфраструктуру Индо-Тихоокеанского региона в рамках Инициативы по тихоокеанскому сдерживанию (PDI), группы региональных оборонных инвестиций и мероприятий, обычно включаемых в ежегодный план национальной обороны.

Военное строительство

Ассигнования на военное строительство (MILCON) финансируют деятельность по строительству, развитию, переоборудованию или расширению военного объекта, а также любые приобретения недвижимого имущества министерством обороны.

За последние четыре финансовых года ежегодные ассигнования на военное строительство для объектов в Индо-Тихоокеанском регионе варьировались от 1,37 млрд долларов до 3,54 млрд долларов.

Доля ассигнований MILCON, финансирующих проекты на объектах в Индо-Тихоокеанском регионе, увеличивается каждый финансовый год, начиная с 2020 финансового года. В 2023 финансовом году выбранные базы в Индо-Тихоокеанском регионе с проектами, получившими ассигнования MILCON, включали:

• Форт-Уэйнрайт, Аляска (99 млн долл. на пристройку к фитнес-центру);

• Совместная база Элмендорф-Ричардсон (63 млн долл. на ангар для обслуживания самолетов)

• Космическая станция Клир, Аляска (68 млн долл. на новое общежитие);

• Объединенная база Элмендорф-Ричардсон, Аляска (100 млн долл. на расширение взлётно-посадочной полосы 16/34);

• военно-морская авиабаза Уидби-Айленд, штат Вашингтон (68,1 млн долл. на улучшение покрытия аэродрома);

• Кэмп-Пендлтон, Калифорния (85,2 млн долл. на реконструкцию Базилон-роуд);

• Twentynine Palms (120,4 млн долл. на учебный и операционный центр моделирования стрельбища);

• военно-морская авиабаза Лемур, Калифорния (201,3 млн долл. на ремонтный ангар F-35C и аэродромное покрытие);

• База космических сил Ванденберг, Калифорния (89 млн долл.на объединённый объект технического обслуживания);

• военно-морская база Коронадо, Калифорния (75,7 млн долл. на объект оперативной поддержки сил специальных операций);

• Schofield Barracks, Гавайи (111 млн долл. на строительство производственных помещений компании);

• Объединенная база Перл-Харбор-Хикам, Гавайи (621,2 млн долл. на замену Сухого дока 3 и 103,4 млн долл. на строительство ракетных погребов);

• База морской пехоты на Гавайях, Гавайи (87,9 млн долл. на жильё для холостяков);

• Военно-морская база Гуам, Гуам (131,6 млн долл. на оборудование и средства технического обслуживания 9-го батальона инженерной поддержки и 149,3 млн долл. на объекты наземных боевых подразделений пехотных батальонов 1 и 2);

• Тиниан, Северные Марианские острова (58 млн долл. на обустройство аэродрома и 92 млн долл. на топливные баки);

• Армейский гарнизон — атолл Кваджалейн, Маршалловы острова (69 млн долл. на медицинскую клинику);

• Авиабаза Кадена, Япония (94,1 млн долл. на помещения для холостяков морской пехоты, 101,3 млн долл. на комплекс казарм морской пехоты, 71 млн долл. на ангар для технического обслуживания вертолетов и 77 млн долл. на центр борьбы с коррозией воздушных судов);

• Авиабаза морской пехоты Ивакуни, Япония (85 млн долл. на резервуары для хранения топлива);

• Авиабаза Йокота, Япония (72,2 млн долл.на операции и складские помещения);

• База Королевских ВВС Австралии в Дарвине, Австралия (72,4 млн долл.на перрон для стоянки самолётов).

Поддержание, восстановление и модернизация объектов

Несмотря на то, что в Индо-Тихоокеанском регионе было несколько серьёзных проблем с инфраструктурой (например, утечка топлива на складе Red Hill), проблема плохого состояния инфраструктуры характерна не только для этого региона. В отчёте за 2022 год Счётная палата правительства обнаружила, что у Министерства обороны есть отложенные работы по техническому обслуживанию, для завершения которых потребуется не менее 130 миллиардов долларов, что создаёт «значительный риск для цели Министерства обороны по поддержанию объектов в хорошем рабочем состоянии для выполнения рабочих требований».

Деятельность по поддержанию, восстановлению и модернизации (FSRM) военных объектов финансируется за счёт ассигнований на эксплуатацию и техническое обслуживание (O&M).

В 2023 финансовом году Конгресс выделил около 16,8 млрд долларов на деятельность FSRM в Министерстве обороны США, причем самые большие суммы получили армия (примерно 5,1 млрд долларов), ВВС (примерно 4,4 млрд долларов) и флот (примерно 4 млрд долларов).

Учитывая стратегическую и оперативную важность оборонных объектов в Индо-Тихоокеанском регионе, Конгресс может оценить степень, в которой более подробная бюджетная отчетность Министерства обороны США, корректировка финансирования FSRM или дальнейшие исследования связанных с инфраструктурой вопросов могут быть необходимы для удовлетворения военных потребностей.

Тихоокеанская инициатива сдерживания

В 2021 финансовом году Конгресс учредил Инициативу тихоокеанского сдерживания (PDI), набор приоритетных оборонных инвестиций и мероприятий, направленных на «укрепление потенциала сдерживания и обороны Соединенных Штатов в Индо-Тихоокеанском регионе, заверение союзников и партнеров, а также повышение потенциала и готовности в Индо-Тихоокеанский регион». PDI не является отдельным источником финансирования. Его цель состоит в том, чтобы «сосредоточить ресурсы на пробелах в возможностях» и «повысить прозрачность бюджета и надзор» путем выявления и сопоставления расходов и программ, ориентированных на Индо-Тихоокеанский регион, из более широкого бюджета Министерства обороны США.

В 2022 и 2023 финансовых годах деятельность, разрешенная в соответствии с PDI, была разделена на пять категорий:

• Присутствие (4,1 млрд долларов утверждено в 2022 финансовом году, 6,46 млрд долл. утверждено в 2023 финансовом году);

• Логистика и предварительное размещение оборудования (360 млн долл. разрешено в 2022 финансовом году, 500 млн долл. утверждено в 2023 финансовом году);

• Учения, обучение и эксперименты (696 млн долл. утверждены в 2022 финансовом году, 2 млрд долл. утверждены в 2023 финансовом году);

• Возможности союзников и партнёров в области обороны и безопасности (489 млн долл. утверждены в 2022 финансовом году, 732 млн долл. утверждены в 2023 финансовом году);

• Улучшение инфраструктуры (1,5 млрд долл. утверждено в 2022 финансовом году, 1,8 млрд долл. утверждено в 2023 финансовом году).

Примеры авторизованных проектов PDI в этой категории включают:

• Резервуары для хранения сыпучих материалов в MCAS Iwakuni (2023 финансовый год, 85 млн долл., MILCON);

• Перрон для стоянки самолетов на базе ВВС Великобритании в Дарвине, Австралия (2023 финансовый год, 72,4 млн долл., MILCON);

• Топливные баки с трубопроводом и гидрантной системой на Тиниане, Северные Марианские острова (2023 финансовый год, 92 млн долл. США, MILCON);

• Японская мастерская по техническому обслуживанию автомобилей (2023 финансовый год, 80 млн долл., MILCON);

• Улучшение инфраструктуры ВВС (2022 и 2023 финансовые годы, 404,3 млн долл. и 412,4 млн долл., эксплуатация и техническое обслуживание);

• FSRM Корпуса морской пехоты (2022 и 2023 финансовые годы, 112,1 млн долл. и 127,2 млн долл., эксплуатация и техническое обслуживание);

• Ангар для борьбы с коррозией для C-130J на авиабазе Йокота (2022 и 2023 финансовые годы, 67 и 10 млн долл., MILCON);

• Совместная модернизация связи на военно-морской базе Гуам (2022 финансовый год, 84 млн долл., MILCON);

• Расширенная взлетно-посадочная полоса на JBE-R (2022 финансовый год, 79 млн долл., MILCON).

Конгресс может рассмотреть вопрос о том, желательны ли модификации PDI для: уточнения цели и назначения категорий деятельности; увеличить детализацию, которую Министерство обороны США предоставляет в своей документации для Конгресса; и обеспечить, чтобы деятельность в области инфраструктуры соответствовала стратегическим целям и военным требованиям (особенно тем, которые возникли в результате реализации новых оперативных концепций).

Практически одновременно с публикацией доклада Исследовательской службы Конгресса США в западных СМИ вышел целый ряд публикаций, которые с разных сторон рассматривают противостояние США и Китая в Индо–Тихоокеанском регионе.

2. Китайский натиск

В отличие от США, которые инвестируют в безопасность по всему миру, интересы Пекина сосредоточены прежде всего в Индо-Тихоокеанском регионе.

С 2009 года Пекин отодвигает границы желаемого контроля от своего материка. Это включало попытки объявить большую часть Южно-Китайского моря своей собственностью, что отвергли Бруней, Индонезия, Малайзия, Филиппины, Тайвань и Вьетнам. В спорных водах происходили столкновения.

Приход к власти президента Си Цзиньпина в 2013 году подпитывал более напористые дипломатические усилия и военную позицию Пекина. Силы Китая всё больше становятся инструментом политических интересов Коммунистической партии Китая, которые теперь диктуют усиление военно-морского присутствия Китая и милитаризацию нескольких островов в Южно-Китайском море.

Пекин также стал активнее использовать силы безопасности, такие как береговая охрана и морская милиция, для наблюдения и преследования. Поскольку береговая охрана и гражданские морские суда обычно не считаются частью вооружённых сил, их использование позволило Пекину отстаивать свои интересы, не вызывая военного ответа со стороны американских или других сил в регионе.

Ни в одной другой стране нет значительного аналога береговой охраны Китая, которая сотрудничает с ВМС Китая. За последние 10 лет количество кораблей береговой охраны и морской милиции в Китае увеличилось в три раза, и их размер почти сравнялся с военно-морским флотом Китая.

Но поведение китайских сил различается в зависимости от региона. Китайские силы считаются более агрессивными в Южно-Китайском море, чем в Восточно-Китайском море. Этому есть несколько причин, в том числе повышенный интерес Пекина к ресурсам Южно-Китайского моря. Но военная активность Китая увеличилась в масштабах и частоте во многих областях. Для китайской береговой охраны и морской милиции стало обычным делом блокировать филиппинские суда, преследовать силы США или проводить крупномасштабные военные учения вокруг Тайваня.

За последний год произошли значительные изменения в действиях Китая и Запада в Индо-Тихоокеанском регионе. В феврале 2022 года администрация Байдена опубликовала Индо-Тихоокеанскую стратегию. Она сделала упор на укрепление отношений Америки с её региональными партнёрами, включая расширение дипломатического присутствия Америки в Юго-Восточной Азии и Тихоокеанском регионе.

Вскоре после этого Китай и Соломоновы Острова подписали новое соглашение о безопасности. Хотя соглашение вызвало беспокойство, особенно в Тихоокеанском регионе, оно вряд ли стало таким уж шоком, учитывая, что правительство Соломоновых Островов, похоже, склонялось к более активному взаимодействию с Пекином с момента прихода к власти в 2019 году.

Интересы Пекина намного шире в Индо-Тихоокеанском регионе. В июне 2022 года сообщалось, что Китай, возможно, также строит военную базу в Камбодже, одном из немногих военных партнёров Китая. Китай также ищет способы укрепить свои существующие партнерские отношения в области безопасности, в том числе с Россией. В декабре 2022 года китайские и российские военно-морские силы провели совместные учения, в то время как Россия продолжала войну на Украине. Также совместные учения проведены в июне 2023 года.

Есть разница между американским и китайским военным присутствием в регионе. Участие США было постоянным со времён Второй мировой войны. Регулярные операции, как правило, небольшие по масштабу и в рамках международных норм. Чего нельзя сказать о Пекине, который заметно увеличивает своё военное и военизированное присутствие. Китайские военные учения, как правило, проводятся в районах с интенсивным морским судоходством, что усиливает их дестабилизирующий характер. По мере роста активности ВМС, береговой охраны и морской милиции Китая они становятся всё более наглыми, а тесные столкновения с американскими и другими силами могут спровоцировать аварии и ссоры.

Страны региона обеспокоены растущим военным присутствием Китая. Независимо от уровня сотрудничества в области безопасности с США, всё ещё существует общее ощущение, что Америка находится по другую сторону Тихого океана и имеет меньший интерес. Администрация Байдена работает над тем, чтобы показать, что США привержены региону. Некоторые страны опасаются быть втянутыми в конфликт между США и Китаем.

Пекин не проявляет никаких признаков сокращения своих военных расходов. Он также все больше инвестирует в свои военизированные формирования, включая береговую охрану и морскую милицию. Вероятно, это означает более регулярное патрулирование или учения по всему региону. Силы также будут развернуты, чтобы выразить неудовольствие Пекина, например, когда он возражает против встреч на высоком уровне между американскими и тайваньскими официальными лицами. Военное развитие Китая в регионе будет продолжать расти независимо от того, будут ли Америка и другие региональные акторы активизировать свое сотрудничество или нет.

Рост военных расходов Китая не обязательно означает, что конфликт неизбежен. Большой страх США и их союзников заключается в том, что Китай может готовиться к нападению на Тайвань в ближайшие несколько лет в рамках своей давней цели воссоединить остров с материком. Ожидается, что китайские военные будут более агрессивны в отношении Тайваня в преддверии президентских выборов в Тайбэе в 2024 году. В 2027 году исполняется 100 лет со дня основания Народно-освободительной армии. В это же время состоится следующий съезд Коммунистической партии Китая, и президент Си будет добиваться беспрецедентного четвёртого срока.

3. Беспорядочный мир стратегической конкуренции

И Вашингтон, и Пекин твёрдо взяли курс на то, чтобы зафиксировать, а не ослабить двустороннюю напряжённость и конкуренцию. Это создаёт проблемы и риски как для внутренней, так и для внешней политики страны.

В Вашингтоне соперничество с Китаем превратилось в партийный политический спорт. На фоне напряженных переговоров администрации с республиканцами о повышении потолка долга в размере 31,4 триллиона долларов госсекретарь Энтони Блинкен, министр обороны Ллойд Остин и министр торговли Джина Раймондо выступили перед Комитетом по ассигнованиям Сената, чтобы поддержать бюджетный запрос президента на 2024 финансовый год. Каждый утверждал, что для Соединённых Штатов жизненно важно «превзойти» Китай. Как выразилась председатель комитета по ассигнованиям от Демократической партии сенатор Патти Мюррей, ясно, что «Китай не обсуждает, выплатить ли свои долги или разрушить свою экономику. Китай не обсуждает, инвестировать ли в своё будущее или сократить и ограничить инвестиции, которые поддерживают его конкурентоспособность».

Тем временем Си Цзиньпин продолжает консолидировать свой пересмотр Дэнгистской парадигмы постмаоистской эпохи, отдавая предпочтение безопасности, а не экономике. Это очевидно в недавнем «контрразведывательном» преследовании Китаем ряда иностранных компаний и частных лиц за предполагаемую «утечку» информации, связанной с «национальной безопасностью или интересами», иностранным правительствам или организациям. Это произошло даже тогда, когда премьер-министр Ли Цян попытался заверить иностранные компании и инвесторов в том, что Пекин привержен созданию «первоклассной деловой среды». Однако тот факт, что «контрразведывательному» подавлению главе Министерства государственной безопасности Чэнь Исинь не оставляет никаких сомнений в том, что это является главным приоритетом для китайского лидера.

В сфере внешней политики также быстро продолжается китайско-американский раскол. На саммите «Большой семёрки» в Хиросиме Байдену удалось сформировать у группы общее принципиальное стремление обеспечить «экономическую устойчивость» за счёт «снижения рисков и диверсификации» в качестве средства сопротивления «экономическому принуждению» со стороны Пекина. Между тем, проведение Си первого саммита Китай—Центральная Азия в Сиане было направлено на достижение нескольких целей, которые можно рассматривать как необходимые для дальнейшего укрепления конкуренции Китая с Соединёнными Штатами: дать толчок ОПОП после замедления COVID-19; укреплять дальнейшее экономическое и стратегическое партнёрство с государствами Центральной Азии; ещё больше преподать позицию Китая как альтернативного источника мирового лидерства.

Очевидное укоренение конкуренции повышает ставки не только для самих Пекина и Вашингтона, но и для других ключевых игроков в Индо-Тихоокеанском регионе, многие из которых имеют глубокие стратегические связи с Соединёнными Штатами и экономическую взаимозависимость с Китаем.

4. Сможет ли Китай избежать «дилеммы Малакки»?

Пекин вполне осознаёт, что Малаккский пролив может выступать в качестве эффективного узла в экономической сети Китая, и пытается найти решение этой сложной геополитической проблемы.

Несмотря на растущую напористость Китая в борьбе за морские ресурсы, Пекин открыто обсуждал свои уязвимые места в Малаккском проливе. Ещё в ноябре 2003 года тогдашний президент Китая Ху Цзиньтао ввел термин «дилемма Малакки», имея в виду уязвимость Китая перед морской блокадой пролива — кратчайшего морского пути, соединяющего Ближний Восток и Восточную Азию. Хотя введение морской блокады может повлечь за собой высокие экономические и дипломатические издержки для всех участников, усиление напряжённости в Индо-Тихоокеанском регионе увеличивает вероятность её возникновения. Это вызывает большую озабоченность у китайских лидеров, поскольку Малаккский пролив является эффективным узким местом в экономической сети Китая из-за огромной зависимости Пекина от импорта энергоносителей и отсутствия у него надежных союзников в регионе. Стремясь исправить эту ситуацию, Китай, продвигая свою недавно предложенную Инициативу глобальной безопасности (GSI) для расширения своего партнёрства в области безопасности со странами региона, потенциально может минимизировать последствия, вызванные Малаккской дилеммой.

Малаккский пролив представляет собой водную полосу протяженностью 805 км, пролегающую между Малайским полуостровом на северо-востоке и индонезийским островом Суматра на юго-западе. Он соединяет Андаманское море в Индийском океане и Южно-Китайское море в Тихом океане, что делает его важным морским маршрутом для перевозки углеводородов, контейнеров и навалочных грузов между Азией, Ближним Востоком и Европой.

Около четверти продаваемых в мире товаров и одна треть от общего объёма мировой добычи нефти и других жидкостей, транспортируемых морскими путями, ежегодно проходит через Малаккский пролив, что делает его вторым по величине пунктом торговли нефтью в мире после Ормузского пролива.

Кроме того, 80% экспорта Китая проходят здесь, а это означает, что экономическая судьба Китая сильно зависит от стабильности пролива.

Однако пролив сам по себе представляет собой узкий участок воды шириной всего 65–250 км, а это означает, что соседние страны могут легко его заблокировать с достаточной силой. Для Китая это особенно опасно из-за политической динамики в регионе. Пролив окружен нейтральными странами, такими как Малайзия, союзниками США, такими как Сингапур, и Индия, которая также недавно присоединилась к четырёхстороннему диалогу США по вопросам безопасности. Некоторые из этих стран имеют центральное географическое положение в регионе и владеют отдалёнными островами, такими как Андаманские и Никобарские острова (контролируемые Индией), что может позволить указанным странам проецировать военно-морскую мощь и легче контролировать пролив.

Тем временем ВМС США (7-й и 5-й флоты), действующие в Индо-Тихоокеанском регионе и на Ближнем Востоке, являются единственной силой, способной охранять стратегические морские коммуникации, протянувшиеся от берегов Африки до Восточной Азии. Таким образом, Соединённые Штаты по-прежнему сохраняют строгий контроль над Малаккским проливом, и Пекин всегда осознает это.

Напротив, военно-морской флот Китая действует на большем расстоянии от пролива. В случае эскалации геополитической напряженности между Китаем и Соединёнными Штатами или странами Индо-Тихоокеанского региона (например, если Китай решит вторгнуться на Тайвань), последние могут вооружить этот важный узкий проход, установив блокаду, что приведёт к нарушению торговли и сырьевых потоков, включая энергоресурсы. Это значительно увеличило бы затраты Китая на реализацию своих великодержавных амбиций или ведение войны в Индо-Тихоокеанском регионе, не говоря уже о пагубных последствиях для его экономики.

Китай пытался свести к минимуму последствия потенциальной блокады, диверсифицировав свои источники энергии. Пекин устанавливает альтернативные сухопутные связи и энергетическое партнёрство с Россией, Пакистаном, Мьянмой и другими арабскими и центральноазиатскими странами, которые политически далеки от Соединённых Штатов, чтобы обеспечить доступ к ключевым ресурсам в неспокойные времена. Кроме того, Китай выделил больше ресурсов на развитие возобновляемых источников энергии, чтобы уменьшить свою зависимость от ископаемого топлива и, следовательно, от импорта нефти. Например, в четырнадцатом пятилетнем плане Китая указано, что он будет продолжать развивать зелёные технологии.

Тем не менее, в конёчном счете, экономический успех Китая в значительной степени зависит от его энергоёмкого производственного сектора, и темпы развития технологии возобновляемых источников энергии едва ли могут догнать его растущий спрос на энергию. Таким образом, Китай по-прежнему зависит от импорта энергоресурсов из-за рубежа. Сейчас это крупнейший в мире нетто-импортер нефти и второй по величине потребитель нефти. Исследования также показывают, что с ростом спроса на энергию уровень зависимости Китая от иностранной нефти вырастет с 65% в 2016 году до более чем 80% в 2030 году. Короче говоря, маловероятно, что Китай сможет избежать импорта энергии из других стран по морским маршрутам в ближайшее будущее.

Между тем Китай может столкнуться с трудностями в поиске альтернативных маршрутов. В то время как Малаккский пролив известен как мелководный пролив, Зондский пролив ещё более сложен для навигации из-за минимальной глубины всего 20 м в некоторых частях его северо-восточного конца и сильного приливного течения. Для Ломбокского/Макассарского пролива это более длинный маршрут, что может увеличить стоимость доставки. Хотя Китай тоже может выбрать Северный морской путь к северу от России, чтобы заменить индо-тихоокеанские маршруты и избежать Малаккского пролива. Но маршрут часто покрыт льдом, поэтому сезон навигации короткий, а стоимость страховки может быть высокой. Вкупе с отсутствием инфраструктуры, выстроенной вдоль этого маршрута, в обозримом будущем Северный морской путь не является жизнеспособной альтернативой. Поэтому значение Малаккского пролива в морской торговле незаменимо.

Что ещё хуже, у Китая нет региональных военных союзников, которые могли бы гарантировать ему твёрдую поддержку в случае геополитического кризиса. Хотя Китай установил партнёрские отношения с такими странами, как Пакистан, обеспечиваемая безопасность минимальна. Неясно, откажутся ли эти страны от нейтралитета в военное время, особенно потому, что они могут стать уязвимыми для военных угроз военного времени и ответных санкций. Связи Китая с его партнёрами в Индо-Тихоокеанском регионе также были ослаблены экономической эксплуатацией первого. Инвестиции и кредиты Китая, особенно предоставленные в рамках инициативы «Один пояс, один путь», побудили такие страны, как Пакистан и Шри-Ланка отказаться от суверенитета над своими портами. Это вызвало негативную реакцию и спровоцировало рост внутренних антикитайских настроений. Это может затруднить получение Китаем поддержки в военное время, если Китай не расширит своё сотрудничество в области безопасности или не улучшит свои связи с этими странами.

Хотя Малаккская дилемма может представлять угрозу экономической и стратегической безопасности Китая, Инициатива глобальной безопасности (GSI) потенциально может помочь Китаю избежать её.

На Боаоском азиатском форуме 2022 года Китай предложил GSI и концептуальный документ был выпущен в январе 2023 года. GSI содержит шесть основных ценностей и принципов: (i) стремление к общей, всеобъемлющей, совместной и устойчивой безопасности; (ii) уважение суверенитета и территориальной целостности всех стран; (iii) соблюдение целей и принципов Устава ООН; (iv) серьёзное отношение к законным интересам безопасности всех стран; (v) мирное разрешение разногласий и споров между странами посредством диалога и консультаций; (vi) обеспечение безопасности как в традиционных, так и в нетрадиционных областях. Вышеупомянутые ценности отражают растущий акцент Китая на сотрудничестве для поддержания международной безопасности. Он также пытается создать впечатление, что Китай желает помочь другим странам стабилизировать их политическую ситуацию. Поэтому Китай стремится быть более активным в сфере безопасности.

Между тем, в концептуальном документе Китай подчеркнул, что необходимо больше взаимодействия с такими регионами, как Юго-Восточная Азия, острова Тихого океана, Ближний Восток. Однако эти регионы являются основными игроками в Малаккском проливе. Расширяя свои связи в области безопасности с этими регионами в рамках GSI, Китай потенциально может укрепить взаимные обязательства в области безопасности и ослабить партнёрские отношения Соединённых Штатов в области безопасности со странами вокруг пролива. Потенциально Китай может даже создать оппозиционную силу против американской гегемонии в сфере безопасности с государствами, имеющими напряжённые отношения с Вашингтоном.

Кроме того, при более активном участии Китай может иметь возможность размещать иностранные военные базы в этих регионах, чтобы расширить своё военное присутствие и создать зарубежную военную сеть. В настоящее время Китай уже укрепил свой союз с Соломоновыми островами и заключил стратегическое соглашение, которое позволяет ему «заходить на кораблях, осуществлять материально-техническую замену, а также совершать остановки и переходы на Соломоновых островах», что, возможно, открывает дверь для китайской военно-морской базы. Дальнейшее наращивание военной мощи, продвигаемое GSI, повысит способность Китая препятствовать действиям американских военно-морских сил в Индо-Тихоокеанском регионе.

Следует отметить, что GSI вызвала подозрение у ряда стран Индо-Тихоокеанского региона, что может снизить эффективность этой инициативы в помощи Китаю избежать Малаккской дилеммы. Растущая агрессивность Китая усиливает недоверие некоторых стран к GSI — особенно тех, у которых есть территориальные и морские споры с Китаем, например у Филиппин. Соединённые Штаты для них могут оказаться более надёжным партнёром в сфере безопасности, чем Китай, поскольку у США нет территориальных претензий, угрожающих географическим интересам этих стран.

Обострение конкуренции Китая с США также ставит страны Индо-Тихоокеанского региона перед своими собственными дилеммами. Присоединение к партнёрству и архитектуре безопасности Китая потенциально можно рассматривать как акт «принятия одной из сторон», что может ухудшить отношения стран Индо-Тихоокеанского региона с Вашингтоном. Таким образом, не все страны Индо-Тихоокеанского региона будут заинтересованы в том, чтобы присоединиться к GSI Китая для создания партнёрских отношений в области безопасности.

Пекин вполне осознаёт, что Малаккский пролив может выступать в качестве эффективного узла в экономической сети Китая, и пытается найти решение этой сложной геополитической проблемы.

Тем не менее, Китай может использовать слабые связи между некоторыми странами Индо-Тихоокеанского региона с Вашингтоном для продвижения GSI и решения малаккской дилеммы. Некоторые страны Индо-Тихоокеанского региона, такие как Мьянма, менее склонны предлагать всестороннюю защиту прав человека или внедрять демократические механизмы подотчётности, которые Вашингтон всегда хотел, чтобы они выдвинули. Расхождение их ценностей может помешать этим странам установить тесные связи с Соединёнными Штатами, что, таким образом, будет препятствовать сотрудничеству во время конфликта.

Это, однако, позволяет Китаю выступать в качестве альтернативы. GSI предполагает, что Китай мог бы предложить помощь в области безопасности, чтобы помочь поддерживать стабильность и безопасность других государств или регионов. Между тем, GSI подтвердил некоторые универсальные принципы, к которым часто присоединяются страны Индо-Тихоокеанского региона, такие как уважение суверенитета и территориальной целостности всех стран, приверженность принципам ООН и упор на диалог. Он также подверг критике использование санкций, на которые сильно полагаются западные страны, поэтому Китай громко критикует международный порядок безопасности, возглавляемый США. Всё это может стимулировать страны с относительно более слабыми связями с Вашингтоном присоединиться к GSI. Соответственно, у Китая будет больше шансов заручиться более надёжной поддержкой во время морской блокады.

В конечном счёте, вопрос о морской блокаде — вопрос будущего, но не совсем невозможный. Пекин жаждал большей власти на международной арене. Однако его стремление к более высокому статусу привело к росту напряжённости в отношениях с другими государствами, особенно с США. Таким образом, зависимость Китая от Малаккского пролива в плане транспортировки и торговли энергоносителями может вызвать у Китая опасения по поводу угроз блокады со стороны США или других стран региона. Отсутствие у него надёжной поддержки со стороны партнёров может повысить его уязвимость перед серьёзными экономическими и стратегическими последствиями Малаккской дилеммы. Тем не менее, Соединённые Штаты больше не обладают той гегемонией, которая была во времена холодной войны. Они полагаются на своих региональных партнёров в поддержании эффективной региональной безопасности. Если Китай сможет способствовать взаимодействию со странами Индо-Тихоокеанского региона через Инициативу глобальной безопасности, он сможет наладить более тесные связи сотрудничества с другими государствами, чтобы ослабить влияние коалиции Соединённых Штатов и предотвратить Малаккскую дилемму. Это укрепит стремление Китая к экспансии в Индо-Тихоокеанском регионе и укрепит его национальную безопасность.

5. Борьба в Океании

Дерек Гроссман (старший аналитик по вопросам обороны в RAND Corporation) в журнале Foreign Policy (01.06.2023) пишет, что 20 апреля 2022 года стало чёрным днём ​​для Соединённых Штатов в Океании. В тот день Китай подписал своё первое в истории соглашение о безопасности в южной части Тихого океана с Соломоновыми островами, разрешающее кораблям ВМС Китая совершать регулярные визиты в порты. Соглашение также позволяет китайским службам безопасности обучать правоохранительные органы островного государства, чтобы, по словам премьер-министра Соломоновых Островов Манассии Согаваре, «усилить» ответ правительства на внутренние беспорядки, которые потрясли страну всего несколькими месяцами ранее. В то время многие комментаторы возмущались, что Соломоновы острова в результате пакта могут в конечном итоге стать первым постоянным военным форпостом Китая в океане. Если тогда эти опасения были явно преувеличены, то сейчас они особенно преувеличены. Мало того, что Вашингтон и его союзники недавно добились геостратегических успехов в регионе, так ещё и Пекин в высшей степени неумело управляет своей дипломатией.

В конце мая 2023 года госсекретарь США Энтони Блинкен отправился в крупнейшую из островных стран Тихого океана, Папуа-Новую Гвинею, чтобы подписать два соглашения. Первое аналогично Соглашению о расширенном оборонном сотрудничестве между США и Филиппинами, позволяющему военным США развёртывать активы для выбора военных баз Папуа-Новой Гвинеи в случае чрезвычайной ситуации. Второе соглашение позволяет Береговой охране США садиться на корабли Папуа-Новой Гвинеи, чтобы помочь патрулировать незаконный, незарегистрированный и нерегулируемый промысел и незаконный оборот наркотиков, а также разрешает правительству США обмениваться спутниковыми данными с Папуа-Новой Гвинеей.

Также в конце мая 2023 года Соединённые Штаты продлили свои Договоры о свободной ассоциации (COFA) с двумя из трех свободно ассоциированных государств — Федеративными Штатами Микронезии и Палау — а третий, с Маршалловыми Островами, скорее всего, продлит свое действие в ближайшие недели. COFA — это международные соглашения, которые позволяют военным США поддерживать почти исключительный доступ к территориальным водам трёх стран, району в северной части Тихого океана, равному по площади континентальной части Соединённых Штатов. Важно отметить, что эти воды находятся вблизи двух территорий США, Северных Марианских островов и Гуама, на последнем из которых расположены три военные базы США. Соглашение COFA равносильно предоставлению военным США «супермагистрали для проецирования силы» в Индо-Тихоокеанский регион для реагирования на потенциальные непредвиденные обстоятельства в Тайваньском проливе, в Южно-Китайском море, в Восточно-Китайском море или на Корейском полуострове. Это преимущество только возрастет, если Микронезия и Палау реализуют свои планы, позволяющие Соединённым Штатам строить военные базы на своей территории. Кроме того, к 2026 году американские военные планируют установить на Палау новую радиолокационную систему раннего предупреждения.

Кроме того, Вашингтон поддерживает тесные отношения с Австралией и Новой Зеландией — союзниками по договору и близким партнёром соответственно. Их стратегические подходы во многом отражают или дополняют цель США по вытеснению Китая из региона. Австралия и Новая Зеландия также являются полноправными членами Форума тихоокеанских островов, основной региональной группы по принятию решений, которая действует строго на основе консенсуса, что означает необходимость учитывать мнения двух стран. Австралия и Новая Зеландия выразили серьёзную озабоченность по поводу соглашения о безопасности Соломоновых Островов с Китаем. В конце концов Согаваре уступил и пообещал Австралии, что в его стране не будет постоянного китайского военного присутствия. Австралия также заключила соглашение о безопасности с Вануату в декабре 2022 года и в настоящее время завершает работу над собственным договором об обороне с Папуа-Новой Гвинеей. Она также работает над ещё одним подобным соглашением с Кирибати, где также наблюдались посягательства Китая, включая планы расширения взлётно-посадочной полосы на удалённом атолле, где могли бы разместиться стратегические бомбардировщики. Тем временем Новая Зеландия изучает планы морской безопасности с Соломоновыми островами и должна подписать новое соглашение о статусе сил с Фиджи.

По мнению аналитика RAND важно то, что Декларация об американо-тихоокеанском партнёрстве, ставшая итогом саммита США и тихоокеанских островов, состоявшегося в Белом доме в сентябре 2022 года, подчеркнула важность сотрудничества в решении проблем морской безопасности. Хотя Китай прямо не упоминается в документе, его участники декларации считают частью будущих «непредвиденных обстоятельств и возникающих угроз». Напротив, когда тогдашний министр иностранных дел Китая Ван И провёл 10 дней, объезжая восемь стран региона в конце мая и начале июня 2022 года, чтобы предложить секретную Пекинскую концепцию общего развития, он не вызвал особого отклика у лидеров тихоокеанских островов, включая его компоненты безопасности.

Тихоокеанские островные страны обычно принимают пакт между Австралией, Соединённым Королевством и Соединёнными Штатами (известный как AUKUS), ещё одну крупную инициативу в области безопасности для противодействия Китаю, даже если многие из них всё ещё относятся к этому с подозрением и обеспокоенностью. AUKUS имеет, как минимум, благословение Фиджи, Микронезии, Самоа и ряда других стран. Безусловно, Соломоновы Острова и Новая Каледония выразили озабоченность по поводу сохранения в регионе зоны, свободной от ядерного оружия, в соответствии с Договором Раротонга с участием 13 стран. Тувалу прямо осудило AUKUS, но остаётся единственной страной тихоокеанских островов, сделавшей это.

Стремительное турне Вана по региону в 2022 году встревожило некоторых руководителей региона. Ван продвигал «Общее видение развития» Пекина, но решил работать за пределами Форума тихоокеанских островов — знакомая дипломатическая тактика для Пекина, но гигантский красный флаг для членов. Пекин также чувствовал себя обязанным поступить таким образом, потому что четыре тихоокеанские островные страны — Маршалловы Острова, Науру, Палау и Тувалу — всё ещё дипломатически признают Тайвань, а не КНР, а другие не особенно дружелюбны к Китаю. Проблема заключалась в том, что казалось, что Пекин пытается быстро и тайно получить региональное одобрение соглашения. Одновременно с визитом Вана тогдашний президент Микронезии Давид Пануэло написал беспрецедентное и язвительное письмо другим лидерам тихоокеанских островов, которые назвали план Пекина «дымовой завесой для более широкой повестки дня» по «обеспечению китайского контроля над «традиционной и нетрадиционной безопасностью» наших островов».

Письмо Пануэло в сочетании с секретными сделками Китая с Соломоновыми островами, похоже, оказало глубокое влияние на лидеров тихоокеанских островов. В январе 2023 года новый премьер-министр Фиджи Ситивени Рабука отменил многолетнее соглашение между Фиджи и Китаем об обучении полицейских. Рабука отметил: «Наша система демократии и систем правосудия отличается от китайской, поэтому мы вернёмся к тем, у которых есть аналогичные системы с нами». В 2022 году генеральный секретарь Форума тихоокеанских островов Генри Пуна с Островов Кука резко осудил подход Китая после визита Вана, заявив: «Если кто-то и знает, чего мы хотим, что нам нужно и каковы наши приоритеты, то это не другие люди. Это мы."

Пекин также изо всех сил пытался опровергнуть версию о том, что у него есть скрытые мотивы в Океании. Например, в 2018 году Китай планировал расширить пристань на острове Эспириту-Санто в Вануату, который, как опасались США и Австралия, может служить будущим военным объектом (во время Второй мировой войны он использовался союзниками). Поначалу Вануату отрицала, что происходит что-то неблагоприятное, но в конце концов её руководство молча согласилось с опасениями Австралии по поводу проекта. Новая Зеландия также активно финансирует строительство новой пристани в Вануату, чтобы помешать Китаю закрепиться.

Даже на дружественных Китаю Соломоновых островах Пекин сталкивается с проблемами. Разоблачение New York Times 2019 года, опубликованное вскоре после того, как страна обменяла дипломатическое признание Тайбэя на Пекин, показало, что китайская государственная фирма пыталась арендовать остров Тулаги на 75 лет. Как только стало известно об этом, Соломоновы Острова были вынуждены расторгнуть сделку, продемонстрировав, что Китай без колебаний тайно работает с местными лидерами, чтобы избежать проверки. Отдельно в Кирибати Китай ремонтирует взлётно-посадочную полосу на острове Кантон, который находится примерно в 1800 милях от побережья Гавайев, что потенциально даёт китайским стратегическим бомбардировщикам большую дальность для атаки на Соединённые Штаты. И Кирибати, и Китай заявляет, что взлётно-посадочная полоса предназначена исключительно для туризма, но, надо учитывать, что Кирибати также переключила дипломатическое признание с Тайваня на Китай в 2019 году, а Ван подписал секретное соглашение о рыболовстве с Кирибати во время своего визита в 2022 году.

Конечно, не всё связано с конкуренцией в сфере безопасности. Действительно, если Вашингтон превзошел Пекин на этой арене, то он, по мнению аналитика RAND, явно отстал в дипломатической и экономической сферах. Дипломатическое присутствие Китая в Океании остается более сильным, чем у Соединённых Штатов: в Пекине было семь посольств в регионе (без Австралии и Новой Зеландии), а в Вашингтоне до недавнего времени — только шесть. В январе 2023 года Вашингтон вновь открыл своё посольство на Соломоновых островах после 30-летнего перерыва. А в мае 2023 года Соединённые Штаты открыли новое посольство в Тонге, ещё одно запланировано на Кирибати.

Более того, «отсутствие у администрации Байдена конкурентоспособной экономической стратегии не только в Океании, но и во всем Индо-ихоокеанском регионе предоставляет Китаю уникальные возможности использовать свою инициативу «Один пояс, один путь» для углубления торговли, инвестиций и развития инфраструктуры. Китайские экономические инициативы, как правило, бывают успешными, учитывая, что страны тихоокеанских островов чрезвычайно малы и бедны». Напротив, Индо-Тихоокеанская экономическая основа для процветания администрации Байдена, разработанная для повышения инклюзивности, справедливости и конкурентоспособности в торговых отношениях членов, кажется менее привлекательной — из тихоокеанских островных государств в её состав входит только Фиджи.

Таким образом, Вашингтон, по мнению аналитика RAND, сохраняет преимущества в Океании. Тем не менее, ему следует внимательно следить за действиями Пекина, особенно в отношении малых и слабых стран, которым будет сложно противостоять силовым действиям Китая в одиночку.

 

Елена Ларина, Владимир Овчинский

https://zavtra.ru/blogs/zona_osoboj_napryazhyonnosti

 


01.06.2023 В какое оружие вкладывается Америка

 

      О военном бюджете США на 2024 год

31 мая 2023 г. на сайте Исследовательской службы Конгресса США опубликован «Запрос оборонного бюджета: контекст и отдельные вопросы для Конгресса».

В этом документе представлен обзор общего финансирования мероприятий, связанных с национальной обороной США, в размере 910,8 млрд долларов, запрошенного в президентском бюджете на 2024 финансовый год, с акцентом на дискреционное финансирование в размере 842,0 млрд долларов, запрошенное для Министерства обороны США (DOD). Большая часть финансирования национальной обороны подлежит ежегодному разрешению на оборону и процессу ассигнований в Конгрессе.

Согласно Министерству обороны США, часть бюджета президента на 2024 финансовый год, составленная министерством, была основана на Президентской стратегии национальной безопасности на 2022 год (NSS) и Национальной стратегии обороны на 2022 год (NDS) министра обороны. В NSS 2022 года обсуждались интересы, цели и задачи США во всем мире, которые считаются жизненно важными для национальной безопасности, и среди ее приоритетов были определены «выигрыш в конкуренции» с Китаем и «сдерживание» России. Объясняя, как Министерство обороны планирует поддерживать цели США, сформулированные в NSS и NDS 2022, определила следующие цели:

защита родины (связанная с угрозой, исходящей от Китайской Народной Республики или КНР);

сдерживание стратегических атак против США, их союзников и партнеров; сдерживание агрессии (отдавая приоритет КНР, затем России);

создание устойчивых объединенных сил и оборонной экосистемы.

9 марта 2023 года президент Джо Байден представил Конгрессу бюджетный запрос на 7 триллионов долларов на 2024 финансовый год. Из этой суммы 910,8 млрд долларов (13%) пришлось на деятельность, связанную с национальной обороной, в том числе 886,4 млрд долларов на дискреционные программы и 24,4 млрд долларов на обязательные программы.

Бюджет президента на 2024 финансовый год запросил:

863,5 миллиарда долларов на военную деятельность Министерства обороны США;

35,1 миллиарда долларов на деятельность по защите от атомной энергии;

12,1 миллиарда долларов на другую деятельность, связанную с обороной.

863,5 миллиарда долларов, запрошенные на деятельность DOD-Military, включают 842,0 миллиарда долларов в виде дискреционного финансирования и 21,5 миллиарда долларов в виде обязательного финансирования. В номинальном выражении (т. е. без поправки на инфляцию) 842,0 млрд долларов, запрошенных на деятельность Министерства обороны в 2024 финансовом году, на 26,0 млрд долларов (3,2%) больше, чем 816,0 млрд долларов, предусмотренных для такой деятельности в 2023 финансовом году, без учета дополнительного финансирования для Украины и других целей. В оценочном реальном выражении (т. е. с поправкой на инфляцию) запрос на 2024 финансовый год на 6,9 млрд долларов США (0,8%) больше, чем сумма, предусмотренная для такой деятельности в 2023 финансовом году, без учета дополнительного финансирования для Украины и других целей.

В бюджете Министерства обороны США на 2024 финансовый год запрошено финансирование для конечной численности в 2 074 000 военнослужащих в активном и резервном компонентах, что на 13 344 человека (0,6%) меньше, чем утвержденный уровень на 2023 финансовый год. Запрос включал финансирование повышения базовой заработной платы на 5,2% в соответствии с формулой действующего законодательства. Бюджет министерства обороны запросил больше средств, чем было предусмотрено в 2023 финансовом году, для некоторых основных систем вооружения (например, подводная лодка класса «Вирджиния», истребитель F-35 и фрегат класса «Созвездие» и другие). Запрос включал меньшее финансирование, чем было принято в 2023 финансовом году для других основных систем вооружения (например, авианосец класса Ford, корабль-док с десантной платформой класса San Antonio, грузовой самолет C-130J и другие). В запросе предлагалось сэкономить 3,8 миллиарда долларов на операционных расходах за счет продажи или прекращения производства ограниченного числа существующих систем вооружения (например, штурмовиков A-10, истребителей F-22 и F-15, беспилотных самолетов MQ-9; прибрежных боевых кораблей, десантных кораблей, ракетных крейсеров и систем обнаружения ракет, среди прочего).

Бюджет Министерства обороны США запросил 20,9 миллиарда долларов на операцию «Непоколебимая решимость», военную операцию США против «Исламского государства» в Ираке и Сирии и другие потребности в зоне ответственности Центрального командования США. Департамент также выделил 9 миллиардов долларов на Инициативу тихоокеанского сдерживания для расширения сил в Индо-Тихоокеанском командовании США и 3,6 миллиарда долларов на Инициативу европейского сдерживания для расширения сил в Европейском командовании США, за исключением 300 миллионов долларов на Инициативу содействия безопасности Украины - непосредственная помощь военным и силовым структурам Украины. Минобороны указало, что планирует запросить дополнительное финансирование для Украины, если это необходимо, в виде дополнительных ассигнований.

Бюджетное управление Конгресса (CBO) прогнозирует, что федеральные расходы будут по-прежнему превышать доходы. Эта тенденция вызвала вопросы о том, может ли давление с целью сокращения дефицита федерального бюджета повлиять на планы оборонного бюджета. В последние десятилетия, в периоды увеличения разрыва между доходами и расходами, Конгресс иногда принимал законы, направленные на частичное сокращение дефицита за счет ограничения расходов на оборону. При рассмотрении законодательства о разрешении на оборону и ассигнованиях на 2024 финансовый год Конгресс может решить следующее:

следует ли санкционировать и выделять меньшие, те же или большие суммы, чем те, которые запрашиваются для этой и другой деятельности, связанной с национальной обороной;

выделить финансирование для краткосрочных и долгосрочных приоритетов Министерства обороны США (например, готовность, модернизация и структура сил);

сбалансировать надзор с гибкостью бюджета отдела.

Министерство обороны США является крупнейшим правительственным агентством США с точки зрения активов и персонала, с заявленными активами на сумму более 3,5 триллионов долларов и почти тремя миллионами военного и гражданского персонала. 2,1 миллиона военнослужащих и 795 000 гражданских сотрудников департамента работают на более чем 500 объектах в 50 штатах, семи территориях США и более чем 40 странах. Кроме того, примерно 60 000 компаний предоставляют товары и услуги по контракту для поддержки военных нужд.

Большая часть финансирования национальной обороны подлежит ежегодному разрешению на оборону и процессу ассигнований в Конгрессе. Этот процесс, состоящий из двух частей, обычно включает принятие разрешительного акта для установления политики и рекомендаций по уровням финансирования оборонных программ, проектов и мероприятий; а также акты об ассигнованиях для обеспечения финансирования такой деятельности. Единый законопроект, известный как Закон об ассигнованиях на национальную оборону (NDAA), разрешает большую часть ассигнований на деятельность, связанную с национальной обороной. Несколько законов об ассигнованиях обеспечивают финансирование такой деятельности, крупнейшим из которых является Закон об ассигнованиях Министерства обороны. При рассмотрении законодательства о разрешении на оборону и ассигнованиях на 2024 финансовый год Конгресс может решить, следует ли санкционировать и выделять меньшие, те же или большие суммы, чем те, которые запрашиваются для этой и другой деятельности, связанной с национальной обороной; как расставить приоритеты в финансировании готовности Министерства обороны США, модернизации и структуры сил; как сбалансировать надзор Конгресса с гибкостью бюджета министерства.

Стратегический контекст

12 октября 2022 года президент Джо Байден обнародовал Стратегию национальной безопасности своей администрации на период до 2022 года. В документе определены две всеобъемлющие стратегические задачи:

(1) конкуренция между крупными державами (например, Соединенными Штатами и Китаем) за формирование международного порядка после окончания эпохи после окончания «холодной войны»;

(2) борьба между странами, чтобы справиться с последствиями безграничных угроз (например, изменение климата, отсутствие продовольственной безопасности, инфекционные заболевания, терроризм, нехватка энергии, инфляция).

В документе определены три приоритета:

(1) «превзойти» Китай и «сдерживать» Россию;

(2) сотрудничество с союзниками и партнерами по общим вызовам (например, климатическая и энергетическая безопасность, пандемии и биозащита, отсутствие продовольственной безопасности, контроль над вооружениями и нераспространение, а также терроризм);

(3) формирование международных правил в определенных спорных областях (например, технологии, киберпространство, торговля и экономика).

27 октября 2022 года министр обороны Ллойд Дж. Остин III обнародовал Стратегию национальной обороны Министерства обороны США на 2022 год, опубликованную одновременно с Обзором ядерной политики на 2022 год и Обзором противоракетной обороны на 2022 год. В документе определены многочисленные стратегические вызовы, стоящие перед Соединенными Штатами в сфере международной безопасности, в том числе:

Китай в качестве вызова, с которым следует решать задачи модернизации вооруженных сил и другой деятельности Министерства обороны США;

Россия как «острая» угроза;

Северная Корея, Иран и воинствующие экстремистские организации (например, «Аль-Каида»* и «Исламское государство»*) как «постоянные» угрозы.

В документе также определены вызовы, создаваемые развивающимися технологиями (например, гиперзвуковое и противокосмическое оружие), тактикой конкурентов в военных столкновениях, за исключением обычной войны (т. е. так называемая серая зона), а также изменением климата и другими безграничными угрозами (например, более частые экстремальные погодные условия и пандемии).

В документе предлагался подход, известный как комплексное сдерживание, продвигающий эти приоритеты за счет использования инструментов национальной мощи, а также инструментов союзников и партнеров для сдерживания потенциальных противников, частично путем наложения затрат. NDS также предложила лучше координировать военные учения и действия по формированию оперативной обстановки.

В документе содержится призыв к созданию устойчивых преимуществ отчасти за счет обновления методов управления бизнесом и инвестиций в улучшенные технологии.

В NDS 2022 г. описывается размер и формирование вооруженных сил «для одновременной защиты родины; поддерживания стратегического сдерживания; а также, при необходимости, побежды в конфликте». В документе не указывается ни количество, ни типы сил.

Некоторые члены 118-го Конгресса предложили увеличить финансирование обороны до уровня, превышающего инфляцию, отчасти ссылаясь на необходимость подготовки к долгосрочному стратегическому соперничеству с Китаем и Россией.

Бюджетный контекст

Национальная оборонная деятельность поддерживается в основном за счет дискреционного финансирования, но также и за счет некоторого обязательного (иногда называемого прямым) финансирования. Конгресс предоставляет дискреционное финансирование, принимая закон об ассигнованиях. Конгресс контролирует обязательное и другое финансирование (для таких программ, как Medicaid и Social Security), как правило, путем определения критериев приемлемости и установления льгот или правил выплаты в других законах.

В декабре 2022 года были определены варианты сокращения дефицита, например, за счет сокращения финансирования Министерства обороны более чем на 1 триллион долларов в течение десяти лет за счет изменения структуры вооруженных сил. Другие варианты включали меньшее сокращение оборонных расходов:

ограничение увеличения базовой заработной платы военнослужащим;

замена части военнослужащих гражданскими служащими;

прекращение строительства авианосцев класса «Форд»;

уменьшение размера ядерной триады;

отмена оружия (LRSO) дальнего противостояния;

отмена армейской программы Future Vertical Lift Aircraft;

отсрочка разработки бомбардировщика B-21;

сокращение численности бомбардировщиков за счет вывода из эксплуатации B-1B;

сокращение численности истребителей за счет вывода из эксплуатации F-22;

снижение базового пособия на жилье до 80% от средней стоимости жилья.

С поправкой на инфляцию уровень оборонных расходов, прогнозируемых на национальную оборону в 2024 финансовом году, выше, чем во время наращивания военной мощи в эпоху холодной войны в 1980-х годах, и ниже, чем в разгар операций после 11 сентября в Ираке и Афганистане. По прогнозам, расходы на оборону увеличатся на 7% в реальном выражении за пятилетний период до 2028 финансового года.

9 марта 2023 года президент Байден представил Конгрессу бюджетный запрос на 7 триллионов долларов на 2024 финансовый год. Из этой суммы 910,8 млрд долларов (13%) предназначались для деятельности, связанной с национальной обороной, включая дискреционные и обязательные программы.

Национальная оборона

Функция бюджета национальной обороны, обозначенная номером 050, является самым широким показателем, по которому правительство США классифицирует финансирование обороны. Функция включает следующие подфункции:

DOD-Military (обозначается обозначением 051), включая военную и разведывательную деятельность DOD;

деятельность по защите от атомной энергии (053), включая ядерное оружие и реакторные программы Министерства энергетики;

деятельность, связанная с обороной (054), включая деятельность нескольких других агентств в области национальной безопасности, например контрразведывательную деятельность Федерального бюро расследований. Исторически сложилось так, что Министерство обороны получало подавляющую часть финансирования в рамках функции бюджета национальной обороны.

Из 910,8 млрд долларов (13%), запрошенных на деятельность, связанную с национальной обороной, в 2024 финансовом году 863,5 млрд долларов пришлось на Министерство обороны США (12,3% федерального бюджета); 35,1 миллиарда долларов было потрачено на оборонную деятельность в области атомной энергии (0,5%); и 12,1 миллиарда долларов было на оборонную деятельность (0,2%).

В номинальном выражении (т. е. без поправки на инфляцию) 910,8 млрд долларов, запрошенных на деятельность, связанную с национальной обороной, в 2024 финансовом году, на 5,3 млрд долларов (0,6%) больше, чем 905,5 млрд долларов, предусмотренных для такой деятельности на сегодняшний день в 2023 финансовом году, включая дополнительное финансирование для Украины и другие цели.

В оценочном реальном выражении (т. е. с поправкой на инфляцию) запрос на 2024 финансовый год на 15,9 млрд долларов США (1,7%) меньше, чем сумма, предусмотренная для такой деятельности на сегодняшний день в 2023 финансовом году, включая дополнительное финансирование для Украины и другие цели.

Бюджетная заявка президента на 2024 финансовый год на национальную оборону включала в общей сложности 886,4 млрд долларов в виде дискреционного финансирования и 24,4 млрд долларов в виде обязательного финансирования. Для Министерства обороны финансирование большинства дискреционных программ разрешается и распределяется по счетам в рамках основных бюджетных категорий или названий, таких как:

эксплуатация и техническое обслуживание (O&M);

военный персонал (MILPERS);

исследования, разработки, испытания и оценка (RDT&E) и приобретение.

Дополнительное финансирование в 2022 и 2023 финансовых годах до настоящего времени

В дополнение к финансированию запланированных или регулярно возникающих расходов на укомплектование, обучение и оснащение вооруженных сил Конгресс иногда предоставляет финансирование на случай чрезвычайных ситуаций и непредвиденных обстоятельств. Как сказал один аналитик о проблеме выделения оборонного финансирования на стратегические приоритеты, «реальность имеет право голоса».

На сегодняшний день Конгресс предоставил Министерству обороны в общей сложности 70,2 млрд долларов дополнительного финансирования в 2022 и 2023 финансовых годах, в основном для ответа министерства на возобновленное и расширенное вторжение России в Украину в феврале 2022 года. В 2022 финансовом году Конгресс предоставил Министерству обороны 34,4 млрд долларов дополнительного финансирования. (4,4% от общего дискреционного финансирования Министерства обороны США), в том числе 26,6 млрд долларов США для Украины, 6,5 млрд долларов США для переселения афганцев в Соединенные Штаты и другие страны, 895 млн долларов США для ликвидации последствий стихийных бедствий и 350 млн долларов США для устранения утечек из топливных баков на Red Hill Bulk. Хранилище топлива на Гавайях. На сегодняшний день в 2023 финансовом году Конгресс предоставил Министерству обороны США дополнительное финансирование в размере 35,8 млрд долларов, в том числе 35,7 млрд долларов для Украины и 147 млн долларов для оказания помощи при стихийных бедствиях (4,2% от общего дискреционного финансирования Министерства обороны США).

Конгресс может рассмотреть вопрос о предоставлении Министерству обороны США дополнительного финансирования для этих или других видов деятельности в 2023 финансовом году или дополнительного финансирования для этих или других видов деятельности в 2024 финансовом году.

Допущения и влияние инфляции

В бюджетном запросе президента на 2024 финансовый год, включая часть запроса Министерства обороны США, предполагается уровень 2,4% в 2024 финансовом году, прогноз на 1 октября 2023 года. вызвал интерес к тому, как относительно высоки уровни участия в программах, проектах и деятельности министерств обороны. . Например, по данным комитетов по ассигнованиям, в соответствии с Законом об ассигнованиях министерства обороны на 2023 год было выделено почти 8 процентов роста покрытия доходов, превышение более высокого уровня, чем прогнозировалось, инфляцией, в том числе на помощь семьям военнослужащих, топливо и коммунальные услуги. услуги, медицинское обслуживание и закупки программ и НИОКР. Согласно Министерству обороны, бюджетный запрос министерства на 2024 финансовый год касается «недавних инфляционных последствий, частичного заражения, тяжелых цепочек из-за пандемии COVID-19 и неоправданным и неспровоцированным вторжением России в Украину».

совокупность между прогнозируемой и фактической инфляцией, вызывающая вопросы эффективности использования текущего роста (т. Е. Годового процентного увеличения после поправки на инфляцию) в качестве стандарта оценки для оборонного бюджета. В то время как Министерство обороны США подчиняется OMB в отношении общего запроса бюджета, министерство использует несколько индексов цен для оценки изменений цен в различных видах деятельности. В некоторых случаях документы с обоснованием бюджета на 2024 финансовый год, выбросы избирательных фондов, взятых на себя ведомствами, не учитывают или не принимают решение о снижении расходов на сметные расходы по программе лишь частично.

Конгресс может принять решение о переоценке инфляции и дополнительных расходов на расходах, лежащих в основе бюджетных средств министерства обороны США, при рассмотрении оборонного законодательства на 2024 финансовый год, в том числе, как изменения в таких расходах на сметные расходы по программе на 2024 год и в последующие годы. В прошлом CBO наблюдала варианты корректировки ассигнований при использовании экономических предположений обусловливает, в том числе: отличать инфляционные расходы от программных расходов; создать специальный инфляционный фонд; или финансировать инфляцию за счет дополнительных ассигнований.

Избранные вопросы министерства обороны США для конгресса

На долю финансирования, выделяемого на оборону США, приходится 842,0 млрд долларов (95%) из 886,4 млрд долларов дискретного финансирования, запрошенного для национальной обороны в 2024 году, годовой бюджетный процесс дает возможность учитывать уровень финансирования различных элементов вооруженных сил. В этом отчете обсуждается финансирование в финансовом году 2024 года, запрошенное для решения ряда вопросов министерства обороны США.

Вопросы, связанные с военным персоналом (MILPERS)

Бюджет министерства обороны США на 2024 финансовый год запросил 178,9 млрд долларов на счет военного персонала (MILPERS), что на 6,6 млрд долларов (4%) больше, чем реальный уровень на 2023 финансовый год, без учета дополнительного финансирования.

Счета MILPERS обычно финансируют денежную компенсацию военнослужащим, включая базовую заработную плату, жилищные пособия, а также специальные выплаты и некоторые надбавки, на которые имеют право военнослужащие. Счета MILPERS также обычно финансируют отложенную (т. Е. После выхода на пенсию) компенсацию, включая военную выплату, пенсионные выплаты в Thrift Savings Plan и план медицинского обслуживания пенсионеров, известный как TRICARE for Life, а также постоянную смену проезда на станции и другие расходы.

Военная конечная сила

Бюджет Министерства обороны США на 2024 финансовый год запросил военную конечную численность в 2 074 000 человек, в том числе 1 305 400 в активных компонентах и 768 600 в резервных компонентах. На 2023 год (PL 117-263) в бюджете на 2024 финансовый год в активной части резко возросло 11 544 человека меньше личного состава, причем большая часть сокращения запрашивалась для ВМФ и Корпуса морской пехоты. В бюджете запрашивалась конечная величина компонента резерва в размере 768 600 человек, что на 1800 человек меньше значимого уровня на 2023 финансовый год, при этом большая часть сокращения требуется для армейского резерва. Активная конечная численность армии на 2024 финансовый год остается неизменной по сравнению с процентной конечной численностью на 2023 финансовый год, она приносит доход на 33 000 солдат меньше, чем установленный уровень на 2022 финансовый год — в конечном счете, в связи с чем возникают вопросы у исследователей об эффективности набора и достоверности параметр армии. Наземные силы.

Повышение жалованья военным

Бюджетный запрос Министерства обороны США на 2024 финансовый год включает финансирование повышения базовой заработной платы на 5,2% в соответствии с формулой действующего законодательства. Раздел 37, раздел 1009 Кодекса США обеспечивает постоянную формулу для автоматической ежегодной корректировки базовой заработной платы на основе индекса затрат на занятость (ECI) Бюро статистики труда, который измеряет изменения в заработной плате гражданских, частных предприятий и государственных и муниципальных служащих. Запрос на повышение базовой заработной платы на 2024 финансовый год на 5,2% является крупнейшим с 2002 финансового года.

Параллельное получение

В контексте военного выхода на пенсию одновременное получение обычно относится к положениям закона, позволяющим определенным пенсионерам получать два типа федеральных денежных пособий: военное пенсионное вознаграждение от Министерства обороны США и компенсацию по инвалидности от Министерства по делам ветеранов (VA). Бюджетная заявка президента на 2024 финансовый год включала обязательное финансирование в размере 20,7 млрд долларов США для накопительных платежей для будущих пособий с одновременным получением, что на 10,1 млрд долларов США (95%) больше, чем 10,6 млрд долларов США, предусмотренных в бюджете для таких платежей в 2023 финансовом году. Это увеличение последовало за обновленными предположениями Совета актуариев Министерства обороны США в 2022 году, чтобы отразить более высокие расходы Министерства финансов на одновременные платежи по начислению. В частности, нормальный процент затрат (NCP) — доля базовой заработной платы штатного военнослужащего, используемая для определения актуарной стоимости пенсионных пособий, подлежащих ежегодному финансированию, — составляет 28,3%, чтобы Министерство финансов могло оплачивать сопутствующие расходы на получение в 2024 финансовом году. по сравнению с предыдущей оценкой в 16,1%. Правление назвало несколько факторов, способствующих увеличению одновременных затрат на получение, в том числе более сильные стимулы среди военнослужащих подавать заявки на получение льгот, более широкие определения инвалидности и более высокие рейтинги инвалидности со стороны VA, а также более высокий уровень инвалидности, связанной с боевыми действиями, в результате недавних конфликтов. Правление рекомендовало Конгрессу избегать занижения истинных затрат Министерства обороны, связанных с пенсионными пособиями, путем внесения поправок или повторного толкования формулировок в 10 U.S.C. §1465(c)(1) и (c)(4), чтобы Министерство обороны, а не Казначейство, финансировало хотя бы часть взносов на обычные расходы в Военный пенсионный фонд для одновременного получения.

Вопросы, связанные с эксплуатацией и техническим обслуживанием (O&M)

Бюджет Министерства обороны США на 2024 финансовый год запросил 329,7 млрд долларов США на счета эксплуатации и технического обслуживания (O&M), что на 9,8 млрд долларов США (3%) больше, чем утвержденный уровень на 2023 финансовый год, без учета дополнительного финансирования.

Счета O&M финансируют повседневные потребности вооруженных сил и оперативных баз, включая продукты питания, одежду и топливо; подготовка и воспитание военнослужащих; заработная плата гражданских лиц; поддержка миссии боевых командований; техническое обслуживание депо; запчасти; и некоторые виды деятельности системы военного здравоохранения. Счета O&M также финансируют различные зарубежные мероприятия, такие как Инициатива содействия безопасности Украины; Фонд обучения и оборудования для борьбы с ИГИЛ*; Зарубежная гуманитарная помощь, помощь при стихийных бедствиях и гражданская помощь; деятельность по восстановлению окружающей среды; и Фонд развития кадров Министерства обороны США; среди прочих усилий. Министерство обороны определило определенные статьи расходов на эксплуатацию и техническое обслуживание (также известные как группы подвидов деятельности или SAG) как связанные с военной готовностью, которую Министерство обороны определяет как «способность вооруженных сил сражаться и выполнять требования поставленных задач».

Военная система здравоохранения

В бюджете Министерства обороны США на 2024 финансовый год запрошено 58,7 млрд долларов для Военной системы здравоохранения (MHS), которая оказывает медицинскую помощь примерно 9,5 миллионам военнослужащих, пенсионеров и членов семей через военные лечебные учреждения и некоторых гражданских поставщиков медицинских услуг. Составляя 7,0% от бюджетного запроса Министерства обороны США на 2024 финансовый год, MHS на 0,3 миллиарда долларов больше, чем утвержденный уровень на 2023 финансовый год. Запрос MHS включает 38,4 миллиарда долларов на Программу оборонного здравоохранения (часть финансирования O&M); 9,2 миллиарда долларов на компенсацию военнослужащим-медикам; 10,6 млрд долларов взносов в фонд будущих расходов на медицинское обслуживание военных пенсионеров и семей, имеющих право на участие в программе Medicare; и 0,5 миллиарда долларов на медицинское военное строительство. Конгресс может рассмотреть вопрос о том, запрашивать ли у Министерства обороны дополнительную информацию о планах контроля долгосрочных расходов на общее здравоохранение, поскольку на частный сектор в настоящее время приходится примерно две трети общего объема помощи, оказываемой бенефициарам; а также об усилиях по измерению эффективности и/или рентабельности некоторых реформ МЗС.

Инициатива содействия безопасности Украины (USAI)

На сегодняшний день Конгресс выделил 113 миллиардов долларов в 2022 и 2023 финансовых годах в ответ на возобновившееся и расширенное вторжение России в Украину в феврале 2022 года в размере 113 миллиардов долларов, в том числе 62 миллиарда долларов для Министерства обороны США. для оказания прямой помощи в обеспечении безопасности вооруженным силам и силам безопасности Украины. Министерство обороны обычно использовало финансирование USAI для закупки оружия у оборонных подрядчиков для Украины, а Управление президента по сокращению расходов (PDA) - для передачи оружия из существующих оборонных запасов в Украину.

В бюджетных запросах на предыдущий финансовый год Министерство обороны включило финансирование USAI в отдельный бюджетный документ (т. е. представление бюджета) для Европейской инициативы сдерживания (EDI). В бюджетном запросе на 2024 финансовый год Министерство обороны описало отделение средств USAI от EDI отчасти для того, чтобы отделить средства, непосредственно поддерживающие Украину, от средств, направленных на успокоение союзников и стран-партнеров в регионе. Департамент заявил, что «запрос на бюджет EDI продолжает демонстрировать сосредоточенность Департамента на предоставлении необходимых возможностей по всей Европе для сдерживания угроз со стороны противника».

В бюджетном запросе Министерства обороны США на 2024 финансовый год не указано потенциальное дополнительное финансирование в 2023 или 2024 финансовом году для Украины. Публикуя бюджетный запрос Министерства обороны США на 2024 финансовый год, заместитель министра обороны (контролер)/главный финансовый директор Майкл Дж. МакКорд сказал: «В этом бюджете нет поддержки Украины, превышающей доконфликтный уровень. Ситуация остается слишком нестабильной. То, как мы справляемся с этим, — это то, как мы справлялись с каждой новой операцией за последние 50 лет, и это дополнительные, так что это то, что мы делаем в 23-м. Таков был план на 24-й год.

Исследования, разработки, испытания и оценка (RDT&E) и вопросы, связанные с закупками

Бюджет запросил 145,0 млрд долларов США на счета исследований, разработок, испытаний и оценки (RDT&E), что на 5,6 млрд долларов США (4%) больше, чем установленный уровень на 2023 финансовый год, без учета дополнительного финансирования. Счета RDT&E финансируют разработку и применение научных знаний для создания и тестирования прототипов новой военной техники, модернизации существующей техники, военного программного обеспечения и цифровых технологий.

Бюджет Министерства обороны США на 2024 финансовый год запросил 170,0 млрд долларов США для счетов закупок, что на 6,3 млрд долларов США (4%) больше, чем утвержденный уровень на 2023 финансовый год, без учета дополнительного финансирования. Счета закупок обычно финансируют покупку нового оборудования и модификаций существующего оружия, включая корабли, самолеты, военные спутники, наземные боевые машины, боеприпасы и различные другие продукты и услуги.

Как правило, бюджетные статьи в рамках счетов RDT&E и закупок финансируют приобретение основных программ оборонных закупок. В этом разделе представлен обзор финансирования отдельных основных систем вооружений, включая высокоточные боеприпасы, программы ядерной модернизации, системы противоракетной обороны, программы кораблестроения, самолеты, космические системы, наземные системы и смежные темы.

Управление высокоточных боеприпасов и многолетних закупок (MYP)

В бюджете Министерства обороны США на 2024 финансовый год запрошено 30,6 млрд долларов на ракеты и другие высокоточные боеприпасы, что на 5,9 млрд долларов больше (24%) по сравнению с запрошенной суммой на 2023 финансовый год. Примеры таких боеприпасов включают:

Совместную ракету класса "воздух-поверхность" (JASSM);

крылатую ракету воздушного базирования, предназначенную для поражения целей в хорошо защищенном воздушном пространстве;

Standard Missile-6 (SM-6), ракета морского базирования, предназначенная для защиты кораблей и территорий;

усовершенствованная ракета класса "воздух-воздух" средней дальности (AMRAAM);

ракета воздушного базирования, предназначенная для поражения целей на малых и больших высотах за пределами видимости;

противокорабельная ракета большой дальности (LRASM) — крылатая ракета воздушного базирования, предназначенная для поражения надводных кораблей;

управляемая реактивная система залпового огня (GMLRS), устанавливаемая на грузовике ракетная система наземного базирования, предназначенная для поражения техники и личного состава;

Морская ударная ракета, противокорабельная крылатая ракета морского базирования, предназначенная для полета близко к поверхности океана, чтобы избежать обнаружения радаром.

На фоне спроса Украины на американские и европейские системы вооружений, особенно боеприпасы, в ответ на возобновившееся и расширенное вторжение России в страну, некоторые члены Конгресса подняли вопросы о том, как уровни финансирования и полномочия заказчика могут повлиять на способность промышленной базы США ускорить производство таких систем.

Управление многолетних закупок (MYP) отдельных высокоточных боеприпасов

Описывая финансирование боеприпасов как область бюджетного внимания, контролер Министерства обороны США МакКорд сказал: «Украина действительно проинформировала и подчеркнула необходимость улучшить нашу игру здесь ... Мы впервые расширяем многолетние полномочия на закупки, которые были по закону на протяжении десятилетий за пределами таких платформ, как корабли, самолеты и вертолеты, в области боеприпасов и ракет». МакКорд также сказал: «Часто считалось, что вы покупаете боеприпасы в гораздо больших количествах, как правило, чем самолеты и корабли, поэтому несколько лет не были необходимы и не делались. Но мы все же обнаружили, что промышленная база находится не там, где должна быть».

В бюджете Министерства обороны США на 2024 финансовый год запрошено разрешение на использование многолетних контрактов на закупки (MYP), начало которых запланировано на 2024 финансовый год, для закупки следующих высокоточных боеприпасов:

• Не менее 18 000 ракет управляемой реактивной системы залпового огня (GMLRS) для армии за четырехлетний период до 2027 финансового года;

• Не менее 516 ударных ракет ВМФ (NSM) для ВМФ за пятилетний период до 2028 финансового года;

• Неустановленное количество усовершенствованных ракет класса «воздух-воздух» средней дальности (AMRAAM) для ВВС в течение неопределенного периода времени;

• Неустановленное количество совместных ракет класса "воздух-поверхность" (JASSM) для ВВС в течение неопределенного периода времени;

• Не менее 477 противокорабельных ракет большой дальности (LRASM) для ВМС в течение пятилетнего периода до 2028 финансового года и неуказанное количество для ВВС в течение неуказанного периода времени; и

• Не менее 825 ракет Standard Missile (SM)-6 для ВМФ за пятилетний период до 2028 финансового года.

В то время как Министерство обороны обычно управляет долгосрочными контрактами, продлевая варианты контрактов на один год, министерство иногда использует полномочия на многолетние закупки (MYP) для закупки требований на срок до пяти лет в рамках одного действия по контракту для программ, отвечающих определенным критериям (10 U.S.C. §3501) . Поскольку многолетние контракты на закупки (MYP) предполагают юридическое обязательство закупать товары с использованием будущих ассигнований в обмен на возможность снижения затрат, Конгресс предпринял шаги для осуществления дополнительного надзора за этими программами.

Министерство обороны также предложило использовать то, что оно называет крупными партиями закупок (LLP) для новых контрактов MYP, за исключением морских ударных ракет. Министерство обороны охарактеризовало этот подход как нововведение в заключении контрактов с MYP, при котором несколько MYP охватывают одновременные или перекрывающиеся временные рамки. Закупки крупными партиями предназначены для использования преимуществ использования общих компонентов в нескольких ракетах для увеличения эффекта масштаба при производстве этих компонентов, что обеспечивает дополнительную экономию. Закупки крупными партиями предназначены для использования такой экономии для закупки дополнительных ракет, не выходя при этом за расчетные общие затраты на закупки.

NDAA 2023 финансового года (PL 117-263) санкционировал контракты MYP для ряда программ, включая вышеупомянутые высокоточные боеприпасы, в ответ на СВО России на Украине.

В пояснительной записке, сопровождающей закон, говорится, что предоставление полномочий MYP для определенных боеприпасов необходимо для «увеличения и расширения оборонно-промышленного потенциала». Некоторые наблюдатели заявили, что власти могут также помочь стабилизировать финансирование закупок определенных типов высокоточных боеприпасов большой дальности, необходимых для противодействия Китаю в различных оперативных сценариях, таких как противокорабельное оружие и оружие площадного поражения.

При обсуждении вопроса об утверждении предложенных контрактов MYP Конгресс может рассмотреть:

• Оценки Министерства обороны США по экономии, которая может быть получена в результате использования MYP;

• Степень, в которой контракты MYP будут стимулировать производителей боеприпасов к инвестированию в расширение своих производственных мощностей;

• Другие возможные варианты (например, прямые ассигнования) для расширения своих производственных мощностей;

• Сокращение гибкости исполнительной власти и Конгресса для внесения изменений в программы закупок в ответ на изменение стратегических или бюджетных обстоятельств, которые могут возникнуть в результате использования контрактов MYP.

Программы ядерной модернизации

В бюджете Министерства обороны США на 2024 финансовый год запрошено 37,7 миллиарда долларов на определенные программы модернизации ядерной триады США для доставки оружия большой дальности. Такие программы включают:

программу LGM-35A Sentinel (ранее известную как наземное стратегическое сдерживание) для замены межконтинентальных баллистических ракет (МБР) LGM-30G Minuteman III;

программу подводных лодок с баллистическими ракетами (ПЛАРБ) класса Columbia для замены подводных лодок класса Ohio- ПЛАРБ;

бомбардировщик-невидимку B-21 Raider для замены бомбардировщиков B-1 Lancer и B-2 Spirit;

ядерную крылатую ракету большой дальности Stand-Off для замены крылатой ракеты воздушного базирования AGM-86, используемой на стратегических бомбардировщиках;

программу D5 по продлению срока службы баллистической ракеты подводного базирования Trident II.

Программы противоракетной обороны и Управление MYP

Бюджет Министерства обороны США на 2024 финансовый год запросил 14,8 млрд долларов на системы противоракетной обороны, что на 2,5 млрд долларов больше (20%), чем утвержденный уровень на 2023 финансовый год. К таким системам относятся:

перехватчики большой дальности, предназначенные для защиты территории США от межконтинентальных баллистических ракет;

системы малой дальности для защиты высотных районов (THAAD) и Aegis, предназначенные для защиты вооруженных сил США и их союзников за рубежом от ракет меньшей дальности.

Полномочия MYP по усовершенствованию ракетного сегмента (MSE) Patriot Advanced Capability (PAC-3)

Бюджет Министерства обороны США на 2024 финансовый год запросил разрешение на использование контрактов MYP, начало которых запланировано на 2024 финансовый год, на закупку не менее 693 модернизированных ракет класса «земля-воздух», известных как Patriot Advanced Capability (PAC-3) Missile Segment Enhancement (MSE). Контракт будет действовать в течение трехлетнего периода до 2026 финансового года с возможностью увеличения количества.

PAC-3 MSE, предназначенный для борьбы с баллистическими ракетами малой дальности, крылатыми ракетами и беспилотными летательными аппаратами, включает в себя:

перехватчик PAC-3 твердотопливный двигатель с более высокими характеристиками;

более чувствительные поверхности управления;

модернизированное программное обеспечение наведения и другое. улучшения.

Судостроение и морские системы

Бюджет министерства обороны США на 2024 финансовый год запросил 48,1 миллиарда долларов на судостроительные и морские программы, что на 7,3 миллиарда долларов больше (2%), чем реальный уровень на 2023 финансовый год. К такой системе относятся:

подводные лодки, в том числе атомные ударные подводные лодки (ПЛА) типа «Вирджиния», выполняющие различные задачи мирового и военного времени;

атомные подводные томные лодки с баллистическими ракетами (ПЛАРБ) типа «Колумбия», выполняющие задачи по ограничению нагрузки;

надводные корабли, в том числе атомные авианосцы (CVN) класса Ford, эсминцы класса Arleigh Burke (DDG), которые обычно возникают в условиях повышенной опасности;

фрегаты класса Constellation (FFG-62), которые обычно применяются в районах с меньшей интенсивностью;

вспомогательные суда, в том числе нефтяники класса John Lewis (TAO), которые доставляют топливо на надводные суда в море;

подводные лодки, поставляющие тома подводных лодок.

Самолеты и связанные с ними системы

Бюджет министерства обороны США на 2024 финансовый год запросил 61,1 миллиарда долларов для самолетов и соответствует с ними систем, что на 4,6 миллиарда больше (8%), чем примерной уровень на 2023 финансовый год. К таким относятся:

истребители F-35, F-15EX и F/A-18E/F;

заправщик KC-46 и грузовой самолет C-130;

такие винтокрылые машины, как ударный вертолет AH-64, многоцелевой вертолет UH-60;

грузовой вертолет СН-53К.

F-35 — это международная программа приобретения министерства обороны США

Департамент запросил 13,6 миллиарда долларов на приобретение в общей сложности 83 самолетов в 2024 финансовом году, включая 48 F-35A для ВВС и в общей сложности 35 F-35B и F-35C для ВМФ и Корпуса морской пехоты. В эту очередь также входит финансирование беспилотных летательных аппаратов, разведывательных платформ и других авиационных систем и вспомогательного оборудования.

Космические системы

Бюджет министерства обороны США на 2024 финансовый год запросил 26,1 миллиарда долларов для космических систем, что на 4,4 миллиарда долларов больше (20%), чем реальный уровень на 2023 финансовый год. Такие системы включают в себя спутники:

с солнечным инфракрасным излучением (OPIR) для обеспечения безопасности ракет, слежения и защиты в космической области;

спутниковой Глобальной системы местонахождения (GPS), которые оценивают местонахождение, навигации и времени военными и гражданскими пользователями;

пусковые услуги в рамках программ запуска космических объектов национальной безопасности и запуска программ ракетных систем, а также систем управления и контроля, наземных спутниковых терминалов и оборудования.

Наземные системы

Бюджет министерства обороны США на 2024 финансовый год запросил 13,9 миллиарда долларов для наземных систем, что на 1,3 миллиарда долларов больше (10%), чем реальный уровень на 2023 финансовый год. Такие системы включают в себя:

совместную легкую тактическую машину для замены частей парка высокомобильных многоцелевых колесных машин (HMMWV, «Хамви»);

модификации и усовершенствования армейского танка M-1 Abrams;

боевую машина-амфибия Корпуса морской пехоты для замены штурмовой машины-амфибии;

армейский бронированный многоцелевой автомобиль для замены бронетранспортера М-113.

Вывод из эксплуатации

Бюджетный запрос министерства обороны США на 2024 финансовый год содержит планы по выводу из эксплуатации или вывозу из эксплуатации (т. е. отсрочки) ряд типов случаев самолетов, кораблей, наземных транспортных средств и других систем, отчасти для закупки (т. е. инвестирования) новых оборонных технологий.

Министерство констатировало, что адаптация к меняющейся стратегической среде требует отказа от систем, чувствительных к выявлению выявлений, при разработке или расширении других систем для заполнения пробелов в возможных последствиях в таких сценариях. Из различных инициатив, которые, по оценкам, в общей сложности 4,6 млрд долларов США экономии потребления расходов, Министерство защищает интересы 3,8 млрд долларов США в рамках инициатив под названием «Обеспечение перехода к будущим возможностям» (EFCT). Цель EFCT состоит в том, чтобы избавиться от «оборудования, частичных или значительных системных ограничений или упора на жесткие программы и системы приобретения, чтобы модернизировать и/или финансировать закупки в поддержку более высоких приоритетов правительства».

В соответствии с EFCT в 2024 финансовом году армия откажется от:

систем обнаружения ракет воздушно-десантной разведки с малым усилением (ARL-E);

усовершенствованной системы разведки и наблюдения на средней высоте (EMARSS) для поддержки последующей платформы, известной как высокоточная система обнаружения и эксплуатации.

В соответствии с EFCT в 2024 финансовом году ВМС продадут:

два прибрежных боевых корабля;

три десантных корабля;

три ракетных крейсера;

несколько некорабельных систем (например, возможности траления вертолета MH-53E, деятельность которых планируется прекратить в 2027 финансовом году).

В соответствии с EFCT в 2024 финансовом году ВВС выведут из эксплуатации:

42 штурмовика A-10;

32 истребителя-невидимки пятого поколения F-22;

57 истребителей четвертого поколения F-15C/D; 48 беспилотных самолетов MQ-9;

некоторые другие системы.

Вопросы, связанные с военным строительством (MILCON)

В бюджете Министерства обороны США на 2024 финансовый год запрошено в общей сложности 16,7 млрд долларов США для финансирования проектов военного строительства (MILCON) и связанных с ними мероприятий, что на 2,3 млрд долларов США (12%) меньше, чем установленный уровень на 2023 финансовый год, без учета дополнительного финансирования. Министерство обороны запросило 14,7 миллиарда долларов на счетах MILCON и 1,9 миллиарда долларов на счетах для семейного жилья. По местоположению Министерство обороны запросило 8,8 миллиарда долларов для использования в Соединенных Штатах (37 из 50 штатов), 3,3 миллиарда долларов для использования за пределами Соединенных Штатов и 4,5 миллиарда долларов для неуказанных мест по всему миру.

Деятельность, связанная с климатом

В бюджете Министерства обороны США на 2024 финансовый год запрошено 5,1 миллиарда долларов для снижения рисков, связанных с климатом, путем финансирования нескольких мероприятий по повышению оперативных возможностей, устойчивости миссии и готовности. Этот запрос включал:

3,7 миллиарда долларов на обеспечение устойчивости и адаптации установок, чтобы улучшить способность военных объектов адаптироваться к сбоям в общественной инфраструктуре;

0,1 миллиарда долларов США на улучшения операционной энергии для повышения энергоэффективности существующих операционных платформ, отчасти для снижения потребностей в энергоснабжении развернутых сил;

1,3 миллиарда долларов на исследования, разработки, испытания и оценку (например, гибридные военные машины и технологии хранения энергии);

54,6 миллиона долларов на готовность к непредвиденным обстоятельствам для включения климатических рисков в военные игры, учения и другие инструменты планирования.

***

31 мая 2023 г. Министерство обороны США объявило новый пакет помощи Украине, который содержит ключевые возможности для защиты от российских авиаударов по критически важной инфраструктуре по всей стране.

Последний пакет на сумму до 300 миллионов долларов знаменует собой 39-ю списание оборудования Минобороны для Украины с августа 2021 года.

Недавно объявленная помощь последовала за недавними атаками беспилотников России, направленными на гражданскую инфраструктуру Украины вдали от линии фронта.

В комплект входят дополнительные боеприпасы для ЗРК Patriot, ЗРК Avenger, зенитные комплексы Stinger и ракеты AIM-7 для ПВО.

Пакет также включает в себя больше артиллерийских и противотанковых средств, а также высокоточные авиационные боеприпасы и другие предметы.

С начала СВО в феврале 2022 года администрация Байдена выделила Украине помощь в области безопасности на сумму более 37,6 млрд долларов.

*террористические организации, запрещённые в РФ

 

Елена Ларина, Владимир Овчинский

https://zavtra.ru/blogs/v_kakoe_oruzhie_vkladivaetsya_amerika

 


30.05.2023 Пентагон делает ставку на учёных и айтишников

 

      США приняли Стратегию национальной оборонной науки и технологий  

Шумиха с предполагаемым дефолтом в США закончилась. В последние дни мая 2023 года Байден договорился с республиканцами о скромном сокращении бюджета и некоторых расходов. Это сокращение не коснулось расходов на оборону, которые увеличатся в 2023 году до суммы, запрошенной Байденом на 2024 год. Расходы Пентагона на науку и развитие технологий на 2023 год выросли на 10 процентов и составили 130 млрд долларов.

9 мая 2023 года Пентагон опубликовал Стратегию оборонной науки и технологий (NDS).

Во введении к этой стратегии отмечено:

«Как явствует из Стратегии национальной безопасности и Стратегии национальной обороны (СНБО) 2022 года, Соединенные Штаты находятся в середине решающего десятилетия, когда будут определены условия геополитического соперничества между крупнейшими мировыми державами. Министерство обороны (DoD) будет продвигать свои приоритеты тремя взаимосвязанными способами — посредством интегрированного сдерживания, проведения кампаний и создания устойчивых преимуществ. Ускоренное развитие технологий и инновации являются ключевыми элементами для достижения приоритетов Министерства обороны с помощью этих стратегических способов и для обеспечения нашей национальной безопасности в долгосрочной перспективе. Лидерство США и союзников в области технологий и инноваций уже давно является частью нашего военного преимущества. Мы должны предпринять шаги, чтобы сохранить наше лидерство и противостоять нашим конкурентам, которые прямо нацелились на это преимущество. Чтобы ответить на этот вызов, NDS призывает к «широким и глубоким изменениям в том, как мы производим и управляем военным потенциалом… чтобы создать прочную основу для нашего военного преимущества».

В соответствии с NDS, наше оборонное научно-техническое предприятие должно «использовать асимметричные американские преимущества: наш предпринимательский дух и наше разнообразие и плюралистическую систему идей и генерации технологий, которые способствуют беспрецедентному творчеству, инновациям и адаптации». Благодаря этим асимметричным преимуществам мы будем создавать, анализировать, тестировать, приобретать и защищать знания и инструменты, необходимые для соответствия трем стратегическим направлениям NDS.

В этой Стратегии оборонной науки и технологий мы определяем способы повышения нашего конкурентного преимущества. Мы сосредоточимся на Совместной миссии, создадим и разместим возможности быстро и масштабно, а также обеспечим основу для исследований и разработок».

Вызов оборонной науки и технологий

«В прошлом лидерство Министерства обороны в науке и технологиях предоставляло Соединенным Штатам, нашим союзникам и партнерам непревзойденные возможности. Однако передовая наука и технологии теперь доступны во всем мире. Благодаря частным инвестициям компании по всему миру проводят исследования и разработки с коммерческими и оборонными приложениями двойного назначения. Эти изменения на коммерческих рынках изменили динамику того, как создаются передовые знания и инструменты для вооруженных сил, и как страны получают к ним доступ. Министерство обороны должно быть более активным в своем взаимодействии с частным сектором, чтобы делать правильные инвестиции для извлечения выгоды из новых технологий, а также предотвращать попытки злоумышленников сделать то же самое, защищая критически важные и новые технологии на ранних этапах цикла разработки.

Мы также должны решать все более сложные проблемы безопасности, связанные с наукой и технологиями. Эти проблемы варьируются от противодействия кибератакам до обеспечения безопасности наших цепочек поставок, от защиты от передовых наступательных технологий до устранения биологических угроз. Чтобы ответить на эти сложные вызовы, Министерству обороны необходимо не только укрепить свои связи с прочным фундаментом нашей страны в области науки и техники, но и изменить свои внутренние процессы, чтобы идентифицировать технологии и следить за тем, чтобы они превращались в полевые возможности. Как подчеркивается в NDS, Министерству обороны необходимо «пересмотреть свой подход к форсированию разработки, проектированию и методов управления бизнесом», перейдя к подходу, который «стимулирует проектирование открытых систем, которые могут быстро включать передовые технологии» и «вознаграждает за быстрые эксперименты, приобретение и развертывание».

Мы внесем необходимые коррективы в наши внутренние процессы, наше взаимодействие с базой технологических инноваций и нашу производственную позицию, чтобы справиться с новой динамикой этой эпохи стратегической конкуренции. Наша стратегия объединяет новые механизмы поддержки исследований и разработок с более эффективными путями приобретения и поддержки. В то же время мы избавимся от устаревших систем и оставим процессы, исключающие риск. Внесение этих изменений потребует от предприятия совместной работы по трём стратегическим направлениям:

1. Сосредоточиться на совместной миссии:

инвестировать в информационные системы;

установить процессы для тщательного анализа с учетом угроз, которые позволят Министерству лучше делать осознанный выбор в своих инвестициях в науку и технологии;

2. Быстро и масштабно создавать и внедрять возможности:

создавать более динамичную экосистему оборонных инноваций;

ускорять внедрение новых технологий в поле;

эффективно общаться внутри и за пределами Министерства.

3. Обеспечить основу для исследований и разработок:

нанимать, удерживать и развивать таланты;

оживить физическую инфраструктуру;

обновить цифровую инфраструктуру;

развивать более тесное сотрудничество между всеми заинтересованными сторонами.

В каждом направлении работы необходимо следовать следующим руководящим принципам:

Целью оборонной науки и технологий является усиление национальной безопасности и влияния. Хотя оборонная наука и технологии связаны с более широкой работой в области науки и технологий, они создают прочные военные преимущества, напрямую поддерживая национальную безопасность. Наши исследования и разработки всегда будут поддерживать эту основную цель.

Любой будущий бой будет совместным. Предприятие оборонной науки и технологий должно сотрудничать с компонентами канцелярии министра обороны (OSD), объединенным штабом, боевыми командованиями, оборонными агентствами и военными службами, чтобы ускорить развитие совместных боевых возможностей, которые решают ключевые проблемы, описанные в NDS. Главный технический директор Министерства обороны обладает уникальными возможностями для объединения сообществ по всему Министерству, чтобы сосредоточиться на исследованиях и инженерных задачах.

Международные союзники и отраслевые партнеры являются неотъемлемой частью американских исследований и разработок. Мы будем расширять возможности для совместных исследований и совместных разработок с нашими союзниками и партнерами. Мы также будем использовать нашу обширную инновационную экосистему в научных кругах, центрах исследований и разработок, финансируемых из федерального бюджета (FFRDC), научно-исследовательских центрах университетов (UARC), лабораториях Министерства обороны США, национальных лабораториях, некоммерческих организациях, коммерческой промышленности и других государственных ведомствах и агентствах.

Эффективная защита технологий предназначена для поддержки военных инноваций. Защита технологий жизненно важна для достижения устойчивого преимущества. Хотя мы должны идти на определенный риск, чтобы стимулировать инновации, мы также должны защищать конфиденциальные технологии и военные программы от кражи, утечки и эксплуатации нашими стратегическими конкурентами. Мы будем наращивать наше технологическое преимущество, используя тщательно продуманные средства контроля и тесно сотрудничая с нашими союзниками и партнерами, чтобы совместно и эффективно защищать наши коллективные исследования, разработки и инновации, включая концепции и возможности ведения боевых действий во время совместных экспериментов.

В 2022 году Министерство обороны определило эти критически важные технологические области для решения ключевых проблем национальной безопасности, с которыми сталкивается нация. Эти технологические области сгруппированы в три категории, которые представляют собой широкие подходы, необходимые для продвижения технологий, имеющих решающее значение для Министерства:

(1) исходные области новых возможностей, включая биотехнологии, квантовую науку, беспроводную связь будущего поколения и передовые материалы;

(2) области эффективного внедрения, в которых активно ведется коммерческая деятельность, включая надежный искусственный интеллект и автономию, интегрированные сетевые системы систем, микроэлектронику, производство и хранение возобновляемой энергии, передовые вычисления и программное обеспечение; и человеко-машинные интерфейсы;

(3) специальные области обороны, включая направленную энергию, гиперзвук, комплексное зондирование и киберпространство. Сосредоточив усилия и инвестиции в эти критически важные технологические области, Министерство ускорит передачу ключевых возможностей военным службам и боевому командованию.

Ни одна критическая технология не является автономной возможностью, и ни одна рекомендация не должна рассматриваться как статическая. Вместо этого необходима непрерывная и тщательная оценка, чтобы гарантировать, что Министерство обновляет свои научные и технологические приоритеты на основе наилучших доступных данных и аналитических возможностей. Это позволит Министерству обороны сосредоточиться на правильных технологиях для стратегической конкуренции.

Критические технологические области:

Биотехнологии;

Квантовая наука;

Будущее G;

Передовые материалы;

Интегрированные сетевые системы систем;

Надежный ИИ и автономия;

Космические технологии;

Производство и хранение возобновляемой энергии;

Микроэлектроника;

Передовые вычисления и программное обеспечение;

Человеко-машинные интерфейсы;

Направленная энергия;

Гиперзвук;

Комплексное зондирование и кибербезопасность

Анализ

Чтобы создать устойчивые преимущества для объединенных сил в условиях ограниченных ресурсов, мы должны установить методологический процесс для определения приоритетности инвестиций в возможности с наибольшим потенциалом для удовлетворения текущих и будущих потребностей в боевых действиях. Правильные инвестиции в технологии потребуют от Министерства обороны использования аналитических возможностей моделирования и симуляции для информирования наших оценок новых технологий, которые имеют большую эксплуатационную ценность. Разработка высокоточных системных моделей и симуляций на уровне кампании поможет нам определить возможности и определить вклад конкретных технологий в миссию. Интеграция моделей, основанных на физике, в модели системы систем на уровне кампании повысит точность наших оценок. Эти надежные модели и симуляции будут сочетаться с комплексными усилиями по наблюдению за технологиями и поиску горизонтов для обоснования будущих инвестиций в критически важные технологии.

Совместный эксперимент

Сам по себе анализ не может улучшить нашу способность сражаться и побеждать. Министерство обороны будет усиливать и ускорять свои возможности по преобразованию совместных концепций ведения боевых действий в возможности посредством непрерывных и итерационных совместных экспериментов для достижения целей NDS. Исследовательское и инженерное предприятие Министерства обороны будет использовать лучшие и самые яркие из военных служб, боевых командований, Объединенного штаба, компонентов OSD и промышленности для определения многообещающих совместных решений и технологий, которые готовы к созданию прототипов и экспериментов в полевых условиях. Эти усилия будут уделять особое внимание созданию прототипов и экспериментированию с возможностями, необходимыми для реализации видения, изложенного в NDS.

Скорость внедрения

Министерство обороны не может допустить, чтобы полезные исследования томились в лаборатории, чтобы бюрократические процессы препятствовали взаимодействию с инновационными частными компаниями или позволяли старым парадигмам препятствовать сотрудничеству с некоторыми из наших самых надежных партнеров. Вместо этого Министерство обороны внесет изменения, необходимые для создания более динамичной экосистемы, которая привлечет новых партнеров для расширения нашей базы исследований и сотрудничества. Мы также пересмотрим наши парадигмы защиты технологий, чтобы привлечь наших самых надежных союзников и партнеров, одновременно усиливая меры защиты наших критически важных технологий, которые способствуют нашему военному преимуществу. Чтобы повысить динамичность экосистемы и повысить эффективность исследований, мы будем постоянно общаться с нашими союзниками и партнерами, чтобы создавать больше возможностей для сотрудничества.

Мы не можем бесконечно искать изысканные возможности за счет прагматичных решений. Министерство обороны ускорит процесс превращения идей в возможности, создав новые пути для быстрого экспериментирования с асимметричными возможностями и предоставления новых технологий в масштабе. Для этого необходимо, чтобы мы перекинули мост через долину смерти между прототипами и полномасштабным производством. Мы преодолеем долину смерти, улучшив согласование научно-исследовательских и инженерных процессов с Долинами смерти в оборонных инновациях, приобретениях и процессах поддержки. Это требует более тесного взаимодействия между учеными-исследователями и инженерами и офицерами по закупкам и поддержке, а также руководителями программ, а также слаженной работой с промышленностью и военными. Министерство обороны должно способствовать созданию более динамичной инновационной экосистемы, используя командную работу, в которую входят наши союзники и партнеры, исследовательские сети и промышленность. Синхронизация наших процессов и систем позволит Министерству обороны постоянно переводить совместные решения на закупки.

Более эффективная экосистема

В соответствии с нашими руководящими принципами Министерство обороны не будет заниматься исследованиями и разработкой военного потенциала в одиночку, а вместо этого продолжит опираться на нашу обширную сеть союзников и партнеров, чтобы усилить конкурентное преимущество, которое наша инновационная экосистема предоставляет Соединенным Штатам. Динамичная инновационная экосистема зависит от четкой коммуникации, чтобы гарантировать, что партнеры получают точную информацию и могут создавать дополнительные процессы для обеспечения эффективного сотрудничества. Настоящие инновации требуют новых подходов к решению сложных проблем, которые часто возникают в неожиданных обстоятельствах. Создание динамичной экосистемы, включающей многочисленных партнеров и поощряющей перекрестное сотрудничество, создаст больше возможностей для появления идей. Мы будем расширять партнерские отношения как с традиционными, так и с нетрадиционными участниками оборонной инновационной экосистемы. Эти партнерские отношения включают: академические круги, FFRDC, UARC, национальные лаборатории, инновационные центры военных служб, некоммерческие организации, коммерческую промышленность, другие государственные ведомства и агентства, а также наших международных союзников и партнеров. В то же время мы понимаем, что увеличение числа участников инновационной экосистемы повысит связанный с этим риск несанкционированной передачи технологий, что требует от Министерства обороны принятия мер для обеспечения наличия достаточных средств защиты технологий и демонстрации партнерами способности и намерение защитить чувствительные и важные технологии.

Сотрудничество с международными союзниками и партнёрами

Мы знаем, что стратегическое преимущество США в достижении наших целей в области национальной безопасности и сохранении нашего технологического превосходства заключается в наших отношениях с союзниками и партнерами. Мы будем и дальше укреплять наше научно-техническое оборонное сотрудничество с союзниками и партнерами в рамках как двусторонних, так и многосторонних инициатив, включая наших союзников по Организации Североатлантического договора (НАТО) в Организации НАТО по науке и технологиям (STO), Австралийско-Соединенное Королевство (Великобритания) – Партнерство Соединенных Штатов (AUKUS), давняя программа «Пять глаз» (Австралия, Канада, Новая Зеландия, Великобритания и США), альянс Программы технического сотрудничества (TTCP), Четырехсторонний диалог по вопросам безопасности (QSD) с Австралией, Индии, Японии и США, а также новые инициативы, такие как Акселератор оборонных инноваций НАТО для Северной Атлантики (DIANA).

Министерство обороны будет стремиться расширить эти двусторонние и многосторонние обязательства для создания новых научно-технических партнерских отношений со странами, которые разделяют наши ценности, внедряют инновации для создания новых технологий и привержены защите технологий от конкурентов, стремящихся подорвать наши преимущества. При этом мы продолжим делиться нашими соответствующими приоритетами и определять возможности для обмена информацией и техническими вопросами, а также искать возможности для совместного создания прототипов, экспериментов и совместной разработки. Сотрудничество в области оборонной науки и техники с нашими союзниками и партнерами поможет создать дополнительные возможности, увеличить общие производственные мощности и укрепить нашу общую приверженность интегрированному сдерживанию и, следовательно, его надежность.

Нетрадиционные партнёрства

Мы должны проложить новые пути для применения технологий двойного назначения, решающих проблемы национальной безопасности. Подразделение оборонных инноваций (DIU), AFWERX ВВС США, NavalX ВМС США, Управление оперативных возможностей и критических технологий армии США (RCCTO), XTECH армии США, SOFWERX Командования специальных операций США, SpaceWERX Космических сил США и другие сотрудники Департамента активно привлекают коммерческие компании для выявления возможностей использования их технологий двойного назначения в военных целях. Чтобы продвигать совместные решения, Министерство обороны разработает новые процессы, процедуры и форумы, чтобы более тесно связать участников этой инновационной экосистемы друг с другом. Кроме того, Министерство обороны будет использовать инновационный потенциал малого бизнеса нашей страны, расширяя взаимодействие с этим сообществом и инвестируя в него, чтобы поддержать их способность создавать прототипы и масштабировать свои продукты в производство.

Рынки частного капитала могут недостаточно инвестировать в американские инновации в некоторых критически важных технологиях, особенно в тех, которые имеют уникальное военное применение. Потенциальные рыночные сбои мешают Министерству обороны формировать партнерские отношения для финансирования создания прототипов технологий, критически важных для национальной безопасности. Чтобы создать необходимую инновационную среду для этих технологий, Министерство обороны должно найти новые пути для инвестиций, чтобы расширить доступ США к развитию оборонного потенциала. Министерство выявит и расставит по приоритетам технологические пробелы, которые недофинансированы, вверх и вниз по цепочке поставок. Затем Министерство обороны объединит стратегический капитал Министерства обороны с рынками частного капитала, чтобы заполнить эти пробелы, расширить доступ Министерства обороны к важнейшим технологиям и защитить важнейшие отрасли от хищнических иностранных инвестиций.

Инновации в промышленных процессах

Создание устойчивых преимуществ требует не только улучшения конечной продукции, но и инноваций в промышленном производстве. Чтобы улучшить производственные процессы для обороны, одновременно удовлетворяя текущие и будущие потребности Объединенных сил, Министерство обороны создало девять институтов производственных инноваций (MII) в рамках государственно-частных партнерств. Эти MII Министерства обороны США направлены на совершенствование производственных технологий и процессов, создание прочных вспомогательных экосистем и создание передовой экосистемы оборонных инноваций.

Постоянная переходная возможность

Переход возможностей от исследований и разработок к производству требует непрерывных кампаний по созданию прототипов и экспериментов для раннего выявления возможностей, обеспечивающих эксплуатационные преимущества. Быстрые инновации — это непрерывный цикл, который требует от Министерства обороны совершенствования своего подхода, чтобы быть более вовлеченным в процесс перехода на новые технологии. По мере того, как мы экспериментируем с появляющимися технологическими прототипами, мы будем использовать обратную связь от конечных пользователей на раннем этапе и часто, чтобы находить и устранять проблемы и принимать ранние решения о перераспределении ресурсов, если прототип окажется бесполезным. Используя эту обратную связь в своих интересах, мы ускорим переход технологий, имеющих наибольшую эксплуатационную ценность, от прототипов к продуктам и подготовим их к производству и приобретению на раннем этапе.

Чтобы ускорить эту работу, Управление заместителя министра обороны по исследованиям и разработкам будет сотрудничать с заместителем министра обороны по закупкам и обеспечению для разработки новых процессов, процедур и форумов для обеспечения тесного сотрудничества с военными службами и приобретением OSD. и сообщества поддержки, чтобы возглавить быстрое развертывание возможностей на скорости и в масштабе.

Предметное общение

У нас есть множество аудиторий, с которыми мы можем поговорить и услышать из Министерства, Конгресса, государственных ведомств и агентств США, представителей промышленности, академических кругов, союзников и партнеров и, прежде всего, американской общественности. Эффективная коммуникация имеет жизненно важное значение для обеспечения того, чтобы обширная сеть, составляющая нашу инновационную экосистему, могла эффективно и совместно решать самые насущные проблемы, с которыми сталкиваются военные и которые будут сталкиваться в ближайшие годы. Кроме того, коммуникация гарантирует, что Министерство обороны получает полезную обратную связь, которая улучшает процесс принятия решений Департаментом в отношении возможностей, которые он стремится создавать, внедрять и обрабатывать улучшения для обеспечения эффективного партнерства. Четкая коммуникация также помогает принимать решения об инвестициях в отрасли и у наших международных партнеров, усиливает защиту технологий и усиливает надежное сдерживание.

Для улучшения коммуникации внутри Министерства мы будем использовать возможности таких структур как Руководящая группа по инновациям (ISG). ISG была создана заместителем министра обороны, чтобы обеспечить форум для обсуждения исследовательских и инженерных вопросов в военных службах, Объединенном штабе и боевых командованиях. Министерство будет продолжать использовать ISG для проведения изменений через научно-исследовательские и инженерные предприятия, чтобы улучшить положение Министерства обороны для стратегической конкуренции.

За пределами Министерства мы будем улучшать связь с промышленностью и академическими кругами не только за счет большего обмена информацией, но и за счет повышения прозрачности наших основных оперативных проблем. Министерство обороны будет активно стремиться к взаимодействию с прессой, торговыми ассоциациями, научными конференциями и дискуссиями с руководителями малых, средних и крупных технологических компаний. Мы также будем укреплять наши связи с другими государственными организациями, такими как Министерство энергетики, Государственный департамент и Министерство торговли, для защиты действий Министерства обороны, которые позволяют достичь наших целей комплексного сдерживания, проведения кампаний и устойчивого преимущества. Мы определим области, представляющие взаимный интерес, поскольку каждый из нас будет решать общие проблемы. Министерство будет продолжать использовать внешние консультативные группы, такие как Совет по оборонным наукам и Совет по оборонным инновациям, для проведения независимых оценок и предоставления внешних рекомендаций.

В соответствии с нашими всеобъемлющими интересами национальной безопасности и руководящими принципами настоящей Стратегии мы готовы пойти на больший риск, чтобы делиться большим объемом информации с союзниками и партнерами, которые делятся с нами конфиденциальной информацией и защищают ее. Министерство обороны активно участвует в усилиях по решению проблемы чрезмерной секретности с целью защиты секретной информации при расширении сотрудничества с союзниками и партнерами.

Наконец, сигнализация нашим противникам важна, когда речь идет о военном потенциале. Мы продолжим использовать неопределенность в своих интересах, усложняя военные приготовления наших конкурентов. Мы также будем принимать обдуманные решения о том, что скрывать и раскрывать и когда это делать, используя науку и технологии, чтобы как успокоить наших союзников, так и сдержать потенциальных противников.

Защита важнейших технологий

Наши конкуренты в равной степени осознают силу нашей инновационной экосистемы и активно пытаются приобретать технологии в Соединенных Штатах законными и незаконными способами. Сохранение нашего технологического преимущества требует от Министерства обороны обеспечения принятия соответствующих мер безопасности для защиты конфиденциальных технологий и военных программ от кражи интеллектуальной собственности, утечки и эксплуатации технологий. Ни Министерство обороны, ни остальная часть правительства США не могут защитить технологии в одиночку. Мы должны работать в тесном сотрудничестве с партнерами и союзниками в правительстве, промышленности и научных кругах дома и за рубежом. Мы уверены, что Америка и наша беспрецедентная сеть союзников и партнеров могут превзойти стратегических конкурентов и внедрить инновации, в полной мере используя преимущества открытой науки, совместных исследований и свободного предпринимательства, и в то же время предпринимая шаги для обеспечения нашего технологического прогресса. и инновации не идут на пользу военным наших стратегических конкурентов.

Лабораторная и испытательная инфраструктура

Мы должны сделать фундаментальные инвестиции в оборудование и средства, необходимые для обнаружения и тестирования новых возможностей. Наша инфраструктура должна быть модернизирована, чтобы можно было проводить тесты, моделирующие способность объединенных сил бороться с деградацией сети. У нас должны быть возможности и возможности для внедрения новых концепций и новых способов тестирования, которые потребуются появляющимся технологиям. Эти инвестиции не только привнесут новые возможности в нашу инфраструктуру, но и помогут привлечь и удержать наиболее востребованные таланты.

Союзники и партнеры, а также промышленность являются неотъемлемой частью нашей лабораторной и испытательной инфраструктуры. Мы стремимся предоставить нашим самым надежным союзникам и партнерам более широкий доступ к нашей лабораторной и тестовой инфраструктуре, чем когда-либо прежде, разделяя и защищая вместе, а не поглощая скудные ресурсы и таланты между собой. Работая вместе, мы расширим возможности для очистки объектов, повысим прозрачность наших цепочек поставок, устраним самые слабые звенья и обеспечим целостность и безопасность исследований, разработок и производственной инфраструктуры в правительстве, промышленности и научных кругах.

Модернизация цифровой инфраструктуры

Мы продолжим модернизировать нашу цифровую инфраструктуру для улучшения обмена информацией и управления знаниями. Облачные вычисления и обмен данными станут нормой в соответствии со Стратегией цифровой модернизации Министерства, Стратегией цифровой инженерии, Стратегией данных и Стратегией кибербезопасности. При необходимости мы будем консультироваться с союзниками и партнерами для создания общих платформ, которые продвигают совместные исследования и разработки.

Технологические стандарты и протоколы являются основой нашей цифровой инфраструктуры, национальной безопасности и экономического процветания. По мере модернизации нашей цифровой инфраструктуры мы вновь будем участвовать в органах по стандартизации, которые устанавливают технические спецификации. Мы также будем призывать промышленность, научные круги, союзников и партнеров к более активному участию в установлении стандартов. Работая с нашими союзниками и партнерами, мы продолжим формировать международные «правила дорожного движения».

Рабочая сила

Наши люди необходимы для обороны и научных технологий. Таланты и опыт, которые нам нужны, распределены по всему миру, мобильны и пользуются большим спросом. Чтобы конкурировать, Министерство должно широко инвестировать в эту рабочую силу и развивать технически мыслящих и опытных лидеров, которые понимают, как выявлять таланты.

Мы также предоставим нашим ученым и инженерам возможность развивать свои знания и навыки. Мы будем наращивать совместные усилия с частным сектором, такие как стипендия Defense Ventures. Мы также будем более тесно сотрудничать с FFRDC и UARC, а также с промышленностью посредством таких программ, как Программа обмена инженерами и учеными (ESEP). Мы модернизируем обучение, чтобы развивать технические навыки, необходимые нашим сотрудникам для успешной карьеры в 21 веке. Используя преимущества обучения в инновационной экосистеме, мы можем более чем идти в ногу с быстрыми изменениями в науке и технологиях.

Инвестиции в персонал завтра

Образование является еще одним краеугольным камнем для создания устойчивого преимущества. Мы будем инвестировать в завтрашнюю рабочую силу на всех уровнях образования. Развитие навыков в раннем возрасте через соревнование имеет решающее значение для возбуждения и поощрения учащихся к карьере в области науки, технологий, инженерии и математики (STEM). В рамках таких программ, как Консорциум оборонного образования STEM (DSEC), Национальная программа оборонного образования (NDEP) и Программа «Наука, математика и исследования для трансформации» (SMART), мы будем и дальше инвестировать в наш кадровый потенциал STEM, который имеет решающее значение для безопасности нашей страны.

Основные программы

Программа SMART Scholarship-for Service направлена на то, чтобы привлечь больше высококвалифицированных специалистов STEM в гражданскую рабочую силу Министерства обороны США. Эта конкурентоспособная стипендия спонсирует студентов в одной из 24 областей STEM, критически важных для национальной безопасности. Отобранные студенты подбираются к соответствующему объекту Министерства обороны США и получают стипендию на полное обучение. Каждое лето они стажируются в этом учреждении Минобороны, учатся и строят отношения. По окончании учебы они идут работать на эту установку в течение периода, соответствующего их стипендии: один год стипендии равен одному году оплачиваемой службы.

Комментарии Е.Л., В.О. к Стратегии:

Почему появилась эта, по–существу, «догоняющая» стратегия?

Ответ дает Сиддхартха Кази, который написал для The National Interest статью «Как американцы могут заново изобрести свой подход к технологическим инновациям» (21.05.2023 ).

В 1954 году учёные Bell Labs в США изобрели первую кремниевую солнечную панель. К 1978 году американские фирмы производили более 95 процентов мирового рынка солнечной энергии. Тем не менее, несмотря на это первоначальное доминирование, к 2021 году американские фирмы произвели лишь ничтожные 6 процентов. Вместо этого Китай контролирует 70 процентов мирового производства. Похожую историю можно увидеть и с гиперзвуковыми ракетами: технология изначально была разработана в Америке в 1960-х годах, но в настоящее время Америке приходится «наверстывать упущенное очень быстро». Согласно отчету Австралийского института стратегической политики, такая ситуация настолько распространена, что Китай лидирует в тридцати семи из сорока четырех основных новых технологий.

Несмотря на то, что Соединенные Штаты продолжают тратить на исследования и разработки (НИОКР) больше всех стран, Соединенные Штаты отстают в развитии новых технологий. Проблема не в недостатке расходов на НИОКР, а в неспособности внедрять новые технологии или сохранять преимущество на рынке по сравнению с другими странами. Другими словами, Пишет Кази, «мы по-прежнему являемся величайшими новаторами в мире, но мы не можем успешно коммерциализировать наши инновации». Основными причинами этого являются переход от промышленной политики к научной политике, консолидация промышленности и недостаток финансирования малых и средних предприятий. «Если мы хотим скорректировать курс, необходимо взглянуть на историю НИОКР в США».

В 1950-х и 1960-х годах федеральное правительство США, особенно Министерство обороны, играло активную роль в содействии инновациям, будучи «первым покупателем» многих новых технологий и поощряя обмен технологиями между фирмами. Например, первым рынком сбыта транзисторов было НАСА, которое купило все транзисторы в мире в 1962 году для миссий «Аполлон». Совсем недавно НАСА использовало аналогичный метод в своей программе коммерческих орбитальных транспортных услуг (COTS), которая поощряет коммерческие космические полеты, покупая транспортные средства для перевозки грузов и экипажа для Международной космической станции. Одним из крупных успехов этой программы стала компания SpaceX, чьим первым крупным успехом стала разработка Falcon 1 по контракту COTS в 2006 году, демонстрируя, что эта концепция так же жизнеспособна сегодня, как и в 1960-х годах. Кроме того, Министерство обороны часто способствовало обмену знаниями между фирмами и исследователями, особенно с помощью контрактов из вторых источников, т. е. контрактов, которые предусматривали, что любая новая технология, приобретаемая Министерством обороны, должна производиться как минимум двумя фирмами, что создавало избыточность в цепочке поставок.

Между тем, большая часть исследований проводилась крупными корпоративными лабораториями, а не академическими кругами: в 1960-х годах DuPont выдала больше патентов, чем Калифорнийский технологический институт или Массачусетский технологический институт вместе взятые. Это, в сочетании с уже крупной промышленной базой, позволило Соединенным Штатам сохранить технологическое преимущество, быстро создав новый рынок для технологий и быстрое создание экосистемы поставщиков. После первоначального создания рынка долгосрочная коммерциализация и конкурентоспособность были более или менее оставлены рынку. Поскольку у Соединенных Штатов была почти монополия на многие высокотехнологичные продукты, такие как полупроводники и солнечные батареи, вмешательство государства было мало нужно. Однако это привело к периоду самоуспокоенности в 1970-х годах, который быстро закончился иностранной конкуренцией со стороны Японии в 1980-х годах.

Конкуренция заставила правительство США сместиться преимущественно в сторону «научной политики», при которой академические круги будут обеспечивать основную часть исследований, и эти исследования будут в основном сосредоточены на фундаментальных науках без непосредственного применения. По сути, стоимость базовых НИОКР возмещалась с уровня компании правительству. Между тем, крупные компании консолидировали цепочки поставок, а внедрение новых технологий было оставлено на усмотрение мелких фирм без особого руководства со стороны правительства. Этот подход первоначально работал в определенных секторах. Например, в 1990-е годы Америка фактически вернула себе господство в производстве полупроводников. Однако в долгосрочной перспективе это не удалось. По состоянию на 2021 год на Intel приходилось 19 процентов мировых расходов на исследования и разработки в области полупроводников, но все же уступили передовые позиции в чиповых процессах TSMC и Samsung. То же самое произошло и с производством солнечных панелей: несмотря на то, что Соединенные Штаты превосходили Японию в исследованиях и разработках каждый год, кроме одного с 1980 по 2001 год, Соединенные Штаты все еще теряли свою долю рынка. Короче говоря, акцент на эффективности сработал слишком хорошо. Консолидация цепочек поставок технологий затруднила для компаний внедрение инноваций, поскольку для небольших фирм стало невозможным тестировать новые усовершенствования процессов и «продвигать их вверх по цепочке». Кроме того, сосредоточение внимания только на фундаментальных исследованиях означало, что быстрая коммерциализация отошла на второй план, позволив другим странам установить преимущество первопроходца и сохранить его, повторяя уже коммерциализированную технологию.

Из этих неудач можно сделать вывод, что, если Соединенные Штаты хотят восстановить свое лидерство, им нужно будет сместить свою исследовательскую политику обратно в сторону того, чтобы государство поощряло коммерциализацию новых технологий, наряду с преднамеренным созданием избыточности в цепочках поставок для поддержания инновации. Однако Вашингтон должен пойти дальше неорганизованной выплаты разовых грантов или фактического сосредоточения внимания на Министерстве обороны. Наоборот, коммерциализация должна быть столь же целенаправленной и институционализированной, как фундаментальные исследования сегодня в таких организациях, как Национальный научный фонд.

Хорошим примером для подражания в этом отношении является общество Фраунгофера в Германии. Основанная в 1949 году, организация занимается преодолением разрыва между исследованиями и промышленностью, связывая ученых с компаниями и венчурными капиталистами, или венчурными капиталистами, а также финансируя масштабирование технологий, которые слишком рискованны для венчурных фирм. Это достигается за счет двусторонних контрактных исследований (компания нанимает институт для конкретной исследовательской задачи), спин-офф компаний, основанных сотрудниками Фраунгофера, лицензирования технологий компаниям, перевода персонала в промышленность и «инновационных кластеров», куда объединяются разные компании вместе, чтобы установить общие стандарты или иным образом координировать свои действия для взаимной выгоды. Важно, что 70 процентов - часть финансирования Общества Фраунгофера поступает за счет отраслевых контрактов, доходов от интеллектуальной собственности или государственных исследований. Это побуждает организацию быть динамичной и предприимчивой в подходе к проблемам. Подобный подход хорошо сработал бы в Соединенных Штатах, - считает Кази, - сэкономив доллары налогоплательщиков и привлекая таланты как из академических кругов, так и из мира венчурного капитала.

Пентагон ориентируется на инновационную политику НАТО

Пентагон добивается разрешения внести свой вклад в ускоритель оборонных технологий НАТО, который организация создала в 2022 году для поддержки сотрудничества между союзными странами в области новых технологий, таких как гиперзвук, искусственный интеллект, космос и квантовые технологии.

Запрос — часть пакета законодательных предложений, направленных в Конгресс в конце апреля 2023 года и размещенных в Интернете 16 мая 2023 года, — требует разрешения на участие в Ускорителе оборонных инноваций для Северной Атлантики, известном как DIANA.

«Разрешение Министерству обороны США участвовать в инициативе НАТО DIANA будет способствовать реализации некоторых важных элементов повестки дня НАТО», — говорится в предложении Министерства обороны США. «В отсутствие новых законодательных полномочий, принятых в результате этого важного законодательного предложения, Соединенные Штаты не смогут участвовать в DIANA или других жизненно важных, последующих, совместно финансируемых программах исследований и разработок НАТО».

Согласно предложению, департамент хочет выделить DIANA 12,5 млн долларов в 2024 финансовом году и еще 35 млн долларов в период между 25 и 28 финансовыми годами.

Усилия финансируются совместно, что означает, что НАТО не черпает средства из общего фонда, в который должны вносить взносы союзники. Вместо этого страны-члены выбирают, платить ли DIANA.

В феврале 2022 года Пентагон назначил Джеффри Синглтона, главного представителя США и главу делегации в Совете по науке и технологиям НАТО, представителем США в совете директоров DIANA.

В марте 2023 года Defense News сообщило, что осенью 2023 года DIANA запустит свою первую серию соревнований, которые должны пройти в пяти городах: Таллинне, Эстония; Турин, Италия; Копенгаген, Дания; Бостон; и Сиэтл.

Во время мероприятий компании будут использовать новейшие технологии для решения реальных задач в области обороны. НАТО планирует пригласить участников подать заявку на участие в конкурсе этим летом.

Технологические приоритеты DIANA на 2023 год включают энергосбережение, датчики, наблюдение и безопасный обмен информацией. Наряду с расширением партнерских отношений с НАТО в области развития технологий DIANA также создает программу грантов для поддержки стартапов с проектами, ориентированными на оборону или деятельность, связанную с НАТО.

Программа имеет более 100 аффилированных испытательных центров почти в каждой стране, являющейся партнером НАТО. В том числе 28 ускорителей «глубоких технологий», два из которых расположены в Северной Америке.

Проверка новых технологических решений на поле боя

The New York Times (21.05.2023) проанализировал, как небольшие, динамично развивающиеся американские технологические фирмы используют войну на Украине, чтобы продемонстрировать новое поколение военных систем, но сталкиваются с проблемой продажи их не склонному к риску Министерству обороны.

Capella Space, стартап из Сан-Франциско, строит парк небольших недорогих спутников, которые могут отслеживать войска, когда они передвигаются ночью или под облачным покровом, через который не могут видеть традиционные оптические спутники.

Fortem Technologies, небольшая аэрокосмическая компания из Юты, хочет поставить Пентагону беспилотный летательный аппарат нового типа, способный выводить из строя вражеские дроны.

HawkEye 360, базирующаяся в Вирджинии фирма, использовала фонды прямых инвестиций для запуска собственных спутников, которые используют радиоволны, излучаемые оборудованием связи и другими электронными устройствами, для обнаружения скопления войск противника.

Каждая из этих систем проходит испытания в реальных условиях в войне на Украине, заслуживая одобрения со стороны высокопоставленных государственных чиновников и проверяя инвесторов, которые вкладывают деньги в эту область.

Но они столкнулись с серьезной проблемой на другом поле битвы: медлительная, не склонная к риску бюрократия Пентагона, занимающаяся военными закупками.

Когда дело доходит до дронов, спутников, искусственного интеллекта и других областей, начинающие компании часто предлагают Пентагону более дешевые, быстрые и гибкие варианты, чем системы вооружений, производимые горсткой гигантских подрядчиков, на которые обычно опирается Пентагон.

Но в то время как военные предоставили небольшие гранты и краткосрочные контракты многим стартапам, срок действия этих соглашений часто истекает слишком быстро, и они недостаточно велики для того, чтобы молодые компании могли оплачивать свои платежные ведомости или расти так быстро, как ожидают их венчурные инвесторы. Некоторые из них были вынуждены уволить людей, что замедлило развитие новых технологий и средств ведения войны.

Поскольку Соединенные Штаты стремятся сохранить свое преимущество в сфере национальной безопасности перед Китаем, Россией и другими соперниками, руководители Пентагона только сейчас начинают понимать, как привнести дух Силиконовой долины в неуклюжий военно-промышленный комплекс.

«Такого рода изменения не всегда происходят так гладко и быстро, как мне бы хотелось», — признался министр обороны Ллойд Дж. Остин III во время декабрьской (2022 г.) речи в Сими-Вэлли, штат Калифорния, на которой присутствовали руководители многих стартап технологических компаний. 

Такого рода изменения не всегда происходят так гладко и быстро, как мне бы хотелось, признал министр обороны Ллойд Дж. Остин III.

Нынешние и бывшие высокопоставленные чиновники Пентагона признали в интервью NYT, что Министерству обороны по-прежнему часто требуются годы планирования и решения Конгресса о финансировании, прежде чем оно будет покупать продукты у стартапов в количествах, достаточных для поддержания их бизнеса.

Руководители отрасли называют свою ситуацию «Долиной смерти», где медленные темпы заключения государственных контрактов могут привести к истощению их финансирования в ожидании решений. Один из стартапов из Сан-Франциско, Primer Technologies, создает инструмент искусственного интеллекта, который анализирует тысячи часов незашифрованных российских радиопереговоров, чтобы помочь найти цели, но изо всех сил пытается удержаться на плаву, ожидая крупных оборонных контрактов.

«Небольшие компании не могут просто сидеть и сложа руки в течение двух или трех лет, пока наш контракт не будет заключен», — заявила Хайди Шью, заместитель министра обороны по исследованиям и разработкам, в конце 2022 года на Форуме национальной обороны имени Рейгана.

Чиновников Пентагона, отвечающих за закупки, также научили избегать риска после десятилетий скандалов, связанных с завышенными ценами на сиденья для унитазов, неработающими кораблями и другими фактами коррупции. Эта культура не подходит технологическим компаниям, которые преуспевают в инновациях, скорости и постоянном обновлении своих продуктов.

С первых месяцев войны спутниковый интернет-сервис SpaceX Starlink, основанный Илоном Маском, играл решающую роль для передовых украинских войск. Но небольшие беспилотники и более плотная группа спутников также помогают обеспечить возможность всеобъемлющего наблюдения, позволяя Украине постоянно выявлять и отслеживать угрозы и цели.

Новое поколение более дешевых и точных ударных дронов, несущих бомбы, может автономно слоняться по воздуху, пока не найдет свои цели. Компьютерные системы с искусственным интеллектом могут объединять эти собранные данные и другие потоки для принятия решений о нацеливании быстрее, чем любой человек.

В совокупности, сказал Томас Х. Хаммес, изучающий историю войн в поддерживаемом Пентагоном Университете национальной обороны, эти события представляют собой «настоящую военную революцию», и она происходит гораздо быстрее, чем переход от пехоты к ногой в Первой мировой войне моторизованным и механизированным армиям Второй мировой войны. 

Беспилотный летательный аппарат компании Fortem использовался в Украине для перехвата боевых беспилотников иранского производства.

Американская технология на фото поступает в Украину по различным каналам. К ним относятся пожертвования компаний, прямое приобретение украинским правительством или группами, которые его поддерживают, или закупки правительством США, которое затем отправляет их в Украину.

Таким же путем поступают на Украину коммерческие спутники, которые доставляют традиционные фотографические изображения российской боевой техники и войск от таких компаний, как Maxar Technologies, BlackSky и Planet Labs, которым удалось выиграть миллиарды долларов в рамках государственных контрактов.

Правительство Соединенных Штатов годами запускало в космос передовые спутники, возможности которых до сих пор превосходят возможности коммерческих компаний. Но примерно пять лет назад игроки частного сектора, такие как Capella, начали запускать более мелкие, дешевые и быстро строящиеся объекты, предлагая более частое покрытие мира, чем может обеспечить даже правительство США.

Это действительно первая крупная война, в которой коммерчески доступные спутниковые снимки могут сыграть значительную роль в предоставлении из открытых источников информации о передвижении войск, наращивании военной мощи в соседних странах, потоках беженцев и многом другом.

Ближе к земле небольшие беспилотники, производимые растущим списком американских компаний, включая AeroVironment, Skydio, Shield AI, Teal Drones, BRINC и Anduril Industries, помогают Украине обеспечивать так называемое постоянное наблюдение, необходимое для идентификации и отслеживания целей и перемещение беженцев, а также другие угрозы, согласно информации.

У правительства США есть собственные более крупные ударные беспилотники, широко используемые в Ираке и Афганистане, с такими названиями, как Predator и Reaper, оба из которых производятся калифорнийской компанией General Atomics и стоят до 57 миллионов долларов за штуку. Но беспилотники нового поколения намного меньше, дешевле и проще в изготовлении, и они могут дать военным новые возможности на поле боя.

Вахид Наваби, исполнительный директор калифорнийской компании AeroVironment, которая производит ударные беспилотники Switchblade 300 и 600, оба из которых использовались в Украине, сказал, что военные переходят к использованию в атаках роев небольших дронов, возможно, с 50 или даже несколько сотен из них спускались на цели одновременно. За последнее десятилетие компания продала Пентагону около 5000 таких боевых беспилотников, но ожидает гораздо более крупных заказов, поскольку Наваби сказал, что может производить до 16 000 в год. 

Дроны AeroVironment Switchblade 300 и 600, представленные здесь, использовались в Украине.

Другие американские военно-технические компании, в том числе Dedrone из Вирджинии и SkySafe из Калифорнии, отправили на Украину продукты, которые позволяют правительству страны отслеживать приближающиеся вражеские беспилотники или, в случае Dedrone, использовать устройство, похожее на винтовку, которое посылает целевые радиоимпульсы, чтобы заглушить вражеский дрон, выводя его из строя до того, как он сможет поразить цель.

Возможно, самым революционным применением американских технологий в Украине стало применение программного обеспечения, использующего искусственный интеллект, разработанного Palantir, для помощи в нацеливании.

Некоторые эксперты говорят, что искусственный интеллект, который использовался в Украине для просеивания огромного количества данных, накапливаемых в результате наблюдения, в конечном итоге окажется таким же разрушительным для характера боевых действий, как и ядерное оружие.

«ИИ способен принимать миллионы решений еще до того, как человек узнает, что решение нужно принять», — сказал Уилл Роупер, который до 2021 года занимал должность главного чиновника по закупкам ВВС и до сих пор служит советником Пентагона. «Это похоже на то, как будто вы находитесь в начале новой эры военных действий».

Для Primer, небольшой фирмы, занимающейся искусственным интеллектом, базирующейся в центре Сан-Франциско, это был прорывной момент.

Вскоре после начала войны на Украине ее инженеры, работающие с западными союзниками, подключились к приливной волне перехваченных российских радиосообщений. Он использовал передовое программное обеспечение для очистки треска, автоматически переводил разговоры и, самое главное, отдельные моменты, когда российские солдаты в Украине обсуждали системы вооружений, местоположения и другую тактически важную информацию.

Эта же работа потребовала бы сотен аналитиков разведки, чтобы найти несколько важных улик в массе радиопереговоров. Теперь это происходило за считанные минуты.

Полученные данные были быстро сопоставлены с другими так называемыми потоками информации из открытых источников, такими как данные геолокации, полученные из учетных записей социальных сетей, предоставляющие обновленную информацию о местонахождении войск или техники, которые можно было сопоставить с видео наблюдения с дронов или изображениями со спутников.

«Он получает ситуационную осведомленность», — сказал Шон Гурли, основатель Primer.

Но в то же время Пентагон все еще решал, когда приступить к крупным закупкам своих технологий. Компания слишком быстро расходовала свои наличные резервы, поэтому мистер Гурли уволил инженеров и других сотрудников.

Гурли сказал, что вместо них он решил вложить больше денег в продвижение отношений с правительством, наняв бывшего главного помощника сенатского комитета по вооруженным силам, чтобы помочь компании продвигать свой бизнес в Вашингтоне.

«Крупные оборонные компании на самом деле не инвестируют в технологии», — сказал он. «Они просто инвестируют в то, как ориентироваться в этой бюрократии. Это отстой, но именно так вы должны играть в эту игру».

В ходе интервью около дюжины топ-менеджеров технологически ориентированных компаний поделились историями о застопорившихся усилиях или разочарованиях.

Capella Space насчитывает около 200 сотрудников и привлекла около 250 миллионов долларов венчурного капитала. Часть этих денег она использовала для запуска 10 своих малых спутников. 

Инженеры работают над спутником на заводе Capella Space в Сан-Франциско.В компании работает около 200 сотрудников.

Пентагон уведомил Capella о том, что продолжит закупать услуги в рамках демонстрационного проекта, но вряд ли будет готов заключить с ней полный «программный контракт» до 2025 года, заявил исполнительный директор компании Баназаде.

«Они не получают повышения, идя на риск», — сказал Баназаде о контрактниках. «Итак, теперь вы должны пройти через этот загадочный процесс трехлетнего планирования бюджета. Ожидая решения Пентагона, компания недавно уволила некоторых сотрудников.

Роупер, бывший начальник отдела закупок ВВС, сказал, что еще одна проблема заключается в исторической настойчивости министерства обороны в создании собственных решений проблем вместо того, чтобы покупать новые технологии у коммерческих фирм. Он отметил, что искусственный интеллект, например, до сих пор не интегрирован в полеты ВВС, за исключением некоторых базовых экспериментов.

«Пентагон все еще находится в режиме «только изобретения», который восходит к временам холодной войны, когда теперь ему необходимо находиться в режиме сотрудничества для ускорения развития частного бизнеса», — сказал Роупер. «И в этом он терпит неудачу».

Подразделение оборонных инноваций создало программу, которая оценивала различные беспилотники для наблюдения, поступающие на рынок, и создала инструмент для заключения контрактов, который позволяет агентствам Пентагона покупать их напрямую, без многолетнего процесса приобретения. Остин, министр обороны, недавно объявил, что подразделение оборонных инноваций будет подчиняться непосредственно ему, а курировать его будет новобранец из Apple.

Skydio, одна из компаний, получивших одобрение в рамках программы, в настоящее время продает беспилотный летательный аппарат, использующий искусственный интеллект, который позволяет управлять им удаленно, избегая сбоев, даже если им управляет пилот-новичок. Дрон с улучшенным ИИ может летать в помещении в очень ограниченном пространстве, что позволяет ему, например, заглянуть внутрь здания до того, как туда могут быть отправлены войска.

Но на каждый успех приходится множество других технологических стартапов, которые изо всех сил пытаются оплатить счета, ожидая, пока Пентагон примет решение о покупке.

«Мы абсолютно точно пытаемся решить многие из этих болевых точек при приобретении», — сказала Шью, заместитель министра исследований и разработок Пентагона и главный технический директор. «Я работаю над преодолением «Долины Смерти».

***

Война требует новых научных и технологических решений, изменений в работе с государственными и негосударственными структурами. И опыт наших противников тоже важен для изучения.

 

Е. Ларина, В. Овчинский

 


 05.05.2023 14 мая 2023 – выборы в Турции

 

        Смогут ли США свергнуть Эрдогана?

 От итогов выборов 14 мая 2023 года в Турции зависит не только ситуация в самой Турции. Это влияет на всю мировую политику, ее узловые проблемы: отношения Турции с Америкой, Китаем, Россией, Израилем, будущее НАТО, ЕС, война в Сирии, военный конфликт на Украине, конфликт Армении и Азербайджана, все противоречия Ближнего Востока, кризисные явления в мировой экономике и финансах.

 Исследовательская служба Конгресса США посвятила этому специальный доклад.

 Доклад Исследовательской службы Конгресса США «Турция: основные вопросы, выборы в мае 2023 г. и отношения с США» от 3 мая 2023 г.

 Введение – общий подход

 Отношения США с Турцией складываются в сложной геополитической обстановке, а Турция находится в бедственном экономическом положении. Напряжённость в отношениях между США и Турцией, обострившаяся после неудавшегося переворота в Турции в 2016 году, включая продолжающиеся разногласия по поводу сирийских курдов и закупки Турцией в 2019 году российских зенитно-ракетных комплексов С-400, подчеркивает неопределенность в отношении будущего двусторонних отношений. Действия Конгресса включали санкционное законодательство и приостановку продаж оружия США. Тем не менее официальные лица США и Турции подчеркивают важность продолжения сотрудничества и членства Турции в Организации Североатлантического договора (НАТО).

 Наблюдатели выражают обеспокоенность по поводу преимущественно авторитарного правления президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана. Сильная инфляция и резкое падение турецкой валюты вызвали слухи о том, что Эрдоган и его Партия справедливости и развития (турецкая аббревиатура ПСР) могут быть уязвимым для коалиции оппозиционных партий на президентских и парламентских выборах, запланированных на 14 мая 2023 года (и возможном втором туре президентских выборов 28 мая).

 Последствия разрушительного землетрясения 6 февраля 2023 года на юге Турции влияют на политику, общество и экономику Турции и могут повлиять на результаты выборов. Если кандидат от оппозиции Кемаль Кылычдароглу победит на выборах 2023 года и придет к власти, или если Эрдоган выиграет переизбрание, но потеряет контроль над парламентом, возможны некоторые изменения во внутренней и внешней политике.

 Отношения США и F-16

 При президенте Джо Байдене существующая напряженность в отношениях между США и Турцией продолжалась наряду с сотрудничеством по другим вопросам внешней политики. Хотя углубление связей с Россией по-прежнему вызывает обеспокоенность США, появление Турции в качестве посредника между Россией и Украиной после вторжения России в 2022 году, возможно, повысило важность Турции для политики США. Отношения между США и Турцией несколько улучшились благодаря поддержке Турцией обороны Украины; растущие отношения и экспорт оружия в другие страны, стремящиеся противостоять региональной мощи России; открытость к сближению с Израилем, некоторыми арабскими государствами и Арменией.

 Президент Байден высказался в поддержку продаж, которые позволят обновить стареющий парк турецких F-16, но некоторые члены Конгресса выразили несогласие. Сообщается, что в январе 2023 года администрация направила Конгрессу неофициальное уведомление о возможной продаже Турции F-16, а также соответствующего оборудования и боеприпасов. Факторы, потенциально влияющие на рассмотрение Конгрессом предложения о продаже, включают, может ли Турция согласиться на вступление Швеции в НАТО вместе с Финляндией, а также напряженные отношения Турции с Грецией. Действия Конгресса и исполнительной власти в отношении Турции и соседних с ней стран могут иметь последствия для двусторонних отношений и военно-политических вариантов США в регионе, а также для стратегической ориентации Турции.

 Внешнеполитический подход Турции

 На протяжении десятилетий Турция тесно полагалась на США и НАТО в вопросах оборонного сотрудничества. Турецкие лидеры выразили заинтересованность в снижении своей зависимости от Запада, и это может отчасти объяснить их готовность координировать некоторые действия с Россией. Тем не менее, Турция сохраняет существенные разногласия с Россией в Сирии, Украине, Ливии и Армении-Азербайджане. Будущий внешнеполитический курс Турции может частично зависеть от того, насколько Турция готова пойти на риск возникновения напряженности или разрыва в традиционных отношениях с западными державами при построении других глобальных отношений.

 Основные вопросы: Россия, Швеция-Финляндия-НАТО и Греция

 После вторжения России в Украину в 2022 году Турция сталкивается с проблемами в балансировании своих отношений с двумя странами и управлении доступом к Черному морю, что имеет последствия для американо-турецких отношений. В какой-то степени Эрдоган стремился укрепить находящуюся в тяжелом состоянии экономику Турции путем углубления экономических и энергетических связей с Россией. Эрдоган может предположить, что западные санкции против России дают Турции больше рычагов влияния в этих отношениях. В то же время Турция расширила оборонное сотрудничество с Украиной. Турция стала важным посредником между Россией и Украиной по посредничеству коридора экспорта зерна и другим вопросам.

 Турция одобрила членство Финляндии в НАТО в марте 2023 года, но обусловила окончательное одобрение Швеции тем, что она примет меры против людей, которых Турция считает террористами.

 Давние споры между Грецией и Турцией по поводу территориальных прав в Эгейском и Восточном Средиземноморье резко обострились в 2022 году на фоне расширения стратегического сотрудничества США с Грецией, но напряженность несколько снизилась в начале 2023 года после того, как Греция оказала Турции некоторую помощь после землетрясения.

 Сирия: продолжающийся конфликт у границ

 Обеспокоенность Турции по поводу ее южной границы с Сирией еще больше усилилась во время гражданской войны в Сирии, в основном из-за (1) потока почти четырех миллионов беженцев в Турцию, (2) усилий США по противодействию Исламскому государству, работая с сирийскими курдами, связанными с Рабочая партия Курдистана (курдская аббревиатура РПК, террористическая организация, признанная США террористической) и (3) присутствие российских, американских и иранских сил в Сирии, которые усложняют и несколько ограничивают действия Турции. Турция и союзнические группировки сирийской вооруженной оппозиции оккупировали различные районы северной Сирии с 2016 года, и турецкие военные продолжают наносить удары по курдским боевикам в Сирии и Ираке.

 Ключевые аспекты отношений между США и Турцией

 Турция является членом Организации Североатлантического договора (НАТО) с 1952 года. Официальные лица США и Турции утверждают, что сотрудничество по вопросам региональной безопасности остается взаимно важным, несмотря на приобретение Турцией в 2019 году зенитно-ракетного комплекса С-400 у России. и ряд других разногласий между США и Турцией (например, в Сирии, с Грецией и Кипром).

 При президенте Джо Байдене сохранялась некоторая существующая напряженность в отношениях между США и Турцией наряду с сотрудничеством по другим вопросам и возможностями для улучшения двусторонних отношений. В то время как продолжение или углубление связей с Россией в определенных областях остается причиной для беспокойства администрации Байдена и некоторых членов Конгресса, поддержка Турцией защиты Украины и готовность к сближению с Израилем, некоторыми арабскими государствами и Арменией несколько улучшили американо-турецкие отношения.

 Президент Байден выразил поддержку продаже F-16 Турции, и в январе 2023 года администрация, как сообщается, неофициально уведомила Конгресс о потенциальной продаже F-16, а также связанного с ним оборудования и боеприпасов.

 Члены Конгресса могут рассмотреть законодательные и надзорные варианты в отношении Турции. Действия Конгресса и исполнительной власти в отношении Турции и ее соперников могут иметь последствия для двусторонних отношений, военно-политических вариантов США в регионе, а также внешнеполитической ориентации и финансового благополучия Турции.

 Политические события при правлении Эрдогана

 Президент Реджеп Тайип Эрдоган правит Турцией с тех пор, как стал премьер-министром в 2003 году, и неуклонно усиливал свой контроль над населением и институтами страны. После того, как Эрдоган стал президентом в августе 2014 года в результате первых в истории всенародных президентских выборов в Турции, он получил мандат на усиление своей власти и внедрение президентской системы правления, которую он закрепил на референдуме 2017 года и президентских и парламентских выборах 2018 года. Некоторые обвинения в мошенничестве и манипулировании избирателями появились после референдума и выборов. После неудавшейся попытки военного переворота в июле 2016 года Эрдоган и его исламистски настроенная Партия справедливости и развития (турецкая аббревиатура ПСР) приняли более националистические подходы к внутренней и внешней политике, возможно, отчасти из-за их зависимости от парламентской поддержки со стороны националистов - Партии националистического движения (турецкая аббревиатура MHP).

 Многие наблюдатели описывают Эрдогана как противоречивую фигуру, и выборы показали, что примерно равные части страны поддерживают и противостоят его правлению. ПСР получила наибольшую долю голосов на местных выборах 2019 года, но проиграла некоторые ключевые муниципалитеты, в том числе Стамбул, кандидатам от светской Народно-республиканской партии (турецкая аббревиатура НРП).

 Официальные лица США и Европейского союза (ЕС) выразили ряд опасений по поводу авторитарного правления и эрозии верховенства закона и гражданских свобод в Турции. Некоторые ведущие деятели оппозиции в Турции обвинили Эрдогана в планировании, контроле и/или использовании неудавшегося переворота для подавления инакомыслия и консолидации власти.

 Тем временем турецкие власти продолжают усилия по противодействию боевикам Рабочей партии Курдистана (курдская аббревиатура РПК, террористическая организация, признанная США террористической). Эти усилия включают турецкие военные операции против РПК и связанного с ней персонала в Ираке и Сирии.

 Февральские землетрясения и их последствия

 Два сильных землетрясения (магнитудой 7,8 и 7,5) произошли на юге Турции 6 февраля 2023 года. По сообщениям, в результате землетрясения и его последствий в районах Турции и Сирии погибло более 48 000 человек в Турции и 6 000 человек в Сирии, более 100 000 получили ранения и непосредственно повлияли на жизненные ситуации и повседневную жизнь миллионов людей. В то время как турецкие власти координируют гуманитарное реагирование, предполагающее значительную международную помощь, и облегчают доступ к пунктам пересечения сирийской границы, наблюдатели стремились оценить (1) факторы, способствовавшие нанесению ущерба и его масштабам, (2) усилия по оказанию помощи жертвам и их семьям и ( 3) настоящие и будущие потребности. Официальные лица США предоставили или объявили о различных средствах помощи Турции, в том числе о срочной гуманитарной помощи на сумму 235 миллионов долларов. Учитывая, что правительство Турции оценивает экономический ущерб от землетрясений примерно в 104 миллиарда долларов — примерно 9% годового валового внутреннего продукта (ВВП) Турции, — международные обязательства по оказанию помощи на сегодняшний день составляют почти 7,5 миллиарда долларов.

 Катастрофа повлияла на политику, общество и экономику Турции, особенно в то время, когда страна готовится к президентским и парламентским выборам. Парламент утвердил трехмесячное чрезвычайное положение (окончание которого запланировано на начало мая) в 10 наиболее пострадавших южных провинциях Турции. На эти провинции приходится около 10% валового внутреннего продукта Турции и 15% ее населения, и в них проживают тысячи беженцев из продолжающейся гражданской войны в Сирии.

 Аналитики рассуждают о том, как кризис повлияет на поддержку президента Эрдогана и его правительства. В результате сильного землетрясения 1999 года на северо-западе Турции погибло около 18 000 человек, что побудило законодательные и нормативные органы принять меры по повышению безопасности зданий. Однако некоторые СМИ и оппозиционные политики утверждают, что за годы до землетрясений 2023 года правительственные чиновники и подрядчики отдавали предпочтение экономическим выгодам, а не соблюдению строительных норм и правил, что, по крайней мере, частично способствовало масштабам ущерба и гибели людей. Эрдоган осудил критику в свой адрес или правительство как разжигание разобщенности, а министерство юстиции Турции приказало прокурорам создать «группы по расследованию преступлений, связанных с землетрясением», для рассмотрения уголовных нарушений за некачественную работу. Эрдоган признал некоторые проблемы с первоначальным реагированием правительства, в основном объясняя катастрофу масштабом землетрясений. Он объявил о программе восстановления под руководством правительства, пообещав построить 319 000 домов в течение года, всего 650 000 домов. Некоторые местные чиновники, инженеры и международные доноры выразили обеспокоенность тем, что быстрое восстановление без детального планирования или более четких мер ответственности может сделать новые здания уязвимыми для будущей сейсмической активности.

 Основные экономические проблемы

 Текущие экономические проблемы в Турции значительно обострились в 2022 году, поскольку ее валюта, лира, обесценилась примерно на 28% по отношению к доллару США после снижения почти на 45% в 2021 году. Достигнув 24-летнего пика в 86% в октябре 2022 года, официальная годовая инфляция составляла около 44% в апреле 2023 года, в то время как по некоторым неофициальным оценкам она оставалась на уровне более 100%. Многие аналитики связывают всплеск инфляции с неоднократным снижением ключевой процентной ставки центральным банком Турции с сентября 2021 года, при этом дополнительное инфляционное давление может быть вызвано внешними событиями, такими как война России против Украины и повышение процентных ставок в США и других крупных странах.

 Лира имеет тенденцию к снижению уже более десяти лет, и ее падение, вероятно, частично вызвано более широкими опасениями по поводу верховенства права и экономики Турции. На протяжении всего этого времени президент Эрдоган настойчиво бросал вызов общепринятой экономической теории о том, что более высокие процентные ставки сдерживают инфляцию, привлекают иностранный капитал и поддерживают стоимость валюты. Сменив управляющего центральным банком Турции и министра финансов в 2021 году, Эрдоган установил больший контроль над фискальной и денежно-кредитной политикой Турции. В публичных заявлениях Эрдоган утверждал, что более низкие процентные ставки стимулируют производство, занятость и экспорт. Эрдоган также критиковал высокие процентные ставки как противоречащие исламским учениям и усугубляющие разрыв между богатыми и бедными.

 Валютный и инфляционный кризис в Турции резко повлиял на стоимость жизни потребителей и стоимость международных займов (в основном в долларах США) для банков и компаний частного сектора. Правительство стремилось уменьшить влияние инфляции, предоставив снижение налогов, повышение минимальной заработной платы, расширение доступа к досрочным пенсионным пособиям и субсидии на основные расходы, а также льготы по кредитам для банков, держащих лиры. Турция также добивалась валютных свопов от некоторых арабских государств Персидского залива и извлекала выгоду из притока средств из России, что способствует предупреждению США о возможном уклонении от санкций.

 Расходы на текущую гуманитарную помощь и восстановление после землетрясения, а также сбои в сельскохозяйственной, промышленной и коммерческой деятельности, вероятно, еще больше нагрузят экономику Турции. Учитывая, что общая стоимость оценивается примерно в 104 миллиарда долларов, Economist Intelligence Unit прогнозирует некоторое замедление экономического роста. Скромное отношение долга к ВВП Турции, составляющее около 37%, может дать ей некоторое пространство для увеличения бюджетных расходов в ответ на кризис. Один аналитик сказал, что финансовая помощь от международных банков развития будет необходимой, но ограниченной из-за плохих отношений турецкого правительства с Западом.

 Выборы в мае 2023 г.

 Следующие президентские и парламентские выборы в Турции должны состояться в соответствии с конституцией Турции к 18 июня 2023 года. В марте президент Эрдоган назначил выборы на 14 мая 2023 года.

 Во многом в контексте экономических проблем Турции, о которых говорилось выше, опросы общественного мнения породили слухи о том, что Эрдоган и парламентская коалиция ПСР-ПНД могут быть уязвимы перед коалицией шести оппозиционных партий во главе с НРП и Партией добра.

 Некоторые наблюдатели спорят, могут ли (1) свободные и честные выборы состояться при Эрдогане, (2) оппозиционные партии могут убедить потенциальных колеблющихся избирателей встать на их сторону, несмотря на их личную или идеологическую близость к Эрдогану, или (3) Эрдоган уступит власть после поражение на выборах. Если ни один из кандидатов в президенты не наберет более 50% голосов, через две недели, 28 мая 2023 года, состоятся повторные президентские выборы между двумя кандидатами, набравшими наибольшее количество голосов.

 Коалиция оппозиции согласовала совместную платформу, направленную на возвращение Турции к парламентской системе, существовавшей до выборов 2018 года, в основном как средство ограничения исполнительной власти. Представители оппозиции также раскритиковали подход правительства Эрдогана к ряду вопросов внешней и внутренней политики и пообещали внести изменения. В своей платформе оппозиция намекает на более ортодоксальную экономическую политику, заявляя, что она снизит инфляцию и не наложит на Центральный банк никаких обязательств, кроме обеспечения ценовой и финансовой стабильности.

 Избирательный процесс в Турции

 Выборы в этом году проходят в соответствии с изменениями, внесенными в 2022 году в избирательный закон Турции. Как и в 2018 году, 600 мест в парламенте Турции распределяются по партийным спискам по пропорциональной системе для каждого из 87 избирательных округов Турции. Однако поправка 2022 года снизила порог для прохождения в парламент. В соответствии с измененным законом партии, получившие места, могут пройти в парламент, если они получают не менее 7% голосов в стране или принадлежат к более крупному избирательному альянсу, который делает это. Предыдущий порог составлял 10%. Большинство социологов ожидают, что места получат три альянса:

 • Народный альянс, в который входят ПСР Эрдогана, ПНД и несколько более мелких партий.

 • Национальный альянс (или «таблица шести»), в который входят НРП, «Хорошая партия» и четыре более мелкие партии, в том числе две, возглавляемые видными бывшими деятелями ПСР.

 • Альянс труда и свободы, в который входят несколько небольших партий, наряду с возглавляемой курдами Народно-демократической партией (турецкая аббревиатура ДПН), работающей под эгидой Партии зеленых левых (турецкая аббревиатура YSP).

 Следующие факторы, связанные с процессом, могут повлиять на результаты выборов и связанные с ними представления:

 • Распределение мест в парламенте. Неясно, могут ли возможные преимущества измененного закона для выделения большего количества мест более крупным партиям благоприятствовать ПСР, потому что она может получить наибольшее количество голосов, или НРП, потому что она больше объединяет свои избирательные списки со своими союзными партиями, чем ПСР со своей коалицией. партнеры.

 • Процедурные вопросы или споры. Высший избирательный совет Турции (турецкая аббревиатура YSK) управляет выборами. Он также расследует и выносит решения по всем нарушениям, жалобам и возражениям.

 Прошлые решения YSK в пользу позиции Эрдогана, вызвавшие споры, заключались в следующем:

 (1) его решение 2017 года не применять обычное требование о том, что на конституционном референдуме того года могут подсчитываться только опечатанные бюллетени;

 (2) его решение от 2019 года о повторении выборов мэра Стамбула в том же году (кандидат от ПСР проиграл вторые выборы с большим отрывом, чем первые). Кроме того, измененный закон изменил процесс отбора судей, которые будут председательствовать в избирательных комиссиях провинций и округов, которые контролируют голосование, заменив систему старшинства лотереей. Критики утверждают, что это изменение может увеличить шансы на большую политизацию этих советов.

 • Наблюдатели за выборами. Как и на прошлых выборах, представители местных политических партий и организаций гражданского общества, а также Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) и Парламентской ассамблеи Совета Европы будут наблюдать за работой избирательных участков, голосованием и подсчетом бюллетеней, подведением итогов. Как и прежде, ОБСЕ осуществляет долгосрочную миссию по наблюдению за регистрацией избирателей, деятельностью и финансированием избирательных кампаний, освещением в СМИ и другими вопросами организации выборов или разрешения споров.

 В марте 2023 года оппозиция выдвинула своим совместным кандидатом лидера партии НРП Кемаля Кы, в конечном итоге согласился поддержать Кылычдароглу после того, как два других потенциальных кандидата, которые более благосклонно отнеслись к Эрдогану, — мэр Стамбула Экрем Имамоглу и мэр Анкары Мансур Явас — поддержали Кылычдароглу в ответ на последний призыв Аксенера к одному из них баллотироваться. Перспективы Имамоглу, возможно, были подорваны уголовным приговором (ожидающим окончательного решения по апелляции), который он и другие оппозиционные деятели обвиняют по политическим мотивам.

 То, как голосуют курдские граждане Турции (около 20% населения), может повлиять на результат. Кылычдароглу стремился заручиться поддержкой курдов в своем стремлении свергнуть Эрдогана, «не вызывая вражды с националистически настроенными избирателями в разнообразном оппозиционном блоке, который его выдвинул». Некоторые аналитики задаются вопросом, сможет ли он это сделать. В то время как «Хорошая партия» Аксенера отвергает формальный союз между оппозицией и ДПН, решение ДПН поддержать Кылычдароглу вместо того, чтобы выдвигать собственного кандидата, может помочь Кылычдароглу создать антиэрдогановское большинство. ДПН организовала участие в парламентских выборах под эгидой YSP, чтобы предотвратить ее исключение, поскольку дело, находящееся на рассмотрении Конституционного суда, может запретить ДПН проводить кампанию под своим собственным именем.

 Возможные результаты

 Опросы предполагают тесную президентскую гонку. По состоянию на 3 мая 2023 года один турецкий агрегатор опросов показывает небольшое преимущество Кылычдароглу в первом туре голосования, предполагая, что повторный тур возможен, потому что два менее популярных кандидата могут отобрать голоса у Эрдогана и Кылычдароглу.

 Для парламентских выборов тот же агрегатор опросов оценивает результат, при котором Народный альянс, выступающий за Эрдогана, может получить большинство голосов, но может не сохранить своего большинства, учитывая совокупный уровень поддержки Альянса нации, выступающего за Кылычдароглу, и прокурдский Альянс труда и свободы. Неясно, может ли поддержка ДПН кандидатуры Кылычдароглу в президенты перевести на координацию парламентских действий.

 Несмотря на потенциальную уязвимость Эрдогана, некоторые наблюдатели ставят под сомнение перспективы оппозиционной коалиции, ссылаясь на препятствия, создаваемые разобщенностью, политической стойкостью Эрдогана и влиянием правительства на СМИ, экономическое развитие и судебные решения. Пока неясно, как избиратели отреагируют на землетрясение. Economist Intelligence Unit оценил, что напряженная конкуренция может привести к «разногласиям в суде» и «политической нестабильности».

 Если партийная коалиция президента не будет контролировать парламент после выборов, парламент может проверять президента различными способами, если этого хочет большинство членов. Президент обладает широкими полномочиями назначать министров кабинета и действовать в отсутствие парламентской инициативы, но полагается на одобрение парламента в некоторых вопросах, таких как составление бюджета, ратификация международных договоров и развертывание иностранных войск.

 Внешняя политика Турции

 Стратегическая ориентация Турции, или то, как она соотносится с Западом и другими глобальными и региональными державами и балансирует между ними, является важным фактором для Соединенных Штатов. Тенденции в отношениях Турции с Соединенными Штатами и другими странами отражают изменения в этой ориентации, поскольку Турция стремилась к большей независимости действий в качестве региональной державы в рамках более многополярной глобальной системы. Заинтересованность турецких лидеров в уменьшении своей зависимости от Запада в обороне и препятствовании западному влиянию на их внутреннюю политику может частично объяснить их готовность координировать некоторые действия с Россией, например, в Сирии и с покупкой Турцией российских ЗРК С-400 - системы ПВО. Тем не менее, Турция сохраняет значительные разногласия с Россией, с которой у нее давняя история разногласий, в том числе в политических и военных кризисах, связанных с Сирией, Украиной, Ливией и Арменией-Азербайджаном.

 Турецкие лидеры, похоже, разграничивают свои партнерские отношения и соперничество с другими влиятельными странами, как того требует каждая ситуация, отчасти в попытке уменьшить зависимость Турции от этих акторов и сохранить свое влияние на них. Будущий внешнеполитический курс Турции может частично зависеть от того, в какой степени турецкие лидеры чувствуют себя ограниченными своими традиционными отношениями в сфере безопасности и экономическими отношениями с западными державами, и насколько они готовы рисковать напряженностью или разрывом этих отношений при построении других глобальных отношений.

 Изменения во внешней политике при другом президенте?

 В преддверии выборов 2023 года наблюдатели размышляли о том, чем внешняя политика нового президента (включая внутреннюю политику с явными внешнеполитическими разветвлениями) может отличаться от политики Эрдогана в случае победы кандидата от оппозиции. Из-за широко распространенных националистических настроений среди населения Турции и большинства ее политических партий другой президент может столкнуться с трудностями при изменении политики Турции по некоторым из следующих вопросов, вызывающих основную озабоченность в области безопасности: Сирия и Ирак (курдская воинственность, проблемы беженцев и влияние других стран) ), Греция и Кипр (споры Эгейского и Восточного Средиземноморья), а также Россия и Украина (конфликт и его региональные и глобальные последствия).

 Тем не менее, другой президент может с большей вероятностью изменить определенную текущую политику, которая может больше отражать предпочтения Эрдогана или ПСР, чем широкий национальный консенсус. Такие изменения могут включать (1) предоставление большей гибкости центральным банкам и другим должностным лицам в решениях денежно-кредитной политики и других мерах по решению экономических проблем Турции, (2) большее внимание к постановлениям Европейского суда по правам человека и (3) сокращение поддержки Турцией суннитских исламистских групп, таких как ХАМАС (террористическая организация, признанная США террористической), египетские «Братья-мусульмане»* и сирийские вооруженные оппозиционные группировки.

 Заявления некоторых турецких оппозиционных партий о внешней политике предполагают, что другой президент может быть менее склонен, чем Эрдоган, говорить и делать то, что может нанести ущерб отношениям с Соединенными Штатами и европейскими странами. Таким образом, несмотря на трудности, которые могут быть связаны с изменением некоторых политик (как упоминалось выше), другой президент Турции, вероятно, может быть менее склонен к реализации этой политики таким образом, который может ухудшить отношения с западными государствами, например, путем дополнительных закупок оружия у России, или новых военных операций на севере Сирии или в районе Эгейского моря/Восточного Средиземноморья.

 Однако, если новое турецкое правительство почувствует давление, чтобы продемонстрировать свою силу различным международным игрокам или умиротворить несколько местных избирателей в рамках коалиции, этот президент может попытаться соответствовать репутации Эрдогана в своей напористости. И наоборот, президент, столкнувшийся с отсутствием консенсуса внутри коалиции, может стать более пассивным во внешней политике.

 Стратегические отношения США/НАТО и военное присутствие

 Соединенные Штаты ценят геополитическое значение Турции и ее военную мощь в рамках альянса НАТО, рассматривая при этом членство Турции в НАТО как помощь Турции в привязке к Западу. В Комплексной страновой стратегии (ICS) Госдепартамента для Турции говорится, что ее значительные вооруженные силы (вторые по величине в НАТО) и ее географическое положение на юго-восточном фланге альянса дают ей решающую роль в региональной безопасности.

 Близость Турции к нескольким конфликтным зонам на Ближнем Востоке и в других местах сделала постоянную доступность ее территории для размещения и транспортировки оружия, грузов и личного состава ценным для Соединенных Штатов и НАТО.

 Помимо авиабазы Инджирлик недалеко от южного турецкого города Адана, другие ключевые объекты США/НАТО включают радар системы раннего предупреждения о противоракетной обороне в восточной Турции и штаб сухопутных войск НАТО в Измире. Турция также контролирует доступ к Черному морю и выход из него через проливы Босфор (альтернативный Босфор) и Дарданеллы.

 Для Турции традиционное значение НАТО заключалось в том, чтобы смягчить опасения Турции по поводу вторжений со стороны соседей, таких как позиция Советского Союза после Второй мировой войны. Кроме того, гарантии безопасности НАТО компенсируют Турции общую нехватку собственных средств стратегической обороны и сдерживания. На недавних или продолжающихся аренах конфликтов, таких как Украина и Сирия, возможная заинтересованность Турции в противодействии целям России может частично мотивировать ее военные операции и экспорт оружия.

 Напряженность между Турцией и другими членами НАТО вызвала внутренние дискуссии США/НАТО о продолжении использования турецких баз. Некоторые сообщения предполагают, что расширение или потенциальное расширение военного присутствия США в таких местах, как Греция, Кипр и Иордания, может быть связано с опасениями по поводу Турции. На слушаниях в Конгрессе в марте 2022 года эксперт по Турции и бывший сотрудник комитета Конгресса Алан Маковски заявил, что, хотя Соединенным Штатам следует приложить усилия, чтобы удержать Турцию в «западном лагере», турецкая «двусмысленность в последние годы» оправдывает строительство и расширение Соединенных Штатов военных объектов в Болгарии, Румынии и Греции, чтобы «подстраховаться».

 Россия

 В отношениях Турции с Россией есть элементы сотрудничества и конкуренции. С 2016 года Турция предприняла ряд внешнеполитических шагов в направлении более тесных связей с Россией. Эти шаги могут быть мотивированы комбинацией факторов, в том числе стремлением Турции уменьшить зависимость от Запада, экономическим оппортунизмом и шансами усилить свое региональное влияние за счет России. Турция также сблизилась с рядом стран, окружающих Россию, включая Украину и Польшу, вероятно, отчасти в качестве противовеса региональной мощи России.

 Военный конфликт России и Украины в 2022 году и посреднические усилия Турции

 Конфликт усугубил проблемы, с которыми сталкивается Турция, пытаясь сбалансировать свои отношения с двумя странами, что имеет последствия для американо-турецких отношений. Связи Турции с Россией — особенно ее приобретение в 2019 году российской системы С-400 — вызвали серьезную напряженность в отношениях между США и Турцией, вызвали санкции и сообщения о приостановке продаж оружия Конгрессом. Однако после начала конфликта на Украине интересы США и Турции в противодействии целям России, в том числе вдоль побережья Черного моря, похоже, в некотором роде сошлись, поскольку Турция помогла укрепить оборонный потенциал Украины параллельно с другими странами НАТО. Помимо осуждения российского вторжения, закрытия проливов для воюющих военных кораблей, противодействия притязаниям России на территорию Украины (включая Крым) и выполнения функций транзитного узла природного газа в Европу, Турция поставляет Украине различные виды военной техники и вооруженния: беспилотные летательные аппараты и машины с защитой от мин и засад (MRAP), а также гуманитарная помощь. Тем не менее турецкие лидеры, вероятно, надеются свести к минимуму побочные эффекты для национальной безопасности и экономики Турции, и это может частично объяснить продолжающееся взаимодействие Турции с Россией и желание помочь урегулировать конфликт.

 Турецко-украинское оборонное сотрудничество

 Турция и Украина укрепили свои отношения после присоединения Россией Крыма в 2014 году. В 2017 году турецкий аналитик по вопросам безопасности объяснил эти более тесные связи растущими взаимными интересами в противодействии российскому влиянию в Черноморском регионе и в обмене военными технологиями для расширения и увеличения собственной безопасности - достаточность соответствующих оборонных производств. С 2020 года две страны подписали несколько соглашений, свидетельствующих о более тесном сотрудничестве, а также подписали более широкое соглашение о свободной торговле (ожидающее ратификации) в феврале 2022 года.

 В соответствии с этими соглашениями турецкие и украинские компании осуществили или запланировали значительное расширение оборонных сделок, включая ряд инициатив по совместной разработке или совместному производству. Турецкий опыт в области беспилотных летательных аппаратов и других самолетов и военно-морских платформ дополняет украинские навыки в разработке и конструировании аэрокосмических двигателей и ракет. В рамках углубления двустороннего оборонного сотрудничества Турция с 2019 года продала Украине несколько беспилотников Bayraktar TB2 турецкого производства, и в некоторых сообщениях предполагается, что производитель поставил дополнительные TB2 в Украину в разное время после начала кофликта в 2022 году. Кроме того, Турция помогает создать военно-морской потенциал Украины, производя корветы (малые военные корабли) на экспорт.

 Поддержание тесных отношений Турции как с Россией, так и с Украиной, а также ее способность регулировать доступ к проливам позволили ей выступить посредником между сторонами в различных спорных вопросах. В июле 2022 года Турция и ООН заключили параллельные соглашения с Россией и Украиной, чтобы обеспечить черноморский коридор для экспорта украинского зерна, что могло бы частично смягчить проблемы с глобальными поставками. В соответствии с соглашением, которое в настоящее время действует до мая 2023 года, Турция, Россия, Украина и ООН имеют представителей в совместном координационном центре в Стамбуле для наблюдения за выполнением и проверки судов для предотвращения контрабанды оружия. Президент Байден высоко оценил усилия Турции.

 Турецко-российское экономическое и энергетическое сотрудничество

 Турецкие официальные лица стремились свести к минимуму любые негативные экономические последствия российско-украинского конфликта, с которыми Турция может столкнуться, отчасти за счет активизации различных форм экономического и энергетического сотрудничества с Россией. Эти усилия могут быть связаны с опасениями турецкого руководства улучшить экономический профиль страны в преддверии выборов 2023 года. Правительство Турции не присоединилось к экономическим санкциям против России и не закрыло свое воздушное пространство для российских гражданских рейсов.

 В августе 2022 года президенты Эрдоган и Путин публично договорились укреплять турецко-российское сотрудничество в различных секторах экономики. Сделки Турции, связанные с Россией, потенциально могут привести к вторичным санкциям Запада против Турции за содействие уклонению от российских санкций. Во время поездки в Турцию и Объединенные Арабские Эмираты в феврале 2023 года, чтобы подчеркнуть обеспокоенность США по поводу опасностей «теневых денег, протекающих через их финансовые системы», Брайан Нельсон, заместитель министра финансов по терроризму и финансовой разведке, выступил со следующими замечаниями перед лидерами. турецких финансовых учреждений:

 «Мы, конечно, признаем зависимость Турции от импорта энергоносителей из России и торговли сельскохозяйственными товарами и продолжаем работать над смягчением неблагоприятного воздействия на эту экономическую деятельность.

 Однако заметный рост за последний год второстепенного турецкого экспорта или реэкспорта в Россию делает турецкий частный сектор особенно уязвимым для репутационных и санкционных рисков. Это рулит Москва....

 Взаимодействуя с российскими организациями, находящимися под санкциями, турецкие предприятия и банки могут подвергнуть себя риску санкций и потенциальной потери доступа к рынкам G7 и корреспондентским отношениям.

 Турецкие предприятия и банки также должны принять дополнительные меры предосторожности, чтобы избежать транзакций, связанных с потенциальной передачей технологий двойного назначения, которые могут быть использованы российским военно-промышленным комплексом».

 Некоторые турецкие банки и компании, похоже, ограничивают или рассматривают возможность введения ограничений на определенные виды операций и услуг с российскими предприятиями. Министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу отрицает, что турецкие компании экспортируют электронные или технологические продукты с потенциальными оборонными применениями в Россию, но публично приветствует обмен информацией с коллегами из США и ЕС, чтобы гарантировать, что компании не используют Турцию для обхода западных санкций.

 Сообщается, что в марте 2023 года Турция начала вводить ограничения на транзит подпадающих под санкции товаров через ее территорию в Россию. В апреле 2023 года министерство финансов наложило санкции на две базирующиеся в Турции компании и связанных с ними лиц за оказание помощи России или российским организациям.

 Процесс вступления Швеции и Финляндии в НАТО

 Швеция и Финляндия официально подали заявку на вступление в НАТО в мае 2022 года после вторжения России в Украину. Турция возражала против формального начала процесса присоединения двух стран, задержав его более чем на месяц. В соответствии со статьей 10 Североатлантического договора прием новых союзников требует единодушного согласия существующих членов.

 Возражения Турции были сосредоточены вокруг заявлений о том, что Швеция и Финляндия поддерживали или питали симпатии к группам, которые правительство Турции считает террористическими организациями, а именно к движению Фетхуллаха Гюлена (которое правительство обвиняет в причастности к неудавшемуся перевороту 2016 года) и РПК. (Соединенные Штаты и ЕС также классифицируют РПК как террористическую группу, но не движение Гюлена.) Турция потребовала, чтобы Швеция и Финляндия отменили приостановку продажи оружия, которую они сохраняли против Турции после ее вторжения в Сирию в 2019 году против связанных с РПК Курдская группировка (Отряды народной самообороны — курдская аббревиатура YPG), которая сотрудничает с возглавляемой США коалицией против Исламского государства. Турция сняла свои возражения против начала процесса присоединения после того, как генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг выступил посредником в подписании меморандума между Турцией, Швецией и Финляндией в июне 2022 года. В трехстороннем меморандуме три страны подтвердили, что между ними не действует эмбарго на поставки оружия. Кроме того, Швеция и Финляндия договорились не поддерживать движение YPG или Гюлена и обязались работать против РПК.

 С тех пор Турция продолжает оказывать давление на Швецию и Финляндию с целью экстрадиции людей, которых Турция считает террористами. В соответствии с трехсторонним меморандумом от июня 2022 года Швеция и Финляндия договорились рассматривать запросы Турции о депортации или экстрадиции различными способами, но не брали на себя обязательств по конкретным результатам в этих случаях. Премьер-министр Швеции и другие источники указали, что ни Швеция, ни Финляндия не склонны принимать политические решения об экстрадиции, которые противоречат внутренним судебным решениям, принятым в соответствии с надлежащей правовой процедурой и верховенством закона. В январе 2023 года советник президента Турции Ибрагим Калин заявил, что Турция сможет согласиться на вступление Швеции только после того, как она примет новые законы о борьбе с терроризмом, а этот процесс, по его оценке, займет около шести месяцев. Затем Эрдоган призвал Швецию и Финляндию экстрадировать «около 130» человек.

 В январе 2023 года Wall Street Journal процитировал неназванных официальных лиц США, предсказавших, что одобрение Конгрессом возможной продажи F-16 Турции будет связано с одобрением Турцией вступления Швеции и Финляндии в НАТО. Несколько сенаторов от обеих партий, в том числе высокопоставленный член Сенатского комитета по международным отношениям (SFRC) Джим Риш и 29 сенаторов, написавших письмо президенту Байдену в феврале 2023 года, указали, что они могут рассмотреть возможность поддержки продажи F-16 Турции только в том случае, если присоединение будет продвигаться вперед, как для Швеции, так и для Финляндии. В марте Эрдоган принимал в Турции президента Финляндии Саули Ниинистё и выразил свою поддержку вступлению Финляндии в ЕС, а затем в том же месяце парламент Турции одобрил его, открыв путь для официального вступления Финляндии в апреле.

 Хотя турецкий парламент ратифицировал протоколы о присоединении Финляндии, маловероятно, что он рассмотрит дело Швеции до президентских и парламентских выборов в Турции, которые должны состояться в мае (по состоянию на начало мая Венгрия также не одобрила присоединение Швеции.) Правительство Швеции надеется, что предлагаемое им антитеррористическое законодательство будет одобрено его парламентом вовремя, чтобы оно вступило в силу в начале июня. Пресс-секретарь президента Турции Ибрагим Калин заявил, что, если Швеция примет закон, она сможет начать предпринимать «более решительные, конкретные и плодотворные шаги для решения наших проблем в области безопасности», добавив, что «посмотрим, насколько быстро они смогут действовать». Неясно (1) может ли и когда ратификация Турцией после этого произойти, (2) может ли руководство Турции после ее выборов потребовать дальнейших действий Швеции и (3) будет ли потенциальный будущий турецкий парламент действовать в соответствии с пожеланиями президента Турции. Министр обороны Ллойд Остин и генеральный секретарь НАТО Столтенберг оба выразили надежду на то, что Турция одобрит членство Швеции в НАТО — таким образом, Швеция и Финляндия вступят в НАТО — ко времени саммита альянса 11-12 июля 2023 года в Литве.

 Сирия

 Участие Турции в сирийском конфликте с момента его начала в 2011 году было сложным и дорогостоящим и серьезно обострило американо-турецкие отношения. Приоритеты Турции в гражданской войне в Сирии изменились в ходе конфликта. Хотя Турция по-прежнему выступает против сирийского президента Башара аль-Асада, она участвует в координации и соперничестве с Россией и Ираном (которые поддерживают Асада) с момента военного вторжения в Сирию, начиная с августа 2016 года. Турция и Соединенные Штаты участвуют в таких же непоследовательных взаимодействиях. на севере Сирии к востоку от реки Евфрат, где базируются силы США.

 По крайней мере, с 2014 года Турция активно стремилась помешать сирийским курдским YPG создать автономный район вдоль северной границы Сирии с Турцией. Правительство Турции считает YPG и ее политическую коллегу, Партию Демократического союза (PYD), серьезной угрозой безопасности Турции, основываясь на опасениях Турции, что успехи YPG/PYD придали смелости РПК (которая имеет связи с YPG/PYD) во внутреннем конфликте с турецкими властями. YPG/PYD играет ведущую роль в Сирийских демократических силах (SDF), зонтичной группе, включающей арабов и другие некурдские элементы, которая в 2015 году стала основным партнером сухопутных войск США против Исламского государства. Военные операции под руководством Турции в октябре 2019 г., чтобы захватить районы северо-востока Сирии у SDF — после того, как силы специального назначения США отступили от приграничной зоны — вызвали серьезную критику и предложение действий против Турции в Конгрессе. Турция создала местные советы в районах на севере Сирии, которые Турция и поддерживаемые Турцией группы сирийской вооруженной оппозиции, обычно именуемые Сирийской национальной армией (СНА), оккупированы с 2016 года.

 Эрдоган намекнул на возможность восстановления отношений с Асадом после более чем десятилетия, в течение которого Турция стремилась положить конец правлению Асада. С конца 2022 года высокопоставленные турецкие официальные лица провели ряд встреч с коллегами сирийского правительства в России. Турция обращается за помощью к Сирии, чтобы оттеснить бойцов YPG дальше от границы и облегчить возвращение сирийских беженцев, проживающих в Турции. Сообщается, что взамен Асад хочет полного ухода Турции. Неясно, смогут ли два лидера пойти на компромисс и как это повлияет на отношения Турции с СНС и общую динамику с другими заинтересованными сторонами на севере Сирии. В ответ на вопрос о возможном сближении Турции и Сирии официальный представитель Госдепартамента заявил, что официальные лица США заявили союзникам, что сейчас не время для нормализации или улучшения отношений с режимом Асада.

 Проблемы продажи оружия между США и Турцией

 То, как Турция закупает ключевые системы вооружений, имеет отношение к политике США отчасти потому, что это влияет на партнерские отношения Турции с крупными державами и роли страны в НАТО. На протяжении десятилетий Турция полагалась на определенное оборудование американского происхождения, такое как самолеты, вертолеты, ракеты и другое вооружение, для поддержания военной мощи.

 Приобретение Россией С-400: исключение из программы F-35, санкции США и запреты Конгресса

 Приобретение Турцией российской системы С-400, которую Турция заказала в 2017 году, а Россия поставила в 2019 году, имеет серьезные последствия для отношений Турции с Россией, США и других странах НАТО. В результате сделки администрация Трампа исключила Турцию из программы совместного ударного истребителя F-35 в июле 2019 года и ввела санкции в соответствии с Законом о противодействии противникам Америки посредством санкций в отношении агентства оборонных закупок Турции в декабре 2020 года. Объясняя решение США исключить Турцию из программы F-35 в 2019 году, министерство обороны отвергло идею о том, чтобы Турция развернула российскую платформу для сбора разведывательных данных (размещенную в С-400), которая могла бы обнаруживать малозаметные возможности F-35 в Турции. Кроме того, раздел 1245 Закона о национальной обороне на 2020 финансовый год запрещает передачу F-35 Турции, если министры обороны и госсекретари не подтвердят, что Турция больше не владеет С-400. Турция провела некоторые испытания С-400, но, похоже, не довела систему до функционирования. Турции, возможно, придется отказаться от владения или использования С-400, чтобы снять санкции CAATSA.

 В августе 2020 года сообщалось, что некоторые руководители комитетов Конгресса приостановили крупные продажи Турции нового оружия американского происхождения в связи со сделкой по С-400. Исполнительная власть обычно подчиняется таким запретам, хотя они и не имеют обязательной юридической силы. Такого срыва оборонных сделок США с Турцией не было со времен эмбарго 1975-1978 годов в отношении Кипра.

 Возможная продажа F-16 и мнение Конгресса

 Осенью 2021 года турецкие официальные лица заявили, что запросили покупку 40 новых истребителей F-16 в США и модернизацию 80 F-16 из стареющего парка Турции.

 Сообщается, что президент Байден обсудил запрос F-16 с Эрдоганом во время встречи G20 в октябре 2021 года в Риме, указав, что запрос будет проходить регулярные консультации по продаже оружия и процесс уведомления Конгресса. Модернизация турецких самолетов F-16 до конфигурации Block 70/72 Viper может включать в себя новый радар, другие усовершенствования программного и аппаратного обеспечения, а также структурные усовершенствования, которые значительно продлевают срок службы каждого самолета.

 После начала конфликта России и Украины в начале 2022 года потенциал Турции по укреплению стратегической и военной мощи НАТО в условиях развивающегося кризиса в области европейской безопасности, возможно, повысил интерес администрации к продвижению сделки по F-16 с Турцией. Хотя при Эрдогане Турция действовала более независимо от Запада, ее значительное военное и географическое положение остается важным для альянса. Турция сотрудничает с Соединенными Штатами и другими их союзниками по ряду направлений, в том числе используя F-16 в миссиях НАТО, базирующихся в регионах Балтийского и Средиземного морей.

 Отвечая на критику возможной продажи F-16 со стороны 53 членов Конгресса в письме от февраля 2022 года, представитель Госдепартамента в марте 2022 года написал, что поддержка Турцией Украины является «важным сдерживающим фактором в регионе». Признавая, что любая продажа потребует уведомления Конгресса, чиновник добавил: «Администрация считает, что, тем не менее, существуют убедительные долгосрочные интересы единства и потенциала альянса, а также интересы национальной безопасности, экономические и коммерческие интересы США, которые поддерживаются соответствующими американскими властями. оборонные торговые связи с Турцией».

 Модернизация большей части турецкого парка F-16 может дать Турции время для приобретения или разработки более совершенного истребителя, хотя поставка новых F-16 может столкнуться с отставанием в производстве. По данным Lockheed Martin, объем производства F-16 на заводе в Гринвилле, Южная Каролина, составляет четыре самолета в месяц, хотя компания планирует увеличить этот показатель с растущим списком покупателей. Другие страны, получающие или, возможно, получающие новые или модернизированные F-16V, включают Грецию, Тайвань, Сингапур, Южную Корею, Марокко, Бахрейн, Иорданию, Болгарию, Филиппины и Словакию. Если стороны завершат контракты с Иорданией и Болгарией, у Lockheed останется 148 самолетов. Исходя из текущих темпов производства, Турции может потребоваться три года или больше, чтобы начать принимать новые F-16V.

 Официальные лица Турции намекнули, что если они не смогут обновить свой парк F-16, они могут рассмотреть возможность приобретения западноевропейских альтернатив. Сообщается, что Турция рассматривает истребители Eurofighter Typhoon в качестве потенциальной альтернативы F-16, но неясно, одобрит ли такую продажу партнер по консорциуму Германия. Кроме того, ВВС Турции могут столкнуться с трудностями при адаптации к платформе, отличной от F-16. Более того, поставки европейского оружия в Турцию могут подлежать процессу рассмотрения Конгрессом, описанному ниже, если такое оружие должно включать оборонные изделия американского происхождения, отвечающие установленному порогу уведомления. Ранее Конгресс получил уведомление в связи с предложением некоторых стран, не входящих в НАТО (Саудовская Аравия, Кувейт и Катар), закупить американское оборудование для «Тайфунов». Если Турция не сможет закупить F-16 и столкнется с препятствиями на пути к европейским альтернативам, ее следующие шаги по сохранению потенциала военной авиации и совместимости с НАТО будут неясны. В ICS Государственного департамента для Турции говорится, что если НАТО и Запад по-прежнему не будут поддерживать стремление Турции к модернизации обороны, Турция может быть вынуждена обратиться к России или Китаю для восполнения этих пробелов в обороноспособности в областях, где ее местная оборонная промышленность не может обеспечить требуемый потенциал.

 В конце саммита НАТО в июне 2022 года в Испании, где Турция согласилась разрешить процесс присоединения Швеции и Финляндии к продвижению вперед (до окончательной ратификации Турцией), а президент Байден встретился с президентом Эрдоганом, Байден выразил поддержку продаже новых F-16 в Турция, а также для обновлений. Он также выразил уверенность в получении поддержки Конгресса. Однако председатель SFRC Боб Менендес постоянно выражал неодобрение в связи с тем, что он назвал «злоупотреблениями Эрдогана в регионе».

 В дополнение к продолжающейся напряженности между США и Турцией в отношении групп сирийских курдов на севере Сирии, споры между Турцией и Грецией относительно полетов над спорными районами и других давних проблем Эгейского моря резко возросли в 2022 году и привлекли пристальное внимание Конгресса. Эрдоган приостановил диалог с премьер-министром Греции Кириакосом Мицотакисом после того, как Мицотакис, похоже, выразил обеспокоенность по поводу американо-турецких сделок с оружием, выступая на совместном заседании Конгресса в мае 2022 года. В декабре 2022 года окончательная версия NDAA FY2023 исключила условие одобрения Палатой представителей при продаже F-16 в Турцию.

 Поскольку официальные лица США уже уведомили Конгресс о возможной модернизации F-16 для Греции в 2017 году, решения США об увеличении парка турецких F-16 могут иметь серьезные последствия для баланса безопасности между Турцией и Грецией, а также для отношений между тремя странами. За последние три года Греция укрепила свое оборонное сотрудничество и отношения с США и рядом стран региона, таких как Франция, Израиль и Египет. Расширение сотрудничества между США и Грецией в области обороны включало расширение военного присутствия США и активизацию военных действий США, Греции и НАТО на греческих объектах.

 Напряженность между Турцией, Грецией и Кипром

 С 1970-х годов споры между Грецией и Турцией по поводу территориальных прав в Эгейском море и в более широком Восточном Средиземноморье были основным предметом разногласий, несколько раз приводившим стороны к военному конфликту. Споры, уходящие корнями в территориальные изменения после Первой мировой войны, вращаются вокруг оспариваемых границ, включая территориальные воды двух стран, национальное воздушное пространство, исключительные экономические зоны (включая претензии на энергоносители), острова (и их использование в военных целях) и континентальные шельфы.

 Эта напряженность связана с одним из крупных неурегулированных конфликтов в регионе и еще более осложняется им: фактическим политическим разделением Кипра по этническому признаку, возникшим после военного столкновения 1974 года, когда турецкие войска вторглись в некоторые части острова, чтобы помешать этническому греческому руководству объединение Кипра с Грецией. Признанная на международном уровне Республика Кипр (иногда называемая Кипром), имеющая тесные связи с Грецией, претендует на юрисдикцию над всем островом, но ее эффективный административный контроль ограничен южными двумя третями, где киприоты-греки составляют большинство. Турки-киприоты управляют северной третью и поддерживаются Турцией, включая турецкий военный контингент там после столкновения 1974 года. В 1983 году лидеры турок-киприотов провозгласили эту часть острова «Турецкой Республикой Северного Кипра», хотя ни одна страна, кроме Турции, не признает ее, а резолюция 541 (1983) Совета Безопасности ООН признала притязания киприотов-турок юридически недействительными.

 Турецкие официальные лица жаловались на значительное новое военное присутствие США в греческом порту Александруполис, расположенном примерно в 10-15 милях от турецкой границы. Официальные лица США объяснили, что они используют порт в качестве транзитного узла для отправки оборудования союзникам и партнерам в регионе в рамках более широкого ответа НАТО на вторжение России в Украину. В упомянутых выше показаниях на слушаниях в Конгрессе в марте 2022 года Алан Маковский сказал, что наличие объектов в Александруполисе позволяет НАТО обходить заторы или закрытие проливов для перевозки войск и техники по суше союзникам и партнерам. После того, как министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу заявил в октябре 2022 года, что Соединенные Штаты больше не придерживаются сбалансированного подхода к Эгейскому морю, посол США в Турции Джефф Флейк опубликовал заявление, в котором говорится, что в политике безопасности США не произошло никаких изменений в пользу Турции или Греции, и что коллективные усилия союзников по НАТО сосредоточены на прекращении войны России на Украине.

 Процесс уведомления Конгресса

 В феврале 2023 года госсекретарь Энтони Блинкен публично подтвердил поддержку администрацией Байдена и взаимодействие с Конгрессом в отношении возможной продажи Турции истребителей F-16. Месяцем ранее источники в СМИ со ссылкой на неназванных официальных лиц США сообщили, что администрация предоставила Конгрессу неофициальные уведомления о возможных продажах F-16 Турции и возможных продажах до 40 истребителей F-35 Joint Strike Fighters в Грецию. Согласно этим сообщениям, январское неофициальное уведомление о Турции касалось 40 новых F-16 Viper и 79 пакетов модернизации F-16 Viper, а также 900 ракет класса «воздух-воздух» и 800 бомб на общую сумму около 20 миллиардов долларов.

 После того, как Государственный департамент неофициально уведомит SFRC и Комитет по иностранным делам Палаты представителей (HFAC) о возможной зарубежной военной продаже (FMS) или прямой коммерческой продаже (DCS) основного оборонного оборудования, изделий и/или услуг, отвечающих определенным пороговым значениям, предлагаемые FMS или DCS требуют официального уведомления Конгресса, прежде чем они смогут продолжить работу. В большинстве случаев Государственный департамент направляет официальное уведомление через 20–40 дней после неофициального уведомления. Этот период времени дает комитетам возможность высказать опасения в рамках конфиденциального процесса «многоуровневой проверки». Если член Конгресса приостанавливает (как упоминалось ранее, не юридически обязывающее) предполагаемую сделку, официальное уведомление обычно не подается. В соответствии с положениями Закона о контроле за экспортом вооружений (AECA, PL 90-629, 82 Stat. 1320) исполнительная власть может приступить к продаже — если это не заблокировано законодательством — через 15 дней (для союзников по НАТО, таких как Турция и Греция) после официального уведомление.

 Как упоминалось выше, рассмотрение Конгрессом потенциальной продажи F-16 Турции может зависеть от одобрения Турцией вступления в НАТО как Швеции, так и Финляндии. Поскольку Турция уже одобрила членство Финляндии в НАТО, внимание США переключилось на подход Турции к ситуации в Швеции. Вскоре после сообщений о неофициальных уведомлениях о возможных продажах самолетов в Грецию и Турцию New York Times процитировала председателя Менендеса, который приветствовал продажу F-35 Греции, но решительно выступал против продажи F-16 Турции. Что касается продажи F-16, он сказал, что «президент Эрдоган продолжает подрывать международное право, пренебрегать правами человека и демократическими нормами, а также участвовать в тревожном и дестабилизирующем поведении в Турции и в отношении соседних союзников по НАТО. Пока Эрдоган не прекратит свои угрозы, не улучшит свою ситуацию с правами человека дома, в том числе за счет освобождения журналистов и политической оппозиции, и не начнет действовать как верный союзник, я не одобрю эту продажу».

 На мартовских слушаниях SFRC с участием секретаря Блинкена председатель Менендес подробно остановился на возражениях, которые он имеет против различной внешней и внутренней политики Турции, и высказал мнение, что Турция не заслуживает получения F-16, если она не решит некоторые из упомянутых им проблем.

 Сообщаемые администрацией неофициальные уведомления о потенциальных продажах в Турцию и Грецию появляются на фоне продолжающейся напряженности между двумя странами из-за морских границ и регионального участия США (как упоминалось выше). Согласовав неофициальное уведомление о F-35 для Греции с уведомлением о F-16 для Турции, администрация может попытаться убедить греческих лидеров и общественное мнение в том, что Соединенные Штаты не отдают предпочтение Турции, а не Греции.

 Приобретение Грецией истребителей F-35 в сочетании с текущими закупками двух десятков истребителей Dassault Rafale F3R поколения 4,5 из Франции и модернизацией большей части своего парка F-16 до самой передовой конфигурации Block 72 — даст Hellenic Air получить технологическое преимущество над своим гораздо более крупным турецким аналогом. Это останется в силе, даже если Турция заключит сделку по F-16.

 В ответ на известие о возможной продаже F-35 Греции министр иностранных дел Турции Чавушоглу призвал США «обратить внимание» на баланс сил в регионе.

 Обеспокоенность лидеров комитетов Конгресса по поводу возможной продажи F-16 — независимо от того, связана она с перспективами вступления Швеции в НАТО или нет — вполне может сохраняться и после выборов в Турции, запланированных на май. В какой-то момент администрация может решить, следует ли, когда и как решить проблемы Конгресса, и/или двигаться вперед с официальным уведомлением о продаже. В апреле 2023 года администрация официально уведомила о возможной продаже авионики, которую Турция запросила в 2019 году для повышения функциональной совместимости своих F-16 с НАТО по определенным вопросам обмена информацией и безопасности полетов. Несмотря на очевидное молчаливое согласие Конгресса на продажу авионики, председатель SFRC Менендес впоследствии заявил, что продолжает выступать против продажи F-16 Турции.

 Конечно, не продажа Турции истребителей – главное в докладе Конгрессу. США очень надеяться избавиться от Эрдогана, который не вписывается в общих хор безоговорочной поддержки американской внешней политики.

 Выборам в Турции посвящен майский номер The Economist.

 «Может ли Эрдоган быть свергнут на предстоящих выборах в Турции? Его уход изменит страну и отразится на всем мире» (The Economist, 04.05.2023)

 14 мая 2023 года контроль Реджепа Эрдогана над второй по численности населения страной Европы может ослабнуть. Опросы показывают, что объединенная оппозиция может вырвать контроль над парламентом у партии Эрдогана «Справедливость и развитие» и ее союзников. Более того, сам Эрдоган, похоже, проигрывает на президентских выборах, которые состоятся в тот же день.

 Проигрыш для Эрдогана будет не просто концом эпохи. Это вызовет огромные потрясения в Турции, которые вызовут громкий резонанс в регионе и во всем мире. В конце концов, Турция является 11-й по величине экономикой в ​​​​мире с поправкой на стоимость жизни, опережая Канаду, Италию и Южную Корею. Это «ключевой и неуклюжий» член НАТО , одновременно близкий к линии фронта войны в Украине и, тем не менее, при Эрдогане «обескураживающе дружный с режимом президента России Владимира Путина». Он стоит между Европой и хаосом Ближнего Востока и играет решающую роль в сдерживании потока беженцев в ЕС . Это также одна из немногих подлинных демократий в мусульманском мире, хотя Эрдоган подрывает турецкие институты уже около десяти лет.

 

Высокие ставки соответствуют шекспировской драме правления Эрдогана. Он начал свою карьеру в политике как аутсайдер-диссидент, преследуемый светским истеблишментом Турции за кампанию по отмене ограничений на выражение благочестия в общественной жизни. Теперь он стал преследователем, сажая оппонентов в тюрьму по надуманным обвинениям, запугивая СМИ и смещая избранных чиновников. В глазах многих наблюдателей Турция едва ли заслуживает ярлыка демократии (см. диаграмму 1).

 Экономический менеджмент Эрдогана также прошел полный круг. В первое десятилетие его правления инфляция прекратилась, а доходы резко возросли. Во втором случае инфляция вернулась, а ВВП на душу населения в долларовом выражении упал на 15% (см. график 2).

 Г-н Эрдоган совершил аналогичный поворот в отношении многочисленного курдского меньшинства в Турции, за которым он ухаживал в первые годы своего пребывания у власти, но политических лидеров которого он теперь отвергает как марионеток террористов. И он поссорился с Америкой и ЕС , которые сначала превозносили его за помощь в укреплении демократии в Турции, а теперь ругают за ее ослабление. Во всех этих сферах — отстаивании демократии, восстановлении экономики, урегулировании социальных разногласий и проведении внешней политики — выборы предлагают жесткий выбор между оппозицией, проводящей реформы, и все более укоренившимся и непримиримым Эрдоганом.

За последние два года лира потеряла 60% своей стоимости по отношению к доллару. Деньги текут из страны: всего пять лет назад иностранным инвесторам принадлежало 64% ​​турецких акций и 25% турецких государственных облигаций, а сейчас только 29% и 1%. В январе дефицит текущего счета достиг рекордных 10 миллиардов долларов. Безудержная инфляция — осенью она достигла 86% в годовом исчислении и остается выше 40% — привела к обнищанию миллионов турок. Более того, снижение инфляции в последние месяцы отчасти произошло благодаря неустойчивой поддержке обменного курса центральным банком. Он продает примерно 1 миллиард долларов в день, большая часть из которых взята взаймы, чтобы замедлить падение лиры. Принимая во внимание доллары, которые он должен другим центральным банкам и местным коммерческим банкам, считается, что у него отрицательные валютные резервы, почти - 70 миллиардов долларов. Дальнейшая девальвация лиры и, следовательно, более высокая инфляция кажутся неизбежными, когда у нее заканчиваются доллары для продажи.

 Эрдоган пытается отвлечь внимание от всего этого, указывая на многочисленные успехи, достигнутые Турцией на его глазах. Только за последний месяц он открыл первую в стране атомную электростанцию, отпраздновал открытие крупного газового месторождения в Черном море, сел за руль первого в Турции электромобиля и представил первый авианосец.

 Сообщение, которое должны донести такие проекты, заключается в том, что Эрдоган бросил вызов Западу, чтобы превратить Турцию в мировую державу, и что лучшее ещё впереди. «Если вам интересно, почему он до сих пор колеблется на уровне более 40% в опросах, — говорит аналитик Галип Далай, — одной из причин является эта идея и этот язык величия».

 Это не пустая риторика. Эрдоган пришёл к власти в 2003 году, сразу после инфляционной спирали и банковского кризиса, подкосившего экономику. Первоначально он руководил устойчивым ростом экономики в целом и среднего класса. Многие турки получили огромную выгоду и в результате остались верны Эрдогану.

 Эрдоган использовал свое влияние на средства массовой информации, чтобы убедить сторонников в том, что проблемы экономики больше связаны с иностранными заговорами с целью угнетения Турции, чем с бесхозяйственностью его правительства. Он также умеет использовать разногласия в турецком обществе. Многие из тех, кто извлек выгоду из его ранней экономической политики, были консервативными представителями среднего класса, провинциальными типами, которые долгое время чувствовали себя игнорированными или насмехающимися над светской столичной элитой. В течение многих лет он говорил им, что свободы, которые они завоевали при нем, включая право носить исламский хиджаб в университетах и ​​государственных учреждениях, зависят от его сохранения у власти. Он характеризует выборы как состязание между гордо-набожными и националистически настроенными турками и сбродом потягивающих виски безбожных элитистов, курдских сепаратистов и сексуальных извращенцев.

 Но ничто из этого не может скрыть фундаментальную проблему: Эрдоган саботирует экономику. Он ошибочно полагает, что высокие процентные ставки подпитывают инфляцию и что снижение стоимости заимствований поможет стабилизировать цены. Укомплектовав центральный банк подхалимами, он навязал эту точку зрения стране, что привело к лихорадочной инфляции. А поскольку низкие процентные ставки делают кредит смехотворно дешевым (основная кредитная ставка центрального банка более чем на 35 процентных пунктов ниже уровня инфляции), его необходимо нормировать с помощью правительственных постановлений. Критики видят в этом рецепт кумовства. «Центральный банк решает, кто может покупать доллары, банковское управление решает, кто имеет право на получение кредита, а правительство решает, чьи долги прощаются или откладываются», — жалуется Керим Рота, бывший банкир и заместитель председателя Future, небольшой оппозиционной организации. вечеринка.

 Но, при этом недавнее открытие крупного газового месторождения в Черном море, сократит расходы Турции на импорт, ослабив давление на лиру. С конца 2021 года правительство увеличило базовую ежемесячную государственную пенсию в пять раз до 7500 лир (385 долларов США) и утроило минимальную заработную плату до 8500 лир, приблизив ее к среднему заработку. В июле, после выборов, снова обещают поднять минимальную заработную плату.

 Оппозиция, напротив, обещает возврат к экономической ортодоксии. Ее возглавляет Кемаль Кылычдароглу, бывший чиновник министерства финансов и глава государственного пенсионного агентства, чья скромная личность резко контрастирует с репутацией Эрдогана: пока Эрдоган перерезает ленточку одного мегапроекта за другим, Кылычдароглу записывает видео на своей скромной кухне, с кухонными полотенцами, накинутыми на ручку духовки, и одинокой луковицей в качестве опоры для обсуждения инфляции.

 Кылычдароглу говорит, что восстановит независимость центрального банка, что неизбежно приведет к резкому повышению процентных ставок. Это, в свою очередь, может замедлить экономический рост, если не спровоцировать рецессию. Между тем, инфляция займет некоторое время, чтобы подавить.

 Оппозиционные политики говорят, что расходы на социальные нужды частично смягчят эту боль, как и иностранный капитал, который, как они ожидают, хлынет на турецкие рынки акций и облигаций, как только к власти придет новая экономическая команда и ставки начнут расти. Прямые инвестиции в фирмы и фабрики займут больше времени, но тоже вернутся, считает оппозиция. В конце концов, Турция является крупнейшей экономикой между Индией и Германией и получает выгоду от таможенного союза с ЕС , что делает ее отличной базой для экспорта в Европу. Разговоры с управляющими фондами, стекающимися в Стамбул накануне выборов, показывают, что такие надежды небезосновательны.

 Что касается институциональных реформ, то правительство и оппозиция также предлагают совершенно разные программы. Эрдоган сильно централизовал власть в президентской должности, которая раньше была в основном церемониальной должностью, упразднив при этом должность премьер-министра и уменьшив роль парламента. Он также использовал власть государства крайне пристрастно и карательно. Он ужесточил и злоупотребил законом против оскорбления президента, который теперь наказывается лишением свободы на срок до четырех лет. За время его пребывания в должности было проведено около 200 000 расследований этого преступления. Навязчивым эхом запрета исламских партий и политиков до его прихода к власти его прокуроры настаивают на роспуске Народно-демократической партии, основной курдской партии. Тем временем он без промедления отстранил от должности многих избранных курдских мэров. Десятки тысяч последователей Фетхуллаха Гюлена, священнослужителя, с которым Эрдоган когда-то был в политических союзах, были уволены с государственных должностей или заключены в тюрьму по ничтожным обвинениям, подкрепленным смехотворными доказательствами, после того, как Гюлена обвинили в подстрекательстве к попытке государственного переворота в 2016 году.

 Киличдароглу обещает изменить многое из этого. Он говорит, что восстановит независимость судов, вернет власть парламенту и отменит закон об оскорблении президента. Оппозиция также обещает положить конец политике Эрдогана по увольнению избранных мэров и выплатить компенсацию тем, кто был незаконно уволен после переворота. В нем говорится, что он также будет преследовать нечестных чиновников, в том числе тех, кто подозревается в искажении показателей инфляции и заключении выгодных контрактов с правительственными друзьями.

 ***

 Конечно, не расхождения в экономической политике Эрдогана и его оппонентов вызывают у США, НАТО и ЕС желание избавиться от нынешнего президента Турции. Аллергию он вызывает только потому, что не встал в один ряд со всеми врагами России, поддерживает деловые отношения с Путиным, и, главное, играет СВОЮ СОБСТВЕННУЮ ПОЛИТИКУ, КОТОРАЯ ДАЛЕКО НЕ ВСЕГДА СОВПАДАЕТ С ИНТЕРЕСАМИ АМЕРИКИ.

 Последние опросы показывают, что как на парламентских, так и на президентских выборах гонка будет близкой.

 Для победы на президентских выборах в первом туре голосования кандидат должен набрать более 50% голосов. Учитывая, что помимо господ Эрдогана и Кылычдароглу баллотируются еще два кандидата, это маловероятно. Таким образом, гонка, скорее всего, перейдет во второй тур 28 мая.

 Некоторые сторонники оппозиции опасаются, что Эрдоган откажется передать власть в случае проигрыша. Об этом Эрдоган практически прямо заявил 1 мая 2023 года. За несколько дней до этого министр внутренних дел Турции предупредил о «попытке политического переворота при поддержке Запада» в день выборов.

 Такая риторика вызывает у США опасения, что Эрдоган, возможно, по указанию членов своего ближайшего окружения, может сорвать выборы или оспорить результаты, особенно в случае незначительного поражения.

 На этот случай у США по всем информационным инсайдам есть вариант «Цветной революции», и прямого военного переворота.

 Но Эрдоган имеет опыт побеждать перевороты в любых вариантах.

  

*запрещённая в РФ террористическая организация

 

Елена Ларина, Владимир Овчинский

https://zavtra.ru/blogs/14_maya_2023_vibori_v_turtcii

 


19.04.2023 США против ОДКБ

 

        Главный вызов на фоне традиционных рисков

Сегодняшние геополитические вызовы на евразийском пространстве наносят ущерб сплоченности ОДКБ. Новые обстоятельства повышают потенциал действий США и стран Запада по переоценке ОДКБ как организации коллективной безопасности в регионе. Самыми серьезными вызовами в настоящее время являются военный конфликт на Украине; военный конфликт между Арменией и Азербайджаном; пограничный конфликт между членами ОДКБ - Кыргызстаном и Таджикистаном; вновь наметившиеся протестные настроения в Казахстане; расхождение региональных интересов в отношении Афганистана. Эти вызовы сеют семена раскола в организации, ещё больше осложняя отношения внутри ОДКБ.

 Вооружённый конфликт на Украине и ОДКБ

 Все страны-члены ОДКБ выступили за нейтралитет в отношении военного конфликта на Украине и воздержались от осуждения действий России на Украине на Генеральной Ассамблее ООН.

 Одновременно наблюдаются и некоторые тревожные тенденции. Так, в срезе внешней политики Казахстана в последнее время наблюдается следующее.

 В первую очередь, это явное давление Запада на Казахстан с целью её отстранения от России. Давлением Запада вероятно обусловлено, например, решение Казахстана запустить обязательное оформление сопроводительных накладных на товары в электронном виде и отслеживание движения товаров на пространстве ЕАЭС (Россия, Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия) с помощью электронных пломб (ЭЦП). Подоплекой этого решения представляется стремление Казахстана минимизировать риски, связанные с возможными вторичными санкциями из-за содействия параллельному импорта. Представители США, анонсируя свои визиты, зачастую не скрывают своих намерений. Примером может послужить готовящийся визит представителей Минфина США в Казахстан и Кыргызстан с целью противодействия обходу антироссийских санкций.

 Более серьёзную озабоченность, однако, вызывает курс Казахстана в отношении Украины. 15 апреля 2023 года посольство Казахстана организовало в Киеве круглый стол на тему: «Новый Казахстан – на пути реформ». На мероприятии присутствовал, помимо депутатов и научных сотрудников, вице-президент Торгово-промышленной палаты Украины Виктор Король. Его участие в мероприятии, формат которого подразумевает ознакомление с внутренними реформами Казахстана, вызывает определённые вопросы и говорит о лоббировании торгово-экономических интересов Украины. Также нельзя не отметить информацию журналистов о коррупционной закупке дизельного топлива Украиной через Казахстан.

 На данный момент, однако, имеющиеся сигналы представляются достаточно слабыми. Казахстан стремится соблюдать геополитический нейтралитет, балансируя собственные интересы между давлением Запада и союзническими обязательствами перед Россией. Тем не менее, такие события демонстрируют потенциал к если не развороту внешнеполитического вектора страны, то его коррекции в более недружественное русло. Мероприятие посольства от 15 апреля не может похвастаться высоким представительством, однако проведение подобных мероприятий может быть использовано и, вероятно, используется Украиной для лоббирования антироссийской повестки.

 Эксперты SpecialEurasia считают, что после начала украинского конфликта Центральная Азия оказалась геополитическим «полем битвы» между региональными и международными державами. Действительно, Центральная Азия имеет стратегическое значение благодаря своему географическому положению на евразийской геополитической шахматной доске, что делает регион «мостом» между Европой и Азией.

 В 2023 году можно ожидать, что правительства государств – членов ОДКБ из Центральной Азии будут стремиться балансировать между Россией, Китаем и Западом, продвигая многостороннюю повестку дня, в которой будут учитываться другие региональные игроки, такие как Турция, Индия, Иран и арабские монархии Персидского залива.

 У Москвы привилегированные отношения с республиками Центральной Азии благодаря недавнему историческому прошлому. Действительно, Кремль рассматривает Среднюю Азию как часть своего ближнего зарубежья и жизненно важного пространства, где Российская Федерация пыталась расширить свои политические, экономические и военные связи через Евразийский экономический союз (ЕАЭС) и Организация Договора о коллективной безопасности (ОДКБ).

 Западные аналитики прогнозируют, что эффект затянувшегося военного конфликта на Украине в итоге будет иметь негативные последствия для ОДКБ.

 В таких условиях, по их мнению, геополитическая перебалансировка в контексте архитектуры безопасности Центральной Азии становится более реальной. Эта геополитическая перебалансировка на практике повлечет за собой более активное участие других игроков, а именно Китая, Турции, Ирана и США, в формировании архитектуры безопасности региона.

 Например, Китай уже имеет значительное экономическое влияние в регионе, и в долгосрочной перспективе это может привести к гораздо большему геополитическому влиянию. Предстоящий в мае 2023 года саммит Китай-Центральная Азия представляет собой ещё один новый формат отношений между государствами Центральной Азии и Китаем, который стоит изучить.

 Другие державы также расширяют свои отношения в области безопасности в регионе. Турция и Иран экспортировали дроны (и, возможно, другое оружие) в страны Центральной Азии, в частности, в Кыргызстан и Таджикистан. Астане удалось заключить сделку с турецкой аэрокосмической и оборонной компанией на производство турецких беспилотников в Казахстане.

 По мнению западных аналитиков, государства Центральной Азии, вероятно, продолжат привлекать США для достижения большего равновесия в своих отношениях с Китаем и Россией.

 По мнению западных аналитиков, военное присутствие Москвы в регионе резко сократилось из-за СВО на Украине и вызвало обеспокоенность в столицах государств – членов ОДКБ, которые традиционно полагались на российские гарантии безопасности и помощь. Экономические санкции в отношении России угрожают торговле и экспорту в Центральной Азии, которые в значительной степени сосредоточены на транзите через Россию, а также угрожают средствам к существованию миллионов рабочих-мигрантов из Центральной Азии, которые ежегодно отправляют домой из России миллиарды долларов.

 Поскольку великие державы сосредоточились на других приоритетах, в Центральной Азии также наблюдается усиление роли региональных средних держав, особенно Турции, Ирана и Индии. Турция сформировала собственную региональную организацию тюркских государств «С4+1» (за исключением говорящего на фарси Таджикистана). И Турция, и Иран экспортировали в регион боевые беспилотники и обещали производить их в Кыргызстане и Таджикистане (также по лингвистическому признаку). Премьер-министр Индии Нарендра Моди провел собственную виртуальную встречу C5+1 также в конце 2022 года. Эти страны ранее часто уступали господству России в Центральной Азии хотя бы потому, что хотели получить от России другие вещи. Их растущий интерес предлагает государствам Центральной Азии новые возможности.

 Армяно-азербайджанский конфликт и ОДКБ

 Для Армении и Азербайджана Нагорный Карабах был предметом разногласий до и после распада Советского Союза, но следует подчеркнуть, что эта провинция на международном уровне признана территорией Азербайджана. С 1994 года конфликт в основном оставался замороженным с редкими вспышками насилия между ними. Однако в 2022 году конфликт перерос в полномасштабную войну между двумя странами, закончившуюся тем, что Азербайджан вернул себе большую часть территории, которую он ранее потерял. В сентябре 2022 года Азербайджан начал атаки и захватил территорию внутри Армении (за ранее известной зоной конфликта между двумя странами). В ответ Армения применила статью 4 ОДКБ, которая призвана гарантировать «безопасность, стабильность, территориальную целостность и суверенитет» государства-члена всеми странами-членами против внешней агрессии. Но после этого события Армения встретила небольшую миссию ОДКБ, направленную для установления фактов и наблюдения. В западных СМИ эта ситуация была представлена так, что якобы Россия больше не может гарантировать безопасность Армении, зажатую между двумя враждебно настроенными соседями: Азербайджаном и Турцией. Это послужило поводом пропагандистской кампании по подрыву авторитета ОДКБ в глазах правительства и общественности Армении.

 Учитывая шаткое географическое положение Армении, она продолжает оставаться членом ОДКБ, но также добивается от Запада гарантий безопасности для себя.

 Реакция ОДКБ на обострение на армяно-азербайджанской границе, а именно — продвижение азербайджанских сил в 2022, регулярные нарушения режима прекращения огня и блокаду Лачинского коридора Азербайджаном, — оценивается армянским истеблишментом как недостаточная и крайне пассивная. Армения на фоне столкновений сентября 2022 года требовала задействовать 4 статью ОДКБ и была разочарована отказом. Сейчас же разочарование в ОДКБ как в организации коллективной безопасности озвучивается напрямую на высших уровнях власти и выражается не только в словах, но и в действии – самым недавним примером является отказ Армении от квоты заместителя генерального секретаря, что фактически является понижением уровня отношений с организацией.

 Этим разочарованием активно стремятся воспользоваться западные партнёры Армении. В сфере армяно-азербайджанского урегулирования с начала специальной военной операции России на Украине наблюдается серьёзная активизация конкуренции за посредническую роль между Россией и ЕС. ЕС стремятся стать основной переговорной площадкой между Арменией и Азербайджаном, преследуя цель вытеснения России из региона. В контексте блокады Лачинского коридора Армения всё чаще обращается к коллективным органам Запада – в поддержку Армении принимаются резолюции Европарламента, в пользу Армении выносятся решения ЕСПЧ, Международного суда ООН в Гааге.

 На фоне недовольства Арменией в отношении ОДКБ действия Запада по перехвату инициативы в урегулировании только усилились. В конце февраля 2023 года, например, ЕС направил гражданскую мониторинговую миссию, что вызвало серьёзное раздражение Москвы, которая обоснованно видит в миссии ЕС попытку выдавить Россию из региона. В ответ на миссию ЕС обсуждается вопрос направления миссии ОДКБ, однако этот вопрос сейчас «буксует» не в последнюю очередь из-за позиции Армении — Ереван для принятия миссии ОДКБ выдвигает ряд предусловий, в частности, признание «оккупации территории Армении Азербайджаном».

 Одновременно с этим наращивается активность США по линии сотрудничества с Арменией в военной сфере. Министерство обороны Армении в этом году планирует принять участие в двух военных учениях, организованных командованием Сухопутных войск США в Европе: KFOR (Силы Косово) и Sabre Junction (Сплетенный меч). При этом Армения в январе 2023 года отказалась от проведения учений ОДКБ на своей территории. В конце февраля министр обороны Армении Сурен Папикян встретился с директором агентства сотрудничества в области обороны и безопасности министерства обороны США Джимом Харшем для обсуждения военно-технического сотрудничества. А 11 апреля 2023 года он также посетил Верховное командование союзнических сил НАТО в Европе. Эти действия вызывают непонимание Москвы, озвучиваемое публично.

 Крайне негативную реакцию МИД России вызвало участие Армении в крупномасштабных военных учениях США Defender – 23 (начинаются 22 апреля 2023 года). Их многие аналитики рассматривают как обеспечивающие логистику наступления ВСУ на Россию.

 Используя проблемы в армяно-азербайджанском урегулировании, точки напряженности в отношениях Армении и ОДКБ, а также охотно солидаризируясь с Арменией по ключевым «горячим» вопросам, таких как вопрос разблокирования Лачинского коридора, Запад стремится представить себя более надёжным, продуктивным и активным партнёром, нежели Россия и ОДКБ, способным выступить более эффективным гарантом армянской безопасности.

 Играя на настроениях армянского истеблишмента, который публично заявляет, что ОДКБ не выполняет необходимую сдерживающую функцию, и на объективной угрозе новой военной эскалации, Запад, таким образом, стремится вытеснить Россию из региона и усилить противоречия внутри ОДКБ, ослабив организацию.

 В ближайшее время именно ситуация на армяно-азербайджанской границе и связанная с этим активность Запада будет оставаться одним из наиболее опасных вызовов для ОДКБ, особенно в случае нового витка военной эскалации в регионе.

 Конфликт между членами ОДКБ - Кыргызстаном и Таджикистаном

 Продолжающийся спор между Кыргызстаном и Таджикистаном имеет 30-летнюю историю, период, в течение которого пограничные споры двух стран оставались нерешенными. Причина спора между этими двумя членами ОДКБ в первую очередь связана с демаркацией границы и доступом к дорогам и водным ресурсам. С 2021 года спорадические пограничные столкновения между двумя странами стали более частыми и интенсивными из-за милитаризации границы с обеих сторон. Последние столкновения между двумя странами в 2022 году оказались одними из самых кровопролитных.

 Сохранение этой давней проблемы также представляет собой вызов для ОДКБ. Западная пропаганда пытается представить ситуацию в двух плоскостях: во-первых, навязывается мнение, что в ОДКБ отсутствуют какие-либо надлежащие механизмы урегулирования конфликтов между ее государствами-членами, а во-вторых, любые попытки выдвинуть решение на границе вопросы между Кыргызстаном и Таджикистаном сводят к тому, что эти попытки неизменно приведут к более сложным и непредсказуемым последствиям, которые, вероятно, могут выйти за рамки двустороннего спора и усугубить недоверие.

 Очередное обострение конфликта Кыргызстана и Таджикистана 14–16 сентября 2022 года и стало одной из самых кровопролитных в истории конфликта, приведя к гибели более сотни человек с обеих сторон и эвакуации 140 тыс. жителей. Пограничный вопрос был точкой конфликта между Таджикистаном и Кыргызстаном даже во времена СССР, и распад Союза очень серьёзно обострил проблему и усложнил урегулирование. Часто бытовые споры, споры о земле, пастбищах, отдельные эпизоды недопонимания между пограничниками регулярно приводили к локальным столкновениям и перестрелкам. В 2021 году к локальным столкновениям присоединились регулярные армии обеих стран, и гибель мирных жителей, в том числе детей, придала конфликту намного более заострённое измерение.

 Окончательное решение этого конфликта силами сугубо Таджикистана и Кыргызстана представляется маловероятным в связи с наличием множества принципиальных глубинных точек расхождения интересов и крайне напряженных отношений между двумя странами, зачастую накаляемых враждебным и контрпродуктивным внутренним дискурсом и отсутствием взаимного доверия. Вопрос делимитации границы также осложняется большим влиянием криминальных группировок и наркомафии, пользующихся неопределённостью на границе, а также неоднородностью цен на ГСМ и другие продукты в приграничных регионах, что ведёт к повсеместности контрабанды. Без участия третьей посреднической стороны данный конфликт с высокой вероятностью будет оставаться серьёзной болевой точкой, угрожая в любой момент снова перейти в горячую фазу. Подобный конфликт между странами-членами ОДКБ также отбрасывает тень на международный имидж организации. Миротворческая миссия ОДКБ в случае нового обострения, как и посредничество организации в урегулировании приграничного спора, могла бы сгладить многие острые углы. Но стороны не спешат принимать посредничество какого-либо внешнего игрока.

 Текущие внешние риски для России являются достаточно самоочевидными и не нуждаются в описании. Внутренние же риски довольно схожи с рисками для других стран-членов ОДКБ. Это незаконный оборот наркотиков, организованная преступность, терроризм и экстремизм, преступления с использованием информационно-коммуникационных технологий, риск политической дестабилизации усилиями враждебных игроков. В сфере незаконного оборота наркотиков Россия, однако, сталкивается с достаточно специфическими вызовами. Если в таких странах, как Таджикистан и Кыргызстан основным источником наркотрафика остаётся Афганистан, то в России стремительно увеличивается производство синтетических наркотиков внутри страны. Например, в МВД России отчитались о выявлении в 2022 году на 42% больше преступлений, связанных с производством наркотиков, чем годом ранее. Похожая ситуация наблюдается и в Казахстане, где синтетические наркотики вытесняют с рынка «традиционные», такие как героин, опий, кокаин. На этом фоне встаёт вопрос усиления международного контроля за оборотом прекурсоров для синтетических наркотиков, которые часто поставляются из Китая, Турции и Египта. И здесь механизмы ОДКБ, особенно в контексте интереса Китая к сотрудничеству с организацией, могут сыграть важную позитивную роль и способствовать межгосударственному сотрудничеству в данном направлении.

 Говоря о проблеме терроризма и распространения радикальных идеологий, важно упомянуть о Кыргызстане. Одной из самых распространённых на территории Кыргызстана экстремистских организаций является «Хизб-ут-Тахрир»*, на территории страны также активно действуют «Йакын Инкар» и «Таблиги Джаамат», ведётся деятельность «Исламского государства»*. Население Кыргызстана оказывается уязвимым перед пропагандой и агитацией подобных организаций, и особенно уязвимой является молодёжь. Связано это не в последнюю очередь с тем, что в Кыргызстане происходит беспрецедентный рост роли религии в жизни общества, и стремительное, иногда сумбурное, проникновение религии в общественную жизнь кыргызстанцев создаёт обширное пространство для пропаганды и их вербовки экстремистскими организациями. На этом фоне крайне важна своевременная адаптация государственной религиозной политики страны к меняющимся условиям и растущим вызовам со стороны фундаменталистских организаций. В противном случае Кыргызстан рискует стать площадкой для активной вербовки населения в террористические организации и последующего экспорта экстремизма в прилегающие государства.

 Протестная ситуация в Казахстане

 В Казахстане на данный момент наблюдаются некоторые предпосылки возможной дестабилизации внутриполитической ситуации. В марте 2023 года в Казахстане прошли выборы в парламент (мажилис), которые были призваны стать завершающим этапом формирования новой конфигурации власти и элит К. Токаева. Данные выборы сопровождались обвинениями в фальсификациях, которые тиражировались оппозиционными СМИ. Независимые кандидаты пытались провести протестные акции, однако, не получили на это санкции властей. В итоге были проведены несанкционированные акции, которые сопровождались задержаниями.

 11 апреля 2023 года в Казахстане разразились протесты нефтяников. Первоначальной причиной протестов стало сокращение сотрудников «КазМунайГаз», дочерняя компания которой проиграла тендер и была вынуждена сократить штат. После того, как сотрудникам не удалось добиться выполнения требований обеспечения их постоянными рабочими местами, они организовали протест у здания Минэнерго в Астане. Протест был подавлен, а протестующие задержаны, что стало катализатором уже более крупных протестов в Жанаозене и Актау в поддержку работников. Оставшиеся на переговоры в Астане нефтяники заявили об избиениях при задержаниях. 13 апреля 2023 года нефтяники заявили о готовности возобновить протесты.

 

Тем не менее, несмотря на достаточно широкий резонанс в СМИ, в том числе в российских СМИ, протесты не достигли критического уровня массовости. Протесты освещались преимущественно в оппозиционных источниках, а интерес самих казахстанцев к ним быстро спал до фонового уровня, что демонстрирует динамика поисковых запросов.

 

На графиках, подготовленных аналитиками ГК «Масалович и партнеры» на основе применения системы «Avalanche» (мониторинг социальных сетей) выше можно наблюдать картину, характерную для вопросов, интерес к которым не имеет устойчивого характера и связан исключительно с информационным резонансом. Пик поискового интереса пришелся на вечер 11 апреля 2023 года и связан с появлением первых сообщений СМИ о протестах нефтяников. Впоследствии интерес казахстанцев к тематике протестов быстро затух, вернувшись к фоновым показателям уже к концу дня 12 апреля 2023 года.

 

Что касается выборов, то они прошли в целом успешно для партии власти. Тем не менее, по итогам выборов ряд независимых кандидатов отказались признавать их результаты, ссылаясь на вбросы и фальсификации. Помимо этого, на выборах фиксировалась достаточно низкая явка избирателей, что может свидетельствовать о высоком уровне политической апатии и разочарования населения. По итогам выборов фиксировался рост интереса жителей Казахстана к протестной тематике. Интерес фиксировался с 17 по 20 марта 2023 года – непосредственно в период выборов. Это, вероятно, связано с сообщениями о нарушениях и ожиданиями возможных протестов жителями. Также интерес к протестам фиксировался в период с 26 по 28 марта 2023 года. В этот период в повестке СМИ фиксировались сообщения о том, что активисты планируют проведение протестов, а также о том, что в их согласовании активистам было отказано. Всплеск интереса 9 апреля 2023 года был связан с проведением несанкционированного митинга против итогов выборов, который собрал около 150 человек. Оппозиции, таким образом, не удалось эффективно провести протестную мобилизацию. Интерес к тематике протестов против результатов выборов достаточно быстро затухал, не оставляя существенного шлейфа.

 

С другой стороны, динамика упоминаний протестов в социальных сетях при сопоставлении с динамикой поисковых запросов оказывается достаточно интересной. Она демонстрирует, что тематика политических протестов не вызвала существенного резонанса по сравнению с протестами нефтяников 11–12 апреля 2023 года. Несмотря на то, что динамика упоминаний в социальных сетях, как и в случае с поисковым интересом, демонстрирует достаточно быстрое затухание, высокий уровень резонанса вызывает беспокойство. Качественный анализ постов в социальных сетях также демонстрирует, что протесты нефтяников существенно подорвали доверие к властям среди жителей. В большинстве крупных сообществ, освещавших протесты, пользователи выражали поддержку протестующим. Вероятно, легитимизирующую роль сыграла экономическая подоплека в условиях достаточно неблагоприятного экономического положения многих жителей Казахстана. Причины протеста, а также резкая реакция на них со стороны властей, заострили ощущение экономической и трудовой незащищённости, создав тем самым потенциал к протестной консолидации населения и вынеся в дискурс проблему социального расслоения в стране. Ситуация в некоторой степени напоминает ситуацию с протестами начала 2022 года, однако в связи с локальностью протестного повода массовой протестной мобилизации в этот раз не произошло.

 Таким образом, несмотря на локальный характер прошедших протестов, и достаточно быстрое затухание интереса к ним, ситуация с нефтяниками ведёт к накоплению протестного потенциала в обществе Казахстана. Если политические протесты не вызывали существенной консолидации и интереса на фоне высокого уровня политической апатии, и попытки оппозиции провести протестную мобилизацию на текущий момент не увенчались успехом, события последних дней демонстрируют, что экономическая тематика в стране несёт в себе серьёзные протестные риски. Более того, исходя из реакции в социальных сетях, можно утверждать, что такие протесты будут поддержаны жителями Казахстана. Данный протестный повод оказался слишком локальным для того, чтобы привести к массовой протестной мобилизации. Однако, в случае появления повода, охватывающего более широкую социальную базу, не исключена существенная внутренняя политическая дестабилизация Казахстана, схожая со сценарием 2022 года. Экономические требования подобных протестов могут быть достаточно легко трансформированы в требования уже политического характера, приведя к снижению способности действующей власти контролировать протестную динамику за счёт выстраивания диалога с основными группами интересов.

 Отсутствие общего видения ситуации в Афганистане

 После подписания Дохинского соглашения между Соединёнными Штатами и талибами* и последующего захвата Афганистана талибами в августе 2021 года Россия начала устанавливать новые связи с талибами. Этот относительно новый подход к талибам впоследствии был принят другими членами ОДКБ. Таджикистан — единственный член ОДКБ, который до сих пор открыто рассматривает Талибан* как угрозу.

 Стоит отметить, что формирование ОДКБ в 2002 г. в основном было обусловлено угрозами, исходящими из Афганистана, в первую очередь со стороны талибов и других террористических группировок, в ряды которых входят боевики среднеазиатского происхождения. До августа 2021 г. существовало общее видение об угрозе, исходящей с территории Афганистана в сторону ОДКБ. Однако после возвращения талибов к власти в Афганистане национальные интересы членов ОДКБ, по мнению западной пропаганды, взяли верх над прежним общим видением безопасности. Национальные интересы различных членов ОДКБ в настоящее время не всегда совпадают, и каждый член ОДКБ (и государства региона, не входящие в ОДКБ) преследует свои интересы в Афганистане в сотрудничестве с талибами. На практике это означает отсутствие общих целей безопасности в отношении Афганистана, где доминируют талибы. И это, по мнению политической элиты США и Запада, не обнадеживающая тенденция для сплоченности и единства ОДКБ, особенно на фоне растущего присутствия террористических группировок в Афганистане, таких как «Исламское государство — провинция Хорасан» (ИСКП).

 Несмотря на заверения правительства «Талибана» о борьбе с наркопроизводством, их производство в Афганистане, а главное траффик наркотиков через Таджикистан лишь растёт. Это имеет нисходящий эффект и на другие страны-члены ОДКБ, такие как Кыргызстан, Казахстан и Россию, однако основной ущерб от афганского наркотрафика приходится именно на Таджикистан, выступающий основным транзитным пунктом афганских опиумных продуктов.

 Важную роль играет также растущая угроза деятельности террористических группировок на территории Афганистана, которая пока наиболее остро проявляется преимущественно в атаках на Пакистан, но потенциально может распространиться и на Таджикистан. Так, в феврале 2023 года начальник Объединенного штаба ОДКБ генерал-полковник Анатолий Сидоров заявлял, что на границе Афганистана и Таджикистана сосредоточено до 4 тыс. боевиков «Исламского государства». «Исламское государство» – не единственный вызывающий озабоченность Таджикистана радикальный игрок. На территории Афганистана джихадистские ячейки создаются в том числе из выходцев из Таджикистана. Например, в середине 2022 года поступала информация о создании «Движения талибов Таджикистана». Всегда присутствующий риск дестабилизации Афганистана и последующего экспорта нестабильности в Таджикистан также нельзя полностью снимать со счетов.

 Все эти факторы являются очень серьёзным вызовом для безопасности Таджикистана, и на этом фоне контроль за афгано-таджикской границей приобретает особую важность и становится одним из ключевых для Таджикистана вопросов на повестке ОДКБ. Особенно учитывая достаточно небольшое количество и низкую боевую готовность войск Таджикистана – ВС страны имеют в своем составе лишь 16300 военнослужащих, 8800 – в действующей армии и 7500 – в военизированных формированиях, а в рейтинге Global Firepower Index (GFP) — 2022 занимают 111-е место в мире. В этом контексте для Таджикистана становится особенно важен сдерживающий потенциал ОДКБ. Крайне значимой в контексте Афганистана в рамках ОДКБ также является работа по борьбе с наркотрафиком, регламентируемая Антинаркотической стратегией на 2021–2025 годы.

 Долгое время Таджикистан оставался единственным государством-членом ОДКБ, который не проводил переговоры с «Талибаном», не отправлял своих представителей в Кабул и не принимал их представителей в Душанбе. На этом фоне между Таджикистаном и другими странам-членами ОДКБ возникало определённое непонимание, связанное с расхождением в видении Талибана. Особенно в контексте регулярных угроз в адрес Таджикистана, которые поступали со стороны представителей новой талибской власти. В качестве примера можно привести слова зампреда афганского правительства Абдул Салам Ханафи в эфире телеканала «Аль-Джазира» об ответе на «вмешательство во внутренние дела Афганистана», которое сопровождалось направлением талибами спецназа к таджикской границе. Одной из основных претензий со стороны Талибана в отношении Таджикистана служит поддержка Таджикистаном «Фронта национального сопротивления Афганистана», созданного из бывших членов «Северного альянса» и выступающего противником Талибана. Для Таджикистана же крайне важно положение таджикского этнического меньшинства в Афганистане.

 Риск военного обострения между Таджикистаном и Афганистаном долгое время был серьёзным вызовом для ОДКБ. Однако, в последние месяцы между Таджикистаном и «Талибаном» наблюдается небольшая разрядка. Делегация МИД Афганистана 25 марта 2023 года посетила консульство Афганистана в городе Хорог, административном центре Горно-бадахшанской автономной области Таджикистана. Это первое подтвержденное сообщение о посещении Таджикистана представителями движения «Талибан». В итоге, по сообщениям СМИ, данное консульство перешло под контроль «Талибана» при том, что посольство в Душанбе остаётся за антиталибской оппозицией. Сотрудничество Таджикистана с правительством талибов крайне важно для достижения устойчивой региональной безопасности и борьбы с афганским наркотрафиком, поэтому данный шаг можно оценить скорее позитивно. Тем не менее, учитывая сохраняющуюся напряженность, путь к устойчивому сотрудничеству будет достаточно долгим и сложным, и не последнюю роль на этом пути будут играть гарантии и поддержка со стороны ОДКБ как организации, а также отдельных стран-членов.

 Стратегия США по «выдавливанию» ОДКБ

 Репутация, роль, рычаги и влияние Соединённых Штатов в Центральной Азии уменьшились после вывода войск из Афганистана и краха поддерживаемого США правительства в Кабуле. При более ограниченных возможностях политики в регионе стратегия США, по мнению аналитиков Белого дома, должна быть сосредоточена на способах поддержки независимости региона в новом геополитическом контексте 2023 года.

 Несмотря на то, что в прошлом НАТО закрыла свой офис в Центральной Азии, а в настоящее время Вашингтон больше интересуется Азиатско-Тихоокеанским регионом, Соединённые Штаты никогда не отказывались от идеи использования «мягкой силы» для усиления своего присутствия в Центральной Азии и противопоставления России, Китая и других стран.

 В конце февраля 2023 года госсекретарь США Энтони Блинкен посетил Казахстан и Узбекистан, где дал понять, что Вашингтон меняет политику в регионе.

 В Астане Блинкен встретился с министрами иностранных дел стран Центральной Азии и принял участие в первом мероприятии на уровне министров Дипломатической платформы C5+1, которая представляет взаимодействие США с Казахстаном, Кыргызстаном, Таджикистаном, Туркменистаном и Узбекистаном в регионе Центральной Азии. Это свидетельствует о важном повышении уровня дипломатического взаимодействия США в Центральной Азии, которому последнее время уделялось гораздо меньше внимания на высоком уровне, поскольку Вашингтону больше не нужны были центральноазиатские пути снабжения для войны в Афганистане.

 Местная пресса государств ОДКБ в Центральной Азии позитивно оценила заявление Блинкен о том, что местные компании, пострадавшие от западных санкций в отношении России, получат компенсацию от США.

 Визит Блинкена является своевременным обновлением C5+1, которая сохранилась в течение трех очень разных администраций Белого дома. В то время как контекст изменился — от нужды США в базах для поддержки военных действий в Афганистане до предотвращения присоединения боевиков из Центральной Азии к ИГИЛ* и помощи в его выводе — центральноазиатские государства вновь приобрели актуальность в эпоху соперничества великих держав.

 Действительно, визит Блинкена имеет особое значение, учитывая, что и Владимир Путин, и Си Цзиньпин недавно побывали в этом регионе. Несмотря на то, что время визита совпало с годовщиной начала российской СВО на Украине, этот военный конфликт не был главной темой публичных заявлений.

 1. «Многовекторные взаимодействия»

 Первой целью C5+1 должно стать, по замыслу Белого дома, оказание помощи Центральной Азии в установлении связей с внешним миром посредством «многовекторных взаимодействий», которые включают более сбалансированную связь с мировой экономикой и сообществом, а также более сбалансированные (по сути, по мнению аналитиков Белого дома, более ограниченные - Е.О., В.О.) отношения этих стран с Россией и Китаем.

 Политика США в этом ракурсе должна:

 помогать найти альтернативные направления для трудовых мигрантов из Центральной Азии и сезонных рабочих — особенно из Таджикистана, Кыргызстана и, в меньшей степени, Узбекистана, которые сильно зависят от денежных переводов трудовых мигрантов из России — в Европу, Японию, Южную Корею, Казахстан или другие направления (перехват рабочей силы – Е.Л., В.О.);

 для региона, в настоящее время в основном окруженного странами, находящимися под международными санкциями, помогать поддержать усиление экономической интеграции и связи через Кавказ, Каспийское море и Турцию, а также поддерживать ослабление санкций, где это возможно, для стран Центральной Азии (показательное ослабление санкций за разрыв экономических отношений с Россией – Е.Л., В.О.);

 рассмотреть возможность включения Азербайджана, Турции и Грузии в деятельность «С5+1», когда это потребуется, особенно в отношении путей экспорта энергии в Европу;

 поскольку и Казахстан, и Туркменистан сильно зависят от экспорта углеводородов, они помогут подготовить экономики Центральной Азии к отказу от экспорта ископаемого топлива в энергетике в среднесрочной перспективе.

 Как отмечают вашингтонские эксперты, «Центральная Азия находится в серой зоне между ревизионистскими автократиями и либеральными демократиями западного образца. Поскольку это относительно молодой регион независимых государств, географически окруженный крупными державами, он давно испытывает потребность в диверсификации — особенно в отношении партнеров и торговых путей».

 Военный конфликт на Украине также повысил внимание и осведомленность о Центральной Азии. Учитывая экономическую интеграцию региона с Россией, международные санкции против Москвы просачиваются в Среднюю Азию по разным каналам, усугубляя трудности для не имеющего выхода к морю региона, основные торговые пути которого проходят через Россию.

 Были, по мнению американских экспертов, «положительные стороны», такие как перемещение некоторых предприятий из России в Казахстан, но также и значительные недостатки, поскольку государства Центральной Азии пытаются избежать вторичных санкций и приспособиться к будущим ограничениям своих экономических и торговых возможностей. Поскольку и Россия, и Иран находятся под санкциями, у Центральной Азии становится все меньше соседей, через которых она может вести торговлю: контролируемый талибами Афганистан и Китай.

 В свете этих трудностей Соединённые Штаты объявили о запуске ещё в 2022 году Инициативы экономической устойчивости в Центральной Азии. В рамках этой инициативы США предоставят 25 миллионов долларов на поиск устойчивого развития в регионе.

 В рамках этой же инициативы Соединённые Штаты планируют запустить то, что они назвали «C5+ONE или Открытие сетей через английский язык» — программу, в рамках которой будет инвестировано 5 миллионов долларов для поддержки региональных усилий по созданию «рабочей силы XXI века и привлечению иностранных инвестиций», отдавая приоритет обучению английскому языку молодых специалистов в критически важных секторах» (на фоне выделяемых миллиардов Украине для ведения боевых действий сумма на «устойчивое развитие» и языковую проблему явно не впечатляет – Е.Л., В.О.).

 2. Построение единого регионального блока

 Второй задачей «С5+1» должно стать оказание помощи государствам Центральной Азии в большей степени работать друг с другом как единый региональный блок (единый блок под эгидой США – Е.Л., В.О.).

 Политика США должна:

 увеличить как частоту, так и уровень дипломатического взаимодействия Соединённых Штатов как на двусторонней основе, так и в контексте C5+1 (поездка Блинкена в регион — начало);

 работать над более активным участием в «мягкой силе», в том числе над увеличением количества образовательных обменов, что будет свидетельствовать о долгосрочных обязательствах (все это уже знакомо по образовательным обменам с Россией – Е.Л., В.О.);.

 поддерживать трансграничное доверие сообщества и совместное использование ресурсов в регионе, особенно вокруг спорных анклавов в Ферганской долине (иными словами, взять спорные анклавы под свой контроль, чтобы манипулировать ситуацией вокруг них – Е.Л., В.О.);

 поддерживать региональные медиа-инициативы и использование социальных сетей в качестве инструмента для «позитивных изменений» ( «позитивных» изменений , естественно, выгодных США – Е.Л., В.О.).

 3. Военное сотрудничество

 Военные эксперты США рекомендуют:

 содействовать военным визитам на высоком уровне и обменам с вооружёнными силами стран Центральной Азии, чтобы увеличить международное присутствие американских офицеров и сбалансировать усилия России и Китая в этом отношении;

 преследовать цели внешней политики США в Центральной Азии посредством программ военной помощи и развития профессиональных отношений со странами Центральной Азии. Расширение зарубежных поездок американских офицеров позволяет США лучше наблюдать и изучать иностранные военные командные структуры, формирования подразделений и оперативную подготовку, а также разрабатывать подходы к общим проблемам безопасности;

 расширить участие США в двусторонних и многосторонних военных инициативах/учениях в Центральной Азии с целью укрепления взаимного доверия и оперативной совместимости.

 В августе 2022 года США провели в Таджикистане военные учения «Региональное сотрудничество - 2022» со странами ОДКБ. Военные учения, организованны Центральным управлением ВС США с участием членов ОДКБ — Таджикистана, Киргизии и Казахстана. Также в них участвовали военнослужащие Узбекистана, Монголии и Пакистана.

 

США организовали военные учения со странами ОДКБ

Сказано, что "учения направлены на укрепление региональной безопасности и стабильности, повышение возможностей стран по пресечению распространения оружия массового уничтожения, терроризма и наркотрафика, а также на помощь развитию региональных сил обороны в международных миротворческих операциях и по обмену информацией".

 "Будучи крупнейшими военными учениями США с участием стран Центральной и Южной Азии, "Региональное сотрудничество-2022" предоставляет уникальную возможность укрепить отношения с нашими партнерами в этом регионе", — сказал посол США в Таджикистане Джон Марк Поммершайм.

 Ранее сообщалось, что "в подтверждение крепкого партнёрства" США обязались выделить Таджикистану помощь в размере более 60 миллионов долларов, "которая будет реализована и предоставлена в течение следующих двух лет".

 Китайско-российское стратегическое партнерство как гарантия сохранения и укрепления ОДКБ

 Отношения между двумя странами региона американские эксперты называют называют «совместной гегемонией» или «разделением труда». Согласно логике разделения труда в Центральной Азии, Россия играет жизненно важную роль как политическая и военная сила, а Китай выступает как важная экономическая сила и инвестор в развитие инфраструктуры.

 Исторически Россия была главным поставщиком безопасности в регионе. Одновременно Китай проводит активную дипломатию, чтобы усилить свое влияние в Центральной Азии. С момента начала российско-украинского конфликта между Китаем и странами Центральной Азии были подписаны новые экономические соглашения, а также подтверждена новая критически важная инфраструктура. Увеличение торговли Китая с Центральной Азией указывает на растущее влияние Пекина.

 Вопреки ожиданиям, что экономическое влияние России уменьшится, события показывают, что отношения между странами региона и Россией в этом отношении улучшились.

 Китай становится всё больше заинтересован в обеспечении региональной безопасности и стабильности и связано это не в последнюю очередь с китайской инициативой «Один пояс и один путь». Данная торговая инициатива, призванная соединить развивающиеся страны и охватить большую часть Евразии, является одним из приоритетных для Китая проектов по глобальному развитию, включает в себя 122 страны и 29 международных организаций, включая страны ОДКБ. Данный проект имеет экономический характер, однако учитывая его масштабы и глобальную направленность, крайне важную роль в его имплементации будет играть вопрос региональной безопасности и стабильности. И Беларусь, и Россия, и Армения, и среднеазиатские союзницы — Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан — крайне тесно связаны с КНР в экономической, политической и оборонной сферах, что выступает основой для долгосрочного сотрудничества и реализации масштабных проектов.

 Китай уже заявлял о том, что намерен в рамках этого проекта укреплять сотрудничество и координацию в рамках многосторонних структур, таких как ШОС и БРИКС. Также представители Китая заявляли, что страна заинтересована в объединении усилий со странами-членами ОДКБ для претворения в жизнь инициативы председателя КНР Си Цзиньпина по глобальному развитию и безопасности. Помимо этого, по словам представителя Секретариата ОДКБ Юрия Шувалова, существует перспектива нового формата отношений ОДКБ и ШОС. И в этом направлении уже наблюдаются некоторые, пока, правда, лишь на ранних этапах, интеграционные процессы. В частности, в ноябре 2022 года было достигнуто соглашение между СНГ, ОДКБ и ШОС по проведению совместных антитеррористических учений, организации совместных конференций. По словам начальника Объединенного штаба Организации Договора Анатолия Сидорова ведётся работа над возможным участием ШОС в предстоящих учениях ОДКБ.

 

*террористическое органазации, запрещённные в РФ

 

Елена Ларина, Владимир Овчинский

https://zavtra.ru/blogs/ssha_protiv_odkb

 


10.03.2023 Разведка США: что год грядущий нам готовит?

 

Отчёт о мировых угрозах национальной безопасности США на 2023 год

Ежегодный отчёт Разведывательного сообщества США об угрозах национальной безопасности «стремится предоставлять независимые и неприукрашенные разведданные, необходимые политикам, военным и сотрудникам внутренних правоохранительных органов для защиты жизни американцев и интересов Америки в любой точке мира».

В этом году отчёт вывешен на сайт директора Национальной разведки США 8 марта, датируется 8 февраля. При подготовке данной оценки использовалась информация, доступная по состоянию на 18 января 2023 г.

Обратимся к основным положениям отчёта.

В предстоящем году Соединённые Штаты и их союзники столкнутся со сложной и ключевой международной средой безопасности, в которой доминируют два важнейших стратегических вызова, пересекающихся друг с другом и существующими тенденциями, усиливающими их последствия для национальной безопасности.

Во-первых, великие державы, растущие региональные державы, а также спектр развивающихся негосударственных субъектов будут бороться за доминирование в глобальном порядке, а также конкурировать за создание новых условий и правил, которые будут формировать этот порядок на десятилетия вперед. Стратегическое соперничество между США и их союзниками с Китаем и Россией по поводу того, какой мир возникнет, делает следующие несколько лет критически важными для определения того, кто и как будет формировать повестку, особенно в контексте действий России в Украине, которые угрожают перерасти в более широкий конфликт между Россией и Западом.

Во-вторых, общие глобальные вызовы, включая изменение климата, безопасность человека и здоровья, сближаются по мере того, как планета выходит из пандемии COVID-19 и сталкивается с экономическими проблемами, вызванными отсутствием энергетической и продовольственной безопасности.

Быстро появляющиеся или развивающиеся технологии по-прежнему способны нарушить традиционный бизнес и общество как с положительными, так и с отрицательными последствиями, создавая при этом беспрецедентные уязвимости и поверхности для атак, что делает все более сложным прогнозирование влияния таких вызовов на глобальный ландшафт.

Эти два стратегических вызова будут пересекаться и взаимодействовать непредсказуемым образом, приводя к взаимоусиливающим эффектам, которые могут поставить под сомнение нашу способность реагировать, но также откроют новые возможности для формирования коллективных действий с союзниками и партнерами, включая негосударственных субъектов.

В данной оценке рассматриваются как угрозы со стороны противников США, так и функциональные и транснациональные проблемы, такие как оружие массового уничтожения и кибератаки, в основном в разделах, касающихся субъектов угроз, а также целый ряд региональных проблем, имеющих более масштабные, глобальные последствия.

Военный конфликт на Украине показал, что эпоха конкуренции и конфликтов между национальными государствами не ушла в прошлое, а стала определяющей характеристикой нынешней эпохи. В то время как Россия бросает вызов Соединённым Штатам и некоторым нормам международного порядка в своих территориальных действиях, Китай имеет возможность напрямую попытаться изменить основанный на правилах глобальный порядок в любой сфере и во многих регионах, являясь ближайшим конкурентом, который все активнее пытается изменить глобальные нормы и потенциально угрожает своим соседям. Военные действия России против Украины демонстрируют, что она остается державой, которая намерена использовать любые инструменты, необходимые для восстановления предполагаемой сферы влияния, несмотря на то, чего хотят ее соседи, и готова противостоять Вашингтону как на местном, так и на глобальном уровне. Помимо этих стратегических конкурентов, местные и региональные державы стремятся оказать свое влияние, зачастую ценой соседей и самого мирового порядка. Иран будет оставаться региональной угрозой с более широкой деятельностью по оказанию вредоносного влияния, а Северная Корея будет наращивать свой потенциал оружия массового уничтожения (ОМУ), оставаясь разрушительным игроком на региональной и мировой арене.

В то же время, пока страны мира пытаются оправиться от пандемии COVID-19, они сталкиваются с целым рядом общих глобальных проблем. Ускоряющиеся последствия изменения климата ставят все большее количество населения планеты, особенно в странах с низким и средним уровнем дохода, под угрозу экстремальных погодных условий, отсутствия продовольственной безопасности и гуманитарных катастроф, подпитывая миграционные потоки и увеличивая риски будущих пандемий, поскольку патогены используют изменяющиеся условия окружающей среды.

Региональные и локальные конфликты и нестабильность будут продолжать требовать внимания США, поскольку государства и негосударственные субъекты пытаются найти свое место в развивающемся международном порядке, пытаются сориентироваться в конкуренции великих держав и противостоят общим транснациональным вызовам. Региональные соперники, такие как Иран и Северная Корея, будут стремиться нарушить местную среду безопасности и получить больше власти для себя, угрожая союзникам США в процессе. В каждом регионе мира вызовы, связанные с изменением климата, демографическими тенденциями, безопасностью людей и здоровья, а также экономическими потрясениями, вызванными отсутствием энергетической и продовольственной безопасности и распространением технологий, будут сочетаться и взаимодействовать специфическими и уникальными способами, вызывая различные события - от политической нестабильности до террористических угроз, массовой миграции и потенциальных гуманитарных чрезвычайных ситуаций.

КИТАЙ

РЕГИОНАЛЬНЫЕ И ГЛОБАЛЬНЫЕ ЦЕЛИ И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

Коммунистическая партия Китая (КПК) продолжит усилия по реализации концепции Председателя Си Цзиньпина о превращении Китая в доминирующую державу в Восточной Азии и крупную державу на мировой арене. По мере того, как Си Цзиньпин начинает свой третий срок в качестве лидера Китая, КПК будет стремиться оказать давление на Тайвань в вопросе объединения, подорвать влияние США, вбить клин между Вашингтоном и его партнерами, а также укрепить некоторые нормы, благоприятствующие ее авторитарной системе. В то же время китайские лидеры, вероятно, будут искать возможности для снижения напряженности в отношениях с Вашингтоном, если сочтут, что это отвечает их интересам. Китайские лидеры, вероятно, будут поддерживать свою государственную экономическую политику, поскольку они считают, что государственное управление необходимо для снижения зависимости от иностранных технологий, обеспечения военной модернизации и поддержания роста, гарантирующего правление КПК и реализацию ее концепции национального омоложения - даже если эта политика рискует подорвать частный сектор Китая и препятствовать большему росту доходов населения.

- Пекин рассматривает все более конкурентные американо-китайские отношения как часть эпохального геополитического сдвига и считает дипломатические, экономические, военные и технологические меры Вашингтона против Пекина частью более широких усилий США по предотвращению подъема Китая и подрыву правления КПК.

- Пекин все чаще сочетает растущую военную мощь со своим экономическим, технологическим и дипломатическим влиянием для укрепления власти КПК, обеспечения того, что он считает своей суверенной территорией и региональным превосходством, а также для достижения глобального влияния. Правительство Китая способно использовать свои доминирующие позиции в ключевых глобальных цепочках поставок в попытке достичь своих целей, хотя, вероятно, не без значительных затрат для себя.

- Однако Китай сталкивается с огромным количеством внутренних и международных проблем, а в некоторых случаях и с растущими проблемами, которые, вероятно, будут препятствовать амбициям лидеров КПК. К ним относятся старение населения, высокий уровень корпоративной задолженности, экономическое неравенство и растущее сопротивление тактике жестких действий Китайской Народной Республики (КНР) на Тайване и в других странах.

КНР использует скоординированные, общегосударственные инструменты, чтобы продемонстрировать силу и заставить соседей подчиниться своим предпочтениям, включая свои сухопутные, морские и воздушные претензии в регионе и утверждение суверенитета над Тайванем.

- В 2023 году Пекин продолжит оказывать давление и, возможно, предлагать стимулы, чтобы Тайвань двигался к объединению, и будет реагировать на то, что он считает усилением американо-тайваньского взаимодействия. Пекин утверждает, что Соединённые Штаты используют Тайвань в качестве "пешки", чтобы подорвать рост Китая, и будет продолжать принимать более решительные меры, чтобы противостоять предполагаемому увеличению поддержки Тайваня. Пекин может развить свои действия, начатые в 2022 году, что может включать в себя больше пересечений осевой линии Тайваньского пролива или пролеты ракет над Тайванем.

- Контроль Пекина над Тайванем, если ему удастся достичь своей цели, вероятно, будет иметь широкомасштабные последствия, включая нарушение глобальных цепочек поставок полупроводниковых чипов, поскольку Тайвань доминирует в производстве новейших чипов.

- В Южно-Китайском море Пекин будет продолжать использовать все большее количество воздушных, морских, береговых сил и сил ополчения для запугивания соперничающих претендентов и попытки показать, что Китай имеет эффективный контроль над спорными территориями. Аналогичным образом, Китай оказывает давление на Японию из-за спорных территорий в Восточно-Китайском море.

Пекин будет пытаться расширить свое влияние за рубежом и свои усилия, чтобы его рассматривали как борца за глобальное развитие с помощью нескольких инициатив - включая инициативу "Пояс и путь" (BRI) и новые флагманские программы Си Цзиньпина - Глобальную инициативу развития и Глобальную инициативу безопасности. Пекин пытается использовать эти программы и инициативы для продвижения возглавляемой Китаем альтернативы часто доминирующим в США и на Западе международным форумам и структурам в области развития и безопасности.

- Пекин продолжит продвигать BRI, одновременно корректируя свой ответ на общественную критику и вызовы устойчивости путем обещания более глубокого сотрудничества в области чистой энергии, электромобилей и изменения климата. Он будет диверсифицировать выбор проектов в попытке улучшить бренд инициативы и минимизировать международную критику.

Несмотря на глобальную реакцию на военные действия России на Украине, Китай будет поддерживать дипломатическое, оборонное, экономическое и технологическое сотрудничество с Россией, чтобы продолжить попытки бросить вызов Соединённым Штатам, даже если это ограничит общественную поддержку.

ВОЕННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ

Правительство Китая продолжит реализацию своей цели по созданию армии мирового класса, которая позволит ему попытаться защитить то, что он считает своей суверенной территорией, попытаться установить свое превосходство в региональных делах и проецировать силу на весь мир, компенсируя предполагаемое военное превосходство США.

- Пекин ускоряет развитие ключевых возможностей, которые, по его мнению, необходимы Народно-освободительной армии Китая (НОАК) для противостояния Соединённым Штатам в крупномасштабном, продолжительном конфликте.

- Пекин продолжает укреплять свой внутренний потенциал оборонного производства ОМУ и современных обычных вооружений, используя стратегии импортозамещения.

Пекин работает над достижением своей цели - создать к 2027 году вооруженные силы, способные сдержать вмешательство США в будущий мировой кризис. ВМС и ВВС НОАК уже являются крупнейшими в регионе и продолжают использовать передовые платформы, которые улучшают возможности Китая в попытках установить превосходство в воздухе и проецировать силу за пределы первой островной цепи. Ракетные войска НОАК (PLARF) с обычными системами малой, средней и промежуточной дальности, вероятно, уже могут держать под угрозой силы и базы США в регионе.

- НОАК будет продолжать добиваться создания зарубежных военных объектов и заключения соглашений о доступе в целях проецирования силы и защиты интересов Китая за рубежом. Хотя НОАК добивается неравномерного прогресса в создании зарубежных военных объектов, НОАК, вероятно, продолжит использовать индивидуальные подходы для решения местных проблем, стремясь улучшить отношения с благоприятными странами и продвинуть свои цели по размещению баз за рубежом. В дополнение к продолжению развития существующей военной базы в Джибути, Пекин, по сообщениям, рассматривает потенциальные базы в Камбодже, Экваториальной Гвинее и ОАЭ.

ОМУ

Китай переориентирует свою ядерную позицию для стратегического соперничества с Соединенными Штатами, поскольку его лидеры пришли к выводу, что их нынешние возможности недостаточны. Пекин обеспокоен тем, что двусторонняя напряженность, ядерная модернизация США и растущие возможности НОАК повышают вероятность первого удара со стороны США. Пекин не заинтересован в соглашениях, ограничивающих его планы, и не согласится на переговоры, которые зафиксируют преимущества США или России. Повышенная уверенность Пекина в своих силах ядерного сдерживания, вероятно, укрепит его решимость и усилит конфликты, связанные с обычными вооружениями.

- Китай строит сотни новых шахт для МБР.

КОСМОС

Китай неуклонно продвигается к своей цели стать космическим лидером мирового класса, намереваясь сравняться или превзойти Соединенные Штаты к 2045 году. Даже к 2030 году Китай, вероятно, достигнет статуса мирового лидера во всех областях космических технологий, за исключением нескольких. Космическая деятельность Китая направлена на повышение его глобального авторитета и усиление попыток ослабить влияние США в военной, технологической, экономической и дипломатической сферах.

- Китайская космическая станция начала полеты с экипажем в 2021 году и достигла полной эксплуатационной готовности в 2022 году. Пекин планирует провести дополнительные миссии по исследованию Луны, а также создать на Луне роботизированную исследовательскую станцию, а позднее - лунную базу с периодическим экипажем.

- НОАК продолжит интегрировать космические услуги, такие как спутниковая разведка и позиционирование, навигация и синхронизация, а также спутниковая связь в свои системы вооружения и управления, пытаясь подорвать информационное преимущество американских вооруженных сил.

Коммерческий космический сектор Китая быстро растет и к 2030 году станет одним из основных глобальных конкурентов. Политика Пекина по поощрению частных инвестиций в космическую деятельность повлияла на выход на коммерческий рынок широкого круга фирм. Государственные предприятия и их дочерние компании останутся основными игроками в китайском коммерческом космическом секторе, который также включает в себя дочерние предприятия, занимающиеся исследованиями и разработками, уже существующие компании и растущее число стартапов.

- Некоторые китайские коммерческие космические компании будут пытаться конкурировать за счет предоставления услуг на нишевых рынках с незначительной или отсутствующей глобальной конкуренцией, таких как гиперспектральная съемка, а также будут продолжать попытки снизить цены западных компаний на более конкурентных рынках.

Противокосмические операции будут неотъемлемой частью потенциальных военных кампаний НОАК. Китай располагает возможностями противокосмического оружия, предназначенного для поражения спутников США и союзников. НОАК создает новое разрушительное и неразрушительное противоспутниковое оружие наземного и космического базирования, типа ASAT.

- Китай уже развернул наземные средства противокосмической обороны, включая системы радиоэлектронной борьбы, оружие направленной энергии, предназначенные для выведения из строя, повреждения и уничтожения спутников-целей. Китай также провел демонстрацию орбитальных технологий, которые, хотя и не являются испытаниями противокосмического оружия, доказывают способность Китая эксплуатировать будущее противокосмическое оружие космического базирования.

ТЕХНОЛОГИИ И ЭКОНОМИКА

Китай останется главной угрозой для технологической конкурентоспособности США, поскольку Пекин нацелился на ключевые сектора и запатентованные коммерческие и военные технологии американских и союзных компаний и учреждений. Правительство Китая удваивает усилия по развитию собственных инноваций и достижению самодостаточности. Китай использует доступ к своему обширному рынку и контроль над важнейшими цепочками поставок в качестве инструментов для принуждения иностранных компаний и иностранных государств к передаче технологий и интеллектуальной собственности.

- Пекин использует различные инструменты, от государственных инвестиций до шпионажа, чтобы попытаться продвинуть свои технологические возможности, защитить отечественные компании от иностранной конкуренции и способствовать их глобальной экспансии. Готовность Пекина использовать шпионаж, субсидии и торговую политику для того, чтобы дать своим фирмам конкурентное преимущество, представляет собой не только постоянную проблему для экономики США и ее работников, но и способствует попыткам Пекина взять на себя лидерство в мировом технологическом прогрессе и стандартах.

- Китай будет продолжать усилия по приобретению иностранной научно-технической информации и опыта, широко используя зарубежное научное сотрудничество, партнерство, инвестиции, привлечение талантов, экономический шпионаж и киберкражу для приобретения и передачи технологий и технических знаний.

- Замедление темпов роста экономики, вероятно, заставит Пекин начать делать выбор "пушки против масла" при распределении ресурсов на развитие технологий и промышленную политику. Этот выбор будет в основном на периферии его приоритетов, потому что размер и масштаб экономики означает, что Пекин всё ещё имеет возможность направить значительные государственные ресурсы на любой конкретный приоритет. Хотя мы ещё не видели, чтобы Пекин был вынужден идти на такие компромиссы в области технологий, похоже, что он делает похожие расчеты в рамках BRI. За последние пять лет объем новых кредитных обязательств в рамках BRI сократился, но новые кредиты и проектное финансирование по-прежнему доступны для приоритетов Китая и основных партнеров.

Китай занимает центральное место в глобальных цепочках поставок в ряде технологических секторов, включая полупроводники, важнейшие минералы, аккумуляторы, солнечные батареи и фармацевтику. В своей речи в апреле 2020 года Си Цзиньпин озвучил свои намерения усилить зависимость глобальных цепочек поставок от Китая с целью контроля ключевых цепочек поставок и возможности использовать эту зависимость для угрозы и отсечения иностранных государств во время кризиса. Доминирование Китая на этих рынках может представлять значительный риск для американского и западного производственного и потребительского секторов, если правительство Китая сможет умело использовать свое доминирование для получения политической или экономической выгоды.

- Китай лидирует в мире по строительству новых заводов по производству чипов, планируя построить десятки полупроводниковых заводов к 2024 году, большинство из которых будут использовать старые, более зрелые технологии. Хотя в 2019 году на долю Китая приходилось лишь 11 процентов мировых мощностей по производству полупроводников, по прогнозам, в 2025 году этот показатель достигнет 18 процентов. Из-за трудностей, с которыми сталкивается Китай в связи с экспортным контролем со стороны западных стран, он фокусируется на технологиях производства чипов с более низкой производительностью. Китай может стать мощным производителем в этом сегменте, что в конечном итоге может сделать некоторых покупателей более зависимыми от него.

- Доминирование Китая в добыче и переработке ряда стратегических материалов, включая редкоземельные элементы, представляет собой серьезную уязвимость для США. Китай может использовать свой контроль над рынками этих важнейших минералов для ограничения их количества в целях коммерческой выгоды или в качестве инструмента в политическом или торговом споре. Длительное нарушение поставок, контролируемых Китаем, приведет к дефициту, который может повлиять на объемы производства в гражданской и оборонной промышленности в США и на Западе. Однако ограничения на экспорт критических минералов, вероятно, ускорят усилия и координацию во всем мире по разработке некитайских альтернативных источников или заменителей.

- Некоторые другие области, вызывающие обеспокоенность, - это производство аккумуляторов, солнечных батарей и фармацевтика. Например, к 2025 году компании из КНР будут контролировать 65 процентов рынка литий-ионных аккумуляторов, причем КНР будет доминировать во всех звеньях цепи поставок. Китай производит 40 процентов мировых активных фармацевтических ингредиентов (АФИ) - ключевых компонентов лекарственных препаратов; а глобальная доля Китая на всех этапах производства солнечных батарей в настоящее время превышает 80 процентов и в ближайшие годы вырастет до более чем 95 процентов.

КИБЕРАТАКИ

Китай, вероятно, в настоящее время представляет собой самую широкую, активную и постоянную угрозу кибершпионажа для сетей правительства и частного сектора США. Китайские киберустремления и экспорт соответствующих технологий его промышленностью усиливают угрозу агрессивных киберопераций против США, подавления свободного потока информации в киберпространстве - например, американского веб-контента, который Пекин считает угрожающим для власти КПК.

Если Пекин опасается, что крупный конфликт с США неизбежен, он почти наверняка рассмотрит возможность проведения агрессивных киберопераций против критической инфраструктуры и военных объектов США по всему миру. Такой удар будет направлен на сдерживание военных действий США, препятствуя принятию решений, вызывая панику в обществе и мешая развертыванию американских сил.

- Китай почти наверняка способен осуществить кибератаки, которые могут нарушить работу критически важных инфраструктурных служб в США, в том числе нефте- и газопроводов, железнодорожных систем.

Китай лидирует в мире по применению слежки и цензуры для наблюдения за своим населением и подавления инакомыслия. Пекин осуществляет кибервзломы, направленные на граждан США и других стран за пределами своих границ, включая журналистов, диссидентов и лиц, которых он считает угрозой, чтобы противостоять взглядам, которые он считает критическими по отношению к нарративам, политике и действиям КПК.

- Китайские операции кибершпионажа включают в себя компрометацию телекоммуникационных компаний, поставщиков управляемых услуг и широко используемого программного обеспечения, а также других целей, потенциально богатых возможностями для последующего сбора разведданных, атак или операций влияния.

ОПЕРАЦИИ ПО ОКАЗАНИЮ ВРЕДОНОСНОГО ВЛИЯНИЯ

Пекин продолжит расширять свою глобальную разведку и тайное влияние, чтобы лучше поддерживать политические, экономические цели и цели безопасности КПК. Китай пытается посеять сомнения в лидерстве США и расширить влияние Пекина, особенно в Восточной Азии и западной части Тихого океана, которые Пекин считает своей сферой влияния. Пекин в основном концентрирует свои усилия по влиянию на США на формировании американской политики и восприятия Китая американской общественностью в положительном направлении, но проявляет готовность вмешиваться в отдельные избирательные гонки, в которых участвуют политики, настроенные против Китая.

- Пекин использует сложный набор тайных, открытых, законных и незаконных средств, чтобы попытаться смягчить критику США, сформировать мнение американских центров власти о Китае и повлиять на политиков на всех уровнях власти. Лидеры КНР, вероятно, считают, что двухпартийный консенсус США против Китая препятствует их усилиям по прямому влиянию на политику США на национальном уровне в отношении Китая. Пекин скорректировал ситуацию, удвоив свои усилия по наращиванию влияния на уровне штатов и местных органов власти, чтобы изменить политику США в пользу Китая, поскольку Пекин считает, что местные чиновники более уступчивы, чем их федеральные коллеги. Действия КНР стали более агрессивными в своих кампаниях влияния, мотивируя это тем, что антикитайские настроения в США угрожают их международному имиджу, доступу к рынкам и технологическому опыту.

- Пекин активизирует усилия по формированию общественного дискурса в США, в частности, пытаясь сформировать американские взгляды на чувствительные или ключевые вопросы суверенитета, такие как Тайвань, Синьцзян, Тибет и Гонконг, и оказывая давление на предполагаемых политических оппонентов. В рамках усилий по подавлению антипекинской критики КНР отслеживает зарубежных китайских студентов на предмет диссидентских взглядов, мобилизует китайские студенческие ассоциации для проведения мероприятий в интересах Пекина и оказывает влияние на исследования американских ученых и экспертов аналитических центров. Эти действия включают давление на членов семей в Китае, отказ в выдаче или аннулирование виз, блокирование доступа к архивам и ресурсам Китая, а также срыв или прекращение финансирования программ обмена.

- Китай быстро расширяет и совершенствует свои возможности в области искусственного интеллекта (ИИ) и анализа больших данных, которые могут выйти за рамки внутреннего использования.

РОССИЯ

РЕГИОНАЛЬНЫЕ И ГЛОБАЛЬНЫЕ ЦЕЛИ И ДЕЙСТВИЯ

Военные действия России на Украине является тектоническим событием, которое перестраивает отношения России с Западом и Китаем. Эскалация конфликта до военной конфронтации между Россией и Западом несет в себе больший риск, с которым мир не сталкивался уже несколько десятилетий. В течение следующего десятилетия Москва будет оставаться грозным и менее предсказуемым вызовом для США в ключевых областях, но при этом будет сталкиваться с рядом ограничений. Россия продолжит отстаивать свои интересы конкурентными, а иногда конфронтационными способами, в том числе с использованием военной силы, как это было в отношении Украины, и оказывая давление, чтобы в той или иной степени доминировать над другими странами на постсоветском пространстве.

- Россия, вероятно, не хочет прямого военного конфликта с силами США и НАТО, но потенциальная возможность его возникновения существует. До сих пор российские лидеры избегали действий, которые могли бы вывести украинский конфликт за пределы Украины, но риск эскалации остается значительным.

- Усиление заявлений о том, что Соединённые Штаты используют Украину в качестве марионетки для ослабления России, и что военные успехи Украины являются лишь результатом вмешательства США и НАТО, может предвещать дальнейшую эскалацию со стороны России. Российские официальные лица давно считают, что США пытаются подорвать Россию, ослабить Путина и установить дружественные Западу режимы в постсоветских государствах и других странах, что, по их мнению, дает России свободу действий для эскалации или расширения войны, если она того пожелает.

Москва будет продолжать использовать целый ряд инструментов для продвижения своих собственных интересов и пытаться подорвать интересы США и их союзников. Это, скорее всего, будут военные инструменты, инструменты безопасности, кибер- и разведывательные инструменты, а экономическое и энергетическое влияние России, вероятно, будет уменьшаться. Разведка США ожидает, что Москва будет вмешиваться в кризисы, когда она видит, что ее интересы поставлены на карту, ожидаемые затраты на действия низки, когда она видит возможность использовать вакуум власти, или, как в случае с применением силы в Украине, Москва видит экзистенциальную угрозу в своем районе, которая может поставить под угрозу национальную безопасность России. Россия, вероятно, продолжит сохранять свое глобальное военное, разведывательное, охранное, торговое и энергетическое присутствие, хотя, возможно, и в меньшей роли, и строить партнерские отношения, направленные на подрыв влияния США и усиление своего собственного.

- На Ближнем Востоке и в Северной Африке Москва продолжит использовать свое участие и деятельность частной охранной компании Vagner в Центральноафриканской Республике, Ливии, Мали и Сирии для усиления своего влияния; попытается подорвать лидерство США; представить себя в качестве незаменимого посредника и партнера по безопасности; получить права военного доступа и экономические возможности. Связи Москвы с Тегераном, вероятно, улучшатся в политическом и экономическом плане, поскольку обе страны ищут пути обхода санкций и более тесного двустороннего экономического и оборонного сотрудничества.

- В Западном полушарии Москва будет стремиться сохранить свое влияние, продолжая дипломатические увертюры и экономические контакты в основном со странами, которые она считает ключевыми игроками или близкими партнерами, включая Аргентину, Бразилию, Кубу, Никарагуа и Венесуэлу.

- Размещение Россией большей части своих сухопутных войск и связанного с ними персонала безопасности в Украине в прошлом году, возможно, снизило вероятность российского военного вмешательства в других постсоветских государствах.

- Китай и Россия будут поддерживать свои стратегические связи, обусловленные общим восприятием угрозы со стороны США, что создает потенциальные угрозы в таких областях, как сотрудничество в сфере безопасности, в частности, продажа оружия и совместные учения, а также дипломатия, где каждая страна использовала свое право вето в Совете Безопасности ООН против интересов США.

Россия продолжит использовать энергетику в качестве инструмента внешней политики, чтобы попытаться принудить к сотрудничеству и ослабить единство Запада в отношении Украины, хотя санкции, вызванные войной, меняют отношения России с энергетикой как предсказуемым, так и непредсказуемым образом. Российский государственный экспортер "Газпром" прекратил поставки газа в ряд европейских стран после того, как они поддержали санкции против России, что способствовало резкому росту цен на природный газ.

- Аналогичным образом, Россия использовала продовольствие в качестве оружия. Россия использует свои возможности в разработке вакцины COVID-19 и экспорте ядерной энергии в качестве инструментов внешней политики.

ОМП

Россия обладает самым большим и самым мощным запасом ядерного оружия, и она продолжает расширять и модернизировать свой потенциал ядерного оружия.

- На протяжении всего своего вторжения в Украину Москва продолжала демонстрировать, что рассматривает свой ядерный потенциал как необходимый для поддержания сдерживания и достижения своих целей в потенциальном конфликте против США и НАТО, и считает свой арсенал ядерного оружия окончательным гарантом Российской Федерации.

- После потерь российских военных в ходе контрнаступления Украины в конце лета 2022 года Путин публично предупредил Запад, что он готов применить ядерное оружие для защиты России.

Москва продолжает разрабатывать ракеты большой дальности с ядерным зарядом и подводные системы доставки, предназначенные для проникновения или обхода американской противоракетной обороны. Россия расширяет и модернизирует свой большой, разнообразный и современный набор нестратегических систем, способных доставлять ядерные или обычные боеголовки, поскольку, по мнению Москвы, такие системы предлагают варианты сдерживания противников, контроля эскалации потенциальных военных действий и противодействия обычным силам США и союзников.

КИБЕР

Военный конфликт на Украине стала ключевым фактором, определившим приоритетность киберопераций России в 2022 году. Россия останется одной из главных киберугроз, поскольку она совершенствует и использует свои возможности разведки, влияния и атак. Россия рассматривает киберугрозы как внешнеполитический рычаг, позволяющий влиять на решения других стран.

- Россия особенно сосредоточена на совершенствовании своей способности поражать объекты критической инфраструктуры, включая подводные кабели и промышленные системы управления, в США, а также в странах-союзниках и партнерах, поскольку компрометация такой инфраструктуры демонстрирует ее способность нанести ущерб инфраструктуре во время кризиса.

ОПЕРАЦИИ ПО ОКАЗАНИЮ ВРЕДОНОСНОГО ВЛИЯНИЯ

Россия представляет собой одну из самых серьезных угроз иностранного влияния для США, поскольку она использует свои разведывательные службы, доверенных лиц и широкий спектр инструментов влияния, чтобы попытаться расколоть западные альянсы и усилить свое влияние по всему миру, одновременно пытаясь подорвать глобальный авторитет США, посеять раздор внутри США и повлиять на американских избирателей и принятие решений. Москва, вероятно, будет развивать эти подходы, пытаясь подорвать Соединённые Штаты при появлении возможностей. Россия и ее субъекты влияния умело используют текущие события в США для того, чтобы донести до западной аудитории позицию, выгодную Москве.

- Москва будет пытаться укрепить связи с американскими деятелями в СМИ и политике в надежде разработать векторы для будущих операций влияния.

КОСМОС

Россия останется ключевым космическим конкурентом, но ей может быть трудно достичь своих долгосрочных космических целей из-за последствий дополнительных международных санкций и экспортного контроля, множества внутренних проблем космического сектора и все более напряженной конкуренции за программные ресурсы внутри России. Москва, вероятно, сосредоточится на определении приоритетов и интеграции космических услуг - таких как связь, позиционирование, навигация и синхронизация, геолокация, а также разведка, наблюдение и рекогносцировка - которые считаются критическими для ее национальной безопасности.

- Москва способна использовать свои гражданские и коммерческие спутники дистанционного зондирования в целях дополнения возможностей, предназначенных для военных целей, которые снижают способность США осуществлять незамеченными чувствительные военные действия. В дополнение к совершенствованию своего пускового потенциала, она работает над поддержкой пилотируемых космических полетов и будущих миссий в дальний космос.

- Россия предупредила на заседании ООН в октябре 2022 года, что коммерческая инфраструктура в космосе, используемая в военных целях, "может стать законной целью для возмездия".

Россия продолжает подготовку своих военных космических элементов и разработку новых видов противоспутникового оружия для нарушения и деградации космического потенциала США и их союзников. Россия разрабатывает, испытывает и применяет целый ряд неразрушительных и разрушительных видов противокосмического оружия, включая средства глушения, оружие направленной энергии, орбитальные средства и наземные средства ПСС, чтобы попытаться нацелить их на спутники США и союзников. Как и в космическом секторе, проблемы с ресурсами и технологиями могут повлиять на качество и количество будущего противокосмического потенциала России.

- Россия инвестирует в электронную войну и оружие направленной энергии для противодействия западным орбитальным средствам. Эти системы работают, нарушая или выводя из строя возможности C4ISR противника и нарушая GPS, тактическую и спутниковую связь, а также радары. Россия также продолжает разработку ракет ПСС наземного базирования, способных уничтожать космические цели на низкой околоземной орбите.

ИРАН

РЕГИОНАЛЬНЫЕ И ГЛОБАЛЬНЫЕ ЦЕЛИ И ДЕЙСТВИЯ

Иран будет продолжать угрожать интересам США, пытаясь подорвать влияние США на Ближнем Востоке, укрепить свое влияние и проецировать силу на соседние государства, а также минимизировать угрозы режиму. Тегеран будет пытаться использовать дипломатию, расширяющуюся ядерную программу, свои обычные, марионеточные и партнерские силы, а также военные продажи и приобретения для достижения своих целей. Иранский режим считает себя втянутым в экзистенциальную борьбу с США и их региональными союзниками, в то время как он реализует свои давние амбиции на региональное лидерство.

- В течение всего прошлого года режим вел подробные переговоры о продлении Совместного всеобъемлющего плана действий (JCPOA) 2015 года, однако недоверие иранских чиновников к Вашингтону и сомнения в том, что Соединённые Штаты обеспечат или сохранят какие-либо выгоды от продления JCPOA, препятствовали заключению сделки. Кроме того, Иран потребовал решения вопроса о "гарантиях", который касается необъяснимой ядерной активности на нескольких дополнительных иранских объектах, в качестве основного условия для продления ядерного соглашения.

- В конце 2022 и начале 2023 года иранский режим столкнулся с самыми массовыми и продолжительными протестами со времен революции 1979 года. Эти протесты были вызваны культурным вопросом, а не экономическим или политическим, но с тех пор они стали вызывать общее недовольство Исламской Республикой и охватили широкие слои общества.

- Иранские чиновники обеспокоены затянувшимися протестами и считают, что иностранное вмешательство затягивает беспорядки.

- Даже если Ирану удастся сдержать этот раунд протестов с помощью насилия и запугивания, усугубляющиеся кризисы в следующем году, вероятно, ещё больше подорвут легитимность и устойчивость режима. Учитывая обесценивание иранской валюты и годовой уровень инфляции почти в 50% в конце 2022 года, Тегеран, вероятно, столкнется с экономическим спадом, который может продлить или возобновить беспорядки и привести к ещё большей нестабильности.

Иран продолжит угрожать американским лицам напрямую и через марионеточные атаки, особенно на Ближнем Востоке. Иран также продолжает развивать суррогатные сети внутри США - цель, которую он преследует уже более десяти лет. Поддерживаемые Ираном посредники будут пытаться совершать атаки против американских войск и лиц в Ираке и Сирии, а возможно, и в других странах и регионах. Иран угрожал напасть на бывших и действующих должностных лиц США в качестве возмездия за убийство командующего Корпусом стражей исламской революции - Сил Кодса (КСИР-СИ) Касема Солеймани в январе 2020 года и ранее пытался провести смертоносные операции на территории США.

Иран остается угрозой для Израиля, как непосредственно через свои ракетные войска и БПЛА, так и косвенно через поддержку ливанской "Хизбаллы" и других партнеров и прокси.

Иран останется источником нестабильности во всем регионе, поддерживая иракских шиитских ополченцев, которые представляют главную угрозу для американского персонала в Ираке. Экономическая и военная поддержка Ираном режима Башара аль-Асада в Сирии и поддержка хутистов в Йемене, включая поставку ряда современных военных систем, представляют угрозу для партнеров и интересов США, включая Саудовскую Аравию.

ВОЕННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ

Гибридный подход Ирана к ведению войны - использование как обычных, так и нетрадиционных возможностей - будет представлять угрозу для интересов США в регионе в обозримом будущем. КСИР останется центральным элементом военной мощи Ирана.

- Иран, вероятно, будет стремиться приобрести новые системы обычного вооружения, такие как современные истребители, учебные самолеты, вертолеты, системы ПВО, патрульные корабли и основные боевые танки. Однако бюджетные ограничения и нехватка финансовых средств замедлят темпы и масштабы приобретения этих систем.

- Ракетный, беспилотный и военно-морской потенциал Ирана будет продолжать угрожать коммерческим и военным активам США и партнеров на Ближнем Востоке.

- Нетрадиционные военные операции Ирана и сеть партнеров и прокси боевиков позволяют Тегерану пытаться продвигать свои интересы в регионе и сохранять стратегическую глубину.

Иранские программы по созданию баллистических ракет, которые уже включают самый большой запас баллистических ракет в регионе, продолжают представлять угрозу для стран Ближнего Востока. Иран уделяет особое внимание повышению точности, летальности и надежности своих ракет. Работа Ирана над космическими ракетами-носителями (КРН), включая Simorgh, сокращает сроки создания МБР, если он решит ее разработать, поскольку КРН и МБР используют схожие технологии.

ЯДЕРНЫЕ ВОПРОСЫ

В настоящее время Иран не проводит ключевых мероприятий по разработке ядерного оружия, которые были бы необходимы для создания ядерного устройства, пригодного для испытаний. После убийства в ноябре 2020 года ученого-ядерщика Мохсена Фахризаде, Иран ускорил расширение своей ядерной программы, заявил, что его больше не сдерживают никакие ограничения JCPOA, и предпринял исследования и разработки, которые приблизили бы его к производству расщепляющегося материала для создания ядерного устройства после принятия соответствующего решения. Если Тегеран не получит облегчения санкций, иранские чиновники, вероятно, рассмотрят возможность дальнейшего обогащения урана до 90 процентов.

- Иран последовательно рассматривает свое возобновление ядерной деятельности, превышающей ограничения JCPOA, как обратимый ответ на выход США из соглашения. Иран продолжает заявлять, что он вернется к полному соблюдению соглашения, если Соединённые Штаты смягчат санкции и выполнят свои обязательства по JCPOA, а также если МАГАТЭ прекратит расследование гарантий, связанных с тремя незаявленными ядерными объектами.

- В 2021 году МАГАТЭ подтвердило, что Иран проводил исследования по производству металлического урана и произвел небольшое количество металлического урана, обогащенного до 20 процентов. Хотя Иран произвел этот обогащенный металлический уран в рамках исследований и разработок нового типа топлива для реакторов, производство металлического урана было запрещено JCPOA как ключевой потенциал, необходимый для производства ядерного оружия.

- Иран продолжает увеличивать размер и уровень обогащения своего запаса урана сверх ограничений JCPOA. Иран продолжает превышать ограничения JCPOA на исследования и разработку усовершенствованных центрифуг и продолжает операции по обогащению урана на глубоко зарытом объекте Фордо, что было запрещено JCPOA. Иран обогащает и накапливает гексафторид урана (UF6) до 60% U-235 с апреля 2021 года и продолжает накапливать UF6, обогащенный до 20%.

- Тегеран предпринимает шаги по оказанию дипломатического давления на США и другие стороны, подписавшие JCPOA, и пытается создать рычаги давления на переговорах.

КИБЕРНЕТИЧЕСКИЕ ОПЕРАЦИИ И ОПЕРАЦИИ ПО ОКАЗАНИЮ ВРЕДОНОСНОГО ВЛИЯНИЯ

Растущий опыт Ирана и его готовность проводить агрессивные кибероперации представляют собой серьезную угрозу безопасности сетей и данных США и их союзников. Оппортунистический подход Ирана к кибератакам делает владельцев критической инфраструктуры в США восприимчивыми к атакам Тегерана, особенно когда Тегеран считает, что ему необходимо продемонстрировать, что он может дать отпор Соединенным Штатам в других областях. Недавние атаки на израильские объекты показывают, что Иран больше, чем раньше, готов атаковать страны с более мощным потенциалом.

СЕВЕРНАЯ КОРЕЯ

РЕГИОНАЛЬНЫЕ И ГЛОБАЛЬНЫЕ ЦЕЛИ И ДЕЙСТВИЯ

Северокорейский лидер Ким Чен Ын продолжает усилия по укреплению ядерного и обычного потенциала Северной Кореи, направленного против США и их союзников, что позволит периодически предпринимать агрессивные действия, пытаясь перестроить региональную среду безопасности в свою пользу. Ким Чен Ын, вероятно, пытается обеспечить позиции Северной Кореи в международной среде, которая, по его мнению, благоприятствует его жестокой авторитарной системе, о чем свидетельствует неоднократная публичная поддержка Северной Кореей приоритетов внешней политики Пекина и Москвы.

- Ким Чен Ын почти наверняка рассматривает ядерное оружие и МБР как окончательный гарант своего авторитарного правления и не намерен отказываться от этих программ, полагая, что со временем Северная Корея добьется международного признания в качестве ядерной державы. В 2022 году Ким Чен Ын укрепил эту позицию, проведя испытания нескольких МБР, призванных повысить способность Северной Кореи нанести удар по США, и пересмотрев ядерное законодательство своей страны, подчеркнув, что ядерные силы являются основой национальной обороны Северной Кореи.

- Северная Корея использует свою ракетную программу с ядерным потенциалом, чтобы попытаться установить стратегическое господство над Южной Кореей и силами США в регионе путем создания ракет, вероятно, нацеленных на поражение противоракетной обороны на полуострове и в регионе, и угроз военного ответа на любые предполагаемые нападения на ее суверенитет.

- С сентября 2022 года Северная Корея приурочила свои ракетные запуски и военные демонстрации к американо-южнокорейским учениям, вероятно, пытаясь заставить США и Южную Корею изменить свое поведение и противодействовать жесткой политике президента Южной Кореи Юн Сок Ёль в отношении Севера. Пхеньян, вероятно, хочет, чтобы альянс снизил темпы и масштабы учений с конечной целью подорвать силу альянса.

- Северная Корея все чаще будет заниматься незаконной деятельностью, включая киберкражи и экспорт товаров, запрещённых ООН, для финансирования приоритетов режима, таких как программа ОМУ.

ВОЕННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ

Вооруженные силы Северной Кореи будут представлять серьезную угрозу для США и их союзников, продолжая инвестировать в нишевые возможности, призванные предоставить Ким Чен Ыну ряд вариантов для сдерживания внешнего вмешательства, компенсации хронических недостатков обычных вооруженных сил страны и продвижения своих политических целей с помощью принуждения.

- Северокорейские ограничения COVID-19 и зависимость от Корейской народной армии (КНА) в обеспечении и выполнении некоторых мер по борьбе с пандемией, вероятно, привели к снижению общей боеготовности КНА в ближайшей перспективе, но ключевые подразделения, вероятно, останутся способными выполнять свои задачи в военное время.

Ким Чен Ын продолжает уделять приоритетное внимание усилиям по созданию все более мощных ракетных сил, предназначенных для обхода американских и региональных систем противоракетной обороны. Ким Чен Ын, вероятно, продолжит заказывать ракетные испытания - от крылатых до межконтинентальных баллистических ракет (МБР) и баллистических ракет подводных лодок (БРПЛ) - для подтверждения технических целей, усиления сдерживания и нормализации ракетных испытаний Пхеньяна. Для поддержки разработки этих новых ракетных систем Северная Корея продолжает импортировать различные товары двойного назначения в нарушение санкций ООН, в основном из Китая и России.

ЯДЕРНОЕ ОРУЖИЕ

Ким Чен Ын по-прежнему твердо намерен расширять арсенал ядерного оружия страны и поддерживать ядерное оружие в качестве центрального элемента своей структуры национальной безопасности. Публичные заявления подтверждают намерение Северной Кореи усилить свою способность угрожать как Южной Корее, так и США.

- Северная Корея, вероятно, готовится к испытанию ядерного устройства для достижения заявленных целей военной модернизации, чтобы облегчить "тактические ядерные операции". В сентябре 2022 года Северная Корея приняла закон, подтверждающий ее самопровозглашенный статус ядерной державы, устанавливающий бессрочные условия использования ядерного оружия, командования и контроля и отвергающий денуклеаризацию.

Возможности Северной Кореи в области КБР остаются угрозой, и вызывают обеспокоенность тем, что Пхеньян может использовать такое оружие во время конфликта или в ходе нетрадиционной или тайной атаки.

КИБЕРАТАКИ

Киберпрограмма Северной Кореи представляет собой сложную и гибкую угрозу шпионажа, киберпреступности и атак. Кибернетические силы Пхеньяна достигли зрелости и вполне способны достичь ряда стратегических целей против различных объектов, включая более широкий круг целей в США.

- Пхеньян, вероятно, обладает опытом и знаниями для того, чтобы вызвать временные, ограниченные сбои в работе некоторых сетей критической инфраструктуры и нарушить работу деловых сетей в США.

Киберпрограмма Северной Кореи продолжает адаптироваться к глобальным тенденциям в киберпреступности, проводя ограбления криптовалют, диверсифицируя спектр финансово мотивированных киберопераций и продолжая использовать передовые методы социальной инженерии.

- В ходе одного из ограблений в 2022 году Пхеньян похитил рекордные 625 миллионов долларов у сингапурской компании, занимающейся технологией блокчейн.

Помимо киберпреступной деятельности Пхеньяна, киберакторы, связанные с Северной Кореей, осуществляют шпионаж против целого ряда организаций, включая СМИ, научные круги, оборонные компании и правительства многих стран. Северная Корея продолжает осуществлять кибершпионаж с целью получения технической информации, почти наверняка предназначенной для продвижения военных программ и программ ОМУ Пхеньяна.

ИЗМЕНЕНИЕ КЛИМАТА И ДЕГРАДАЦИЯ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ

Изменение климата будет все больше усугублять риски для интересов национальной безопасности США по мере усиления физических последствий и роста геополитической напряженности в отношении глобального ответа на этот вызов. Усиливающиеся физические последствия изменения климата также могут усилить или вызвать внутренние и трансграничные геополитические очаги напряженности.

- По мере повышения температуры и проявления более экстремальных климатических эффектов возрастает риск конфликтов из-за ресурсов, связанных с водой, пахотными землями и Арктикой. Дополнительные факторы, такие как миграция, некоторые из которых будут усугубляться климатическими и погодными явлениями, будут усиливать эти риски. Спорные экономические и военные действия в Арктике могут увеличить риск просчетов, особенно в условиях военной напряженности между Россией и другими семью арктическими странами после вторжения России в Украину в начале 2022 года.

- Геополитическая напряженность между странами по поводу того, как ускорить сокращение выбросов парниковых газов, вероятно, будет расти, и государства будут соперничать в попытках контролировать ресурсы и доминировать в новых технологиях, необходимых для глобального перехода к низкоуглеродной энергетике.

Напряженность в отношениях между странами растет и по поводу финансирования борьбы с изменением климата. Страны с высоким и средним уровнем дохода всё ещё не выполнили свои обязательства по Парижскому соглашению 2015 года по предоставлению 100 миллиардов долларов в год странам с низким уровнем дохода к 2020 году, а страны с низким уровнем дохода хотят получить больше помощи в адаптации к последствиям изменения климата.

- Масштабы ущерба и перемещения людей в Пакистане в результате наводнения в середине 2022 года, которое частично объясняется изменением климата, привели к увеличению числа призывов к странам с высоким уровнем дохода выплатить странам с низким уровнем дохода компенсацию за потери, которые они считают результатом изменения климата. Малые островные государства активизировали свои усилия по подаче исков в международные судебные органы, чтобы привлечь США и других ведущих эмитентов парниковых газов к ответственности за последствия изменения климата.

- Связанные с климатом бедствия в странах с низким уровнем дохода усугубят экономические проблемы, повысят риск межобщинных конфликтов из-за скудных ресурсов и увеличат потребность в гуманитарной и финансовой помощи. Растущий разрыв между обеспечением основных потребностей и тем, что могут предоставить правительства и международное сообщество, повышает вероятность внутренних протестов, более широкой нестабильности, вербовки экстремистов и миграции.

- Более интенсивные и частые последствия изменения климата также угрожают ухудшить экономику стран с высоким уровнем дохода, затруднить мировую торговлю и нагрузить финансовые системы. Засухи в 2022 году привели к сокращению судоходных мощностей и выработки энергии в Китае, Европе и США, а застрахованные убытки от катастроф за последние 30 лет выросли на 250 процентов.

Китай и Индия будут играть решающую роль в определении траектории повышения температуры. Они занимают первое и третье места по объему выбросов соответственно. Обе страны увеличивают общий объем выбросов и количество выбросов на душу населения, в основном из-за зависимости от дешевого производства электроэнергии из угля для экономического роста, а также из-за их усилий по успокоению внутренних избирателей, которые полагаются на угольную промышленность в плане рабочих мест.

Усиливающиеся последствия изменения климата, вероятно, усугубят риски для здоровья человека, в первую очередь, но не только, в странах с низким и средним уровнем дохода. Повышение температуры, изменение характера осадков, увеличение частоты и суровости погодных явлений, вероятно, будут пересекаться с деградацией окружающей среды, загрязнением и неэффективным управлением водными ресурсами, усугубляя отсутствие продовольственной и водной безопасности, недоедание и общее бремя заболеваний.

- Экстремальная жара, демографическая нагрузка и изменение количества осадков из-за изменения климата негативно сказываются на сельскохозяйственном производстве и производстве продуктов питания во многих регионах мира.

Незаконная, несообщаемая и нерегулируемая (ННН) практика рыболовства во всем мире способствует сокращению морского рыболовства, что подрывает продовольственную и экономическую безопасность в прибрежных районах, особенно в Африке и Азии. Восемьдесят пять процентов мировых рыбных запасов полностью, и чрезмерно эксплуатируются, истощены или восстанавливаются после истощения. Чрезмерный лов рыбы, деградация среды обитания и изменения океана под влиянием климата будут продолжать наносить ущерб рыболовству.

- Китайский флот судов дальнего плавания, который часто занимается ННН-рыболовством, способствует чрезмерному лову рыбы больше, чем любая другая страна. ННН-промысел, осуществляемый судами из Китая, часто вытесняет местный промысел, угрожает продовольственной безопасности и способствует нестабильности в странах с низким уровнем дохода и некоторых прибрежных регионах.

БЕЗОПАСНОСТЬ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ

ИНФЕКЦИОННЫЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ И ВЛИЯНИЕ ПАНДЕМИИ COVID-19

Пандемия COVID-19, продолжающаяся уже четвертый год, остается одной из самых серьезных угроз для здоровья населения планеты, которая на сегодняшний день унесла более 6,5 миллионов жизней и привела к потере триллионов долларов экономического производства. Несмотря на постепенное снижение наиболее тяжелых последствий пандемии COVID-19 для здоровья в связи с большей доступностью вакцин во всем мире, повышением естественного иммунитета и более эффективными методами лечения, остаются значительные проблемы, поскольку страны сейчас реагируют на новые варианты, ослабление вакцинальной защиты, пробелы в охвате вакцинацией, проблемы в управлении мерами безопасности общественного здравоохранения и растущие кампании дезинформации, направленные на посев сомнений и дискредитацию учреждений общественного здравоохранения во всем мире. Помимо прямых последствий пандемии, последствия COVID-19 для экономики, безопасности людей, политики и национальной безопасности продолжают оказывать давление на усилия по восстановлению, создавая как известные, так и непредвиденные проблемы, которые, вероятно, будут сказываться на обществе и глобальной экономике в течение следующего года и в последующие годы.

- Ожидается, что в течение следующего года связанное с пандемией увеличение долгового бремени, ограничение государственных расходов, а также продолжающиеся нарушения в сфере занятости и отсутствие безопасности повысят риск финансовой нестабильности и бедности, особенно в странах с низким уровнем дохода и странах, восстанавливающихся после наиболее серьезных экономических последствий COVID-19.

- Сочетание экономических проблем и проблем человеческой безопасности, вызванных COVID-19, вероятно, ещё больше напряжет возможности правительств по удовлетворению общественных потребностей в течение следующего года и в последующие годы, особенно в сочетании с необходимостью решения аналогичных проблем, возникающих в результате изменения климата. Потенциал общественного недовольства и раскола в обществе будет расти, а риски для демократического управления, политической стабильности и миграционных колебаний в некоторых странах увеличатся.

- Несмотря на некоторое улучшение ситуации в течение последнего года, последствия пандемии продолжают мешать оказанию основных медицинских услуг - в некоторых случаях из-за нехватки медицинских работников, задержек в проведении неэкстренных процедур или отказа от обращения за медицинской помощью из-за дезинформации или страха заразиться COVID-19. Эти факторы, вероятно, будут и в дальнейшем способствовать ухудшению состояния здоровья и затруднять способность стран контролировать заболевание, особенно стран с низким и средним уровнем дохода.

Страны всего мира остаются уязвимыми к появлению или внедрению нового патогена, который может вызвать новую разрушительную пандемию. Факторы, способствующие возникновению заболеваний, сохраняются и продолжают расти, включая изменение климата, вырубку лесов, вторжение человека в ранее ненарушенные места обитания, добычу диких животных и торговлю ими, массовое производство продуктов питания и отсутствие международного консенсуса по нормам биобезопасности. Эти факторы усугубляются факторами, способствующими глобальному распространению, такими как международные поездки и торговля, неадекватный глобальный надзор и контроль за заболеваниями, недоверие к органам здравоохранения, дезинформация в области здравоохранения и напряжение в системе здравоохранения, вызванное пандемией COVID-19. Возникающие проблемы заболевания в сельском хозяйстве и животноводстве и устойчивость к противомикробным препаратам - хотя они не обязательно связаны с патогенами, вызывающими пандемическую озабоченность - угрожают нанести огромный экономический ущерб и нарушить поставки продовольствия, если они распространятся во всем мире или в новых регионах.

- Отсутствие глобальных стандартов биобезопасности на местах и защитных мер продолжает вызывать опасения распространения вирусов по всему миру. Повышенный интерес к отбору проб на местах и передовым биологическим исследованиям после начала пандемии COVID-19, низкий уровень подготовки, отсутствие международной инспекции и стандартизированных нормативных требований - все это способствовало увеличению риска заражения и/или нарушения биозащиты.

БИОЛОГИЧЕСКОЕ ОРУЖИЕ

Глобальные недостатки в обеспечении готовности к пандемии COVID-19 и проблемы с биобезопасностью, публичные заявления о разработке США биологического оружия, подпитываемые противниками США, а также продолжающиеся вопросы о происхождении вируса COVID-19 могут побудить некоторых противников рассмотреть варианты, связанные с разработкой биологического оружия.

- Быстрый прогресс в области технологий двойного назначения, включая биоинформатику, синтетическую биологию, нанотехнологии и геномное редактирование, может позволить разработать новое биологическое оружие, которое затруднит обнаружение, атрибуцию и лечение.

ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ТРАНСНАЦИОНАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ

РАЗВИТИЕ ТЕХНОЛОГИЙ

Новые технологии, особенно в области ИИ и биотехнологий, разрабатываются и распространяются быстрее, чем компании и правительства успевают формировать нормы, защищать частную жизнь и предотвращать опасные последствия. Конвергенция возникающих технологий может привести к созданию потенциально прорывных технологий, не прогнозируемых при изучении узких областей науки и техники, что может привести к быстрому развитию асимметричных угроз интересам США.

- Конвергенция возможностей высокопроизводительных вычислений, больших данных и машинного обучения - каждая из которых является критически важным инструментом во многих областях - может иметь широкие, ещё не установленные последствия для военных, коммерческих и фундаментальных исследований, имеющих отношение к национальной обороне, экономической безопасности и политической стабильности.

- Крупномасштабное моделирование, накопление и анализ огромных объемов данных революционизируют многие области науки и инженерных исследований, что может повлиять на будущее поле боя и сформировать политический дискурс посредством операций по дезинформации. Все чаще данные рассматривают как стратегический ресурс. Они сосредоточены на получении и анализе данных - от личной информации о гражданах США до коммерческих и правительственных данных - которые могут сделать их операции по шпионажу, влиянию, кинетическим и кибернетическим атакам более эффективными, продвинуть их эксплуатацию американской экономики и дать им стратегическое преимущество над США.

- Спецслужбы внедряют самые современные технологии - от передовых киберсредств до беспилотных систем и усовершенствованного оборудования для технического наблюдения, - которые улучшают их возможности и бросают вызов американской обороне. Большая часть этих технологий доступна на коммерческой основе, что дает возможность ранее неискушенным службам превратиться в легитимные угрозы.

Глобальная пандемия, вызвавшая беспрецедентный сбор генетических и медицинских данных по всему миру, а также технологические достижения в области генной инженерии, секвенирования генома и модификации ДНК стимулируют новые направления в биотехнологических исследованиях.

- Несколько стран, университетов и частных компаний создали или создают централизованные генетические или геномные базы данных для сбора, хранения, обработки и анализа генетических данных, хотя и с риском потенциального нарушения конфиденциальности данных о здоровье и генетических данных, и представляют собой подходящие объекты для кибератак и краж.

- Китай собирает генетические и медицинские данные всего своего населения, укрепляя государственный аппарат наблюдения и безопасности, а также его способность пытаться отслеживать, управлять и контролировать общество в режиме реального времени. Пекин также собирает американские медицинские и геномные данные благодаря своим приобретениям и инвестициям в американские компании, а также киберугрозам.

Достижения в области полупроводников и высокопроизводительных вычислений способствуют военным и технологическим прорывам, но также повышают риск неожиданного появления технологий, поскольку высокопроизводительные компьютеры помогут решать давние проблемы в области исследований и разработок. Достижения в области полупроводников и высокопроизводительных вычислений могут привести к будущим вызовам военным и технологическим секторам.

- В настоящее время Китай может иметь две экзафлопсные системы, использующие процессоры старого поколения отечественной разработки - ни одна из них не была официально признана или подвергнута независимой проверке - и планирует построить ещё больше к 2025 году. Экзамасштабные компьютеры способны решать масштабные научные задачи, которые были бы невозможны на суперкомпьютерах предыдущего поколения.

- По состоянию на июнь 2022 года Китай располагал 173 самыми мощными суперкомпьютерами в мире, что на треть больше, чем у США, на долю которых приходилось 128 суперкомпьютеров.

РАСПРОСТРАНЕНИЕ ЯДЕРНОГО ОРУЖИЯ

Увеличение запасов ядерного оружия и систем его доставки в сочетании с растущими региональными конфликтами с участием государств, обладающих ядерным оружием, представляют собой серьезную проблему для глобальных усилий по предотвращению распространения и применения ядерного оружия. Усилия по контролю над вооружениями до 2035 года, вероятно, будут меняться по масштабу и сложности по мере роста числа стратегических технологий и стран, обладающих ими.

- Китай и Россия стремятся обеспечить стратегическую стабильность в отношениях с США путем роста и развития целого ряда оружейных возможностей, включая нетрадиционное оружие, предназначенное для поражения или уклонения от американской противоракетной обороны. Следовательно, эти новые технологии, вероятно, бросят вызов тому, что государства думают о контроле над вооружениями, также ожидается, что будет трудно достичь согласия по новым определениям оружия или мерам проверки, особенно на многостороннем уровне.

ГЛОБАЛЬНЫЕ ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ РОССИЙСКО-УКРАИНСКОЙ ВОЕННОГО КОНФЛИКТА

Военный конфликт на Украине усугубил связанные с COVID-19 нестабильности в мировой экономике, повысил цены на сырьевые товары, усилил волатильность рынков, а также способствовал отсутствию продовольственной безопасности и финансовой нестабильности, особенно в странах с низким уровнем дохода. Многочисленные усиливающиеся нестабильности предполагают, что эти тенденции сохранятся и в этом году, поскольку правительства пытаются защитить свое население от снижения уровня жизни, связанного с инфляцией и низким экономическим ростом.

- Ни одна страна не застрахована от этих последствий. Европейские страны, на долю которых приходится пятая часть мирового ВВП, сталкиваются с многочисленными препятствиями, вызванными побочными эффектами конфликта. Поставки энергоносителей в Европу, скорее всего, останутся нестабильными, а цены на энергоносители - высокими и волатильными, поскольку она давно зависит от поставок нефти и газа из России, а также от перспективы того, что теперь они станут недоступными в беспрецедентной степени. Европа столкнулась с исторически высокими темпами инфляции, в основном из-за шока, вызванного поставками энергоносителей, причем в некоторых странах инфляция была самой высокой за последние 40 лет.

- Во многих странах с низким уровнем дохода уже истощены золотовалютные резервы и мало бюджетных средств, чтобы пережить последствия конфликта на Украине. Следовательно, поскольку центральные банки повышают процентные ставки для борьбы с инфляцией, рост расходов на обслуживание долга ограничит возможности многих стран по финансированию государственных расходов на собственное население и поддержанию доступных поставок продовольствия.

- Конфликт на Украине и неопределенность на рынках в сочетании с ростом процентных ставок заставили инвесторов устремиться в безопасные американские активы и способствовали повышению курса доллара в 2022 году, что привело к ослаблению других валют. Такая динамика затруднит доступ к глобальным кредитам, особенно для стран с низким уровнем дохода, и повысит риск дефолта по долгам.

Сочетание высоких цен на энергоносители и продовольствие привело к увеличению числа людей, сталкивающихся с крайней бедностью и отсутствием продовольственной безопасности, особенно в странах с низким уровнем дохода, и эти страны будут бороться за то, чтобы обратить эти тенденции вспять до конца 2023 года, даже если мировые цены на продовольствие стабилизируются. Высокие цены на продовольствие существовали ещё до конфликта на Украине, и вызванное этим сокращение экспорта зерна снизило покупательную способность миллионов домохозяйств и ограничило их способность абсорбировать новые скачки цен.

- Россия и Украина являются одними из важнейших производителей сельскохозяйственной продукции в мире. Обе страны являются нетто-экспортерами сельскохозяйственной продукции и удобрений на мировые рынки, где экспортные поставки часто сосредоточены в нескольких странах.

- До конфликта более 25 стран зависели от России и Украины более чем на 50 процентов в импорте пшеницы.

- Бедные семьи во всем мире тратят более 40 процентов своих доходов на продукты питания, по сравнению с примерно 10 процентами в странах с высоким уровнем дохода, что делает эти группы населения особенно уязвимыми к устойчиво высоким ценам на продовольствие.

МИГРАЦИЯ

В Западном полушарии факторы притяжения и отталкивания, побуждающие мигрантов из стран Латинской Америки и Карибского бассейна приезжать в США, такие как ухудшение социально-экономических условий и безопасности в некоторых странах, неправильное восприятие американской политики и возможности трудоустройства в США, вероятно, сохранятся в 2023 году.

- Такие факторы, как высокий уровень преступности, насилие, политические репрессии, коррупция, слабые рынки труда и плохие условия жизни, остаются одними из основных факторов, способствующих миграции в США из Колумбии, Кубы, Сальвадора, Гватемалы, Гаити, Гондураса, Мексики, Никарагуа и Венесуэлы, поскольку странам происхождения не хватает ресурсов или желания решать эти проблемы.

- С 2020 года увеличение оттока мигрантов из Гаити и Венесуэлы в страны Латинской Америки и Карибского бассейна привело к экономическим издержкам и усилению ксенофобии в странах-реципиентах, что снизило их готовность принимать этих мигрантов. Увеличение препятствий для пребывания в близлежащих странах может привести к тому, что больше мигрантов из Гаити и Венесуэлы будут рассматривать миграцию в США как привлекательную цель.

- Правительства стран Латинской Америки и Карибского бассейна изо всех сил пытаются справиться с постоянным большим потоком мигрантов на границу США со всего региона. Меры, которые большинство правительств готовы принять, могут замедлить движение некоторых мигрантов к границе США, но, вероятно, мало что сделают для изменения динамики, лежащей в основе устойчивого высокого уровня нелегальной миграции в США.

Транснациональные преступные организации (ТПО) эксплуатируют мигрантов путем вымогательства, похищения и торговли людьми, включая торговлю сексом и принудительный труд.

Во всем мире продолжает расти число людей, перемещенных в результате конфликтов, насилия и стихийных бедствий в пределах собственных национальных границ и в другие страны, что ограничивает возможности правительств по заботе о внутреннем населении и смягчению любого связанного с этим общественного недовольства. Между тем, растущий разрыв между гуманитарными потребностями и предоставлением международной финансовой помощи способен усугубить миграционные потоки.

- Конфликт на Украине вызвал самый большой поток беженцев в европейские страны со времен Второй мировой войны, при этом более четырех миллионов украинцев зарегистрировались для получения защиты в соответствии с Директивой ЕС о временной защите - в том числе более миллиона в Польше. Европейская общественная поддержка украинских беженцев была сильной с самого начала войны. Однако со временем внутренние экономические проблемы Европы, включая инфляцию и резкий рост цен на энергоносители, могут ослабить уровень поддержки европейцев в отношении приема беженцев. В некоторых странах-членах ЕС может возникнуть проблема долгосрочного жилья для украинских беженцев, поскольку многие беженцы останавливаются в принимающих квартирах, а не снимают собственное жилье.

- Научные прогнозы о дождях и засухах ниже среднего уровня в некоторых районах Африканского Рога и Южной Америки, а также наводнениях в других регионах в течение следующего года, вероятно, приведут к увеличению числа миграционных событий даже в то время, когда такие страны, как Пакистан, восстанавливаются после стихийных бедствий, произошедших в 2022 году.

ТРАНСНАЦИОНАЛЬНАЯ ОРГАНИЗОВАННАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ

ТОП угрожает общественной безопасности США и их союзников, подрывает целостность международной финансовой системы и разрушает верховенство закона в странах-партнерах. Эти вызовы непосредственно влияют на национальную безопасность США, создавая проблемы нелегальной миграции, подстегивая преступность и насилие, а также продвигая интересы некоторых противников США. ОПГ ТОП занимаются незаконным производством и оборотом наркотиков, торговлей людьми, контрабандой, отмыванием денег и финансовыми преступлениями, а также киберпреступностью, что напрямую влияет на США.

- ТОП рассматривает торговлю людьми, включая секс-торговлю и принудительный труд, а также контрабанду как преступления с низким уровнем риска, связанные с возможностью получения финансовой выгоды.

Иностранные запрещённые наркотики

ТОП из Западного полушария, занимающиеся незаконным производством и оборотом наркотиков в США, ставят под угрозу здоровье и безопасность миллионов американских граждан и способствуют росту преступности и коррупции. Американские правоохранительные органы изымают все большее количество фентанила, и большинство из более чем 100 000 ежегодных смертей от передозировки наркотиков в США вызваны фентанилом.

- Мексиканские ОПГ являются основными производителями и поставщиками запрещённых наркотиков на американский рынок, включая фентанил, героин, метамфетамин и кокаин из Южной Америки. Мексиканские ОПГ наводнили Соединённые Штаты дешевыми поддельными таблетками, содержащими фентанил, некоторые из которых имеют различные формы и цвета радуги, что способствовало резкому росту числа смертей от передозировки среди подростков в США с 2019 года.

- Мексиканские ОПГ получают большинство химических веществ-прекурсоров, необходимых для производства фентанила, из Китая через преимущественно китайских и мексиканских химических брокеров и имеют возможность обходить международные меры контроля путем неправильной маркировки поставок и покупки нерегулируемых химических веществ двойного назначения.

- Мексиканские ОПГ ведут ожесточенные территориальные споры с конкурентами за маршруты контрабанды наркотиков и мигрантов. Колумбия, ведущий мировой производитель кокаина, переживает рост числа убийств, частично подпитываемый ОПГ, участвующими в наркоторговле.

Отмывание денег и финансовые преступления

ТОП угрожает целостности американской и международной финансовой системы, отмывая миллиарды долларов незаконных доходов через США и другие финансовые учреждения. ОПГ регулярно используют подставные компании для маскировки своей личности и могут прибегать к услугам профессиональных отмывателей денег или посредников, таких как бухгалтеры, юристы, нотариусы и брокеры по недвижимости, чтобы получить доступ к законным финансовым системам. ОПГ перемещают и отмывают незаконные доходы посредством контрабанды наличных, использования законных каналов денежных переводов, покупки американской недвижимости, структурированных депозитов, отмывания денег на основе торговли и электронных переводов.

Киберпреступность

Транснациональные ОПГ, занимающиеся распространением программ-вымогателей, продолжают совершенствовать и проводить высокоэффективные атаки на программы-вымогатели, вымогая средства, нарушая работу важнейших служб и раскрывая конфиденциальные данные. В то время как важные службы и критически важные объекты инфраструктуры, такие как здравоохранение, школы и производство, продолжали подвергаться атакам, причем значительная их часть происходила в США, все большее число атак с использованием программ-вымогателей, наблюдавшихся в 2022 году, было направлено также на правительства по всему миру.

- Крупные киберпреступные ОПГ диверсифицировали бизнес-модели выкупных программ, включая новые формы вымогательства, такие как угрозы обнародовать захваченные данные наряду с шифрованием данных, и улучшили способность своих вредоносных программ поражать более широкий спектр технических целей, таких как узлы виртуальных машин и сетевые устройства хранения данных.

Иногда группы вымогателей (Ransomware) прекращают свою деятельность в ответ на привлечение внимания общественности, действия правоохранительных органов или нарушение работы инфраструктуры, хотя члены групп также находят способы для последующего ребрендинга, восстановления или возобновления своей деятельности после таких сбоев. Они также могут ставить под вопрос или прекращать атаки на те группы, которые оказываются наиболее устойчивыми в отказе платить требуемый выкуп.

ГЛОБАЛЬНЫЙ ТЕРРОРИЗМ

В течение следующего года лица и интересы США внутри страны и за рубежом будут сталкиваться с постоянной и все более разнообразной угрозой терроризма. Лица и ячейки, придерживающиеся идеологии ИГИЛ*, Аль-Каиды* или транснационального движения расово или этнически мотивированных насильственных экстремистов, представляют собой значительную террористическую угрозу для лиц, объектов и интересов США. Иран и ливанская "Хизбалла" по-прежнему привержены проведению террористических атак и могут попытаться сделать это на территории США. Хотя ИГИЛ и Аль-Каида понесли серьезные потери в руководстве в 2022 году, что привело к деградации внешних операций и возможностей, ответвления обеих организаций продолжают использовать местные конфликты и более широкую политическую нестабильность для достижения территориальных и оперативных успехов.

ИГИЛ

Даже после потери нескольких ключевых лидеров ИГИЛ в 2022 году, повстанческая деятельность ИГИЛ в Ираке и Сирии будет продолжаться, поскольку группировка стремится восстановить потенциал и пополнить свои ряды. Угроза со стороны ИГИЛ в отношении лиц, объектов и интересов США, вероятно, останется самой большой в регионах, где группировка имеет оперативное присутствие. Однако идеология и пропаганда ИГИЛ почти наверняка будут продолжать вдохновлять на нападения на Западе, в том числе в США.

- В Ираке и Сирии ИГИЛ замедлило темп своих операций по сравнению с периодом, когда оно контролировало физическую территорию в 2014-2019 годах, вероятно, из-за нехватки материально-технических, финансовых, кадровых и руководящих ресурсов.

- Угроза для лиц и интересов США со стороны ИГИЛ наиболее велика в регионах, где у ИГИЛ есть опасные филиалы, таких как Африка, Центральная и Южная Азия и Ближний Восток.

- В Афганистане ИГИЛ-Хорасан* будет продолжать свою кампанию против талибов* и религиозных меньшинств со смертельными последствиями для гражданского населения страны. ИГИЛ-Хорасан почти наверняка сохраняет намерение проводить операции на Западе и продолжит попытки нападений за пределами Афганистана.

Аль-Каида

Аль-Каида рассматривала захват власти талибами как победу глобального джихада, но смерть эмира Аймана аль-Завахири в 2022 году нарушит планы группы в Афганистане. Группа будет полагаться на свои региональные филиалы для поддержания организации, поскольку некоторые лидеры Аль-Каиды стремятся сохранить убежище в Иране, приспосабливаясь к ограничениям Талибана* в Афганистане.

- Аль-Каида, вероятно, оценит свою способность действовать в Афганистане в условиях ограничений Талибана и сосредоточится на сохранении своего убежища, прежде чем попытается проводить или поддерживать внешние операции из Афганистана.

- Угроза со стороны Аль-Каиды в Афганистане будет зависеть от Талибана, привлекательности Афганистана по сравнению с другими географическими регионами и направленности руководства.

Аль-Каида по-прежнему стремится атаковать интересы США, хотя наибольшую угрозу она представляет в регионах, где действуют ее филиалы, а не на территории США. Филиалы Аль-Каиды в Восточной и Западной Африке и Йемене представляют наибольшую угрозу для американских лиц, объектов и интересов в соответствующих регионах. Уверенность филиалов в своих внешних возможностях нападения, расчет рисков и восприятие угрозы, которую Соединённые Штаты представляют для местных целей группировок, влияют на приоритет, который они отдают атакам на американские интересы.

- Филиалы Аль-Каиды в Африке, такие как Аль-Каида в странах исламского Магриба (АКИМ) и Аль-Шабааб, используют нестабильность в Буркина-Фасо, Эфиопии и Мали, а также слабую безопасность границ в Западной Африке для расширения территориального контроля и противодействия местным силам безопасности.

Хизбалла

Ливанская "Хизбалла" продолжит развивать свои глобальные террористические возможности в дополнение к растущим обычным военным возможностям группировки в регионе.

- "Хизбалла" стремится уменьшить влияние США в Ливане и на Ближнем Востоке в целом и сохраняет способность атаковать американских лиц и интересы в регионе, по всему миру и, в меньшей степени, в США. Иран может извлечь стратегическую выгоду, если "Хизбалла" будет вести террористическую деятельность на территории США.

Транснациональные расово или этнически мотивированные насильственные экстремисты (RMVE)

Эти группы продолжают представлять наиболее смертельную угрозу для лиц и интересов США и значительную угрозу для ряда союзников и партнеров США посредством нападений и пропаганды, призывающей к насилию. Транснациональные RMVE в основном представляют собой децентрализованное движение приверженцев идеологии, которая пропагандирует использование насилия для продвижения идей превосходства белой расы, неонацизма и других исключающих культурно-националистических убеждений. Эти субъекты все чаще стремятся сеять социальную рознь, поддерживать правительства фашистского типа и нападать на государственные институты. Транснациональная и свободная структура организаций RMVE бросает вызов местным службам безопасности и создает устойчивость к сбоям.

- Транснациональные RMVE используют общественную и политическую гиперполяризацию, чтобы попытаться узаконить свои цели и внедрить свои нарративы и теории заговора в общественный дискурс. Эти RMVE считают, что вербовка военнослужащих поможет им организовать ячейки для нападений на меньшинства или учреждения, выступающие против их идеологии.

- Транснациональные RMVE замышляли нападения и призывали к насилию против государственных чиновников в Австралии и по всей Европе, в том числе в Бельгии, Франции, Германии и Исландии. Транснациональные RMVE часто призывают к нападениям в США и союзных странах, и некоторые нападения RMVE в США были частично вдохновлены нападениями иностранных RMVE за рубежом и нарративами транснациональных RMVE, но у нас нет информации о том, что иностранные RMVE непосредственно содействовали каким-либо нападениям в США.

- Terrorgram, слабо связанная сеть каналов в приложении для обмена сообщениями Telegram, обошла многочисленные попытки модерации контента. Terrorgram служит транснациональным форумом для RMVE, где они делятся пропагандой, обмениваются оперативным руководством и прославляют исполнителей предыдущих террористических атак.

КОНФЛИКТЫ И ХРУПКОСТЬ

Межгосударственные конфликты, государственная нестабильность и другие проблемы управления создают прямые и косвенные угрозы интересам США внутри страны и за рубежом, а также нашим союзникам и партнерам. Рост напряженности, подкрепленный усилением стратегической конкуренции, имеет многочисленные последствия для национальной безопасности США и их партнеров. Например, активизация военных операций стран в ряде географических "горячих точек" чревата возможностью непреднамеренной эскалации и межгосударственного конфликта.

ПОТЕНЦИАЛЬНЫЙ МЕЖГОСУДАРСТВЕННЫЙ КОНФЛИКТ

Ниже перечислены несколько потенциальных конфликтов между государствами, которые могут привести к последствиям, требующим немедленного внимания США.

Индия-Китай

Хотя Индия и Китай провели двусторонние пограничные переговоры и урегулировали пограничные вопросы, отношения между ними останутся напряженными после смертоносного столкновения в 2020 году, самого серьезного за последние десятилетия. Расширение военных позиций Индии и Китая вдоль спорной границы повышает риск вооруженной конфронтации между двумя ядерными державами, которая может повлечь за собой прямые угрозы лицам и интересам США и призывы к вмешательству США. Предыдущие противостояния показали, что постоянные трения на низком уровне на линии фактического контроля могут быстро перерасти в эскалацию.

Индия-Пакистан

Кризисы между Индией и Пакистаном вызывают особое беспокойство из-за риска эскалации между двумя государствами, обладающими ядерным оружием. Нью-Дели и Исламабад, вероятно, склонны укреплять нынешнее спокойствие в своих отношениях после продления обеими сторонами соглашения о прекращении огня вдоль линии контроля в начале 2021 года. Однако Пакистан имеет долгую историю поддержки антииндийских групп боевиков, и под руководством премьер-министра Нарендры Моди. Индия с большей вероятностью, чем в прошлом, ответит военной силой на предполагаемые или реальные пакистанские провокации. Восприятие каждой из сторон повышенной напряженности усиливает риск конфликта, потенциальными очагами которого могут стать беспорядки в Кашмире или нападение боевиков в Индии.

Азербайджан-Армения

Отношения между Арменией и Азербайджаном, вероятно, останутся напряженными и временами нестабильными в отсутствие мирного договора, учитывая близость военных сил на межгосударственной границе, отсутствие механизма принуждения к прекращению огня и готовность Азербайджана использовать выверенное военное давление для достижения своих целей в переговорах с Арменией.

ВНУТРЕННИЕ РАЗНОГЛАСИЯ

Внутренние беспорядки - будь то социальные разногласия, соперничество политических идеологий или неспособность государства предоставить основные человеческие услуги - могут подпитывать циклы насилия, мятежей и внутренних конфликтов. Последствия часто ощущаются за пределами пострадавшего региона, иногда распространяя раздор на другие страны и расширяя масштабы проблем безопасности. Будь то вспышки насилия или длительные повстанческие движения и гражданские войны, эти случаи внутренней борьбы могут разрушить институты управления, укрепить внутренние разногласия и истощить государственные ресурсы, а также поставить под сомнение способность США и их союзников эффективно сотрудничать с этими странами. Ниже приводится несколько стран и регионов, в которых идет борьба с насилием, беспорядками и повстанческими движениями.

Ирак

Стабильность Ирака будет зависеть от того, сможет ли новое правительство предоставить общественные услуги, решить проблему коррупции и обеспечить безопасность, чтобы предотвратить возрождение ИГИЛ. Иракские шиитские ополченцы почти наверняка будут продолжать представлять реальную угрозу для американских сил в Ираке и регионе.

Бирма

Затянувшееся насилие между бирманской хунтой и её продемократическими противниками, вероятно, будет обостряться, поскольку ни одна из сторон не обладает военным потенциалом для полной победы в ближайшем будущем, и обе стороны все чаще рассматривают свой конфликт в экзистенциальных терминах, что фактически исключает возможность компромисса. Для создания условий, необходимых для военной победы или политического соглашения, вероятно, потребуется разрушение военной сплоченности или значительные изменения во внешней поддержке одной из сторон, особенно антирежимных сил.

Восточная Африка

В Восточной Африке затяжные внутренние конфликты напрягают региональный потенциал и создают возможности для более активного участия внешних игроков. Сюда входят гражданские конфликты в Эфиопии, растущее повстанческое движение в Демократической Республике Конго (ДРК) и продолжающаяся нестабильность в Сомали. Постоянные внутренние конфликты в двух крупнейших странах региона, Эфиопии и ДРК, подрывают доверие между лидерами и населением и приводят к межэтнической напряженности. Региональные дипломатические инициативы и инициативы в области безопасности по разрешению этих конфликтов привлекли дополнительные африканские страны, в частности Анголу, Кению и Южную Африку.

- Продолжающееся присутствие Эритреи и союзных ополченцев в Эфиопии после соглашения о прекращении боевых действий между правительством и тиграйцами продолжает повышать риск зверств против гражданского населения Тиграя. Более того, эскалация нападений Фронта освобождения Оромо усилила напряженность между оромо и амхара - двумя крупнейшими этническими группами в стране - и привела к росту насилия против гражданского населения и между группой и правительственными силами безопасности.

- В восточной части ДРК боевые действия между военными ДРК и поддерживаемой Руандой повстанческой группировкой, известной под названием "23 марта", способствовали возникновению крупнейшей ситуации с внутренним перемещением населения в Африке. Руанда имеет долгую историю вмешательства в дела восточной части ДРК и рассматривает неспособность Киншасы искоренить антируандийские повстанческие группировки как угрозу своей стабильности. В восточной части ДРК участились случаи ненависти и насилия в отношении этнических руандийцев.

- В Сомали группировка "Аль-Шабааб" увеличила число нападений в ответ на наступательные действия против этой группировки, проводимые федеральным правительством совместно с местными клановыми ополчениями и партнерскими силами в центральной части Сомали с середины 2022 года.

Западное полушарие

Во всем регионе Латинской Америки и Карибского бассейна растущее разочарование избирателей в неспособности их правительств повысить уровень жизни будет способствовать продолжению протестов против инаугурации и даже всплескам беспорядков до 2030 года. Например, неэффективное правительство Гаити, продолжающееся насилие со стороны банд, политическая нестабильность, неустойчивая экономика и проблемы со здоровьем способствуют отсутствию безопасности внутри страны и вспышкам насилия, которые становятся все более непредсказуемыми, осложняя и без того нестабильную гуманитарную ситуацию.

Афганистан

Режим Талибана будет продолжать уделять приоритетное внимание обеспечению теократического правления и консолидации власти, а не построению современного государства, способствуя структурной экономической слабости Афганистана и постоянному гуманитарному кризису.

- Талибан вряд ли сможет каким-либо значимым образом расширить инклюзивность режима. В настоящее время в его состав входит мало представителей этнических меньшинств и нет женщин на руководящих должностях. Связанные с талибами религиозные ученые, вероятно, продолжат использовать свое влияние, чтобы направлять политику режима в сторону толкования шариата путем распространения и разъяснения талибских наставлений.

- По всей стране большинство средних школ для девочек остаются закрытыми, а женщинам запрещено работать во многих отраслях, учиться в университетах и самостоятельно путешествовать на дальние расстояния. Во многих районах вернулись публичные наказания, а также контроль над СМИ и подавление протестов. Однако ближайшие перспективы угрожающего режиму сопротивления невелики, поскольку значительная часть афганского населения устала от войны и опасается репрессий со стороны талибов, а вооруженным остаткам не хватает сильного руководства и внешней поддержки.

- Лидеры Талибана не имеют ресурсной базы и технического потенциала для устойчивого восстановления афганской экономики, которая сократилась на 30 процентов с момента захвата власти талибами. Они, вероятно, будут полагаться на гуманитарную помощь для поддержания некоторых базовых услуг и предпочтут управлять более примитивной экономической системой, чем принимать международные условия для получения дополнительной помощи.

- Большинство афганцев страдают от отсутствия продовольственной безопасности из-за последствий конфликта, засухи и стихийных бедствий. Дальнейшее ухудшение экономической ситуации может усилить желание и попытки афганцев мигрировать в соседние страны.

- Региональные державы продолжат сводить свои интересы в основном к сдерживанию проблем в Афганистане и будут стремиться разработать транзакционные соглашения с Талибаном, осторожно продвигаясь к официальному признанию. Правительства этих стран испытывают разочарование в отношениях с режимом Талибана по таким вопросам, как безопасность границ и права на воду.

ПРОБЛЕМЫ УПРАВЛЕНИЯ

Ниже выделяются несколько регионов и стран, которые будут испытывать трудности с демократизацией и управлением.

Африка

На всем континенте правительства столкнутся с трудностями в удовлетворении общественных потребностей на фоне нехватки продовольствия, скачков цен на сырьевые товары, ухудшения социально-экономического положения, а также стрессов, вызванных экстремальными погодными явлениями и отсутствием безопасности. Кроме того, преобладание стареющих автократов, нарушение хрупкого этнического баланса сил и затянувшийся переход от военных режимов после переворота к гражданскому правлению, вероятно, подорвут перспективы стабильного управления в более чем десятке стран.

- В Западной Африке неустойчивая смесь отката от демократии, неспособности государств обеспечить безопасность и террористической экспансии будет продолжать угрожать стабильности региона. Общественность Западной Африки разочаровалась в том, как избранные лидеры управляют страной, особенно в их неспособности придерживаться норм демократического управления и манипулировании институтами, что может привести к росту протестов в отсутствие правительственных реформ.

- В Восточной и Центральной Африке климатические условия, такие как засуха, наводнения и постоянное отсутствие продовольственной безопасности, могут подорвать усилия лидеров по улучшению управления и экономики.

Европа

Популистские партии всего политического спектра, вероятно, воспользуются инфляцией и высокими ценами на энергоносители, чтобы увеличить свою поддержку по крайней мере на некоторых национальных и субнациональных выборах в следующем году и заставить правительства - даже те, в которых они не представлены - более осторожно относиться к либерализации миграции или торговли. Популистские партии, выступающие против иммиграции и углубления интеграции в ЕС, используя антиистеблишментную риторику, составляют наибольшую долю этой группы и направляют в нужное русло разочарование избирателей в связи с тем, как основные лидеры справляются с чередой кризисов и воспринимают эрозию национальной культуры и суверенитета. Различия во взглядах европейских правительств на ключевые направления политики, в некоторых случаях из-за опасений, что это вызовет обратную реакцию внутри страны, препятствуют углублению политической и экономической интеграции ЕС и способствуют некоторой трансатлантической торговой напряженности.

- В некоторых странах Центральной Европы популистские лидеры начали подрывать демократические практики, используя государственную власть для получения несправедливых политических преимуществ. Эти лидеры проводят политику, которая подрывает свободу прессы, ослабляет независимые судебные органы, приносит непропорционально большую выгоду их собственным партиям, а также закрепляет коррупцию и низкую подотчётность.

- Если продолжающийся в Европе энергетический кризис перерастет в продолжительный экономический спад, то длительные экономические трудности почти наверняка вызовут недовольство населения - потенциально включая рост массовых общественных протестов - и подорвут поддержку основных европейских правительств, одновременно увеличивая поддержку популистских и экстремистских партий. Попытки основных партий вернуть поддержку путем проведения популистской политики в целом не увенчались успехом и также могут подорвать качество демократии.

Западное полушарие

Постоянная экономическая слабость, усугубляемая разрушительными последствиями пандемии COVID-19, отсутствием безопасности и коррупцией, подпитывает общественное разочарование и давление против статус-кво, что, по всей вероятности, будет создавать проблемы в управлении для лидеров стран Латинской Америки и Карибского бассейна, по крайней мере, до 2030 года. Столкнувшись с конкурирующими требованиями оживить рост и одновременно удовлетворить общественные потребности в долгосрочных реформах, лидеры стран Латинской Америки, вероятно, не будут обладать достаточной гибкостью для корректировки бюджетных приоритетов или заимствования средств для достижения ключевых целей. Скорее всего, региональные лидеры будут отдавать предпочтение быстрым экономическим решениям, а не сложным реформам, чтобы добиться определенных успехов в политике.

- Острая нехватка товаров первой необходимости, высокая инфляция и отсутствие надежного электроснабжения вызывают рекордную волну миграции в США.

Тунис

Ухудшение экономической ситуации в Тунисе в сочетании с продолжающейся консолидацией власти президента Каиса Саида повышают риск серьезного нарушения стабильности. Правдоподобные, но маловероятные сценарии, вытекающие из серьезного экономического спада, включают в себя нерегулярную смену руководства, вызванную народным восстанием, или, что менее вероятно, распад государства или переворот.

- Каис Саид отдал приоритет продвижению своего плана политических реформ, а не решению проблемы плохих экономических условий, которые исторически были причиной беспорядков в Тунисе.

- Тунис сталкивается с обострением дефицита и инфляции в ожидании кредита МВФ и другого внешнего финансирования, которое помогло бы правительству избежать дальнейшего экономического спада.

***

В опубликованном варианте отчёта Разведсообщества США не содержится никаких рекомендаций по действиям разведывательных и иных государственных органов в ответ на очерченный круг угроз для Соединённых Штатов. Исходя из положений доклада ясно, что они будут носить ярко выраженный антироссийский и антикитайский характер.

Позитивная нагрузка отчёта состоит в том, что указанные угрозы позволяют разработать контрмеры необъявленным усилиям США по дальнейшему усилению конфронтации с Россией и Китаем.

Фактически предупреждены об угрозах не только госорганы США, но также стран, которые Америка записала в противники.

 

*террористические организации, запрещённые в РФ

 

 

Елена Ларина Владимир Овчинский

https://zavtra.ru/blogs/razvedka_ssha_chto_god_gryadushij_nam_gotovit

 


20.01.2023 Как организовать учёт кибератак?

 

Опыт США

Во всем мире бум кибербезопасности. Повсеместно растет число кибератак. Многие российские эксперты прогнозируют дальнейший значительный рост кибератак на российские организации в 2023 году. Часто масштабы кибератак сложно каталогизировать и оценить количественно. В этой связи целесообразно учитывать зарубежный опыт.

19 января 2023 г. на сайте Исследовательской службы Конгресса США опубликован доклад «Кибербезопасность: Бюро киберстатистики». В нём, в частности, отмечается, что «отсутствие единообразных данных о нападениях препятствует обсуждению и исполнению государственной политики».

Федеральные и государственные регулирующие органы США могут потребовать от организаций сообщать об определенных типах атак, а частные компании по кибербезопасности собирают данные об инцидентах от своих клиентов. Однако данные не централизованы, не стандартизированы и не отфильтрованы на предмет дублирования. Разнообразие данных и количество различных хранилищ для этих данных ограничивают использование данных для понимания масштабов кибератак.

Стремясь создать центральный репозиторий данных о киберинцидентах, Конгресс США принял Закон об отчетности о киберинцидентах для критически важной инфраструктуры от 2022 года (CIRCIA).

Закон требует, чтобы Агентство кибербезопасности и безопасности инфраструктуры (CISA):

(1) участвовало в нормотворчестве, чтобы требовать от организаций частного сектора информировать, когда они подвергаются кибератаке, или когда их принуждают платить выкуп;

(2) обеспечивало соблюдение требуемой отчетности;

(3) распространяло анализ на основе собранной информации. В настоящее время CISA работает с заинтересованными сторонами над разработкой уведомления о предлагаемом нормотворчестве.

Предложением, расширяющим эту концепцию, является рекомендация Комиссии по киберпространству (Комиссия) о создании Бюро киберстатистики (BCS). Предлагаемое Комиссией BCS будет федеральным статистическим агентством и станет собирать, обрабатывать, анализировать и распространять данные об инцидентах в области кибербезопасности, а также о последствиях этих инцидентов. Предложение соответствует большей части того, что требует Закон CIRCIA. Однако есть ключевое отличие: аудиторией результатов BCS будут политики и лица, принимающие решения в отрасли, а не только сообщество кибербезопасности. Как федеральное статистическое агентство, BCS будет проводить объективный анализ киберинцидентов для информирования политиков и промышленности, а не собирать и анализировать данные для достижения цели или программы самого агентства. Кроме того, как федеральное статистическое агентство, BCS будет следовать строгим методологиям сбора и обработки данных, что повысит его авторитет.

Другие федеральные статистические агентства – это Бюро переписи населения США, Бюро статистики юстиции и Бюро статистики труда.

Комиссия определила пять задач BCS:

(1) определение показателей кибербезопасности;

(2) сбор и агрегирование данных о кибератаках;

(3) выдача мандатов на отчетность об инцидентах;

(4) защита данных и конфиденциальности;

(5) обмен информацией между академическими кругами и частным сектором.

Хотя это специально не обсуждалось Комиссией, аналитическая деятельность также необходима для BCS.

О необходимости улучшения статистики кибербезопасности

Отраслевые группы, частные компании и аналитические центры пытались каталогизировать и квалифицировать размах и масштабы кибератак в отношении Соединенных Штатов. Принято считать, что с каждым годом такие атаки становятся все разнообразнее, чаще и эффективнее. Несмотря на принятие этих субъективных заявлений в качестве объективной информации, заинтересованные стороны также признали, что имеющихся данных недостаточно для количественной оценки всех атак на страну и их эффективности.

Существующие данные о кибератаках хранятся во многих различных государственных и частных источниках в федеральных и нефедеральных субъектах. Данные, хранящиеся в этих объектах, сообщаются непоследовательно, неравномерны по значениям объектов данных (т. е. собранной информации) и потенциально избыточны или дублируют друг друга. Кроме того, большая часть доступных данных измеряет только степень киберриска (например, тип атаки, индикаторы компрометации и атрибуцию).

Данные о реакции на атаку и ее результатах — меры, которые позволяют успешно защищаться от атак, оценивать количественные потери (например, потеря прибыли или время простоя) и изменения в бизнес-операциях в результате успешной атаки — редко собираются и анализируются. Эти проблемы одинаково проявляются как для правительства, так и для промышленности: отсутствие данных приводит к слабому анализу и принятию плохо обоснованных решений.

Некоторые ученые утверждают, что отсутствие непротиворечивых и полных данных мешает политикам понять истинный масштаб риска в области кибербезопасности и принять соответствующую стратегию для устранения этих рисков. Можно провести аналогию со статистикой преступности: ученые утверждают, что стандартизированный сбор и анализ национальной статистики преступности способствовали принятию более обоснованной политики и позитивным сдвигам в ней.

Конгресс США может столкнуться с проблемами из-за недостаточности данных при оценке годовых бюджетных запросов агентств или при рассмотрении новых разрешений для агентств. Законодателей просят сделать выбор в отношении того, под какие программы выделить ресурсы, и определить, сколько инвестиций приведет к достаточному снижению риска кибербезопасности.

Промышленность также сталкивается с проблемами из-за отсутствия полезных данных. Например, страхование кибербезопасности рекламировалось как управляемый рынком инструмент для снижения киберриска за счет политики ценообразования, основанной на данных, которые связаны с подверженностью риска и мерами по смягчению последствий. Традиционно страховщики используют данные о предыдущих претензиях, а также новые данные о возникающих рисках для разработки ценовых моделей для новых полисов, но в отсутствие нужной информации эти модели еще только предстоит разработать.

Данные для управления рисками

Риск — это функция угроз, уязвимостей и последствий. Данные о риске (например, об уязвимостях, которые компрометируют субъекты угроз, и о том, где объект уязвим) необходимы для адекватной оценки эффективности стратегий управления. Министерство внутренней безопасности (DHS) признало отсутствие исчерпывающих данных о рисках кибербезопасности и через свое Управление по науке и технологиям (S&T) финансировало проекты, связанные с улучшением обмена информацией (IMPACT) и снижением рисков (CYRIE). Однако ограниченный масштаб пилотных проектов и отсутствие мандатов помешали успеху проектов и привели к прекращению государственной поддержки.

Риском можно управлять, избегая его, передавая, контролируя и, наконец, принимая. Можно также игнорировать риск, но это - неэффективная стратегия. Страхование кибербезопасности представляет собой один из способов снижения риска — путем его делегирования. Компании могут контролировать риск, покупая товары и услуги, чтобы уменьшить свою уязвимость или последствия атак. Однако, не зная масштабов риска и возникающих тенденций, отдельные фирмы сталкиваются с теми же проблемами, что и Конгресс при предоставлении ресурсов федеральным агентствам: фирмы не уверены, в какие решения лучше всего инвестировать и какой уровень инвестиций может дать желаемый эффект.

Кроме того, страховщики смирились с необходимостью измерять прошлый риск и исходить из того, что мер по контролю этого риска будет достаточно в будущем. Однако риск кибербезопасности постоянно возрастает. Субъекты угроз и компании, занимающиеся кибербезопасностью, постоянно учатся друг у друга и стремятся опередить усилия друг друга. Эта активная и динамичная среда означает, что прошлые результаты редко обеспечивают стабильный прогноз, на котором можно основывать будущие инвестиции.

Обзор предложений Бюро киберстатистики

Чтобы предоставлять более качественные данные государственным политикам и частным лицам, принимающим решения, Комиссия рекомендовала в 2020 году создать статистическое агентство для сбора, обработки, анализа и распространения данных об инцидентах кибербезопасности и их последствиях. Эта рекомендация о создании Бюро киберстатистики послужит основой для усилий по созданию и изменению политики и программ кибербезопасности, а также дополнит другие рекомендации Комиссии, например, связанные с информированием национального управления рисками и помощью страховщикам в создании более точных моделей риска.

BCS может определять ключевые показатели киберинцидентов (например, общие используемые уязвимости и затраты, связанные с простоем и реагированием) и разрабатывать информационные продукты (например, количественные оценки атак по секторам или регионам критической инфраструктуры) для лучшего понимания национальных киберрисков.

Чтобы помочь Конгрессу в создании BCS, Комиссия разработала типовой законодательный текст, в котором более подробно изложены их рекомендации. Предлагаемый BCS будет создан в рамках федерального агентства. На предлагаемую BCS будут возложены:

• сбор и анализ информации о кибербезопасности (например, о кибератаках и преступлениях) на постоянной основе;

• сбор и публикация статистики по кибербезопасности из этой информации;

• координация с Национальным институтом стандартов и технологий (NIST) по стандартам и показателям для обеспечения надежности и достоверности статистики кибербезопасности;

• исследования и инновации в области методов сбора и анализа анонимных статистических данных по кибербезопасности;

• заключение соглашений с другими агентствами, академическими кругами и частными компаниями для поддержки функций бюро;

• предоставление Президенту, Конгрессу, другим федеральным агентствам, частному сектору и широкой общественности статистических данных по кибербезопасности;

• взаимодействие с государственными и местными органами власти;

• участие в других федеральных статистических органах и соблюдение нормативно-правовых актов, касающихся раскрытия федеральных статистических данных.

В дополнение к этим обязанностям будет уполномочен разрабатывать конкретную статистику, связанную с операциями федеральной сети, выделять гранты правительствам штатов, чтобы помочь им представлять данные в бюро, обнародовать правило, требующее от организаций сообщать BCS о возникновения инцидента кибербезопасности, и налагать штрафы на организации, которые нарушают правило.

BCS как федеральное статистическое агентство

Законодательное предложение подчеркивает важность предлагаемого BCS в качестве федерального статистического агентства. Федеральное статистическое агентство является организационной единицей исполнительной власти, «основной функцией которой является сбор, обобщение, анализ и распространение информации для таких статистических целей, как мониторинг ключевых экономических и социальных показателей... оценка программ и проведение научных исследований».

Если BCS будет создана в рамках CISA, то часть рабочих продуктов BCS выйдет за пределы сообщества кибербезопасности и будет объединять разработчиков политики и отрасли, не связанные с кибербезопасностью.

Источники данных для отчётов о киберинцидентах

Федеральное правительство получает отчеты об инцидентах кибербезопасности и информацию, связанную со снижением киберрисков, из различных источников — как добровольных, так и обязательных.

Несмотря на существование этих требований к отчетности, не существует полной картины национального риска кибербезопасности.

Во-первых, не в каждом секторе критической инфраструктуры есть регулирующий орган, который требует отчетности от подпадающих под действие организаций в этом секторе. Химическая промышленность, коммерческие объекты, критически важное производство, плотины, аварийно-спасательные службы, сельское хозяйство, информационные технологии, а также сектора систем водоснабжения и водоотведения не имеют мандатов по отчетности об инцидентах кибербезопасности для конкретных секторов.

Кроме того, некоторые сектора имеют неполные мандаты. Например, мандат сектора связи распространяется только на обрыв подводного кабеля; мандат транспортного сектора распространяется только на трубопроводы. Эти узкие полномочия, возможно, игнорируют некоторые из крупнейших проблем в этих секторах.

Во-вторых, в то время как отрасль обязана направлять отчеты в конкретное агентство, одно агентство редко обязано дополнительно сообщать об этом инциденте в другое агентство, не говоря уже о центральном агентстве для консолидированного анализа.

Существует механизм, с помощью которого можно обмениваться информацией о рисках кибербезопасности: организации частного сектора могут обмениваться информацией о киберугрозах между собой через центры обмена и анализа информации (ISAO), частный сектор может обмениваться информацией с CISA, а государственные учреждения могут обмениваться информацией между собой через директора Центра интеграции информации о киберугрозах (CTIIC) Национальной разведки. Однако участие в подобных программах обмена информацией имело ограниченный успех.

Источники и ограничения данных CISA

Возможно, CISA является агентством, которое имеет наиболее полный доступ к данным об инцидентах кибербезопасности в федеральном правительстве. Из-за этого CISA часто обсуждается как хранилище для потенциального BCS. Несмотря на текущую информацию агентства, оно, вероятно, не имеет доступа в рамках своих существующих полномочий ко всей информации, необходимой для федерального статистического агентства.

CISA собирает информацию из трех источников: (1) прямой сбор; (2) обмен информацией; (3) приобретения. Данные, находящиеся в распоряжении CISA, имеют те же недостатки, о которых говорилось выше: данные (i) неоднородны, (ii) неполны и (iii) размещены в наборах данных, которые не очищены, не подготовлены для совместного использования.

CISA использует различные программы для прямого сбора информации о кибер-рисках. Агентство собирает информацию с датчиков, развернутых в сетях федеральных агентств, таких как Национальная система защиты от кибербезопасности (NCPS), интегрированная система обнаружения и предотвращения вторжений, а также программа непрерывной диагностики и смягчения последствий инвентаризации активов и уязвимостей (CDM). В соответствии с законом агентства обязаны сообщать в CISA о случаях инцидентов, связанных с кибербезопасностью.

CISA получает информацию о киберинцидентах как от государственных, так и от частных лиц. Агентства по управлению отраслевыми рисками имеют соглашения с CISA об обмене информацией о рисках кибербезопасности. Например, Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов подписало Меморандум с агентством-предшественником CISA (Управлением национальной защиты и программ), касающийся кибербезопасности медицинских устройств. CISA может собирать свободно доступные наборы данных, например, опубликованные исследователями.

CISA также может получать информацию об угрозах от компании, занимающейся кибербезопасностью, точно так же, как любая организация частного сектора может приобретать подбные услуги или подписываться на них.

Однако, как и в случае с другими источниками информации, данные из этих каналов не могут быть легко объединены с данными из других источников для анализа с помощью автоматизированных средств, они могут не содержать информацию, относящуюся к аналитическим целям или могут иметь ограничения на использование данных.

Кроме того, данные, которые агентство не получает напрямую, собираются первоначальным сборщиком для защиты конфиденциальности. Это требует вторичного анализа, а не первичного обзора данных. Такой анализ все еще может оказаться полезным, но он не обеспечивает равного уровня детализации и точности, поскольку опирается на данные, собранные (включая методологию сбора) и проанализированные другой стороной.

Определение показателей кибербезопасности

Как обсуждалось выше, сегодня существует много данных о рисках кибербезопасности среди федеральных и нефедеральных субъектов. Однако промышленность высказала замечания в отношении сбора правительством информации, связанной с вопросами кибербезопасности, поскольку сами системы информационных технологий (IТ), в которых происходят инциденты, могут также содержать конфиденциальные данные, которые жертвы могут не захотеть раскрывать третьим сторонам, включая правительство. Эта проблема может возникнуть снова, поскольку одна из функций BCS - определить, какие данные необходим для статистического анализа. Кроме того, статистические модели для анализа наборов данных по кибербезопасности не разработаны. Если бы правительство собиралось потребовать от организаций сообщать данные по кибербезопасности в новое федеральное статистическое агентство, то национальные заинтересованные стороны, вероятно, ожидали бы, что такое агентство будет придерживаться принципов федеральных статистических агентств, в частности, развивать доверие среди пользователей данных, а также доверие между поставщиками данных. Прозрачные метрики и аналитические методологии являются общепринятой практикой для достижения этих целей.

Как агентству, CISA еще не приходилось вникать в деятельность статистических агентств, поэтому для создания BCS потребуются новые усилия. Четкое разрешение Конгресса на выполнение CISA этих обязанностей (в частности, сбор данных) поможет агентству наладить отношения с организациями, которые должны будут обмениваться информацией. NIST и CISA имеют опыт совместной работы и могут стать партнерами в разработке такой возможности.

Хотя NIST может помочь CISA в развитии статистического потенциала CISA, другие федеральные органы также могут оказать поддержку. Комитет по национальной статистике, финансируемый Национальным научным фондом, а также другие статистические агентства (например, BLS) могут предоставить экспертные знания и наработанный опыт в поддержку создания статистических возможностей для предлагаемого BCS.

Сбор и агрегирование данных

Эта возможность относится к способности BCS получать необходимые данные и проводить соответствующий анализ. В типовом законодательном тексте обсуждаются возможности для администратора BCS заключать соглашения с другими федеральными агентствами об обмене существующими данными. Предполагается, что BCS может также создавать мандаты для промышленности и агентств, чтобы напрямую сообщать о значениях объектов данных. BCS, возможно, потребуется закупать данные из частных источников, и Комиссия выступает за то, чтобы BCS был достаточно обеспечен ресурсами для регулярного осуществления этих закупок.

Как обсуждалось выше, CISA в настоящее время имеет некоторый опыт заключения соглашений с другими федеральными агентствами об обмене информацией по кибербезопасности и подписалась на услуги, предоставляющие информацию об угрозах. В бюджетном запросе Конгресса CISA на 2023 финансовый год содержится просьба об увеличении текущих программ, связанных с приобретением частных данных для федерального анализа, в частности, для оценки рисков цепочки поставок информационно-коммуникационных технологий и предоставления данных о киберугрозах другим агентствам в рамках общей службы. Вполне вероятно, что CISA потребует увеличения ресурсов для получения (путем соглашения или покупки) и управления данными, необходимыми для выполнения обязанностей BCS.

Мандаты на отчёты об инцидентах

Этот атрибут связан с требованием к организациям (частным и публичным) сообщать информацию в BCS для формирования статистического анализа.

В настоящее время CISA работает с заинтересованными сторонами над разработкой уведомления о предлагаемом нормотворчестве.

Защита данных и конфиденциальности

Этот атрибут относится к потенциальной конфиденциальности предоставленных данных и необходимой защите этих данных. Как федеральное агентство, CISA уже подпадает под действие положений о защите данных в соответствии с Федеральным законом о модернизации информационной безопасности и защиты конфиденциальности физических лиц в соответствии с Законом о конфиденциальности (PL 93-579). Как статистическое агентство, CISA будет подчиняться дополнительным требованиям в соответствии с положениями и директивами CIPSEA и OMB для федеральной статистической системы.

CIRCIA расширяет защиту данных, предусмотренную Законом о кибербезопасности от 2015 г., на данные, собранные для отчетности о киберинцидентах, и создает ограничения для сбора данных, обмена этими данными и требований по их защите. И здесь требования CIRCIA к CISA могут быть распространены на возможности BCS, если Конгресс решит поручить такую деятельность CISA.

Обмен информацией между академическими кругами и частным сектором

Этот атрибут связан с признанием того, что федеральные статистические агентства занимаются академическими исследованиями и должны стремиться делиться методами, приемами и анализом с исследовательским сообществом, вносить свой вклад в инновации и предоставлять форумы для взаимодействия организаций государственного и частного секторов. CISA имеет опыт привлечения исследовательского сообщества в области кибербезопасности к обнаружению и раскрытию новых технологических уязвимостей и является местом проведения многих частно-государственных форумов по безопасности и отказоустойчивости критической инфраструктуры, а также управлению киберрисками. Однако эти действия, как правило, были направлены на поддержку программ CISA, а не на сбор национальных данных о кибербезопасности, что может потребовать различных стратегий взаимодействия.

Ожидается, что BCS расширит объем знаний и расширит возможности исследования данных о рисках кибербезопасности. Это были бы новые результаты для CISA, но программные аспекты такой деятельности уже знакомы агентству. Если Конгресс решит поручить деятельность BCS CISA, агентство может извлечь выгоду из прямого разрешения, связанного с такими обязательствами, - как для того, чтобы потребовать от агентства регулярно проводить их, так и для поощрения участия исследователей в обмене.

Анализ данных

Комиссия прямо не обсуждала аналитические возможности, необходимые BCS для разработки аналитических продуктов, хотя они рассматривались как часть первых двух атрибутов. Следуя принципам федеральных статистических агентств, разработка прозрачных методологий, позволяющих заинтересованным сторонам быть уверенными в опубликованных продуктах, будет иметь решающее значение для успеха предлагаемой BCS. И здесь CISA, вероятно, потребуется помощь NIST и существующих статистических агентств в разработке этих моделей. Тем не менее, CISA может использовать существующие партнерские отношения для приобретения и использования технических возможностей для выполнения и интерпретации анализов. Национальный центр моделирования и анализа инфраструктуры CISA (NISAC, элемент Национального центра управления рисками) работает с национальными лабораториями и финансируемыми из федерального бюджета научно-исследовательскими центрами (FFRDC) для получения данных и проведения анализа с дальнейшим формированием моделей, связанных с проектированием каскадных последствия сбоев информационных технологий в критически важных отраслях инфраструктуры. Эти возможности могут быть полезны для возможностей BCS, но, скорее всего, будут дополнительными.

***

Несмотря на различия в структуре органов, отвечающих за кибербезопасность, их задачах и полномочиях, опыт США безусловно интересен для развития практики обеспечения реагирования на кибер атаки и кибер инциденты у нас в стране.

 

Елена Ларина Владимир Овчинский

https://zavtra.ru/blogs/kak_organizovat_uchyot_kiberatak

 


13.01.2023 США и НАТО: ставка на инновационные технологии в военном деле

 

«войны будущего» уже ведутся

Выступая на расширенном заседании коллегии Минобороны России 21 декабря 2022 года президент России Владимир Путин подчеркнул необходимость тщательно изучить всю информацию о силах и средствах НАТО, используемых Альянсом в ведущихся военных конфликтах: «все это должно быть тщательно использовано для строительства наших вооруженных сил, для повышения боевых возможностей наших войск, а также отечественных специальных служб».

Не так давно Министерство обороны США опубликовало свой бюджет на 2023 финансовый год, оно выделило рекордные 130,1 миллиарда долларов на исследования и разработки. Министр обороны Ллойд Остин описал причину такого увеличения бюджета: “Мы понимаем необходимость повышения нашей готовности к передовым технологиям, киберпространству, космосу и искусственному интеллекту”.

Внимательно наблюдая за эскалацией напряженности в различных частях мира, военные все больше внимания уделяют технологическим решениям, которые потенциально могут дать одной стороне преимущество в конфликте.

Настоящее и будущее ведение войны определяется геополитическими, социальными, экономическими и военными тенденциями. Однако многие из угроз, связаны с развитием технологий.

В этой связи интересен опубликованный в конце 2022 года отчет, принятый на 68-й ежегодной сессии Парламентской ассамблеи НАТО «Технологические инновации для войны будущего». Он основан на информации из общедоступных источников или совещаний Парламентской Ассамблеи НАТО, которые не являются секретными.

В докладе, в частности рассматривается, как новые и прорывные технологии (EDT) могут революционизировать будущие военные возможности и возможности ведения боевых действий. Продвижение технологических инноваций и их своевременное внедрение в вооруженные силы будут играть важную роль в развитии военного потенциала стран НАТО. Поэтому основное внимание в отчете уделяется технологическим вопросам.

Военные действия могут вестись в различных формах, начиная от высокоинтенсивных обычных боевых действий между почти равными противниками и заканчивая операциями по борьбе с терроризмом и повстанцами, а также военными действиями в цифровой сфере. Однако меняющийся характер ведения войны в первую очередь обусловлен прогрессом в технологиях и доступом к ним.

Данные и цифровизация становятся все более важными. Цифровизация превратила цифровую, информационную и киберсферу в операционную среду и новый театр состязаний, не ограниченный географическими границами. Новые технологии формируют новые военные концепции. Потенциальные угрозы от кибератак или атак на космические объекты не измеряются их географической близостью. Их можно запускать из самых отдаленных и дальних уголков.

Конфликты будут все больше вращаться вокруг контроля над информацией и включать киберинформационные операции для противодействия нарративам противника. Атаки программ-вымогателей и вредоносных программ растут со скоростью 400% в год и распространяются по всему миру. Кибершпионаж и киберсаботаж будут занимать все более видное место в повестке дня, что потребует укрепления киберзащиты и методов обнаружения кибервторжений, а также отказоустойчивых и резервных сетей. Критическая инфраструктура и высокотехнологичные компании являются главными целями для государственных и негосударственных субъектов. Согласно ежегодному исследованию рисков, проводимому международным страховым брокером WTW, почти 75 % компаний выразили обеспокоенность по поводу спонсируемых государством кибератак, а более 50 % обеспокоены ответными действиями правительства против частных компаний в международных дипломатических спорах.

Перед союзниками по Альянсу стоит задача устранения связанных с киберпространством уязвимостей в системах вооружений. Растущая взаимосвязь, которую обеспечивает 5G, позволяет комбинировать несколько услуг и покрывает весь частотный спектр с помощью одной единой и унифицированной технологии. Соответствующая и своевременная информация чрезвычайно важна для военных операций. 5G, благодаря своей высокой скорости, ускоряет поддержку принятия решений в вооруженных силах в режиме реального времени. Это обещает гиперконвергентную связь и безопасные сети передачи данных, а также позволяет создавать новые командно-диспетчерские приложения и упрощает логистику. Кроме того, сети 5G облегчают передачу огромных объемов данных удаленным датчикам и оружию в плотные, устойчивые сети поля боя. Это обеспечивает мгновенную ситуационную осведомленность, а также повышает возможности обучения и ведения боя.

Значение географии, особенно географической удаленности от потенциальных противников, меняется. Если в прошлом в боевых действиях участвовали в первую очередь солдаты на передовой, то теперь боевые действия можно вести на большие расстояния, затрагивая как военные, так и гражданские объекты. Технический прогресс в киберсфере и в космосе добавляет новые критические границы безопасности.

В космической сфере снижение затрат на запуск и передачу технологий постепенно позволят другим странам, таким как Иран или Северная Корея, а также частным компаниям и негосударственным субъектам участвовать в космической деятельности. Как возможное «вооружение» космоса, так и применение киберинструментов позволят потенциальным противникам Альянса атаковать военную и гражданскую инфраструктуру государств-членов НАТО издалека, поэтому устойчивость приобретает решающее значение.

Легкий доступ к технологиям и растущая доступность все более сложных коммерческих готовых технологий расширяет возможности более слабых и технологически несовершенных противников, включая террористические группы и другие вооруженные негосударственные субъекты. Например, в Ираке и Афганистане повстанцы использовали мобильные телефоны для активации самодельных взрывных устройств (СВУ). Самодельные взрывные устройства вызвали наибольшие потери в ходе операций среди солдат союзников и, таким образом, стали серьезной оперативной угрозой.

Беспилотные летательные аппараты (БПЛА) используются как национальными вооруженными силами, так и негосударственными субъектами и становятся все более функциональными и миниатюрными. Цифровая трансформация расширяет возможности новых участников и провоцирует новую конкуренцию. Например, число государственных и негосударственных субъектов, уполномоченных и оснащенных киберинструментами, значительно увеличилось. Таким образом, наличие сложной технологии двойного назначения у одной из сторон конфликта может затруднить использование противником своего технологического преимущества.

Новые и прорывные технологии

Ожидается, что новые и прорывные технологии (EDT) будут играть решающую роль в развитии военного потенциала НАТО. Каждый из EDT гениален, но в совокупности они создают значительные военные потрясения, что, как считают стратеги НАТО, позволит им сохранить технологическое превосходство, необходимое для ее оперативной и организационной эффективности. Более того, военный потенциал будет все больше зависеть от интеллектуальных, взаимосвязанных, распределенных и цифровых сетей.

Организация НАТО по науке и технике (STO) определила восемь «основных стратегических факторов разрушения», имеющих отношение к потенциалу НАТО в период с 2020 по 2040 год: 1) данные; 2) искусственный интеллект; 3) автономия; 4) квантовая технология; 5) космические технологии; 6) гиперзвук; 7) биотехнология и усовершенствование человека (BHE); 8) новые материалы и производство (NMM).

Данные, искусственный интеллект, автономия, космос и гиперзвук уже оказывают разрушительное воздействие на военный потенциал, который, как ожидается, значительно возрастет в течение следующих пяти–десяти лет. Что касается квантовых технологий, биотехнологий и новых материалов, то STO оценивает новые разработки в этих областях как «неотложные», поэтому требуется еще 10–20 лет, чтобы оказать значительное влияние на военный потенциал (хотя последние сообщения в СМИ говорят о том, что этот временной интервал может быть значительно сокращен – Е. Л., В.О.).

Данные, представляющие значительный объем, скорость, разнообразие, достоверность, определяются как «большие данные» (BD). В результате цифровизации, распространения новых датчиков, новых способов связи, Интернета вещей (IoT) и виртуализации социально-когнитивных пространств (например, социальных сетей) становится все труднее осмысливать информацию, то есть поток данных. Таким образом, увеличивающийся объем данных требует анализа для понимания, описания и прогнозирования событий.

Расширенная аналитика больших данных (BDAA) описывает передовые аналитические методы для осмысления и визуализации больших объемов информации. BDAA может дать НАТО преимущество в принятии решений и знаниях, основанное на новаторскх сборе, обработке, использовании, распространении и синтезе обширных и разнообразных источников данных и информационных продуктов. Области, которые, скорее всего, будут затронуты разработкой BDAA: информация; наблюдение; разведка; обучение и подготовка; управление предприятием; логистика; поддержка операций; наука и техника; управление информацией.

Искусственный интеллект (AI) был определен как самая большая технологическая проблема для НАТО. Он относится к способности машины автономно выполнять задачи, которые обычно требуют человеческого интеллекта, такие как планирование, понимание языка, распознавание объектов и звуков, обучение и решение проблем. Взрыв данных и информационный поток сделают использование AI необходимостью для BDAA, чтобы превратить данные в полезные знания.

Воздействие AI на военный потенциал союзников будет в основном происходить за счет использования встроенного AI в другие сопутствующие технологии, такие как: виртуальная/дополненная реальность; квантовые вычисления; автономия, моделирование и симуляция; космос; исследование материалов; производство и логистика; BDAA. Прогресс в области AI также создаст новые уязвимости и может привести к возможной гонке вооружений AI.

C4ISR (Command, Control, Communications, Computers, Intelligence, Surveillance and Reconnaissance) выиграет от более широкого использования виртуальной помощи, поддержки принятия решений с помощью AI. AI будет способствовать развитию и использованию беспилотных транспортных средств и повлияет на общее использование оружия и его воздействие (например, улучшенное планирование траектории, предотвращение столкновений, роение, выбор оружия, оценка боевых повреждений и координация эффектов). В кибер- и информационном пространстве сети и информационные системы будут конфигурироваться, поддерживаться и защищаться автономными агентами с поддержкой AI. AI также улучшит обучение за счет адаптации в реальном времени к поведению человека и создания индивидуальных учебных сред или сценариев.

Согласно отчету STO (2020 г.), автономия определяется как «способность системы реагировать на неопределенные ситуации, независимо составляя и выбирая различные варианты действий для достижения целей на основе знаний и контекстного понимания ситуации». Поскольку машины с искусственным интеллектом будут все чаще участвовать в процессах принятия решений, автономия и взаимодействие человека и машины являются вопросом соотношения их вклада. Независимо от того, разработают ли страны полностью автономные системы, полуавтономные системы, вероятно, окажут влияние на операции в краткосрочной и среднесрочной перспективе.

Робототехника и автономные системы становятся ключевыми средствами ведения войны. Наиболее очевидным является то, что роботы могут брать на себя риски, которые потенциально могут привести к человеческим жертвам. Роботы также обладают возможностями, которых нет у людей: способностью бодрствовать 24/7, способностью видеть со всех сторон, способностью обрабатывать информацию в одно мгновение и так далее.

Прогресс в автономии, вероятно, повлияет на будущую структуру сил, поскольку беспилотные воздушные, морские или наземные транспортные средства и автономные программные агенты повышают важность взаимодействия человека и машины. Беспилотные летательные аппараты могут проводить операции по разведке и наведению на линии фронта, линии снабжения, базы материально-технического снабжения и т.п. На самом деле, как показывают события последних лет, даже самые маленькие коммерческие дроны уже используются в различных военных конфликтах в качестве оружия и причиняют сокрушительный вред. От низкотехнологичных дронов, которые можно использовать в качестве летающих самодельных взрывных устройств, сложно защититься регулярным вооруженным силам. Технологии роения позволяет использовать новые датчики и улучшат защиту критически важных активов. Растущее использование рассредоточенных и малозаметных транспортных средств, таких как микро-БПЛА, в развивающихся оперативных областях, таких как космос и городская среда, существенно улучшит ISR (Intelligence, Surveillance and Reconnaissance) и ситуационную осведомленность. В области информационной войны автономные программные агенты все чаще будут выполнять кибермиссии.

Мировая экономика, вооруженные силы и общество в целом все больше полагаются на космические системы и технологии, такие как спутники, используемые для связи, наблюдения Земли или навигации. Фактически, ожидается, что к 2030 году количество спутников увеличится в пять раз, и только в 2025 году ожидается запуск 1100 спутников в год (почти в четыре раза больше, чем в 2018 году). Почти равные конкуренты НАТО вкладывают значительные средства в развитие своего космического потенциала, а также работают над противокосмическими возможностями.

НАТО определила пять основных космических возможностей: позиционирование, навигация, время и скорость; комплексное тактическое предупреждение и оценка угроз; мониторинг окружающей среды; коммуникации; и ISR, которые необходимы Альянсу для успешного проведения военных операций. Малые спутники являются образцом космических технологий, имеющих отношение к военному потенциалу. Они работают в основном на низкой околоземной и средней околоземной орбитах и выполняют военные миссии, которые раньше выполнялись крупными космическими кораблями. В контексте НАТО малые спутники могут поддерживать доминирование НАТО в области стратегической информации, обеспечивать надежную и безопасную связь и повышать ситуационную осведомленность.

Базовые гиперзвуковые технологии существуют уже несколько десятилетий, но передовые гиперзвуковые военные системы только сейчас проходят испытания и запускаются. Наиболее примечательной особенностью этой новой технологии является то, что гиперзвуковые ракеты могут летать на малых высотах и маневрировать в воздухе, что делает их практически невозможными для отслеживания с помощью современных систем противоракетной обороны.

Усовершенствованное гиперзвуковое оружие уже сегодня работает в атмосфере со скоростью выше 5 Маха (6125 км/ч). Это сверхбыстрые и маневренные системы вооружения, которые можно использовать для быстрых и дальних ударов по важным целям. Благодаря своей скорости и маневренности гиперзвуковые системы привносят повышенную степень непредсказуемости и создают серьезные проблемы для противодействия и перехвата. Несколько стран, в том числе Китай и Россия, уже сообщили об успешной разработке и испытаниях гиперзвукового оружия. Поэтому у Альянса существует острая необходимость в разработке средств противодействия, которые в настоящее время включают перехватчики, средства электронного противодействия и системы направленной энергии.

Технологии гиперзвуковых ракет могут также развиваться помимо доставки боеголовок и к 2030-м годам охватывать гиперзвуковые разведывательные самолеты. Гиперзвуковые БПЛА могут быть более гибкими для дальней разведки, чем разведывательные спутники, а также могут включать в себя возможный вариант доставки оружия.

Приложения Интернета вещей в обороне способствуют соединению кораблей, самолетов, танков, беспилотных летательных аппаратов, солдат и операционных баз в единую сеть. Это улучшает восприятие, понимание в полевых условиях, ситуационную осведомленность и время отклика. Передовые вычисления, искусственный интеллект и 5G поддерживают бесперебойный поток данных во всех родах войск, и это укрепляет структуру командования и управления. В IoT сенсорные и вычислительные устройства, которые носят солдаты и встроены в их снаряжение, собирают различные статические и динамические биометрические данные.

Достижения в области квантовых технологий будут способствовать существенному техническому прогрессу в следующих областях: криптография; вычисление; точная навигация и синхронизация; восприятие и визуализация; коммуникации. Тем не менее, практическое применение новых квантовых эффектов все еще требует глубоких исследований.

Квантовые технологии могут позволить военным возможностям НАТО работать в четырех основных направлениях деятельности, связанных с безопасностью и обороной. В области связи и шифрования криптографические технологии, такие как блокчейн, создадут серьезные проблемы для существующей системы C4ISR. Прорывы в вычислительной технике позволят использовать очень сложные методы кодирования шифрования и дешифрования. PNT(position, navigation, time) значительно улучшится благодаря новым чувствительным высокоточным приборам, которые облегчат боевые действия в особо сложных условиях (например, длительные автономные операции под водой подо льдом). Технологии квантовых датчиков обещают быть более устойчивыми к помехам и будут способствовать разработке радаров для противодействия малозаметности и скрытности, а также магнитных, акустических и гравитационных датчиков со значительно расширенными возможностями противолодочной обороны.

Достижения в области материалов, информационных систем и гуманитарных наук раздвигают границы физиологических, когнитивных и социальных возможностей человека. Биотехнология относится к использованию клеточных и биомолекулярных процессов, направленных на разработку новых технологий.

Технологии улучшения человека — это биомедицинские изобретения, которые улучшают, модифицируют и/или добавляют черты или способности, с которыми человек рождается.

Носимые биомедицинские системы, а также виртуальная и смешанная реальность выделяются как образцы влияния биотехнологий и технологий улучшения человека на планирование и проведение операций. Биомаркеры и биосенсоры позволят существенно улучшить медицинские контрмеры и уход. Оптимизированная производительность отдельных лиц и групп (в когнитивной, физической или жизнестойкой областях), наряду с персонализированными и виртуальными возможностями обучения, повысит общий военный потенциал.

Достижения в области нанотехнологий и синтетической биологии стимулируют производство новых искусственных материалов с уникальными характеристиками, таких как графен. Аддитивное производство, или 3D-печать, использует компьютерные модели и ряд металлов, полимеров и смол для создания трехмерных твердых объектов почти бесконечной формы. Предполагается, что эти новые материалы улучшат надежность и срок службы, а также уменьшат вес/габариты оборудования и приведут к появлению новых устройств, таких как детекторы биологической и химической войны. Ожидается, что аддитивное производство улучшит разработку продукта, поскольку позволяет быстро создавать прототипы. Это также позволит производить и ремонтировать развернутую военную технику по запросу и на месте. Армия также планирует использовать 3D-печать для создания внешнего вида военного грузовика из одного гигантского куска.

Технологические аспекты современной и будущей войны

EDT делают военный потенциал все более интеллектуальным, взаимосвязанным, распределенным и цифровым по своему характеру. По словам главного научного сотрудника НАТО доктора Брайана Уэллса, будущий военный потенциал будет все больше зависеть от:

− Интеллектуальных технологий, которые будут использовать искусственный интеллект и новые аналитические возможности;

− Взаимосвязанных технологий, которые будут использовать виртуальные и физические домены;

− Распределенных технологий, которые будут использовать децентрализованные и крупномасштабные измерения, хранение и вычисления;

− Цифровых технологий, которые объединят человеческий, физический и информационный домены.

В результате мы увидим более широкое интеллектуальное автономное действие, возросшее значение когнитивного доминирования, расширенные домены ведения войны и больший упор на точную войну. Подобное действие представляет собой:

➢ Интеллектуальное автономное действие. Интеллектуальные и автономные системы вытесняют и превосходят возможности человеческих сил; они будут вовлечены в значительно более сложные процессы принятия решений и самостоятельной деятельности. Это приведет к конкуренции между боевыми сетями, каждая из которых будет искать комбинацию эффектов, приводящую к решающей победе.

➢ Когнитивное доминирование. Квантовые технологии увеличат возможности сбора, обработки и использования данных C4ISR за счет значительного увеличения возможностей датчиков, защищенной связи и вычислений, особенно в космосе. Эта повышенная зависимость от беспрепятственного и повсеместного подключения повысит оперативную важность нацеливания на такие сети (военные или гражданские) с помощью дезинформации, кибер- или физических атак. Причем, атаки могут быть реализованы задолго до начала конфликта.

➢ Расширенные домены. Необходимость мыслить, планировать и действовать широко рассредоточенным, взаимосвязанным и многодоменным образом станет еще более важной для успеха миссии. В сочетании с большими данными и квантовыми технологиями искусственный интеллект расширит наши возможности по использованию биологии, способствуя созданию новых персонализированных лекарств и живых сенсоров. Квантовые технологии позволят использовать более эффективные технологии улучшения человека в когнитивной, социальной и физиологической областях.

➢Точные войны. Направленное энергетическое оружие использует технологию, которая “производит пучок концентрированной электромагнитной энергии или атомных/субатомных частиц”. Проще говоря, оружие с направленной энергией преобразует электрическую или химическую энергию в концентрированную излучаемую энергию. В отличие от других видов оружия, здесь нет снаряда. Примерами являются высокоэнергетические лазеры, высокомощные микроволновые устройства, и оружие с пучком частиц.

Разработка этих видов оружия первоначально набрала обороты в начале 2000-х годов. Хотя они и достигли желаемой цели, они были тяжелыми и громоздкими. Однако в последние годы направленное энергетическое оружие стало намного меньше и легче.

Передовые технологии означают, что современное оружие с направленной энергией обладает множеством преимуществ, которые оказываются чрезвычайно ценными для военных. Они бесшумны и, в большинстве случаев, невидимы, могут поражать несколько целей одновременно и вести огонь по почти идеально ровной траектории. Высокоточное оружие направленной энергии становится более распространенным и эффективным по мере решения проблем мощности и накопления энергии.

Подготовка НАТО к будущим войнам - технологические аспекты

Командование НАТО по трансформации (ACT) играет важную роль в концептуализации будущей войны и в определении будущего военного контекста. ACT определяет будущие проблемы и возможности для Североатлантического союза, чтобы внедрять инновации и поддерживать превосходство в боевых действиях. ACT уделяет большое внимание обеспечению максимальной оперативной совместимости сил НАТО, тем самым также внося важный вклад в оборонное планирование и развитие потенциала НАТО. ACT также применяет инновации для использования идей, процедур и технологий в интересах развития вооруженных сил НАТО.

Чтобы помочь НАТО подготовиться и адаптироваться к этой меняющейся обстановке в области безопасности, Командование НАТО по трансформации (ACT) разработало Основную концепцию боевых действий НАТО (NWCC). NWCC был подтвержден несколькими органами НАТО, в том числе главами государств и правительств союзников на саммите в Брюсселе в 2021 году. NWCC дает рекомендации по развитию будущего военного потенциала, уделяя особое внимание пяти императивам развития военных действий (WDI). Императивы следующие:

− Когнитивное превосходство: лучше знать себя и потенциальных противников;

− Многоуровневая устойчивость: укрепление межинструментальных связей и действий;

− Проецирование влияния и власти: противодействие попыткам других субъектов формировать окружающую среду;

− Междоменное командование: творческие действия в разных доменах и за пределами военной сферы;

− Интегрированная многодоменная защита: защита объединенных сил от многодоменных угроз.

В состав ACT также входит Инновационный центр, который поддерживает проекты, имеющие отношение к НАТО. Он способствует сотрудничеству сообщества экспертов и новаторов для решения проблем НАТО и «проектных решений». С одной стороны, государства сталкиваются с разнообразием точек зрения и подходов (мягкие активы). С другой стороны, они получают доступ к средствам и средам тестирования (физическим активам), а также к результатам проекта. Разделение расходов и объединение знаний позволило государствам-членам НАТО иметь одни из самых современных вооруженных сил и стать мировым лидером в нишевых областях.

Выводы

Геостратегическая конкуренция за технологическое первенство усиливается по мере того, как ускоряются темпы развития технологий, а цепочки поставок технологий становятся все более сложными. Сохранение технологического превосходства крайне важно для Североатлантического союза, чтобы сохранить надежную оборону и сдерживание. На Мадридском саммите 2022 года главы государств и правительств договорились усилить технологическое превосходство Североатлантического союза, чтобы сохранить оперативную совместимость и военное превосходство НАТО.

Укрепление потенциала сдерживания и обороны Североатлантического союза повысит спрос на передовой военный потенциал и его ускоренное развертывание. В то время как инвестиции в новые и прорывные технологии должны расти, одновременно должны увеличиваться темпы внедрения новых технологий.

Необходимо более эффективно увязывать технологические инновации и процессы приобретения. В этом контексте НАТО планирует изучить возможность увязки процесса оборонного планирования НАТО с исследованиями, проводимыми STO и DIANA (Defence Innovation Accelerator of the North Atlantic). Решение о системе или платформе вооружения может иметь глубокое долгосрочное влияние на возможности, структуру вооруженных сил, оперативную совместимость и оборонные бюджеты. Союзники по Альянсу предполагают использовать развитие будущих возможностей с необходимостью иметь боеспособные силы высокой готовности.

Взаимодействие человека и машины становится все более важным, в том числе потому, что скорость, с которой машины могут анализировать данные, резко возрастает. Более того, научные исследования позволят лучше понять человеческий разум, что в результате позволит совершить прорыв в когнитивной войне. Однако это развитие также требует объединения технической и человеческой областей; проблемы являются организационными и стратегическими и включают в себя выбор подходящих людей для их реализации и выполнения.

***

Тенденции в области военных технологий, описанные в этом отчете, лишь поверхностно отражают тенденции, которые можно выявить в ходе исследования. Среди других технологий интерфейсы мозг-компьютер, милитаризация космоса изменяют понимание войны в том виде, в каком мы знаем ее сегодня. Выявление новых возможностей и новейших технологий для использования в военных действиях имеет огромное значение для получения конкурентного преимущества.

 

Елена Ларина, Владимир Овчинский

https://zavtra.ru/blogs/ssha_i_nato_stavka_na_innovatcionnie_tehnologii_v_voennom_dele