Зимний путь 2023-2024

Автор: Oohoo

Геополитика Категория: Oohoo. Хроники Третьей мировой

2023-2024 СВО, геополитика, олигархия, исторические циклы возвышения, надлома, упадка, пересборки цивилизаций, тотальная власть капитала, многомерность Войны.

Ощущение досады не покидает. Не удается навести фокус и контрастность, следуя смыслам текстов А.П. Девятова, С.Е. Кургиняна, В.Б. Павленко, М.Л. Хазина и др. Прибегаем к помощи Oohoo - своеобразному визионеру и интерпретатору отражений Реальности в человеческом сознании.

Но и тут, в содружестве изощренной политологии элитных раскладов и развитой интуиции мы обнаруживаем провалы (04.05.2024 Зимний путь 14). Соломку, разумеется, автор стелит: "Даже при наличии общей модели развития политических процессов разобраться в хитросплетениях кризисных узлов – совсем не просто." Точные прогнозы не гарантируются. Реальность всегда оказывается сложнее ограниченных человеческих возможностей ее восприятия и постижения.

22.12.2024 Зимний путь 24
24. «Те, кто выжил в катаклизме…»

25.11.2024 Зимний путь 23
23. «С неба звездочку достану…»

27.10.2024 Зимний путь 22
22. «А поезд не приехал…»

06.10.2024 Зимний путь 21
21. «Ты – агрегат, Дуся…»

14.09.2024 Зимний путь 20
20. «Hush now, baby, baby, don't you cry…»

07.09.2024 Зимний путь 19
19. «Настроенье у тебя истерическое…»

28.08.2024 Зимний путь 18
18. «Снятся людям иногда…»

21.07.2024 Зимний путь 17
17. «Товарищи ученые, не сумлевайтесь, милые…»

09.06.2024 Зимний путь 16
16. «Эх, раз, да еще раз…»

02.06.2024 Зимний путь 15
15. «Весь покрытый зеленью…»

04.05.2024 Зимний путь 14
14. «А всё кончается, кончается, кончается!..»

26.04.2024 Зимний путь 13
13. «Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее!..»

04.04.2024 Зимний путь 12
12. «Войну любил он страшно…»

24.03.2024 Зимний путь 11
11. «А над городом плывут облака…»

04.03.2024 Зимний путь 10
10. «Мир как будто надвое расколот…»

18.02.2024 Зимний путь 9
9. «Как назло на острове нет календаря…»

03.02.2024 Зимний путь 8
8. «Я прийшов, тебе нема…»

28.01.2024 Зимний путь 7
7. «Я видел секретные карты…»

18.01.2024 Зимний путь 6
6. «Идет направо – песнь заводит…»

16.01.2024 Зимний путь 5
5. «И ни церковь, и ни кабак…»

26.12.2023 Зимний путь 4
4. «Отряд не заметил потери бойца…»

14.12.2023 Зимний путь 3
3. «В такую шальную погоду…»

03.12.2023 Зимний путь 2
2. Сообразим на троих?

25.11.2023 Зимний путь 1
1. "Томбе ла неже"

Термины и определения

Некоторые термины и нестрогие определения.

22.12.2024 Зимний путь 24

Сад земных наслаждений. Музыкальный Ад. Правая створка. Фрагмент. Иероним Босх. Живопись, 1500-е. Национальный музей Прадо, Мадрид

24. «Те, кто выжил в катаклизме…»

Прямо скажем, за все время противостояния с «коллективным Западом» не было такой затяжной и безнадежной психической атаки наглосаксов, как за отчетную неделю. Чем только не пытались «в стеклянной призме» масс-медиа и соцсетей раскачать наше общество и спровоцировать руководство на резкие ответные шаги. Похоже, лондонские кураторы киевского дурдома использовали напоследок все оставшиеся резервы завербованных в этой самой «призме» неадекватов и манипулируемых блогеров.

Однако, в отличие от затяжного и массированного военного давления по всей линии боевого соприкосновения или регулярного комплексного применения Гераней с Искандерами и Кинжалами, у затяжных психических атак нет кумулятивного эффекта. Наоборот, как и было сказано, «всё, что нас не убивает, делает сильнее», то есть эффект таки накапливается, но в виде иммунитета общества к психическим атакам.

При всем скептическом отношении к удовлетворительному, на четверочку с минусом качеству работы российского ТВ и в целом машины пропаганды, сплошь в родимых пятнах либерального бэкграунда, именно привычность транслируемой картины в данном случае помогает. И особенно кстати именно в нынешний сверхкритичный момент пришлась абсолютно рутинная и привычная для русскоязычной аудитории не только в России «прямая линия с Путиным» - сеанс коллективной психотерапии для самой тревожной части целевой аудитории, особенно на Б/У. Более устойчивая часть общества, загруженная ежедневными делами, спокойно без этой психотерапии обошлась.

Понятно, что радикальная часть безнадежно расколотой лондонской элиты сделала ставку на массированную информационную атаку не от хорошей жизни. В политике правило «не забиваешь ты – забивают тебе» (а то и «тебя») действует еще более жестко. После проигрыша сделанных ставок против США – и на саммите БРИКС (Путин не дал в обиду доллар) и на выборах в США (альянс национал-глобалистов с конструктивной частью правых глобалистов не дал левым глобалистам захватить ключевую позицию в Белом доме) единственным оставшимся шансом лондонских ястребов (но не менял Сити) остается спровоцировать Кремль на резкие ответные действия, вроде применения ТЯО или вырубающего удара по энергосистеме, чтобы оправдать в глазах европейских бюргеров вовлечение в боевые действия на Б/У натовских войск, включая американский контингент в Европе.

Однако, после демонстрации возможностей Орешника все лондонско-натовские планы провоцирования на применение ТЯО пошли в мусорную корзину, потеряли смысл. Наоборот, западным спецслужбам приходится прятать от своих граждан и элит реальную картину последствий применения Орешника. Свежие спутниковые снимки Южмаша строго засекречены и на «гражданских» сервисах подменены снимками до удара. Иначе сложно будет убедить европейцев даже на «миротворческую» интервенцию в случае обвала фронта ВСУ.

Шансы лондонских провокаторов втянуть США и Россию в прямое столкновение на Б/У тоже резко уменьшились после недавних событий в Сирии. Конечно, ситуация там пока не устаканилась, и оценки могут быть только предварительные. Однако тем более это не повод для преждевременных негативных для России оценок, всхлипов и соплей в исполнении вроде бы приличных в остальном записных политологов.

Кстати, именно качество «аналитики» и комментариев по Сирии стало тем самым большим минусом, мешающим признать работу пропагандистской машины просто хорошей. Максимум, удовлетворительно с большим плюсом в виде работы лично ВВП, но не более того. Такое впечатление, что даже хорошие аналитики и комментаторы после вовлечения в постоянную круговерть ток-шоу на разных телеканалах и собственных видеоблогах перестают работать над собой, писать серьезные аналитические тексты, и тем более читать и критиковать друг друга. Неадекватные оценки событий в Сирии под влиянием эмоциональных оценок, навязываемых антироссийской пропагандой извне – это такой тревожный звонок для всего политико-философского сообщества, не только для записных комментаторов из «стеклянной призмы».

В таких ситуациях важно не переоценивать роль России в тех или иных событиях, чтобы не стать, подобно Западу, жертвой собственной пропаганды. Однако преуменьшать тоже нельзя, чтобы не стать жертвой пропаганды чужой. Оценка интервенции российских ВКС и ССО в Сирии как важного политического успеха и победы над террористическим интернационалом как инструментом правых глобалистов – несомненна. Преувеличенной она является только в силу скромного умолчания нашей пропагандой важных внешних факторов в глобальных раскладах, без которых не только победа над ИГИЛ, но и сама интервенция была бы невозможна.

Таким важным фактом, умалчиваемым не только российскими, но прежде всего западными масс-медиа, было целенаправленное вовлечение России в Сирию со стороны союзного Сити левого крыла национал-глобалистов (Обама-Байден). Переговорщиком от них и от «старых денег» за ними челночил госсекретарь Керри. Ситуация на БВ для Сити и администрации Обамы складывалась хреноватая. После переворота в Египте весной 2011 в пользу Сити (в ответ на переворот в Ливии против Сити) и вытеснения проигравшей Хиллари из Госдепа, правые глобалисты США и Израиля сделали решительную ставку на экстремистов – и на БВ, и на бывшей Украине. Контрпереворот армии в Египте (2013) и «спрогнозированная» РУМО сдача Мосула игиловцам резко изменили баланс не в пользу Сити и «левых контролеров» в Белом доме. Армии НАТО, включая турецкую, были в лучшем случае вне игры. Единственной военной силой, способной и имеющей мотивацию остановить натиск черного интернационала террористов оставалась Россия. Куда и зачастил госсекретарь Керри, фактически игравший против своего же Пентагона.

Без этой поддержки со стороны альянса левых глобалистов и финконтроля США (двух из трех конкурирующих сил внутри глобальной финансовой олигархии) российские войска не смогли бы даже высадиться на берег в Тартусе и Латакии, не то что отогнать игиловцев от Дамаска с помощью опять же союзных Сити иранских ССО и прокси типа Хезболлы. Очень условный нейтралитет Турции, вынужденной давать убежище изгоняемым суннитским ополченцам и боевикам-пантюркистам из ЦентрАзии, тем не менее также имел место, несмотря на жесткие провокации правых глобалистов по втягиванию турецкой армии в конфликт против Дамаска и Москвы. Финансовая удавка Сити на шее Эрдогана работала и работает эффективнее террористических угроз правых. Попытку правого переворота тоже удалось предотвратить не без помощи России.

Таким образом, можно и нужно говорить о победе в Сирии после 2015 года не России и сирийской армии, а достаточно широкого альянса сил глобального и регионального уровня, разделившего сферы влияния в республике. При этом правые глобалисты делали ставку, разумеется, не на создание «халифата», а на хаотизацию и раскол немедленно передравшихся банд экстремистов. В этих условиях в порожденный вакуум власти немедленно затянуло бы турецкую армию, что означало бы, скорее всего, военное положение и политический переворот в Анкаре в пользу правых глобалистов.

Однако все развернулось в обратную сторону благодаря вмешательству не самой богатой и влиятельной России, оказавшейся решительно необходимой вроде бы в остальном мощнейшему альянсу двух крыльев глобальной элиты. Притча про Давида и Голиафа вполне подходит к такой ситуации. И вслед за поражением на полях битвы в Сирии правые в лице Хиллари проиграли битву и на выборах 2016 года в США. И кстати, экстремистский переворот в Киеве и попытка правых глобалистов сковать Россию войной на Донбассе в 2014 году имели основной мотивацией именно выключение военной силы России как глобального фактора в раскладах на БВ.

Сегодня ситуация в Сирии внешне отчасти напоминает несбывшееся в 2015-м, таки налицо хаотизация и вакуум власти, втянувший Турцию в прямую поддержку исламистов в Сирии. Однако, внешнее сходство вовсе не означает совпадения по содержанию. Более того, при повторении исторических процессов в завершающих стадиях содержание бывает заведомо противоположным (присвоенная Гегелем аристотелева идея повторения подлунной трагедии в виде комедии). Внешний контекст при таком повторении коренным образом меняется, а внутренние силы все еще пытаются доиграть давно проигранную пьесу, чем внешние силы активно пользуются. Так что вопрос состоит не в самоназваниях или даже самоощущениях внутренних игроков в Сирии, а только в глобальных раскладах, позволивших внутренним игрокам разыграть политически фарс не в свою пользу.

На сегодня глобальный расклад заключается в, прежде всего, в окончательном и бесповоротном проигрыше правых глобалистов, сначала на выборах-2020 в США, а затем и в провалившейся попытке реванша на Б/У, причем в первые же несколько дней, когда российская армия (не без помощи ставленников Сити) забрала Таврическую губернию и взяла в кольцо Киев. Тем самым оставшийся внешнеполитический козырь правых в виде угрозы ударной группировки на Донбассе был выключен из глобальной игры. И даже срыв стамбульского перемирия не вернул правым ведущей роли даже в Киеве, не то что в глобальной политике. Наоборот, резкое расширение санкций на всю российскую внешнюю торговлю поставил главные калибры «правых глобалистов» - банки Уолл-стрит под более строгий надзор финконтроля, не говоря уже о сужении сферы хождения доллара, то есть развороте от однополярной долларовой системы к какой-то другой.

И вот тут еще теоретически были возможны варианты – крипто-однополярный, биполярный «на бис», триполярный с четвертым балансирующим. Все варианты были бы переходными к многополярному, но весь вопрос – за чей счет был бы этот переход. Соответственно, после окончательного задвигания правых глобалистов из Нью-Йорка в дальнюю донбасскую лузу, игра в Киеве и Вашингтоне пошла между двумя другими крыльями финансовой олигархии – «менялами» из Сити и финконтролем из Вашингтона. В том числе розыгрыш такого приза, как переподчинение осколков «правых».

Пока у банкстеров Сити оставался шанс на замену однополярной долларовой системы такой же, но крипто-однополярной с подчиненной Сити «общей» цифровой валютой БРИКС или иного варианта «бумажного золота», сохранялось треснутое, но все же единство между финансово-политическим и военно-политическим крыльями британской элиты. Был шанс поставить если не всю НАТО, то ее осколки в подчинение нового однополярья, где переходный период происходил бы за счет поставщиков дешевых ресурсов и прежде всего России, но и США тоже. В том числе и поэтому Вашингтон в 2022 году не дал Лондону зафиксировать в Стамбуле победу над Уолл-стрит и переподчинить себе ВСУ как ударную силу Пентагона. Скорее всего, Борису Джонсону или его адвокату позвонил какой-нибудь «американский репортер» с вопросами о счетах на чужое имя в офшорных юрисдикциях. После чего тот помчался в Киев срочно отменять похабный стамбульский мир.

Вариант крипто-однополярного мира означал бы раздел сфер силового влияния на Ближнем Востоке между Турцией и Ираном при ведущей финансово-торговой роли Эмиратов и Катара и умаление значение таких держав как Египет, Саудовская Аравия, не говоря уже об Израиле. Хотя варианты переобуться в прыжке и у них тоже были, но зачистки прежних элит было бы не избежать. Поэтому у США и России нашлись объективные союзники против крипто-однополярных интриг Сити, а едва ли не главной гарантией для Египта и саудитов стало приглашение не без поддержки России в состав БРИКС, где они точно не поддерживали проект якобы «общей» криптовалюты.

Другой вариант замены однополярного мира на повторение двухполярья мог бы случиться при полной победе Вашингтона над Лондоном, когда не только британские военные, но и банкстеры Сити оказались бы подчинены американскому финконтролю, точнее – были бы загнаны в далекий гонконгско-шанхайский угол и отрезаны санкциями от прямого доступа к европейскому рынку, ближневосточным и африканским ресурсам – только через подчиненных финконтролю теневых посредников, забирающих маржу. После провала крипто-однополярных ставок Сити на саммите БРИКС и на выборах в США это «биполярный на бис» вариант становится пока первоочередным в «дереве целей» вашингтонской элиты. Поэтому снова востребован Трамп с его антикитайским настроем, а также Маск с его виртуальным крестовым походом на Лондон. Для Маска китайские конкуренты его Теслы или Старлинка тоже как-то ни к чему, несмотря на все давние связи.

Лондонско-шанхайский финансовый гегемонизм вместо гегемонии доллара с расколом ОПЕК+ и выстраиванием единого фронта потребителей против поставщиков энергии и сырья для России совсем не выгоден. Однако и «биполярный-бис» вариант не сильно лучше – резкое сужение внешних рынков для Китая, как и для Европы снизит возможности даже теневой внешней торговли в обход санкций. При этом одним из необходимых условий глобальной «биполярочки» является тот самый хаос на Ближнем Востоке с резким сокращением торговли и с Китаем, и с Европой, точнее – с постоянной угрозой такой торговле и требованиями постановки финансовых транзакций под контроль, а для этого сохранения роли доллара. Собственно, активное подключение ведущих стран БВ в формат БРИКС обусловлено и такой угрозой тоже, не только мотивированием со стороны Китая и Сити. Так что конкуренция глобальных проектов от Вашингтона и Лондона уже играет на взаимный проигрыш в пользу триполярного, как минимум, варианта с ведущей ролью БРИКС, ШОС и ОПЕК+. Пекин при товарище Си, как лидере «северян», противостоящих влиянию и левых, и правых глобалистов, тоже заинтересован больше в «триполярном+» переходном периоде, а не криптомоно- или биполярном-бис.

Еще один важнейший момент для оценки ситуации (и глобальной, и глобально-локальных в Сирии и на Б/У) – это собственно старт этого самого «переходного периода» полного переформатирования глобальной политики. Необходимость в этом назрела очень давно, однако ведущие западные игроки – крылья финансовой элиты никак не могли друг друга подмять и подчинить, чтобы затем решать, кому из банков и корпораций жить, а кому очистить рынок. Любой политический кризис является следствием накопления ошибок и противоречий, симптомом которых становится перепроизводство элит. Глобальный кризис первой половины ХХ века стал следствием перепроизводства военно-промышленных элит, уничтоживших друг друга с переподчинением финансовой элите. Нынешний глобальный кризис – следствие перепроизводства банкстерских кланов и финансово-промышленных групп, которые также вынуждены бороться друг с другом на уничтожение. И тоже, как милитаристы в межвоенный период, пытались оттянуть момент развязки, подставить друг друга под удар, а самим хотя бы сохранить позиции.

Беспримерная накачка невиданных финансовых пирамид, включая криптовалюты и прочие виртуальные «рынки» для абсорбции напечатанных триллионов – нужны были для постоянного оттягивания момента развязки, когда придется решать, кому оставаться на рынке, а кому умереть. Третейская сила финконтроля с опорой на спецслужбы тоже возникла из желания ведущих финансово-политических кланов получить дополнительные гарантии выживания за счет контролируемых. Однако и в эту игру оказалось можно играть в обе стороны, и вот уже два или три крыла появилось в самом финконтроле.

И все же как ни пытались друг друга «бортануть», а потом зализывать раны и снова оттягивать момент всеобщей расплаты за жадность, но финансовая веревочка виться устала и конец старой однополярной пьесы настает. Ситуация в Сирии с переформатированием извечно мозаичной политической картины, переориентацией локальных игроков в соответствии с изменившимися внешними силовыми полями – стала «проявителем» для не то чтобы скрытых глобальных трендов, но постоянно искажаемых шумом «мировых масс-медиа» (МММ) и «противоракетными» маневрами политиков.

Когда Путин на «прямой линии» заявил, что в сирийском хаосе больше всего выиграл Израиль, то в этом кроме доли иронии есть и определенный аванс, поддержка Нетаньяху против внутренней фронды*. Внезапный, но подготовленный удар по слабому звену истощенной и перенапрягшейся «шиитской дуги» оказался смертельным для крипто-однополярного глобального проекта Сити. В том числе и потому, что эрдогановская Турция (союзник Сити) не могла не быть затянута вакуумом власти в этот клубок противоречий, и теперь скорее Эрдоган зависит от ситуации в Сирии, чем наоборот. Не говоря уже об эвакуации боевых отрядов другого союзника Сити – Ирана, что подтверждает предыдущие оценки признаков иранской «перестройки», соответствует выводу войск из Афгана, если проводить параллели с нашей «перестройкой».

Однако, нарастание проблем сразу у двух союзников Сити вовсе не означает, что правые глобалисты могут восстановить хоть какие-то позиции в регионе или усилиться в Вашингтоне. Потому что никак не восстановились фундаментальные условия прежнего лидерства. Долларовая долговая пирамида ниже не стала, и печатание новых триллионов только не дает ей резко обвалиться, как закачка воздуха в обветшавший до дыр аттракцион волшебника Гудвина. Роль авианосцев в навязывании долларов успешно оспаривается даже повстанцами в тапках типа хуситов. А санкционные механизмы для защиты хождения доллара – это палка о двух концах, усиление влияния только в своей зоне за счет ее сокращения, и усиливаются при этом не правые, а контролеры.

Соответственно, роль Израиля как форпоста правых глобалистов окончена, его дальнейшее финансирование потеряло смысл для США, нерентабельно. И даже если представить, что все западные милитаристы, включая британских, переподчинены вашингтонским финансовым контролерам, вариант «бипольярье на бис» с хаотизацией Ближнего Востока для усиленного давления на Китай и восточный остаток сети Сити несет слишком большие риски для Израиля. Если не «шиитской дугой», то неоосманской экспансией уникальный ближневосточный феномен будет подчинен, а его роль центра технологического развития размыта и забыта. Оно им это надо?

Кроме того, «биполярный на бис» вариант с жесткой хаотизацией Ближнего Востока вообще никому не выгоден финансово, снижение оборотов международной торговли в разной степени, но ударит по всем крыльям финансовой элиты, а возрождение милитаристских элит потребовало бы больших денег и еще большего урезания пайки финансиалистов. А они при всех непримиримых противоречиях общий интерес влияния на своих клиентов сохраняют и будут сохранять. Поэтому «биполярный» вариант может быть только виртуальным, в духе Оруэлла, когда Океания сугубо виртуально воюет с Остазией, а где и за кого сейчас Евразия, пока неизвестно, зависит от флуктуаций сугубо внутренней масс-мединой повестки для оболванивания, запугивания и гражданской демобилизации западного или наоборот восточного общества.

Повторю еще не лишний раз – вся драка между крыльями финансово-политической элиты была за рычаги финансового контроля в активный период кризиса. А для этого нужно было попытаться свалить глобальную политику в эту активную фазу именно в момент, выгодный тому или иному крылу. Так, хаотизация мозаичной Сирии в 2015 году была бы началом переформатирования Ближнего Востока в момент, максимально выгодный правым глобалистам. И тогда на финансовом поле пришлось бы сильнее ужиматься их конкурентам из Сити. Но не склалось, вмешательство России восстановило баланс между игроками и усилило третейскую ветвь финконтроля.

Тогда естественно задать вопрос, кому из крыльев финансовой олигархии выгодно стартовать активную фазу глобального кризиса именно сейчас? Кто получает преимущество? Правильный ответ – никому, все оказываются в равно хреновых условиях. Очень похоже, что решение о переформатировании было принято в кругу региональных игроков – Турции, Ирана, Израиля при посредничестве и силовых гарантиях России. Утверждать на все сто пока сложно, но развитие событий покажет.

А это означает, что глобальной финансовой олигархии, ее крыльям и кланам придется выходить из кризиса за свой и своих клиентов-вассалов счет, при сохранении общего баланса сил. У себя в своей зоне влияния они могут виртуально транслировать хоть «биполярную-бис», хоть «однополярную-минус», но в реальности формируется переходный период по «триполярному+» варианту, где Ближний Восток будет отдельным полюсом, тесно взаимодействующим с Россией, в том числе через общие интересы в Центразии и Закавказье. Банки США будут спасать доллар за счет европейцев в рамках атлантической торговли, банки сети Сити будут развивать свой азиатско-тихоокеанский проект с опорой на юань. И всем так или иначе потребуется взаимодействие с Россией как отдельным и независимым от финансовой олигархии «северным полюсом».

Поскольку перепроизводство финансовой элиты и ее обслуги более всего распухло в Лондоне, то и резать по живому банкстерам Сити придется там же, по месту убытков, а не в доходных местах типа Дубая, Сингапура, Гонконга, Шанхая. Поэтому истеричная провокационная активность МИ6 вполне объяснима, обрезание бюджетов неминуемо, а в Америке этих спецов не ждут, слишком много напакостили за последние годы. В отличие от военных, которые вполне еще могут вписаться со своими компетенциями в порядке кооптации новых штатов Шотландии и Канады в конфедеративный Северо-Атлантический Союз или что-то вроде.

Нынешняя истеричная тактика шумных провокаций от прожжённой геополитической стервы почему-то ассоциируется с самой печальной сценой веселого в целом киношлягера о мушкетерах, когда группа «бывших» конвоирует миледи к месту заслуженной расплаты за все художества. В последний раз попытаться внести раскол, стравить друг с другом, надавить на эмоции – что еще остается проигравшей все азартной авантюристке.

И еще одна вполне надежная ассоциация нынешнего узла Дна Надлома в процессе Глобализации с зимним солнцестоянием, самой долгой и темной ночью перед разворотом солнца к весне.

Продолжение следует

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/295796.html?newpost

* Когда Путин на «прямой линии» заявил, что в сирийском хаосе больше всего выиграл Израиль, то в этом кроме доли иронии есть и определенный аванс, поддержка Нетаньяху против внутренней фронды

Напомним, что с 7 октября Нетаньяху и его команда осуществляет в Газе геноцид в режиме онлайн. 02.02.2026 Итоги геноцидной войны «Железные мечи» для концлагеря сектор Газа и его заключённых. Владимир Маслов

25.11.2024 Зимний путь 23

Воз сена. Левая створка триптиха. Изгнание из рая. Иероним Босх. Живопись, 1515. Национальный музей Прадо, Мадрид

23. «С неба звездочку достану…»

Для всех хоть немного соображающих наблюдателей уже очевидна финальная необратимость слома прежней однополярной системы после фееричного поражения левых глобалистов на выборах в США сразу после успеха «многополярного» саммита БРИКС. При этом правые глобалисты проиграли еще в 2020-м, хотя и надеются до сих пор на реванш через попытку снова отнять реальную власть у Трампа, как в 2016-м.

Однако ни одному даже самому внимательному наблюдателю, а тем более участнику наступившего периода полной неопределенности не удастся понять и точно предсказать, куда и как покатится политика формирующихся западных полюсов нового мира, и как это повлияет на восточные и южные полюса. Предсказуемым останется лишь наш «северный полюс», вышедший на необратимо многополярную траекторию десять лет назад. Хотя и была попытка сбить на взлете, если не обратить вспять, то разрушить.

Можно ли при нынешней большой неопределенности хоть как-то предсказать судьбу бывшего единого Запада, соединенных или наоборот Штатов, или возможно будущих отдельных «полюсов» - североатлантического, европейского, тихоокеанского? Скорее нельзя, если использовать обычные политологические инструменты – экстраполяции существовавших трендов и проведения параллелей с прежними событиями без учета резко изменившегося глобального контекста. А вот если учитывать фазы и узлы всех уровней контекста и подтекста, стараться по заветам Секста Эмпирика не смешивать разные уровни рассмотрения – тогда эти необходимые инструменты могут сработать.

Сетевые (олигархические, торгашеские) элитные кланы и коалиции наиболее активны в большой стадии Надлома, как аристократические военные иерархии – на Подъеме и в первой половине Надлома, а идеократические иерархии – во второй половине Надлома и после, в фазе Гармонизации. Пиратские, торговые и затем финансовые сети сначала пользуются плодами военно-политической экспансии аристократии Подъема. По ходу Надлома торговые элиты порождают и подчиняют (логистическую) полуаристократию (как пиратская по духу сеть португало-голландской и британской олигархии, наделенная позже военно-морскими регалиями и обязанностями).

После завершения пиратско-торговой, а затем финансовой экспансии и большого кризисного узла Дна Надлома на первый план так же постепенно выходят идеолого-бюрократические кланы, а в кризисных узлах – «передовые отряды партии», точнее – бюрократической олигархии, торгашеской по духу и репрессивной по отношению к любым конкурентам на поле контроля торговли и информации. Ярким примером лидера такой «серой» номенклатуры периода глубокого Надлома был товарищ Сталин, задвинувший экспансивную пиратскую олигархию троцкистов, а затем и госплановскую «финансовую» олигархию периода индустриализации. Впрочем, для советского периода нужно делать поправки на ведущий «северный» дух общества, когда попытки доминирования «южных» кланов ограничились внешнеторговыми и валютно-финансовыми сферами, пусть даже важнейшими на тот период.

С учетом всех поправок и оговорок можно попытаться провести параллели между кризисными узлами Дна Надлома российской истории и нынешним, близким к финалу узлом Дна Надлома процесса Глобализации. Однако главное – не перепутать разные процессы – на глобальном уровне или на уровне отдельных цивилизации и наций, пусть даже являющихся опорными для глобальной олигархии как США.

Для самих США как «южной» ветви «южной» североатлантической цивилизации период глубокого Надлома и политический кризис Дна Надлома случился примерно тогда же как и для советской России, подчиненной «южному» интернационалу, при Ф.Д.Рузвельте как лидере либеральной бюрократии, резко ограничившем «депрессивную» вольницу финансовой олигархии. Тогда же, как и в СССР, произошел взлет влияния «передовых отрядов» ФБР и ЦРУ. Хотя и здесь нужна поправка на «южный» сетевой характер чекистского сообщества США с десятками конкурирующих «полиций».

С этими двумя примерами узлов Дна Надлома национального уровня можно попытаться провести сравнение с их глобальным аналогом, где также доминирует финансовая олигархия, глобальная. Парадоксальный закон политики – именно после полной победы над другими ветвями элиты, их полного переподчинения – доминирующая ветвь не может не расколоться на два принципиальной непримиримых крыла («пиратов» и «менял»), чтобы пропустить вперед третейскую ветвь либеральной бюрократии – в данном случае сформированное элитное сообщество «финансового контроля», включая его цифровую технологическую подветвь. Поэтому лидером глобалистской либеральной бюрократии оказался Байден, который как политик вырос на теневом альянсе «передовых отрядов» СССР и США по совместному бизнесу на обходных путях экспортного контроля.

Завершение глобальной экспансии долларовой системы можно считать аналогом завершения экспансии советских «интернационалистов» на финском фронте, когда и левое пролондонское, и правое прогерманское крыло экс-троцкистов свою игру проиграли, а контролеры-сталинисты достигли целей и на Карельском перешейке, и в подковерной борьбе в Кремле, и получили добро американцев на удар ледорубом. Похожим образом развивалась борьба трех крыльев глобалистов на нынешнем «северном» фронте СВО – нависшая угроза правых глобалистов и подталкивание Кремля левыми глобалистами, неровный ход военных действий, ведущих к замораживанию ситуации после отодвигания границы. Хотя сохранение прозападного режима в Киеве даже при замене говорящей «головы» так же можно подретушировать как военный «неуспех» Кремля.

Хотя главным проигрышем правых глобалистов стало резкое сокращение сферы обращения доллара, разворот от экспансии к обратному тренду. И дальше уже борьба внутри финансовой олигархии шла между левыми глобалистами из Сити и резко усилившимися контролерами из Белого дома, переподчинившими правых из ФРС и Минфина США. Курская авантюра подконтрольного лондонским Киева с плохо прикрытыми угрозами поставки дальнобойных ракет, якобы «украинских», имела главной целью вовсе не торможение продвижения ВС РФ на Донбассе (наоборот, облегчила эту задачу).

Одной из целей «лондонских» (помимо предвыборной пиар-акции и подставы для протеже правых глобалистов) было пролоббировать такой формат финансового взаимодействия БРИКС, который мог бы позволить быстрее заменить доллар в системе международной торговли на «бумажное золото» или некую «валюту БРИКС», по факту контролируемые сетью Сити, а не центробанками стран БРИКС. Это давало бы необходимый финансово-политический рычаг для политического торга и давления Сити на две другие ветви финансовой олигархии перед ключевыми «выборами» в Вашингтоне.

Анализ текущего политического кризиса в США осложнен таким вот сочетанием сразу двух кризисов – глобального и национального. На глобальном уровне – глубокий раскол и резкое ослабление финансовой олигархии в пользу либеральной бюрократии. А вот на национальном уровне элиты США переживают с небольшим запозданием попытку национальной консолидации, как и Россия в 2012-14 годах. Только опять нужно делать поправку на другой тип национальной психологии – сугубо «южный» в США, а не сугубо «северный» как в России.

Поэтому итог попытки консолидации в США может быть таким же неоднозначным, как в южнорусской ветви после активной фазы гражданской войны 2014 года (тот же «Минск-2»). Причем сами по себе национальные выборы, как и в Киеве в мае 2014-го, не могут привести к чаемой политической консолидации, скорее даже наоборот. Политический контекст глобального финансового кризиса и раскола между крыльями финансовой олигархии, как и в политических элитах всей североатлантической цивилизации по-прежнему влияет на события сильнее, чем электорат и его интересы.

Нельзя сказать что настроения «лохтората» в США глобалистами не учитываются. Еще как учитываются и анализируются десятками социологических служб и аналитических тинк-танков. Однако цель при этом – соблюсти интересы олигархии за счет интересов плебса. Как там отлил в гранит идеолог правых глобалистов старина Збиг – «против России, за счет России и на руинах России». Ровно такое же отношение у либеральных «интернационалистов» и к «ржавому поясу» самих США.

Конкретный пример такого вот «учета интересов» американского народа – история с выдвижением Трампа в 2015 году. К этому моменту все социологи и политтехнологи обеих партий хорошо знали настроения «красных» штатов и округов, и на каких лозунгах и обещаниях можно было их мобилизовать в пользу республиканцев, где тогда семейство Бушей готовило к походу во власть Буша-самого младшего, Джеба. Хотя на праймериз все карты и лозунги, необходимые в основной гонке, обычно не раскрывают. Да и разыграть противостояние истеблишменту Бушам или другим сенаторам-губернаторам сложнее, даже на критике Хиллари.

Как друзьям-конкурентам Бушей из клана Клинтонов было эту угрозу парировать? Только выдвижением на праймериз заведомо одиозного спойлера, который может выложить все козыри сразу. Если республиканцы не захотят его выдвинуть, то повторился бы расклад как со спойлером Россом Перо против Буша-старшего в 1992-м. И даже если дать спойлеру победить на праймериз, то потом он должен слить выборы, нарочно выставив себя пророссийским кандидатом. И весь этот сценарий Трамп честно отработал, однако ненависть «ржавого пояса» и прочей глубинки к вашингтонскому либеральному болоту оказалась намного сильнее. А кроме того влияние обиженных Бушей на спецслужбистов среднего уровня в колеблющихся штатах оказалось достаточным для противодействия политическим назначенцам демократов в вашингтонских офисах.

Одним из явных признаков изначального спойлерства Трампа, и без того партнера и приятеля семьи Клинтонов, было полное отсутствие собственной команды, когда спойлер вдруг выиграл у заказчика, джокер нарочно обернулся слабой картой, но вдруг лег к флеш-роялю. Так что весь срок формально Трампа реально рулила расколотая коалиция правых глобалистов, пытавшихся разыграть антикитайские и антииранские карты во внешней политике, и ставленников Бушей в судебной системе и внутренней политике с прицелом на будущее. Об этой вполне реально доказанной готовности якобы «антисистемного» Трампа играть по предложенным ему истеблишментом правилам манипулятивной игры напомнить сегодня будет не лишним. Хотя при этом страх истеблишмента по поводу первой победы Трампа был и остается непритворным, отсюда и запредельные по наглости манипуляции на выборах-2020, и ставка на полумафиозного «отморозка» Байдена, готового играть в такие опасные игры.

Записные политологи сравнивают Байдена с Горбачевым, а Трампа с Ельциным – это может быть отчасти верным только для глобального уровня. При этом Трамп никогда не был частью глобальной олигархии, его туда просто не пустили, оставили в глобальной прихожей на национальном американском уровне – с таким же снобским отношением к нему, как к американскому народу. Так что «коллективный Байден-Обама» да, в чем-то похожи на глобального «Горби», тоже активно помогали сверху в демонтаже системы. В таком случае попытка политического переворота с временным отстранением не только Байдена, но и Обамы с назначением тревожно вибрирующего вице-президента Янаева Харрис преемником тоже не удивляет, как и формирование временного переходного режима после окончательного подавления бунта партийной номенклатуры.

Да, есть некоторое сходство нынешней заявки Трампа на радикальное обновление администрации с правительством Ельцина образца осени-зимы 1991/92 годов. Однако такие же фазы «зачистки» случаются во всех узлах Смены центра, на разных уровнях. Только вот вопрос, допустят ли хоть на этот раз Трампа к решению глобальных, а не национальных вопросов? Во всяком случае глава ФРС Пауэлл уже заявил, что на него и на политику ФРС избрание Трампа никак не повлияет.

Так что радикальная заявка Трампа больше похожа на ставку в политическом торге с истеблишментом, когда выдвигаются заведомо непроходные кандидаты, чтобы заменить их на согласованных. И лохторат успокоить, мол – «я за бедных, я за русских», но мне не дают развернуться, и с элитами сторговаться. Ну и заодно вывести из-под ударов самых стойких трампистов как Гетц или Габбард, назначив их в итоге на менее важные посты.

При всей симпатии к Трампу как выбору реднеков, сформированный им на этот раз политический клан, и он сам как сугубо национальный лидер – никак не тянет на роль в глобальной игре вокруг судьбы доллара. Вот Илон Маск как неформальный лидер другой части широкой коалиции вокруг Трампа – да, игрок глобального масштаба. Его проекты имеют важное значение для спасения доллара как мировой валюты, пусть теперь и не главной, и не единственной, но доминирующей хотя бы над западным пулом валют, чтобы по заветам отцов-основателей продолжить «доить коров» - европейских, тихоокеанских, латиноамериканских.

В американской политической традиции участники широкой коалиции вокруг избранного президента, кто ранее противостоял ему на праймериз и не только, получают позиции вице-президента, госсекретаря. Пост вице-президента подходит на вырост к следующим выборам, то есть для растущей части широкой коалиции. Сенатор Вэнс – да, ставленник «большой цифры», а значит и цифровых проектов, продвигаемых Маском. Переход лидера этой отрасли Безоса к позитивному нейтралитету незадолго до дня голосования – явный сигнал, что широкая коалиция в поддержку доллара на глобальном уровне будет двухпартийной или внепартийной.

Позиция госсекретаря обычно достается относительно «старым кланам» истеблишмента, кому нужно отстаивать во внешней политике торговые связи и рынки от конкурентов. Хиллари при Обаме была уже лидером «старого клана», как и Рубио – ставленник флоридско-техасских кланов, укрепившихся при Бушах. Главной задачей Рубио будет защита своих латиноамериканских «дойных коров» от влияния конкурентов - лондонских и гонконгско-шанхайских «дояров». Для чего придется зачищать Госдеп от традиционно пролондонской бюрократии. Впрочем, борьбы за сосцы европейских «коров» это тоже касается, но тут одного Госдепа маловато будет, нужна вся широкая коалиция – и старых, и новых «цифровых» финансово-политических кланов.

Итак, если Трамп – это прежде всего национальный лидер на подхвате глобальных игроков, то его судьба определяется фазой развития национальной элиты США как «южной» ветви североатлантической цивилизации. Если западноевропейская ветвь мировой цивилизации развивается с опережением по фазе лет на 200, то две другие ветви – североевразийская и североатлантическая, выросшие под давлением германского подъема, развиваются почти параллельно. В первых стадиях Надлома англосаксы шли немного впереди, при Сталине и Рузвельте и после них шли вровень, в рамках общего глобального центра, а после 2014-го опережает в политическом развитии Россия. Так что американским Ельциным, как ни странно, был Клинтон, тоже поставивший национальные интересы в полное подчинение глобалистам.

Кстати, борьба Клинтонов с Бушами (примерно как ельцинских с горбачевскими) дает еще одну наглядную иллюстрацию для «гегелевского» закона повторения событий в последней четверти любого исторического периода. Только повторение получается обратным результатом – в 1992-м спойлер Клинтонов сыграл против Буша, а в 2016-м тот же прием сыграл уже против них самих. А еще одно повторение повторения в самом конце однополярного периода было уже на внутриэлитном уровне, еще более фарсовым и поверхностным, когда одряхлевшие, но такие же ненасытные Клинтоны в борьбе за доступ к рекордному предвыборному фонду демократов продвинули заведомо проигрышного спойлера Харрис. Видимо, рекордное по скорости и бестолковости распиливание бюджетов стало последней каплей, повлиявших на спонсоров демократов, отказавших им в итоге в медийной поддержке перед самыми выборами.

Впрочем, сравнивать нужно две «южные» ветви, американскую олигархию с украинской, для которой подчинение глобальной финансовой элите было полным. Как и в США при Клинтонах, при Кучме промышленные корпорации стали деградировать, зарабатывая на спекуляциях и выводе производственного капитала в Китай. Сходство американской и украинской олигархии есть и в политических манипуляциях. Помнится, Януковича в 2004-м выдвинули кандидатом в президенты точно так же, как потом Трампа, именно как спойлера под ставленника правых глобалистов, чтобы собрал и слил голоса донбасских и прочих пророссийских «реднеков». Кучме и западным политтехнологам, как и прозападным от Кремля, показалось, что такую одиозную фигуру с убойным компроматом в виде двух отсидок и тоже без собственной команды избрать будет невозможно. Сам сольется, если пригрозить раскрыть. А он взял и на старте кампании сам благоразумно во всем покаялся – мол, было дело, но все приговоры отменили и даже в партию взяли. Так что выборы, включая «третий тур», Янукович честно выиграл за счет ненависти русскоязычных «реднеков» к киевским либералам.

Однако внешние силы уже давно обо всем договорились. Как и одинокий безвластный Трамп, Янукович смог закрепить на будущее позицию публичного лидера своих «реднеков», и в 2010-м все же стал президентом, как политик, вполне лояльный коалиции левых глобалистов и финконтроля в лице администрации Обамы не без участия Кремля. И одним из условий, скорее всего, был добровольный отказ от второго срока в пользу Порошенко. Чего ему «донецкие» олигархи и «соратники» типа Левочкина не простили, и сами себе на голову организовали обострение на майдане в 2013 году.

Есть и другое совпадение между траекториями Януковича и Трампа. И того, и другого фактически отстранили от власти незадолго до перевыборов в результате политического переворота со стороны правых глобалистов. Только в Киеве это был майдан-2014, а в Вашингтоне – ковид-2019. Фактически правила игры, включая «почтовое голосование» диктовали марионетки правых глобалистов из ВОЗ, ИКАО и т.д.

Однако, на этом сходстве политической психологии антинациональной олигархии параллели Трампа и Януковича заканчиваются, поскольку роли США и бывшей Украины для самосохранения глобальной финансовой олигархии просто несравнимы. Киевские элиты напрасно радовались своей духовной близости к западным хозяевам, ибо это никак не помешало пожертвовать своими партнерами ради спасения себя любимых. «Боливар не выдержит двоих», «Ничего личного – джаст бизнес».

Конечно же Трамп, как и пародия на него Макрон, как и пародия на пародию Зеленский – все хотели быть «такими, как Путин». Хотя бы потому, что именно такого лидера для себя захотели их народы, вот и приходится олигархии нанимать шоуменов-спойлеров для обмана и манипуляции. В этом смысле даже Янукович был намного приличнее, хоть формально и бывший уголовник (а неформально – оперативник «девятки» под прикрытием), честно пытался работать на национальные интересы. Ну так потому что белорус, а не украинец. (И кстати, Трамп тоже вырос в значимую фигуру на совместном бизнесе с генералами американской «девятки».)

Есть один момент, который торгашеские элиты понять не в состоянии. Да, они не раз общались с Путиным и видели неказистого мужчину, пусть в неплохой спортивной форме и со службистской выправкой, коммуникабельный, но точно не телезвезда и не трибун. Так и не смогли понять за четверть века «ху из мистер Путин», а главное – почему у них самих так же никогда не получится. На недоумения докторов политологии и спин-докторов – «Но как?...» - вряд ли смог бы ответить даже Холмс, ибо в его картотеке и обобщениях для дедукции про лондонские элиты таких случаев не предусмотрено.

Хотя для русских здесь особого секрета нет – «коллективный Путин» стал воплощением затемненной, скрытой, но все же светлой стороны «северного» национального архетипа, как впрочем и Ельцин был воплощением другой, разрушительной стороны того же русского духа. Без этой «северной» готовности и даже стремления выйти из застойных зон личного комфорта, чтобы потом двадцать лет почти без оплаты допиливать напильником гиперзвук и другое оружие против супостатов – не было бы никакого «Путина» как символа надежды для всего нелиберального мира. Да, харизма новейшего Давида, засветившего однополярному Голиафу в оставшийся глазик – связана с именем конкретного лидера, но источником этого символического капитала был и остается глубоко интуитивный русский народ, точнее – его «глубинная элита», невидимая и непостижимая для западных элит.

Поставь отдельно взятого Путина во главе «южной» торгашеской элиты, и свита сделела бы из него такого же «королька», как Кучма. Неплохой ведь был «красный директор», да весь вышел вместе с покойным Южмашем. И пока еще открытым для исследования и осмысления остается вопрос – а есть ли в таких сугубо «южных» нациях как США своя «южно-северная» опора для политического центра, позволяющая так же быстро консолидировать общество в условиях кризиса? Наверное, как и на южнорусской окраине, в Америку тоже переселялись носители «северных» интуитивных архетипов, чтобы стать опорой для технических прорывов и успешных бизнесов, каким был тот же Тесла для Эдисона. Сикорский, Зворыкин, Ипатьев, или Михаил Чехов и Рахманинов для Голливуда – это только самые известные. Однако это все индивидуальные вхождения в господствующую торгашескую сеть «южного» типа, и надежной антикризисной опоры в виде сети «северного» типа здесь не образуется.

К великому сожалению для финансовой олигархии, и к счастью для американцев (а также для китайцев, индийцев, но пока не для европейцев), без опоры на сильное национальное государство глобальные финансовые элиты обойтись не могут, как бы ни хотелось сбросить любые социальные обязательства в духе «после нас – хоть потоп». Кто-то должен разгребать за ними издержки либерального потребительского отношения к людям и природным ресурсам. Оказывается, доллар ценен не сам по себе, а только как проекция силы государства.

Вот и приходится Илону Маску рисовать «мультики» о бороздящих космос и садящихся на шаткую опору звездных кораблях, чтобы повлиять не только на выборы, но и на финансовые рынки. Но главное, что масс-медиа всех других олигархов тоже готовы подыгрывать, значит тоже это понимают, что без хотя бы имитации сильного государства доллару не жить. Кстати, здесь тоже есть психологическая параллель между пока еще США и Б/У. И там, и тут любят обвинять Россию в своих прегрешениях, очень удобный способ пропаганды – смотришь в зеркало и в деталях рассказываешь об уродстве заклятого партнера. Так и здесь - снимаем «мультики» вместо реальных достижений в США, а приписываем этот прием русским. (Опять же – и зависть меньше гложет, и не так страшно становится.)

Вопрос только, получится ли после виртуальных перемог в космосе и на фондовых рынках реально сделать Америку снова великой, ну или хотя бы выдающейся державой – одним из полюсов многополярья. Или придется пройти весь путь либеральной деградации вслед за киевскими деградантами, на которых лондонские доброжелатели обкатывали все технологии оболванивания и подчинения внешним интересам космополитичной финансовой олигархии?

Уже отмечал, что рекордная финансовая пирамида имени Маска – это важный инструмент для абсорбции долларовой массы, наряду с биткойном и другими цифровыми пирамидами. Без этих альтернатив американским олигархам вообще не на что было бы надеяться в противостоянии лондонско-гонконгско-шанхайским конкурентам с их опорой на реально растущую азиатскую торговлю. Однако в том числе и поэтому Маску ни за что не позволили бы рисковать с запуском своих космических проектов реально, без гарантированно успешных «мультиков». Вот после мультяшного успеха – да можно провести частично успешный или вовсе не успешный реальный запуск. Как и с полетами на МКС – после виртуальных полетов с комбинированными киносъемками возможно все же начались реальные, хотя и это пока под вопросом. Однако в любом случае проекция силы космических успехов Маска и НАСА на усиление доллара США была бы невозможна без прямого содействия коллег из Роскосмоса. Так же, как это было со спасением доллара на рубеже 1970-х, когда советское руководство признало голливудские съемки реальными успехами.

И все же одних только космических успехов и лунно-марсианских планов для поддержания доминирующего статуса доллара хотя бы для Европы с Японией – необходимо, но явно недостаточно. Намного важнее подтвердить силу американского оружия и в целом американской системы ВПК и силового блока государства. А они при «демократах» разложились и деморализовались так же, как демократическая выборная машина разложилось просто в распильный «эффективный менеджмент».

Поэтому главным для спасения доллара и попытки консолидировать западные элиты под эгидой пошедшей в политику «большой цифры» и «цифрового космоса». Кстати, вполне возможно, этот мотив – показать всему миру неспособность США противостоять русскому, а значит вполне возможно и китайскому оружию – и был главным для провокаций со стороны лондонских кураторов киевского режима. И этот же мотив – сохранить США в качестве противовеса левым глобалистам, и тем самым не дать левым глобалистам подмять под себя Китай с Индией – может быть главным для явной сдержанности Кремля в ответ на наглые провокации.

Соответственно, назначение Маска в Департамент эффективности правительства для сокращения сугубо «демократических» распильных статей бюджета – тоже имеет значение для санации долларовой системы, но не самое главное. Более важным внутренним фронтом борьбы за сохранение доллара как единственной духовной скрепы, объединяющей пока США, станет попытка санации Пентагона. И здесь Маск вместе со всей «большой цифрой» вряд ли сможет чем-то помочь Трампу. Сопротивление правых ястребов вполне может расколоть республиканское большинство, особенно в Сенате. Поэтому выдвижение радикальной фигуры шоумена в министры обороны точно является ходом в затяжном политическом торге.

Так же как ходом в сложной политической игре стало разрешение Байдена на прямое участие американских военных в ударе «атакмсами» по «старым» регионам России. Похоже, что эта уступка давлению глобалистов была закулисно согласована не только между Байденом и Трампом, но и с Кремлем. Уж больно эффектным оказался ответ «Орешником» на подачу из Пентагона. И теперь ястребам-распильщикам придется отчитываться, в том числе в комитетах нового конгресса, а почему собственно оказались исчерпаны у США, а не у России все конвенциональные инструменты для военной эскалации и политического давления. Это сильно облегчит задачу кадровой зачистки Пентагона новому министру – скорее всего из генералов Корпуса морской пехоты, близкого Трампу по его гостиничному и эскорт-бизнесу для ВИП-персон международного уровня.

Однако и этого внутриполитического давления для наведения порядка в Пентагоне будет недостаточно. Для санации такой сложной и насквозь коррумпированной системы нужно поставить ее в ситуацию, когда самим паркетным генералам не захочется делать дальнейшую карьеру. Опять же перед глазами коллективного Трампа – пример успешной санации и усиления не менее сложной системы российского МО в условиях конфликта средней интенсивности на южных границах. Через такое же чистилище на своей южной границе хочет пропустить свою армию Трамп – проверить генералов в борьбе с вооруженными силами международной наркомафии, чтобы помочь дружественному мексиканскому народу.

Однако, есть такое предощущение, что такая попытка консолидации государства в условиях общества «южного» типа приведет, как и на бывшей Украине, к серьезному расколу между «красными» и «голубыми» штатами, вплоть до вооруженных стычек федералов с нацгвардейцами где-нибудь в Колорадо. Однако повторение гражданской войны будет все же больше информационным, гибридным. Можно только заметить еще, что тотально коррумпированные «демократы» из штатов западного побережья, вроде той же Харрис или Пелоси, так или иначе связаны с азиатской торговлей, китайским бизнесом в США и, соответственно, с банкстерами сети Сити. Поэтому они будут всеми силами продолжать противодействовать попыткам санации государства, спасения доллара, усиления политического контроля над Европой и вытеснения из нее лондонских конкурентов.

В общем, более чем достаточно внутриполитических проблем у «коллективного Трампа», как и у «коллективного Обамы» как двух перехвативших управление, но еще не победивших крыльев национал-глобалистов. Судьба Киева и в целом Восточной Европы будет их волновать только в контексте борьбы с лондонско-гонконгско-шанхайскими конкурентами и спонсорами внутренней «культурной контрреволюции». И более того, опереться в «новом дивном мире» долгого переходного периода от однополярья к многополярному миру национально ориентированным элитам США будет почти что не на кого, кроме теневого союза с Россией, имеющей объективно схожие и дополняющие интересы. Только поэтому конкуренты – европейские и не только - нас всячески и пытаются стравить, заставить друг друга ослабить.

Так что если где-то видим явный приток средств и сил в относительно качественную публицистику с антиамериканским настроем – вероятнее всего это лондонские деньги. И если в масс-медиа и блогосфере пошли публикации, что Трамп – такой же русофобский ястреб и будет продолжать политику военного давления, тоже стоит задуматься – кому выгодны такие вбросы.

Продолжение следует

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/295530.html?newpost

- В центре сюжета — нидерландская пословица: «Мир — это стог сена: каждый хватает сколько сможет».

- Сено и «ничто» в нидерландском звучат одинаково. Человек посвящает свою жизнь бессмысленной борьбе за ничто.

- Люди пытаются урвать хоть немного. Они орудуют вилами и рогатинами, складывают сено в мешки, дерутся друг с другом.

- За возом едут влиятельные лица. Папа Римский с чертами Папы Александра VI, император, богачи и священнослужители. Они спокойны и надменны: им и так принадлежат все блага.

- Алчность порождает другие грехи. Слепой с мальчиком-провожатым — скорее всего, шарлатан. Как и доктор с сеном в кошельке, вырывающий зуб у больного. Толстый монах в правой части картины тоже подвержен порокам.

- Наверху стога сидят две парочки. Одна музицирует, вторая целуется в кустах. Рядом ангел ищет у небес поддержки, а демон подыгрывает грешникам.

- Сова символизирует силы зла. Она часто встречается на картинах Босха.

- Повозку ведут странные персонажи, похожие на ряженых в звериных масках. Такие химеры — обычное дело для искусства: их можно увидеть и на скульптурах готических соборов, и на городских карнавалах.

- Погоня за наживой приводит в ад. Пункт назначения красочно показан в правой створке триптиха.

ПРАВАЯ СТВОРКА-Это изображение Ада.

Это огромная промышленная зона, технически оснащенная всеми орудиями мук.

В своей версии Ада Босх опирался на литературные источники, расцвечивая почерпнутые оттуда мотивы игрой собственной фантазии. На правой створке триптиха изображены бесы-каменщики, возводящие исполинскую башню. Это круглое сооружение выглядит пародией Вавилонской башни, предназначенной для осуждённых душ, — от этого и предостерегает Босх род человеческий.

Здесь изображено возмездие за различные грехи, которые объединяет тема жадности. В литературной фантазии «Видение Тундала», созданной в XII в. ирландским монахом-бенедиктинцем, путешествие через Ад состоит из описания всех видов мучений, в том числе наказание за кражу святынь, всевозможных демонов и скотских чудовищ.

Один из эпизодов — переход через мост — фигурирует в качестве одного из мотивов и на картине Босха. На подъёмном мосту, ведущем в башню, десяток бесов истязают несчастного грешника, посаженного верхом на корову. У Тунгдала вести корову по узкому подобно бритвенному лезвию мосту приходится грешникам, грабившим церкви и совершавшим иные святотатства, чем, вероятно, и объясняется потир, зажатый в руке босховского персонажа.

Распростёртый на земле человек, которому жаба впилась в детородный орган, разделяет участь всех развратников. Под мостом свора собак, опередив своего хозяина, уже настигла убегающих грешников.

ВЫВОД

Странник и мудрец говорит: «Чтобы понять жизнь, нужно самому соприкоснуться с реальностью, на себе испытать ее беды. Человека осаждают всяческие соблазны, но только в его собственной власти устоять, не впасть в грех и уже здесь, на земле, не расплачиваться за содеянное муками душевными и физическими»

Присмотревшись к героя этого триптиха нашла так много общего с современностью.Как много у нас баловней судьбы. Им не нужно бороться за сено на возу,они чинно шествуют в сторонке. Воз и так принадлежит им.Это всем остальным нужно копошиться и драться за место под солнцем.

27.10.2024 Зимний путь 22

Святой Иоанн на Патмосе. Иероним Босх. Живопись, 1505. Берлинская картинная галерея, Берлин

22. «А поезд не приехал…»

На разговор об истеричках, а заодно о стервах и дурах, нас навели наблюдения за киевскими типа элитами. Хотя понятно, что на глобальный уровень истерики, плавно переходящей в шизу, там не тянут. Украинные территории южной Руси – это только ветвь нашей северной цивилизации, периодически пробующая косплеить более амбициозный и масштабный пример атлантической цивилизации. Поэтому на украинах – западных, центральных и восточных в кризисные периоды воспаляются свои субэтносы – истерички, самодуры и стервы. Однако ангельское терпение общерусской доминанты в результате общего подсознательного желания и болезных, и здоровых ипостасей украинного общества сменяется столь же ангельской яростью воздаяния.

Однако мы сейчас не об этом неминуемом. Нужно завершить обзор глобальных амбициозно-торгашеских субъектов – после английской стервы и американской самодуры никак не отвертеться от обсуждения израильской истерички. Она и сама всегда хочет оставаться в фокусе глобального внимания, пусть даже ценой саморазрушения. И всегда обижается на негативные оценки очередной истерики.

Напомним, если кто-то все же осилил психолого-исторические обзоры, что все цивилизации опираются на два «древа» - восходящее этнополитическое и нисходящее культурно-политическое. Например, европейская цивилизация включает в себя «древо жизни» германского Подъема и «древо знаний» романской Традиции. Евразийская цивилизация включает русский Подъем и степную скифо-тюркскую Традицию. Так же и атлантическая цивилизация включает англосаксонский Подъем и средиземноморскую Традицию. А между двумя иерархически организованными «древами» всегда работает сетевая структура сообществ Надлома. (Точнее даже работают две противоположные «сети»: торгашеская «южная», явно влияющая на обе иерархии и порождающая кризисы, и почти неуловимая «северная», результаты антикризисной работы которой влияют на долгосрочное развитие, а не в режиме «успеха здесь и сейчас».)

Соответственно, истерическая компонента национальных архетипов наиболее выражена в лимитрофных сообществах на стыке (сопряжении) интенсивных торговых путей и возрастных традиционных сообществ. Не случайно гумилевские «антисистемы» воспалялись чаще всего в предгорьях по берегам Средиземноморья (катары, богумилы) или на ответвлениях Великого шелкового пути (манихеи, «свидомые»). Хотя для «воспаления антисистемы» одной сугубо истерической надличной ипостаси мало, нужен еще приток энергии внешнего кризиса в эти «старые меха», чтобы они раздулись от самомнения и таки порвались.

Однако не будем спешить прилагать исторические примеры антисистем к Израилю, пусть даже правые экстремисты хотели бы вовлечь страну и весь регион в бесконечно разрушительную спираль насилия. Если бы могли, а с этим сложнее. Возможно все дело в фазе развития глобального контекста, где даже в узле Дна Надлома Глобализации доминируют торгаши – сетевая структура с банкстерами во главе. Кроме того, Израиль как геополитический проект – это ключевая третейская часть бывшего послевоенного коалиционного глобального центра («Океания» с центром США, «Евразия» с центром Россия, ближневосточный процесс вокруг Израиля), совместно контролирующего четвертого глобального игрока – побежденную Европу. Поэтому в Израиле как пока еще глобальном акторе велико не только явное влияние «южной» торгашеской сети, но и влияние «северной» неявной сети. В том числе через восстановленные позиции по соседству и через усиление влияния на иранскую региональную сеть смешанного «восточно-северного» типа.

И вообще, мировое еврейство – это прежде всего сетевая структура «южного» типа, финансово-торговая, точнее – несколько разных сетей в Европе, Евразии, Северной Африке, объединенных средиземноморской, а позже – атлантической сетью. Низовой опорой такой глобальной сети являются локальные сообщества, объединенные той или иной версией общей религии. И на локальном уровне, да, в интересах торгашеской сети поддерживается определенный градус сектантской истеричности, включая намеренное провоцирование антисемитской активности (как правило, силами «семитов по папе»).

Сионистский проект ХХ века – это не только «гегелевское» повторение истории крестоносцев (навербованных тоже из истеричной части европейцев), но и применение обычных локальных практик создания сектантской опоры в масштабах глобального транзитного узла. Однако, собирание на компактной территории самых разных и причудливых сект наряду со светскими сионистами не могло не привести к эффекту взаимного отталкивания и раскола, проявленного и усугубившегося в период однополярья, когда ослаб стягивающий обруч статуса осажденной крепости. Потому верхушке режима и потребовалось негласно поддержать Хамас и ослаблять остальной Ливан в пользу Хезболлы (как и Сирию в пользу ИГИЛ), чтобы условно контролируемыми внешними угрозами удержать внутреннюю ситуацию от полного распада, а заодно подогревать истеричную часть американских протестантов для продолжения финансовой и военно-технической поддержки.

Наверное, нужно оговориться, что истеричность связана с сообществами Традиции не самими по себе, а только в сочетании с амбициозностью, общей чертой всех «южных» сетей и опорных сообществ. Если традиционные сообщества, как русские малые города и села или мусульманские, не страдают болезненными амбициями, то и никакой истеричности и сектантства не наблюдаются. Это стервозные и самодурские амбиции могут быть удовлетворены в реальной жизни методами агрессивной манипуляции или не менее активной спекуляции, а истеричкам остается только мечтать о первенстве в виртуальной реальности сочиняемых для этого сектантских мифов. То есть люди начинают жить в мифологическом мире, сами его придумывают и верят. Как актеры и поклонники верят, нет не в декорации спектакля, а в героическую или генеральскую звезду, ярче реальных прототипов.

Опять же сама по себе истероидная ориентация психики может быть вполне здоровой, востребованной и полезной в развитой культурной традиции. Без нее не может быть ни высокой литературы, ни художественного театра или кино, ни внятного преподавания или иной публичной деятельности. Не случайно среди лучших артистов и писателей заметная доля евреев, как и иных потомков хазар и половцев («юго-восточной» ориентации). Хотя всенародно любимыми таких артистов как Смоктуновский, Никулин, Юрский, Миронов, Высоцкий, как и многих других русских евреев, немцев, татар, украинцев и просто русских делала их принадлежность к общерусской судьбе. То есть «северная» доминанта надличных ипостасей.

И наоборот, объединяющая «южная» доминанта, амбициозная, а не творческая – ведет к развитию истеричности и потере культурной идентичности. Как иллюстрация могут служить килотонны мемориальных досок в Киеве и окрестностях в честь «пысьменников», которых никто никогда не читал, кроме как по обязанности. Или известная поговорка советских времен: «Фильмы бывают хорошие, плохие и киностудии Довженко». И вообще правобережная истеричная ментальность похожа на психологию провинциального театра. А теперь еще и без того истеричным артистам подгорелого театра какая-то стерва подсунула вместо бутафорского заряженное оружие…

Нет, не смогу удержаться от цитаты из любимого киевского писателя:

– Нет, позвольте! Актриса, которая хотела изобразить плач угнетенного и обиженного человека и изобразила его так, что кот спятил и изодрал занавеску, играть ничего не может.

Вернемся однако к сине-звездной труппе ближневосточной сцены, тоже мечтавшей о мировой славе и победных лаврах в постановочных договорняках, как в 1967-м или 1973-м, когда США и СССР сначала обо всем закулисно договорились. Казалось бы, при полной однополярной гегемонии США можно было вообще всех вокруг так же подмять или победить, не только бывшего союзника Саддама. Если бы не глубокий раскол в стане однополярных «победителей», усугубляемый нарастанием финансов-политических противоречий между разными финансово-торговыми сетями, западными и восточными.

Правые глобалисты из ФРС, МВФ и американского ВПК своими неумеренными аппетитами сами исчерпали свой глобальный политический ресурс долларовой эмиссии, а заодно вскормили этим финансовым потоком мощную азиатскую промышленность и торговлю, финансово подконтрольные левым глобалистам из сети Сити.

До недавнего времен «непотопляемый авианосец» в лице израильской военщины мог гарантировать убытки и потерю конкурентоспособности любому крупному субъекту международной торговли, в случае отказа от доллара, просто угрожая выборочным перекрытием самого дешевого морского пути. Достаточно было эскалировать напряженности, и вот уже американские авианосцы легитимно патрулируют восток Средиземноморье и Красное море. И никто другой не сунется защитить интересы конкурентов.

Однако времена меняются вместе с технологиями, а конкуренты из альтернативной финансовой сети не дремлют, подпитывая технологиями иранский ВПК. И теперь какие-то хуситы (тоже похоже, гегелевское повторение гуситов) доказывают гегемону и его союзнику, что перекрыть торговый путь можно и в другом узком месте. И что такое перекрытие не для отдельных, а для большинства торговых судов может быть даже выгодным для судовладельцев и страховщиков. И в чем тогда оставшаяся ценность израильского форпоста правых глобалистов? Если его главная функция контроля обнулена, и монополию доллара больше не защищает, а ограниченные долгами ресурсы – финансовые и военные тратит без особого толку.

Поэтому еще до провокации хамасовцев, спровоцированных правыми радикалами, «коллективный Байден» в лице Дж.Салливана пытался соорудить какую-то временную подпорку для израильских экономики и государства, перевести «на хозрасчет» в упряжке с саудитами и иракскими клиентами (проект логистического моста из Индии в Европу мимо Ирана). Однако, «поздно пить боржоми…»

И все равно, не в привычках англосаксов вот так забесплатно сдавать даже актив, ставший обузой. Нужно попытаться, если не впарить кому-то, то разменять на сравнимые потери для конкурентов, точнее – использовать напоследок как угрозу-камикадзе, чтобы выторговать хоть какое-то приличное место в новом многополярном мире, где именно Ближний Восток будет ключевым полюсом, где по-прежнему фокусируются многие из противоречий между всеми другими полюсами – и старыми, как Европа, и новыми как Африка или Индия.

Впрочем, Израиль и сам не прочь в политический торг, как в пекло поперед американского батьки. Все-таки истероидное самоощущение главного актера на сцене, как самодурское самомнение после стольких лет первенства в регионе – не отпускают. Это не считая попыток фальстарта такого торга со стороны конкурентов внутри самой израильской элиты, подначиваемых разными крыльями глобальной финансовой элиты.

В любом случае, Иран выбран ключевым объектом давления со стороны США посредством Израиля (или наоборот – со стороны Израиля посредством США, хрен там уже поймешь, кто здесь хвост, а кто голова). А может быть сам Иран выбрал себя на эту роль при помощи банкстеров Сити, когда сформировал свои сети прокси-агентов в Ливане, Сирии и Йемене. Хотя банкстеры Сити могли думать, что это они орудуют против влияния правых глобалистов и финконтроля США посредством иранских клиентов. (Тоже хрен разберешь сразу, хотя Иран все же – древняя империя и еще более древний религиозный центр, выпестовавший в свое время Израиль версии 2.0. И теперь обернулся как Тарас Бульба к младшему сыну, соблазненному выходцами из Польши.)

Понятно, что все еще пока не понятно, чем такой политический торг глобального значения закончится. Одно только можно точно утверждать, что такой политический торг идет, и он не может не закончиться каким-то компромиссом. В том числе и по причине полной подчиненности истеричной части израильского общества мировому еврейству, то есть финансово-торгашеским интересам. А общим интересом всех банкстеров является сохранение объемов международной торговли, а не их обрушение.

Чтобы убедиться в готовности обоих сцепившихся региональных игроков к торгу и компромиссу, достаточно внимательно посмотреть на сугубо демонстративный обмен взаимными ударами. Иран своей ракетной атакой показал возможную незащищенность Израиля от погружения в полный блэкаут с соответствующими последствиями в виде уличной герильи со стороны хамасовцев. (Потому истерически пытаются спровоцировать подполье и повязать боевой актив, но это вряд ли.) В ответ Израиль также должен был продемонстрировать готовность и главное – возможность нанести удар по Ирану, хотя бы отчасти обезоруживающий. Именно продемонстрировать, а не нанести всерьез, иначе какой торг?

Будем считать, что такая демонстрация израильским военным удалась, как минимум – для внутриполитического потребления. И они теперь имеют возможность бахвалиться превосходством своих ВВС над иранским ПВО, не сбившим ни одного самолета. В ответ персы намекают, что израильтяне-де прикрылись некими гражданскими бортами. Хотя за пару дней до того Эмираты объявили о прекращении полетов над Ираком и Ираном, то есть были в курсе будущей атаки, как и все другие авиакомпании. Нет, с американцев станется подгадать какие-нибудь иракские гражданские рейсы ко времени «Ч», но дело точно не в этом.

Вопрос теперь в том – удалась ли демонстрация в силу реальной слабости Ирана? Или все же в силу закулисной договоренности с ним, и видимо – со стоящей за ним Россией. Во всяком случае, свою атаку Израиль провел сразу после, а не до или во время саммита БРИКС, чем только подчеркнул свое уважение к реальной силе, влияющей на расклады в регионе. По сути израильтяне подтолкнули Иран к России как гаранту, ослабляя его политическую связь с Сити и Китаем. Однако, даже в хвастливой риторике генералов Цахала прозвучала оговорочка по Фрейду – мол, Иран не сможет усилить ПВО, потому что России все ее С-400 нужны на СВО.

Ну да, ну да, конечно. Кремль при выборе приоритетов разменяет шанс на усиление своего глобального влияния, притом что ВСУ уже фактически разгромлены. И точно не найдет другой сдерживающей контригры в ответ на угрозы дальнобойных ударов (необходимые Западу не ради списанного Киева, а именно для того, чтобы отвлечь внимание Москвы от ключевых ближневосточных раскладов).

В настоящий момент сложно утверждать точно, что в результате израильских истеричных маневров было ослаблено влияние Сити на Иран, причем в пользу России. Этот новый расклад проявится позже. Хотя на месте Нетаньяху я бы действовал именно так – если правые и левые глобалисты в клинче, а администрация США из-за этого еще долго будет слабо дееспособной, тогда нужно попытаться самим сменить гаранта (хотя бы временно). А таковым в регионе при самоустранившихся США может быть только Россия, способная выступить гарантом любых долгосрочных компромиссов.

Косвенными признаками явного недовольства развитием ситуации и правых глобалистов, и левых – стало отсутствие в Казани ставленника Сити Лулы, как и саудовского кронпринца. Хотя саудиты даже попытались перехватить инициативу, предложив Ирану совместные военно-морские маневры. А это уже само по себе свидетельство происходящей на БВ дипломатической революции – «переворачивания альянсов».

Есть даже еще более надежный косвенный признак крайнего неудовольствия Сити и лондонской элиты – это отстранение российских разработчиков от проекта Линукс. Так называемое «свободное ПО» оказывается не такое уж и свободное, и всегда было альтернативой американской ИТ-индустрии, поддерживаемой банкстерами Сити. Допустим, что из-за СВО. Тогда почему именно сейчас, а не в 2022-м?

Похоже, Кремль на саммите БРИКС или в процессе подготовки очень сильно наступил лондонским на очень больную мозоль. И это точно не киевский геморрой. И даже не публичный отказ от проекта «валюты БРИКС», поскольку Путин все же передал этот «билет банка приколов» Набиуллиной на более детальное изучение. Здесь какие-то шансы у Сити еще есть, чтобы вот так реагировать. Других причин как-то не просматривается, кроме переориентации Ирана на Россию как гаранта, а не на встраивание в ОПОП под спонсорством Китая, но без гарантий.

Продолжение следует

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/295348.html?newpost

06.10.2024 Зимний путь 21

Страшный суд. Центральная часть триптиха. Фрагмент. Иероним Босх. Живопись, 1504. Академия изобразительных искусств. Картинная галерея, Вена

21. «Ты – агрегат, Дуся…»

Да, любопытная фигура из трех торгашеских ветвей. «Читатель ждет уж рифмы …» Ну что ж, обсудим и ее. Из трех неумеренно амбициозных психотипов, хоть личных, хоть надличных (национальных) один находится ровно посредине между стервой и истеричкой. Ровно как в том анекдоте про обезьяну – «Я и умная, и красивая. Что ж мне – разорваться что ли?». И доля правды в этой шутке заключается в некотором балансе отчасти стервозности, отчасти истеричности, подчиненных более сильному качеству, но не просто дурости, а самодурства – так более точно.

Нельзя назвать того же Трампа дураком или Хиллари – дурой, но самодуры – они точно, олицетворяющие обе стороны американского глобального самодурства. Шоумен Трамп ближе истероидной части электората с «религиозным» самодурством, поклонением себе любимым и исключительным. Клинтониха – ближе стервозным настроениям городских типа «интеллектуалов», для которых важнее не «пасти народы», а стричь с них шерсть, даже по-своему заботясь о стаде, подкармливая вожаков и овчарок объедками.

Однако доминирующим мотивом во всех случаях остается сугубо торгашеская сугубо приземленная амбициозность, отрицающая излишний интеллект, как и излишний вкус. Поэтому даже не самым мощным интеллектуалам из элитных кланов, как Буш-младший, приходилось прятаться за маской «простого парня». А папа Буш, тот еще стервец, вынужден был действовать из-за спины простоватого Рейгана. Не менее ушлый манипулятор Байден тоже всегда разыгрывал роль профсоюзного деятеля.

Ну не любят в Штатах умных или красивых, справедливо ощущая скрытую в них угрозу своей культурной идентичности. Был даже такой казус с обиженной реакцией американских «интеллектуалов» на русский фильм-сказку «Морозко», где главными отрицательными персонажами были две самодуры. В общем-то это и немудрено, если учесть, что Америка – страна эмигрантов, в большинстве – культурных аутсайдеров, бежавших из Европы. Да и позднейшие эмигранты из Азии – по большей части торгаши. Впрочем, нельзя отрицать умение американцев делать деньги и на высокообразованной части эмиграции, «утечке мозгов». Только эти «интеллектуальные гетто» все равно строго подчинены коренному торгашескому самодурству.

С другой стороны, именно глубинное неприятие и американской элитой, и плебсом любой развитой культуры является наилучшим противоядием против постоянных попыток британских родственников и союзников манипулировать партнерами. То есть такое манипулирование бывает успешно, но только если совпадает с сугубо торгашеским пониманием и интересом американцев. А вот использовать для манипулирования какие-то культурные тонкости, использовать невротические уязвимости для игры на партнерах как на инструменте – в отношении Америки невозможно. Это вам не европейские элиты с их культом приобщенности к высокой культуре. Когда такая приобщенность поверхностна, не имеет интуитивной глубины – самая походящая основ для манипуляций.

Нет, американцев, как и немцев, можно соблазнить, например, самовлюбленной британской расовой теорией. Тем более что почти половина белых американцев – это бывшие немцы. Однако укоренившихся в торгашеском самоощущении американцев невозможно встроить в орденскую иерархию для самоутверждения через крестовый поход «нах Остен». Расовая теория могла заинтересовать их как дополнительное «моральное» обоснование работорговли или экспроприации ресурсов у туземцев. Хотя протестантские секты и без этого давно уже все это обосновали.

Еще раз уточним, что американцы тоже люди, и поддаются манипуляциям, однако в массе своей защищены самовнушением изначального превосходства, исключительности. Причем от них не требуется каких-то жертв во имя культурных идеалов, духовных ценностей. Ибо главная духовная ценность протестанта – это его финансовый или просто материальный успех, как хороший урожай на ферме, на отжатой у индейцев земле. Когда и так понятно, кто более угоден американскому богу, воплощенному в пирамиде доллара.

Да, американцу легко внушить, что Макдональдс – это в самом деле ресторан, мюзикл – это лучший театр, бетонные коробки – вершина архитектуры. А голливудские сказки равнозначны реальному полету на Луну или, как намедни – виртуальный «первый коммерческий выход в космос» доказывает успешность и силу США. Любая попытка оспорить эти американские ценности упрется в непробиваемый аргумент: А вы видели обороты и капитализацию американских сетей «ресторанов» по сравнению с европейскими ресторанами? А обороты и капиталы продюсерских и строительных кампаний? А гонорары американских «астронавтов» и доходы подрядчиков НАСА по сравнению с жалкими рублями русских космонавтов и космических фирм? Что вы тогда вообще понимаете в успехах и успешности?!

Да, иметь дело с американской «самой дурой» опасно. Ей абсолютно насрать на чувства и интересы даже родственников и союзников, лишь бы ее желания выполнялись здесь и сейчас. Если выгодно и нет риска, не задумываясь принесет партнера в жертву – «Мне очень жаль, но Боливар не выдержит двоих». Однако тупость и примитивность желаний самодуры, ее предсказуемость делает вполне возможным взаимовыгодный бизнес. «Сама дура» имеет свой профит здесь и сейчас, а партнер имеет развитие в долгосрочной перспективе. Примеры – сделка ВОУ-НОУ при Клинтонах, не говоря уже о масштабном развитии Китая в рамках Химерики или Германии под защитой США.

Когда все же «сама дура» с большим опозданием заметила неладное, что партнеры слишком усилились и начали получать сравнимые доходы от общего бизнеса, начинается совсем другая игра и торговля – политическая, с угрозами и санкциями. Политическая культура американской элиты тоже не выше уровня бродвейского мюзикла, и по сути является политическим «покером». Даже не преферанс, не говоря уже о шахматах или го. Однако у дуры есть все основания играть только в покер, потому что в сложные игры можно ошибиться и проиграть, а в покер выигрывает тот, у кого больше денег.

А если ты еще и владелица казино, то проиграть практически невозможно. Скажем, кому-то из игроков «повезло», прикупил тузовый покер, как СССР в космической гонке конца 1960-х. Однако за игровым столом намного больше игроков сделали свои немалые ставки, в том числе против доллара. Тогда можно через посредников договориться, что главный вероятный противник как бы поверит в блеф американцев, будто тузовый покер на руках у них, а обладатель комбинации сбросит карты и за кулисами казино получит часть выигрыша за счет остальных. В виде необходимых технологий и доступа к рынкам.

Только советские, точнее советско-украинские игроки напрасно возомнили, что можно так же просто играть и дальше. «Сама дура» злопамятна и унижений не прощает, даже закулисных. Попытка сыграть в такой же закулисный размен в период рейгановского блефа со «звездными войнами» (СОИ) провалилась, потому что хозяева казино намного лучше подготовились. Первый раунд «космического покера» пришелся на финансовый кризис, когда нужно было доллар спасать от американских же союзников. А перестройка с ускорением и запусками «Бурана» пришлась на период активной накачки долларовой пирамиды и одновременно жесткого подчинения сателлитов и их валют, прежде всего встраиванием японской йены как ресурса для долларовой пирамиды. А это означало, что второй по силе валютный игрок всегда будет поддерживать любой блеф первого, играть против всех остальных.

Хотя главным мотивом для консолидации всех прочих валютных игроков против дальнейшего советского участия в долларовом казино было вполне резонное опасение. Дело в том, откроем секрет Пульчинеллы, что казино никогда не проигрывает не только из-за бесконечного ресурса изготовляемых фишек. Значительная часть финансов вложена в систему физической охраны и в подкуп правоохранителей, чтобы слишком везучего игрока можно было в любой момент дезавуировать, выкинуть из игры.

Так вот принимать в валютную игру игрока, равного по физической силе его охраны, каким был СССР к 1990-м, - это все равно, что отдать ему долю в доходах не так, как в прошлый раз, разово, а навсегда. А там, с его-то везением в военных технологиях, может и руку откусить, если отдать хотя бы палец. Хозяева казино просто обязаны были судить о партнере по себе, они бы именно так и сделали. Так что нетерпеливым советским элитам, уже втянувшимся в валютные игры через сеть Моснарбанка и переводные рубли СЭВа, было популярно разъяснено, что да – пустим в казино и еще кредиты откроем, но только на правах обычных игроков, без своего оружия. А валютно-финансовый кризис, спровоцированный дисбалансами в либерализованном СЭВе, уже был не на западной, а на советской стороне. Так что либералам из политбюро нужно было выбирать между закручиванием гаек и затягиванием поясов и фактическим отказом от позиции второй силы. А поскольку валютно-либеральное разложение нового поколения элит и в целом советских политических кланов продолжалось уже не первое десятилетие, выбрали позор унижения вместо эскалации военной угрозы. Впрочем, космическое первородство продали за чечевичную похлебку еще на рубеже 1970-х, но тогда хотя бы могли угрожать.

И вот буквально сейчас подходит к финалу очередной раунд этой увлекательной американской игры. Однако, нынче российское руководство научено горьким опытом предшественников, и вряд ли готово еще раз разоружиться перед партнерами. Да и кризис финансовый снова на западной стороне, а не у нас. Второй по силе валютный игрок тоже не горит желанием полностью лечь под ослабевший доллар против остальных. Наоборот, всеми силами пытается собрать альтернативную коалицию. Хозяева долларового казино, вдруг обнаружившие резкое физическое усиление заклятого партнера, попытались ввести санкции, ограничить доступ к своим рынкам и валютным «игровым столам». Однако это привело к ускорению строительства торгового фундамента альтернативного «казино» по соседству под брендом БРИКС. Поэтому охрана долларового казино, похоже, не слишком усердно выполняет санкции, закрывает глаза на ставки через посредников, заодно на этом подзарабатывает.

Казалось бы – вот оно решение, открыть новое валютное казино БРИКС, а старое пусть само без нас накрывается медным тазом. Однако, не стоит недооценивать степени самодурства «самой дуры». Если для попытки диалога с нею приходится самим зеркалить подходы – «Зачем нам такой мир, где нет нас», и то все сомневаются в реальной свирепости русского медведя. Однако в отношении элит США сомнений нет, что «могут повторить», как в Хиросиме, ну или для начала блокировать военными угрозами торговые пути основных консорционеров альтернативного казино как Китай или Иран.

Опять же, не в правилах «самой дуры» вот так расставаться даже с сомнительными активами. Если перестали приносить прежний доход, и никто не желает купить задорого токсичный актив, то можно и нужно использовать хотя бы в последний раз как оружие, таран, для угроз более сильным игрокам. Понятно даже американцам, что бывшая Украина вернется так или иначе в сферу влияния России. Тем более не жалко использовать остаточный ресурс для попыток ослабить и блефовать в политическом торге.

Такой же подход и к Израилю. Времена, когда форпост правых глобалистов стерег главный морской торговый путь из Азии в Европу в пользу нефтедоллара, уже прошли. Доллар уже не тот, эмиссия не приносит былого дохода и не позволяет проецировать силу на весь мировой океан. Да и сила авианосных ударных групп под сомнением, проверено хуситами. Опять же заявленная стратегия развития альтернативных торговых путей как ОПОП и СМП уже сейчас обесценивает возможные дальнейшие «инвестиции» в Израиль. Остается только использовать его остаточный ресурс в качестве тарана против Ирана как ключевого, но слабого звена в цепочке китайского ОПОП.

Именно поэтому консорциум альтернативного валютного казино в рамках БРИКС вынужден делать ставку не только на строительство своей системы, но и на разрушение американской игры изнутри. А для этого нужно участие одного из бенефициаров и менеджеров американской системы, кооптированного после развала предыдущего казино имени британского фунта стерлингов, но до сих пор мечтающего о реванше. Причем валютные игроки Сити грезят о реванше над Уолл-стрит, а силовые игроки никак не могут забыть о своих жутких потерях под Севастополем в Крымскую войну. При этом именно банкиры Сити, они же Сингапура-Гонконга-Шанхая-Дубая объективно заинтересованы в развитии азиатской торговли, проектов ОПОП и возможной цифровой валюты БРИКС.

И вообще, эти заокеанские выскочки с Уолл-стрит пришли после мировых войн на все готовое, забрали под себя торговую и валютную глобальные сети, выстроенные ценой больших усилий и жертв британскими моряками, военными, чиновниками и колонистами. Другое дело, что и сами британцы использовали морское наследие голландцев, португальцев, испанцев, а до того арабов и греков. Однако все равно, мы можем оценить чувства британских партнеров по своей собственной реакции на американские призывы разобрать Россию на куски, забрать Сибирь и Арктику.

Не помешает повторить, что американское самодурство, когда все предложенные партнерами ходы жестко калькулируются по критерию «выгодно-невыгодно здесь и сейчас» - наилучшая защита от природной стервозности «англичанки», не способной не гадить любым союзникам. Так что пробить эту туповатую, но надежную защиту можно только долгосрочными усилиями и только в восточном стиле, используя тупую энергию конкурента против него же. Только намеренное культивирование и усиление природной дурости сильно размножившихся американских элит, целенаправленный отрицательный отбор могли дать такие политические метастазы как в Калифорнии или Орегоне, не без поддержки китайских диаспор. Заблеванный и засранный бомжами Сан-Франциско как символ перехода от самодурства к дурости с помощью мексикано-китайской дури.

Выдвижение кандидатом от «ослов» натуральной, безпримесной дуры Камалы – тоже дело рук пролондонских манипуляторов, традиционно контролирующих леваков по всему глобусу. Похоже, задача-максимум для Камалы – это развалить федеральный центр США, задача-минимум – не дать выборам президента состояться и максимально ослабить администрацию США как раз в период принятия решений о путях выхода из мирового финансового кризиса. Чтобы в случае запуска альтернативного валютного казино в Вашингтоне некому было угрожать нажатием «красной кнопки». Однако есть большие сомнения, что такая игра у лондонских выгорит.

Американская конституция писалась отцами-основателями строго под местный менталитет, осознавая упертое самодурство амбициозных политиков и стоящих за ними олигархов. К тому же угроза закулисного манипулирования со стороны Лондона была ничуть не меньшей. Так что сдержек, противовесов и предохранителей в системе достаточно. Похоже, что Байден (лично или коллективный за ним) вполне осознанно, хотя внешне нехотя, уступил кандидатство Камале. Теперь вероятный срыв выборов не ударит по его легитимности как уходящего президента, правящего ровно до прихода нового, которого все более вероятно придется выбирать палате представителей конгресса, а не коллегии выборщиков. А заодно выдвижением Камалы ослабили вероятность жестких провокаций лондонских по сталкиванию США с Россией на Б/У, и с Ираном на БВ.

Теперь можно оценить тактику лондонских по созданию валютной системы БРИКС как альтернативы долларовой торговли. Не стоит обольщаться аншлагом желающих приехать в Казань на саммит БРИКС, а также дифирамбами политике России со стороны послов стран третьего мира. Слишком много среди них зависящих от финансов сети Сити. Да, это будет неплохой международный пиар, но по сути России взамен на виртуальную перемогу предлагается взять под силовую охрану ключевой проект альтернативы доллару. Опять же само по себе это может и неплохо, абстрактно в виде сферического коня в вакууме, но есть нюансы реальной политики.

Представим, что пролондонским левакам и в самом деле получится сильно ослабить федеральный центр США, с помощью угрозы вытеснения доллара из евроазиатского оборота перехватить контроль и над долларовым казино тоже, а через Уолл-стрит и над силовыми ресурсами США. В этом случае получим восстановленную монополию лондонского формально многовалютного казино, где единой мерой стоимости было бы «бумажное золото», оцениваемое Лондонской и Шанхайской биржами металлов. Тогда следующим естественным и неизбежным шагом опять станет попытка вытеснить Россию теперь уже из обновленного двуединого валютного казино.

Вероятность такого развития событий при перехвате управления опытными манипуляторами из Сити слишком велика – просто потому, что технологически и финансово сильным Китаю, Европе, как и Индии, координируемым Сити, выгодно держать внешнюю торговлю России под санкциями. А таким странам как Турция, Иран, восточным европейцам может быть выгодно быть посредниками – перепродавцами. Отчасти этот интерес уже работает, но на фоне высоких цен на ресурсы для Европы со скидками для БРИКС. А из крупных и сильных игроков только США со своими достаточными ресурсами заинтересованы держать высокие цены. Арабы и Австралия с Африкой тоже заинтересованы, но против общего интереса Китая, Европы и примкнувшей Индии без поддержки США им слабо.

Именно и только глобальная интрига, влияющая на выбор варианта переходной финансовой системы от долларовой к многополярной, определяет все значимые события. Описанный расклад объясняет, зачем лондонским нужен жесткий контроль над киевским режимом, и почему нужны провокации как наступление под Суджей, направленные на военную эскалацию и полный разрыв теневых связей между Кремлем и Белым домом. Объяснимы и антиамериканские медийные нарративы, бездумно повторяемые многими «полезными патриотами» и даже солидными политологами, соблазненными раскруткой в пролондонских информресурсах. Например, распространяемые оценки, что американцы в лице администрации Байдена якобы не способны обеспечить выполнение обязательств в рамках закулисных торгов с Москвой, Пекином, Тегераном. Или что будто бы Нетаньяху совсем отвязался от Белого дома и американцы больше не контролируют уровень эскалации на БВ. (Тогда зачем Бене нужно было в Нью-Йорк по делу срочно?)

Понятно желание лондонских всеми силами пролоббировать разрешение на удары дальнобойным оружием по России, однако это коллективный Байден повторяет вновь и вновь о неизменности американской позиции по ограничению рамок конфликта с НАТО, без втягивания США, а значит и старых европейцев. Опять же «правый», а на деле пацифистский разворот в Словакии, Австрии, Чехии, восточных землях ФРГ вряд ли обошелся без внешней поддержки, и вряд ли только от России. Ватикан имеет хорошие связи с католиком Байденом, как и со старыми элитами Центральной Европы.

Глобальная финансово-политическая игра складывается так, что России выгодно поддержать оба проекта – и сохранение ослабленного долларового казино, и альтернативу ему в дополнение, а не на замену. Тем самым исключить монополизацию и возможность контроля одной сетью банкстеров буферного «римленда» вокруг ресурсов «хартленда».

Продолжение следует

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/294969.html?newpost

14.09.2024 Зимний путь 20

Бесы, осаждающие человечество. Диптих Ад и Потоп. Оборотная сторона правой створки. Иероним Босх. Живопись, 1515. Музей Бойманса — ван Бёнингена, Роттердам

20. «Hush now, baby, baby, don't you cry…»

В коридорах отечественной психиатрии ходит неполиткорректная байка, будто бы проф. Снежневский как-то раз поделил женщин на четыре типа: дура, стерва, истеричка (она же шизофреничка) и просто ангел, хотя ни один из типов в чистом виде не встречается. На наш обывательский взгляд, можно лишь посочувствовать ученым психиатрам и их кругу общения из пациенток с разбалансированной психикой.

Однако такая же разбалансированность, преобладание одного типа психических функций и соответствующих ипостасей (комплексов) личности, присуща политическим элитам и особенно проявляется в периоды кризисов. Так что доля правды в шутке профессора может нам пригодится при описании и анализе поведения элит, диктуемого похожими, но только надличными бессознательными комплексами. Про киевскую «истеричку» у нас уже было в прошлый раз, теперь обсудим геополитическую «стерву».

Почему элиты преимущественно «южных» по психотипу наций и цивилизаций, как торгашеские США, Британия, Франция, Украина, точнее их национальные архетипы так похожи по реакциям именно на разбалансированные женские психотипы? Потому что так же доминирует внешняя эмоциональная коммуникация над другими функциональными комплексами. Женщины более склонны к преобладанию эмоциональной коммуникации и ее сетевой организации в силу известных ежемесячных особенностей физиологии и немного иного устройства мозга - равноправной коммуникации двух полушарий.

В международной политике тоже преобладание торгово-политической элиты с ее сетевой, а не иерархической коммуникацией влияет на характер власти (и проявляется в том числе в большей активности женщин-политиков как английские королевы или «первые леди» в США). Хотя внешнеполитическую стервозность под влиянием «женского» характера национального эгрегора проявляют и политики-мужчины. Тот же Боря Джонсон – вполне себе голубчик в плохом смысле. И таки да, «стервозный эгрегор» влияет на развитие новых поколений элиты в сторону гомосексуальности (путем подавления мужского начала и выращивания стервецов).

Несмотря на множество эмпирических обобщений в житейских афоризмах и анекдотах, научного или хотя бы философского определения стервозности по (сути) не было. Из житейских, так чтобы не матерных образцов, подкупает циничностью самоопределение: «Трудно убедить мужчину, что он не прав, когда он прав, но нужно постараться.» То есть речь о постоянном самоутверждении через манипулирование.

В случае стервозной нации нужно говорить о такой же непрерывной манипуляции доминирующей финансово-торговой элиты не только в отношении континентальных соседей, но собственной военно-политической элиты. Когда-то давно это было доминирование «партии королевы» над «партией короля», теперь скорее речь о «партии Сити» и «партии ВПК». Третейская «партия епископа», а ныне «партия спецслужб» всегда склонялась к банкирам-ювелирам, а не к бюджетным транжирам-воякам.

Само по себе манипулирование партнером не является признаком стервы, все леди делают это, и даже мужчины иногда умеют торговать и торговаться. В нормальной семье баланс сил и душевное равновесие часто зависит именно от умения женщин мягко манипулировать слишком напористыми мужчинами. И наоборот тоже бывает на пользу семье. Эта общая польза для семьи и для партнера как цель манипулирования и отличает от сугубо эгоистичной стервозности. Например, самый невинный образец стервозной манипуляции – уловками направить партнера в казино именно к столу игры в блэк-джек, где женская партия всегда гарантированно выигрывает у игроков, делающих крупные ставки. Польза для себя любимой в ущерб партнеру и его семье, иногда даже своей.

На уровне наций такая же стервозная игра может выглядеть как сталкивание между собой континентальных держав, причем с обеими есть тайные договора о взаимной помощи, например о поставке оружия или кредитовании производства оружия. Такая «женская партия в блэк-джек» еще выгоднее, особенно если кредитует оружием не сама, а банкиры, которых в случае чего тоже можно кинуть, как Англия обанкротила дом Барди. Или история с поспешным бегством английских вояк через Дюнкерк, сначала подставили под удар, а потом бросили союзников, не иначе как по тайному сговору с противником.

Впрочем, и французы не остались в долгу, коварно всей страной переметнувшись на другую сторону. Про британский замысел операции «Немыслимое» сразу после победного мая 1945-го тоже теперь известно – хотели столкнуть между собой двух других союзников – США и СССР. А до того проманипулировали польскими союзниками против советских союзников, спровоцировали Варшавское восстание. И так далее всю дорогу.

Вот и в третью глобальную перезагрузку лондонские манипуляторы успели еще до всякого СВО руками поляков и стокгольмских «арбитров» взорвать европейский газовый рынок, поживиться на перепродажах за счет вроде как союзников. Через контроль масс-медиа и политических партий втянули европейцев в санкционную поддержку Киева, заодно поживились на оружейном рынке. Как и поляков в 1944-м, легко подставили своих киевских как бы союзников из ВСУ под разгром, только чтобы ослабить влияние правых глобалистов из США. А сегодня так же незамысловато, как и в 1945-м, пытаются втянуть США в немыслимое для американцев прямое столкновение с Россией. Американцы даже одобрили, но потом догнали и добавили – давайте, союзнички, попробуйте поохотиться на медведя в его берлоге, но только без нас, а мы посмотрим.

Провокационная роль лондонской «стервы» за эти три года, если считать со взрыва газового рынка в августе 21-го, стала понятной для многих наблюдателей. Даже тот, кто раньше легко велся на антиамериканскую пропаганду пролондонских инфлюенсеров, сначала предполагает влияние Лондона, а потом уже возможную поддержку США этих провокаций. Доля правды здесь есть, поскольку проигравшее крыло правых глобалистов раскололось и его «демократическая часть», то есть клинтониты с соросятами вынуждены играть против «трампистов» и «обамитов-байденитов» вместе с лондонскими. Впрочем, именно этим «стервы» и отличаются от «истеричек», что всегда опирают неизбывную ложь своих обещаний или побуждений на достаточно прочной основе полуправды.

А еще на неплохом знании или просто психологическом чутье, этакой наизнанку вывернутой эмпатии. Стервозность, как и истеричность с дуростью – это проявления неумеренной, болезненной амбициозности, а она в свою очередь диктуется глубинными унаследованными страхами, они же коллективные неврозы. Как рыбак рыбака, так и невротик невротика чует издалека, они как бы притягиваются. И если нормальная эмпатия бессознательно подвигает нас иди навстречу позитивным мыслям и желаниям ближних, то вывернутая наизнанку невротическая антиэмпатия подталкивает к реализации темных желаний и подспудных страхов. И такая негативная связь ведет к разрушению обеих сторон невротического партнерства. Однако первым успевает сожрать душу наивно доверившегося партнера более развитая тварь, усвоившая и использующая в негодных целях не только символический капитал высокой культуры. А еще интуитивное знание невротических уязвимых мест – эмоциональных кнопок, на которые можно давить.

Именно этим стервы и отличаются от дур, что способны соблазнить, развратить, использовать в своих эгоистических целях и разрушить достаточно сильных партнеров с неплохим фундаментом аристократической культуры. Далеко можно не ходить, если вспомнить чем закончила высшая аристократия Российской империи, соблазненная новыми датскими и британскими родственниками и союзными им Ротшильдами. Впрочем, нужно признать, что лондонские или парижские партнеры действительно предлагали многие дельные вещи для переманивания Петербурга на свою сторону. Вообще «стервы» заслуживают внимания именно как серьезные бизнес-партнеры, если при этом строго контролировать личную дистанцию и не поддаваться соблазнам.

Нарастающее понимание стервозно провокационной роли лондонских элит, играющих как всегда против всех – и «союзников», и противников, пытаясь тайно всех продать и перепродать в закулисном политическом торге – заставляет задавать один и тот же вопрос – «Что делать?». Вопрос «Кто виноват?» уже не актуален, ответ известен. Кто-то предлагает вдарить по поганому острову ядреным оружием. Только вот от такого удара пострадает кто угодно, да – подручные, подчиненные, виновные, но только не сами манипуляторы и кукловоды, не головы финансовой олигархии. Стерва потому и живучая, что легко жертвует всеми – даже родственниками и детьми, она просто перекочует в другой узел своей финансовой паутины.

Это для военно-политической элиты или для третейской важны почва и кровь, контроль территории и судьба народа. А для космополитичной финансовой олигархии потеря одного из узлов сети, и без того загибающегося экономически – не критична. Для стервы критично контролировать сеть коммуникаций и разрушать любые попытки обманутых партнеров – номинальных союзников или противников выстраивать и контролировать свои сети коммуникации.

Причем такие обволакивающие сети стервы выстраивают всегда в партнерстве, в том числе и с номинальными противниками, сохраняя за собой ключи контроля от большой части сети. Сначала так выстраивались финансовые сети, потом сети разведок (например, тот же Абвер оказался в зависимости от англичан, и дело не в личности Канариса). В наше время на похожей основе лондонские помогают выстраивать внешнюю часть сетей масс-медиа, как РТ, популярных мессенджеров как Тик-ток или Телеграм. Такая взаимопомощь против политического доминирования США помогает Лондону сохранять ключевую роль в международной информационной среде.

Например, редакционная политика книгоиздательств, а значит и сети книжных магазинов, цифровых маркетплейсов – все еще находится под решающим влиянием лондонской рекламно-копирайтной олигополии. (Отсюда русофобское содержание учебников и многих типа исторических нон-фикшн и просто фейков не только в соседних странах, но и в самой России. И с этим пора что-то делать, но не разрушать международные сети, что просто невозможно и вредно, а оказывать давление на заклятых партнеров и так же постепенно перехватывать влияние. Это сделать быстрее, чем самим выстраивать сети в многополярном мире с огораживающимися полюсами).

Поскольку политика заклятых партнеров строится на сугубом фарисействе – вовлечение в свои сети на основе проповеди всего наилучшего или обещании пользы, то и рецепт противоядия давно известен – делайте, как они говорят, но не делайте, как они делают. Следование позитивной стороне повестки лучше всего разрушает теневую разрушительную часть западного влияния. Например, всерьез системно бороться с коррупцией, а не использовать антикоррупционную повестку в сугубо политических целях, как киевский или другие марионеточные режимы.

Противодействовать «стервам» необходимо, но нельзя зеркалить примитивно. Для примера – эпизод с якобы украинским беспилотником в Мурманской области, прилетевшем со стороны НАТО. Сетевые турбо-патриоты сразу же требуют в ответ вдарить по супостату. Только вот разве целью типично нагличанской провокации был реальный удар по аэродрому? Разве они не знали о надежном ПВО? Нет, это был эпизод не в горячей, а информационной войне, гибридной. И если отвечать тупо зеркально, например, направить свой ударный беспилотник в сторону баз НАТО, не говоря уже о реальном ударе, то это было бы соучастием в достижении целей провокации – сугубой эскалации между Россией и США в самый чувствительный период американских выборов. И тогда нынешний ситуативный альянс левых и правых глобалистов против американских национал-глобалистов («контролеров») имел бы больше шансов отодвинуть «коллективного Байден»а в теневом альянсе с «коллективным Трампом».

По-настоящему зеркальным ответом является не тактический, а стратегический. Британская стратегия в духе «разделяй и властвуй» всегда строилась на разрушении любых сильных и здоровых альянсов на континенте, постоянное сталкивание между собой всех конкурентов – Германии и Франции, Европы и России, России и США. Зеркальная стратегия заключается именно в поддержании такого же неустранимого раскола между англосаксонскими и в целом западными элитами. Сначала поддержать Лондон в его кознях против США и правых глобалистов, а потом наоборот. Делать ставку на самое слабое в элите США национально ориентированное крыло элиты, кто также заинтересован в поддержании раскола и постепенном снижении баланса сил двух самых опасных глобалистских крыльев финансовой олигархии. Однако для этого нужно, как минимум, не поддаваться на явные провокации и не усиливать тем самым позиции глобалистов в решающем раунде их борьбы против национальной бюрократии США.

Кстати, о коллективных страхах и неврозах, точнее об их проявлении в культуре и той самой глобальной коммуникационной среде. Отличие здоровой культуры с позитивной эмпатией от невротической – в том числе и в глубинной переработке негативных переживаний в позитивное жизнеутверждающее искусство. Как военные переживания русского общества в Отечественной и в Крымской войне преломились в светлые образы «Войны и мира». Ужасы гражданской войны и раскола общества вдруг порождают ностальгически теплую «Белую гвардию» и жизнеутверждающий пророческий булгаковский Роман. Здоровая часть британской культурной элиты – да, есть и такая, в чистом виде стервы не встречаются и на уровне наций, есть что-то и от ангела в Англии, иначе не могла бы соблазнять…

Так вот, и в Лондоне тоже случаются провидческие художественные прорывы в будущее, не хуже азимовских или чеховских (хотя до булгаковских далеко). Для внимательного и эмпатичного поклонника «Пинк Флойд» и особенно фильма «Стена» не укрылась глубинная невротическая основа сюжета, переживание травмы мировых войн, особенно первой. А как великолепно раскрыта в мультипликации стервозная сущность летающей твари, уносящей душу героя! Но мы сейчас не об этом, а о смутном дежа вю при просмотре нынешней новостной хроники с полей бывшей Украины. Где-то мы этот сюжет видели лет сорок тому назад, и тоже на экране телевизора.

В год выхода киноверсии «Стены» (1982) ее антивоенный сюжет выглядел только как отклик на ужасы двух мировых войн. Прикованный к экрану герой, наблюдающий мерзости позиционной окопной войны как бы в прямом эфире телемарафона – тогда воспринимались как своего рода гротеск, художественная гипербола. Однако, вот что тогда выглядело как сугубая фантазия – это превращение популярного шоумена-наркомана в неонацистского диктатора, дирижирующего политическими репрессиями и уличными расправами.

Однако сбылось это пророчество, невротическое желание еще и еще посмаковать пережитые страхи и страдания, но не в самой Британии, а как и положено «стерве», спроецировано на соблазненного «союзника». И отрабатывается этот сюжет на украинском полигоне, чтобы по возможности повторить этот невротический кайф в масштабах США. И вообще апокалиптический сюжет «Стены», сильно действовавший на подсознание не только англосферы, но всей мировой культуры, а теперь воплощенный в трагедии бывшей Украины – это самое что ни на есть надежное гуманитарное доказательство лондонского авторства этой трагедии.

Вернемся к одной из сквозных тем нашего аналитического обзора. Есть ли у нынешней британской элиты своя политическая теория, и на какой философской и мировоззренческой основе она может быть создана? Возможна ли вообще какая-то писаная идеология в политической системе, основанной на перманентной манипуляции и постоянном передергивании карт?

Идеологическая практика в европейском виде в Британии невозможна, поскольку «свобода слова». Только используется этот мощный символ сугубо по-фарисейски, тоже для манипуляции. Закрепленные в политических декларациях или тем более в указах главы государства идеологические нормы как основа бюрократической или партийной цензуры означают серьезное влияние как исполнительной ветви политического центра, так и третейской контролирующей ветви. А в Британии и в целом североатлантической цивилизации доминирует представительная ветвь, финансовая олигархия, которой такое усиление иерархических ветвей просто опасно – могут и объединиться для потрошения раздувшейся мошны банкстеров.

Поэтому редакционная политика масс-медиа, издательств, а теперь и соцсетей основана не на идеологии, а на постоянной тренировке идейного послушания в духе Оруэлла. Сегодня политическая повестка масс-медиа для манипулирования элитами и плебсом одна, завтра с утра она может быть диаметрально противоположной, и нужно невозмутимо на голубом глазу продолжать врать и подличать, но теперь против Остазии, а не союзной Евразии, ну или наоборот.

Соответственно, философской основой для такой идеологической машины может быть только антисистемный «нигилизм», придуманный учеными масонами на заре имперской эпохи Британии. Нет никакого Бога, а значит нет и иерархии ангелов, а есть всеобъемлющее Ничто, порождающее иллюзорное сиюминутное существование личности. В такой морально релятивистской системе мировоззренческих координат центром, пупом Вселенной оказывается сам наблюдатель, его драгоценное Эго. Отсюда полшага до этического постулата: «Люби себя, чихай на всех, и в жизни ждет тебя успех!», ну или в переводе на русский литературный – «Если Бога нет, то все позволено».

Предтечей и вдохновителем нынешнего поколения англосаксонских контрэлит был, естественно, сам Оруэлл. А вот с политической теорией тоже проблема – она не может быть явной, постоянной, писаной, иначе иерархические крылья элит могут перехватить политическое управление, осуществляемое олигархией посредством гибридных информвойн. (А соблазн такого перехвата велик из-за доли богатства, контролируемого олигархией.) По этой же причине не может быть идеологического и политического лидера (хотя бы «такого как Путин», как бы ни было завидно). Любые ситуативно используемые банкстерами мурзилки-пародии на Путина, как Макрон или Милей, должны быть идеологически стерильными, бесплодными.

Собственно поэтому никакого иного «лидера» и «спасителя», способного по коллективному политическому заказу финансовой олигархии, контролировать ключевую информационную сферу, нет и не может быть, кроме обезличенного Искусственного Интеллекта. Только такой фейковый «субъект» в наши последние времена может удовлетворить всем признакам чаемого «пришествия антихриста». Это не человек, у него тоже нет имени и воплощения, как и у Творческого духа Истории, но ему можно поклоняться и верить в спасительное всемогущество.

Ну да ладно, лучше снизим пафос до разбора еще одной комедии-предсказания. Если общий сюжет киевского политического трагифарса продиктован решающим влиянием лондонской олигархии и английских культурных неврозов, это не отрицает, а наоборот предполагает какую-то местную культурно-невротическую основу и опору для такой апокалиптической постановки. Причем вряд ли невротичные, но сугубо провинциальные местные режиссеры замахивались на Вильяма, пардон, на Роджера нашего Уотерса. И все же – нет ли среди относительных шедевров украинской сугубо комедийной культуры чего-то близко похожего?

Оказывается есть такой фильм-пророчество про киевского интеллигента, вдруг волею случая ставшего самым авторитетным бугром на районе. Называется «Профессор в законе» (2006), а сценаристами и продюсерами были руководители «Студии Квартал-95», то есть команда Зеленского. Вряд ли они тогда даже задумывались о политической карьере, но невротические интеллигентские мрии о хотя бы моральном реванше над такими подавляющими авторитетами как Беня Коломойский уже лелеяли. И если для этого нужно продать душу внешним темным силам, то главное – не задешево, по местным киевским меркам. Там в общем-то пяти миллиардов баксов хватило на закупку оптом.

Что характерно, скромный киевский интеллигент с единственной яркой краской «граммар-наци», превращается в жесткого авторитета на районе после случайно вроде бы ночной встречи с обыкновенной придорожной шалавой (ровно как и в сюжете «Стены» герой привозит ее к себе домой). Эта, пардон, шлюха, обрисованная сценаристами в самых мягких комплиментарных тонах, быстро оценивает обстановку старого, но крепкого еще особняка. И сразу же, как и положено нстоящее стерве, начинает использовать героя в своих целях, втягивает в разборки с относительно мелким криминалом, но самое главное – создает вокруг героя замкнутое на нее информационное поле для повышения внешнего статуса до криминального авторитета. По ходу дела как бы случайно убираются конкуренты и так далее. Тема кокаинового угара и как бы невольного соучастия в убийствах тоже обозначена, хотя и максимально притушена в соответствии с комедийным жанром.

Так что делаем вывод, лондонская столичная «стерва» и киевская провинциальная «истеричка» нашли друг друга не случайно, а просто давно мечтали о таком партнере для воплощения своих невротических грез. Одним была нужна мазохистская жертва, другим – ушлая «мамочка» с хлыстом, способная привести даже захудалую клячу на пьедестал путем манипуляций в кулуарах европейского «ипподрома». Ну да, в реальной гонке кляча «не шмогла», но в манипулируемом западном информполе – она ого-го как хороша.

Продолжение следует

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/294638.html?newpost

07.09.2024 Зимний путь 19

Блудный сын. Фрагмент. Иероним Босх. Живопись, 1500-е. Музей Бойманса — ван Бёнингена, Роттердам

19. «Настроенье у тебя истерическое…»

После разоблачения «путинизма» как политической теории хитроплановой многополярной конвергенции попробуем оценить наличие и практичность политической теории у противоположной стороны, для начала – у киевского режима и тамошней типа элиты. (Спорный вопрос о кавычках для этой «элиты» как раз такой оценкой и разрешится, а пока что неопределенный артикль.)

Начнем с лежащего на поверхности – наличия универсальной идеологии для внешнеполитической упаковки вероятной «политической теории». Вроде бы должен быть сугубый либерализьм в случае трегубой проамериканской евроориентации на Лондон. Однако на практике евроориентированные громадяне тотально разбежались из страны, а удерживать власть методами военного положения получается только с опорой на практики, освященные национал-социалистической идеологии и традициями Ваффен СС «Галичина».

Это если не считать пережитков развитого социализма в практике народного хозяйства, позволяющих с горем пополам выживать даже при разрушенном и разграбленном за тридцать лет советском наследстве. Да и как внешняя опора Киева европейские социалисты, традиционно работающие в пользу Сити, дают фору либералам. Не говоря уже о консерваторах, привычных все же к работе со стабильными конфессиями в своих странах, а не хаосу церковных чересполосицы и рейдерства. Так что с универсальной идеологией как условия успеха политической теории с самого начала как-то не задалось, приходится постоянно мимикрировать и вилять, поворачиваться то одним, то другим боком к разным западным партнерам.

Впрочем, политическая практика самих западных партнеров сейчас такова, что мозаичная шизофрения украинского политикума еще со времен «оранжада» выглядит именно как полигон отработки либерально-тоталитарных методов управления в период острой фазы мирового кризиса. Западной финансовой олигархии, она же дипстейт, для своего выживания в постоянно оттягиваемой, но неизбежной острой фазе мирового кризиса нужно было отработать политические, социальные, информационные, психотехнические и даже просто биохимические технологии контроля социума, который предстоит резать по живому. Для чего общество должно быть шизофренически расколото на максимальное число враждующих между собой фрагментов. Массовая инокультурная миграция, также состоящая из враждующих этнокриминальных групп тоже годится. Только для Б/У завоз импортного криминала в довесок постсоветскому идет теперь в формате оргнабора наемников.

Так что универсальная идеология стадии системного кризиса однополярного финансиализма все же имеется в виде тотального мизантропического ультралиберализма, ключевой «ценностью» которого является «толерантность», она же «отмена культуры». Для краткости можно эту тоталитарную идеологию и практику назвать «толерантаризм». Вопрос только насколько успешной является политическая теория и практика на основе такого извращенного до полной противоположности «либерализма»?

Будет ли «толерантаризм» успешным хотя бы для хозяев дискурса, продвигающих его внедрение за счет самих подопытных? Поскольку актуальной задачей является постмодернистская деконструкция культуры, государства, традиций, базового хозяйственного уклада зависимых территорий – то для обезумевших от страха за свой статус «хозяев жизни» это может считаться типа успехом. Однако для подконтрольных типа элит самих зависимых территорий конкретным успехом может быть только индивидуальная евроинтеграция – вовремя сбежать и вывезти свою малую долю награбленного. Только ведь и там нужно еще выжить, не как Березовский, и доказать следствию, что не верблюд, не как Коломойский или Павло Лазаренко.

Для лучшего объяснения, как либерализм переродился в тоталитарное сектантство, используем параллель из медицины, точнее – из онкологии. Медицинский термин «толерантность» имеет вполне определенный смысл, синоним иммунодефицита. Отмена иммунитета в организме человека – это как отмена культуры в общественном организме.

Дефектные клетки постоянно случаются в любом живом организме, в том числе переродившиеся из-за мутации, но чаще просто утратившие функциональность или сбоящие, выполняющие не ту функцию, которая требуется всем соседям в данном органе или ткани. Здоровый бодрый организм с хорошим унаследованным иммунитетом (культурой) по тревожным сигналам от пострадавших соседних клеток высылает наряд лимфоцитов, изолирующих и обезвреживающих чужеродные или переродившиеся ячейки общества, пардон, клетки организма.

Однако, большинство дисфункциональных клеток внешне выглядят как свои, да и внутренне во многом похожи, просто стали паразитами из-за переизбытка материальных (но не духовных, культурных) благ в организме. Если жратвы хватает и на нормальные клетки, и на паразитирующие, то сигналов от соседей в иммунную систему не поступает. Да и сама иммунная система из-за простоя может разлениться и отчасти переродиться. Хотя понятно, что все это до поры и времени, пока паразитирующие клетки, не занятые необходимой организму работой, не размножатся и разбухнут до состояния опухоли. Тут-то всему организму становится плохо, но зачастую бывает, что своего иммунитета на борьбу с такой оравой клеток-паразитов уже не хватает.

Тогда приходится звать доктора и проводить жесткую терапию (спецоперацию). По сути, химиотерапия или радиотерапия – это последний шанс взбодрить собственный иммунитет и при этом дать шанс здоровым клеткам в конкуренции за ресурсы. При резком ухудшении внутренних условий шанс здоровых клеток, встроенных в прямые, обратные и третейские(иммунные) связи жизнеобеспечивающего обмена веществ, в целом выше, чем у паразитарных клеток, выпавших из здорового контура.

Тут, кстати будет о смертельной угрозе ослабления именно иммунной системы, в том числе из-за ленивого перерождения ее распознающей опасности части, то есть из-за излишней толерантности. В наглядном примере с онкологией, если переключить оптику с клеточного на социальный уровень, бывает так, что измученные бюрократическими «реформами» врачи устают возиться с пациентом, у которого симптомы или плохие анализы – то они есть, то в следующий раз вроде бы нет. Это как раз может быть случай, когда напуганный организм после перехода на постную диету и санаторный режим повысил свой иммунитет и начал справляться с паразитными клетками сам. В норме врач в такой ситуации предлагает сделать перерыв в лечении и прийти через месяц-другой.

Однако, часто под давлением еще более напуганной семьи, пациент от такой неопределенности бытия сам впадает в панику, бежит перепроверять анализы в частную контору, которой в общем-то выгодно ошибиться в худшую сторону (в отличие от государственной клиники с постоянным потоком пациентов и финансирования из ФОМС). И тут уже настает черед уставшим врачам государственной клиники впасть в тревогу, потому как, кто его знает, может пациент просто паникует, а может его семья собирается в порядке истерики судиться, затаскают главврача по инстанциям и судам. Тогда есть безопасный вариант избежать лишних проблем – предложить такому, по сути выздоравливающему, но беспокойному пациенту добровольно согласиться на жесткую химиотерапию и подписать согласие, что предупрежден о последствиях. Даже если умрет не от болезни, а от лечения – диагноз рака уже оправдывает врача и клинику.

Это не для наезда на нашу в целом нормальную медицину, не без грехов и многих недостатков, но в целом выздоравливающую от позднесоветского упадка и ельцинского лихолетья. Просто к слову пришлось, а если кто-то или родственники в схожей ситуации полной неопределенности, то возможно, поможет принять верное решение. Да, если пациент в упадке сил, санатории, диеты и травники не помогли взбодрить, тогда скорее – нужна жесткая терапия как последний шанс. Однако если, несмотря на стресс диагноза и лечения, пациент восстанавливает бодрость, сам хочет на работу, а не на операцию, и тем более если врачи не особо настаивают, а полностью перекладывают решение на семью, то есть и другие давно проверенные способы взбодрить организм, создать внутренние условия, неблагоприятные для паразитов, а потому более выгодные здоровым клеткам. Причем для взбадривания иммунитета как раз необходимо сделать здоровым клеткам больно.

Самый известный и понятный из таких способов – это строгая диета или, если по старинке – регулярный пост, а то и лечебное голодание. Перемена образ жизни, резкое увеличение физических нагрузок на свежем воздухе, если не готовы ограничивать себя в пище, а лучше – и то, и другое. Когда в прежние времена купцы и купчихи, вдруг от сытой жизни впавшие в хандру и недомогания, отправлялись по совету батюшки на богомолье – именно это сочетание дальней дороги, лучше хотя бы отчасти пешей, постной пищи, холодной купели и молитвенной медитации приводило иммунитет и обмен веществ в порядок. Хотя вполне понятен скепсис современных буржуа, посещающих «святые места» в туристическом режиме на люксовом авто и запивающих «святой водой» обильный «постный» ужин.

Так вот, возвращаясь к нашим стриженым баранам, что пошли по шерсть. Есть похожие наблюдения о судьбах колониальных типа элит и в политико-философской классике. Хотя убей не помню, у кого из больших философов (может, Макиавелли?) читал такого рода рекомендации по имперскому управлению захваченными территориями. Если местную пока еще элиту сделать сугубо церемониальной, только для пиару, давать ей денег на статусное потребление, не требуя с нее сложной управленческой работы, то уже в следующем поколении такая типа элита начнет вырождаться и больше не будет представлять никакой опасности для колонизаторов. Будет просто занимать свято место и паразитировать на символическом капитале традиций, который в ином случае могли бы использовать антиколониальные контрэлиты.

Разумеется, киевские типа элитарии не преминут и это философское наблюдение обернуть в упрек клятым москалям. Мол, коварный Сталин нарочно лелеял национально ушибленные свидомые кадры, занимая их проблемами вышиванок и паляницы, а русским специалистам и вузам ставил сложные задачи развития интеллектуального потенциала. А потом и Путин нарочно не сразу и не до конца оторвал киевские типа элиты от газового сосца, чтобы они окончательно разложились и не были способны ни на что серьезное.

Однако, если серьезно, то этот метод разложения колониальной и неоколониальной верхушки аборигенов до совершенства отточен как раз финансово-торговой олигархией англо-саксонских стран. Пять миллиардов баксов, скормленных киевским типа элитам за не самую сложную работу клясть во всем москалей и натягивать вышиванки на глобус Украины – были именно для этого, чтобы воспитать толерантность и отмену современной культуры - для выкачивания из страны на порядки больше колониальных налогов. Такое нарушение «обмена веществ» в общественном организме – как втягивание наследника неплохого хозяйства в наркоманию (если столичная элита – это мозг страны), чтобы потом за доступ к наркотику скупить все по дешевке. А где наркомания, там и падение иммунитета до полной толерантности, и паразитное перерождение тканей организма.

Опять же аналогия с онкологией имеет место и в вопросе, что дальше делать с этой территорией и не то что нездоровым, токсичным общественным организмом. Кто-то предлагает жесткую терапию огнестрельной «химией», вплоть до ядреной терапии, если не поможет. Однако, на мой циничный взгляд информированного гуманиста, вполне достаточно обойтись лечебным голоданием и интенсивной трудотерапией в режиме санитарной зоны между Россией и Европой. Молитвенная медитация и холодные купанию тоже приветствуются. А вот если и это не поможет вернуть пациента к норме, тогда уже дальше по жесткой программе.

И еще один важный момент, вытекающий из аналогии страны или цивилизации с организмом. Когда в киевских и общих украинских бедах винят то галичан, то евреев, то южнорусских хатаскрайников или наоборот нациков – это неверная отсылка к этносу или субэтносу как источнику зла. Да, галичане – специфичный субэтнос, но в своем месте обитания, со своей культурой и традициями они выполняют определенную культурно-историческую роль, похожую на соединительную ткань между русской и европейской частями большого организма. А вот нарушение развития из-за травмы, когда клетки соединительной ткани прорастают и заполняют мозг вместо нервных – это да, проблема, возможно фатальная для мозга.

Все мы – и отдельные люди, и субэтносы с этносами, и сословия как медики или военные имеем множество недостатков как продолжение достоинств и наоборот. Важно, какой стороной мы поворачиваемся к соседям и миру – доброй или наоборот. Не важно, сохранится Украина как нация и государство, а Киев как столица, или будет несколько государственных образований на этой территории – в любом случае сохранится или возродится сложная культурная мозаика, выполняющая свою историческую функцию соединения, а не разъединения цивилизаций. Но для этого будущего возрождения и разворота к соседям своими лучшими сторонами крайне необходима специальная терапия, желательно максимально гуманными, но достаточно жесткими методами. Иначе никак.

Продолжение следует

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/294144.html

28.08.2024 Зимний путь 18

Воз сена. Центральная часть триптиха. Иероним Босх. Живопись, 1515. Национальный музей Прадо, Мадрид

18. «Снятся людям иногда…»

Продолжим про теории – политические, политологические, социологические… Для большинства обывателей, даже шибко остепененных нет особой разницы – все едино: идеологическая дисциплина, философская или научная, эмпирическая или фундаментальная. Бери, что дают, и пользуйся как инструментом в повседневной внутривидовой борьбе за статусы. Нас мало, счастливцев праздных – в смысле философски настроенных наблюдателей за социальной и политической суетой, кому интересно различать не самые толстые грани между теориями разного уровня и разных сфер применения. Собственно, именно сферой применения они и отличаются - все эти родственные, но принципиально разные теории.

Впрочем, признаем, что все теории про политику вырастают не только из политической или смежной практики, но почти всегда компилируются и адаптируются из предшествующих политических и смежных теорий постольку, поскольку они были востребованы в актуальной практике. При этом политические теории, востребованные и, как следствие, сформированные в политической практике преодоления системных кризисов, всегда оказываются в центре развития очередного поколения разного рода теорий о политике.

Например, политическая практика «либерального чекизма», разрулившая системный кризис постсоветского «карго-либерализма», породила популярную политическую теорию, широко известную под именем «хитрый план Путина». Термин «путинизм» не подошел по ряду причин, включая общее разочарование в любых «измах». Но также и по причине невозможности приклеить предшествующий «изм» популярной политической философии, как «ленинизм» приклеен к марксизму. Тем не менее, такого рода популярная политфилософская теория «многополярного мира» имела место в лице маститого академика-практика Е.М. Примакова, в свою очередь опиравшуюся на популярную позднесоветскую «теорию конвергенции», приписанную академику Сахарову, но рожденную в политической практике закулисных договорняков между советской и западными элитами. И хотя Сахарова с его теорией формально дезавуировали, сослав в Горький, но только для того, чтобы все лавры от политики разрядки и теории мирного сосуществования систем мог собрать лично Брежнев.

Можно еще добавить, что главным бенефициаром политики разрядки между двумя полюсами были финансовые институты Лондон-Сити, в глобальную сеть которых неформально входил Московский народный банк и вся сеть советских загранбанков и загранпредставительств внешнеторговых объединений. Включая Бейрут и окрестности, где нагуливал политический вес товарищ Примаков. Практическим следствием влияния «теории конвергенции» и фактического отказа двух главных полюсов от попыток друг друга подмять и победить стало формирование будущего «третьего полюса» на базе альянса банкстеров Сити и южнокитайской олигархии КПК.

Кстати, афганская авантюра в виде так называемой «Апрельской революции» 1978 года (военного переворота под красными коммунистическими флагами) – тоже дело рук лондонских партнеров посткоминтерновской части верхушки КПСС. Партаппарату тоже хотелось ездить в загранкомандировки с зарплатами в валюте. Другое дело, что правые двухполярные глобалисты в элитах США и СССР, озабоченные усилением лондонского оргкомитета «третьего полюса», совместно использовали эту авантюру для контрпереворота в элите и попыток закрутить гайки внутри своих «полюсов». Однако участие Китая в поддержке афганских моджахедов сохранило возможности для подготовки соглашений о судьбе Гонконга и формирования торговых и финансовых потоков, обеспечивших политическую победу финансистов над милитаристами на рубеже 1990-х, как в СССР, так и в США.

Можно увидеть определенные параллели между революционным кризисом 1917 года и реставрационным кризисом 1991 года, когда происходила смена конструкции исполнительной вертикали. Поскольку политические теории вырастают из предкризисной политической практики, есть и параллели в этой части. Во-первых, успешная политическая теория должна быть емкой и гибкой, чтобы удовлетворить чаяния и даже мечтания самых разных групп контрэлиты и перетекающих в контрэлиту частей старой элиты. Однако главное – такая революционная (или реставрационная) теория должна обосновывать выработанные политические практики контрэлиты (или элиты, перехватившей повестку у контрэлиты).

Еще важнейшее качество успешной политической теории – универсальность, применимость для разных уровней практики элит и контрэлит – глобального, цивилизационного (имперского или союзного), национального. Если вы вынуждены всерьез реконструировать большое здание, заменять прогнившие перекрытия и иные скрепы, то это потребует некоторой внешней опоры, как минимум, строительных лесов, но возможно и внешних конкорсов или временных стяжек. В случае реконструкции (с реставрацией или без) политической системы и исполнительной вертикали также нужна временная внешняя опора, в качестве которой выступает контрэлита и связанная с нею часть элит других цивилизаций и наций, находящихся в более стабильной фазе своего развития.

Например, именно по этой внешнеполитической причине российские эсеры, более успешные в части выстраивания внутренней политической опоры, не смогли получить внешнюю поддержку и хотя бы обозначить современный, модернизационный вектор развития. Никакой глобальной универсальности в идее «черного передела» и тем более в опоре на консервативное крестьянство не могло быть. Поэтому большевики так легко смогли перехватить и внутриполитические лозунги, и саму опору, опираясь на более мощную внешнюю вооруженную опору.

Внешняя контрэлитная опора тоже может быть альтернативной. Скажем, до первой мировой войны ведущей универсальной политической теорией был масонский либерализм с его социал-демократическим ответвлением, а не радикальный социализм. Сугубо умозрительно возможно, что в относительно мирное время реконструкция вертикали в царской России прошла бы по британским лекалам с превращением страны в конгломерат зависимых наций полуколониальной периферии. Не появилось бы более радикальной контрэлиты, выросшей из ветеранов проигранной по факту всеми континентальными державами войны и промышленного пролетариата сформированного и выросшего ВПК.

Именно наличием принципиально непримиримых контрэлит – либеральной и социалистической с разными внешними опорами объясняется и двойная революция 1917 года и долгая гражданская война в России, определившая выбор дальнейшего из двух, нет – трех революционных путей. Все дело в том, что универсальная политическая философия социализма, обосновавшая политическую практику и политические теории, может иметь самые разные интерпретации – от социал-либеральных (европейские соцдемы) до радикального троцкизма и социал-консервативного сталинизма. Ленинизм как политическая теория потому и был успешен, что сочетал в себе троцкизм (внешнюю опору на ожидаемую мировую революцию, а потом попытки экспорта революции) и будущий сталинизм с кооптированным эсеровским народничеством (внутреннюю опору на союз милитаризованной промышленности с вооруженным крестьянством). При этом поражение Германии в войне и последующая демилитаризация создали мощную внешнюю опору именно для милитаристского крыла будущих сталинистов.

Так что французский социализм и универсальный троцкизм как его развитие имеет существенную практическую разницу с русским социализмом. И те, и другие вроде бы ратуют за общественное (государственное) владение производящим капиталом, а равно социальной инфраструктурой (в отличие от соцдемов, готовых обобществлять только существенную долю прибыли от капитала через прогрессивные и рентные налоги). Однако ключевой вопрос – в способе кооптации и организации собственно политической элиты, являющейся по факту коллективным владельцем обобществленного капитала.)

Французский социализм (как и южнокитайский, кампучийский или тот же израильский) предполагает верховенство потомственной бюрократии, жреческой касты над государством. Русский социализм (как и северокитайский или восточногерманский), опять же по факту, является развитием на новом витке истории изначальной Русской идеи, когда коллективным владельцем государственных активов и прав взимания дани с частного капитала является военно-политическая аристократия, в которой кооптация и отбор зависит только от сильного волевого политического центра для решения военно-стратегических задач. А это предполагает не только учет влияния заслуженных политических кланов, но и морально-нравственные критерии, а равно открытость для кооптации и карьерного роста духовно близких союзников независимо от родства.

Поэтому не удивительно, что опорой и активом троцкистов были национал-коммунисты из правобережной Украины, Грузии, польских и еврейских общин. Национализм как политическая даже не философия, а бессознательная психологическая установка как раз и является основой бюрократического господства потомственных бюрократических (и контрабандистских) кланов. В то же время опорой сталинизма помимо развитых промышленных регионов стали автономные республики с давними военно-феодальными традициями как Башкирия, Бурятия, Тува, среднеазиатские родовые элиты (хотя и после затяжных гражданских войн).

Фактическое внутриполитическое устройство СССР также отражало этот альянс двух радикальных, но разных по духу и смыслу крыльев советской элиты. Часть союзной элиты оказалась организована в военно-промышленную вертикаль союзных ведомств, подмявших под себя регионы РСФСР и часть городов Белоруссии, Восточной Украины и Северного Казахстана. Национальные республики (но не автономии РСФСР, включая среднеазиатские) поначалу оказались под троцкистами. Лидерская роль Сталина заключалась вовсе не в том, что он был более близок по духу военным и промышленным элитам, а как раз наоборот – в том, что был компромиссной фигурой, своим и для тех, и для других. А поскольку практика мирного хозяйствования национальных республик требовала отказа от троцкистского радикализма с его теорией перманентной революции, то национал-бюрократическую коалицию удалось расколоть, радикалов отсечь. Даже ввел такой термин «правильный троцкист» для желающих брать пример с тов. Дзержинского, перековавшегося из радикалов в крепкого хозяйственника.

Напомню, что наш дедуктивный метод анализа основан на фундаментальном обобщении: любой социальный процесс, он же коллективный субъект представляет собой четырехмерный фрактал, в каждом узле и на каждом уровне которого повторяется структура из трех коммуникативных крыльев и соединяющего их с процессом уровнем выше политического центра. Так вот из этих общих соображений вытекает не только необходимость лидера, тесно связанного со всеми тремя ветвями элиты или контрэлиты. (В частности, согласно этой общей модели успех лидерства Сталина подтверждает популярную гипотезу, что его бакинские связи с финансовым крылом глобальной контрэлиты в лице Ротшильдов вполне могли быть обусловлены тайным заданием потомственного военного разведчика.)

В любом случае, одной лишь опоры на военно-промышленную ветвь элит в рамках предвоенной индустриализации было недостаточно для управления кризисом и замены троцкистских фигур в доминирующей третейской ветви большевистской элиты. Нужна была и вторая опора в лице ранее проигравшего либерального крыла контрэлит, тесно связанного с неизменным внешним лондонским центром в Сити. До поры это крыло было ведомой частью национал-коммунистов («правильными троцкистами»). Однако при поддержке Сталина и его личной спецслужбы закавказские и восточно-украинские национал-коммунисты, объединенные вокруг ядра последователей революционной «бакинской группы» интернационалистов, смогли победить в ожесточенной внутривидовой схватке с «неправильными» троцкистами, ориентированными не на Сити, а на Уолл-стрит. А иначе неминуемо зачистили бы их самих.

Однако вернемся от практики к политической теории. Понятно, что первоначальный ленинизм как политическая теория во многом исчерпал себя с окончанием гражданской войны и провалом попыток экспорта революции. Теория построения социализма в отдельной стране, к тому же аграрно-промышленной с отсталыми окраинами ничего общего не имела с классическим марксизмом, как и мало общего с революционным ленинизмом. Помимо фундаментальной социализации производящего капитала, разве что еще в части лозунга военной защиты социалистического отечества, означающего авторитарное усиление государства, якобы на пути к его полному отмиранию. Однако именно эта часть ленинизма, взятая на вооружение сталинистами, означала полную отмену всей классики марксизма. Прежде всего потому, что фатальные противоречия первичного капитализма получили свое «многополярное» разрешение, для начала в практике широкого экономического сотрудничества СССР и США в 1930-е годы, когда советский Госплан стал вдруг фактором политического выживания для элит ведущей западной экономики. (Похожее повторение было в кризис рубежа 1960-70-х.)

Эту тему аполитично циничного ретроспективного анализа политической практики и развития политической теории в СССР можно продолжать и продолжать. Однако, нам этот экскурс нужен для сравнительного анализа политической практики и теорий в современных России и мире. Как мы уже заметили, либеральный политический переворот, несостоятельный в военном 1917 году, сбылся-таки в пацифистском 1991-м со всеми прилагаемыми проблемами периода реставрации – полной внешней зависимостью, полураспадом страны и государства, финансовыми спекуляциями и технологической деградацией. Кризис политической практики социализма был связан именно с застоем и загниванием военно-промышленной элиты. Дети и внуки генералов от ВПК мечтали поехать в европы не на танках, а в валютные командировки на мерседесах.

Знаковым событием пацифистской перестройки стала катастрофа в Чернобыле как следствие общей атмосферы и кризиса качества управления в ядре ВПК – атомной промышленности. Напомню, что именно ЧАЭС была смелым экспериментом валютного подразделения атомной корпорации «Техноснаба», где для всего руководства важнее было не качество, а ведомственные интриги вокруг валютных командировок. Со своей стороны лондонская внешняя опора максимально содействовала либерализации позднесоветских элит. Параллель с либеральным разложением позднеимперской высшей военно-феодальной элиты с вовлечением в парижские финансовые спекуляции более чем выпуклая. Разница лишь в масштабах имперского и советского ВПК и укорененности его традиций в широких массах, что сыграло свою роль в фазе консолидации после всех тягот и мытарств реставрации.

Впрочем, и после гражданской войны очищенная от западного либерализма военно-промышленная вертикаль социализма, да, казарменного – смогла победить троцкистскую версию рабовладельческого по сути «социализма», приватизации имперского наследия политическими кланами по частям – с мечтой о мировой революции, которая закрепила бы такую клановую «национализацию» всемирным союзом этакого местечкового «авангарда пролетариата». В фазе реставрации национал-коммунисты из наследников «правильных троцкистов» стали верными союзниками либералов, как могли помогали бороться против имперского духа коренной России. Хотя и в этот раз неизбывные местечковость и хуторянство проиграли раунд либеральному глобализму, разменяли неотроцкистскую мечту на небольшой валютный паек от новых либеральных хозяев. Ну, видимо, такова их судьба и роль сугубых разрушителей ненавистной имперской городской культуры, мешающей «панувать у своей сторонци» на деньги и в пользу интернационала арендаторов «этой страны».

Сложно не увидеть параллель постимперской и постсоветской политической практики и теории, основанной на попытке встроиться в глобалистские проекты путем разграбления и принесения ресурсов большой страны на «алтарь революции», неважно – левой, правой, красной, голубой, черной или зеленой, лишь бы заграница помогла панам атаманам с попандопулами подольше попанувать да побольше нацарювать. А еще потешить себя фальшивым «равенством» в виде титулов «ваше превосходительство» на посланиях с жесткими инструкциями из вашингтонского ЦК, лондонского или брюссельского обкома по порядку вывоза ценностей и вывода денег.

Лозунг «мировой революции», неважно социальной или либеральной, он же классика «Заграница нам поможет» - одинаков и для революционной, и для реставрационной стадии, и для всех трех крыльев элиты, участвующих в разрушении прежнего порядка. Только адреса «заграницы» разные – у одних Лондон, у других Уолл-стрит, у третьих – тоже постреволюционный Берлин или иной центр «консервативной революции». Схожим образом после 1917-го и после 1991-го протекают фазы внутривидового противостояния революционеров или реставраторов между собой, горячей или гибридной гражданских войн, завершившихся подавлением мятежей и провалом ожиданий «мировых революций». Вынужденная передача власти от пламенных ораторов идеологически близким прагматикам, опирающимся на спецслужбы, для стабилизации режима в условиях враждебного окружения, вовсе не желающего кооптировать «элиту» на равных, а скорее – наоборот, отнять и власть, и награбленное при переходе западной границы. Так что бессмертный образ Остапа Бендера, мастерски обрисованный анонимным соавтором Ильфа и Петрова, остается актуальным и по сей день. Дуров не даст соврать.

Политическое развитие всегда идет волнами и галсами, всегда через альянс двух крыльев элиты против третьего, но при противоречиях между ними такой альянс может переформатироваться, а затем и смениться. После провала надежд на «заграницу» поэтапно вызревает «консервативная» идея строительства социализма, ну или как сейчас либерализма «в отдельно взятой стране». Неизбежны попытки радикальных адептов глобализма («красного» или «голубого») перехватить власть, вернуть «союз республик свободных» на революционный по идеологии и компрадорский по сути путь. Разница лишь в том, что в 1927 и 1934 троцкисты имели намного больше свободы действий в обеих столицах России, чем неотроцкисты в 2004 и 2014-м, когда смогли подмять только Киев. Однако и в 1930-х троцкисты плотно контролировали бывшую УССР, активно лоббировали размещение военных производств и перевооружение военных округов в западных регионах. И неизвестно, в какую сторону могло быть развернуто это оружие без сталинских чисток в армии и партии. Англо-французские планы атаки на СССР со стороны Финляндии, Польши и Закавказья готовились с учетом внутриполитического раскола так же, как и планы эскалации в 2022 году.

Следует все же оговориться, что все эти разрушительные и восстановительные фазы развития больших политических процессов были объективно неизбежны. Все политические силы и в 1917-м, и в 1991-м понимали необходимость реконструкции властной вертикали и допускали обновление высшего политического руководства относительно мирным путем. Однако, глубокий раскол и идейная чересполосица в многоэтничной державе, пусть даже временно лишенной политической вертикали и духовных скреп, не могли не создать поле для конкуренции соперничающих центров власти в столице и на местах, разгула политического бандитизма. Роль личности во главе прежнего режима в таких кризисах сводится к тому, что внутренне расколотая политическая верхушка именно такого мягкого и продавливаемого с разных сторон лидера выбирает для сохранения своего контроля над политическими вотчинами.

Однако нужно сказать и о существенном факторе устойчивости общественного устройства в России, в чем-то похожем, а в чем-то противоположном главному фактору устойчивости в США, который там называют «deep state». Парадоксально, но сохранение в основном и целом общественного строя связано с относительной слабостью, а не доминированием национальной бюрократии, то есть государства как механизма управления, исполнительной вертикали. И в США, и в России исторически доминировала и доминирует не иерархия (военная или бюрократическая), а сетевая организация ведущего крыла элиты. Только в США – это финансовая олигархия, которую там боятся называть прямо и довольно льстиво определяют как «глубинное государство», то есть настоящую, а не фасадную власть.

А в России «глубинная» сетевая структура – не «южная», а «северная», способная мобилизовать ресурсы и формировать идеологию из реальной практики хозяйствования и управления в самых трудных условиях. В начале русской истории – это были по сути автономные великокняжеские крепости на северных торговых путях, затем крепости-монастыри, затем горнозаводские поселения имперской эпохи и, наконец, закрытые города советского периода, где как и в давние времена ковалось не только оружие победы, но и передовое научное знание.

Принципиальная разница между англосаксонским и русским «глубинным» контролером государства – в том, что доходы и власть сети финансово-торговых центров больше зависят от внешней торговли и заморских источников доходов, дешевого труда и дармовых природных ресурсов колоний или неоколониальных стран. В то время как русская «глубинная» сеть изначально связано с северной «осевой» этнополитической опорой, произросла в народной среде и связан с нею духовно и культурно, а не только эконмически. Отсюда одна из попыток определить этот неуловимый политический феномен как «глубинный народ», но увы, неудачная, поскольку речь все же о сетевой организации «глубинной элиты», не совпадающей ни с военно-феодальной, ни с бюрократической, ни тем более с торгов-финансовой ветвями.

Опять же возвращаясь к теме роли личности во главе всех элит. Владимир Владимирович, как и Иосиф Виссарионович, тоже оказался вознесен наверх из-за своей равноудаленности от всех крыльев постсоветской элиты, был так или иначе связан с каждым из них. Однако сама по себе эта равноудаленная связь дает качество только для «внутренней консолидации» либеральной элиты, как и случилось в 2000-м. И никак не гарантирует внешних успехов в результате «внешней консолидации» как в 2014-м. Чтобы случился «Крым наш», а затем и успешная СВО, одной лишь хитроумной изворотливости и умения коммуницировать с любой аудиторией недостаточно. Где была бы Россия вместе с Кремлем и Путиным, если бы в закрытых городах и «почтовых ящиках» неизвестные никому мастера не сохраняли советский задел и больше на волевом энтузиазме все эти десятилетия не дорабатывали напильниками «русский гиперзвук» или замкнутый ядерный цикл для АЭС?

А поскольку действенные политические теории всегда вырастают из политической практики, то оценить ту же теорию «конвергенции» или «многополярного мира» нельзя только по внешней стороне философского содержания. Участие академика Сахарова как публичной фигуры, озвучивший эту ересь с точки зрения партийной идеологии, уже должно насторожить, даже если не учитывать роль его непубличного соавтора В.Турчина, тоже философа и ученого сферы высоких технологий.

Возможно для внешнеторговой или партийно-бюрократической элиты или даже части военной бюрократии лозунги «конвергенции», а потом «демократизации» и внешнеторговой открытости имели свое статусно-валютно-потребительское значение. Однако и для «глубинной сети» высокотехнологичных научно-производственных центров вопрос частичной коммерциализации за счет выхода на мировые рынки для дальнейшего развития технологий и производства – был и остается критически важным. Неважно, как себе поначалу представляли такой выход на западные рынки, полностью контролируемые заклятыми «партнерами». Однако на практике по итогу такая «конвергенция» не могла не обернуться еще до Путина практической «хитроплановостью», когда внешне «русский медведь» танцевал на задних лапах либеральную ламбаду, при этом почти открыто подкупая семейку Клинтонов для выхода на рынки ядерного топлива и космических запусков. А потом вдруг как черт из табакерки Илон Маск на фондовом рынке с неизвестно откуда взятыми технологоями. (И почему-то директор Роскосомоса Рогозин его проекты постоянно пиарил? ) Вот такая конвергенция, мать твою.

Да, политическая теория фазы реставрации не могла не быть основана внешне на универсальной идеологии либерализма, как и внешнеполитическая и торговая практика Сталина не могла не прикрываться универсальной теорией социализма. Однако суть восстановления под таким «хитрым» прикрытием имперских скреп к активной фазе «мировой перезагрузки» точно такая же.

Как нам применить эти эмпирические обобщения к дедуктивному анализу текущих политических событий? Только в смысле полной уверенности, что как и в 1943-м после двух лет совместной работы фронта и военно-промышленного тыла не только количество, но и качество поставляемых систем вооружения и организации их применения даст точно такой же эффект* в быстром продвижении линии фронта на запад. Хотя целями такого продвижения будет не захват и контроль «токсичных» территорий Б/У, а содействие поражению глобалистов на «выборах» в США, а значит и в Европе, и в мире.

Продолжение следует

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/293712.html

* даст точно такой же эффект...

Точно такой же не даст после 35-летнего погрома и разложения. Но позволит ослабить/остановить натиск нацистской военной машины "НАТО-Украина"

Автор не представляет степени отвращения к правящему классу - подстилкам Лондона и Вашингтона. Ненасытным бизнесменам и эффективным менеджерам.

Социальная энергия трудящихся в лучшем случае нейтральна к судьбе ее невостребованности. В худшем - ждет случая обратить ее в "бессмысленную и беспощадную" месть.

"...Помню, в первые дни революции проходил я мимо худой, согнутой солдатской фигуры, греющейся у разложенного перед Зимним костра. Меня окликнули. Это был Блок. Мы дошли до Детского подъезда. Спрашиваю: "Нравится?" - "Хорошо", - сказал Блок, а потом прибавил: "У меня в деревне библиотеку сожгли".
Вот это "хорошо" и это "библиотеку сожгли" было два ощущения революции". Выписка сделана из некролога В. Маяковского по поводу смерти А. Блока. Августина Ерина

Контрактная армия РФ (ЧВК) и Рабоче-Крестьянская Красная - две большие разницы (одесский сленг). Научно-производственный потенциал РСФСР и РФ несопоставимы. Несколько могучих, красивых деревьев в... вырубленном парке (порубили все дубы на гробы).

Адм.

21.07.2024 Зимний путь 17

Искушение Святого Антония. Центральная часть триптиха. Фрагмент. Иероним Босх. Живопись, 1500. Национальный музей старинного искусства, Лиссабон

17. «Товарищи ученые, не сумлевайтесь, милые…»

Продолжим еще немного про «политические теории», образцом успешности которых для целей захвата и удержания власти остается марксизм-ленинизм. Отличие «политических теорий» от научных, философских, экономических или просто социальных заключается в направлении и целях прикладного использования именно в периоды политических кризисов для перехвата контрэлитами (и стоящими за ними внешними игроками) политического влияния на активную часть взбудораженных ширнармасс (политический актив).

«Политическая теория» призвана отвечать не только на вопросы «кто виноват?» и «что делать?», но и «за кем идти» быстро нарастающей массе люмпенизированных амбициозных контрэлитариев, которые в свою очередь нуждаются в обосновании своих властных претензий на локальном уровне, чтобы ширнармассы тоже получили ответ «за кем идти». Поэтому без радикально популистских лозунгов и демаршей типа ленинских декретов о земле и о мире никак нельзя, но этого тоже недостаточно. Те же эсеры в 1917-м были куда как «ближе к народу», однако не получили необходимого влияния на уровне интеллектуальных элит, в том числе военных.

Большевистская «политическая теория» была действенной, поскольку на основе авторитетного политэкономического учения формировала простую и ясную политическую перспективу для всего государства и общества, включая науку, армию, промышленность, крестьян. Другое дело, что практика применения быстро доказала несостоятельность и марксизма, и исходного ленинизма-троцкизма, делавшего ставку на «мировую революцию». Так что внутренний кризис самой партийно-советской власти пришлось модерировать путем внедрения сталинской версии «политической теории» под прежним наименованием, но с противоположным по сути содержанием.

Однако мы сейчас не про «историю партии», а про «политические теории» вообще. Нам в России с этим, так сказать, «повезло», поскольку у нас есть более близкий и тоже наглядный пример внедрения «политической теории» в период системного кризиса 1980-90-х. Политэкономической основой неолиберальной «политической теории» стал новый либеральный канон «Экономикс», призванный направлять возбужденный постсоветский актив (а равно возбухшие контрэлиты «третьего мира») в русло глобальной экспансии финансового капитализма. Перспективы и лозунги самые понятные – «Люби себя, чихай на всех и в жизни ждет тебя успех». Нужно только успеть предать и продать сэкономленное у общества «в этой стране», чтобы насладиться статусным потреблением на Западе. Главное только даже не пытаться задавать нелепые вопросы – а что потом, когда экспансия финкапа завершится, все «прихватизируют» и перепродадут или перезаложат банкстерам.

«Политические теории», хотя и основаны на предложении простой и понятной перспективы общего и персонального статусного прогресса, вообще никак на эти перспективы не влияют, и не могут повлиять. Во-первых, потому, что политика – это вообще сфера неопределенности, где риски погоняют угрозами. (Кстати, наилучшая метафора политического управления – у Л.Кэррола в «Алисе» про игру в крикет ежиками.) Именно возрастание всех рисков и неопределенностей определяет резкое расширение политической сферы с вовлечением в нее ширнармасс, и востребует «политические теории», предлагающие тот или иной простой рецепт снятия неопределенностей за счет тех старорежимных, «кто виноват». Нужно только всем выстроиться в стройные ряды новой прогрессивной иерархии и промаршировать вон туда, к горизонту и восходящему солнцу. «Кто посмел сказать, что это запад и закат? Геть вражину, мешающую достичь общего светлого будущего!»

А кроме того, «политические теории» составляются для политического актива, выросшего на политических понятиях существовавшей системы, а назревший системный кризис все эти понятия разрушает или переиначивает вместе с системой. Скажем, для позднесоветского «среднего звена», мобилизованного либералами из ЦК в «прорабы перестройки», актуальным выглядел лозунг «Вся власть советам без коммунистов». Казалось – замени только коммунистические парткомы на демократические и строй себе обновленный союз и очередное светлое будущее. Ведь демократия – это власть «демократов», а остальное согласно «Экономикс» само приложится, и на березах будут зреть бананы.

Никто не стал, да и не мог объяснить бы постсоветской контрэлите, что они как были «винтики» системы, так и остаются винтиками в руках перестройщиков системы на новый лад. И что «власть советов», как и в прошлый раз, хороша только для захвата власти новой интернациональной олигархией, и ни один серьезный вопрос «советами» не решается, а в лучшем случае – банкирами в закрытом клубе, если не бандитами на стрелке. Сектантское психологическое состояние перманентного кризисного стресса возбухшей контрэлитной массовки (а ля киевский майдан или вашингтонский БЛМ) вообще не предполагает каких-то сомнений в правильности своего соучастия в сносе прежней системы. Амбициозные носители комплексов неполноценности не могут сами покинуть секту и отринуть иллюзии своего информационного кокона, потому что это чревато распадом остатков личности. Так что помогает только «разбитое корыто» после серии более или менее кровавых взаимных разборок таких политических сект.

Ладно рядовые политические сектанты – их дело десятое, сделать «политическую теорию» воплощенной материальной силой, не только разрушающей «старый режим», но еще и берущей на себя всю вину за отказ от прежних порядков и гарантий, хоть каких-то. Однако и ведущие элитные силы кризисного политического переворота не могут даже на основе полного знания о работе прежней системы хоть как-то понять и предсказать траекторию «светлого будущего» после прохождения финального узла кризиса («точки сингулярности»). Просто потому, что по мере приближения этого финала и осознания элитами вероятных последствий в виде масштабной зачистки лишних элитных ртов все элементы и приводные ремни системы начинают работать совсем иначе. Вместо максимизации плюсов для себя и своей подсистемы требуется минимизация минусов при игре с фиксированной суммой этих минусов. То есть нужно переложить минусы на всех остальных. (Разница такая же как в преферансе между обычным раундом игры и режимом «распасы».)

В таком предкризисном режиме все политические институты начинают работать сами за себя и против системы в целом. Например, кабульский гарнизон армии США вместо выполнения приказа об организованной эвакуации зачем-то уходит сначала с базы Баграм, а потом демонстрирует всему миру шоу «бегство из Кабула», дискредитирующее политическое руководство страны. Или член великокняжеской семьи при молчаливом одобрении ее большинства убивает духовника царской семьи, окончательно подрывая хоть какой-то символический капитал монархии. Такие эпизоды постепенно нарастают, и вот уже петроградский гарнизон вместо защиты столицы воюющей страны превращает ее в очаг мятежа, и так далее.

(Тут могут указать на «мятеж Пригожина» как признак возможного системного кризиса в путинской России, но в том-то и дело, что этот эпизод сразу выпадал из общего тренда. Точнее, был частью тренда украинского кризиса, его донбасской части с убогой попыткой экспорта кризиса в Россию.)

Или вот наисвежайший пример такого же кризисного превращения системной части в свою противоположность – глобальный сбой ИТ-инфраструктуры из-за программы, вроде как призванной защищать ее от таких программных сбоев. Если бы такое случилось хотя бы немного раньше, а не в период номинации кандидатов на ключевых выборах в США, то это было бы признаком кризиса внутри ИТ-корпорации. Однако именно сейчас решается, какие из экономико-политических кланов, контролирующих эти самые критические технологии и важные части всей системы, останутся на плаву, а кто попадет под назревшее сокращение чрезмерно размножившихся западных элит. Поэтому намного вероятнее, что это был угрожающий сигнал со стороны специфической части БигЦифры, чтобы при грядущем переделе власти их интерес учитывался. Либо эту подчиненную часть корпоративной элиты использовали в этих же целях еще более крупные игроки, некая политическая коалиция.

Другой свежий пример кризисного «оборотня» в лице ВАДА как политического инструмента БигФармы и англо-канадско-французской коалиции банкстеров. В обычное время антидопинговая система тоже блюдет интересы корпораций, одним «звездам» спортивного шоу-бизнеса и корпоративной рекламы все разрешает, других гнобят. Однако как и в случае с ИТ-корпорациями эта политическая рутина обычно работает в плюс системе, корпорации и самим контролерам. Однако на пике политического кризиса уже совсем не до сохранения имиджа. Слишком высоки ставки в игре, когда целые отрасли и коалиции элитных кланов могут быть отодвинуты во второй-третий ряд жаждущих централизованных финансовых раздач или попасть под жесткий финконтроль.

После внезапного всплеска мировых рекордов на предварительных (!) предолимпийских забегах и запрыгах в Париже (и это после десятилетий снижения результатов из-за работы ВАДА) вырисовывается вполне ясная картина использования служебного положения в корыстных политических целях. Факт, что среди внезапных рекордсменов обязательно будут украинцы, нисколько не удивляет. Ну и что, если в итоге фармакологических экспериментов здоровье будет подорвано, кто их эти украинские жизни считает, когда на кону борьба за высшие посты в США и в финансовой системе Запада.

Даже нет никаких сомнений, что внезапный всплеск рекордных результатов в Париже испытают только те американские спортсмены – сверхновые «звезды», кто открыто будет агитировать против Трампа, а еще лучше за Камалу Харрис. Такое использование буквально всех рычагов в политическом давлении на конкурентов с точки зрения западных игроков вполне оправдано. «Стыд глаза не выест», «победителей не судят», злоупотребивших потом уволят и даже вероятно осудят, но игра уже сыграна.

Совпадение в политическом расписании парижских игр с периодом номинации кандидатов от «демократов» определено давно, было время подготовиться. Отсюда, кстати, ответ на одну из загадок политического сезона – зачем близкой Байдену-Обаме легислатуре штата Огайо вдруг понадобилось передвинуть срок регистрации кандидатов с августа на июль. А вот за этим – чтобы дать штабу Байдена повод для досрочного выдвижения путем опроса выборщиков и не доводить дело до конференции, когда все политические коалиции и кланы будут готовы пуститься во все тяжкие для давления на своего лидера ради сохранения позиций на выборах и после. Однако шагреневая кожа финкапитализма уже на глазах скукоживается, и «пряников сладких не хватит на всех». Не просто отдельные кланы, а половина еще пока действующих во власти может уйти обиженной.

В том числе и поэтому понадобилось срочно усилить позиции Трампа в гонке, чтобы этой угрозой уравновесит давление на Байдена слева. И это давление явно не ограничивается угрозами имиджу, так что приходится под предлогом ковида прятаться от снайперов так же, как и Трампа пришлось защищать от вполне реальной угрозы. (Похоже, что имитация покушения была нужна из-за озвученных Байленом данных о такой угрозе, чтобы дезориентировать и заставить медлить реальных киллеров, вовремя свернуть рисковое шоу без ущерба имиджу лидера, а наоборот. Ну и чтобы зачистить от «левых» кадров службу охраны и изменить сам процесс ее организации – и для Байдена тоже.)

Впрочем, для России в отличие от Запада все эти кризисные оборотни и извращения системы уже не актуальны. Мы свои кризисы прошлого века отработали сполна и какой-никакой суверенный иммунитет приобрели. (Вопрос почему в Киеве или Ереване с иммунитетом не сложилось? Так они и не были в эпицентре кризиса 1990-х, а националистические элиты сложились там еще при Хрущеве-Брежневе, и никуда от руля не отходили, только поменяли сюзерена.) Так что сегодня можем со стороны относительно спокойно наблюдать за схожим кризисом на Западе и его эпицентром в Вашингтоне.

Естественный в таком случае вопрос, а есть ли сегодня кризисная «политическая теория» на Западе? Хотя бы в проекте? Из каких источников и составных частей она может рождаться? Начнем, пожалуй с критической «политэкономии», то есть с эконометрической социологии, как она должна точнее называться. Таких в меру критических исследований и даже монографий в западной академической среде вполне достаточно. Кризис финансового капитализма и его политических институтов давно уже назрел и должен быть хоть как-то разъяснен, чтобы обосновать переход западной элиты в другое агрегатное состояние, для начала – в статус переходной «цифровой диктатуры» во главе с политическим «авангардом прекариата».

Основным методом критического исследования экономических и политических кризисов для многих профессиональных команд экономистов и социологов является сегодня выявление корреляций между динамикой множества измеримых показателей и динамикой социально-политических кризисов. До поры, пока признаки системного кризиса Запады были незаметны или микшировались для массовой аудитории, все такого рода труды оставались сугубо академическими. Хотя наверняка учитывались ключевыми аналитическими центрами.

Сейчас, когда о системном кризисе в США и в целом на Западе не говорит только ленивый и к тому же слепоглухонемой, такие давно готовые исследования вышли в тренд популяриых массовых изданий. Можно назвать для примера француза Эммануэля Тодда, выявившего такие корреляции между демографическими показателями и политическими кризисами. Однако таких исследователей и исследований намного больше, и в Европе, и в США. В российской аналитической публицистике более известен П.Турчин и его соавторы по так называемой «клиодинамике». Однако несмотря на претенциозное самоназвание это все та же комплексная эконометрическая социология, включающая демографию.

При всем уважении ко многим эмпирическим выводам такой комплексной социологии она не тянет на роль научной теории, описывающей закономерности исторических процессов. Прежде всего по той же самой причине, по которой кризисные «политические теории» не способны выявить и описать общие закономерности протекания политических кризисов, не говоря уже о прогнозах посткризисного развития. Для описания и предсказания политических процессов нужна адекватная модель именно кризисных фаз развития и политической сферы, а не попытки найти что-то общее в сопутствующем шлейфе экономических и социальных процессов. Понятно, что эконометрика, социология или демография удобнее в смысле измеримости, но это все равно, что искать потерянное в темных дебрях под ближайшим уличным фонарем.

Тем не менее, весь этот корпус критических коррелляционных исследований может послужить такой же основой для очередной «политической теории» как в свое время «политэкономия» Маркса или либеральные «Экономикс». Нужно только избавить все эти труды от их главного политического недостатка. Тот же П.Турчин признается, что его эмпирическая корреляционная теория может только указать на признаки приближения кризиса и некоторые экономико-социологические параметры неблагополучия, которые нужно каким-то неизвестным науке способом сгладить или лучше развернуть вспять.

При этом утверждается, что якобы хотя бы приближенное предсказание форм протекания и тем более исхода политических кризисов вовсе невозможно. Типа современная научная философия (теория порядка из хаоса) такого не допускает. Однако такая «гнилая отмазка» допустима только для оправдания и успешной карьеры внутри академической корпорации, как оправдание ее общего бессилия и отказа от действительно критического анализа политической сферы. И это в целом правильно, допускать мягкотелых интеллигентов к политическому рулю нельзя даже в качестве экспертов или тем более советчиков.

Настоящая «политическая теория» как практический инструмент кризисной и посткризисной политики не имеет права на соплежуйство типа «но в целом мы не знаем, куда нас все это заведет». Действенная «политическая теория» обязана отвечать если не на вопросы, то на психологический запрос кипящего среднего слоя управленческой элиты в широком смысле. Нужно быть уверенным и точно знать, что нужно вещать элитам и ширнармассам в такие периоды: «есть такая партия!», «наше учение верное, потому что полное и стройное» и так далее.

И вот тут мы можем заметить, что весь этот критический корпус корреляционных исследований социальной динамики имеет слишком большое сходство с машинными технологиями так называемого «искусственного интеллекта» в части обработки «больших данных». Если соединить критическую корреляционную социологию с уже вполне успешной рекламой и пропагандой ИИ как всеобщей панацеи в сфере управления, то искомая «политическая теория» формируется сама собой. Останется только разъяснить конкретным категориям элиты и слоям ширнармасс как именно ИИ сможет решить конкретные проблемы всех и каждого. Однако это заслуживает отдельного разговора.

Продолжение следует

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/293410.html

09.06.2024 Зимний путь 16

Страшный Суд. Фрагмент. Иероним Босх. Живопись, 1508. Старая Пинакотека, Мюнхен

16. «Эх, раз, да еще раз…»

Позволим себе еще немного теории о политических теориях как факторе политики. Для создания хорошей, то есть практичной теории нужна философская основа, включая популярное мировоззрение, способное объединить целевую аудиторию. Не обязательно прогрессивное, как относительно успешные идеологии начала прошлого века. Это могут быть и регрессивные исламизм или климатизм, как в начале этого.

Далее из относительно популярных философских концепций конструируется идеологическая схема, оправдывающая применение той или иной политической практики, спонтанно вырастающей из противоречий актуальной политики на почве глубинных психологических архетипов. Эти архетипы различаются для этносов и субэтносов, так что кризисных и антикризисных практик, как и конкурирующих политических теорий поначалу бывает много в пределах цивилизации или большой (федеративной) нации.

Даже если формируемая идеология вошла в резонанс с народными архетипами, это еще не гарантирует успех для вырабатываемой политической практики. Можно «успешно» сжечь накопленный потенциал народного недовольства в попытках революций, хоть снизу, хоть сверху. Поэтому необходима методология системного анализа на основе хотя бы приблизительной эмпирической теории управления в актуальной политической системе. Это помимо методологии анализа и теории управления контрэлитной организации как альтернативы на смену актуального центра.

Всем известен успешный пример соединения марксистской политологии капитализма с ленинской теорией революционной власти. Обе части знаменитой политической теории основаны на достаточно глубоком сравнительном анализе европейских политико-экономических кризисов и буржуазных революций. Однако, главный парадокс великой русской революции в том, что ее последствия отменили прежний ход истории, а значит и эмпирические теории, верные лишь для конкретной дореволюционной фазы развития, а значит и прогнозы, вытекающие из этого анализа.

Как ни странно, так называемый «некапиталистический» путь развития для стран третьего мира, порожденный примером советского «второго мира», оказался спасением и для буржуазного капитализма «первого мира» от смертного приговора, озвученного Марксом. Альтернативная система государственного капитализма на основе военно-феодальных иерархий, контролирующих модернизацию и социальное развитие, создала за пределами кризисного либерального капитализма систему экономической мобилизации и социального развития, обеспечившую приток внешних ресурсов и новый импульс международной торговли (и обслуживающих ее финансов). Вместе с заимствованием этого механизма централизованного госзаказа все это обеспечило снижение роли промышленного капитала «первого мира» и нарастание влияния финансового капитала вплоть до его полного доминирования в так называемом «однополярном мире» с 1990 по 2022 год.

Таким образом, эмпирическая политэкономическая теория Маркса в части его прогноза мировой революции не сбылась из-за успеха политической теории революции Ленина в отдельно взятой, но ключевой стране с богатым опытом небуржуазного (военно-аристократического) капитализма. Однако из-за просчетов Маркса не сбылась и ленинская теория взятия и удержания власти в стране с самым глубоким кризисом капитализма для инициации мировой революции, создания всемирного Союза республик и вхождения в семью цивилизованных европейских народов. Ильич даже саму русскую революцию после провала первой попытки не прогнозировал при своей жизни. Такое вот взаимное обнуление источников и составных частей марксизма-ленинизма, победившего не только обуржуазившийся либеральный царизм, но и самого себя в качестве политической теории, но не политического бренда.

Победившей революционной власти досталась наиболее значимая оставшаяся часть - символический капитал бренда «марксизма-ленинизма» как успешной революционной теории и всемирная харизма Ленина как вождя революции, открывшей альтернативный путь развития всем незападным народам. Собственно, за обладание этим символическим капиталом мирового масштаба и шла борьба между революционными партиями и фракциями победившей партии большевиков.

Как уже было сказано, ответвления революционных теорий, основанных на глубинных хуторянско-казацких и местечковых архетипах и стереотипах, послужили только широкому вовлечению народных масс в революционный пожар. Анархисты как выразители глубинного интереса потомков кочевников недолго радовались возможности грабить южные города и местечки, чем только укрепили временный союз троцкистов с будущими сталинистами. Глубинные архетипы потомственных контрабандистов и перепродавцов награбленного поначалу отчасти совпали с целями огосударствления всего и вся для существования за счет экспорта и контрабанды награбленных ценностей, тех самых воспетых Ю.Семеновым-Ляндресом «бриллиантов для диктатуры пролетариата». (И да, кстати, Исаев и Владимиров – это псевдонимы знаменитого Блюмкина.)

Собственно, поэтому политическая теория и практика троцкизма продлилась ровно до того момента «головокружения от успехов», когда экспроприировать и грабить осталось некого. Попытка экспорта революции в 1923 году провалилась, китайским союзникам самим не хватало. Была попытка в порядке перманентной революции на десятилетие Октября повторить и разграбить повторно теперь уже советское государство, но успешно провалилась. Поэтому естественным и скорее контрреволюционным образом в повторной культурной революции 1930-х победила политическая теория Сталина, объявленная творческим развитием ленинизма.

По факту левый троцкизм как первую из тоталитарных идеологий ХХ века победила с опорой на глубинный вполне себе военно-аристократическая традиция государственного капитализма, противостоявшая либеральной компрадорской элите, как минимум, со времен Аракчеева и Бенкендорфа, если не вспоминать Строгановых и Демидовых. Союзником «красных аристократов» стала старообрядческая традиция крепких хозяйственников, также унаследовавших опыт развития капитализма под эгидой военной аристократии, но в оппозиции прозападному либеральному царизму. Вместе эти два «красных сословия» восстановили экономику в мобилизационном режиме и смогли разгромить вторую тоталитарную идеологию и практику германского нацизма на широкой кризисно-буржуазной базе европейского фашизма. Сегодня настало время разгрома третьей и самой изощренной идеологии и практики либерального тоталитаризма, объединившей наследников-реваншистов и троцкистов, и нацистов, не говоря уже об анархистах и прочих рецидивистах всех мастей. Кому кроме наследников победителей двух первых зол завершать эту благородную миссию освобождения народов от очередных поработителей, вооруженных утопическими и одновременно мизантропическими политическими теориями!

Возможно, кому-то из адептов победительного бренда «марксизма-лениннзма» покажется обидной констатация фактической отмены этой политической теории как раз вследствие ее победы. Тогда придется сослаться на авторитет товарища Сталина, оставившего обновленному Президиуму ЦК КПСС в качестве политического завещания тезис: «Без теории нам смерть!». И ведь как в воду глядел. И не то чтобы политические наследники совсем не хотели, но именно что не смогли на базе давно устаревшего марксизма-ленинизма или даже предвоенного сталинизма, все задачи которого были решены в ходе культурной революции и великой войны.

Пытались каким-то образом сконструировать «политэкономию социализма», но без критического отстраненного взгляда со стороны на советскую систему и главное – без заинтересованной в такой теории и методологии контрэлиты в слишком стабильной военно-бюрократической системе – это просто невозможно. Так что и через тридцать лет после Сталина его наследник на посту генсека вынужден был констатировать – «мы ещё до сих пор не изучили в должной степени общество, в котором живём и трудимся, не полностью раскрыли присущие ему закономерности, особенно экономические. Поэтому порой вынуждены действовать, так сказать, эмпирически, весьма нерациональным способом проб и ошибок.»

Кроме как грубой политической ошибкой эту честную, но публичную политическую констатацию Ю.Андропова охарактеризовать трудно. Или он лукавил, нанося этот смертельный имиджевый удар родной партии, или совсем не понимал сути и практического значения политической теории для взятия и удержания власти. Сталин хотя бы кулуарно тревогу бил, и то элитные круги разошлись, расшатывая сплоченность созданной им системы. Оказывается, символическое значение для паствы имеет сам факт наличия верного учения, потому что стройное и полное, красиво поданное в 50-ти томах и тщательно отретушированными бородами или усами классиков.

Ну да дело прошлое, и какое это может иметь значение для нынешнего глобального кризиса? Зачем еще и еще раз ворошить пожелтевшие страницы давно увядших теорий?

Во-первых, опыт русской революции и гражданской войны, как и двух культурных революций 1930-х и 1990-х может нам пригодиться для анализа политической практики и оценки политических теорий, используемых конкурирующими партиями и фракциями на Западе в ходе нынешнего системного кризиса финансового капитализма. Все эти цветные разновидности и оттенки троцкизма (климатизм и неоконсевратизм) и анархизма (ЛГБТ, БЛМ, исламизм) – как и в 1917-м используются банкстерами-глобалистами для расшатывания и разграбления государств, перехвата власти и контроля внешней торговли осколков бывших империй. В нашем случае более вероятной жертвой глобалистов из Сити могут стать США, раз уж Россия на этот раз не поддается на провокации. В том числе и потому, что не имеет в своем составе слабых звеньев как бывшая Украина или пока еще государства Балтии.

Вполне вероятное обрушение США может оставить Россию даже не один на один, а одну против всех соседей – и Европы, и Китая, и Ирана с Турцией, если левым глобалистам из Сити, финансово окормляющим азиатскую и средиземноморскую торговлю, удастся монополизировать эту функцию, устранив конкурентов с Уолл-стрит и контролеров из Вашингтона. Вот и приходится пристально вглядываться в безумный хаос ожесточенной предвыборной борьбы не столько между партиями, сколько внутри них между глобалистами и национально ориентированными элитами США. Получится у левых глобалистов и примкнувшего к ним радикального крыла разгромленных правых разжечь пожар гражданской войны? Или все обойдется малой кровью культурной революции сверху по типу наших 1930-х? Найдется ли в США, где своей природной военной аристократии отродясь не было, среди либеральной элиты такая же стойкая консервативная по факту фракция национал-глобалистов, как сталинисты у нас? Есть ли у этой фракции или же альянса тамошних «сталинистов» и «старообрядцев» своя надежная политическая теория, чтобы сплотиться против либерального тоталитаризма?

Именно эти вопросы о судьбе США как противовеса и Европе, и Китаю сейчас являются ключевыми, определяющими и судьбу России тоже. Судьба Украины вообще никого не волнует, она так и так определена глобалистами на самоубийственную роль тарана не только против России, но и против национально ориентированных сил в США. Подвести марионеточный режим в Киеве к краю гибели именно к периоду проведения предвыборных конвенций в обеих партиях, чтобы шантажировать коллективного Байдена повторением в Киеве позора в Кабуле и провести своих кандидатов в кандидаты – не только на места в конгрессе, но и кандидатов в вице-президенты с гарантией ухода престарелых первых лиц после списания на них всех издержек финансового кризиса и очень непопулярных решений. Никто не хочет быть «вторым Гувером», а придется – или Трампу, или Байдену. И очень важно, кто будет при этом вице-президентом – тоже ставленник национал-глобалистов или американский горбачев или, скорее, горбачева из потомственных ямайских работорговцев под эгидой Сити.

Исходя из этого ключевого вопроса и следует оценивать ход боевых действий на Б/У. Да, кукловоды из Сити, крепко держащие за фаберже и весь «офис» Зеленского, и штаб Сырского, успевшие перекупить не только Беню, но и Залужного, сделали все возможное, чтобы поставить ВСУ, как и энергетику Б/У на грань полного развала и краха. Так что достаточно одного-двух ударов извне или изнутри, чтобы получить картинку Кабул-2 во всех мировых масс-медиа, подконтрольных рекламной олигополии Сити. Без такой намеренной подставы под удары российской армии и ВКС и принуждения все равно продолжать воевать – не было бы инструмента для нынешнего закулисного шантажа против Белого дома.

Разумеется, российское руководство не может отказаться от розыгрыша такого гамбита со стороны хозяев киевской хунты, приходится эти жертвы оприходывать. Однако делать это максимально сдержанно, несмотря на все откровенные провокации со стороны ВСУ, чтобы сохранить за собой политический инструмент влияния на ход американских выборов. Да, киевские смертники по приказу из Лондона намеренно переходят красные линии, оговоренные между Путиным и Байденом еще летом 2021 года ввиду неизбежно надвигающегося конфликта. Контролеры коллективного Байдена тогда не имели шансов сдержать агрессию сразу двух крыльев глобалистов – и правых «ястребов», и левых, вдруг обернувшихся из «голубей» еще большими хищниками. Могли действовать только в присущем третейской силе режиме сталкивания интересов – сначала с помощью левых подставить и ослабить правых, а потом – ровно наоборот.

Теперь и именно сейчас – не на самих осенних выборах, а в период номинации и регистрации всех кандидатов в июле-августе наступает момент истины, ради которого Боря Джонсон толкнул Киев и ВСУ на гарантированное самоубийство. Осталось только уговорить Кремль на принятие последней жертвы в случае, если коллективный Байден откажется поддаваться шантажу. Ведь без этой готовности Кремля добить жертву здесь и сейчас, а не осенью после выборов, никакого шантажа не получится, а значит не будет и перехвата власти левыми глобалистами после выборов в США. Именно поэтому была нужна мобилизация подлондонских шавок на истерику по поводу разрешения бить западным оружием по старым регионам России, как и провокация с демонстративным налетом на РЛС стратегической противоракетной обороны. Даже если реально легкие дроны не способны нанести серьезный ущерб, но спровоцировать на решительные ответные удары, причем обоснованные политически и морально – достаточно.

Судя по заявлениям Путина на питерском форуме, но главное – по действиям на фронтах СВО – Кремль не торопится участвовать в шантаже Белого дома. Похоже, тоже закулисно торгуется с обеими сторонами ожесточенной драки под наглосаксонским ковром. Почему бы и не выторговать какие-то значимые уступки, причем здесь и сейчас от действующей администрации, а не когда-то потом от будущей пролондонской. При этом токсичный украинский актив в качестве бонуса от Лондона точно не годится. Да и зачем покупать сегодня то, что завтра и так развалится, и само прибежит по частям? Придется еще сдерживать, чтобы снова на шею не запрыгнули.

Есть еще попытки лондонских банкстеров шантажировать Россию через своих китайских или турецких частных клиентов, затруднять условия торговли и финансовых транзакций. Однако, то же самое пытаются делать и контролеры Байдена. Так что и этот шантаж, если и работает, то в пользу отказа от пролондонских посредников. Опять же, вряд ли Кремль сейчас твердо отказывается от добивания Киева до выборов в США, а значит обе западные стороны вынуждены сдерживать свой шантаж в адрес России.

Есть и такой вариант, что лондонские могут обрушить энергосистему Б/У и без участия ВКС России, с помощью диверсий. Одновременно спровоцировать отход ВСУ и панику, чтобы таки ударить по Байдену медийной картинкой «Кабул-2». Возможно, эта реальная угроза является стимулом активности Макрона по мобилизации европейцев для удержания территорий Б/У. Так и сказали, что в случае обвала фронта. При этом тоже понятно, что последнее слово – допустить или нет таких «миротворцев» в отдельные регионы бывшей Украины – все равно за российским руководством и ВКС.

Наконец, одним из главных инструментов защиты Байдена от шантажа заклятых союзников является медийная накачка своего не менее заклятого конкурента. Хотя для ирландца Байдена шотландец по матери Трамп – скорее союзник, когда приходится вместе противостоять нагличанам. Абсолютно бредовые обвинения при судебном преследовании Трампа и политически мотивированный вердикт ангажированных присяжных – только мобилизует сторонников Трампа. А еще напугал перспективой такой же судебной экспроприации капиталов многих теперь уже бывших либералов.

Сотни миллионов долларов добровольных пожертвований от крупного бизнеса в первые же дни после обвинительно вердикта – это очень четкий сигнал, что национально ориентированная коалиция по спасению США от либерального тоталитаризма вполне возможна. При этом наилучшим вариантом защиты государства США от радикал-либералов может стать раздел власти между «коллективным Байденом» в Белом доме и «коллективным Трампом» в конгрессе, с отсечением большинства кандидатов и от правых, и от левых глобалистов. Благодаря давлению глобалистов на обоих старых лидеров этот вариант на глазах становится все более вероятным.

Тот факт, что практически одновременно американцам удалось запустить сразу два долгожданных космических проекта – супертяжелый носитель от Маска и пилотируемый корабль от Боинга – тоже играет на стабилизацию ситуации в США. Похоже, оба успешных пуска специально затягивали и подгадывали к фактическому старту активной выборной кампании. (И не суть важно, были эти пуски на самом деле, помогли русские с технологиями или только с телевизионной картинкой, как полвека назад во время полета Союз-Аполлон.) И так же необычно, что первые дебаты основных кандидатов перенесли на июнь, как бы в подтверждение, что решающим раундом будет номинация в июле, а не сами выборы в ноябре.

Ну, вот, хотел потеоретизировать о своем политико-философском, а получилось, как всегда, на злобу дня. Пришлось повторить и дополнить аргументами многие тезисы из предыдущей главы, потому что это действительно очень важный, критически важный момент истории не только США, но и для всех нас. Без глобального противовеса Европе и Китаю нам тоже смерть, как и без практичной политической теории.

Продолжение следует

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/293361.html?newpost

02.06.2024 Зимний путь 15

15. «Весь покрытый зеленью…»

Анализ и прогноз любых социальных процессов в принципе невозможен без соотнесения фактов с хотя бы приближенной эмпирической моделью. Без такой модели невозможно даже интерпретировать некое сообщение как факт (информацию о событии). В относительно стабильные периоды между кризисами (даже если это стабильно тяжелая ситуация, например, гражданской войны) такие эмпирические модели так или иначе находятся из опыта предыдущих таких же периодов (у себя или у соседей) и адаптируются к актуальным реалиям.

Политика по определению имеет дело с угрозами, рисками, неопределенностями. Поэтому политические события сложно выявлять и интерпретировать даже в условно стабильные периоды между кризисами. Однако теоретики и практики современных революций и прочих переворотов научились выстраивать и использовать эмпирические модели даже для предкризисных периодов и кризисных узлов. Другое дело, что эти политические теории и практики, пока свежие, позволяют иногда занять лидерские позиции в той или иной политической партии и коалиции, но не гарантируют их успех, даже если теория свежа и сама по себе является политическим фактором, к которому конкурентам и еще более – союзникам нужно адаптироваться.

И даже в случае успеха такая эмпирическая теория политических кризисов решает только вопрос о захвате и удержании власти, но не об успешном ее применении. Поскольку для политики стабильных периодов нужны другие теории и практики, а не попытки «профессиональных» революционеров искусственно продлить или постоянно провоцировать кризисные периоды на основе теорий «перманентной революции».

Кроме того любой внешний успех испытателей очередной эмпирической теории политических кризисов делает ее предметом изучения, подражания или наоборот противодействия всеми серьезными политическими силами. В том числе и поэтому успешно (в смысле захвата или хотя бы разрушения власти) работают только свежие политические теории. Это даже если не учитывать такого принципиального фактора, что политика как особая сфера деятельности всегда заимствует внешние формы и ресурсы у других сфер управления – военно-промышленной, финансово-торговой, госаппарата. То есть при смене фаз более масштабного исторического контекста внешние инструменты и формы политического управления всегда изменяются, так что прежние политические теории могут работать разве что для разрушения политических режимов или систем.

Конкретный пример такого антикризисного применения успешной кризисной политической теории уже не раз приводил. В начале 20 века товарищ Ленин сумел создать и успешно использовать свою теорию революции, адаптировав к актуальному на тот момент историческому контексту. Поэтому позже, в 1920-30-х годах «ленинская гвардия» очень внимательно изучала опыт послереволюционной Франции, стараясь избежать участи «детей революции», которых она закономерно пожирает, а также предотвратить малейшие проявления бонапартизма. Что повлекло устранение усилиями остальных видных военных фигур от Фрунзе и Троцкого до Тухачевского и Блюхера. Эта коллективная паранойя была использована на все сто товарищем Сталиным, аппаратным «серым кардиналом» и состоявшимя «русским бонапартом». Именно и только потому, что он единственный оказался на уровне Ленина в вопросах адаптации теории политических кризисов к актуальным масштабным реалиям.

Впрочем, ничего нового в констатации устаревания политических теорий тоже нет. Всем известна формула «Генералы всегда готовятся к прошлой войне» (а война согласно Клаузевицу – это одна из форм политики). Это только будущие генералиссимусы бывают готовы к современной войне, и то не сразу и не во всем. Однако и эти «генеральские» формы политики тоже остались в прошлом, и в современной мир доминируют не военно-политические, а финансово-политические элиты, использующие как главный инструмент кризисной политики не горячие, а информационные, точнее – гибридные войны. Другие формы кризисного и антикризисного управления – военные и спецслужбистские (как террор и антитеррор) применяются как вспомогательные для главных информационных наступлений и атак. Потому что главной формой финансовой политики является именно информационное манипулирование в отношении субъектов и агентов финансовых рынков (или заменяющих финансовые активы ликвидных ресурсов).

В том числе и поэтому огромные финансовые вливания в предкризисный период начала 21 века делались глобальной финансовой олигархией (они же финансиалисты, банкстеры) вовсе не в активы западного ВПК, а в «цифровые» корпорации, занимающие ныне первые строчки в рейтингах капитализации. Уже этого факта, куда направлялись финансовые ресурсы, достаточно, чтобы оценить теории военно-политического выхода из глобального кризиса как совсем несвежие и пригодные только для информационного манипулирования со стороны банкстеров.

Дело даже не в том, что масштабная эскалация горячих военных действий за пределы локальных кризисных очагов (как Б/У или сектор Газа) на глобальный уровень означала бы замену всей политической системы Запада на милитаристскую, опять с доминированием генералитета и ВПК (даже если бы это было возможно при нынешней ситуации с физическими ресурсами для Запада). Если учесть, что и корпорации ВПК, и сам Пентагон нынче используются для финансовых спекуляций и перекачки бюджетной пирамиды в карманы банкстеров, вариант добровольной сдачи власти банкстерами в пользу генералов и ВПК выглядит сугубо теоретическим, с вероятностью около ноля.

Однако в узловые моменты масштабных кризисов возможны масштабные развороты и смены властного караула. Поэтому более важным фактором, чем коллективное нежелание банкстеров отдавать власть, является объективная эффективность финансиализма по сравнению с милитаризмом в деле масштабного перераспределения ресурсов в пользу доминирующей элиты. С помощью агрессивных информационных манипуляций, санкционных и финансовых инструментов можно за один биржевой день перехватить контроль над таким же объемом экономических ресурсов, который милитаристам пришлось бы завоевывать годами. И к тому же это можно сделать без сопутствующих милитаризму издержек, через сохранение в целом оборотов и развитие международной торговли, гражданских секторов экономики.

Да, важным побочным эффектом милитаризма являются технологические прорывы вследствие роста инвестиций, а главное – повышения ответственности и, как следствие, быстрой адаптации систем управления, положительного отбора кадров в передовых технологических лабораториях и фирмах. Однако этот эффект даже лучше достигается в локальных конфликтах, и при этом без фатальных издержек для глобальной торговли и большинства экономик. Опять же по итогам таких «больших учений» со строгими границами зоны возможных разрушений возникает такая необходимая для финансовой элиты возможность инвестиций с существенной отдачей от вложенного капитала, а не околонулевой или даже отрицательной как в нынешний предкризисный период.

Исходя из всех этих соображений, нужно признать нынешний глобальный финансиализм, несмотря на его глубокий кризис, намного более эффективной и гуманной политической системой, чем предшествующий ему в прошлом веке глобальный милитаризм. Вернее даже так, именно глубокий системный кризис финансиализма может сделать его следующую версию намного более гуманной и эффективной по сравнению с предшествующим периодом глобальной коалиции банкстеров и милитаристов. Глубокий раскол из-за исчерпания глобальной экспансии финансового капитализма не может не вести к существенной зачистке лишнего поголовья финансовых элит, что собственно и привело к усугублению мирового финансового кризиса. Оставшиеся после взаимной зачистки будут вынуждены опираться уже не на милитаристов, а на спецслужбистов как авангард национально ориентированных элит всех стран.

Да, можно согласиться с оценками нынешнего состояния финансовых элит как сугубых спекулянтов и паразитов на теле человечества. Большинство из них, как большей части финансовых институтов, не имеет оправдания своему «элитному» существованию и статусному потреблению вследствие кризиса перепроизводства элиты в период однополярья. Собственно, из-за таких кризисов перепроизводства торгашеской элиты давно уже известно прозвище «жирные коты». Однако, в нормальном состоянии коты – животные полезные и приятные в общении, если их не баловать, кормить строго по диете и не позволять при этом размножаться сверх меры. Так и банкиры в нормальной форме постоянного поиска поживы при должном политическом контроле полезны для страны. Так же как отсутствие собственных фннансовых элит – весьма вредно. (Не случайно банкиры Сити или Уолл-стрит всегда поддерживают радикальных социалистов любых мастей, лишь бы те убрали конкурентов из национальных экономик и стали торговать через лондонские банки.) Можно даже перефразировать известную формулу про армию – «Кто не хочет кормить своих котов, пардон, банкиров, будет кормить чужих.»

Мильон извинений за столь подробную теоретическую подводку к обсуждению актуальной конкретики, но иначе вряд ли убедишь слишком взволнованных барышень обоего пола. Третий год уже только и слышно с той стороны – вот-вот, вот прям щас, как соберем все военные ресурсы и все наличные силы наемников и отпускников, как вдарим по Крыму, мосту, аэродромам, городам коренной России! Вот и сейчас, просто ужас берет и в дрожь бросает – практически все западные политики, начиная с эстонских и заканчивая португальскими – заявили, что «разрешат Киеву» ударить по российской территории дальнобойными средствами. В комментариях к таким новостям тут же толпы караул-патриотических и ура-патриотических ботов и полуботов, как ципсошных, так и добровольных альтернативно полезных идиотов – Немедленно требуем решительного ответа ядреной бомбой по ихнему Жешуву!

Нет, есть и вполне искренние обыватели и особенно обывательницы, под влиянием всей этой караул-ура-патриотической информволны желающие понять, когда же наконец мы ответим на все эти страшные западные агрессивные угрозы. И удивляются, когда разъясняешь, что речь идет только об информационной агрессии, поэтому и ответ на нее уже был сразу же – в виде развернутого и подробного разъяснения лично от Путина. На информационную агрессию и сдерживающий ответ тоже – информационный.

Еще раз повторю – если в течение десятилетий западные элиты инвестировали триллионы в ресурсы информационной войны и вооружение для локальных войн, а не для глобального противостояния, то и рассматривать любые агрессивные заявления Запада нужно в контексте информационной войны. Не говоря уже о том, что вообще вся военная активность подчиненных западным банкстерам вооруженных формирований на территории бывшей Украины направлена именно на создание информационной картинки, на террористический черный пиар со все более фиолетовым оттенком безумия. Тем более это относится к явно скоординированным заявлениям западных политиков, имеющим характер информационно-политической акции, пиаровской волны.

В таком случае нужно первым делом смотреть не на агрессивную форму этого пиара, а обязательно предположить, что это манипуляция в рамках информационной войны. Вопрос только, кто и против кого в данном случае интригует, а главное для каких целей. Запугать Кремль с помощью хора прибалтийских «политиков», готовых все вместе разрешить Киеву ударить по России? Даже не смешно. Особенно с учетом того, что и без этого хора ВСУ давно уже практикуют террористические удары по Белгороду и другим гражданским целям.

Возможно, нам поможет распутать эту нелепицу один странный нюанс всей этой нелепой информационной кампании, вроде бы как направленной против России, но на деле именно в этом направлении абсолютно бесполезной для банкстеров. Возможно, такая информационная угроза была бы полезной для подконтрольных банкстерам западных милитаристов, чтобы повысить свой политический вес и статус? Однако и в этом случае речь идет не о российском адресате политического мессиджа. К тому же, как уже было сказано, шансов у милитаристов против общего интереса доминирующих банкстеров нет.

Вообще, именно на странности в том или ином политическом событии нужно обращать внимание в первую очередь, поскольку в политике внешняя форма всегда скрывает некоторое неявное содержание, а небольшие отклонения от привычной политической рутины могут иметь знаковое значение мессиджа или просто намекать на заказчика. В данном конкретном случае странным нюансом является как бы «инициатива снизу» от прибалтийских и польских политиков, затем уже подхваченная натовской «хромой уткой» Столтенбергом. Обычно все же хор европейских, такскзть, «политиков» звучит в ответ на взмах дирижерской палочки из Вашингтона или хотя бы Лондона.

С учетом того, что физически эстонскую «элиту» контролирует британский спецназ из передовых подразделений, размещенных по разнарядке НАТО, а также с учетом пролондонского «социалистического» бэкграунда Столтенберга – не сложно прийти к выводу, что взмах дирижера из Лондона таки был. Однако был сделан неявно, за спиной американских союзников. Которые оказались перед фактом информационного давления – как минимум, с целью заставить их определиться с разрешением на удары по российским целям американскими ракетами, цели которым задают американские, а не украинские операторы.

Ответ американцев на информационную подачу заклятых союзничков был тоже двояким, с одной стороны – громко для внутренней пропаганды заявили о разрешении использовать американское оружие по целям на российской территории, но при этом немного позже и немного тише уточнили, что можно только в рамках контрбатарейной борьбы в зоне соприкосновения под Харьковом. А еще позже специально добавили, что АТАКМСы для ударов использовать нельзя. И при этом поручили Пентагону взять под более строгий контроль использование американского оружия со стороны ВСУ.

То есть по факту, степени свободы, для пролондонского режима в Киеве сократили. Так что особых сомнений, что информатака была лондонской и нацелена на США, нет. Однако в чем тогда цель этой информационной операции? Может быть, хотели подставить Белый дом под критику оппозиции в конгрессе? Однако там уже поводов и даже реальных причин для самой жесткой критики более чем достаточно. Один только обвинительный вердикт в отношении Трампа кроет все внешнеполитические инфоповоды как бык овцу.

Может быть в Лондоне решили усугубить раскол среди самих демократов перед скорой номинацией Байдена? Чтобы подтолкнуть его к досрочной номинации на основе заочного опроса избранных делегатов партконференции. И тем самым гарантировать номинацию в паре с Байденом пролондонской потомственной работорговки на второй срок с перспективой занять первую позицию? Это уже теплее, и может быть одной из целей вообще всей летней повестки информационного давления лондонских на Байдена. И все же для пролондонского левого крыла Демпартии намного более чувствительным сейчас является локальный конфликт в Газе, а не дополнительные удары по России, которые уже и так наносятся. Используется при этом американское оружие или чешское – для левых демократов по барабану. Так что и это вряд ли было целью информатаки. Тогда что?

На какие возможные и очень важные позиции и связи Байдена могло полвиять хотя бы словесное согласие на дальнобойные атаки по России? Нет, если всерьез считать, что никаких связей и контактов у Белого дома и Кремля не осталось, как и возможных взаимных интересов – тогда, конечно, ответа нет. И кроме как подготовкой Третьей мировой ядреной войны, абсолютно не нужной всем банкстерам, считать не приходится. Однако, вдруг все же такие связи контакты есть? И идет закулисный торг об условиях, наоборот, деэскалации на Б/У, абсолютно не нужной только лондонским кукловодам киевских марионеток. Давайте рассмотрим этот вариант тоже, хотя бы теоретически.

Для начала – есть ли среди известных нам фактов признаки такого политического торга между Кремлем и Белым домом? И главное – есть ли основа для такого торга? Что меняем и на что?

Понятно, что записным политическим комментаторам просто некогда копаться в этом «окаменевшем дерьме», событиях даже месячной давности. «Все прошло, все умчалося…». Между съемками в ток-шоу на разных телеканалах и модерированием кучи аккаунтов, не говоря уже об отчетности на официальной работе – тут бы хотя бы вчерашние новости упомнить, а не то что среднесрочный контекст событий отследить. Вот, казалось бы, Карлсон прилетал к Путину всего лишь четыре месяца назад, а кто его нынче вспомнил бы хоть раз, это интервью. Особенно после того, как сам Путин ответил посланцу от команды Трампа, что предпочел бы видеть в Белом доме Байдена.

Ну подумаешь, какое-то интервью когда-то давно, еще до выборов Путина. Было и прошло. «Новые песни придумает жизнь…» Так-то оно так, только вот в США выборы Байдена еще не прошли, как и выборы в конгресс. А в этом году кризис долларовой системы и долговые пирамиды уже достигли таких глубин и высот, что откладывать дальше решения о запуске давно подготовленных вариантов управляемого спуска с финансовой горы нет никакой возможности. Поэтому это будут не просто выборы президента и конгресса, а формирование по ходу предвыборной компании коалиции, которая будет определять, кого из банкстеров и цифровых корпораций допустят к новым финансов-политическим инструментам, а кто останется постепенно, но уверенно загибаться в старой системе вместе с инфлирующим долларом.

Такеру Карлсону, как и Трампу глубоко наплевать на российские выборы и другие проблемы, не говоря уже о киевских. И тем более им трижды не до этого, когда в самих Штатах речь идет о дальнейшей финансовой судьбе кланов и коалиций банкстеров, триллионнах долларов капитализации. Карлсон и Трамп, как и Байден – всего лишь говорящие головы, действующие в интересах разных альянсов мультимиллиардеров. Без этого финансово-политического интереса ни Карлсон, ни тем более Трамп и шагу бы не сделали, тем более в сторону России, что чревато для них самих при нынешнем либеральном тоталитаризме.

При всех плюсах четвертая в мире по ППС экономика России не имеет большого значения для текущих финансово-политических раскладов в США. Из пирамиды ГКО российские финансовые власти давно уже вышли, а оборот взаимной торговли с США при наличии в ней критических ресурсов как титан или уран не позволяет Кремлю напрямую влиять на внутриамериканские расклады. Так что дело не в финансово-торговом и тем более не в спецслужбистском влиянии на предвыборную ситуацию в США. Однако сам факт прибытия посланца от коллективного Трампа в Кремль свидетельствует, что такой рычаг влияния на ситуацию у Путина есть. И этот рычаг методом исключения может быть только военно-политическим, и он связан с ситуацией в СВО на территории Б/У.

Соответственно, посланец умеренных консерваторов (национал-глобалистов) США прилетал, чтобы получить напрямую подтверждения о готовности Кремля вступить в такой торг о применении или неприменении наработанного за два года политического оружия против коллективного Байдена. Путин своим заявлением о том, что Байден для Кремля предпочтительнее, также подтвердил готовность обсудить условия с обеими озвученными сторонами – и коллективным Трампом, и коллективным Байденом. И таки да – Байден предпочтительнее, поскольку у него сейчас рычаги власти, и какие-то ключевые гарантии можно и нужно выторговать до выборов.

Хотя на самом деле участников торга с западной стороны больше – и кроме лондонских банкстеров участвуют также осколки правого крыла глобалистов, тот же Макрон. Многие политологи и у нас, и у них уже озвучили возможную проблему для переизбрания Байдена в качестве лидера Запада, если в Киеве повторится такая же медийная картина, какую организовали Байдену правые глобалисты при эвакуации из Кабула. Если бы Пентагон своевольно не эвакуировал сначала авиабазу Баграм, тогда картинка в Кабуле была бы приличной, и Байдену нечего было бы стыдиться своего миротворчества.

Более того, «мировые масс-медиа», финансово зависящие от лондонской рекламной олигополии, явно и целенаправленно «расчесывают» эту медийную угрозу, что замирение на Б/У и ликвидация тем самым военно-террористического олигархического режима в Киеве будет распиарено подлондонскими МММ как жуткое поражение США и лично Байдена перед попыткой переизбраться. И уж точно будет создана самая жуткая картинка, хуже чем из Кабула, но на этот раз левыми глобалистами. Естественный вопрос, зачем лондонским банкстерам самим накручивать эту эмоциональную угрозу имиджу Белого дома?

Самый простой и потому верный ответ – именно потому, что политический торг идет, прежде всего, между разными крыльями и кланами западных банкстеров. Если не иметь рычагов влияния в виде информационных угроз, то заведомо окажешься в конце очереди на спасение финансовых активов. А между тем финансовый Боливар точно не вынесет огромного числа желающих, даже если все они будут иметь политические козыри на руках для давления. То есть вопрос на самом деле о доле сохраняемых и сжигаемых финансовых активов в зависимости от близости финансово-политических кланов к рычагам власти после ноябрьских выборов. Так что давить на Белый дом пытаются со всех сторон, как и занять позиции для дальнейшего давления, прежде всего в конгрессе.

Уже не раз было сказано, что инструментом политики является сама угроза, а не ее реализация. Например, сформированная в результате войны на истощение угроза одним добивающим ударом обрушить остатки энергетики и иной критической инфраструктуры. (Это в том числе к вопросу, почему не разрушали мосты через Днепр. Потому что все нужно быть готовым сделать вовремя, когда не разрушение, а однозначная угроза этого окажет наибольшее влияние не на марионеток в Киеве, а на расклад сил в США и на все Западе.

Военно-политическая стратегия отличается от просто военной стратегии тем, что учитывает политическое расписание и конвертирует военное давление в политические угрозы, чтобы достичь не военных, а политических результатов с минимальными издержками, прежде всего минимизируя людские потери. Тот факт, что ведущие финансово-политические кланы и коалиции США и Запада вынуждены были вступить в политический торг с Кремлем перед решающими выборами в США – это уже предварительный успех СВО. Хотя сохранить политический инструмент угрозы и при этом успеть до выборов в США конвертировать его в политические уступки и гарантии – это не менее сложная политическая задача.

Собственно, это и объясняет, почему лондонские банкстеры так отчаянно пытаются сорвать или хотя бы затормозить закулисный или заочный торг между Кремлем и Белым домом. Ведь предвыборные часики тикают. Ожесточенный торг между Белым домом и лондонским Сити с медийно-политическими угрозами тоже не прекращается. И тогда вопрос, почему бы англосаксонским банкстерам не договориться между собой, и вместе давить на Россию, а не пытаться обогнать друг друга в заочном торге с нею. Именно потому, что Россия не является крупным финансово-политическим игроком. В торге с лондонскими американцам нужно выделять (сохранять) для них серьезную долю финансовых активов при перезапуске мировой финансовой системы. В торге с Кремлем речь идет от территориях и сферах влияния, технологиях, но не доле участия в западной финансовой системе, а значит и в политической власти стран Запада.

Немалый парадокс в нынешней ситуации вокруг судьбы Киева и всей Б/У заключается в том, что обрушить киевский режим и восточный фронт ВСУ может не только Россия, но и лондонские хозяева режима. То есть можно представить ситуацию, когда Кремль и Белый дом в целом договорились о взаимных гарантиях, о сохранении благоприятной для США картинки из Киева и Харькова. (Заявление Путина об отсутствии планов брать Харьков в этом контексте вполне вписывается в нашу версию.) Даже нет сомнений, что именно ради этой угрозы лондонские нагнетали медийную истерию о том, что поражение Киева – это провал Запада в целом и его лидера Байдена лично. Однако реализовать эту угрозу без участия ВС РФ практически невозможно. В том числе поэтому из-за угрозы лондонских в союзе с частью проигравших правых (кураторов Залужного) Белый дом вынужден пойти торговаться с Кремлем как меньшим злом в финансово-политическом раскладе.

Российскому руководству для того, чтобы обыграть лондонских кураторов Киева и не дать им угрожать Байдену обрушением ВСУ и повторением Кабула в Киеве тоже приходится ужесточать контроль над собственными генералами. Ведь соблазн использовать возможную игру в поддавки со стороны подлондонского руководства ВСУ и получить исторические лавры победителя для любого настоящего военного может быть непреодолим. Так что подвешиванию уголовных дел над влиятельными генеральскими кланами тоже не приходится удивляться в такой ситуации.

Со своей стороны коллективный Байден активно использует санкционные рычаги для скорейшего ослабления британской экономики и политической системы, чтобы лондонским было не до угроз. Тот факт, что консерваторы сами пошли на досрочные выборы поскорее при гарантированном для них проигрыше, может объясняться как раз желанием банкстеров Сити получить легитимное левое правительство как обновленную опору перед решающим раундом предвыборных политических торгов в США. А вот европейцам после заведомо провальных для нынешних правительств евровыборов никаких особых шансов на активное участие в торге с США пока не светит.

Того же Макрона за попытки своевольной игры американцы показательно выпороли через понижение финансовых и политических рейтингов. Однако и у этого негатива есть обратная сторона – теперь у французов нет другой игры для сохранения статуса державы, кроме как подыгрывать Кремлю на Б/У, а Пекину – в его зоне влияния. И кстати, насчет закулисных игр, наглядный пример такого заочного ведения дел почти открыто – это заявление Путина, что поляки могут остаться навсегда в случае, если вместе с другими европейцами зайдут на Б /У. Сложно понимать это иначе, как откровенное приглашение и гарантии со стороны России сохранить Польше контроль над фактически занятыми областями Галиции и Волыни.

Возвращаясь к вопросу о второй свежести политических теорий, например, о неизбежной гражданской войне в США. Разумеется ее не будет в каком-то горячем виде, ибо нет такого числа имеющих военный опыт иммигрантов из Европы, как в 1860-х или ранее. Так что и «гражданская война» будет или уже вовсю идет, только гибридная, информационно-психологическая, когда потоки внешних и внутренних мигрантов кардинально меняют политический и экономический ландшафт страны, Уже пошла речь о самоопределении отдельных территорий внутри штатов, переходе в соседние штаты или разделении той же Калифорнии.

Так что скучно в ближайшие месяцы точно никому не будет.

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/292874.html?newpost

04.05.2024 Зимний путь 14

Смерть скупца. Фрагмент. Иероним Босх. Живопись, 1494. Национальная галерея искусства, Вашингтон

14. «А всё кончается, кончается, кончается!..»

Прогнозную интуицию можно и нужно подпитывать из разных источников разного уровня глубины и масштаба. Тогда меньше шансов поспешить и ошибиться, выбрав более приятную сердцу интерпретацию знаков и знамений. Например, в пророческом романе Булгакова есть намек на окончание боевых действий на православный праздник, совпадающий с государственным. Хотя, увы, нет намека – в каком году. Поэтому нужно включать или привлекать интуицию на уровне общей оценки военных ресурсов. Год назад эти оценки были самыми разными, а теперь прогноз поражения ВСУ до конца года стал уже общим местом даже в проукраинских западных масс-медиа.

Тогда есть два варианта – на майскую Пасху, почти совпавшую с Днем Победы, или в ноябре, на Казанскую, совпадающую с Днем народного единства. При этом опыт толкования булгаковских пророчеств подсказывает, что одной фразой обозначен не день или момент, а исторический узел, то есть быстротекущий, но все же процесс со своей инерцией и длительностью. Тогда интерпретация может быть такой – постепенная деэскалация и переход к замораживанию СВО на отодвинутых безопасных рубежах может произойти в течение полугода от майских до ноябрьских праздников.

Такой вариант прогноза подтверждается еще одной, политологической линией интуиции, тоже завязанной на майский и ноябрьский узлы событий. В начале мая завершится политический процесс в связи с выборами президента России, переназначат правительство с небольшими изменениями. Все неочевидные решения отложат на осень, чтобы не мешали полной свободе рук на внешнем периметре политики.

Мы уже отметили, что американская администрация перед своими ноябрьскими выборами тоже постаралась освободиться от возможного предвыборного шантажа лондонских союзников и киевских клиентов, грозивших обвалить фронт и обвинить в этом Байдена и обе партии – в ответ на временный отказ в финансировании Киева. Так что теперь все глобальные предвыборные вопросы будут решаться триумвиратом США-РФ-Китай (вернее – администрации Байдена-Путина-Си). При этом исполнение вероятных компромиссов полностью в руках Кремля, а это достаточно сильная позиция, чтобы требовать учета ключевых долгосрочных интересов в обмен на учет сиюминутных предвыборных интересов США.

Если нужно будет при плохой игре изобразить хорошую мину в стиле «Путин испугался нашей решительности и не стал забирать себе Киев», то это вполне разумная уступка в обмен на уход ВСУ с Донбасса и не сильно афишируемое создание демилитаризованной «санитарной зоны». Хотя бы потому, что в режиме деэскалации киевский режим и остатки «державы» рассорятся, разложатся и развалятся сами быстрее, чем при военном положении. Зачумленным территориям нужен карантин и долгий отрезвляющий пост для самоопределения. А платить русской кровью за «освобождение» украинствующих от самих себя – безнравственно.

Участие Китая или тем более Европы в глобальных предвыборных раскладах – сугубо пассивное, если не страдательное. Не случайно в апрельский «пакет помощи» были включены пункты, «разрешающие» европейцам конфисковать российские активы, а китайцам – продать Тик-Ток. И то, и другое – средство давления на предвыборный период с его приоритетной задачей удержания власти «контролерами», стоящими за Байденом (а заодно и за Трампом). Европейцам предложено гарантировать «восточный фронт» от обвала в предвыборный период, в том числе путем посылки «добровольцев» и передачи последних резервов собственных ПВО и артиллерии. Китайских банкиров из сети пугают санкциями тоже, чтобы их лондонские партнеры держали в узде киевских марионеток, а не угрожали бросить этот «чемодан без ручки». Ну и заодно склоняют китайцев к участию в «миротворческой» конференции для моральной поддержки Киева и предвыборного отчета Байдена о дипломатических перемогах по изоляции России.

Все эти политические расклады интуитивно понятны, однако одной интуиции все же маловато для надежных выводов. Придется усложнять текст и использовать свою испытанную модель для сравнительного анализа фаз развития политических процессов. Нынешний глобальный узел на излете 16 стадии Глобализации тоже подчиняется общим закономерностям, имеет такую же структуру Надлома из четырех четвертей по четыре стадии, включая предварительные на фоне предыдущих.

Предварительная четверть нынешнего финального узла стартовала в начале 2020 года в виде Брекзита и ответной биотеррористической атаки радикальной части правых глобалистов во Франции и в китайском Ухане. В этой фазе раскол глобалистской элиты пока еще склеен общим интересом антикризисной стабилизации и замаскирован скоординированными мерами по торможению торговли и финансовых транзакций. Тем не менее, крупные игроки под этим предлогом сформировали свои антикризисные штабы, а расхождение интересов становилось все сильнее по мере перезапуска экономики.

В активной четверти, стартовавшей в начале 2022 года сначала в виде активной военно-политической подготовки, а затем и в виде СВО расхождение полюсов стало явным, хотя наличие нескольких конкурирующих штабов с западной стороны тоже маскировалось общей антироссийской риторикой. (Эта маскировка глубокого раскола западных глобалистов – тоже признак предварительной четверти, но в политическом процессе намного большего масштаба, чем локальный восточноевропейский кризис.)

Политическим содержанием активной четверти политического процесса является взаимное испытание сформированных противостоящих альянсов, союзных и вассальных связей, базовых опор. Все отжившее и наименее ценное разрушается, приносится в жертву интересам противостоящих центров, а конкурирующие альтернативы внутри коалиций так или иначе оказываются подчинены. Впрочем, внутри активной четверти тоже есть свои четверти (стадии) – предварительная, активная, конструктивная, завершающая. При этом политический центр всегда расколот на противостоящие коалиции, и даже централизация в завершающей стадии происходит в виде споров и компромиссов между лидерами трех ведущих ветвей. Пример такого триумвирата в начале 16 стадии процесса учреждения РФ – Ельцин, Хасбулатов, Зорькин. (Примечание для новых читателей – нумерация стадий сквозная для всех больших стадий – Подъема, Надлома, Гармонизации. Так что 16 стадия процесса – это 6 стадия Надлома, она же завершающая его 2 четверти.)

Характерной чертой 16 стадии любого политического процесса является активная конкуренция разнообразных «круглых столов», переходящих в «конституционные» или «учредительные» собрания. Сейчас тоже можно видеть такую активность по организации «мирных конференций», призванных конституировать новый порядок, вырастающий из хаоса активной четверти. И так же происходит централизация и укрепление блоковой дисциплины внутри противостоящих коалиций, как и постепенное размежевание между ними. Что не мешает базовым сообществам (регионам в РФ, национальным элитам в нашем примере), за влияние на которых борются лидеры коалиций, засылать своих представителей в разные «корзины».

Финальный узел масштабного процесса повторяет на уровне взаимодействия штабов крупных игроков по поводу локальных конфликтов более масштабный сюжет завершающей стадии и всей завершающей четверти. В нашем случае речь идет о финализации активной четверти Глобализации (1945-2024) и ее завершающей 16 стадии (1992-2024). И всякий раз начиналось с централизации «левого» финансово-политического крыла и попыток конституировать свою однополярного гегемонию. Хотя даже в начале активной четверти с объективным преобладанием американского центра Глобализации это до конца не удавалось из-за расколов и противодействия лондонских и европейских элит. Что уж говорить о сугубо фарсовом повторении сюжета на излете Pax Americana. Однако не повторять сюжет для внутреннего пиар-употребления они не могут.

Внутри глобальной 16 стадии есть своя завершающая четверть, также связанная с размежеванием глобалистов и последней попыткой США консолидировать однополярье через антироссийские санкции в связи с политическим кризисом в Киеве и «Крымнаш». Соответственно, нынешний финальный узел является еще одним завершением завершения и все более фарсовым повторением истории. И с каждым витком этой спирали степень централизации и необходимый для этого накал страстей возрастает, однако в той же степени нарастает отрыв все более узких политических штабов, сохраняющих свою субъектность, от интересов сложившегося либерального политического класса. И вообще растет разрыв в интересах разных этажей политической пирамиды. Этот отрыв и распад на слои в итоге и позволяет политическому процессу в финальном узле повернуть в новую колею при смене стадий развития.

Притом что сюжет финального узла внешне повторяет повороты и отдельные формы всего предшествующего процесса, он имеет весьма важное отличие по своему содержанию. Финальный узел обеспечивает кризисный переход всей масштабной системы из одного состояния в следующее, имеющее иную структуру политического центра и его связей с политическим классом и подчиненными контурами управления. Расслоение элит и сужение масштабов активных политических субъектов при общей невостребованности и дезориентации подчиненных слоев позволяет взаимодействовать в одном относительно коротком политическом процессе (финальном узле) одновременно и уходящему центру, и сменяющему его.

Конкретный пример, в ноябре-декабре 1991 года одновременно работали два центра – уходящий союзный (Горбачев) и новый российский (Ельцин). При этом новый центр опирался на растущий интерес республик и регионов, а уходящий союзный постепенно терял последние опоры даже в союзных ведомствах. Однако при этом продолжалась какая-то политическая активность, и даже работали политические лифты, какие-то кадры из союзных республик рассаживались по кабинетам ВС СССР и МЭК. Очень похоже на нынешнее «обновление элит» в США, когда новые лица разных оттенков выступают в интересах массовой миграции и в пользу отказа от традиций. Вся эта обновленная однополярная активность призвана замаскировать закулисный диалог между узкими кругами уходящего «западного» центра и восходящего «восточного» об условиях и порядке передачи дел – и так, чтобы нижестоящие элитные слои в эти важные вопросы не вмешивались.

Разумеется, дымовая завеса «мировых масс-медиа» (МММ) выставлена в режиме «оптимизации», в смысле вдохновляет подчиненные слои элит оптимизмом. Мол, вот еще немного, еще чуть-чуть, созовем еще одну «мировую конференцию», показательно внутри своего междусобойчика «изолируем» Россию и «нейтрализуем» Китай – и «так победим», вернее – «переможем». Среди местных караул-патриотов даже находятся такие, что верят очередной обещанной «перемоге» Запада – видимо, чтобы успеть мазохистически побиться головой «апстену», а то после конференции уже не удастся словить такой кайф.

Никто и не сомневается, что либеральные МММ нарисуют такую картинку, как надо, чтобы поддержать сугубо виртуальное лидерство «однополярного Горбачева» в своем кругу. Это будет легко хотя бы потому, что желающих занять все более пустое место не просматривается. Даже Трамп уже заявил, что не хочет быть «вторым Гувером» и своими наездами на ФРС просто провоцирует «демократов» на повторение фарса четырехлетней давности, а сам хочет стать лидером оппозиции с большинством в конгрессе. Так что максимум, что может добиться офис Байдена с помощью «мировой конференции» – это именно виртуальная перемога и дымовая завеса для прикрытия подготовки к сдаче реальных позиций.

Можно еще добавить, что в переходном между стадиями «финальном узле» роли участвующих субъектов могут, а скорее должны изменяться по сравнению с их ролью в предшествующей стадии. Например, союзный центр после провала ГКЧП и последнего союзного съезда стал одной из двух частей представительной ветви политики, а российский федеральный центр – наоборот из представительной ветви перешел во главу исполнительной. Так и сегодня, американский экс-однополярный центр перестает быть центром военной силы и даже значимой для остального мира финансовой эмиссии, хотя сохраняет ведущую роль в финансово-торговой сфере и финансовом контроле над западной частью бывшего однополярья.

На всякий случай уточню, что история повторяется всегда по-разному, и проводить параллели нужно аккуратно, оставаясь в рамках той или иной линии сравнения. Однако через множество таких отдельных параллелей можно сформировать общее представление о сложном переплетении политических линий распада и развития в таких масштабных кризисных узлах. Даже при наличии общей модели развития политических процессов разобраться в хитросплетениях кризисных узлов – совсем не просто. Оценить, в какой именно фазе находится актуальный «финальный узел» - тоже можно лишь приблизительно, так что без политической интуиции не обойтись. Просто потому, что многие политические линии еще не завершены или пока не вышли на поверхность. Однако уже налицо переход в стадию конституирования «ликвидационной комиссии» для однополярного центра и временной «учредительной комиссии» для переходного периода на ближайшие десятилетия. И дальнейший анализ нужно вести в этом контексте.

А пока что политическая интуиция подсказывает нам, что после завершения выборов в России и до завершения выборов в США Кремлю просто невыгодно слишком быстро добивать ВСУ, даже если все объективные для быстрого прорыва и обвала обороны противника имеются. Тем более что именно к этому политическому моменту и запасы ракет, и дивизии прорыва готовили, и энергетику Б/У на грань полного краха выставили, так что достаточно лишь одного удара для перевода нокдауна в нокаут.

Повторю в сотый раз, что самым эффективным инструментом политики является весомая и очевидная угроза, а не реализация оной. Не только пистолет большого калибра, но и «доброе слово» является необходимым слагаемым успеха в серьезных закулисных переговорах. За сохранение лица и ведущей позиции США в западной части бывшего однополярья можно выторговать намного более весомые уступки и выгодные позиции, чем путем мобилизации, эскалации и перенапряжения сил. Не говоря уже о сомнительной ценности бэушного «чемодана без ручки», по поводу которого формально идет спор (фактически – о разделе сфер влияния в переходном к многополярному миру).

Параллели с «федеральными» узлами 1991 и 1993 годов многозначительно и притом однозначно намекают, что сугубо дипломатические маневры и имиджевые пиар-ходы – это удел уходящих политических субъектов. А для реального успеха нужна реальная силовая опора, способность и готовность делать на нее ставку. Хотя лучший вариант ограниченного применения – когда после демонстрации силовых возможностей противник сам запросит мира и согласится на продиктованные условия. И в этом случае вполне можно сохранить его лицо и субъектность в отношении подчиненных, как в свое время те же американцы сохранили формальный статус японского императора, а японцы ранее так же сохранили манчжурского Пу И. Или из «федеральных» параллелей – восстановили субъектность КПРФ после запрета КПСС.

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/292817.html?newpost

26.04.2024 Зимний путь 13

Несение креста. Иероним Босх. Живопись, 1510-е. Музей изящных искусств, Гент

13. «Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее!..»

Напомню еще совсем не лишний раз, что в политике вообще не бывает хороших решений. Просто потому, что предметом политики являются риски и угрозы, а значит всегда выбор из очень плохих, просто плохих и не самых плохих вариантов. Не самые плохие решения обеспечивают некоторый баланс плюсов и минусов, как актуальных, так и среднесрочных или долгосрочных.

Пример не самого плохого политического решения мы уже обсуждали – марш-бросок русской армии на Киев в начале СВО. Очень плохим решением было бы участвовать в большой игре в качестве пассивного «болвана», как сейчас Германия и с нею вся Европа. Тогда пришлось бы только отвечать на эскалацию агрессии на Донбассе, безуспешно пытаться спасти от разрушения Донецкую агломерацию и истощать силы в самой плохой из всех возможных конфигурации фронта.

Перехват военной инициативы плюс политическая игра высшего уровня с лондонскими кураторами Киева позволили за три дня и почти бескровно приобрести огромный плюс в виде сухопутного коридора в Крым и блокирования устья Днепра. Однако взамен этой жертвы Киев и Лондон за ним получали имидж «миротворцев» и стратегическую инициативу по всемерному усилению якобы «мирного» Киева, выстраиванию глобального альянса против «агрессора», то есть долгосрочные плюсы при минимальных для них (но не для «ястребов») уступках. Так что это был бы просто плохой вариант для нас, если бы реализовался.

Однако, как бывает, «кто нам мешает, тот нам и поможет» - правое крыло глобалистов и их клиенты в ВСУ сорвали сценарий «стамбульских соглашений». Так что в итоге получился не самый плохой сценарий для России – и новые регионы в плюс, и перехваченная среднесрочная военная и долгосрочная политическая инициатива, и жуткий наци-милитаристский имидж Киева в глазах «Глобального Юга», да и здоровых сил Запада тоже. Да, пришлось заплатить за эти долгосрочные плюсы определенную цену – и в Гостомеле, и позже на фронтах. Однако, повторю – просто хороших вариантов в политике не бывает в принципе, возможна только минимизация рисков и выбор между сиюминутными и долгосрочными плюсами и минусами.

Для разных политических субъектов общий баланс плюсов и минусов может оцениваться по-разному. Так, для либеральных элит важно иметь плюсы здесь и сейчас, а минусы отложить на потом. Для «государственников» (как принято сейчас называть наследников военно-аристократической традиции) минусы здесь и сейчас вполне допустимы, если дают усиление на долгосрочную перспективу. Поскольку в США рулят либералы, а в России – государственники, всегда есть шансы договориться о компромиссном решении, особенно перед очередными выборами в США, когда тамошним элитам нужны деньги, деньги и еще раз деньги здесь, сейчас и побольше, в том числе и для поддержания нужной имиджевой картинки в мировых масс-медиа (МММ).

Впрочем, на глобальном уровне для либерального крыла глобалистов важны не сами деньги, и даже не их количество, а финансовая власть над ними – но все равно здесь и сейчас, а не в будущем. И бороться между собой за рычаги финансовой власти нужно здесь и сейчас, на выборах конгресса и президента США, и вместе охранять эту финансовую машину тоже. Это и только это определяет мотивы и действия властей и политического класса США и подчиненного им Запада. Все остальные рычаги – милитаристские, спецслужбистские, информационные – служат одной цели и связаны одной цепью. Не говоря уже о фишках в глобальной политической игре как бывшая Украина, Тайвань или прочие сателлиты.

Пока фишка еще может служить инструментом политических угроз своего уровня, ее используют, но если от нее уже больше рисков для самих кукловодов, то легко идет в размен. Впрочем, даже на восточноевропейской доске локальная игра глобальных игроков, скорее, переходит в позиционный миттельшпиль. Так что речь пока не о размене самой киевской фишки, а о размене позиций после смены кураторов. Однако нужно помнить, что глобальная игра на уровне мирового финансового кризиса находится только в дебютной стадии, и все локальные «игровые доски» были и будут только фишками в этой Большой Игре. И только с этим пониманием нужно пытаться анализировать ход событий и оценивать факты на локальном восточноевропейском уровне.

И еще один важный момент – не следует переоценивать политическое влияние масс-медиа и так называемой «информационной войны». В политической реальности зависимость ровно обратная – это информационные волны полностью зависят от ранее принятых политических решений и связанных с ними плюсов и минусов. Например, коррупционные скандалы, как сейчас в МО РФ, или чрезвычайные происшествия, как с паводком в уральских регионах – это проявление долгосрочных или среднесрочных минусов ранее принятых политических решений, сформировавших вот такое качество системы управления.

Само по себе событие типа ареста замминистра Иванова и его информационный шлейф мало влияет на политические настроения. Лояльно настроенные увидят в этом больше плюсов – очищение госаппарата. Скептически настроенные утвердятся в своем скепсисе, мол, рыба гниет с головы. Враждебно настроенные мечтательно усмотрят в этом событии признаки развала страны и скорой опалы одного из важных политических лидеров. То есть сама по себе новость в информполе никак не повлияет на настроения отдельных людей, а значит и масс. Однако такого рода новость создает в информполе фокус внимания, к которому будут возвращаться постоянно, и будут притягиваться разнообразные информационные «частицы» - сообщения, слухи, мемы, выстраиваясь вдоль невидимых политических «магнитных полей».

Психологическое воздействие имеет не новость сама по себе, не информационное видимое поле, а бессознательно ощущаемое изменение «магнитного поля» глубинных психологических связей. В любом малом селении или трудовом коллективе есть свои неформальные лидеры мнений, реакция которых на значимые новости определяет настроение окружающих. Даже если никто из них этого не осознает.

Так называемые «медийные ЛОМы» – это лишь имитация реальных лидеров мнения, которые всегда рядом с людьми. Впрочем, для патологических экстравертов с сугубо внешним локусом контроля таких «медийных ЛОМов» достаточно, чтобы ненадолго, как у стаи рыбок гуппи, сфокусировать их внимание. Однако все равно подтверждение стереотипной реакции идет от реальных лидеров мнения в своем кругу. Эти неформальные ЛОМы могут быть подключены либо экстравертно к такому же либеральному ЛОМу статусом выше. Либо в интровертном русском варианте балагура дяди Васи, ну или «слесаря Гоши из закрытого НИИ» - ориентируются на реакцию своих глубинных архетипов, то есть коллективного опыта, но все равно для подтверждения находят в более широком кругу или в информполе других ЛОМов с такой же реакцией.

Таким образом, долгосрочное информационно-психологическое влияние оказывает вовсе не информационное сообщение о некоем политически важном событии, а реакция на него непосредственно вовлеченных и вовлекаемых политиков и функционеров. Там в ближнем круге намного лучше знают и понимают всю подоплеку, невидимую для массового информполя. Если на деле речь о взаимной борьбе коррупционеров и подсиживании, переделе должностей и финансовых потоков – глубинная реакция будет одна, ведущая к общей деморализации, развалу и деградации. Это, увы, не раз и не два бывало в позднесоветские и постсоветские времена.

Если же мотивом и результатом ареста коррупционера является очищение и укрепление единоначалия, политическая консолидация здоровых сил в госпаппарате, то и глубинная реакция ближнего круга и всех прилегающих окружений будет соответствующая. И даже сами коррупционеры, трясясь от страха, в глубине души реагируют, как следует из нравственных ориентиров. «И бесы веруют…»

Поэтому распространение новости в информполе – это один процесс, фокусирующий общее внимание. А не столь быстрое, но зато необратимое изменение невидимого «магнитного поля», то есть распространение глубинной психологической реакции – это немного другой процесс. Хотя происходят оба процесса сопряженно, как общее «электромагнитное» поле.

Конкретно в примере с замминистра Ивановым сформированное вокруг министра Шойгу «магнитное поле» его репутации таково, что враждебно мечтательные голоса о признаках развала воюющей стороны и неминуемой отставке министра в разгар СВО звучат и выглядят откровенно глупо. Достаточно посмотреть на политическую биографию непотопляемого и тефлонового политика, чтобы оценить нынешнее событие всего лишь как еще один эпизод, чреватый очередным выходом «сухим из воды». Множество раз подчиненные и даже близкое окружение подставляло опытного царедворца, но всякий раз он сохранял, а потом и укреплял свои позиции. Все это свидетельствует о наличии изначально глубинной интуиции, а потом и политического опыта, вкупе с надежными принципами.

Да, в лихие либеральные времена, в окружении брежневско-горбачевско-ельцинской чиновной элиты, всегда повязанной круговой порукой, всегда нужно было «по-волчьи выть», действовать строго в русле равнодействующей влияния политических сил, не отвлекаясь от политических задач и не вовлекаясь в неизбежные коррупционные игры подчиненных. Однако при этом работать всегда в интересах дела и укрепления вверенной вертикали. Этого достаточно, чтобы здоровые силы в такой вертикали имели шанс реализовать свои задачи.

Уже писал, что Путин по своему стилю является реинкарнацией Александра Первого (такой же внешне «слабый» и «лукавый», то есть хорошо играющий слабыми картами, как не раз уже грустно констатировали недруги). Так же и Шойгу по стилю опытного царедворца и управленца похож на Кутузова. Будем надеяться, что и по итогам столь же значимой военной кампании – тоже. Однако, и Кутузов бывал в опале, и Шойгу тоже как политик не вечен, как и Путин. Их таланты хороши в окружении постсоветских элит, как и Александр I балансировал между екатерининскими вельможами и новым поколением. После полной смены элит уйдут и балансирующие лидеры, и понятно, что в Минобороны такая смена элит произойдет быстрее по результатам СВО.

Собственно, нынешний скандал и означает переход к замене старых элит в МО РФ. Точка, в которую ударила военная контрразведка с позволения лидера – это узел шкурных интересов всего генералитета прежнего мирного времени. Имея такую зацепку и угрозу, можно без шума, пыли и лишних информационных скандалов принудить уйти любого аппаратного функционера, расчистить место новому поколению, имеющему боевой опыт. Однако и для них посадка особо приближенного функционера является сигналом, что неприкасаемых нет, независимо от заслуг и степени приближенности.

Теперь попробуем оценить, что означает этот скандал в контексте СВО, а значит и глобальной игры. Понятно, что генеральскую тыловую мафию в оперативной разработке держали давно (точнее – всегда). И во многих случаях до арестов дела не доводили, только до отставок, хотя бы по причине того, что другого генералитета у нас для вас нет. Зачем во время постоянных локальных войн деморализовать верхушку армии? Да и сегодня тоже арестовали штатского замминистра, а не военного. Так что время для публичной реализации негласных оперативных дел выбирал лично Путин, исходя из всех политических обстоятельств, включая ход СВО.

Зададим себе простой вопрос, почти риторический: Почему при наличии всех оперативных данных Иванова не взяли год, два или три назад? Может быть потому, что при подготовке к военным действиям (было множество внезапных проверок и больших учений) и тем более в самые сложные периоды СВО такая угроза всему генералитету была бы вразрез с более актуальными политическими задачами.

Еще не менее риторические вопросы: А что, при таких приоритетах в пользу СВО, а не контрразведки, тыловые генералы в МО в период СВО приуныли или наоборот осмелели в своих неизбежных гешефтах? И вообще нет ли корпоративного интереса генералитета и аппарата МО, чтобы вести СВО как можно дольше? (Как впрочем, и во всех других армиях и войнах любого периода истории.) Тогда не следует ли оценить отмашку Верховного на посадку штатского «генерала» как сигнал «Тппру» для военной машины, натягивание вожжей перед политическим поворотом?

И надо же, совпадение. Практически одновременно с сигналом Фрунзенской набережной прошел аналогичный сигнал в пятиугольное здание на Потомаке. Можно подумать, что до сих пор в Вашингтоне никто не был в курсе завышенных цен ВПК. Однако пакет с набором болтов за 90000 баксов принесли в Конгресс и публично разоблачили только сейчас. Мол, доколе? И это разумеется, не единственный признак закулисно согласованных решений о переводе игры в позиционный миттельшпиль.

Скажем, официальный спикер Кремля никогда бы не озвучил публично про создание буферной зоны на Б/У без уже принятого решения на этот счет. Речь о демилитаризованной зоне без тяжелого вооружения по обе стороны отодвигаемой линии разграничения, общей шириной не менее дальности поставленных Западом ракет. То есть о планах заморозки СВО без продвижения к Киеву.

Или вот минский батька перевозбудился: «Не знаете, что в однобортном сейчас уже никто не воюет?» Была бы реальная опасность военной эскалации, «асцерожные» минские паркетные генералы сидели бы ниже ботвы, тише болотной воды. И батька с ними. А тут не знают, какой бы еще пограничный повод сочинить для возможного участия, чтобы вдруг не опоздать к разделу Б/У на протектораты.

Даже такая вроде бы немирная новость о выделении конгрессом США 60 миллиардов баксов «в связи с Украиной» - весьма неоднозначна. Даже 13 миллиардов из них могут выделить самому Киеву на поддержание чиновных штанов. Ура-патриоты и караул-патриоты с обеих сторон сразу же взвыли вувузелой вельзевула – про войну до конца, желательно ядреного. Опять же куча страшилок с обеих сторон про ядерное оружие в космосе. (Наверное тоже, чтобы генералов подбодрить.)

Только почему-то вслед за этой громкой информационной волной вроде бы про поддержку Киева прошла невидимая психологическая волна, деморализовавшая руководство двух бригад ВСУ, оборонявших ключевую господствующую высоту в Очеретино. Верный признак того, что в штабах ВСУ и ставке фюрера реакция на новость о многомиллиардной поддержке Киева сугубо пессимистическая.

Неплохо бы также ответить на резонный и даже ключевой вопрос: Почему политики США полгода тянули с принятием билля о поддержке Киева, а тут вдруг наглядно показали, что все это была игра в затягивание? И принять пакет законов можно вполне успешно, несмотря на предвыборный раскол элит. Получается, сами же хотели деморализовать и поставить киевский режим на грань краха, но не за грань?

Если считать Запад единым и консолидированным, тогда это необъяснимо и за гранью разумного. Однако дружное голосование показало, что компромиссы всегда возможны, и даже левацкая демшиза в конгрессе не помеха. Значит, по давней традиции внутренние политические войны наглосаксов меж собою не просто могли, а должны были продолжаться ровно до момента, пока эти разборки не стали угрожать общим интересам.

Подконтрольность офиса Зеленского лондонским кураторам через зависимость от британских охранников, наркологов и финансовых услуг – давно уже не секрет. Ровно с того момента оченью 2021 года, когда киевский полугетьман публично облаял дедушку Байдена, чтобы заслужить «сахарную косточку» от лондонских спонсоров. И как-то так все два года получалось, что значительная часть американских и европейских финансов и вооружений, растаскиваемых с помощью Киева, шла на политические нужды лондонских спецслужб и «консультантов».

До какого-то момента это было терпимо, но после провокации ХАМАСа 7 октября и ответных военных преступлений израильских ястребов – предвыборные интересы не только команды Байдена, но и всей элиты США оказались под боем. Причем уши лондонских «консультантов» в активности всех ответвлений «братьев-мусульман» торчали всегда, и особо не скрывались. Радикальные крылья и левых, и правых глобалистов тем самым объединились против третейской силы американских контролеров. После такого развития событий финансировать Киев, а через него и Хамас, и израильских радикалов – для властей США было бы унижением и признанием политической импотенции. И без того усугубляющийся из-за террористической войны в Газе раскол в элитах и особенно среди «демократов» почти обнулил шансы Байдена, если таковые как-то просчитывались.

Тогда другой вопрос: А разве лондонские кураторы Киева не просчитали заранее такую реакцию США и отказ в финансировании? Разумеется, просчитали и этот вариант, и тоже использовали для шантажа американцев. Случайно что ли в подконтрольных Сити «серьезных» и «левых» масс-медиа все последние месяцы звучал «вой на болотах». Вместо того, чтобы по-тихому слить киевских неудачников, лондонские МММ, с одной стороны, нацеливали Киев на продолжение самоубийственного сопротивления, а с другой – громко озвучивали, что поражение Киева – это поражение всего Запада (читай – США и лично Байдена). При этом новый главком Сырский строго следовал указаниям кураторов Зеленского и продолжал утилизировать нелояльные националистические бригады под Авдеевкой и Артемовском.

Нет никаких других рациональных вариантов объяснения, кроме банального шантажа Вашингтона со стороны лондонских кукловодов Зеленского. Сначала намеренно поставим ВСУ на грань краха, а затем раскрутим в подконтрольных «мировых масс-медиа» и в соцсетях мессидж об ответственности США и офиса Байдена за крах «форпоста демократии», повторение позора в Кабуле. Причем обвал фронта может произойти в любой момент и даже независимо от неготовности русских генералов завершить СВО так быстро. Поэтому американцам ничего не оставалось, как продолжать затягивать вопрос о финансировании Киева теперь уже в режиме согласования пакета законов. Мол, погодите, не обрушивайте, вот-вот примем и дадим денег. Дальше будут тоже затягивать в режиме согласования отдельных траншей – погодите, вот-вот.

И что же, получается, лондонские американцев нагнули, спасли своих киевских марионеток? И тем самым получили шанс для дальнейшего шантажа той же угрозой краха Киева в предвыборный период, чтобы выторговать себе позиции в Демпартии, провести своих «левых» кандидатов в «голубых» округах и штатах, а потом и министров – «и девушек наших введут в кабинет».

И таки да, нет у американцев ответных ходов на Б/У против лондонского шантажа в том числе совместных с правыми радикалами провокаций с террором против Белгорода, направленных на скорейший переход ВС РФ в наступление против ВСУ. Только возможные закулисные договоренности с Кремлем о сдержанности и неспешном продвижении вперед на Донбассе. Однако, если такие переговоры ведутся, офис Байдена должен опять доказывать, что остается контролирующим субъектом, и что договариваться нужно с американцами, а не с лондонскими конкурентами. Которые тоже предлагают свои варианты торга и территориальных уступок за счет «правых».

Да, на уровне Киева и ВСУ рычагов против шантажа лондонских практически нет у Вашингтона. Но это означает только перевод игры на уровень выше, в сферу финансового контроля, где почти все козыри на руках у Белого дома. Когда в новостях сообщают об отказе китайских банков обслуживать российско-китайские торговые транзакции, это выглядит как давление на Россию. Не без этого, хотя обходных способов более чем достаточно – и побочным эффектом будет перевод торговли в банки и нефинансовые институты, контролируемые совместно нашими и китайскими «контролерами», и даже с возможным участием американских в дальнейших цепочках поставок. Так что на деле это санкционная угроза в адрес китайских, гонконгских и союзных им лондонских банкиров – потери доходов от обслуживания торговли, и не только с Россией, но и с Европой.

Поэтому не случайно, что посланец Байдена Блинкин повез «черную метку» не в Пекин, где рулят теневые партнеры вашингтонских «контролеров», а напрямую в Шанхай, пролодонским банкирам. Как не случаен и весьма холодный прием госсекретаря в Шанхае. В общем, лондонским теперь приходится выбирать между продолжением мелкого гешефта в Киеве и возможным быстрым сокращением крупных гешефтов в Шанхае и Гонконге. Выбор на самом деле несложный, но все равно будут тянуть до последнего, поблефовать и покайфовать напоследок хотя бы от ощущения своей неимоверной крутости. «Хоть мгновенье ещё постою на краю…»

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/292552.html?newpost

04.04.2024 Зимний путь 12

Страшный суд. Фрагмент. Иероним Босх. Живопись, 1508. Старая Пинакотека, Мюнхен

12. «Войну любил он страшно…»

Первые дни апреля ожидаемо запомнились фарсовым бенефисом в Елисейском кабаре. Рассказы Макрона о переговорах с этими ужасно жестокими варварами живо напомнили известный анекдот о неуемной бабе-ягодке: – Ой, в том сквере так опасно, так опасно… Мне там угрожали, чуть не изнасиловали… Завтра еще пойду…

Можно угадать примерно и сам диалог французского министра с Шойгу: – Стоять! Иначе будете э-э-э… арестованы…– А пистолетик у тебя есть? – Ну тогда задержаны…

И все это на фоне победы антифранцузской оппозиции в Сенегале и вообще в целом из Африки приходится того… даже из Того.

Хотя если чуть серьезнее, то и в прошлый раз в ходе номинальной деколонизации 1960-х французы тоже уходили, но так и не ушли. Как и положено опытным постимперским элитам, если объективно назревший процесс нельзя предотвратить, его нужно возглавить. И хотя за левой панафриканской идеологией нового поворота явно видны уши все того же Сити, французская ветвь ротшильдов вполне может успеть предложить свои финансовые услуги в Западной Африке китайским корпорациям зоны Янцзы и напрямую. Заодно помогут товарищу Си еще раз выправить в свою северную пользу баланс между противостоящими южнокитайскими коалициями кланов.

Что-что а успевать вовремя переметнуться на сторону победителя – это у них в крови, и задолго до «Вовремя предать — это значит предвидеть» от Талейрана. Для иллюстрации в канун первого апреля в России широко осветили и отметил 210-летие триумфального «освобождения» Парижа от узурпатора, когда на сторону русского царя переметнулась буквально вся столичная публика.

Уже по этой глубинно традиционной причине высокая переговорная активность французов с русскими и китайцами, прикрываемая типа «жесткой» русофобской риторикой, – это довольно надежный индикатор, во-первых, слабости позиций самих французов, но главное – близкого проигрыша противоположной коалиции «правых глобалистов». Озвученное самими французами предупреждение от Шойгу – надеемся, что французские спецслужбы не замешаны в теракте в Крокусе, – на самом деле является одним из условий продолжения диалога, а именно зачистки этих самых спецслужб от ставленников правых. То, что это условие озвучили в Париже, очень похоже на его принятие как обоснование для такой чистки. А иначе зачем так громко сообщать своим элитам об этих якобы безосновательных подозрениях русских?

Деловое предложение (а вовсе не угроза) Макрона ввести своих легионеров, а заодно румынских союзников в Одессу и Бессарабию содержит слишком важный нюанс (опять же как в анекдоте). Предлагается создать франко-румынскую коалицию вне НАТО, то есть заменить американский протекторат над южными остатками Б/У даже не европейским, а отдельным юго-восточноевропейским с опорой на Францию как уже не мировую, а региональную державу. После такой заявки полякам тоже ничего не осталось, как мобилизоваться на учения поближе ко Львову и Волыни, чтобы не опоздать к разделу Б/У на отдельные протектораты. А то венгры со словаками и так уже давно готовы взять под контроль Закарпатье, но могут и дальше зайти и чехов с собой позвать, если поляки замешкаются. И все это помимо стремительно дряхлеющего НАТО имени Байдена, отметившего свой юбилей парадоксальной идеей дистанцироваться от США.

Если учесть, что давно уже озвученные «прогнозы» директора СВР Нарышкина о вводе польских войск в западенские регионы Б/У были фактическим приглашением всех восточных европейцев одновременно и к развалу НАТО, и к легитимации российских приобретений – то переговорная активность французов, поддержавших эту идею с западной стороны выглядит несколько иначе, чем могло кому-то показаться с первого взгляда и вне контекста. Тем более что под флагом французских легионеров готовы войти опять же восточноевропейцы или те же арабы, симпатизирующие в целом России, а не США и Европе.

Разумеется, не нужно упрощать ситуацию до совсем уж фарсовой, хотя и не без этого. Макрону и его окружению, всем французским элитам реально страшно, страшнее чем другим европейцам. Ибо падать с высоты бывшей мировой державы больнее, чем просто менять сюзерена как прочим европейцам. Поэтому активные переговоры и публичные всхлипы об угрозах Кремля нужны в том числе и для зондажа реакции со стороны США и бывших условных союзников по милитаристскому правому флангу.

Понятно, что угроза терактов в предолимпийском Париже исходит от тех же правых радикалов, что организовали теракт в Крокусе. Риторика о якобы угрозах от России в данном случае – попытка заранее занять защищенную от правых политическую позицию, если радикалы все же пойдут на эскалацию, но одновременно – и сигнал Кремлю, чтобы помог с нейтрализацией угрозы. И все же несмотря на высокий уровень риска в случае самостоятельной игры Парижа, в том числе на Б/У, пассивность заплыва по течению к краю кризисного обрыва многократно рискованнее. Так что и эта негативная сторона рискованного предприятия Макрона указывает на еще более негативную оценку шансов правых глобалистов удержать позиции в текущем решающем раунде глобального политического кризиса, он же Третья мировая перезагрузка. И в обеих предыдущих попытках «дранг нах остен» французские элиты ухитрялись «вовремя предать», отмежевавшись от своих же правых милитаристов.

Готовность праворадикального крыла правых глобалистов к эскалации террора и локальных террористических войн вроде бы подтверждается свежими циничными атаками ЦАХАЛа на посольство Ирана в Дамаске и гуманитарный конвой в Газе. Причем атака на западную волонтерскую миссию в Газе намного серьезнее и показательнее, чем попытка спровоцировать и без того враждебный Иран на ответный удар по американским базам или еще хуже – торговым интересам.

Миссия НКО «World Central Kitchen» в Газе была совместным проектом обновленной политической коалиции «демократических» кланов Обам и Клинтонов с участием младших британских партнеров. Недавний визит Обамы к Сунаку был не только о замене Зеленского, но и о попытке деэскалации в Газе перед выборами в США. Иначе Байден и его будущий преемник, которого номинируют на июльском съезде в вице-президенты, с треском проиграют выборы как бесхребетные пособники Израиля. Кстати, не будем сбрасывать со счетов и этот мотив – усугубить раскол в Демпартии и тем самым повысить шансы на выборах в конгресс произраильских правых, что даже важнее для них, чем выборы заведомо «хромого» президента расколотой державы. Причем подбодрить правых произраильских милитаристов нужно именно сейчас, в период праймериз против изоляционистов, пусть даже умеренно произраильских как их лидер Трамп.

Удар по «демократическому» конвою в Газе – очевидный симптом глубокого раскола и кризиса власти в Израиле (как и в самих США). Одни политики и генералы согласовали и дали типа гарантии, а другие тут же – цинично и целенаправленно эти гарантии разбомбили вместе с конвоем. Однако, как всегда бывает в истерической спешке, результат запугивания всех и вся со стороны праворадикалов получился, как в чеховском «Пересолил». На антиизраильской платформе сплотились не только демократы, для которых резня в Газе – нож острый перед выборами, но и трамписты получили аргументы против правых на республиканских праймериз.

Что касается удара по иранскому КСИР в Дамаске на следующий день после удара в Газе по конвою ВЦК, то здесь все намного более запутанно. Выглядит как продолжение террористических атак правых милитаристов, направленное на разжигание большой войны. Однако именно такое усугубление до грани большой, а не локальной войны, с перспективой блокады еще и Ормузского пролива и соответственно удара по мировой торговле и финансовым рынкам Запада – вызвало охлаждающую реакцию в обеих партиях США, не говоря уже о Европе.

Кроме того, если бы инициаторы удара по КСИР в Дамаске действительно хотели военной эскалации и втягивания Ирана, а затем и США в ближневосточную войну, тогда и быть нужно было по Ирану. А так этот удар, скорее, стимулировал активизацию переговоров между США и Ираном, чтобы предотвратить ответные удары по базам или посольствам США в регионе за неимением таковых у Израиля. И в ходе этих закулисных, но вовсе не скрываемых переговоров американцам неизбежно пришлось пойти на какие-то уступки, шаги навстречу Тегерану.

Или вот еще вишенка на изрядно подгоревшем кексе – публичное и добровольное признание со стороны Ирана, что погибший в ходе удара генерал КСИР был на связи с Хамасом в связи с провокационной атакой 7 сентября. Правые радикалы бывают не только в США или Израиле, но и с другой стороны глобальной линии фронта, однако все праворадикальные группы заинтересованы в горячей эскалации и фактически наигрывают друг другу. Во-первых, само признание, как бы оправдывающее удар, симптоматично – говорит об умеренности и нежелании иранского руководства помогать израильским правым разжигать войну. Однако готовность отмстить ударом на удар заявлено. Так что во-вторых, и это даже важнее – теперь, если кто-то из израильских ястребов-политиков или генералов вдруг неожиданно взлетит на воздух, то вся вина будет на иранских мстителях, а вовсе не на умеренных политиках в Израиле и США. (Разве можно такое даже подумать?))

Кто-то спросит, ну что же мы все про Францию, Израиль? Когда же про Киев и судьбу Б/У? А что тут особенно говорить-то – о мертвых в данном случае только «ничего». Киевский режим давно уже существует в режиме «зомби» с конечностями ВСУ и Нацгвардии, подключенными к гальваническим элементам НАТО и экономикой, подпитываемой западными аппаратами искусственного кровообращения и дыхания. Запад был какое-то время единым только в одном – желании максимально использовать резервы Б/У до последнего украинца для давления на Россию и создания преимущества якобы Киеву, но на деле – его западным партнерам на неизбежных переговорах с Россией. Киев – давно уже не субъект политики, что доказал лишний раз после парафирования Стамбульских соглашений. И подписывали по отмашке из Лондона, и тут же отказались по команде оттуда же, когда возникла угроза переворота по команде из США.

Так что единство желания Запада надавить на Россию для переговоров на какое-то время скрепило безнадежно расколотый внутренними противоречиями блок НАТО, но ровно до того момента, когда это самое время переговоров настало. Тогда уже каждый сам за себя и готов подставить «союзников» под удары. Хотя был, конечно, еще один резон, кроме давления на Россию, чтобы принести Киев в жертву – и это именно опасность для Европы и Запада в целом со стороны слишком сильной по западным, а тем более европейским меркам сухопутной армии бывшей Украины. Это как динозавр с огромным спинным мозгом и малюсеньким головным – пусть даже прикормлен, никогда не знаешь, кого он пойдет жрать при наступлении кризиса на самом Западе. Поэтому те же поляки, вместе с немцами и французами, в 2014 году сделали все для разрушения остатков «головного мозга» в Киеве, чтобы подключить этого зомби к аппаратам НАТО и заставить самоубиться об Россию.

Возможно, у западных заказчиков и кукловодов (или как там еще называют «операторов зомби») были даже какие-то иллюзии в отношении возможного успеха «контрнаступа» и успешности натовской военной машины управления украинским «мясом». Однако, подвели остаточные рефлексы «спинного мозга» укрозавра, когда укрогенералы и полевые командиры не захотели рисковать драгоценным здоровьем в реальном продвижении и предпочли фактическую позиционную войну с защищенными штабами подальше от линии фронта.

В результате ВСУ и экономика Б/У, как и было задумано, истерлись и по большей части самоубились об российскую военную машину, а эта самая машина ВС РФ, как и экономика России, только усилились. И теперь переговорные позиции России определяются возможностью в любой момент прорвать оборону ВСУ в любом удобном именно для России месте. Было бы желание, а точнее – политический резон. Ведь подвешенная угроза Западу является более мощным политическим рычагом, чем даже реализация такой угрозы.

Да, у Запада и его киевских подручных исполнителей оставался еще в запасе инструмент давления на Россию с помощью локальных террористических атак, как необходимой части информационно-психологической войны. Однако реакция русского общества на теракты в Белгороде и Подмосковье показала, что и эти атаки не ведут к ослаблению позиций Кремля, а только сплачивают и укрепляют антизападные настроения.

Поэтому все, что Киеву и его западным кураторам остается, это изображать в информационном поле якобы возросшие возможности украинских беспилотников и еще оказывать давление угрозами санкций на самых слабых и нестойких партнеров России типа Киргизии или Армении, чтобы только хоть как-то уколоть, нет, не экономику, а самолюбие. То есть опять же судят по себе – если бы нагло-саксам кто-то из партнеров назло себе запретил торговать или хотя бы переводить деньги к себе же в страну, там бы оппозиция постаралась раздуть из этой мухи страшилку. Ну или тем же французы возможно думают, что Россия так же зависит от Армении, как они сами от дешевых ресурсов из африканских стран. Однако на деле у нас ровно наоборот – это армяне, таджики и киргизы зависят от доступа к российскому рынку и ресурсам.

В общем, все более нестройный хор русскоязычных «всепропальщиков» в социальных сетях по любому поводу – уже не вызывает должной реакции и отклика даже у доморощенных «полезных идиотов», одно время добровольно транслировавших любую измышленную хрень об очередных укроперемогах. Работает это только на безнадежно зомбированную часть самих украинцев, заставляя вместо самоспасения пассивно ждать чудесного спасения и погибели клятых москалей от очередных «фиолетовых лучей» и французского десанта в Одессе.

Хотя сегодня даже освещение хода СВО в киевской и западной прессе сильно изменилось – все больше репортажей о «строительстве линий обороны», об опустевших селах и улицах городов. Даже разрушенные объекты энергетики не скрывают, чтобы разжалобить европейцев на дополнительную помощь. Однако все это уже не про надавить на Россию, а про надавить на Европу угрозой обрушения фронта и полной потери Западом во главе с США не только территории Б/У, но и статуса глобального игрока в глазах стран Глобального Юга.

И таки да – этот единственный оставшийся козырь «укрозавра», угроза для Запада – является не меньшей политической угрозой и для России. Что тогда делать с этой разрушенной территорией и ее токсичным обществом? Кормить, восстанавливать, обеспечивать работой. Нет уж, лучше вы к нам на Колыму.

Возможно, именно эта общая угроза обрушения остатков ВСУ и государства, полного хаоса в западных регионах Б/У заставляет российских политиков все же вступать в переговоры с французами и, неверняка, не только с ними по поводу дальнейшей судьбы бывшего и достаточно вероятно будущего Дикого Поля.

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/291812.html?newpost

24.03.2024 Зимний путь 11

Падение грешников. Полиптих Видения загробного мира (Блаженные и проклятые). Правая панель. Иероним Босх. Живопись, 1516. Палаццо Гримани, Венеция

11. «А над городом плывут облака…»

Вообще-то обычно лучше не спешить с анализом политических событий (то есть вскрытием причин, не видимых без оптики надежной эмпирической модели, проверенной практикой). Однако, теракт 3/22 в Крокус-Сити-Холл – это всего лишь финальная точка более долгой интриги, начавшейся даже не с предупреждения от США 8 марта, больше похожего на участие в шантаже в роли «доброго следователя».

Кроме того, за пару дней на обывателя просыпалось столько алармистских суждений и предвзятых мнений от «записных аналитиков», что этого достаточно для разбора полетов, как не нужно «анализировать», чтобы не прослыть пропагандистом, использующим любой повод для типа подтверждения своей сугубо идеологической точки зрения на обманчивую поверхность политики. Что бы там ни произошло, это неизменно подтверждает сразу все противоположные точки зрения идеологов и пропагандистов.

Нужно заметить, что опытные разработчики информационно-психологических операций Второй холодной войны (она же мировая гибридная) отлично разбираются – нет, не в глубинных течениях политики или фундаментальных причинах тех или иных воротов и перекатов, а только в поверхностной, сугубо экстравертной психологии добровольного актива информационных войн. Поэтому при поступлении политического заказа сверху спецы могут легко просчитать и запланировать реакцию этой самой «гуманитарной интеллигенции» на те или иные стандартные воздействия. (Как там Лев Николаевич припечатал? – «…ничего не знают, ничего не умеют, но обо всем судят и совершенно не приемлют инакомыслия».)

К сожалению, в ряды добровольных политических пропагандистов часто записываются вполне грамотные в отдельных узких областях науки или практики, что особенно ценно для манипуляторов столичных слоев общественного сознания. Особенно хорошие экономисты почему-то считают, что умение считать чужие деньги и оценивать бизнес-процессы равно пониманию политических процессов (видимо с подачи идеологов экономического детерминизма – марксистских или либеральных, один хрен – так им вдолбили на лекциях истмата в советских вузах). Прощу извинить, если кого заслуженно обидел, но накопилось накипелого за годы чтения френд-лент и телеграм-каналов. Проще было бы, конечно, выматериться, как за рулем при виде «уверенного» интеллигентского вождения, но придется пойти другим путем вежливого разбора суждений.

Начнем с уверенных суждений возмущенных «ура-патриотов», что случившийся теракт – это уже успех его заказчиков, а значит – провал наших спецслужб или даже политического руководства, допустившего такое. (Факт, что такую повестку по заданию тех же заказчиков, что и теракта, разгоняет киевская ципса, не отменяет унылых тараканов в головах добровольных помощников, на кого эта информационная атака изначально рассчитана.)

Уже не помню, сколько раз разъяснял и обосновывал, что политическая сфера, предмет политического управления – это именно и только угрозы и риски, военные, финансовые, базовые (еда, здоровье, тепло), криминальные, информационные. Для игроков и систем целью является укрепление своей власти и подрыв доверия к власти конкурентов. Именно угрозы, например – крупных терактов или дефицита еды/тепла, являются инструментом политики для влияния на соперников, чтобы заставить его поменять позицию на более слабую и поддающуюся дальнейшему давлению. Реализация угрозы – намного чаще является признаком неудавшегося шантажа и провала такой политики. Хотя при ошибках обороняющейся стороны – возможна ничья, частичный успех давления и продолжение шантажа.

Примером провала сражения информационной войны против России со стороны Запада является захват заложников в Беслане в сентябре 2004 года. Как всегда, правые и левые глобалисты готовы объединиться, чтобы ослабить Россию и ее связи с национал-глобалистами США. Однако после продавливания руководства США на действия против России, произраильское и пролондонское крылья глобалистов немедленно начинают подставлять и мешать друг друга. (Кстати, это тоже – к вопросу о популярном среди ура-патриотов-алармистов тезисе о едином Западе, якобы всегда и во всем противостоящем России. Чаще и гораздо яростнее они противостоят друг другу, как бульдоги под ковром.)

Ходили упорные слухи, что Буш-младший согласился на предложение неоконов организовать картинку слабой затерроризированной России, на фоне которой пропиарить свой успех в борьбе с терроризмом после 9/11 три года было спокойно. Возможно, лондонские обещали ему, что после захвата школы включится вся мощь масонов — посредников из политической и культурной элиты в Москве и Питере, и что без особых жертв будет показано унижение России. Сами боевики тоже на это рассчитывали, когда согласились подзаработать, иначе не стали бы захватывать давно знакомую им школу в мусульманском анклаве внутри Северной Осетии. (Просто потому, что в православных районах была объявлена повышенная готовность, а свои в Беслане чеченских партнеров по контрабандному бизнесу не опасались).

Однако, чекисты в Кремле уперлись, а правые глобалисты и их союзники в Москве, скорее, своим давлением подталкивали к жесткой реакции, чтобы не допустить усиления левых «посредников». В результате сами же боевики не выдержали, стали истерить, ситуация пошла по кровавому сценарию, где наши спецназовцы наоборот показали самую высокую боеспособность и выдержку, готовность ценой жизни спасать детей, независимо от этнической и религиозной принадлежности и даже фактического, пусть и невольного пособничества их родителей. После Беслана протестный и просто бандитский актив северокавказских республик был деморализован, процесс примирения в Чечне пошел быстрее, а организованное террористическое подполье практически распалось. Были отдельные спящие ячейки, направляемые кураторами из-за рубежа, как во время теракта в Волгограде.

Пример итоговой «ничьей» - теракт в ДК на Дубровке в 2002 году – глобалисты одинаково были заинтересованы в давлении на Кремль, и там тоже были попытки посредничества «слева», и попытки правых воодушевить бандподполье. Однако с точки зрения информвойны закончилось вничью из-за ошибок в организации спасения заложников, усыпленных газом вместе с террористами. Поэтому стал возможен Беслан, как вторая попытка деморализовать и унизить русских, взбодрить подполье привлечением молодежи.

Аналогично и в марте 2024-го, «честные» предупреждения Госдепа о возможном теракте были одновременно и публичным уходом от ответственности за действия части американской элиты, но и участием в предвыборном шантаже Кремля с позиции «доброго следователя». Тот факт, что теракт в итоге произошел все же после официальных итогов выборов, а не до них, когда психологический эффект мог быть выше, скорее всего говорит за проявленную готовность Кремля к закулисным переговорам, вполне оправданную в части затягивания уже объявленной Западом подготовки к теракту.

Петушиное бахвальство Макрона теперь задним числом тоже получило объяснение – все руководители западных держав должны были быть в курсе, что глобалисты жестко шантажируют Кремль на уступки Западу в уже практически выигранной СВО. Почему бы проигравшим все и вся французам тоже не поучаствовать в чаемом разделе сфер влияния на Б/У, а заодно покрасоваться, будто бы будущие уступки Кремля были следствием именно публичного давления Парижа, а не закулисного шантажа более серьезных сил. В конце концов, после дважды проигранной ВМВ в составе сначала англо-французской «антанты», а затем – германской «оси», французам удалось в последний момент заскочить в состав узкого круга великих держав, пусть и с совещательным голосом. Почему же сейчас было не попытаться?

Даже Прага, всегда во всем подражающая Парижу, пыталась подчирикивать галльскому петушатнику, не говоря уже о варшавской «кукушке». Все уже приготовились делить шкуру смертельно напуганного медведя. И только немцы, потирая все еще побаливающие бока и похрустывающие кости после предыдущей попытки дранг нах, решили подождать с заявлениями об участии. При любом исходе неплохо, если не урвать кусок, то хотя бы позлорадоваться за несолоно хлебавших соседей: «Теперь – ты как я» (с)

Ну и все это предвыборное время не прекращались визиты в Киеве западных лидеров с большой буквы, но как выяснилось – все же «П», уже мысленно видевших себя переможными триумфаторами, испугавшими и нагнувшими московского деспота и тирана. Нужно было срочно перетереть с киевскими и застолбить лакомые куски – криворожскую урановую руду для французских АЭС, херсонский порт для зерна с полей «маркиза Карабаса» и прочие объекты для быстроокупаемых инвестиций.

Понятно, что после таких предметных обсуждений с «лидерами» вполне себе пока «ядерных держав» у киевского политикума «в зобу дыханье сперло». Парижское кукареку отозвалось очередных хоровым переможным карканьем и, увы, террористической атакой на Белгородскую область в порядке усиления давления на Кремль. Типа кровавую кашу еще большей кровью не испортишь. А так есть шанс поучаствовать в дележе репараций и контрибуций. Так ведь прямо вслух и озвучивали в Киеве – расплатимся за поставки оружия и кредиты российской нефтью, газом, ураном, зерном, только дайте, дайте, дайте… Они там в ставке Зели конечно малохольные, но нет публичного дыма без закулисного огня.

Понятно, что в закулисных переговорах о сдаче политических позиций на Б/У для их затягивания у Кремля была неубиенная отмазка – сначала нужно закончить выборные процедуры, а то есть риски военного мятежа и срыва договоренностей. И в самом деле, не успели в ЦИК РФ просохнуть чернила на протоколе результатов выборов от 21.03.24, той же ночью из России в Киев был доставлен официальный ответ на все эти месяцы угроз и шантажа – в виде беспрецедентно массированного налета запасенных за это время Искандеров и Кинжалов на критическую инфраструктуру Б/У.

Знаковым и бесповоротным стал прилет в машинный зал бывшей ДнепроГЭС как ключевого резерва энергосистемы, необходимого для стабильной работы на полной мощности оставшихся станций. Если такие же прилеты были и по Бурштынской станции, это означает выключение еще одного ключевого резерва и источника валюты. Теперь ни о каких быстро окупаемых инвестициях на правобережье Днепра речи больше нет, сначала нужны долгосрочные инвестиции в восстановление энергетики. Без этого даже зерно не сохранишь, даже если удастся посеять и собрать. Хотя без удобрений какой там урожай.

Также понятно, что удар по энергетике пока еще не фатальный, но критический. Теперь уже с нашей стороны снова подвешена угроза добить остатки экономики и любые шансы Запада хоть как-то возместить нескончаемые затраты на войну и содержание прожорливого киевского режима. Именно для создания такой действенной угрозы – возможности в нужный момент одним ударом перевести энергетику Б/У в предсмертное состояние – выбивались все резервы предыдущей осенью-зимой, но не без перехода последней черты.

Так что ничего удивительного, что подвешенная угроза крупного теракта была реализована сразу же, буквально на следующий день после жесткого ответа на шантаж. Тут же напрашивается естественный вопрос – почему политическое руководство, зная о такой угрозе – не запретило в стране массовые мероприятия и так далее? Во-первых, это не отменило бы теракта – есть еще торговые центры, вокзалы, офисные центры и предприятия с большим числом работников, да просто пробки с сотнями машин на дорогах. Жизнь в мегаполисах с их перманентно массовым скоплением народа остановить невозможно или себе дороже – эффект хуже любого теракта, включая жертвы.

Во-вторых, прямое указание правоохранителям резко усилить все меры охраны массовых мероприятий могло сорвать всю политическую игру с переговорами и их затягиванием, намного более эффективную для предотвращения терактов в период выборов. Если бы противник, его радикальное крыло, увидел такую подготовку, резко противоречащую вроде бы «конструктивной» позиции в закулисном торге, тогда угрозу теракта реализовали бы перед выборами. Хотя это вряд ли повлияло на их результат, однако было чревато эскалацией действий радикалов и против территории России, и на БВ и в других точках.

Намного важнее, что такое затягивание закулисных переговоров с вовлечением колеблющихся между войной и перемирием частей западной элиты как французы или даже поляки постепенно ослабляло радикальную фракцию правого крыла глобалистов, желавшую и готовую к горячей эскалации. Именно эта фракция стоит за эскалацией убийств после провокации Хамаса против Израиля. За зимние месяцы, пока с нашей стороны затягивали переговоры о судьбе Киева и территорий Б/У, а равно не спешили и с разгромом ВСУ при наличии всех условий и средств для этого, во-первых, произошло истощение радикального настроя и политических ресурсов праворадикалов в военной операции против Газы.

В результате ключевые фигуры – ставленники «ястребов» были вычищены западными конкурентами и в Киеве (Залужный) и в самом Вашингтоне (Нуланд). Да, еще пока сохранились ставленники «неоконов» в верхнесреднем руководстве спецслужб и во главе резидентур. В том числе и поэтому нужно было поспешить с уже подготовленным терактом, чтобы успеть получить хотя бы какой-то эффект напоследок перед зачисткой радикалов теперь уже и в спецслужбах. Притом что главного политического эффекта от самой угрозы, а не от ее реализации – ослабления и сдачи политических позиций России добиться уже не удалось (да и вообще вряд ли могло, учитывая, что у руля те же люди, что и во время Бесланской трагедии – но у западных политиков ни памяти, ни опыта).

Еще один уверенно дилетантский перл – суждение о якобы простоте подготовки теракта, потому что так просто завербовать через соцсети тупых исполнителей, особенно в мигрантской среде. Во-первых и это тоже не так просто – без личного контакта, на основе активности в соцсетях вычислить психологический профиль внушаемого, но при этом обучаемого исполнителя, и не одного, а способного работать в группе. Здесь нужны другие параметры, чем при рассылке рекламы, и большой опыт проб и ошибок. Кроме того – нужно иметь несколько таких спящих групп, которые еще даже не знают, что и где будут делать. Наконец, спланировать, обеспечить схрон с оружием, вовремя активизировать, организовать и проконтролировать действия группы, так чтобы не засветить раньше времени – все это крайне сложная оперативная задача, доступная опытным спецслужбам очень немногих стран – Британия, Франция, Россия, Германия, США, Израиль, Япония, возможно – Китай, но вряд ли кто еще.

Уже по одной этой причине киевские спецслужбы можно сразу исключить, они в лице отдельных руководителей и подразделений могли быть только на подхвате без введения в курс остального – организовать окно для приема на границе (и расстрела группы в момент ее перехода, если бы вдруг российские спецслужбы упустили открыто передвигающихся к границе беглецов). Наоборот, для заказчиков было одной из задач – подставить таким образом нынешний киевский режим, контролируемый лондонскими банкстерами и спецслужбами. Это тоже косвенное указание на радикалов из противных им правых глобалистов (неоконов).

Второй аргумент против сознательного участия Киева в конкретно этом теракте – его тотальная продажность, информация немедленно утекла бы из СБУ или ГУР во все стороны, включая российскую – такой шанс подзаработать. Как субъект Украина не может быть обвинена, поскольку она уже бывшая и субъектом не является. Однако активное участие в террористическом шантаже через обстрелы Белгорода и атаки на НПЗ, а равно сервильно-продажное устройство лакейской укроэлиты и поддержка громадянами кровавых атак на мирных людей, детей – означает полную ответственность Киева и всей укроэлиты за охотное соучастие в особо тяжком преступлении.

Выбор организаторами в качестве зазомбированных исполнителей именно таджиков может определяться двумя факторами. Среди таджиков, связанных с афганским (бадахшанским) наркотрафиком, контролируемых именно правыми глобалистами, легче найти полевых командиров для таких групп. Плюс немаловажный фактор попытки раскола российского общества и союза ОДКБ, срыва наметившегося укрепления связей с исламскими странами. Тоже указывает на интересы произраильских правых глобалистов.

Тут отдельные блогеры из русско-еврейской диаспоры обиделись на Россию, когда она после 7 октября осудила провокацию Хамаса, но все равно осталась на стороне арабов в ближневосточном споре. Так вот обижаться нужно на правых радикалов в Израиле и США, намеренно усугубивших ход и последствия этой провокации, и активно выступавших против России, в том числе с другой стороны линии фронта. Нынешний теракт, направленный на раскол российского общества и перенаправление гнева на мусульман, лишний раз доказал, что проарабская позиция России наиболее соответствует ее интересам. Дезавуируйте и зачистите своих радикалов, тогда Россия сможет помочь и умеренным израильтянам.

Таким образом по итогам не отдельного теракта, а всего предшествующего ему периода провокаций и шантажа России необходим вывод об успешной политической игре на глобальном уровне, позволившей избежать терактов в период выборов, ослабить и практически вытеснить из политики заказчиков из праворадикальной фракции глобалистов. Предотвратить теракт было бы возможно в случае противодействия других фракций в руководстве Запада, однако они предпочли тоже сыграть на этой угрозе, участвовать в шантаже и торге с умеренных позиций, умывая руки. Да, и попросту сами боятся мести и шантажа со стороны радикалов. Поэтому, как и Киев с его лондонскими кураторами, руководство США тоже является пассивным соучастником произошедшего. Назвать соучастником Макрона даже как-то ему польстить, но, помнится, Промокашка тоже считался членом опасной банды и ответил вместе со всеми.

Это что касается оценок успеха или провала на глобальном политическом уровне. На уровне внутренней правоохранительной политики оценки могут быть и другими. Организация охраны места массового пребывания граждан, сугубо формальный подход к антитеррористической паспортизации объекта, сугубо коммерческий подход к службам охраны, не говоря уже о пожароопасности комплекса, спроектированного и введенного в эксплуатацию в «святые 90-е» явно не без взяток. Да, инерция прежних либеральных подходов к экономии на безопасности пока остается – прежде всего у владельцев таких комплексов, но и у правоохранителей на региональном и местном уровне тоже.

Почему-то в зоне СВО комбаты и комбриги вместе с волонтерами, инноваторами и за счет пожертвований обычных граждан активно развивают локальные подсистемы защиты от дронов. А владельцы НПЗ или ТРЦ почему-то не готовы вкладываться хотя бы в стартапы или НКО для разработки современных систем безопасности. Однояйцевый с либеральной бюрократией менеджмент предпочитает управлять с дубайских пляжей без личного активного участия, и просто боится выйти за рамки привычных либеральных регламентов, коммерческих закупок с ожиданием откатов от потенциальных спасателей. «Эт вряд ли!», как говорил товарищ Сухов.

Большие социальные структуры, что гражданские, что военные или коммерческие весьма и весьма инертны. В спокойные времена это дает стабильность и уверенность элит в завтрашнем дне, но таких спокойных времен в ближайшие десятилетия не предвидится. Обратной стороной стабилизирующей инертности как раз и является неизбежность таких организационных провалов на уровне отдельных корпораций и объектов, необходимая встряска всех менеджерских вертикалей, чтобы такого больше не повторилось. Хотя для этого тоже нужна воля политического руководства и перестроенная работа спецслужб по наглядному стимулированию чиновной и корпоративной бюрократии к проактивной работе над чужими ошибками.

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/291523.html?newpost

04.03.2024 Зимний путь 10

Фокусник. Иероним Босх. Живопись, 1502. Муниципальный музей, Сен-Жермен-ан-Ле

10. «Мир как будто надвое расколот…»

Бывают в жизни такие нервозные ситуации, когда только полное спокойствие и даже некоторая отстраненность от всеобщей суеты одного из сильных участников обеспечивает психологический перелом и уже бесспорное лидерство. Чтобы там не говорили за спиной завистники и недоброжелатели, пытавшиеся развернуть лодку в свою сторону. Однако каждый при этом тянул в свою сторону, а потому только раскачивали ситуацию – ровно до момента как лодка очевидно опасно приблизилась к водоворотам на краю обрыва. Все пытались заставить Россию грести не назад от пропасти, а вправо или влево, чтобы держать пассажиров глобального титаника в напряжении, а себя – у руля, пусть и сломанного, шизофренически расщепленного.

Решительный и быстрый взлом ключевого узла обороны ВСУ в Авдеевке стал своего рода разъясняющей увертюрой к посланию кремлевского «папы» городу и миру. Когда в общем-то и не нужно лишних грозно убедительных слов. Судьбоносным это послание стало именно в силу полного спокойствия и игнорирования всех попыток хоть как-то повлиять с помощью провокаций, словесных интервенций и прочих информационно-психологических атак.

Для спекулятивных финансовых атак или тем более для попыток реального, а не фиктивного торгового эмбарго – у бывшего «коллективного» Запада нет ни достаточных резервов, ни союзников, ни внутреннего единства. А серьезных силовых инструментов и резервов тем более не осталось, даже при готовности части русофобски настроенных соседей решительно самоубиться об Россию. Если бы эта готовность марионеточных режимов пожертвовать «своими» странами и народами могла реально повлиять на общий расклад, тогда будьте уверены – уже сейчас их бы легко пустили в расход против России. Хотя в порядке блефа и психологического давления готовность к такому самоубийству до последнего демонстрировали прибалты, финны и прочие шведы.

Доказанная в Авдеевке способность российской армии воевать на уровне 21 века – скрытно концентрировать ресурсы и резервы, применять авиацию для массированных бомбардировок при наличии у НАТО интегрированной системы ПВО и разведки, вести круглосуточную «войну дронов» на линии соприкосновения и штурмовые действия с минимальными потерями для себя и максимальными для противника – это очень важная, но все же половина дела. Бывший «коллективный Запад» изначально делал ставку не на военное поражение России (это невозможно в принципе), а на внутренний раскол и политический переворот.

Даже была такая попытка рискованной политической игры с обеих сторон, когда «вагнеры» по заказу лондонских партнеров по совместному африканскому бизнесу изобразили готовность к внутреннему мятежу. Это было нужно скорее для политической игры Лондона против США за контроль над Киевом и фактическое лидерство в западной коалиции. Однако наверняка был расчет и на возможную бурную реакцию российских генералов, и без того обозленных на намеренные медийные провокации Пригожина. Достаточно, чтобы спровоцировать кровавые разборки силовиков в ближнем тылу воюющего фронта. Для того и устроили провокацию со сбитием военных бортов засланные к вагнерам казачки.

Так же и сейчас – западные игроки до последнего блефовали и надеялись на внутренний раскол в Кремле, всячески лоббировали и подталкивали к радикальным вариантам, способным вывести из сложившегося равновесия хотя бы часть политической элиты России. Использовали для этого и давление на союзников России, пытались спровоцировать съезд приднестровских депутатов на радикальное заявление о разрыве соглашений с Кишиневом – чтобы радикализировать правое крыло российской политики. Эта провоцирующая и лоббистская активность вокруг да около Кремля была настолько активной, что президенту пришлось даже завершать послание фактическим предупреждением о неполном соответствии постсоветской элиты. Объявить «путинский призыв» ветеранов СВО в кадровой политике можно было и без этого, однако пришлось погладить многих гостей Гостиного двора против шерсти, чтобы по Штирлицу запомнилось именно это последнее предупреждение.

Впрочем, главным адресатом и этого мессиджа были все же зарубежные партнеры, заинтересованные в сохранении своих каналов влияния и одновременно внешнеторговых партнеров в России (пусть даже теперь закулисных в обход санкций). По сути им было сказано, что блеф блефом, пиар пиаром, а любая реальная выходка против интересов России закончится просто вычеркиванием из списков ФСО допущенных к лоббированию взаимосвязанных политико-экономических интересов зарубежных «пока еще партнеров». Телекамера при этом более чем доходчиво показывала стройные орденоносные ряды героев СВО, всегда готовых после кратких курсов повышения квалификации заменить любого «эффективного менеджера» в ведомствах и госкорпорациях. И это сработает, даже если процент плохо закончивших в режиме «взлет-посадка» будет, как обычно, немалым. Хотя разумеется намного лучше режим плавного замещения «буржуазных специалистов», вынужденных стать наставниками для своих будущих заместителей и сменщиков.

Так вот, именно полное спокойствие и уверенность Кремля в управляемости местных элит и открытая перспектива обновления политического класса от прозападного к суверенному (самодержавному) стали триггером шумного переполоха среди западных элит, особенно европейских. Не успели даже отложить в сторону партитуру галимого блефа с якобы готовностью стран НАТО воевать с Россией в случае краха киевского режима. И тут же пришлось давить на тормоза, разворачиваться на 360 градусов, и потом еще на 180.

Что касается «бесполого манекена» во главе бывшей великой державы, Макрон только лишний раз доказал, что совсем не ориентируется ни в глобальной, ни даже во внутренней политике. Продолжает действовать импульсивно, методом ненаучного тыка. Видимо, французские спецслужбы и военные, если еще что-то знают, то с марионеткой глобалистов предпочитают не делиться. А хозяева марионетки тоже забывают или не хотят вовремя сообщать о смене обстановки и приоритетов, используют втемную.

В данном случае Макрона использовали для блефа в попытке психологически надавить на Кремль угрозами о вводе войск НАТО на Украину. Так что в результате испугался не Кремль, а сами европейцы. И пришлось ошметкам французской дипломатии сочинять версию о готовности натовцев победить Россию без участия в боевых действиях, одними только саперами, поварами и санитарами, введенными и спрятанными где-нибудь в прикарпатских схронах. В общем, хотели как хуже для России, а получилось, как всегда… Ну да марионеткам банкстеров, собранным по гей-клубам Лазурного берега, не привыкать к грязным насмешкам – «… все божья роса». Или как в том анекдоте – «И тут я выхожу к пустым воротам, с пяти метров бью мимо, и весь стадион хором - ….!!!».

Намного более интересен и показателен случай с утечкой прослушки немецких генералов, якобы планировавшими удар по Крымскому мосту. Обсуждали – это да, но вот желания и планирования – этого в прослушке не было, скорее наоборот. Тут некоторые удивлялись в обсуждениях – мол, генералы могли бы и учесть вероятность прослушки. Именно, именно так. Не могли не учитывать, тем более при международном разговоре, а потому нужно так и понимать их слова, как обращенные к старшим партнерам по НАТО. Так мол и так – сами мы не местные, и даже в Польшу не поедем, чтобы помогать вашим киевским подопечным бомбить русских. И вообще наше руководство обозначило свои красные линии о неучастии в войне, и даже если прикажут – развертываться мы, немцы будем не меньше восьми месяцев. Так что если так уж надо, можем передать ракеты вашим уже присутствующим под Харьковом спецам с американским акцентом. Или французам с их Рафалями – тоже вариант, только главное, чтобы не мы. Хотя сугубо формально и особенно под запись прослушки – мы завсегда «яволь».

Еще интереснее место прослушки для последующей утечки. Сингапур – это вам даже не Гонконг, где северокитайские силовики потеснили местных, и не Лондон, где много разных спецслужб и кураторов над ними. Сингапур – это в чистом виде вотчина банкстеров Сити и союзным им южнокитайских хуацяо. Это тоже важно, если учесть, что канцлер Шольц – тоже ставленник лондонско-гонконгско-шанхайских банкиров, изначально выращенный как политик на деньги от шанхайско-сингапурско-гамбургской морской торговли.

До сих пор у нас были только косвенные признаки глубокого раскола британских элит, помимо сугубо теоретического вывода о неизбежности такого раскола в текущей фазе процесса глобализации (узел Дна Надлома). Более того, явных признаков такого раскола и не могло быть до определенного момента, поскольку всегда и везде такие фазы исторического развития сопровождаются, наоборот, повышенным экзальтированным патриотизмом внутренне расколотой элиты.

Великий британский философ истории Арнольд Тойнби назвал такой феномен «движением раскола-и-палингенеза». Он же приводил в «Постижении Истории» пример такого сугубо внешнего склеивания уже расколотой элиты, когда и правые, и левые в российской имперской элите конца 19-начале 20 века вместе очень хотели повоевать за возвращение православного Царьграда.

Для нынешней британской элиты такой же «склеивающей» идеей-фиск было стремление заново переиграть Россию в очередной Крымской войне. Причем именно травматичность для Британии сухопутных войн, включая кровопролитную осаду Севастополя, добавляет невротической энергетики «крымской» идее-фикс британской элиты. Отсюда особая зависть и ненависть к русскому флоту в Севастополе, а также желание загнать его в угол с помощью своих военно-морских технологий, как беспилотные катера.

Расхождение коренных интересов между главными ветвями британской элиты – военно-политическим и финансово-политическим обусловлено их разными ролями на уровне процесса Глобализации после ВМВ. Британская военная аристократия стала основой для политического аппарата НАТО и морских штабов, как западногерманские военные стали оперативными планировщиками сухопутных операций. И до сих пор эти роли сохранились, что подтвердили немецкие генералы в сингапурской прослушке.

При этом после распада Британской империи британские военные сохранили политическую роль только в рамках НАТО, и через эту систему достаточно жестко привязаны к судьбе США и североатлантической цивилизации. Нигде более их политические таланты не нужны. Хотя была попытка провозгласить проект «Глобальной Британии» - тоже палингенез империи, но китайцы, индусы или даже бирманцы не спешат снова подчинить свои армии британским генералам. А австралийцы и новозеландцы – слишком на отшибе, им столько военных амбиций не переварить, да и все равно без учета интересов США и здесь не обойтись. Так что британская аристократия, пусть даже сильно деградировавшая, имеет шансы на возрождение своей роли только в тесном союзе с США или новом североатлантическом союзе вместо США.

В то же время финансово-политическая элита Сити действительно имеет свою глобальную роль, причем оппозиционную долларовым глобалистам. Доходы банковской сети с западным центром в Лондон-Сити (и восточными в Шанхае-Гонконге-Сингапуре) намного больше зависят от международной торговли в Старом Свете, особенно между Европой и Китаем, Индией, ЮВА. Бурный рост восточноазиатских экономик делает это расхождение интересов между Уолл-стрит и Сити все более масштабным и глубоким, так что неизбежен сначала плохо скрываемый, а затем и проявленный в ходе глобального кризиса раскол внутри британской элиты, а равно и в ее сфере влияния. Выбирать между США и Китаем пришлось бы так или этак.

И все же в активной стадии глобального кризисного узла, начавшейся два года назад, расходящиеся интересы правых и левых глобалистов отчасти совпали, что позволило еще ненадолго «склеить» расколотую британскую элиту. Можно еще раз кратко перечислить эти совпадения – санкционная война США и Британии против России и Европы позволила банкирам Сити намного больше заработать на росте торговли России с Китаем, Индией, ЮВА. Скидки на российские энергоресурсы поддержали азиатские экономики и их экспорт.

При этом расчет правых глобалистов на бегство капиталов из Европы в США, из евро в доллар – оправдался лишь частично. Тем не менее главного конкурента в международной торговле в лице Евросоюза американцы устранили. Рост бюджетных расходов на перевооружение, в том числе европейцев американским оружиям – тоже деньги, хотя и без СВО эти расходы росли. Впрочем, и здесь альтерглобалисты из Сити смогли продвинуть вооружение своих протеже из Турции, Южной Кореи, Швеции. Так что подвинули на рынке опять же французов с немцами.

И все же главным эффектом от почти совместных (если не считать взаимных подстав) действий правых и левых глобалистов, спровоцировавших Россию на СВО, стало отвлечение внимания США от Китая и его внутриполитических проблем. При других раскладах американцы не преминули бы вмешаться в ход подготовки региональных китайских элит к 20-му съезду. Однако неоконам пришлось вместо этого активно включиться в перетягивание каната с пролондонским «офисом» в Киеве. Поражение «правых» из-за стамбульского соглашения привело бы к ослаблению их протеже из долины Янцзы. Однако и затягивание СВО имело тот же эффект, проамериканское крыло китайских «однополярных» либералов проиграло все раунды выборов, а их лидера демонстративно вывели из зала заседаний под белы ручки. В то же время пролондонское шанхайское крыло южнокитайской элиты свои позиции усилило за счет проигравших.

Кстати, это тоже к вопросу об оценке не столько локальных военных, а глобальных политических результатов СВО. Если бы осенью 2022 года в Пекине произошла уже привычная китайцам ротация, когда два крыла элиты меняют правящее третье крыло, то есть северокитайские «силовики» во главе с пророссийским Си Цзинпином уступили вполне возможному альянсу пролондонских и проамериканских – это как, укрепило бы позиции России в мире и на постсоветском пространстве? Между тем проявленная готовность натовских штабов к военной эскалации на Донбассе, а затем случившийся облом с реализацией «плана А», быстрый захват российской армией стратегически важных территорий – не могли не оказать должного влияния на колеблющиеся региональные элиты в пользу военного крыла элиты и сохранения власти товарища Си.

Вернемся однако к кейсу «сингапурской прослушки», случившемуся сразу после использования Макрона его хозяевами-банкстерами в качестве «картонной дурилки». Причем главным итогом этой политической провокации стала размолвка с германским канцлером, публично отмежевавшимся не только от галльского «петушка», но и от более значимых британских союзников. Утечка прослушки только подтвердила и закрепила это размежевание немцев с англосаксонскими «ястребами», причем на уровне не только слабого канцлера, но и популярного министра обороны. Притом что оба принадлежат к социал-демократам, традиционно и прочно привязанным к лондонскому влиянию. Так что мы впервые после периода «однополярья» наблюдаем явную оппозицию натовским «ястребам» по ключевому вопросу со стороны политических сил, подчиненных Сити.

Это еще не окончательное оформление раскола в британской элите между проамериканскими ястребами и теперь уже прокитайскими банкирами. Хотя тектонические сдвиги видны уже и в публичной политике Британии, где на смену невнятно извилистой партийной линии «тори» приходит правая антиевропейская и антикитайская «партия реформ». И на левом фланге идет такой же раскол лейбористов и оформление более внятной и пацифисткой левой альтернативы. Так что этот раскол не может не проявиться на ближайших британских выборах, хотя переходный период к новой партийно-политической структуре может занять еще не один созыв парламента.

Однако, может быть этот проявленный на европейских политиках разворот является общим для все еще единой британской элиты? Как и изменения в партийном строительстве? Эту маловероятную версию тоже нужно рассмотреть, чтобы отбросить. Хотя и эту версию сложно проверить, хотя бы по причине реального желания самих британских элит каким-то образом этот неизбежный раскол преодолеть, найти свой путь, реальный, а не политико-мифологический как «глобальная Британия».

Опять же в силу национальных особенностей британской элите не привыкать к регулярным расколам на кланы и коалиции и пересборкам альянсов. Однако до сих пор речь не шла о кардинальном, на 540 или 900 градусов – сколько не крутись, расхождении интересов политических центров двух главных крыльев – военной и финансовой политики. В том-то и дело, что британскую элиту растаскивают на две стороны две непримиримые глобальные коалиции – левоглобалистский альянс БРИКС+ и вынужденный правоцентристский альянс вокруг США, обеспечивающий свой интерес путем управляемого и постепенного демонтажа долларового «однополярья».

Да, и к этому тоже исторически британским элитам не привыкать – вступать в альянсы для самосохранения, и при этом за спиной союзников мутить альтернативы, теневые альянсы на всякий случай. Сами же признают, что иметь англосаксов союзником опаснее, чем противником. Потому что альянс противников англичане постараются тоже расколоть и перепродать, или хотя бы увильнуть и подставить. Как это вышло с откровенной попыткой саботажа британскими ВМС американской миссии в Красном море против хуситов. То гребаный вал у последнего авианосца снова сломался, то два тральщика на ровном месте в Бахрейне столкнулись. И все же несмотря на все традиции и опыт ухищрений им сейчас приходится выбирать сторону однозначно – причем военным одну, а банкстерам – другую.

Американо-британская миссия в Красном море – это как раз наглядное пособие для иллюстрации британского внутриполитического раскола. Отказаться от активного участия в американских глобальных миссиях, все более безуспешных, британские военные не могут. Потому что это их единственный шанс на свою глобальную роль, пусть даже формально второстепенную, но опять же с шансом переиграть своих же союзников, подставить и поставить в зависимость от повышенной активности британских спецов. Как это им почти или точнее – временно удалось в Киеве.

И кстати, это не так уж сложно для британских элит переиграть своих союзников из США, поскольку американские элиты насквозь буржуазные и своей военно-политической элиты там нет, только завозная из потомственных британских аристократов. С другой стороны, для американской финансово-политической элиты не так уж сложно постоянно переигрывать лондонских банкстеров, соединяя свои ресурсы крупной континентальной державы с финансовыми и военными технологиями, заимствованными у самих британцев. Так вот и союзничали до сих пор, пока британским военным и лондонским банкирам было выгодно активно маневрировать в широком фарватере американской глобальной экспансии, и при этом лоббировать свои интересы через атлантические институты НАТО и МВФ/ФРС, а то и напрямую через группы влияния во власти США.

Однако именно сейчас участие британских военных в глобальной миссии США против хуситов, поддерживаемых через иранских союзников банкирами Сити, становится явной угрозой интересам лондонской финансовой олигархии. Банкиры и страховщики сети Сити зарабатывают больше всего именно на морской торговле азиатских стран, прежде всего Китая и прежде всего с Европой. Получается, что даже ограниченное британское участие под американским силовым контролем усиливает возможности давления правых глобалистов и национал-глобалистов США на китайцев. Причем первые давят в пользу сохранения долларовых расчетов в торговле, а значит сохранения доли банков США в эмиссионном доходе в ущерб банкирам Сити и Гонконга-Шанхая. Вторые и вовсе с помощью нагнетания предвоенной напряженности и санкционного давления заставляют азиатов торговать через посредников в обход санкций, то есть отнимают маржу от торговли и у правого, и у левого крыла банкиров, усиливая подконтрольное третейское крыло финансовой элиты.

Если же британские военные и спецслужбисты будут, как обычно, пытаться играть за обе стороны, но деньги получать через фонды, наполняемые банкирами Сити, это неизбежно ведет и уже привело к ослаблению глобального влияния американцев. И тем самым подрывается единственно возможная глобальная роль британских военных. Такой вот неизбывный парадокс британской политики, разрешаемый только решительным расхождением по двум сторонам.

Еще раз подчеркну, сам по себе европейский переполох по поводу неизбежного проигрыша НАТО в прокси-войне против России, и уход подконтрольных банкстерам Сити политиков в оппозицию слишком активным британским военным – не является главным доказательством необратимого раскола между крыльями глобалистов, что означает раскол и неминуемый политический развод внутри британской элиты, вплоть до разделения Ю-Кей на составные части (ибо военно-морские элиты – это Шотландия, а финансовая олигархия давно подмяла под себя не только Лондон, но все города Англии. Что отражается и в предпочтении «цветных» политиков на позициях мэров и премьеров.)

Главным доказательством того, что наблюдаемые болезненные симптомы европейской политики являются проекцией глубинного раскола между крыльями глобалистов, является непрерывное на протяжении десятилетий наблюдение за трендами, когда прогнозы намного чаще подтверждаются, чем наоборот. Так что в эти регулярно подтверждаемые тренды на раскол глобалистов легко укладываются не только явные раздоры между подчиненными политиками, но и косвенные признаки подковерных драк или соглашений, распада и перемены альянсов. И если утечка в подконтрольных Сити масс-медиа о подготовке к скорой смерти относительно свежего монарха является, скорее, способом психологического давления на какую-то часть британской элиты, то объявление о смерти номинального главы дома Ротшильдов – как раз и является разворотом этой части лондонских банкиров от временного альянса с Уолл-стрит. Известное соглашение об альянсе Ротшильдов и Рокфеллеров как олицетворений двух крыльев финансовой олигархии имело именно такой символический смысл. При этом явная геронтократия во всех крыльях глобальной олигархии, включая байденовский финконтроль, намекала именно на временный и даже предсмертный характер однополярных альянсов.

Если опять вернуться к ключевым событиям прошлой недели – размолвке Макрона и Шольца сразу после спокойного послания Кремлем «коллективного Запада», то можно увидеть и дополнительные смыслы в громких обсуждениях готовности отдельных стран НАТО открыто ввести войска для спасения киевского режима. Все-таки британские элиты, несмотря на фатальный раскол, остаются одними из самых опытных и техничных. Предпринимая какие-то шаги, всегда просчитывают последствия и учитывают дерево целей, а не только текущую конъюнктуру.

Да, с одной стороны, заявление Макрона – это блеф для психологического давления на либеральную часть российской элиты, хотя больше для психологической поддержки киевского режима. Одновременно, это подача для медийной кампании подконтрольных Сити европейских СМИ против проамериканских «ястребов» и таких правых партий как ХДС, в поддержку слабеющего германского канцлера.

Еще одна, среднесрочная цель – подготовка общественного мнения и заявка подконтрольного банкстерам Макрона на лидерство в европейской коалиции «миротворцев», призванной стабилизировать киевский режим после утилизации проамериканских бригад ВСУ и НГУ, отхода их остатков, формирования «санитарной зоны» и фактической заморозки конфликта. Ситуация на постукраинском поле такова, что только очное присутствие европейских военных в каком-то формате, например ЧВК, может защитить остатки западных инвестиций от дерибана местными атаманами в союзе с другими западными конкурентами. Плюс шанс хоть как-то возместить затраченные на помощь Киеву ресурсы путем захвата охраняемых земель и иных активов.

И последнее, но не менее важное – подготовка к шумной масс-медийной кампании на западную аудиторию, что это только явная угроза военного вмешательства со стороны европейских стран НАТО (без США) смогла сдержать «кровавого Влада» от захвата всей бывшей Украины. Чтобы попытаться снова обратить «зраду» реального поражения в виртуальную «перемогу».

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/291129.html

18.02.2024 Зимний путь 9

Страшный суд. Фрагмент центральной панели. Иероним Босх. Живопись, 1500-е

9. «Как назло на острове нет календаря…»

Мы в прошлый раз остановились на том, что возможный успех «плана Б» быстрого замирения после скоротечной СВО был в целом наиболее выгодным для «коллективного Запада». Все бонусы западного ВПК от перевооружения киевского режима сохранялись, западная ЧВК в виде ВСУ сохранялась и укреплялась без особых потерь. Информвойна против «агрессивной» России, откусившей четверть суверенной территории, только усилилась бы. Зеленский и его офис только укрепили бы имидж миролюбивых жертв злобного Кремля. Хотя в самом Кремле при этом усилились бы позиции вовсе не правых консервативных ястребов, а леволиберальных пролондонских башен. Соответственно, российская армия и ВПК не получили бы необходимого опыта и огромных ресурсов для масштабного усиления, остались бы в целом на прежнем качественном уровне, не говоря уже о флоте. Отсутствие мобилизации общества сохраняло бы сильное присутствие пятой колонны и либеральной массовки в столицах, чреватое попытками дестабилизации к выборам 2024 года.

При этом отказаться от мирных переговоров и договоренностей сам Кремль не мог по многим причинам – и внешнеполитического имиджа в странах Востока и Юга, как и по внутриполитическим настроением на скорое завершение СВО замирением на условиях отвода ВСУ с Донбасса и сугубо формальной «демилитаризации и денацификации», прописанной в соглашении вовсе не для исполнения со стороны Киева и НАТО. Хотя при всех очевидных среднесрочных минусах вероятного «стамбульского мира» общий текущий баланс оставался позитивным для Кремля.

Подытожим – возможный успех «плана Б» был основан на совпадении среднесрочного интереса «коллективного Запада», продвигаемого леволиберальным крылом глобалистов, и текущего интереса политического руководства России, особенно его леволиберальной части. При этом текущие минусы для Запада разменивались на среднесрочные плюсы, а для России – ровно наоборот. Тогда как после срыва «плана Б» и реализации долгоиграющего «плана В» Кремль перешел к реализации своего среднесрочного интереса за счет очевидных текущих минусов в виде отхода на запасные позиции в стратегическую оборону (в информвойне – тоже), существенных издержек для перевода общества и экономики в умеренный мобилизационный режим.

Таким образом, сам факт срыва выгодных Западу в целом стамбульских соглашений, якобы по желанию Лондона, лишний раз доказывает отсутствие на практике этого самого «коллективного Запада», глубокий и неустранимый раскол между крыльями глобалистов. Если бы Запад был действительно един в своих интересах и целях, то никто бы на бывшей Украине не смог бы сорвать перспективный сценарий окружения России буферным кольцом, подконтрольным такому единому Западу.

Для такого срыва нужен был противоположный интерес одного из главных крыльев глобалистов – а именно правого, с опорой на милитаристов, продвигавших ранее сорванный «план А». Они и их «украинский актив» в виде ВСУ и Нацгвардии оказывались в роли проигравших по «плану Б». Это ведь они с формальной точки зрения не смогли остановить двойной прорыв русских на правый берег Днепра и на севере, и на юге, допустили окружение Киева. И даже с фактической точки зрения – это ведь штаб правых глобалистов сконцентрировал большую часть подконтрольных сил на Донбассе, оголил другие направления, позволил переиграть себя закулисному альянсу Кремля и двух других крыльев глобалистов. А именно проигравшие должны платить и каяться, либо срочно перестраиваться для альтернативной контригры.

Теперь на основе этой самой общей оценки глобальных раскладов вокруг Б/У можно выявить и оценить конкретные контрмеры «правых», обеспечившие срыв «плана Б». Срыв «плана А» стал очевиден для натовских штабов над ВСУ сразу же в первые дни российского вторжения. И практически сразу была предпринята ключевая контрмера, сыгравшая в конечном итоге против «плана Б» – это массовая раздача со складов ВСУ автоматов, ручных пулеметов и гранатометов с боеприпасами. По ходу пьесы эта мера дополнилась записью в войска теробороны наиболее радикальной, а попросту бандитской части местного населения уже с раздачей минометов, ПТУРов, ПЗРК и техники.

Да, вроде бы это сам Зеленский 24 февраля 2022 заявил о своем решении раздавать оружие всем желающим. Хотя это больше похоже на попытку сугубо для пиара возглавить запущенный главкомом ВСУ реальный процесс, который уже нельзя было остановить. Особенно, если руководство ВСУ ссылалось при этом на прямое указание кураторов из Пентагона или РУМО.

Переговоры о замирении начались в Гомеле уже 28 февраля, когда военная часть «плана Б» с выходом на правый берег и окружением Киева была практически завершена. После этого в течение полутора месяцев происходила политическая гонка между двумя крыльями глобалистов и, соответственно, между группировками их киевских протеже. Попытке деэскалации со стороны «левых глобалистов» была противопоставлена быстрая мобилизация в ряды ТРО местного криминалитета и разогретой доступом к оружию радикальной молодежи. Взамен основных сил ВСУ и НГУ, скованных и отчасти блокированных на левом берегу, «правые» успели быстро вырастить третью голову дракона в виде ТРО. Кроме того, и это еще важнее – была сделана ставка на террористическую эскалацию против своего же населения, так или иначе оказавшегося подконтрольного российским силам. То есть мобилизованная местная «атаманщина», как и другие части ВСУ, повязывались кровью мирных сограждан, и как военные преступники уже не имели пути назад к замирению.

До начала СВО вся эта полубандитская-полуполицейская «атаманщина» местного и даже уровня мелких регионов была не сильно политизирована, оставалась «болотом». Массовая раздача вооружений и придание главарям статуса в ТРО достаточно быстро превратили местных бандюков и приблатненных чиновников в еще одну опору «правых» и лично главкома Залужного как лидера всей «атаманщины». Разумеется, для этого были довоенные предпосылки в виде сращивания на местном уровне «полевых» командиров в/ч и военкомов с местным бизнесом-чиновниками-бандюками в единую круговую поруку. Да, в общем-то очевидна чисто физиогномическая принадлежность Залужного именно к барыгам-бандюкам, а вовсе не к военному сословию. В отличие от того же Сырского с мордой лица типичного североевропейского ландскнехта, готового служить и сатане.

Напомню, что террористическая эскалация со стороны «правых» затрагивала переговорный процесс даже напрямую – одного из членов киевской делегации попросту расстреляли среди бела дня на киевской улице. Однако запугивание и потери личного состава вряд ли сами по себе остановили кураторов из Лондона, если бы результатом могло стать отстранение и замена на своих ландскнехтов руководства ВСУ и НГУ за «военный проигрыш, приведший к вынужденному замирению».

Главным фактором, почему эта конкретная цель не была достигнута, стало именно наличие в Киеве и окрестных областях массы вооруженных радикалов, притом организованных в боевые отряды со сплоченным ядром вокруг главарей местных банд. Притом что внешнее кольцо из российских десантников и подоспевших танкистов и артиллеристов могло сдерживать от похода только армейские и нацгвардейские колонны, а не такую партизанщину, способную просачиваться мимо кордонов и блокпостов. Так что к 15 апреля, когда были парафированы «стамбульские соглашения», игра «правых» на срыв «плана Б» была уже сыграна. Зеленский и его лондонские кураторы не имели более силового контроля над столицей, рисковали вооруженным майданом и переворотом в пользу Залужного. Почти прямое обращение Путина к укрогенералам брать инициативу замирения в свои руки было обусловлено оценкой изменившихся реалий.

Однако и в этом случае «правые» оказались неспособны к более тонкой политической игре, чем просто наращивание мускулов и военная эскалация. И опять «левые глобалисты» в лице Бориса Джонсона попытались возглавить движение и перехватить инициативу. Если главного соперника (а это не Россия, а правые в США) нельзя сразу подвинуть с помощью российских войск, тогда можно попытаться перенаправить новые радикальные силы на «восточный фронт», чтобы утилизировать или хотя бы сковать и заблокировать. А с местной «атаманщиной», полубандитским ядром сформированных ТРО, кто сам ни за что и никакими силами не пошел бы воевать, можно заключить коррупционное соглашение, поручив им отлов мобилизуемых на фронт.

Можно отметить, что Б.Джонсона не сразу отправили в отставку после проигрыша им первого раунда борьбы. Ему все же дали время до осени, чтобы попытаться реализовать запасной вариант с контрэскалацией и переподчинением ТРО. Однако и это у него и у «офиса» не сложилось, поскольку военные планы размещения и передвижения частей оставались в компетенции натовского штаба ВСУ, под «правыми глобалистами».

Заметим, что у «левых глобалистов» достаточно условных союзников или просто финансово-торговых партнеров в мире, включая страны БРИКС. Поэтому политическое руководство России не могло просто проигнорировать последнюю попытку Лондона и подконтрольного киевского «офиса» вернуть ситуацию на рельсы «плана Б». Только этим влиянием стран БРИКС в ходе подготовки к осеннему саммиту в Самарканде можно объяснить многомесячную задержку с частичной мобилизацией и отводом войск на линию стратегической обороны. Впрочем, активные боевые действия на правом берегу Днепра за Херсоном и удержание неблагоприятных для обороны позиций под Харьковом дали еще необходимое время для строительства «линии Суровикина» от устья Днепра до белгородского рубежа.

Вряд ли у российского Генштаба были какие-то сомнения в пользу способности «левых глобалистов» вернуть Киев к столу переговоров и тем более подписать замирение. Однако в Кремле отложили явный переход к «плану В», чтобы дать шанс «левым» так или иначе ослабить «правых», а главное – перенаправить подготовленные и оснащенные НАТО резервы с главного для «правых» южного направления на заведомо гиблое северное. Уж больно сложен пересеченный ландшафт Харьковщины для любых военных действий, в отличие от ровных степей Тавриды, где возможная концентрация военных сил имела больший шанс продавить первую линию обороны, а при ошибках обороняющихся – перерезать хотя бы часть транспортного коридора в Крым. А это в свою очередь могло усилить влияние «правых глобалистов» и увеличить потоки военных ресурсов для ВСУ.

Опять же, повторю, если бы харьковский маневр отступления на оборудованную линю стратегической обороны расценивался настоящими военными экспертами из штабов стран БРИКС как неудачный, в пользу «правых», вряд ли самаркандский саммит БРИКС осенью 2022 года стал бы демонстрацией сплоченности глобального Востока и Юга. В общем и поэтому тоже, для политической игры на поле «левых глобалистов» был необходим переходный период от мягкого «плана Б» к жесткому «плану В».

Переход от военной операции «на упреждение» к стратегической обороне освобожденных территорий и военным действиям на истощение резервов ВСУ и арсеналов НАТО – единственное возможное из оставшихся решений после провала пролондонского «плана Б». Необходимой частью укрепления стратегической обороны стало присоединение к России четырех «новых регионов» через референдум.

Можно еще раз напомнить эпизод трансляции открытого заседания СБ РФ, где Путин переспрашивал директора СВР – за или против признания ЛНР и ДНР. А Нарышкин ему в ответ – я за вхождение республик в состав Российской Федерации. Можно, конечно, списать на морально-психологическую неготовность старого чекиста. Однако это не тот уровень игры, на котором возможны такие флуктуации. Намного более вероятно, что Нарышкин своим ответом намекал на какую-то закрытую аналитическую записку СВР, где описывались все риски тех или иных вариантов и обосновывалась более жесткая линия по отношению к «атаманщине», имевшей место и на Донбассе. Только здесь «атаманщина» ориентировалась на бизнес-интересы так называемых «донецких», финансово подконтрольных банкстерам Сити.

Не буду утверждать однозначно, но очень похоже, что одним из проявлений этой «атаманщины» и этих рисков стало слишком глубокое отступление «армии ДНР» при плановом оставлении Харьковской области российской армией. Красный Лиман и леса вокруг него можно было удерживать из сети опорных пунктов на берегах Оскола и Северского Донца так же, как сейчас их удерживают ВСУ. Если даже не этот, то другие эпизоды проявления восточно-украинской «атаманщины» перевесили все иные политические минусы донбасской и приазовской «незалежности» под крылом РФ.

Если бы реализовался вариант «союзной Новороссии», то получили бы еще одного дотационного и политически ненадежного сателлита с вечно недовольными размерами дотаций элитами и обираемым этими же элитами населением, недовольство которого перекладывалось бы на главного спонсора. Но самое главное – риски политического разворота в любой момент из-за отсутствия жесткого контроля над местными «силовиками». Многих донбасских «типа чекистов» самих пришлось отправить «на подвал» после присоединения республик к России, тем самым укреплять вертикаль единоначалия в рядах армейских корпусов и новых частей Росгвардии. И все это тоже часть жесткого «плана В» и его отличий от «плана Б», когда подчинить «атаманщину» и укреплять вертикаль власти планировали в Киеве, а вовсе не в Донецке или Херсоне.

Как там было у поэта? «Но пораженья от победы ты сам не должен отличать…» Так и в военном искусстве, а тем более в глобальной политике. Можно победить тактически, удержать и даже усилить позиции «здесь и сейчас», но проиграть в итоге стратегически. А можно и ровно наоборот. Да, «правые» в лице главкома Залужного сумели найти решительный ход в политической партии, когда сделали ставку на террор и «атаманщину». Только уже в среднесрочной перспективе это привело к потере управляемости и ведет в итоге к полному развалу остатков государства, выстроенного русскими для малороссийских «братанов» и правобережных «небратьев».

Не знаю, что там думали и планировали немецкие спецы из натовских штабов, но заранее распиаренный «контрнаступ» был изначально обречен, даже если бы линий обороны на запорожском и южно-донецком направлении было не три, а одна. Любой знаток психологии наших украинских родственников мог однозначно предсказать, что украинские штабы и полевые командиры не сдвинутся ни на шаг вперед, посылая на убой подчиненных. И точно не будут принимать или одобрять инициатив снизу, чреватых реальным прорывом обороны противника вместо вязкого нагнетания в предполье. Ведь в случае прорыва пришлось бы и штабам с командирами выдвигаться вперед, втягиваться в заранее пристрелянные коридоры, реально рискуя жизнью. Это принципиально невозможная для украинской «атаманщины» ситуация, противоречит идее «гидности» как способности обхитрить и кинуть всех, и прежде всего – спонсоров.

Одно дело барыжить оружейным контрабасом, собирать мзду с подчиненных за уклонение от мясорубок, и совсем другое дело - гибнуть самим. Ради чего и кого? Дурных нема. Даром что ли главным героическим эпизодом самостийной истории является «битва» под Крутами. Это когда «полевые командиры» подставили под удар студентов и прочих «омоскаленных» городских, чтобы успеть спасти свои драгоценные задницы. И для «щирых украинцев» истинные «херои Крут» – это именно обманувшие и тех, и этих москалей, как и западных «союзников» хитрые «атаманы», прихватившие с собой на запад награбленное в Городе.

С другой стороны последняя ставка Бориса Джонсона на утилизацию радикального актива конкурентов в итоге сработала, теперь уже по «плану В». Однако вряд ли это сильно обрадует «коллективный Запад». Частичное, но все же совпадение интересов разных игроков Запада в начале СВО приказало долго жить. Американский ВПК вряд ли сможет выбить больше миллиардов на замещение уже израсходованных арсеналов, и эти бюджеты уже слабо зависят от развития ситуации на Б/У, только от межпартийных войн в конгрессе. Кроме того, лоббисты сухопутных вооружений всегда были в конце очереди за бюджетными деньгами, так что военно-морские и военно-воздушные лоббисты, как и ракетно-ядерные, устали уже ждать переключения эскалации напряженности на китайское направление.

Экономическое ослабление Европы за счет резкого сокращения торговли с Россией тоже уже достигнуто, однако европейские капиталы побежали не столько в США, сколько в Китай и ЮВА. По этой причине американцам тоже пора переключаться на Китай и начинать рушить европейско-китайские связи. Однако, британские «союзники» свой бюджет сводят с большим трудом за счет финансового сектора, а доходы банкстеров Сити, как и страховщиков, биржевиков и так далее – поступают именно от азиатской торговли, в том числе с Европой. Расхождение интересов нарастает, и при этом никакие новые вложения в Киев американцам не помогают в решении их главных финансовых и экономических проблем.

Для британских партнеров и их леволиберальных союзников в элитах США и Европы, да, новые возможные транши за счет американцев и европейцев позволяют отпилить неучтенную наличность для финансирования выборов и лоббизма. Неучтенные оружейные арсеналы для теневых союзников на Ближнем Востоке или южных границах США – тоже подспорье для «левых глобалистов», чтобы отвлекать внимание США от Китая, блокировать внимание, силы и средства американцев в нескольких горячих точках, включая Донбасс. Поэтому нет ничего удивительного в том, что американские политики всеми силами тормозят выделение новых вооружений и кредитов Киеву, а в Европе этим заняты союзники республиканцев как Орбан.

Другое дело, что продолжение политического клинча в США и оставление Киева совсем без поддержки чревато полным обрушением киевского режима и «восточного фронта» и полным хаосом на восточных рубежах НАТО. Полная потеря управляемости сыграла бы против интересов всех западных игроков, да и для России хаос в Восточной Европе принес бы слишком большие затраты и прочие издержки. Даже китайцам сейчас такая непредсказуемая эскалация в Европе ни к чему, у них и без этого внешние рынки сужаются, а внутренняя напряженность растет. Поэтому неизбежны закулисные переговоры и даже явные зондажи, как в случае Такера Карлсона, чтобы перевести «украинский кейс» из горячей в хроническую фазу противостояния между Западом и Россией, а равно и между главными игроками Запада.

Уход Залужного до развала обороны в Авдеевке и начала отступления «восточного фронта», заявленного перехода к стратегической обороне – тоже часть закулисных договоренностей. Публичное лицо «правых» Нуланд специально прилетала, чтобы спасти экс-главкома от публичной опалы и официальных обвинений в провалах. Как политический лидер «атаманщины» Залужный остается значимой фигурой для будущих выборов в Раду, но вряд ли другие западные игроки допустят его в президентскую гонку или даже сохранят ему влияние в силовом блоке.

Это в свою очередь означает, что правые радикалы будут тем или иным способом утилизированы или выдавлены из ВСУ и Нацгвардии. Похоже, что подстава «азовцев» под Искандеры на полигоне в Селидово и попытка загнать их в авдеевский котел перед его захлопыванием – наглядный пример такой зачистки. Опять же провоцируют «нациков» оставлять позиции, не выполнять приказы на утилизацию – тогда расформирование подразделений или частей, как полицейского полка в Днепропетровске. А дальше – одних в штрафбат, других за взятки – в госпиталь с самострелом.

Залужный в Раде после скорых выборов, а то и в будущем правительстве – это своего рода политическая гарантия для правых глобалистов, что подопечные им регионы – Одесса, Днепр, Харьков сохранятся в прежней орбите. Сырский как главком ВСУ от левых глобалистов предохраняет их интересы от военного переворота. Однако в целом такая конфигурация взаимного клинча правых и левых глобалистов играет в пользу третейской силы «национал-глобалистов» – пока что во главе с Байденом. Однако с учетом того, что Трампа с правого фланга тоже двигают «контролеры», шансов ни у «левых», ни у «правых» заменить дедушку Байдена кем-то, кроме другого выдвиженца от «контролеров» - практически не остается. В том числе и по причине взаимного проигрыша «левых» и «правых» глобалистов на Б/У. «Волки от испуга скушали друг друга». А значит, что и на смену Зеленскому на скорых выборах придет назначенец «контролеров», подобранный «смотрящей» в Киеве Притцкер от Байдена и Обамы.

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/290648.html?newpost

03.02.2024 Зимний путь 8

Святой Иоанн на Патмосе. Фрагмент. Иероним Босх. Живопись, 1505

8. «Я прийшов, тебе нема…»

Помнится, еще после первого киевского майдана-2004 было много разговоров, что вот западные фонды активно работают на ниве НКО, по сути перекупают столичную интеллигенцию и коррумпируют экспертное сообщество. Мол, и нам тоже так нужно делать – тоже перекупать и коррумпировать внаглую. Нет, если бы цель была помочь Западу побыстрее разложить киевскую «элиту», а заодно выстроить коррупционную вертикаль у себя в очень чувствительной внешнеполитической сфере – тогда конечно.

Двадцать лет спустя у нас есть конкретный ответ и рабочий пример, как и где на самом деле нужно работать с дружественными слоями общества в рамках своих, а не западных приоритетов и смыслов. Речь о безусловном ошеломительном и хорошо подготовленном успехе первых дней СВО в двух южных «новых регионах», составивших сухопутный коридор в Крым и даже с обширным выходом на правый берег Днепра.

Нужно отдать должное российским военным, что они оказались хорошо готовы к быстрому и почти бескровному продвижению. Однако контраст с ситуацией в Сумской и Черниговской областях, где такое же быстрое продвижение не привело к полному контролю регионов, заставляет оценить заранее проведенную подготовительную общественную работу в Херсонской и Запорожской областях.

Достаточно даже одного примера – биографии губернатора В.Сальдо, бывшего мэра Херсона в украинский период, чтобы понять уровень активной пророссийской работы. А общая ситуация в Приазовье в первые дни СВО и после этого доказывает, что это была массированная общественно-политическая работа с пророссийскими региональными элитами. Нет нужды даже ссылаться на инсайды, к которым был когда-то в начале этой работы сопричастен. Все равно было приятно увидеть в репортажах из только что освобожденного Херсона знакомую символику и лозунги пророссийского движения, пусть даже в переводе на официозный украинский.

Разумеется, такая сеть пророссийских НКО в регионах Приазовья тоже имела экономическую базу в виде единого с советских времен аграрно-курортного рынка с Крымом. Однако главным фактором (и для единого рынка тоже) является все же духовное родство преимущественно русского населения Крыма и Приазовья, общие постсоветские ценности. Разумеется, в рамках пророссийского движения вряд ли ставилась как близкая цель вхождение Приазовья в состав России, идеология строилась на возрождении Союза и возвращении всей бывшей УССР в состав обновленного Союза, в полном соответствии с волей народа на референдуме 17 марта 1991 года.

В отличие от истерично крикливой киевской общественности пророссийская сеть, если она действительно продвигает русские, а не западные ценности, не могла и не хотела быть особо публичной, работала на личных связях, прежде всего, бывших военных сослуживцев. А для защиты своих интересов и целей от агрессивно-послушных меньшинств прозападной ориентации в пророссийских регионах не препятствовали созданию филиалов сети западных НКО, а просто перехватывали управление ими. Таким образом небольшая часть от пяти миллиардов долларов, озвученных Викторией Нуланд десять лет назад, помогала работать пророссийской сети.

А если бы вдруг российские общественные сети стали брать пример с западных фондов и финансировали киевскую тусовку, то там было бы ровно тоже, но наоборот – деньги взять, имитировать лояльность, в нужный момент перейти на сторону своих настоящих союзников – все симметрично. И опять главным фактором был вовсе не экономический – предприятия Киева или Днепропетровска были так же прочно встроены в постсоветскую кооперацию, а про зависимость от общего энергетического рынка лучше и не вспоминать, чтобы лишний раз не офигевать от киевского садомазохизма и дурости.

Нет, ключевым фактором и в этом случае является различие в глубинных общественных ценностях разных регионов мозаичной бывшей УССР. Для автохтонного населения Приднепровья архетипической ценностью является способность к социальной мимикрии в условиях бесконечного повторения сюжета «Свадьбы в Малиновке». Сотни поколений жизни на фронтире между евразийской степью и восточноевропейской окраиной сказываются. Даже в спокойные имперские периоды векторы влияний каждые лет двадцать менялись – то с востока, то с запада. «Опять власть меняется…» и пора снова менять буденовку на бандеровскую кепку или обратно.

Отсюда и мем про «партизанский отряд с предателем», когда амбициозность (она же глубинный страх не вписаться в колебания властных ветров) ведет к обязательному внешнему расколу «громад» и семей по политической ориентации. В случае чего браты-сваты меняются местами в местной власти, отыгрываются за унижения статуса, но родня в целом защищена. Отсюда инстинкт «самостийности», то есть постоянной готовности сменить внешнего сюзерена при крайней степени показной лояльности любой власти, даже очевидно временной.

Всем известны и другие проявления этого базового инстинкта в общежитии и быту – «моя хата с краю», «шоб у соседа корова сдохла», а также проявление не менее известной, пардон, «хитрожопости». Это когда обмануть и подставить доверившегося соседа или партнера является глубинной потребностью для ощущения собственного достоинства, вернее, его особой невротической формы «гидности». Даже если такое поведение на деле выходит «хитрожопым» боком, лишает долгосрочных перспектив и доходов, все равно сиюминутное невротическое удовольствие от своей «крутости» и «перемоги» над лохами – намного важнее для поддержания амбиций и общего тонуса организма.

Нужно также отметить, что общий базовый инстинкт «самостийности» по-разному проявляется на двух берегах Днепра. Правобережье, зажатое в глухом окраинном углу между Карпатами, припятскими болотами и Днепром, сочетает мимикрирующий «самостийный» архетип с неизбывным комплексом неполноценности. Отсюда все эти разнообразные секты альтернативных «церквей» или светских украинизаторов, пародирующих польских панов или австрийских херов, хабадников, баптистов и так далее, вплоть до практикующих уфологов.

На левом берегу при всей извечной переменчивости политических ветров важной константой глубинной психологии остается сопричастность огромному восточному пространству и его потенциальной силе. Отсюда другая обычная крайность в виде зеркального «комплекса сверхполноценности», когда новообращенный или снова переметнувшийся на восточную сторону активист начинает доказывать себе и всем, что именно он может научить русскую Родину любить. Или схожий и слегка комичный феномен «брутальных» батькиных пропагандистов, пытающихся на российском ТВ поучать, как нужно правильно бороться с Западом. Кстати, у галичан тоже схожая манечка из-за ощущений принадлежности к некогда сильной Европе, но в отличие от восточных берегов – это фантомные ощущения без возможности этот «комплекс неполноценной сверхполноценности» как-то реализовать и успокоить.

На всякий случай оговорюсь, что границы между субэтносами – правобережным, малороссийским, приазовским и причерноморским – не сплошные, особенно в крупных городах со смешанным населением. И на правый берег восточными ветрами истории занесло и укоренило левобережные архетипы, и на левом берегу достаточно упертых сектантов. Однако в целом картина соответствует.

Разумеется, «приднепровский» компонент психики также сыграл свою роль в маскировке пророссийской сети «новых регионов», обманувшей киевское начальство и западных спонсоров. Однако важно, что русское большинство, освоившее эти некогда безводные степи (куда правобережных переселенцев было не заманить), привнесло свои доминирующие ценности солидарности, а украинские способности к социальной мимикрии оказались подчинены ведущему русскому интересу.

Почему не получилось выстроить такую же эффективную пророссийскую сеть в Сумской и Черниговской областях? Заметим, что после ввода войск там даже попыток не было учредить временные военно-гражданские администрации как в Приазовье. Причина заключается во все тех же – глубинном ценностном и экономическом факторах, которые так же определяются локальным ландшафтом, встроенным в глобальный. Северные области бывшей УССР исторически связаны с пересечением двух торговых путей –днепровского и поперечного пути по Припяти и Десне, бывшего всегда в тени основного.

Еще со времен хазарского таможенного форпоста Куявы болотистые берега Припяти и Десны были удобным путем для обхода контроля сильных восточных держав. И во времена древнерусского Киева известная история с походом Игоря за повторной данью и сожжением Искоростеня хорошо объясняется именно усилением контроля за обходным торговым путем. Если бы у древлянской столицы был другой источник дохода, кроме «крышевания» теневой (с точки зрения русских князей) торговли, то и смысла нет жечь такой форпост, а посадить сюда своего младшего князя или боярина.

И по сей день местные торговые элиты от Сумской области до Волыни встроены в эту сеть, промышляющую в том числе системной контрабандой, а потому ориентированной на белорусское государство как недорогую «крышу» от российских коллег. В свою очередь белорусские генералы от контрабанды вовсе не спешат разрывать прочные экономические связи с такими же партнерами на украинской и польской стороне общих границ. Россия – для них источник теневого дохода. Только с белорусской стороны приднеповская «хитрожопость» сочетается с природной осторожностью. Потому «зайчик» с белорусского рубля стал первым символом местной незалежности. А белорусский «батька» с его ярким сочетанием обоих качеств является лидером, то есть выразителем этих архетипов, общих для северных регионов Б/У и южных регионов РБ. Разница лишь в доминировании одного или другого культурного «инстинкта».

И кстати, возвращаясь от социокультурных оснований к их актуальной реализации – отсутствие даже попыток создания временных администраций на Сумщине и Черниговщине является надежным свидетельством, что рейд на Киев был предпринят только в целях принуждения к соглашению, включающему вывод ВС РФ из северных регионов в обмен на вывод ВСУ из республик Донбасса при сохранении российского контроля над Приазовьем. В этом и было бы реализацией «плана Б», навязанного Россией западным «непартнерам» вместо натовского «плана А».

Еще раз повторим, натовские штабы, планировавшие по заказу правых глобалистов эскалацию на Донбассе («план А»), точно видели ограниченность сил и средств ВС РФ в зоне назревшего конфликта, несмотря на переброску контрактников и техники на учения. К тому же натовцы планировали отвлекать часть сил и средств на прибалтийское, закавказское направления. По всем расчетам сил России на широкий фронт противостояния не хватало. Что позже было подтверждено отводом войск и частичной мобилизации. И тем не менее, русский Генштаб не стал сосредотачивать все силы на «восточном фронте», а ударил максимально широко с севера и юга. Естественный вопрос не только для натовских штабистов – на что русские рассчитывали, кроме эффекта неожиданности и замешательства противника из-за срыва его планов?

Возможно и весьма вероятно, что с южным флангом обороны ВСУ против крымской группировки натовцы серьезно просчитались. Не ожидали, что сопротивления ВСУ здесь практически не будет. Хорошо, допустим, что все дело только в хорошо проделанной предварительной общественной, агентурной и штабной работе со стороны России на данном направлении. Хотя отрицать этой отличной работы по срыву планов противника нельзя. Однако, на какие такие «чудеса прусского дома» можно было рассчитывать на северном фланге при походе на Киев? Ведь после отказа Киева сдаться все равно пришлось отходить? Для ответа придется снова выйти за рамки сугубо военных планов и действий и рассмотреть ситуацию в контексте глобального противостояния – причем не только между Россией и Западом, но и между западными игроками.

Нет, если по-прежнему не признавать, что правые и левые глобалисты, крылья глобальной финансовой элиты глубоко разошлись в своих интересах и жестко конкурируют между собой, тогда вообще ничего невозможно понять и объяснить в этом хаосе с хуситами и прочими локальными конфликтами, включая СВО. Однако примеры такого жесткого расхождения политических интересов между формальными военными союзниками слишком известны. Иначе не было бы падения Российской империи в разгар войны вследствие интриг и подрывных действий английских и французских союзников. Не было бы роспуска Британской империи под давлением ее союзников после ВМВ.

Так же и сегодня. Представим, если бы «план Б» по быстрому завершению СВО через стамбульские соглашения был реализован. Кто и что от этого выигрывал, а кто проиграл бы?

Россия в любом случае закрепляла бы под своим военно-политическим протекторатом «новые регионы», хотя скорее – в виде союзной Новороссийской Федерации с сохранившимся экономическим влиянием пролондонских «донецких» олигархов. (Исторический прецедент с Дальневосточной республикой имеется.) При этом херсонский плацдарм на правом берегу мог стать базой для поддержки «новороссийских» партизан в Кировограде, Николаеве и Одессе, что в свою очередь оправдывало бы усиление военного контингента, лояльного пролондонскому Киеву в этих регионах, ориентированных на правых глобалистов США.

Проамериканские ВСУ во главе с Залужным были бы обвинены пролондонским офисом Зеленского в военном поражении. А сам Зеленский получил бы лавровый венок «миротворца», приведшего Украину в тесный союз с Европой, почти что в НАТО – на основе таких же двусторонних соглашений, какие заключаются сейчас. Поток военной и финансовой помощи от США и Европы был бы практически таким же, как случилось при военных действиях, но без огромных потерь личного состава и техники. Соответственно, киевский режим стал бы намного более устойчивым с шансом укрепить государство, остававшееся серьезной угрозой для России. Так что и Украина, если бы она была государством, а не территорией атаманщины, и Запад в целом, скорее выигрывали от реализации стамбульских соглашений даже в среднесрочной перспективе. Собственно поэтому соглашения и были парафированы, что большая часть западных элит была за.

Можно добавить, что и для главных союзников и силовой опоры правых глобалистов – милитаристов из Пентагона и ВПК этот «стамбульский вариант» был приемлем, поскольку все планы по военной помощи Киеву и перевооружению стран Европы дорогой американской техников оставались бы в силе. И так же симметрично вырастали бы планы перевооружения в интересах российских армии и ВПК. Так что единственными проигравшими оказывались «неоконы» США и верхушка ВСУ, теряющие контроль над потоками финансирования, оружейной и иной контрабанды.

Однако больше всего от завершения «плана Б» выигрывало крыло «левых глобалистов» и подчиненное Сити британское государство, а правые глобалисты теряли позиции в руководстве ВСУ и были на грани потери влияния в ключевых регионах от Одессы через Днепропетровск до Харькова. Левые глобалисты поймали конкурентов-ястребов, что называется – на противоходе. Основной актив «правых» в лице националистических батальонов Нацгвардии был по «плану А» сконцентрирован на Донбассе. Хотя отборные части Нацгвардии оставались в Киеве и окрестностях, они были отчасти разбиты и заблокированы российским десантом и марш-броском на Киев. Многие тысячи киевлян, особенно из числа завсегдатаев майдана, покинули столицу, а западенцы в этот раз зарабатывали на приеме киевлян, тоже на майданы не стремились.

Таким образом Киев был фактически отрезан от националистического актива, и были созданы военно-политические условия для подписания выгодных Киеву и большей части Запада соглашений. В таком случае при невозможности националистического «майдана» были бы безопасными для Зеленского обвинение Залужного и проамериканских генералов в поражении, их смещение и замена на пролондонских генералов (что опять пытаются провернуть теперь уже после провала «контрнаступа»). Собственно, создание условий для подписания и ратификации мирных соглашений и было главной политической целью решительного марш-броска и окружения Киева. А размен отвода войск от Киева на вывод ВСУ с Донбасса – вторичной целью, невозможной без достижения первоочередной цели.

Однако все же следует перепроверить себя и аналитические выводы о целях сторон, сделанные на основе понимания как общих, так и разных интересов всех крупных игроков и их сателлитов на Б/У. Может быть все это иллюзии и фантазии? Какие есть еще подтверждения возможному закулисному сговору пролондонского Киева и Кремля против правых глобалистов и проамериканской верхушки ВСУ? Такие аргументы и факты имеются. Речь прежде всего о поведении накануне начала СВО пролондонского крыла российской политической элиты, когда все эти «голуби мира» горбачевского еще розлива, как та же Матвиенко, вдруг хором и наперегонки поддержали признание ЛНР и ДНР, то есть прямое и открытое вмешательство России в гражданскую войну на Б/У.

Особенно порадовало полное замешательство Нарышкина на открытом заседании Совбеза 21.02.22, явно офигевшего от ястребиного напора либералов. Что само по себе уже неплохо – значит хотя бы директор СВР не получает указаний или толстых намеков от лондонских партнеров. А вот обращение либерала ДАМа, практически открытого масона (бюстик Миранды на рабочем столе) в турбо-патриота и гипер-ястреба не особо удивило. Тем более что у него уже был опыт похожей реакции на провокацию правых глобалистов в Южной Осетии. Американские ястребы во главе с сенатором Маккейном наверняка надеялись не только на укрепление позиций своего ставленника в Тбилиси, но и на ослабление позиций левых глобалистов в Москве в пользу здешних «ястребов».

Так и в ситуации с «планом А» правых глобалистов – одной из целей эскалации на Донбассе был подрыв позиций пролондонского крыла не только в Киеве, но и в Москве. Если бы либералы оставались на позиции сохранения «худого мира», то инициативу и влияние в Кремле и окрестностях перехватили бы правоконсерваторы типа конкурента Медведева – С.Иванова или В.Володина. Однако всех их учили еще в ленинском комсомоле: если какое-то событие и движение невозможно предотвратить, тогда нужно его возглавить. А заодно использовать энергию конкурентов в своих целях, направив ее в нужное русло.

В нашем случае с «планом Б» марш-бросков на Киев и Херсон можно говорить о весьма изощренной и эффективной контригре британского военно-политического штаба в интересах Сити как центра левого крыла глобальной финансовой олигархии. В шахматах есть такой термин и вариант стратегии как гамбит, когда сопернику предлагается в жертву ценная фигура в обмен на стратегическую инициативу на более важном фланге игры. Хотя политическая игра больше похожа на исходную чатурангу с четырьмя игрокам, но тогда тем более возможны разные варианты гамбитов и коалиций. В нашем случае, судя по молниеносному и почти бескровному марш-броску на Херсон с выходом на правый берег Днепра, лондонские стратеги временно пожертвовали в пользу России Приазовьем для блокирования на Донбассе более важного для них конкурента на власть в Киеве. (Тем более что в формате Новороссийской Федерации у них был шанс отыграться в мирное время за счет финансово-торгового влияния.)

Что заставляет думать, что без таких поддавков не обошлось? Прежде всего, общее представление о политической структуре любой власти на всех уровнях – национальном, глобальном, региональном. Региональные власти в том же Херсоне или Запорожье разделены на такие же три политических ветви с разной общественной опорой – пророссийская ветвь здесь была одной из двух ведущих, наряду с торговой ветвью, ориентированной на пролондонских «донецких» и протурецкой третейской ветвью с лидерами из крымских татар. Быстрое и бескровное занятие этих территорий было возможно при поддержке пророссийской ветви только при непротивлении двух других ветвей региональной элиты, видимо, получивших соответствующий сигнал от своих «старших товарищей» (неважно, из Киева, Стамбула или сразу из Лондона).

Похожие сигналы из Киева – не особо сопротивляться русскому марш-броску и забаррикадироваться в городах получили и региональные элиты в Чернигове и Сумах. Об этом даже проговаривались сами мэры городов, да и по ходу событий это было видно. Так что признаков такого военно-политического гамбита со стороны пролондонского «офиса» в Киеве достаточно. Так что вопрос лишь в том, правильно ли поступил Кремль, вступив в такую рискованную игру? Ведь это могло оказаться и ловушкой для передовых частей. Видимо, в виде гарантий конечного успеха и были сразу же уступлены без боя две южные области. На резонный вопрос, почему командиры частей в том же Бердянске или Херсоне ориентировались не на Залужного, а на «офис» - ответ простой: на Б/У все командиры в/ч так или иначе завязаны на местный бизнес. И херсонские военные больше озабочены конкуренцией днепровских и одесских бизнес-кланов, ориентированных на Залужного.

Разумеется, правое военно-политическое крыло в российском руководстве не хуже нашего могло просчитать плюсы и минусы предложенного «гамбита - плана Б». Однако актуальных плюсов было достаточно - в виде срыва весьма негативного для России «плана А» позиционной войны на Донбассе, а также занятия стратегических позиций на юге с коридором и зоной безопасности для Крыма. Внутриполитические плюсы в быстром завершении СВО и переводе противостояния снова в хроническую фазу, но подальше от городов Донбасса – тоже просматривались. А до среднесрочных минусов для России и плюсов для Киева еще дожить нужно было. Собственно, они так и не реализовались из-за срыва политической, но не военной части «плана Б». В итоге баланс первого этапа СВО можно считать сугубо положительным, поскольку сравнивать нужно не с плюсами и минусами гипотетического, но невозможного мирного варианта, а с плюсами и минусами изначально навязываемого «плана А».

Из минусов «плана А» по итогам «плана Б» остались продолжающиеся обстрелы городов Донбасса, оголтелая информационная война и психологическое давление на общество. Насчет санкционного давления – это вопрос, считать ли его минусом, если в итоге первых месяцев СВО экономика и финансы его выдержали при поддержке стран БРИКС. А с учетом известного влияния лондонского крыла «фининтерна» на Китай, Индию, Иран – принятие «плана Б» тоже было безальтернативным. И это еще один, причем ключевой плюс выбранной стратегии, достаточно рискованной, но принесшей существенные позитивные результаты.

Вряд ли в Кремле сильно радовались возможным среднесрочным последствиям «плана Б» в случае его успеха, хотя по сравнению со среднесрочными издержками «плана А» иных вариантов не было. Наверняка, правоконсервативное крыло в Кремле предлагало свои варианты, как предотвратить чрезмерное нарушение баланса сил на Б/У, а также вероятную олигополизацию пролондонскими режимам контроля над торговыми путями для российской внешней торговли.

Не случайно в этот период Путин озвучивал вслух предложение украинским военным брать политическую инициативу в руки. И в самом деле, если бы генералитет ВСУ был таким же политически гибким и сумел возглавить движение к мирному соглашению, политически проигранная война могла обратиться политически выигранным миром. Ведь поток военной и финансовой помощи Запада Киеву сохранился бы и после начала реализации мирных соглашений.

Даже был шанс быстро вступить в НАТО, что не факт было бы хорошо для самой НАТО. Однако для этого пришлось бы отступить слишком далеко за Днепр, чтобы получить стабильную границу для перемирия по-корейски (что сегодня продвигают британские военные через НАТО). Все же более вероятен был перевод событий в русло «хронической СВО» как до того «АТО». Тогда сохранился бы еще один стратегический плюс для России, полученный в момент начала СВО – возможность в любой момент атаковать любые ракетные комплексы, склады и производства при попытке НАТО придвинуть к границе России оружие массового поражения. До начала СВО эта угроза ядерного или биологического шантажа со стороны Запада, замаскированного под якобы украинское оружие, только нарастала и в период мирового кризиса была бы слишком соблазнительным рычагом воздействия на политику Кремля. После начала СВО из-за «плана А» и продолжения по «плану Б», а затем и по «плану В» эта стратегическая угроза со стороны НАТО была снята. Соответственно, в том или ином хроническом виде СВО продолжится, пока эта угроза не будет отодвинута намного дальше Днепра, за Одер.

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/290429.html

28.01.2024 Зимний путь 7

Искушение Святого Антония. Триптих. Иероним Босх. XVI век. Национальный музей старинного искусства, Лиссабон (Museu Nacional de Arte Antiga, Lisboa)

7. «Я видел секретные карты…»

И да, «время пока терпит…» Так что можно еще порассуждать о несбывшемся… «плане А» на Б/У. Можно ли вообще достоверно судить о его параметрах, если этот план был сломан практически на старте и остался лишь в секретном архиве Пентагона? Тем не менее, у нас есть для анализа трехмесячный период информационной и политической «артподготовки» зимой 2021/22, и неделя реальной артподготовки на Донбасском фронте, то есть начало прямой реализации «плана А». А вот потом неожиданно для «ястребов» случился «план Б».

Можно ли по очень краткой попытке реализации «плана А» судить о его характере, целях, возможных последствиях? Вообще-то современная наука дает нам примеры куда более далеко идущих реконструкций. По нескольким фрагментам окаменевших костей воссоздают облик, размеры, описывают диету и повадки динозавров, охотившихся много миллионов лет назад. Или вон целый отдельный вид хомо – денисовцев открыли на основе всего одной фаланги пальца.

Нет, разумеется, если руководствовать только классовым чутьем или иной формой политической ангажированности, то из любого набора фактов можно выстроить стройную идеологическую схему, доказывающую все что угодно методом подгонки под заранее заданный ответ. Хотя в данном конкретном случае записных политологов и идеологов наличие сорванного «плана А» вообще не волнует, ибо нечего предъявить обывателю как зримое подтверждение своих тезисов. Тем интереснее осмотреться и поискать ответы на не истоптанной «поляне». Итак, что требуется для объективной реконструкции давно погибших планов и оценки разгромленных инструментов их воплощения? Как и в случае находки из Денисовой пещеры – для этого необходимо наличие обобщенной теоретической модели и достаточного опыта ее применения, развитой методологии на основе накопленных наблюдений и классификаций гомологических рядов.

На самом деле, у нас ситуация с реконструкцией «плана А» европейского уровня намного лучше, чем в той пещере, потому что есть общее понимание более широкого контекста (планов А и Б глобального уровня и шире – столкновения интересов крыльев глобальной финансовой элиты, подчиненных им милитаристов и спецслужбистов). Это как если бы, кроме фаланги в пещере нашли бы еще отпечаток всего скелета. Так что наличие наблюдаемого глобального контекста компенсирует сырую пока методологию применения фундаментальной политологической модели.

Итак, мы исходим из давно подтвержденной оценки команды Байдена как части левой ветви третейского крыла финконтроля (вместе с командой Обамы). Это означает, что главной целью Белого дома в специально провоцируемом конфликте с Россией вокруг Б/У было только создание предвоенной или локальной военной напряженности, чтобы ввести санкции против российско-европейской торговли. Непосредственно семейку Байденов и их мафиозно-профсоюзно-спецслужбистское окружение интересует только бизнес на обходе своих же санкций и контроля. Однако без учета интересов более широкой коалиции – не только всех «контролеров», но и коалиции «национал-глобалистов» Байден не то что не мог действовать, но и не был бы назначен «лидером».

Конкретным интересом национальной бюрократии США при всех глобалистских привычках, но уже в условиях глобального кризиса является хотя бы временное спасение не только международного долларового рынка как сохраняющейся опоры и «скрепы», но и срочная реиндустриализация США – просто чтобы не рухнул внешнеторговый баланс при неизбежном сужении долларовой зоны и управляемой инфляции, временно сохраняющей доллар как главный, но далеко не бесконечный экспортный товар. Иначе даже в неизбежно наступающем многополярном мире у США не будет шансов даже на роль центра одного из полюсов.

Соответственно, главным интересом европейской игры широкой коалиции «национал-глобалистов» во главе с «контролерами» было и остается «похищение Европы», ее политическое ослабление и оскопление, чтобы обеспечить переток капиталов, прежде всего технологий, оборудования и кадров из Германии, Франции, Бенилюкса в США. При этом интересе необходимым союзником «национал-глобалистов» США в деле ослабления и расхищения Европы оказались «левые глобалисты» из Сити. Первым мощным ударом по ЕС был Брекзит, упредивший попытку правых глобалистов перехватить инициативу с помощью инфопандемии. Однако Брекзит – это была весьма рисковая игра, и многие прогнозировали исход финансовых компаний и посредников с острова на континент. Так что у «левых глобалистов» был свой интерес в резком ослаблении европейских финансовых центров, помимо вывода капитала и технологий в ЮВА и Китай под эгидой банков Сити.

Активная контригра «левых глобалистов» против «правых» в период Брекзита и ковида была на руку и поддерживалась третейским крылом в Вашингтоне. Собственно, поэтому правую ветвь «контролеров» (Трампа) в Белом доме сменила левая ветвь (Байден). Впрочем, точно также при усилении левого крыла глобалистов третейская ветвь не может не поддерживать активную контригру «правых», как это и было задумано в рамках «плана А» на Б/У.

При этом нужно понимать, что военное планирование – это инструмент милитаристов в подчинении «правых глобалистов» в отличие от общего политического планирования в руках «контролеров» из Белого дома. Существенно влиять на оперативные планы военных штабов Байден&Ко не могли и не могут, только на «время Ч» их осуществления. Соответственно, «план А» был двухслойным – военный план сам по себе, политический план – отдельно, вроде бы по рангу выше, но должен был учитывать сверстанный военный план.

Разумеется, военные планировщики из специального штаба НАТО, не только американцы, но из Британии, Германии, Франции – не могли не оценивать возможности ВС РФ на юго-западном направлении как весьма ограниченные. Вряд ли они всерьез закладывались на тот вариант быстрого выхода к Киеву, который реализовался. Может, и обсуждали, но как основной вряд ли могли принять. (Что не могло не утечь в Москву из-за разношерстности натовских штабов и сложных коммуникаций по согласованию.)

Более надежным и основным считался вариант провоцирования на ввод ВС РФ для защиты городов Донбасса и сковывание российского контингента на очень хорошо оборудованной ЛБС. О долгосрочной подготовке именно такого военного плана говорит сам факт, что за два года российская армия не смогла отодвинуть линию фронта от Донецка и Горловки, и только теперь созданы предпосылки для этого в виде ресурсного истощения и выгорания ВСУ. Вот только вопрос, не произошло бы такое же выгорание и истощение защитников Донбасса в случае реализации натовского «плана А»?

В любом случае, после начала массированных обстрелов Донецка и других городов Донбасса с раннего утра 17 февраля 2022 года варианта допустить полное разрушение и обезлюдение ДНР и не вводить войска у России не оставалось. О чем громче всех предупреждал именно дедушка Байден. Играл бы он только за «правых», ждал бы молча. Однако у него своя игра, и заявлениями о готовности дать отмашку на военные действия Байден давил на «левых глобалистов», активно укреплявших свои позиции в Киеве, Варшаве и Анкаре для полного вытеснения «правых» с Б/У.

Что могло бы быть, если в Киеве, точнее в Лондоне в начале 2022 года уступили политическому давлению Белого дома и передали фактический контроль снова в руки Байдена, как было при Порошенке? В этом случае все равно интерес в поддержании напряженности и введении санкций, а значит в провоцировании России на защитные действия все равно бы остался. Однако в этом случае карт-бланш для натовского штаба означал бы опасное смещение баланса сил снова в пользу «правых». Тем не менее открыто провоцирующие массированные обстрелы городов Донбасса со стороны ВСУ могли одновременно сопровождаться отзывом натовских штабных и спецов, отводом части дальнобойной техники, о чем стало бы известно и в Москве. Причем условием такой замаскированной военной деэскалации могла быть согласованная по закрытым каналам политическая эскалация, скажем – признание независимости ЛНР и ДНР и ввод ограниченного контингента для контрартиллерийской борьбы. Что и продолжалось бы в хроническом режиме не два года, а много дольше.

Однако для «левых глобалистов» переподчинение Киева «финконтролю» и перевод кризиса на Б/У снова в хроническую фазу означало бы и дальнейшее постепенное усиление финансового контроля над финансово-торговой сетью Сити. Вероятнее всего политический статус-кво был бы восстановлен и в Германии, где смена коалиции на черно-желто-зеленую могла произойти и без перевыборов. Плюс разочарование польских и турецких союзников Лондона и их скорая переориентация на Вашингтон. Однако самым главным следствием восстановления хронического статус-кво на Б/У стала бы свобода рук Вашингтона для санкционного наступления на экономические позиции «левых глобалистов» в Китае. А вот это уже совсем другие ставки финансовой игры и объемы маржи, перераспределяемой от банков Сити к посредникам по обходу санкций.

Тогда саммит Байден-Си прошел бы не в конце 2023-го, а сильно раньше, и при других раскладах. Это было бы еще до ХХ съезда КПК и триумфального переизбрания товарища Си при опоре на пролондонскую шанхайскую фракцию против проамериканской уханьской фракции. В этом случае давление «контролеров» США на Китай было бы намного более сильным, а условия теневой поддержки «контролеров» Китая более жесткими, а не почти равноправными, как сейчас.

То есть для «левых глобалистов» ставки игры вокруг контроля власти в Киеве были намного выше, чем для уже проигравших «правых». Речь шла не о каких-то вшивых десятках миллиардов баксов и евро, распиленных в том числе «левыми глобалистами» с помощью подельников из киевского «офиса». Обороты китайской внешней торговли и финансовых транзакций – это многие триллионы баксов, проценты от которых капают в банки сети Сити. А могли бы уже так же интенсивно капать и на счета теневых посредников, рекомендованных «авторитетными донами» из Вашингтона или Чикаго.

Не менее опасной для «левых глобалистов» была и утрата инициативы в борьбе за удержание политических позиций в Старом Свете. Не факт, что катарские или иранские спонсоры хамасовцев, хуситов и прочей хезболлы так же активно отвлекали бы США от прямой конфронтации с Китаем, если бы увидели быструю сдачу позиций в Киеве. Так что при таких триллионных ставках политической игры отказ Лондона сдать Киев на поруки Байдену был неминуем с вероятностью 0,9999. Соответственно, так же неминуем был дано планируемый военный «план А», что просчитывалось всеми игроками задолго до попытки его реализовать. Собственно, именно по этой причине потребовался специальный саммит Байдена-Путина в Женеве, чтобы хоть как-то договориться о рамках неизбежной эскалации на Донбассе.

Кто-то скажет – ну вот опять фантазии, как будто автор лично присутствовал на переговорах тет-а-тет Пилата и Каифы, пардон – Путина и Байдена. Однако, два лидера потому так и называются, что обсуждают не свои личные проблемы и предпочтения, а транслируют интересы влиятельных элитных кругов, в данном случае – национал-глобалистов двух держав и стоящих за ними более широких коалиций. Если знать, даже в самых общих чертах, как и откуда получают финансовые или иные ресурсы те или иные элитные круги, и какие политические рычаги используют для борьбы за потоки – совсем не сложно представить, о чем шел разговор на женевской вилле Ла-Гранж («амбар» по-нашему). Что же еще, кроме перенаправления потоков зерна и прочих ресурсов, можно было там обсуждать?

Разумеется, никто даже в узком кругу не озвучивает на таких встречах самые опасные темы. Для этого есть специальные помощники, готовящие такие саммиты. На условно закрытых переговорах только подтверждаются подготовленные решения, вроде учреждения каналов связи между спецслужбами и оборонными ведомствами для обсуждения каких-то вопросов типа СНВ или кибербезопасности. Тем не менее, пусть в виде шуток-прибауток, не очень понятных соглядатаям вроде Блинкена, ключевые темы поднимаются, чтобы лично убедиться в правильной реакции и понимании «партнера».

Для национал-глобалистов и «контролеров» в лице Байдена чрезмерное усиление «правых» так же не нужно, как и упертость «левых». Однако так же опасно возможная потеря ключевых позиций «правых», что может спровоцировать их на выход из-под «контролеров» и игру ва-банк. Поэтому с обеих сторон должны были быть оговорены рамочные условия неизбежного военного противостояния, как это бывает при планировании «больших учений», где командующие коалициями соперничают не на шутку, но по заранее оговоренным правилам. Например, за границы полигона не выходить, гуманитарных катастроф не устраивать, болевых точек как Одесса для «правых» – не трогать. Хотя во время учений, если кто-то провоцирует выход за оговоренные рамки, можно в ответ угрожать «болевым точкам», чтобы вернуть соперников в рамки.

Закрепление оговоренных рамок эскалации нужно не только «контролерам», но и двум другим крыльям финансовой олигархии. Всем банкстерам, как и специалистам по учреждению и обходу санкций нужно сохранение оборотов международной торговли. «Правые глобалисты» — это не милитаристы образца вековой давности, таких уже не осталось, а подчиненные банкстерам милитаристы сами хотят больше денег, а не физического контроля территорий. Так что все разговоры о Третьей мировой войне или применении хотя бы тактического ядерного оружия – это сугубо психологическое давление, причем не на соперника, а на сателлитов и свою же публику для лоббирования военных бюджетов и их бесконтрольного распила. Да, при этом милитаристы и «правые» банкстеры-«пираты» перераспределяют ресурсы в свою пользу даже эффективнее, чем военными действиями, без лишних рисков и разрушения источников финансирования. Разрушения испытывает только локальный «полигон» и то в части, подконтрольной «левым глобалистам». Так что для «правых» - только профит, а в условиях кризиса – еще и устранение конкурентов с глобальных рынков, например – того же металла. Плюс обкатка в боевых условиях продукции ВПК, испытания военных технологий.

Могло ли политическое руководство России каким-то образом избежать втягивания в военный конфликт, пусть даже ограниченный – в виде специальной военной операции, а не полномасштабной войны? Вот как раз от неограниченного конфликта была гарантия в виде ЯО. А избежать ограниченного конфликта – нет, невозможно, если в этом конфликте так или иначе оказались заинтересованы все три крыла глобальной финансовой олигархии, доминирующей в мире, несмотря на кризис и глубокий раскол, а вернее – из-за этого раскола и нарастающего кризиса.

Так что оценивать, было ли начало СВО «ошибкой» Кремля или наоборот, нужно не в сравнении с фантазийными вариантами возможного будущего «с радугой и единорогами» (хотя по нынешним временам «радужные» варианты калечат молодежь хуже войны). Даже если бы в Киеве пошли на уступки Байдену, это не отменило бы военный «план А», но перевело бы хронический конфликт на Донбассе в более интенсивный и кровопролитный, с эвакуацией гражданского населения и высокими потерями, причем не на два-три года, а на все семь, без особого истощения ресурсов киевского режима.

Более вероятный вариант – еще более интенсивного массированного нападения на Донбасс уже начал было реализовываться с 17 февраля 2022. Поскольку наличных военных сил РФ заведомо не хватало, по расчетам штабов НАТО, на полномасштабную операцию против ВСУ, а защищать Донбасс необходимо (иначе получили бы горячую границу с Ростовской и Воронежской областями) – пришлось бы вводить наличные войска на пристрелянные противником и недостаточно подготовленные позиции в пригородах, да и в самом Донецке или Горловке. Плюс первоначальное преимущество передового наемного отряда НАТО в средствах связи, дронах, дальнобойности западных систем, не говоря о циничной готовности неонацистов жертвовать русским гражданским населением по обе стороны фронта.

Переходить от армии мирного времени к обстрелянной, учиться воевать введенным войскам пришлось бы в существенно более сложных условиях, когда поначалу инициатива была бы за противником. Отсюда неизбежно совсем другое соотношение потерь, чем в реализованном варианте СВО – скорее, в сторону ВСУ. Нет, постепенно, раскачались бы, может даже раньше мобилизацию и удары по инфраструктуре начали, хотя ВПК раскочегарить еще быстрее сложно. Только достичь истощения противника, когда он в активной обороне, а не как сейчас – наоборот, было бы намного труднее и существенно большей ценой. Так что для ГШ ВС России предъявленный «непартнерами» к реализации «план А» совсем не подошел, был забракован и отброшен куда подальше… к Херсону.

Политическая сторона «плана А» с российской стороны была примерно такой же, как и при прочих вариантах военных планов. «Все, что нас не убивает, делает сильнее». Особенно экономические санкции, вынуждающие к импортозамещению, отвоеванию у Запада вслед за продовольственным рынком значительной части промышленных рынков. Лояльное отношение Глобального Юга, стран БРИКС тоже никуда не делось бы, хотя могли быть более осторожными при виде сложностей на донбасском фронте вместо быстрого успеха первого этапа СВО,

Собственно, позитивная политическая часть исходного «плана А» стратегически перевешивала негатив военной стороны этого варианта. Однако российскому Генштабу удалось перевернуть доску и заставить натовцев разыгрывать совсем другой военный «план Б». Да, в этом новом плане был и остается один значительный минус на уровне информвойны – Россию можно обвинять во вторжении, «агрессии». Это если совсем не иметь ни стыда, ни совести и игнорировать не только семь лет обстрелов Донбасса, но и семь дней с начала эскалации по «плану А» и до начала контригры СВО.

Однако, Россию при любых военных и политических раскладах все равно бы обвинили во всех грехах, ввели бы точно такие же санкции и развязали бы все ту же тотальную информвойну строго по Оруэллу. Так что этот вопрос – как бы избежать морального ущерба от тоталитарной западной пропаганды – вообще был сугубо риторическим, не имел других ответов, кроме – никак не избежать. Соответственно, и не должен был влиять на выбор более эффективного военного решения. Дискомфорт столичной интеллигенции от несоответствия привычной позиции морального превосходства настроениям общества, как и естественный страх части общества – тоже на военные решения не влияют.

Пожалуй, на этому с разбором нереализованного «плана А» можно закончить, и переходить к частично реализованному «плану Б».

Адская река. Полиптих Видения загробного мира (Блаженные и проклятые). Правая панель. Иероним Босх. Галерея Академии, Венеция

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/290227.html

18.01.2024 Зимний путь 6

Лето в полдень Елена Александровна Полищук

6. «Идет направо – песнь заводит…»

Для понимания разницы интересов глобальных игроков и коалиций лучше всего предметно разобрать уже названные выше варианты А, Б, В игры на Б/У-шном «диком поле». При этом важно не нафантазировать умозрительных «хороших» вариантов, как и апокалиптических, а выявлять реалистичные версии, основанные на совпадении интересов крупных игроков и доступных им политических технологиях высокого уровня. Скажем, в реальной политике нет такого варианта, как принятие Западом «ультиматума Рябкова» от 07.12.21 г. об уходе НАТО на безопасную дистанцию.

Ну, то есть это могло быть выгодно России, властной группировке Си в Китае, даже вроде бы не вредило банкстерам Сити. Однако и не помогало «левым глобалистам» расширять сферу влияния в Европе, поскольку инструментом для этого была военно-политическая экспансия британского государства под эгидой НАТО, включая отдельное командование всего северного фланга. И уж точно против были оба американских крыла глобалистов. Правые «ястребы», наоборот, мечтают о глобальном расширении НАТО и непрерывных локальных войнах для бесконтрольного распила военных бюджетов и крышевания сопутствующей контрабанды. Для финконтроля, зарабатывающего от усиления санкций на их обходе, преждевременная разрядка напряженности тоже никак «не в дугу». Нет, мирный диалог России и НАТО или России и США не был реалистичным «планом А», и судя по форме подачи «ультиматума» Кремль тоже на это не рассчитывал. А только пытался перехватить инициативу в информполе глобального Юга и перекладывал вину за неизбежный рост напряженности на коллективный Запад.

В таком случае – каким мог быть реалистичный политический «план А», если бы Байдену с подачи Кремля удалось его реализовать? Прежде всего напомним, что рост напряженности из-за трех главных угроз «свободному миру» - Россия, Эбола, ИГИЛ – провозглашал еще президент Обама с трибуны ООН. А как еще сплотить коллективный Запад – и левых, и правых? По-другому не заставить вассалов действовать в ущерб себе на пользу глобальной финансовой элите, она же высшая элита США?

То есть «план А» Байдена (а они одного поля с Обамой ягоды) не мог не включать последовательно ключевых элементов любого из возможных планов Запада: нагнетание предвоенной напряженности и антироссийской истерии в масс-медиа, поэтапное введение все новых санкций, отрезающих Россию от финансовых рынков, а Европу – от российских ресурсов. В целом постепенное втягивание в санкционную спираль могло сохранить относительное единство крупных западных стран для неспешной адаптации к новой экономической реальности долгосрочного глобального кризиса. Даже с Германией еще при Меркель Обама и потом Байден договорились, что Берлин за счет остальных европейцев поддержит спасение доллара в обмен на политическое усиление внутри ЕС. Неспешное втягивание всех сторон в кризис могло даже сохранить системных либералов в России как ведущую силу, зарабатывающую на обходе санкций. И уж точно оттягивало неопределенную и потому рискованную развязку кризиса на Б/У на после перевыборов Байдена или его протеже.

Кстати, примерно такую же стратегию Байден продвигает сегодня в отношениях с Китаем вокруг Тайваня – неспешное нарастание предвоенной напряженности, постепенное введение торговых и финансовых ограничений, прежде всего для европейцев. А главное – уменьшение доли торговой маржи для банкиров в пользу подкрышной «контролерам» сети по обходу санкций. Поэтому ставленник банкстеров Блинкин так нервничал на саммите Байден-Си. Тоже, кстати, повторение саммита Байден-Путин в Женеве, когда «наши» системные либералы тоже задергались и отпускали скептические реплики. Опять же «ультиматумы» от китайского МИД перед тайваньскими выборами и симметричные ответы из Белого дома. Так что нынешние действия команды Байдена на китайском направлении – главное обоснование наличия такого же базового «плана А» в ситуации с Россией два года назад. Вообще набор инструментов и методов политики весьма ограничен – «используй то, что под рукою…»

Следует признать, что наличие общего и при этом теневого финансового интереса разных ветвей и кланов внутри крыла «финконтроля», действующих к тому же изнутри оргструктур двух других крыльев – делает эту технологию власти почти неубиваемой именно в период кризиса всей финансовой системы. Пока работала экспансия долларовой системы (правого крыла) и вслед за ней шла попутная экспансия левого крыла обратной связи, теневая экспансия третейской силы оставалась маргинальной. А вот в период кризиса, перевода глобальной игры в режим «распасов» - слишком большие для сужающихся рынков активы означают, скорее, крупные проблемы. И тут уже «финконтроль» с его санкциями и индульгенциями активизирует экспансию внутри системы, чтобы получить решающий голос в главном вопросе для конкурирующих под все менее греющим предзимним солнцем корпораций и государств – быть или не быть.

Принципиально полутеневой характер финансовой экспансии «финконтроля» (при легальной опоре на государство) не означает, что оказавшиеся под боем элиты двух главных крыльев готовы сдавать свои позиции в пользу выскочек из третейского крыла. Сама идея внеэкономического контроля для управления кризисом, решения основного вопроса, кому быть или не быть, не представляет особой концептуальной сложности. Тем более налицо факт постепенного наращивания политического влияния центрального ядра сословия «контролеров» после смены одного ставленника Обамы на другого – Трампа. Нужно что-то было с этим делать, пока глобальный кризис не перешел в необратимую активную фазу. В режиме «распасов» торговаться и делать ставки уже поздно.

Оба главных крыла банкстеров-глобалистов вынуждены были конструировать свои собственные системы контроля, основанные на подконтрольных им технологиях. При этом спешить приходилось самому уязвимому из-за накопленных излишних активов крылу правых глобалистов. Два других крыла, как могли, подталкивали «правых» к спешке и подавали ложные сигналы о возможности успеха и готовности поддержать. Многие читатели уже, наверное, догадались, что такой попыткой учредить глобальный внеэкономический контроль на основе милитаристских биотехнологий и перевода информационных технологий в военный режим – была глобальная афера инфопандемии ковида.

Как уже не раз было сказано, даже для старта попытки реализации любого политического плана нужно совпадение текущих интересов большей части высшей элиты, в данном случае – глобальной финансовой олигархии. Для всей глобальной элиты «пиратский» план «А» глобального уровня был нужен для торможения оборотов мировой торговли и для срочной расшивки долговой пирамиды методом «голубого вертолета» имени волшебника Бернанке. Только не путаем глобальный план «А» с планом «А» европейского уровня для полигона Б/У, к которому мы еще вернемся.

С купированием первых симптомов активного кризиса в общих интересах всех банкстеров и контролеров у правых глобалистов получилось, в отличие от нереалистичной части плана в части всеобщего подчинения и контроля, которая противоречила интересам все других игроков. Добавим, что определенным успехом завершились также «большие учения» по полувоенной мобилизации информационных ресурсов, подконтрольных левым глобалистам (традиционные масс-медиа) и «контролерам», их левой ветви (соцсети через АНБ и финансовые криптопирамиды). Как и в любой игре, в политике – если не забиваешь сам, то тебе забивают все остальные. А тут в политике игра обычно четырехсторонняя, не считая игроков уровнем ниже, ожидающих вылета проигравших из высшей лиги и тоже участвующих в разгроме и дележе подчиненных «правым» политических активов.

Соответственно, по мере свертывания инфопандемии в 2021 году происходила подготовка к реализации глобального плана «Б» по оприходованию двумя выигравшими крыльями элиты активов расколотого и подчиненного крыла правых глобалистов. И вот уже французов, сделавших проигрышную ставку на ковидную агрессию, гонят из Африки теми самыми переполненными страхом подгузниками для взрослых. Причем гонят сразу все в единой коалиции левых глобалистов и национал-глобалистов всех крупных держав.

Германская часть коалиции правых глобалистов тоже оказалась под ударом. Закупленный под руководством «боевого гинеколога» миллиарды доз вакцины Пфайзера оказались невостребованными за пределами коллективного Запада. Так что выглядит это теперь не как успешный план перехвата глобального контроля, а как крупнейшая афера с коррупционным душком. При этом мобилизованные под предлогом ковида масс-медиа левых глобалистов и соцсети контролеров эту самую коррупциогенность смакуют, а еще добавляют перчинки в виде скрупулезного подсчитывания жертв экспериментальной «типа вакцины».

Переподчинение германских консерваторов финконтролю, оговоренное на последнем саммите Байден-Меркель, предполагалось оформить в виде «черно-зеленой» коалиции после осенних выборов-2021 в ФРГ. Однако не сложилось, потому что левые глобалисты тоже вслед за правыми решили сделать свою ставку. Причем ставку намного более серьезную хотя бы по причине почти полного контроля над глобальными и западными масс-медиа. И разумеется, свою альтернативу глобального контроля левые глобалисты выстраивали на основе своих «левых» технологий и инструментов – биржи, арбитражи, управляемый ажиотаж деловых изданий. Не успела команда Байдена сверстать свой глобальный «план Б» и согласовать его с Путиным, как лондонские провели решительную атаку против самого слабого звена в новой коалиции «финконтроля» и подчиненных ему «правых» – германских консерваторов. Заодно порушили всю финансовую часть «плана Байдена» по поддержке доллара за счет евро и доходов германской экономики от продолжения подконтрольной торговли с Россией.

Казалось бы, чего этим лондонским еще нужно? Главных конкурентов из правого крыла глобалистов фактически разгромили, нахальных французских конкурентов отовсюду вытеснили, немцев поставили под общий контроль англосаксов. Знай себе наращивай торговлю Китая и Индии с освобожденной Африкой, южной и восточной Европой и подсчитывай доходы банков Сити от кредитной и инвестиционной экспансии в освобожденном от «правых» конкурентов пространстве «глобального Юга». Нет, это, конечно, все хорошо, но маловато будет. И не только из-за аппетита во время еды, больше похожей на пир во время чумы надвигающегося кризиса. Экспансия экспансией на освобожденные от зарвавшихся неоколониалистов регионы, однако одновременное усиление «финконтроля» во главе с национал-глобалистами США ничего хорошего в среднесрочной перспективе для банкстеров Сити не сулит. Поводы всегда найдутся для санкций и контроля китайской и африканской торговли, не говоря уже о европейской.

Да и сами «контролеры» из США, подмявшие «правых» и уже поставившие их под контроль, могли заняться вовсе не потрошением и перевариванием добычи, а скорее – подавлением оставшегося сопротивления «левых» как главного среднесрочного риска. Поэтому, как обычно в политике, подставившая и победившая «правых» коалиция немедленно раскололась и приготовилась к ожесточенной «драке под ковром». Причем лондонские решили не затягивать с ударом по новой коалиции «контролеров» в части подчиненных им «правых», пока «контролеры» еще не успели усилиться за этот счет. Опять же не в правилах хищников отказаться от почти беззащитной добычи, пока ее не поставили в более защищенное стойло. А кроме того, нужно было срочно, пока не поздно, запускать свою систему альтернативного «типа биржевого» контроля над газовым рынком Европы. И заодно заработать на нем необходимые для замещающей экспансии финансовые ресурсы. Речь, как немногие еще помнят, о запуске с помощью неправового решения Стокгольмского арбитража спотовой газовой биржи в режиме самовозбуждения, разгоняющего европейские и мировые цены на газ. Еще за полгода до всякого СВО.

Мобилизованные финансовые ресурсы пошли на усиление мобилизованных европейских масс-медиа, в том числе немецкоязычных (но увы, не немецких) в период выборной кампании в Германии. Результатом еще одного шокового удара по немецким промышленникам – спонсорам консерваторов из ХДС/ХСС и активных вливаний в леволиберальные партии стало создание «светофорной» коалиции, где СДПГ играет за лондонский Сити, «зеленые» и СВДП – за американских леволибералов, и лишь отчасти за левую ветвь «финконтроля». Таким образом из-под европейского плана «А» Байдена как части глобального плана «Б» была выбита ключевая германская опора, и баланс в целом начал крениться влево. Следствием и отражением этого пролондонского крена стало визгливое тявкание киевской «моськи» на вашингтонского «мула» в лице Байдена. Тем самым Зеленский по команде из Лондона сжег мосты и присягнул новым хозяевам.

Одной из главных задач лондонских планировщиков было, опять же – как обычно, втянуть американцев в европейские дела, создать кризис и угрозу полной потери влияния, чтобы отвлечь от Индо-Тихоокеанского региона как основного источника доходов Сити. Хотя бы на пару лет, а там, глядишь, еще какой-нибудь кризис можно спровоцировать, где-нибудь на Ближнем Востоке. Так можно дотянуть и до открытой активной фазы кризиса долларовой системы и развязывания гибридной гражданской войны внутри самих США. Так что есть шанс не только сохранить азиатскую торговлю как базу лондонско-гонконгско-шанхайской сети финансово-торговой инфраструктуры от санкций США и хищного «финконтроля» с центром в США, но и инсталлировать альтернативную сеть «цифрового контроля», охватывающую весь пресловутый «римленд» вокруг России.

Таким образом, изначальный план «А» Байдена на европейском уровне, а значит и на полигоне Б/У для локальной игры глобальных игроков – не задался сразу, еще на стадии подготовки к активным действиям. Резкий крен влево из-за крайнего политического ослабления Франции и особенно Германии просто вынуждал команду Белого дома сделать ставку на резкое, а не постепенное нарастание предвоенной напряженности между Россией и НАТО. Иначе автономная мобилизация пролондонской «левой» части расколотой НАТО обеспечила вытеснение с юга Б/У, а затем и из Европы остатков влияния «правых».

Сложно гадать, как именно команда Байдена планировала постепенно нарастить напряженность между Россией и НАТО по первоначальному «плану А». Хотя в целом реакция на подачу из Москвы в виде «ультиматума Рябкова» была предсказуемой. Началось выдвижение американских войск к польско-украинской границе и организация саммитов НАТО для резкого роста поставок вооружений и усиления ВСУ, подконтрольных Пентагону. Возможно, изначально планировалось усиление обстрелов городов Донбасса с целью вынудить заранее готовый к этому Кремль ввести войска для защиты мирных жителей и контрбатарейной борьбы, а для этого признать ДНР и ЛНР.

В этом случае весьма неблагоприятной для ВС РФ конфигурации ЛБС на Донбассе война приняла бы такой же хронический как в 2014-22 годах, но более ожесточенный и беспросветный характер. Последовали бы точно такие же санкции, разрыв с Европой и так далее. Усиление политической роли ВСУ и «правых» приднепровских регионов от Одессы до Харькова уравновешивало бы пролондонские силы в Киеве, Варшаве и Стамбуле, дало бы время и санкционные политические ресурсы Вашингтону на исправление баланса в свою пользу и там тоже.

Однако, даже скорректированный «план А» по Европе в итоге не сработал из-за контригры лондонских, использовавших энергию движения противника для выведения из равновесия. (Не иначе, какой-нибудь дзюдоист их консультировал.) Поэтому гадать и рассуждать о плюсах и минусах для России и других игроков в случае успеха «плана А» большого смысла нет. Это можно будет сделать далее по ходу обсуждения относительно более успешных планов Б и В.

Пока же обратим внимание на общую для любых политических кризисов закономерность – никакие предварительные «планы А» никогда не реализуются, разве только частично. Любой политический план верстается не просто в условиях нарастающего хаоса и неопределенности, но и под влиянием вроде бы надежных союзников, имеющих тем не менее совсем разные интересы. Совпадение интересов на каком-то первом этапе вовсе не спасает от полного расхождения на следующих.

Даже в более спокойных сферах экономики или сложной техники первоначальные планы всегда корректируются. Ценность планирования состоит в мобилизации ресурсов и союзников, более полном представлении о достижимых целях, ситуации, условиях, рисках. Однако только после начала активной работы эти теоретические представления проверяются практикой, заставляют всех участников или уже порознь корректировать, разрабатывать обновленные планы, более адекватные реальной ситуации.

И уж тем более это правило частичной несбыточности относится к любым прогнозам внешних наблюдателей, вроде меня или других политологов. Чтобы сделать прогноз, нужно представить себя на месте игроков и попытаться сугубо теоретически, на основе их предыдущих действий и каких-то сигналов реконструировать возможные планы. При этом информации у наблюдателей заведомо меньше, чем у игроков, на всех этапах реализации планов, о смене которых редко сообщается. Так что прогнозирования без ошибок не бывает, как и планирования.

Другой вопрос, что работа над ошибками может помочь в следующий раз сделать меньше ошибок, не накапливать хронических искажений и хоть как-то приблизить теорию к реальности. Это к вопросу – зачем сейчас, через два и более лет после срывов «планов А» опять к ним возвращаться и ретроспективно анализировать? Так ведь именно в этом работа над собой и над ошибками состоит – с учетом уже накопившейся более полной информации об игроках и их интересах заново проанализировать ход истории, попытаться найти причины, заставившие действовать игроков именно так, а не иначе. Заодно найти свои проблемы восприятия ситуации, не позволившие дать правильную оценку ключевым моментам, повлиявшим на неисполнение теоретически вычисленных «планов А». А вовсе не в арифметическом подсчете процента почти сбывшихся разноуровневых деталей типа «прогноза». Иначе и в следующий раз при анализе очередного кризиса получится, как у советского комика – «все пуговицы пришиты крепко», претензий к себе и несбывшемуся в главных моментах прогнозу нет.

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/289922.html

16.01.2024 Зимний путь 5

«Перед тишиной» Елена Александровна Полищук

5. «И ни церковь, и ни кабак…»

Вывод о фактическом полураспаде британского государства как ядра бывшей империи и несостоявшейся теперь уже «глобальной Британии» – не повод для излишнего оптимизма по поводу возможных рисков. Особенно, когда имеем перед глазами похожий пример распада несостоявшейся Украины. Наличие в киевском недогосударстве военного и военно-промышленного сословий при полном подчинении космополитичной финансовой олигархии и игнорировании интересов народа создало ситуацию, угрожающую не только России. Представим, если бы военная машина бывшей Украины, как и полицейская, были хоть как-то ориентированы на сохранение государства и сбережение народа для него. Тогда, во-первых, не было бы самой смертельной угрозы Донбассу, вынудившей Россию на СВО, а заработали бы Минские соглашения. Даже если сделать поправку на амбициозную ошибку генералов ВСУ, все равно результаты первой фазы СВО с окружением Киева принудили бы национально ориентированную военную элиту к подписанию и даже выполнению «стамбульских соглашений».

Степень морального разложения украинской «элиты», включая военных, оказалась неприятным сюрпризом для российских визави, получивших образование и воспитание в той же системе, что и старшее поколение их киевских вроде бы коллег. Сложно упрекнуть русских генералов в реализации малокровного «плана А», поскольку всегда судят по себе, пытаясь представить себя на месте противника. Я и сам в начале СВО оценивал ситуацию с ненулевой поправкой на инстинкт самосохранения хотя бы части киевских «элит».

Однако всепобеждающим на Б/У стал страх перед западными хозяевами и «своими» репрессивными органами, когда каждый готов подставить каждого под удар по принципу «умри ты первым, а я последним». Отсюда полная нечувствительность к любым потерям и страданиям «своих» и более того – готовность намеренно жертвовать «своими» ради удержания личного статуса во властной вертикали и внешнего статуса самой вертикали, переставшей даже притворяться государством. Вернулись в исходное состояние «дикого поля» и средневековой атаманщины, готовой продаваться и продавать «своих», несмотря на явные метастазы очередной Руины и в общем понимание ее неизбежности. Однако когда это останавливало хоть одного атамана или полугетьмана?

С первых дней СВО начали поступать сообщения, что отступающие или просто вышедшие из городов Б/У укровоенные намеренно наносили артиллерийские и ракетные удары по своим же мирным согражданами, по вроде бы своим городам. Для запугивания своих и создания геббельсовской картинки для русофобских западных СМИ. Похоже, что поворотным пунктом и точкой невозврата на пути распада бывшего государства Украины стала бесконтрольная массовая раздача армейского оружия любому желающему, включая в первых рядах местных бандитов и равняющихся на них подростков. Сразу же пошли новости о разборках и грабежах в «серой зоне» между позициями войск вокруг Киева.

Кульминацией нарастающего общественного невроза, переходящего в социальный некроз недоговороспособного «зомби», стала резня в Буче. После парафирования стамбульских «соглашений» и начала отвода российских войск от Киева в возникшей широкой «серой зоне» сразу же начали орудовать вооруженные банды «патриотов», грабящих и убивающих любых подозрительных на симпатии к русским гражданских. Даже если бы украинская сторона в лице офиса Зеленского захотела выполнять «стамбульские соглашения», банды «терробороны имени Залужного» уже стали политическим фактором для Киева, радикально изменившими обстановку. Так что пролондонскому «офису» и кураторам в лице Бориса Джонсона ничего не оставалось, кроме как приписать жертвы «террористической обороны» злобным русским и продолжать военные действия, хотя бы для утилизации бандитского актива «правых» на фронтах.

Вряд ли к этому моменту кто-то в Кремле и Генштабе сомневался в неспособности Киева выполнять договоренности. Иначе бы не послали на якобы серьезные переговоры делегацию во главе с помощником президента по военно-историческому наследию. Серьезные помощники и планировщики использовали это время для актуализации и начала выполнения военного «плана Б» на более вероятный случай затягивания конфликта. Отвод войск от Киева был, разумеется, частью этого плана перехода к стратегической обороне в войне на истощение ВСУ. Если бы в ГШ оценивали стамбульские бумажки как реально выполнимые, тогда отвод войск осуществлялся бы скоординированно с ВСУ в порядке, гарантирующем от ненужных эксцессов.

Возможно, какой-то ненулевой шанс на выполнение «стамбульских соглашений» изначально был, хотя бы по причине большой заинтересованности в этом сценарии одного из ведущих игроков с западной стороны – лондонского Сити и подконтрольного ему офиса премьера на Даунинг-стрит. На тот момент интересы Сити и британского государства во многом совпадали. Не буду повторять все детали глобального расклада перед началом СВО, аналитический обзор начала 2022 года остается в силе.

Главным интересом Сити на тот момент было замыкание на себя лимитрофного кольца вокруг России (оно же «римленд» вокруг «хартленда» в терминах геополитики как идейной основы имперской военно-политической элиты Британии). Для этого оставалось соединить китайский проект ОПОП, закрепившийся западным концом в Турции, с торговым коридором из Лондона через Скандинавию и Польшу на Украину. Не случайно для решения стратегической задачи был поставлен Борис Джонсон, имеющий вельможные турецкие корни и связи, внук турецкоподданного.

Взятие лондонскими левыми глобалистами в бессрочную аренду киевского «офиса президента» само по себе задачу замыкания и контроля торговых путей из Польши в Турцию через бывшую Украину не решало, поскольку Киев давно уже не контролировал региональные вотчины олигархов. Тот же Беня Коломойский, хотя и сдал в аренду своего шута вместе с троном, сохранял часть «фаберже» в «корзине» приднепровских вотчин – от Одессы через Днепропетровск до Харькова под правыми глобалистами.

Разумеется, лондонские кураторы предпочли бы перехватить контроль над Одессой и Николаевом мирной торгово-инвестиционной экспансией подконтрольных лондонским банкирам турецких и китайских бизнесов – зерновых, портовых и так далее. Как они это уже успели сделать в Херсонской области, ориентированной через русский и крымскотатарский бизнес на Крым и Турцию. Однако именно весьма вероятных успех ползучей турецкой и польской торгово-инвестиционной экспансии под лондонским контролем не мог не спровоцировать правых глобалистов на очередной политический переворот в Киеве, как уже было в 2014 году. Тогда тоже правые глобалисты в лице Нуландихи-FuckEU сорвали попытку мирного захода китайского капитала в порты Крыма и сельское хозяйство южных регионов, а заодно попытку европейцев в сговоре с лондонскими забрать себе Киев и окрестности.

Очень похоже, что американо-французско-германский штаб военного переворота правых против пролондонского Киева располагался в Мариуполе, в катакомбах Азовстали. Эскалация обстрелов городов Донбасса началась за неделю до старта СВО, и вряд ли офис Зеленского имел политическую возможность эту эскалацию остановить. Его офис просто смели бы, а саму «говорящую голову державы» снова поставили под контроль правых под предлогом замены охраны на более надежную, чем британские спецы. Поэтому для левых глобалистов остался вариант возглавить эскалацию, начать угрожать России ядерным оружием, грязными бомбами и так далее, но главное – срочно слить планы массированного нападения ВСУ на Донбасс, не оставлявшие шансов на невмешательство России.

Цель такой противоречивой активности лондонских – срочно сдать России еще два приазовских региона, включая правобережную часть Херсонщины, чтобы после окружения Киева заключить перемирие, отвести ВСУ из ДНР и закрепить линию разграничения как можно западнее, перерезав важные коммуникации между Одессой и Днепропетровском. Русская часть региональных элит приазовских регионов, издавна тесно привязанных к рынку сбыта в Крыму, давно была морально и даже организационно готова к приходу России, занимала позиции в местной власти и делила бизнес с командирами в/ч.

Однако вряд ли все прошло так же гладко, не будь совпадения интереса с протурецкой и тем самым пролондонской частью местного бизнеса, тоже настроенного на непротивление приходу сил Новороссии. Именно Новороссии, поскольку ДНР и ЛНР на тот момент не только считались, но и были политически автономными, с сильным влиянием пролондонских «донецких» олигархов. При фиксации «стамбульскими соглашениями» статус-кво Приазовье и Херсон оказывались бы под физической защитой ВС РФ, но в политической сфере влияния «донецких», с вероятным созданием местной «народной милиции» под эгидой донецкого командования. Ничего против них не имею, однако такая конфигурация создавала удобное поле для игры с двух рук – из Киева и из Донецка именно для лондонских кураторов «донецких» олигархов.

Опять же есть смысл напомнить из анализа начала 2022-го, почему включение всей правобережной территории Б/У в польский проект Междуморья и стыковка с китайским ОПОП через неоссманскую сферу влияния Эрдогана рассматривались как фатальная угроза правыми глобалистами и национал-глобалистами США. Правые глобалисты всего лишь боролись за статус-кво, желали продлить господство неоколониального долларового пылесоса, с его зафиксированными пристяжными в виде евро и прочих западных валют. Прорыв проекта ОПОП в Европу, формирование торгового коридора из цепочки стран со своими национальными валютами означало бы, кроме вытеснения евро и доллара в пользу гонконгского доллара, дирхама ОАЭ и юаня – еще и особую роль клиринговых, биржевых, страховых и иных финансовых механизмов, подпитывающих и подконтрольных банкам сети Сити. Цифровую инфраструктуру для быстрого развития такой финансовой сети уже фактически создали под соусом спекулятивных игр в криптовалюты.

В случае успеха такой стыковки банкстеры Сити (они же Шанхая и Гонконга) получали мощную опору для спекулятивных атак на евро и для угроз доллару, чтобы оказывать давление на политику США, где у них и так была массовая опора в лице нового поколения «демократов» - левых глобалистов (они же альтерглобалисты). Быстрое сокращение сферы влияния ФРС-МВФ и расширение сферы влияния альтернативного финансово-политического блока БРИКС-ШОС-ОПОП плюс имманентная продажность американских политиков (понимаемая ими как достоинство и признание величия США) неминуемо привели бы к окончательному поражению правых глобалистов в обеих партиях и национально ориентированных правых в целом на федеральном уровне.

Усилия подчиненного ФРС-МВФ лондонского финансово-политического центра взять реванш и перехватить лидерство никогда не прекращались, постоянно подавлялись и возобновлялись по мере исчерпания потенциала долларовой экспансии и ослабления в силу этого значения военной силы. После мирного самороспуска СССР и развала его военной машины эти усилия альтерглобалистов по обходу долларовой системы лишь умножились. Что собственно и подвигло правых глобалистов наращивать подчиненную им поначалу систему глобального финансового контроля для усиления вспомогательного инструмента санкций.

Одновременно экспансия глобальной долларовой системы на страны бывшего соцлагеря, вовлечение дешевых трудовых ресурсов Китая и энергоресурсов России усиливала позиции альтерглобалистского центра в Лондоне, контролировавшего офшорные и иные финансовые убежища для компрадорских элит. Соответственно росту офшорных услуг и развитию путей обхода американского контроля усиливалась роль и влияние политических кланов США, связанных с системой финконтроля. Образцом такого политического успеха стал политический клан Дж.Буша-старшего как автономная вспомогательная часть крыла правых глобалистов, опирающаяся на властные технологии спецслужб, а не военно-морской контроль торговых путей.

Однако по мере роста оборотов глобальной торговли с подчиненным «вторым миром» появились и укрепились другие политические кланы, играющие на том же поле финконтроля как клан Обамы-Байдена, игравший вроде бы за «левых», или клан Трампа, сменивший Бушей на правом фланге. Хотя сами Буши тоже никуда не делись, действуя партизански в стиле «зеленого» батьки Махно: «бей белых, пока не покраснеют, а красных, пока не побелеют». Таким образом сформировалась полноценная структура еще одного, теперь уже самостоятельного крыла финконтроля, они же национал-глобалисты США.

Политическая роль финконтроля – поддержание баланса двух главных крыльев финансово-политической элиты и только при балансе «правых» и «левых» финконтроль имеет шанс на самостоятельную и при этом ведущую роль, хотя и принципиально непубличную – через своих агентов в других крыльях. Ведущая роль любого из двух других крыльев ведет к подчинению и ослаблению финконтроля. Уже по этой причине Байден как ставленник финконтроля не мог допустить ни захвата «левыми глобалистами» всей власти на Б/У, ни полного реванша «правых глобалистов» через эскалацию большой войны.

Как кто-то еще может быть помнит, Байден практически всю зиму 2021/22 года публично вещал о скором вторжении России на Б/У. Правый глобалист на его месте тихо готовился бы к внезапному массированному нападению на Донбасс, чтобы застать Россию врасплох, заставить воевать в самом неудачном для обороны месте, одновременно эвакуируя местное население и борясь с гуманитарной катастрофой. При этом вся власть в Киеве и в Вашингтоне оказалась бы в руках милитаристов и правых глобалистов. Если бы Байден был настоящим «левым глобалистом», а не засланным к демократам ирландским «казачком», ненавидящим Лондон по определению, тогда он пошел бы не на подписание предложенного Россией договора о гарантиях, но на долгосрочное его обсуждение, давая шанс пролондонской власти в Киеве сменить командующего ВСУ и взять под контроль Одессу-Днепр-Харьков.

Поскольку Байден и Ко работают не на правых или левых, а на третью, третейскую политическую силу, они во всех случаях выбирают стратегию и тактику поддержания напряженности на грани, но не за гранью военных действий, чтобы вводить санкции и иметь свою долю за их обход. Нужно было оказать давление на Лондон, чтобы его киевский «офис» заморозил активность по турецко-польскому торговому коридору, как и по обустройству фактической британской военно-морской базы в Очакове. Сохранить влияние «правых глобалистов» с их торговым коридором по Днепру и Дунаю через Одессу и контрабандным бизнесом генералов ВСУ.

Нужно также заметить, что публичное предложение Кремля в адрес Белого Дома и НАТО о заключении договора, справедливо названное «ультиматумом Рябкова», также сыграло свою роль именно как подача для давления Байдена на Лондон и Киев. Хотя также ясно, что для такой дипломатии напряженности необходимы крепкие политические планы «Б» и «В», они же военные планы «А» и «Б».

Помнится, мало кто соглашался, когда ровно два года назад я пытался разъяснить, что основная драка идет вовсе не между США и Россией, а между Вашингтоном и Лондоном как центрами главных крыльев финансовой элиты – за передел финансовых потоков. Спустя два года такое понимание стало практически общим местом среди наших политологов. Уже спокойно рассуждают о стоящих за Хамасом и прочими «братьями-мусульманами» лондонских спецслужбах, хотя и не называют банкстеров из Сити как заказчиков. Также общим местом стало понимание, что главной жертвой кризиса вокруг Б/У является Европа и вся драка между стервятниками идет за передел экономических активов их же вассалов, перехват их рынков и экспорт к ним издержек кризиса. Так что осталось совсем немного до следующего шага в понимании глобальной ситуации, то есть признать, что в отчаянной драке правых и левых глобалистов за ускользающее лидерство есть третий игрок – третейское крыло национал-глобалистов, опирающееся на расцветшие финансово-политические технологии власти финконтроля.

У каждого крыла доминирующей пока на глобальном уровне финансовой олигархии – свои технологии власти, и своя опора в других ветвях элиты. Правые глобалисты играли на эмиссии доллара и жестко подчиненных ему валют с опорой на милитаристов из военно-политической ветви элит. Левые глобалисты играли с помощью своих инструментов – биржевых, страховых, офшорных, теперь еще криптовалютных – с опорой на торгово-политические элиты. При этом ключевым политическим ресурсом была и остается рекламная олигополия для контроля над масс-медиа и в целом над глобальным информационным рынком. А ключевой идеей, которую они продвигают через прикормленные СМИ, пропагандистов и политиков в других странах является проинфляционная финансовая политика, чтобы компрадорские элиты зависели от подчиненных «левым» банкстерам механизмов вывода и конвертации «капиталов» для их вящей якобы сохранности.

Крыло финконтроля опирается на спецслужбистские элиты, а главной технологией финансовой власти являются, помимо валютного и налогового контроля – всевозможные санкции как инструменты борьбы прежде всего с левыми глобалистами. Именно как инструмент борьбы в подчинении правых глобалистов против левых глобальный финконтроль возник и вырос, получил правовую основу в виде конвенции FATF. Однако кроме правого, исполнительного контура финконтроля параллельно развивался его левый контур под эгидой левых глобалистов – в виде технологий обхода финконтроля.

Экспансия долларовой системы привела к развитию «левых» технологий обхода контроля долларовой системы, что привело к росту возможностей и влияния финконтроля, размножению его актива и инструментов, в том числе санкций. Это в свою очередь вело к росту технологий обхода санкций и прочих мер контроля, росту актива, инструментов (как криптовалюты) и влияния левого контура. В общем глобалисты, хотели, как лучше, а получилось, как всегда в третейском секторе в завершающей фазе самовозбуждения подсистемы обратной связи (финансовая олигархия в системе глобализации). В общем, обе стороны – правая и левая – самовозбужденного процесса внедрения финконтроля нашли и стали подпитывать друг друга.

Разумеется, все это возникло не на пустом месте, и в недавнем прошлом были менее масштабные сферы и эпизоды, когда введенные США меры экспортного (нефинансового) контроля против СССР приводили к расцвету теневой торговли под крышей спецслужб обеих сторон в обход того же КОКОМ в 1970-х. Что любопытно, одним из самых активных переговорщиков, челночивших в Москву с американской стороны, был самый молодой сенатор Дж.Байден, представлявший интересы транспортных профсоюзов и связанной с ними контрабандной мафии. Так что последние сомнения в принадлежности нынешней команды Белого дома к крылу «контролеров» рассеиваются, даже если не знать, что служба охраны Белого дома является ядром всей системы финконтроля США.

Усиление роли финконтроля вовсе не означает, что банкстеры из правого или левого крыла глобалистов перестают быть бенефициарами своих технологий финансовой власти – они в целом продолжают зарабатывать на эмиссии доллара и подчиненных валют, либо на биржевых спекуляциях и страховках. Однако степени свободы для них уже не растут, а напротив уменьшаются. Возникают все более обширные зоны подсанкционых рынков и еще более широкие зоны влияния вторичных санкций, когда заработать можно только под крышей спецслужб, связанных с той или иной ветвью финконтроля. При этом сам собой возникает общий интерес между системами финконтроля и спецслужбами стран, вроде бы как противостоящих друг другу через санкции и контрсанкции. В результате все большая доля маржи от международной торговли оказывается не в руках банкстеров-глобалистов, а в руках финансовых институтов, тесно связанных с финконтролем (как тот же БлэкРок).

Так вот, возвращаясь от общего к частному – почему стратегия лондонских «левых глобалистов» по мирному коррумпированию киевских и даже днепропетровских элит, а также по накачке кредитами турецких инвесторов в южные регионы угрожала не только доходам и позициям правых глобалистов (включая наркотрафик, естественно) на пути от Днепра через Дунай в центр Европы. Казалось бы, ну какая разница финконтролю, кого именно контролировать и снимать с этого свою долю маржи? Хотя легализация продолжения торгового коридора ОПОП через Междуморье на север Европы могла уменьшить долю контролеров, но рост оборота увеличил бы общий объем. Так что угроза была не финансовым интересам напрямую. К тому же найти повод для контроля при таком количестве участвующих стран в цепочке, включая наркопроизводящие, всегда есть.

Другое дело, что вытеснение правых глобалистов из торговых цепочек и большого числа стран из сферы доллара и подчиненных валют – могло сильно нарушить баланс между двумя крыльями глобалистов. А власть и влияние финконтроля принципиально основаны именно на балансе двух сил и на неустранимых противоречиях между ними. Уже поэтому даже угрозу нарушения такого баланса пришлось купировать наращиванием предвоенной напряженности, на грани войны, но желательно не переходить эту грань. Иначе баланс может нарушиться уже в пользу милитаристов и правых глобалистов.

В том числе и поэтому вариант перерастания предвоенной напряженности в масштабную военную эскалацию рассматривался как маловероятный, противоречащий интересам ведущих игроков, вроде бы имеющих вместе контрольный пакет. Хотя именно поэтому, что не верили в эскалацию на уровне глобальных игроков, левые глобалисты могли решиться на продолжение сопротивления Белому дому и попытались сыграть в ограниченную и вроде бы управляемую эскалацию для той же цели вытеснения правых глобалистов с юга Украины.

Однако был еще один значимый геополитический момент, который мог встревожить не только оттесненных от власти в США «правых глобалистов», но и «контролеров» из Белого дома, и их теневых союзников из Кремля. Если бы банкстеры из Сити играли сами по себе в свои альтерглобалистские игры, то это еще полбеды. Однако они при этом опирались на достаточно сильные военно-политические традиции и кадры государства Великобритании. А идеей-фикс британских военно-политических элит был не только контроль над ключевыми точками путей международной морской торговли (Гибралтар-Лабрадор и т.д.). К концу империи сформировалась идеология Большой Игры в форме теории геополитики, где для глобального первенства необходимо было взять под контроль так называемый «римленд» - лимитрофный пояс вокруг центра Евразии, отрезающий сам «хартленд» от прямого доступа к морской торговле.

Подобно тому, как военная аристократия поздней Российской империи грезила «возвращением Царьграда», упущенного после побед Скобелева, такое же угасающее сословие бывшей Британской империи грезило возвращением Крыма, упущенного ими после Крымской войны. Собственно, потому и упущенного, что европейцы опасались чрезмерного усиления Британии не меньше, чем России. Поэтому и сейчас не могли не вызвать таких же опасений открывшиеся вдруг виды на реванш британской постимперской элиты в виде «римленда», взятого под контроль финансово-политическими технологиями на основе торгового коридора ОПОП+Междуморье.

Хотя сам по себе такой торговый коридор никому не опасен, а может и полезен. Торговые пути между соседними странами с растущими населением и экономикой дают прирост финансовых транзакций, развитие инфраструктуры и технологий. Это если только смотреть на ОПОП как торговый коридор. Однако если посмотреть на весь этот пояс, включая Междуморье взглядом британского геополитика, то зависимость государств на торговом пути от кредитов банков сети Сити, а также от военных технологий типа морских беспилотников и авиационных ракет от британских КБ вполне способна вылиться в сеть вооруженных форпостов и заинтересованных режимов, контролирующих все пути совсем другой торговли – не между странами ОПОП+, а между Россией и Центральной Азией и остальным миром. А это контроль ключевых энергетических и зерновых ресурсов, с помощью которого можно не только перераспределять маржу от торговли, ослабляя те или иные бизнес-группы и государства. Можно влиять на всю мировую торговлю и глобальную политику.

Финконтроль и его технологии при этом тоже никуда бы не делись, но оказались бы инструментом элиты «глобальной Британии», включая таких «аватаров» для работы с периферией как полутурок Джонсон или Сунак. Возможно, в том числе понимание такой угрозы заставило национал-глобалистов США из финконтроля сделать ставку на Байдена как одного из лидеров ирландской общины, очень негативно настроенной к воссозданию Британской империи в любом формате.

Все эти соображения нужно было еще раз повторить и разъяснить, прежде чем дальше анализировать политические интриги вокруг да около Киева и СВО.

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/289680.html

26.12.2023 Зимний путь 4

Зачарованные Земли ч.5 Иван Александрович Серов

4. «Отряд не заметил потери бойца…»

При всех различиях в мотивации элит, а скорее даже именно в силу полного различия в мотивации элит при базовом трудоголизме народа – русские и американцы всегда могут найти общий знаменатель в глобальной политике. Да, поделить между собой сумму в числителе сложнее, отсюда периодические терки и разборки в формате холодной войны. И тут-то помогает разница элитных мотиваций и систем управления.

Во-первых, Россия никогда не была и вряд ли станет конкурентом на финансовых рынках, скорее проблемы возникают из-за конкуренции между англо-саксонскими финансистами за обслуживание российской внешней торговли. И самое главное – американцев интересуют финансовые результаты здесь и сейчас, а русские играют вдолгую, по заветам Чингисхана. Если пытаются, как при позднем СССР, сыграть как американцы, тогда сразу проигрывают на чужом поле. Так что польза от американцев еще и в том, что вынуждают российские элиты вернуться к долгосрочным сценариям и своим исконным традициям ведения политической игры.

При этом американцев долгосрочные расклады не интересуют совсем, и всегда можно разменять текущий профит для них на долгосрочный профит для нас. Пример с контрактом «ВОУ-НОУ» и покупкой Россией активов урановой промышленности при Клинтонах, а равно и с МКС и закупками наших ракетных двигателей – тому лишнее подтверждение. И этот размен краткосрочных ништяков для сиюминутно правящих кланов в США на долгосрочное развитие происходил при слабом Ельцине и огромных проблемах внутри самой России.

Тем более можно договариваться о таких разменах сегодня, при огромных внутренних проблемах США и усилившейся России. Однако и при таких более удобных раскладах для успеха нужно сохранять свой цивилизационный код, и помогать элите США сохранить свои подходы, а не пытаться переделать западные страны под себя. Хотя бы на примере очень неудачной попытке Запада поскорее переделать под себя Россию, так что снова вытолкнули нас с гибельного пути подражания на спасительный путь самодержавия (то есть полного суверенитета).

Так что договориться с Америкой о разграничении сфер влияния, лежащих в разных плоскостях политэкономического бытия – это вполне решаемая задача. Однако есть еще один глобальный игрок, пытающийся комбинировать оба подхода к геополитической игре – и текущий финансовый, и долгосрочный военно-политический. Поэтому этот игрок намного лучше двух других представляет общую ситуацию, поскольку имеет опыт большой игры в обеих сферах глобальной политики. Чтобы ослабить главного конкурента на финансовом поле, его втягивают в долгосрочное военно-политическое противостояние, а главного конкурента на имперском поле – наоборот, втягивали и втягивают в финансовые игры. В целом получается этакий аналог «женской партии в блэк-джек», когда третий игрок всегда получает небольшой выигрыш при крупных выигрышах и проигрышах двух игроков, ведущих крупную игру. Так что за длительный период набегает заметный профит за счет обоих игроков.

Проницательный читатель уже не только догадался, о ком речь, но и успел удивиться – какая еще «женская партия», если Великобритания всего лишь век назад была великой империей, над которой не заходило солнце? И все же чуть ли не от рождения английской монархии, именно «двор королевы» был ведущим политическим центром, а великими правителями тоже были, как правило, женщины. Хотя и в этой аномалии по европейским меркам ничего удивительного нет – двор королевы всегда теснее связан с ювелирами, они же банкиры. А для английской истории ведущая роль финансово-торговых кругов – такая же константа, как ведущая роль военных и оружейников – для Германии или России.

Впрочем, как мы сразу оговорились, роль военных и оружейников в Британии тоже велика, однако они совсем другие по интересам - морские, а не сухопутные. Как известно, для войны нужны три вещи – деньги, деньги и еще раз деньги. Ресурсы для британской военно-политической машины (и элиты) всегда поступали от морской торговли, не считая морского пиратства. Экспансивность британской монархии всегда направлена на создание флота и военно-морских баз, обеспечивающих контроль торговых путей, своих и чужих. Читатели, знакомые с книгой «Загадки зодиаков», легко могут сопоставить экспансивную направленность британского военно-морского и торгово-морского строительства с реконструкцией возникновения древнего архетипа Рака, он же знак Зодиака, который астрологи приписывают Англии и Британии.

Однако, при обсуждении максимума влияния Британской империи придется брать в расчет еще и знак Льва, приписываемый Испании, Португалии или той же Аквитании, издавна влиявшей на английскую монархию. Как континентальная европейская цивилизация и ее империи выстраивались на двух опорах – германском подъеме и романской традиции, так же морская североатлантическая цивилизация и Британская империя как одно из воплощений включали растущую англосаксонскую опору вместе с пиратско-торговыми и банкирскими традициями Средиземноморья. Обсуждать политику Лондона без учета различий, совпадений интересов и противоречий между военной аристократией и финансовой элиты – просто не имеет смысла. В том числе внешнюю политику и отношения с Россией.

Вообще говоря, развитие двух цивилизаций и отношений между Россией и Англией всегда было взаимосвязанным и параллельным. Общие факторы внешнего влияния – европейский и средиземноморский (византийский), общее варяжское происхождение изначальной военной элиты, совместное освоение северных торговых путей и так далее, близкие, хотя и не без важных различий представления о долге, чести, культуре, развитии науки и техники и так далее. Возможно, поэтому, несмотря на все противоречия, между Россией и Британией за все время случилась лишь одна большая война – Крымская. Формальное объявление войны после Аустерлица и Тильзита – не в счет.

И кстати, ссора между монархическими домами, приведшая к Крымской войне, произошла после политического переворота в Лондоне, когда власть и решающее влияние захватили банкиры Сити, отодвинув на задний план прогерманскую военную аристократию. Более того – всю молодую поросль военной аристократии фактически послали на убой под Севастополь.

Можно провести вполне годные параллели между имперской экспансией Британии и России, военные элиты которых упорно и отважно осваивали самые сложные и далекие пути, только одни – морские, а другие – сухопутные. И там, и здесь для дальней экспансии важна продуманная стратегия, испытанные технологии и тщательная материальная подготовка для минимизации рисков, создание и продвижение сети форпостов. Но прежде всего – опыт поражений и позитивный отбор пассионариев, рождающий в своем потоке героев и гениев.

При многих сходствах развития имперских элит различия сложной среды экспансии – океанской и сугубо континентальной – сильно повлияли на психологию и судьбу двух линий военной аристократии. Британский путь, назовем его «летним» (в том числе по ведущему «летнему» архетипу Рака), – тоже сложный и рисковый, однако контроль морских путей и форпостов в южных многонаселенных странах дает экономическую отдачу намного быстрее, в том числе обеспечивает развитие технологий и инфраструктуры за счет роста торгового оборота, без необходимости централизовать и вкладывать средства государства. Однако необходимой обратной стороной этого преимущества была и остается зависимость военно-аристократической элиты и ее государства от торгового и финансового капитала. Причем опора на торговые элиты работала и в метрополии, и в колониях.

Необходимость создавать дальние морские форпосты в защищенных бухтах, на островах и полуостровах порождала специфическую колониальную политику, когда связи налаживались прежде всего с торговцами далеких стран, а через них в восточном стиле тотальной коррупции – с правящими элитами. Так что очень небольшие британские гарнизоны и отряды, группы военных советников туземных армий могли контролировать внешнюю торговлю больших стран как Индия. Это военно-дипломатическое искусство тоже нужно было развить до блестящего уровня, вызывавшего зависть иных конкурентов (но не русских). Однако и тут была обратная сторона риска слишком тесных связей, что вылилось в запрет британским военным иметь интимные отношения с местными девицами (с юношами не возбранялось).

Наверное, такая аккуратная связка сплоченной военной аристократии с торговыми элитами имела свои большие плюсы – в виде богатых бонусов для выживших ветеранов, вернувшихся в метрополию и одним своим эксцентрично экзотичным бравым видом создававшим мощный стимул для амбиций молодой аристократической поросли. Этот же фактор сформировал описанную классиками «ярмарку тщеславия», особенно среди жен, дочерей и любовниц, для сдерживания которой приходилось внедрять викторианскую мораль и строгое воспитание. Однако все эти позитивные строгости аристократии не могли отменить изначальный порок англосаксонской политической культуры, потому что этот порок является неотъемлемой оборотной стороной преимуществ колониального двигателя.

Здесь будет как раз уместно сравнивать важные психологические характеристики британской элиты с параллельным развитием русской элиты на ее более сложном «зимнем пути». Сухопутная экспансия по речным путям и волокам в суровых краях с небольшим населением и неразвитой торговлей вынуждала русских землепроходцев во главе таких же малых отрядов устанавливать намного более тесные связи с традиционными родовыми или феодальными элитами. При этом тоже бывали стычки и даже локальные войны, однако оружейные технологии, неплохая для таких расстояний военная логистика и врожденные способности к дипломатии добрососедства обеспечивали намного более тесный контакт, включая породнение элит, принятие на русскую службу на равных. Потому что никак иначе, кроме равноправной службы далекому царю и единому отечеству, на суровых евразийских просторах провести военно-политическую экспансию просто невозможно.

В этом и состоит ключевое, принципиальное отличие психологии британской колониальной элиты от русской антиколониальной. Англосаксонская элита отчуждена даже от плебса в свой метрополии, не говоря уже о народах колоний. Возможно, поэтому британским аристократам намного легче найти общий язык с потомками полинезийских людоедов, то есть тамошних «элит», считавших соседей просто кормом, а не людьми. Так же сложно им понять политическую логику русской цивилизации.

Русская элита всегда, от Рюрика выстраивала тесные и равные отношения с традиционным окружением. Это – константа и основа политического бытия нашей русской цивилизации.Так что нарушение изначального общественного договора – когда военная аристократия служит на защите общего отечества, а народ участвует в этом служении по-своему, восприятие западных образцов «дворянской вольности» в обращении с народом – было одной из коренных причин либерального отчуждения между элитой и народом, и как следствие - разрушения Российского государства. Сталинисты через жесткую чистку от глобалистов-троцкистов тесную связь военной элиты и народа восстановили, однако западная идейная мина догматического марксизма сыграли свою роль в повторном либеральном отчуждении элит и развале Союза. А не менее догматический либерализм англосаксонского розлива чуть не развалил Федерацию, и таки добил бывшую Украину.

Да, в общем-то, все исторические кризисы русской государственности так или иначе связаны с кооптацией военных элит с сильным западным влиянием, созданием восточного противовеса (как опричнина при Грозном и поволжское ополчение в Смуту), чтобы обновить общественный договор властной вертикали и народа на базовых условиях «национализации элиты» и «самодержавия», то есть независимости от внешних сил.

Однако, возвращаясь к психологии британской элиты, принципиально отчужденной от тамошнего плебса – ей тоже не раз пришлось платить кровью за этот перекос, вроде бы даже удобный для жесткого манипулирования и теневых репрессий как технологии власти. Если военная элита отчуждена от управляемых, то ее можно подвинуть и даже заменить в существенной части в ходе очередного кризиса, так сказать – обновить кровь. Военную элиту англосаксов заменить на викингов, затем на нормандцев, и так далее. Помнится, при учреждении империи, кроме шотландцев пригласили немецких аристократов из Ганновера, а потом их вытеснили назад ирландские полки Веллингтона. При этом, что характерно, смена военно-политического караула всегда была результатом изменений в торгово-финансовой элите, заказывающей политическую музыку.

Нынешний кризис глобализации и финансово-политической элиты англосаксонской цивилизации тоже не может не отразиться на военно-политической элите и британской элите в целом, испытывающей глубокий раскол. Собственно, в кризисном состоянии британская элита находится уже давно, как раз после выполнения в целом своей всемирно-исторической миссии в ХХ веке – создания и освоения глобальной сети форпостов на морях и океанах как основы мировой торговли и финансовой системы. После этого успеха уже не военная, а финансово-политическая элита в борьбе своих крыльев оттеснила британских аристократов от контроля созданных ими путей и инфраструктуры.

После ВМВ британским аристократам остались разве что поприща культуры и спорта, плавно переродившихся в шоу-бизнес, не считая разведки как службы тайных дел и услуг, наиболее востребованной банкстерами Сити. Обновление крови аристократии за счет кооптации молодых и рьяных – вещь полезная и необходимая. Однако при общей невостребованности всей военной элиты – пока что происходит не обновление, а смешение аристократии с торгашескими элитами и общее вырождение, видимое окружающим – когда на место Мэгги Тетчер приходит Лиз Трасс, и на фоне Черчилля – полутурок Боря Джонсон.

Нельзя не отметить, что сами английские элитарии (настоящие, а не нынешние шоу-звезды) давно уже что-то такое предчувствовали, и искали выход из нарастающего тупика. Отсюда, в том числе социалистические проекты ограничения власти торгашей, проведения национализации для воссоздания, по сути, коллективной собственности военно-феодальной иерархии. Однако задуманное британскими аристократами смогли реализовать только русские военные после Октябрьского контрпереворота как реакции на февральское предательство либеральной части элиты, вроде бы как пробританской, если считать Сити главным политическим центром. А вот в самой Великобритании попытки социализации экономики после ВМВ использовались банкстерами для национализации убытков, и все.

Так что когда какой-нибудь думский деятель или еще какой политолух вдруг всуе начинают петь осанну коварному Альбиону, который всех обманул, всем нагадил и вот-вот еще раз провернет свои привычные политические манипуляции – это больше похоже на заказной пиар от пока еще сохранившихся пролондонских торгашеских сетей. Мол, жив еще курилка, и вот-вот снова смогет, поэтому нужно учесть интересы и согласиться на закулисный торг. Только вот субъект политического торга, похоже, отсутствует, расколот. Даже в Турции есть с кем, а в Британии – нет.

Возможно, что еще появится после жесткого кризиса, когда потребность в субъектности потребует обновления властной вертикали. Однако до этого обновления британская политическая элита субъектом не является, как перестала быть субъектом расколотая элита США. Великобритания держалась дольше других, но теперь уже все англосаксонские «державы» стали просто инструментами для сиюминутных торгашеских интересов разных кланов и коалиций финансовых элит. При этом вовсе не факт, что банкстеры Сити (левые глобалисты) продолжат существенно опираться на британские власти. Возможно, для них более интересны не марионетки, субъектные военно-политические элиты Китая, Индии, Ирана, Турции.

Разобранное состояние англосаксонских элит, как и раскол глобальной финансовой элиты нужно обязательно учитывать при дальнейшем анализе ситуации вокруг Б/У. Вероятно, отражением этого полураспада ранее эффективного игрока стали результаты выборов в Польше, где пролондонская коалиция уступила место разномастной коалиции как в Германии с таким же прогнозом а ля «лебедь-рак-щука». Похоже, что интересы Британии как государства можно вычеркнуть из расклада глобального, как и локальных кризисов, учитывать только интересы Сити как глобального финансового игрока.

Без обновления крови и духа «старой доброй Англии», британской аристократии невозможна не то что «глобальная Британия», но и сохранение нынешнего масштаба Соединенного Королевства. Однако на земном шарике уже почти не осталось сложных и рискованных задач для экспансивных элит, а воспитывать новую поросль, прививать ей аристократическую мораль и культуры – невозможно без живых практических примеров. Поэтому есть такое подозрение, что необходимое обновление элит имперского типа – северо-китайской, турецкой, восточно-германской, британской или французской – если произойдет, то только вместе и вслед за обновление русской военной элиты, по-прежнему устремленной в космос, Арктику, к новым открытиям. Хотя это обновление будет трудным и не быстрым, после преодоления последствий господства торгашеских либеральных элит и неизбежного периода перегибания палок в реакционную сторону. Лет сто, не меньше потребуется для такого постепенного обновления и перехода из Надлома всемирной истории в эру Гармонизации.

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/289479.html

14.12.2023 Зимний путь 3

Корона. Иван Александрович Серов

3. «В такую шальную погоду…»

Почему бывает сложно не чтобы анализировать и понять, но именно объяснить видимый хаос на поверхности политики торгашеских наций типа США или тех же Англии/Франции? Откуда и куда движется это многослойное броуновское движение, когда долгосрочные и более глубокие океанские течения порождают среднесрочные круговороты морей и заливов, короткие поверхностные завихрения и прибрежные течения, не говоря уже о ежедневных приливах и отливах, нагонных волнах и так далее? Есть ли вообще смысл отвлекаться на анализ хаотичных взаимодействий между внутренними потоками или достаточно изучить только внешние ограничения береговых линий, отмелей и перепадов температур?

В общем и целом для общего понимания путей и судеб торгашеских наций достаточно понять природу стереотипных «молекул» и кластеров, составляющих не шибко прозрачные и чистые «моря». Как уже не раз было сказано, ведущей надличной (!) психологической функцией, бессознательным культурным инстинктом торгашеских наций является «южная» амбициозность. Мы сейчас не будем углубляться в анализ глубинных архетипов, откуда что взялось, хотя давние читатели этого журнала в курсе.

Если совсем кратко, то амбициозность – это унаследованный с молоком матери глубинный страх смертельных угроз, исходящих буквально отовсюду, воспитанный тысячами поколений, живших на окраинных берегах пиратских морей или кочевых степей. Чтобы выжить, нужно постоянно коммуницировать, сбиваться в стаи и секты, вернее даже - уметь подать себя как члена влиятельного клана, чтобы при столкновении с пиратами, морскими или степными, убили и продали в рабство не тебя, а соседа, если он мимикрировал хуже, выбрал для самозащиты иную внешнюю «партийную» окраску. Разумеется, вся эта склонность к сектантству окраинных этносов замешана еще на более глубинных родоплеменных инстинктах, однако в каком-то смысле противоречит им, снимает врожденную обязанность защиты даже близких родственников в пользу индивидуалистического инстинкта «умри ты первым».

Амбициозность всех окраинных, лимитрофных этносов и субэтносов, с одной стороны, вела и ведет к разрушению традиций, более глубинных связей, перемешивает как в калейдоскопе отдельные части разных традиций, прежде всего – заимствует некие внешние признаки, обряды, символы, но способствует и продвижению, смешиванию культурных практик. Поэтому это очень своеобразный предысторический культурный инстинкт, разрушительный для традиций и часто даже для самих носителей, Наверное, правильно даже называть этот глубинный архетип «контркультурным» инстинктом. Кроме «южной» амбициозности есть и другие базовые культурные инстинкты – наш «северный», «западный» и «восточный», но речь пока не о них.

На этом психолого-исторической философском основании можно уже начинать разгребать и даже сортировать кучи наносного мусора в информационном поле, этого хаоса, генерируемого разрушительным инстинктом амбициозности. Например, до сих пор, несмотря на очевидный кризис политических и контркультурных практик нагло-саксов можно увидеть не на эзотерических телеканалах, а в прайм-тайм на «Первом» обсуждения с серьезным выражением лиц контркультурных флуктуаций торгашеских элит – типа сборищ ряженых «тамплиеров» и прочих «розенкрейцеров», а равно всяческих «ну очень влиятельных», потому что загадочных и строго «закрытых клубов» для «богатеньких буратин», спешащих не опоздать на очередные «поля чудес».

Для постсоветского зрителя и читателя вся эта регулярно скармливаемая экзотика из жизни западных буржуа какое-то время после «гласности и перестройки» могла выглядеть неким откровением, хотя как-то объясняющим идейный и политический крах позднесоветской элиты, развал советской державы и экономики. Типа это не наши обуржуазившиеся внешторговские деятели из амбициозных южных республик проявили свои разрушительные контркультурные инстинкты, а некие всемогущие клубы и ложи во главе с инопланетными рептилоидами во всем виноваты.

Однако, вся перестроечная и постсоветская практика принесла слишком много наглядных примером точно такого же проявления амбициозных инстинктов наших доморощенных буржуа, сектантов и просто проходимцев, чтобы не заметить параллелей. Скажем, ряженые «казачьи генералы» и «атаманы» с иконостасами бутафорских «наград» - ничем по своей амбициозно-мимикрирующей природе не отличались от западных «тамплиеров» или прочих реконструкторов. Всевозможные «закрытые клубы» для провинциальных или даже «столичных» предпринимателей, призванные поднять их самооценку и понизить денежные накопления, - тоже факт постсоветской реальности. Это не считая периодически кучкующихся и распадающихся амбициозных сект вокруг финансовых пирамид от МММ и до криптовалют.

Когда записные конспирологи и прочие вышедшие в тираж постсоветские идеологи снова начинают впаривать нам про влиятельные клубы, ложи, секты и прочие криптодвижухи, нужно все же опираться на накопленный постсоветский опыт. И тогда критическое мышление (он же интуитивный «северный» культурный инстинкт) само подскажет, что все это попытки амбициозных субъективных лидеров собрать вокруг себя контркультурную секту, чтобы поддержать собственную самооценку при объективно падающем общественном статусе.

Однако, при всем нашем критическом отношении к западным сектам и тайным ложам как откровенной лаже, хаотичное состояние амбициозных элит, особенно в период системного кризиса глобальной долларовой пирамиды – это именно та объективная политическая реальность коллективного Запада. И с этим нам и всему остальному миру приходится иметь дело – прежде всего, чтобы защититься от разрушительных волн, исходящих из кризисного водоворота в финансово-политическом центре всех этих контркультурных амбиций.

Еще не лишний раз оговоримся, что амбициозность является необходимой частью для полного комплекта базовых культурных инстинктов (архетипов), как хищники с их инстинктами являются необходимой частью природных биоценозов. Хотя фатальное преобладание ничем не сдерживаемых хищников возможно только при их вторжении в очень упрощенную и изолированную экосистему типа австралийской. Благодатные североамериканские прерии, сохранившие упрощенную культуру индейцев, стали такой же ареной экспансии для западных социальных хищников.

В каких-то активных фазах развития общества амбициозность побуждает не только предпринимателей, но многих старателей включаться в самые масштабные и рискованные предприятия и движения. Можно обратиться к известным описаниям «золотых лихорадок» в США или таких же «нефтяных лихорадок», когда из грязи, пота и крови, разрушения природы и села н руинах многих и многих несбывшихся мечт и карьер в итоге возникали огромные состояния немногих самых удачливых из хищников, а иногда даже вырастала инфраструктура новых индустрий и промышленных районов. Хотя в других частях света с иными ведущими культурными инстинктами, соотношение масштабов созданного экономического капитала и разрушений социальных условий, традиционной культуры было не столь контрастным как в периоды первоначального накопления в Британской империи или США.

Впрочем, нам нужно сравнивать нынешнее состояние «коллективного Запада» не с «лихорадочными» периодами амбициозного бума рисковых инвестиций, а с кризисными периодами перепроизводства и падения отдачи инвестиций как в Великую депрессию 1930-х или в кризис начала 1970-х. В кризисные периоды амбициозные инстинкты работают немного иначе даже в рамках тех же самых клубов или масонских лож как институтов социальной коммуникации. В периоды бумов все амбиции и коммуникации играют на вовлечение азартных игроков в инвестиционное «казино», где всегда выигрывают «большие деньги». Однако в периоды кризисов тот же самый инстинкт страха за потерю социального статуса из-за вероятного выигрыша конкурента начинает работать иначе – не стимулирует активность, а тормозит принятие неприятных решений, сплачивает бывших победителей гонки, а ныне потенциальных лузеров в сплоченные общим страхом когорты «консерваторов», подозревающих всех и вся, а особенно власти в желании отнять, если не отсутствующие прибыли и заложенные в банке активы, то социальный статус владельца серьезного бизнеса.

При сравнении нынешнего финансового кризиса с Великой депрессией нужно делать существенную поправку на изменившееся качество финансового капитализма. Мало того, что основным экспортным продуктом США последние тридцать лет был доллар, а не нефть или тем более золото – внутри страны тоже главным продуктом и мерилом статуса капиталиста стали ценные бумаги. Так что поддержание статуса бывших «виннеров» происходит не через инвестиции в реальную экономику, а за счет выкупа собственных акций и искусственной возгонки виртуальной стоимости бизнесов. При этом кризис перепроизводства тоже не про физические товары и активы, а про виртуальные ценности непрерывно растущих финансовых пирамид, включая «трежериз» и сам доллар.

Как всегда в амбициозной торгашеской элите кризисного периода есть не только бывшие «виннеры», сильно испуганные перспективой стать «лузерами», потерять статус, а с ним вероятно – и здоровье, и жизнь. История США довольно скудна событиями, а потому главными из них являются именно экономические кризисы и связанное с ними участие в войнах, включая Гражданскую войну. Так что все, кому интересно, знают и помнят, что кроме бывших магнатов – «лузеров» в войне Севера и Юга, были и «виннеры», перехватившие власть, статус и доходы - так называемые «саквояжники».

При этом вполне лицемерно репрессии и экспроприации обосновывались не только участием «южан» в мятеже против либерального истеблишмента, но и идеологией освобождения рабов. Провести параллели с нынешним настроем «демократов» против консервативных «мятежников» и в защиту меньшинств – не сложно. Сложнее нам с вами понять, что это явное и зашкаливающее лицемерие – именно что идеологическая подготовка сплотившихся бывших «лузеров» против бывших «виннеров» для передела власти и собственности после гибридной информационной «гражданской войны» в формате решающих и бескомпромиссных «выборов».

Сравнительный анализ активности американских элит в периоды кризисов – от войны за независимость и гражданской войны, через американо-испанскую, первую и вторую мировую, от обострений первой гибридной «холодной войны» к нынешней столь же затяжной «второй холодной» - безусловно, был бы очень интересен, хотя это потребует отдельного большого исследования. Однако, и самого общего взгляда на историю американских кризисов достаточно, чтобы выявить самые общие закономерности.

Во-первых, лицемерный патриотизм торгашеской нации объединяет всех этих сугубых индивидуалистов и сектантов только в «бумовые» периоды общей хищной экспансии, когда идеологическая раскраска охотников и добычи для них не особо важно, каждый может стать и тем, и другим – и все равны перед общей судьбой-злодейкой. Homo homini lupus est.

Завершение бума и переход к кризисной траектории заставляет самых удачливых охотников почувствовать себя потенциальной добычей, а потому вспомнить о границах штатов, судебных округов и муниципалитетов, религиозных сект и общин, внутри которых можно хоть как-то защитить свое кровное, ранее экспроприированное у мелких хищников - от более крупных экспроприаторов, имеющих финансовую и политическую опору на федеральном и транснациональном уровне.

Во-вторых, идеологическое сектантство, порождаемое регулярными переходами от активных полукриминальных бумов к успокаивающим кризисам – это выработанный поколениями механизм не только психологической самозащиты, поддержания статуса, но низовой самоорганизации общества.

Опять же нам ближе и понятнее исторические примеры из жизни амбициозного окраинного общества юго-западных соседей. Конечно, «Свадьба в Малиновке» написана и снята с большой симпатией к «красным» атаманам и антипатией к националистам. Однако, на деле и та, и другая идеология имела и имеет весьма скромное соприкосновение с реальными интересами местных адептов, не только материальными, но больше статусными переживаниями амбициозных казачков или гайдамаков.

«Мечтатель-хохол» озабочен вовсе не страданиями батраков в далекой Гренаде, а мечтает вернуться в родное село в статусной кожанке с огромным маузером на боку и книгой с иностранными терминами и , просто чтобы самоутвердиться среди своих – в качестве завидного жениха для невесты из влиятельного семейства. И ровно того же желал его бывший сосед, записавшийся в пику первому в «европейские националисты». Для амбициозных хуторян все эти бездумно повторяемые идеологические формулы вообще ничего не значат, кроме самого факта наличия социального статуса, приписки к «реестровым» с той или другой стороны. Тому порукой недавняя история с переобуванием киевских коммунистов во главе с Кравчуком в националисты, как до того из бандеровцев в комсомольцы.

Точно также и американские хуторяне, даже самого высокого статуса, бездумно повторяют только те цитаты из Писания и их сектантские интерпретации, которые нужны для обоснования своей избранности, а значит прав своей секты на власть и собственность, отрицание таких прав у неправильных местных сектантов, не говоря уже о других народах.

В-третьих, кризисные периоды – это проблемы для производственного капитала, реальной экономики, но при этом время бума и больших возможностей для банкстеров, финансового капитала, чтобы попытаться экспроприировать, хотя бы частично, менее крупных экспроприаторов, ну или как задача-минимум – подчинить и сделать вечными должниками через кредитование.

Соответственно, кризисные периоды для реальной экономики, они же – периоды экспансии и укрупнения для банкстеров – всегда означают усиление конкуренции между двумя главными крыльями глобальной финансовой элиты, правящей бал на свободных от культурных традиций и моральных ограничений просторах США. Правое крыло банкстеров всегда выстраивало свою финансовую власть на экспансии новых технологий, расширении инфраструктуры и логистики, как это было после Гражданской войны в США – в период бума железных дорог, потом нефтяной отрасли, электрификации. Левое крыло финансовой элиты, контур обратной связи внутри финансовой системы, основывает власть на поддержании уже сложившихся торговых путей и связей.

Противоречия между двумя главными крыльями банкстеров неустранимы, однако и не абсолютны. В периоды финансовой экспансии вторые следуют за первыми, успевая выхватить из пасти крупных финансовых акул, все что те не успевают проглотить. При торможении экспансии, в том числе за счет низового сопротивления обычного бизнеса, «частно-государственных партнерств» на уровне штатов, формируются широкие коалиции, направляемые интересами двух крыльев банкстеров в той мере, в которой они совпадают с интересами реального бизнеса. Однако после жесткого опыта Гражданской войны в США все дальнейшие разборки между фракциями глобалистов выносились за пределы основной базы, вели к подготовке и развязыванию мировых или локальных войн.

Возможно, так было бы и сейчас, однако нынешний глобальный кризис уникален в том отношении, что в однополярный период переродилась природа капитализма, и теперь системный кризис испытывает не промышленный или финансово-промышленный, а сугубо финансовый капитализм. Теперь уже финансовые хищники первого порядка, привыкшие закусывать старыми промышленными и торговыми капиталами, оказались в роли потенциальной добычи из-за достигнутых пределов финансовой экспансии и выхода в запредельные режимы глобальной системы. Отсюда и кардинальный вопрос, кто и как сможет разрулить кризисный клинч между двумя крыльями «фининтерна», если до сих пор не наблюдалось более крупных и финансово вооруженных хищников?

Можно отметить и еще одну закономерную особенность поведения амбициозных торгашеских элит, включая финансовые. Они всегда действуют стереотипно, пытаясь повторить ранее достигнутый успех теми же методами. Да, это не всегда получается, но попытки всегда предпринимаются теми или иными фракциями. Если у них получается, как с повторением мировой войны, тогда все фракции идут за лидером в созданный прорыв для экспансии. Если попытка повторить не выходит, то проигравшая фракция становится кормом для конкурентов, как французские инициаторы ковидного кризис и их союзники в Германии и Китае.

К числу таких попыток повторить пройденное можно отнести и фарсовое повторение гражданской войны в США в гибридном, информационно-психологическом и репрессивно-юридическом варианте. С другой стороны, была и попытка такого же фарсового повторения в виде гибридной и прокси-войны в Европе. Все эти флуктуации и протуберанцы исторических форм кризисов американской и американоцентричной системы похожи на финал «Терминатора-2», когда бездушный циничный хищник, оказавшийся «в собственном горячем соку», пытался вырваться из безнадежной ловушки, принимая формы убитых им субъектов.

Хотя до анализа текущих событий мы в этом обобщающем обзоре пока не дошли, без такого краткого исследования социально-психологической природы «вероятного противника» делать конкретные актуальные выводы было бы неверно. И даже из самого общего исторического анализа можно вывести актуальную методологическую мораль для оценки результатов СВО.

Понятно, что не только финансовой элите глобалистов, но и национальной элите США для выхода из системного кризиса необходимы доноры. Одним нужно оседлать финансовые потоки, неважно в какую сторону, другим нужно отобрать у кого-нибудь рынки сбыта для своей реиндустриализации. Хотя бы свой собственный рынок сбыта. Так же понятно, что все западные элиты были бы не против повторить выход из кризиса, как в 1990-х – за счет России и против России, а заодно и против Китая. Однако, упорство России и проявленная готовность защищать свои интересы методами СВО вынудили США решать свои кризисные вопросы не за счет России, а за счет своих сателлитов, прежде всего – за счет Европы. Это уже состоявшийся результат незаконченной СВО.

У этого вопроса с незадавшимся развалом РФ по примеру СССР есть и другая сторона – к вопросу о присоединении по итогам СВО не только преимущественно русских регионов. Где границу проводить, если Гуляй-Поле и та же Малиновка находятся на левом берегу Днепра и до них рукой подать от линии боевого соприкосновения? Если история помнит очень серьезные сомнения московских царей по поводу присоединения даже Малороссии, не говоря уже о Галиции. Если упертая амбициозность здешних «элитариев» типа магната Терещенко или местечкового буржуа Троцкого, а равно Кравчуков и прочих Кучм – уже дважды в истории были причиной раскола имперской и советской элиты, развала великих держав. Зачем еще раз тащить на аркане внутрь российской политической системы многомиллионную пятую колонну? Чтобы лет через десять, когда наглосаксонские элиты оправятся от своего кризиса и снова захотят войны и поживы, у них было на кого опереться для новой попытки экспансии? На мой взгляд, военно-политический контроль над территорией бывшей Украины как нейтральным буфером можно организовать и без присоединения этого «ящика Пандоры». А если бы западные непартнеры таки вынудили нас военным шантажом присоединить всю Б/У, как было с Галицией в 1945-м, то это обесценило бы все результаты по наведению порядка и мобилизации экономики самой России в ходе СВО, не говоря уже о потерях времени, жизней и ресурсов на попытку наведения порядка на самой Б/У.

Продолжение следует

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/289039.html

03.12.2023 Зимний путь 2

Пилигрим ч.2 Иван Александрович Серов

2. Сообразим на троих?

Продолжим от зафиксированного ключевого момента анализа, а именно – реальные действия Белого Дома в глобальной политике (а не риторика Госдепа или Минфина) вовсе не направлены на сохранение или быстрое восстановление однополярного мироустройства.

Не сказать, чтобы этот момент совсем не проговаривался – высший военный чин США генерал Марк Милли перед своей отставкой уже начал тренироваться резать правду-матку и заговорил о трехполярном мире с полюсами США-РФ-КНР. Неявно подразумевая, что не только Европа или тихоокеанские союзники, но и потенциальные полюса из БРИКС как Индия, Бразилия и ближневосточные монархии должны быть по-прежнему подчинены доллару. Это так сказать задача-максимум по-американски, чтобы после управляемого прохождения кризиса глобальной финансовой системы продолжить разбираться с двумя непокорными «полюсами», удерживая их порознь. Такой вот извод «реалполитик» от лучших учеников Киссинджера.

Трехполярная «формула Милли» является идеологической рамкой для политического альянса между умеренными правыми глобалистами из ВПК и национал-глобалистами США, озабоченными судьбой если не всей страны и ее глубинки, то национальной инфраструктуры, необходимой для поддержания глобальных амбиций. Как всякая идеология она танцует от умозрительных целей, можно даже сказать мечт – повторить на новом витке высококлассный трюк Киссинджера, позволивший США и доллару выскользнуть из жесткого кризиса на рубеже 1970-х.

Однако как из сугубой прагматики «реалполитик» смастерить идейную рамку для работы с элитами и массами – это понятная прагматическая задача. А вот провернуть этот же трюк в обратную сторону – из понятной элитам идейной рамки попытаться наскрести актуальную прагматику, найти сегодня такие же по относительным масштабам ресурсы для комбинации угроз и соблазнов, позволяющих развести между собой современные Россию и Китай? Очень большой вопрос, насколько это возможно.

Однако озвучивать этот вопрос вслух точно невозможно из-за актуальной прагматики сохранения хоть какого-нибудь внутреннего и внешнего единства американской политической элиты. Нельзя даже задавать вопрос, как соотносится «формула Милли» с по-прежнему практикуемыми Госдепом идеологемами «неоконов» о необходимости нанести поражение России и Китаю немедленно, вместо, а не после антикризисного управления. Потому что «неоконы» и стоящие за ними сугубо спекулятивные и посреднические конторы Уолл-стрит с их остаточным влиянием среди союзников тоже нужно удерживать в орбите слабеющей правоцентристской коалиции.

Нельзя же вот так прямо сказать Пелоси, Блинкину и Ко – ну, молодцы, помогаете своей активностью пугать прагматичные элиты Китая и всей Азии, чтобы Салливану и Бернсу было легче договариваться о текущих компромиссах, как на встрече Байдена и Си. Хотя вообще-то для вас самих – без шансов. Но самое главное, что нельзя говорить вслух напрямую – что глобальному доллару на какое-то достаточно долгое время придется ужаться, потесниться, только чтобы не потерять вообще все. И озаботиться только тем, чтобы сдерживать и не допустить потенциального конкурента на замену – и без гарантий, что удастся вообще вернуть себе эту роль. Если эту перспективу и реальную политику назвать своими именами, то по природе финансовых рынков, торгующим будущим, доллар обесценится сразу же, уже сейчас. А это пока не нужно вообще никому в мире.

Возвращаясь к «формуле Милли» как реинкарнации «формулы Киссинджера» из 1970-х – очень сложно совместить ее с прагматичной реальностью 2020-х, когда поменялись на противоположные буквально все ключевые обстоятельства. Тогда рынок США и покупательная способность американцев были на историческом пике, как и развитие гражданских технологий. Было чем соблазнить и китайское, и советское руководство, чтобы развести их между собой. И наоборот гражданское технологическое развитие СССР было в кризисе, как и развитие рынка Китая – их временная синергия была исчерпана еще к концу 1950-х. А высокотехнологичный экспортный сектор советской экономики еще не достиг своей зрелости, хотя бы по причине низкого старта развивающихся рынков того же Китая, Индии, Индонезии и так далее. Сегодня такого эксклюзива ни у американцев, ни у Запада в целом практически нет – ни в смысле технологического отрыва, ни в смысле разницы в емкости рынков. Чем соблазнять-то и одновременно запугивать, какими голливудскими чудесами «полетов на Луну»?

Да, есть пока лидерство западных транснациональных корпораций в ИТ-сфере, однако производство железа и софта рассредоточено в странах Азии, и долю Китая хотят, скорее, понизить. В чем соблазн-то может состоять для отрыва Китая от России сегодня? Пообещают вопреки рыночным законам не развивать вместо китайских производства в Индии или Вьетнаме? Так китайцы сами уже выводят туда сборочные конвейеры.

Кстати, что касается тогдашнего разворота Китая лицом к США, то другого шанса на быстрое экономическое развитие кроме как в качестве младшего партнера гегемона, у них и не было. Особенно в свете проявленного украинскими лидерами СССР ревизионизма, добровольного согласия на второе место в уже выигранной космической гонке. Так что для китайцев Киссинджер – действительно спаситель и лучший друг, чтобы он сам по этому поводу не думал. Хотя он думал всего лишь, как правильно упаковать и идеологически продать реально сложившиеся объективные возможности. Впрочем, и субъективные – тоже, тогда именно украинские элиты во главе СССР позволили США переиграть, перевербовать и перекупить себя, повести по пути разрушения державы. Сегодня этого фактора в Москве тоже нет, зато есть в Киеве с похожим эффектом.

Можно добавить еще один момент – на рубеже 1970-х СССР таки достиг паритета в ракетно-ядерной гонке с США, что и ввергло обе сверхдержавы в экономические кризисы с отставанием гражданских технологий и подвигло американцев к «реалполитик» - соблазнять брежневскую элиту, а тех – соблазняться гражданскими плодами военной гонки. В надежде, что размен космического первородства на «чечевичную похлебку» ширпотребного рая – это дело поправимое, один раз – не … считается, какая еще деморализация целого поколения элит – бабы еще нарожают, а мужики напридумывают вундерфавлей на следующий размен … и только тогда уже точно руководство СССР получит клеймо конченных «придворастов» и предателей.

Сегодня никакого военно-стратегического паритета между США и Россией больше нет, вернее – он еще оставался ровно до момента начала СВО и выхода российской армии к берегам Днепра на юге. После демонстрации реальности гиперзвукового оружия, а равно возможностей новых комплексов ПВО-ПРО у американских правых оставался лишь один шанс уравновесить глобальный расклад – это демонстрировать готовность в любой момент ударить по Москве с территории подконтрольной им бывшей Украины, для чего имитировалась активность по якобы самостоятельной разработке Киевом ракет, биооружия и даже ядерных зарядов (не только грязных).

Поэтому СВО была неизбежна и предопределена для избежания самой опасной эскалации угроз на стратегическом уровне. Причем на этом уровне перевод территории Б/У под перманентную угрозу ударов и уничтожение военной и военно-промышленной инфраструктуры лишил правое крыло глобалистов из Пентагона и ЦРУ последнего шанса сохранить паритет. Да, действительно, впервые не мы, а они оказались в догоняющей роли. Повторю – ровно в первые дни успешного захвата намеченных территорий, обезопасивших Крым как место размещения стратегических комплексов ПВО/ПРО, закрывающих небо и космос на дальних подступах над Балканами и Карпатами. Это была последняя брешь в созданном куполе безопасности вокруг России.

Подвезти стратегические ракеты ближе Румынии или Польши, на Б/У в условиях активной или даже замороженной без переговоров СВО наши западные «партнеры» больше не могут. Они немедленно станут целью постоянно патрулирующих над Черным морем «Кинжалов». Как не могут сегодня сделать вид, будто не они руководят всеми действиями укровермахта и укроабвера, поэтому не станут удивляться угрозе прямого удара гиперзвуком по штабам в Лондоне и Вашингтоне в случае радиоактивной «грязной» атаки или т.п.

Соответственно, когда все будут довольно скоро подводить итоги активной фазы СВО после фактической заморозки действий, неплохо было бы не только рассматривать и подсчитывать под мелкоскопом тактические или даже оперативные успехи и промахи двух формально участвующих армий (кстати, не забыть, что единственный оперативный провал под Красным Лиманом после успешного маневра отхода из Харьковской области был на совести руководства армейского корпуса ДНР, после чего и упразднили это недоразумение). Хорошо бы еще как-нибудь отметить, что самую главную глобально-стратегическую задачу преодоления полувекового ракетно-ядерного паритета и завоевания заметного гандикапа над СЯС США и НАТО Россия решила буквально за три дня первого этапа СВО.

Другое дело, что западные стратеги до сих пор еще надеялись на быстрый реванш в смысле принуждения тем или иным способом России к ослаблению хватки удушающего приема против Киева, чтобы вернуть ситуацию не к границам, а к возможностям хозяйничать на остатках Б/У, как до начала СВО. А вот это вряд ли, как говорил товарищ Сухов. Любая заморозка будет включать завяленное Россией право и готовность в любой момент ударить по любой тяжелой, тем более ракетной технике, ввезенной на Б/У и по любой военно-промышленной инфраструктуре типа биолабораторий или сборки ракет.

Естественно возникает вопрос, почему нам про этот стратегический успех в СВО не разъясняют с трибун и по ящику? Во-первых, разъясняют – лично ВВП про то, что впервые не мы, а они догоняют… как разъясняли и про значение ядерной угрозы со стороны Киева, хотя и без подробностей ее реализации. Почему не связывают одно с другим и с незаявленной стратегической целью СВО? В том числе и потому, что цель была сразу достигнута в момент ее начала. Зачем ставить уже достигнутую цель? При этом обезопасить достигнутую цель от реванша еще необходимо, так что рапортовать пусть даже о самых значимых успехах – только расхолаживать. Цели спасения жителей Донбасса, денацификации и демилитаризации – достаточны для понимания и для мобилизации русского общества, и задачу предотвратить стратегический реванш решают.

А кроме того, после нанесения стратегического поражения правым глобалистам США у России нет задачи помогать добивать их в информационном поле не менее опасным конкурентам из левого крыла глобалистов (Об этих намного более реалистичных и прагматичных соперниках, их идеологии и стратегии мы поговорим в следующий раз.) Опять же нам самим нужно быть осторожными в информполе, чтобы не обрушить ненароком не только сложившийся баланс и стратегический тупик в США, но основанную на вере в мощь американских технологий остаточную веру в доллар. Его преждевременное обрушение, а с ним – обрушение объемов мировой торговли никому в мире не нужно, в том числе и нам вредно.

Так что вряд ли мы услышим прямой рапорт об этом в послании президента или докладе Шойгу, а равно и в мейнстримных аналитических программах. И уж тем более – в популярных пабликах для обывателей. (Разве что в самых завиральных и маргниальных ЖЖ, как этот.) Однако косвенных отсылок и знаков для «непартнеров» будет достаточно.

И да, господа, чаще улыбайтесь над этими буйными фантазиями … Так легче, не так ли?.. так проще, наверное… Только вот стоит ли так же легко смеяться над куда более серьезным вопросом – зачем эти тупые пиндосы вкладывали миллиардные «инвестиции» в заведомо безвыигрышный «контрнаступ»? И зачем натовский штаб Залужного положил еще почти полмиллиона жертв на очевидно недостижимую цель? Если не считать слишком ненадежную ставку на военный мятеж и переворот в Кремле, и то со стороны пролондонских, а не проамериканских засланных казачков?

Однако, если цели не тактические, и даже не оперативные, а попытка стратегического реванша, тогда и сотни миллиардов долларов не выглядят чрезмерными, и миллионные жертвы и без того обреченных селюков и полубомжей – могут быть оправданы, если за этим внешним фасадом пряталась полуторагодовая работа по созданию сплоченного ядра верной гвардии Залужного (или любого иного ставленника Пентагона), способной контролировать территории Б/У от Одессы до Харькова, а лучше – все оставшиеся территории после завершения активной фазы СВО и типа «выборов» в Киеве. Еще раз повторю, главное для проигравших в феврале 2022 года глобальных «ястребов» - не восстановление границ и территорий, а восстановление утраченных возможностей использовать территорию Б/У для стратегической угрозы.

Соответственно, все разговоры о том, что Россия накапливает ракеты, чтобы в какой-то момент обеспечить прорыв и захват всей или половины территории Б/У – тоже нужно рассматривать не в связи с такой самоцелью. России для стратегической обороны не нужны территории Б/У, где те же комплексы ПВО/ПРО пришлось бы защищать от натовских «партизан». России нужно сохранять возможность в любой момент нанести массированный удар по любой натовской технике при попытках ее ввести на Б/У и любой стройке натовских военных заводов. Не более того, но и не менее. Поэтому никакого формального перемирия и легитимизации с нашей стороны натовского присутствия на Б/У даже не предвидится.

Возвращаясь к «формуле Милли» - хотя она и претендует на внешнее сходство и на прямое наследие с «формулой Киссинджера», пока что на деле является нереалистичной. Однако эта формула вполне может быть прагматичной в смысле идеологического обоснования продолжения накачки ВПК США для имитации продолжения стратегического противостояния с Россией и с Китаем, а на деле – силового контроля над европейскими и тихоокеанскими сателлитами.

При этом вопрос о готовности растущих экономик глобального Юга встать под стратегический зонтик именно США, а не России выглядит пока что несколько неуместным. Ибо у США не осталось ни одного из бывших преимуществ полувековой давности, а у России есть, ну скажем, Китай под российским стратегическим зонтиком, с огромным рынком и готовностью инвестировать в партнерские страны БРИКС. Хотя и в этой интриге тоже все далеко не просто. И вообще, идея ограничиться всего тремя уже наличными полюсами не находит поддержки ни у России, ни у других «кирпичей» нового миропорядка.

Продолжение следует

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/288877.html

25.11.2023 Зимний путь 1

Зачарованные Земли ч.8 Иван Александрович Серов

1. "Томбе ла неже"

Пора, однако… нет, не подводить итоги, но постепенно начать готовиться к этому и сформировать методологию подведения итогов. Потому как именно за продвижение своих оценок событий вскоре развернется ожесточенная борьба в информполе – кто и что выиграл или проиграл.

Между тем очень многие моменты и даже стороны глобальной политики, спроецированной на полигон СВО, до сих пор воспринимаются и оцениваются искаженно не только с западной, но и с нашей стороны. Эта искаженная недооценка может не позволить аналитическому и тем более публицистическому сообществу вовремя и качественно дать отпор информационным атакам всей западной и прозападной «ципсы», попыткам обесценить роль России и значение очередной глобальной русской победы, и даже сам ее факт. Однако и спешить с утверждением этих фактов, не подготовив надежное основание для своих оценок – не нужно и даже вредно. Поэтому начнем продвигаться не спеша по этой занесенной, скользкой и ненадежной зимней дороге.

С чего бы начать? С какого из множества обледеневших информационных сугробов, похоронивших чуть не навсегда реальные причины и понимание последствий конкретных событий? Ну вот хотя бы самый грязный и кривой, набросанный с разных сторон после взрыва Северных потоков. До сих пор ведь никто не докопался до главных причин именно такого отмороженного поведения команды Байдена, что намного важнее поиска конкретных исполнителей. Все что угодно обсуждают, кроме главного вопроса – зачем американцам действовать именно так, а не иначе?

Или другой еще более важный и масштабный сугроб, пардон, вопрос – зачем США сами начали разрушать глобальный долларовый рынок, буквально выпихивая из него страны с огромным внешнеторговым оборотом? Нет, обе команды политологического КВН – и прозападная, и антизападная – выдают удивительно похожие ответы: мол, гегемон разбушевался, хочет с помощью санкций вернуть доллару былую глобальную мощь. Только одни верят, что получится и подстраиваются, а другие – возмущаются. Однако на деле-то ровно наоборот происходит вследствие действий экс-гегемона – доллар с внешних рынков постепенно уходит. И с учетом решительности (как в случае с подрывом «потоков») и при этом достаточной устойчивости контроля над коллективным Западом – сложно поверить, что все аналитики Уолл-стрит и Белого дома не понимают этой обратной стороны долларовых санкций.

А может быть все объясняется немного проще и надежнее? Да, американская элита, ее ведущая банкстерская часть наверняка до последнего надеялась, что сможет сохранить гегемонию доллара. Пусть даже другая часть элиты в этом сомневалась или даже хотела заменить доллар другой валютой – не глобальной, а только североамериканской. Однако скептики просто в силу огромной инерции политической машины и всего общества не могли не дать правым (долларовым) глобалистам попытаться реализовать их стратегию возрождения долларовой гегемонии. Поэтому два других крыла (условно изоляционисты и левые глобалисты) вполне могли пропустить правых глобалистов вперед, чтобы дать их стратегии быстро провалиться. Зачем тратить силы и время на сдерживание соперника, если можно, во-первых, сторговаться за уступки, а во-вторых, использовать его энергию, да еще и подталкивать, чтобы тот врезался упрямой башкой в тупиковую стенку.

Да, действительно, этот краткий ренессанс правоглобалистского гегемонизма мы все наблюдали и даже испытывали на себе в 2020-21 годах в виде попытки запугать и принудить элиты других стран методами биологического терроризма под маркой «ковида». Заметим сразу, что это не был не государственный терроризм или тайная война США против других стран, а инструментом правого крыла банкстеров выступали корпорации бигфармы и коррумпированная ими надгосударственная ВОЗ. Часть западных спецслужб тоже участвовала, но опять же по заказу лоббистов, а не Белого дома или Елисейского дворца, хотя те и не препятствовали, но и не защищали от конкурентов.

Напомню, что в январе-феврале 2020-го первые пациенты с ковидом прилетели во Внуково-3 вовсе не из Италии регулярным рейсом, как было потом заявлено, а на частных джетах из Куршавеля. То есть ставка правых глобалистов США и их французских союзников, тоже теряющих остатки влияния и готовых идти ва-банк, была на запугивание, как им казалось, самой влиятельной глобализированной части элиты России, Китая и других крупных стран, чтобы подчинить жесткому финансовому контролю на период выхода из назревшего глобального кризиса.

Однако с самого начала ставка не сыграла, и даже итальянские политики позвали на помощь не американцев, французов или немцев с готовыми вакцинами, а русских военных. Хотя итальянцы действительно испугались, что у них под боком владельцы французских и итальянских частных богаделен вырастили монстра для относительно мягкой формы биологической войны. Дальше больше – и у русских, и у китайцев, а значит и у лондонских альтернативных глобалистов – быстро обнаружились собственные вакцины. Так что элитам всех других стран было из чего выбрать, чтобы не рисковать получением неизвестно чего под видом экспериментальной вакцины. (А без прививки – конец международному бизнесу).

Разумеется, попытка запугать всех и принудить к продолжению долларового банкета – не была единственной целью инициации инфопандемии. Главной она могла быть для тех крыльев элиты, кто иначе терял и таки потерял глобальное влияние. Однако для глобальной финансовой элиты в целом важнее было хотя бы временно спасти доллар от быстрого обрушения, накачать долларовую пирамиду новыми триллионами под предлогом борьбы с ковидом, но при этом затормозить скорость оборота денег, чтобы успеть расшить самые узкие места, реструктурировать долги ФРС и ЕЦБ. Собственно, поэтому правых глобалистов и пропустили вперед с их заранее обреченной авантюрой.

Мы уже не раз эту ковидную историю анализировали, но приходится снова к ней возвращаться для обоснования важного тезиса – на самом деле борьба за продолжение гегемонии доллара была проиграна правыми глобалистами задолго до СВО и даже до выборов-2020 в США, где поражение правых было только официально оформлено в таком же брутальном стиле, как и сама попытка правых погегемонить. Что характерно при этом, во времена лютого ковида никто о жестких санкциях против долларовой торговли России, Европы, Китая между собой и с другими – даже не заикался. Именно потому, что нужно было ровно наоборот – принудить всех сохранить доллар как глобальную валюту.

А вот после провала правых глобалистов – сначала на первом этапе мировой гибрилной войны, а затем и на выборах в ее эпицентре – победившая альтернативная коалиция левых глобалистов и финансовых контролеров – начала искать другой выход из кризисной ситуации. Если доллар как глобальную валюту спасти нельзя, тогда можно и нужно использовать его остаточное влияние как инструмент давления в переходный период от однополярного к многополярному и мультивалютному мироустройству. Если цель команды Байдена и стоящих за ним финансовых элит именно такова, тогда все странности с добровольным самоограничением долларовой торговли, с развязыванием военных действий на Б/У и даже с подрывом Северных потоков разъясняются достаточно логично. Доллар как глобальную валюту уже не спасти, поэтому нужно срочно спасать экономику США и доллар (или его цифровую замену) как валюту максимально возможной на ближайшее время сферы обращения.

И в самом деле, на месте американской элиты, особенно директоров ФРС, я бы тоже просыпался в холодном поту каждую ночь от одного и того же кошмара – выхожу на рынок, прицениваюсь к севрюжине первой свежести, достаю тугое портмоне, а там вместо баксов – зеленые этикетки от водки «Московская особая». Нет, в самом деле, после старта рейганомики и тем более в однополярный период главным товаром США на мировом рынке был именно вечнозеленый бакс. Если все же быть совсем точным – то США всему глобально-либерализованному миру предоставляли достаточно качественные финансовые услуги и инфраструктуру для роста торговли и развития производства.

При этом торговля, скажем, между Россией, Европой и Китаем за американские баксы приносила, конечно, какую-то пользу американской верхушке и позволяла народу США иметь дешевые товары и еду. Однако развитие производственной базы шло не в США, а в других странах. И если теперь потенциал долларовой системы исчерпан, евро, юани и даже рубли могут использоваться для торговли без глобального налога в пользу США, а методов принудить всех (кроме ЕС) после провала с ковидом – совсем не осталось, то возникает просто кошмарная перспектива – не в виде одного из полюсов многополярья, а просто краха США как державы и экономики. Ведь если доллар и финансовые услуги больше не нужны для торговли между третьими странами, то других товаров и услуг, производимых в США на экспорт, решительно не хватит для оплаты всего необходимого экономике импорта, включая китайский ширпотреб, аргентинское мясо или африканское сырье.

С другой стороны, быстрый крах доллара навредил бы тому же Китаю или Германии, да и России тоже, несмотря на малые объемы экспорта в США, но падение экономик Европы и Азии нам тоже ни к чему. Поэтому один из вариантов, который Байден сразу попытался реализовать – это со всеми договориться, прежде всего с немцами и русскими, а китайцы и сами никуда не денутся, им американский рынок еще важнее. Главное, раз процесс дедолларизации мировой торговли нельзя предотвратить, то его пришлось возглавить, чтобы сделать управляемым, не допустить быстрого обрушения доллара и мировой торговли. При договоренностях между ведущими игроками можно было бы обойтись и без военной эскалации, достаточно состояния предвоенной напряженности, как сейчас между США и Китаем, и постепенного наращивания санкций как инструмента постепенного развода между самостоятельными полюсами.

Сценарий мирного развода между США и Европой, когда Германия продолжает вкладывать доходы в американские трежериз и добровольно инвестирует в новые заводы, реиндустриализацию США, а взамен прибирает к рукам все, что плохо приколочено, в других странах ЕС и на Украине – был, конечно, соблазнителен для немцев, и лоббировался правыми глобалистами в самих США. Поэтому Байден не мог уклониться от продолжения диалога с Меркель, в том числе о формировании черно-зеленой коалиции после выборов в Германии в 2021 году.

Однако, в Европе и на политическом поле самих США пока еще оставался жив еще один важный игрок. Договоренности США, Германии и России о спасении США за счет доходов Германии и Европы от торговли с Россией и ОПЕК - означали бы в случае реализации быструю потерю влияния лондонским Сити – и в Европе, и в США, и в России, да и китайцам тоже некуда было деваться. Поэтому лондонские левые глобалисты вместе с голландской биржей, польскими сутяжниками и шведским арбитражем (при благожелательном нейтралитете пролондонской «газпромовской» башни Кремля) взорвали летом 2021 года даже не газопровод, а весь газовый рынок Европы. После чего все договоренности Байдена и Меркель пошли прахом, ибо доходов Германии и Европы не хватит даже для поддержки самой Германии, а не то что для поддержки США.

Да и вообще твердые договоренности возможны с авторитарной Россией, а торгашеские «демократические» элиты договороспособны весьма условно, пока чуют запах лоббистских денег – не обязательно баксов, можно и фунтами или юанями. Красно-желто-зеленый «светофор», избранный на лондонские деньги в Берлине, никаких гарантий учета интересов США предоставить не мог. И даже добровольное перекрытие подачи газа Кремлем ничего американцам не гарантировало, потому что лондонские контролировали еще и Киев, охрану и медицину для Зеленского и Ко. И если смогли втянуть Россию в СВО, чтобы еще сильнее ударить по Германии и Европе, точно также могли и быстро завершить стамбульскими или иными договоренностями. И тогда газ снова пошел бы в Германию, но уже в связке Европы с ОПОП и азиатской торговлей под эгидой Сити, а не Уолл-стрит. Тогда и в США левые смогли бы окончательно подавить сопротивление правых, и реализовать лозунг «Make America Greit Britain Again».

Короче, для американских национально ориентированных элит других вариантов и не оставалось, как еще сильнее ударить по Германии – и путем новой эскалации военных действий на Б/У, и чтобы уж с гарантией – путем подрыва газопроводов. Никому другому кроме как элитам США в создавшемся положении это не нужно и не выгодно. Хотя операция по подрыву «потоков» вряд ли могла быть подготвлена, как пишет Херш, в рамках учений НАТО, ведь те же немцы имели доступ к их планированию и наблюдали за всеми участниками. Если только в плане учений была прописана закладка муляжа бомбы, а вне плана – по неформальным каналам муляж подменили реальным зарядом. Тогда действительно, диверсантам с яхты достаточно было установить только взрыватели. В любом случае организация диверсии шла не по официальным, а по неформальным каналам – через какую-нибудь политизированную секту, скорее католическую с учетом ирландского бэкграунда Байдена, польской базы и украинских исполнителей. Так что и в этом случае, как и с ковидным терроризмом, речь о спецоперации не государства, а политических кланов, использующих позиции внутри государства (deep state).

Кстати, то что по признанию киевских функционеров приказ о срыве стамбульских переговоров и продолжении военных действий привез лично полутурок Джонсон вовсе не означает, что он действовал по своему плану или интересу. Просто Байдену и Ко не с руки и не к лицу самому командовать чужой сворой, приказ отдали их лондонским хозяевам.

Итак, подведем промежуточное резюме – при оценке хода и близких итогов СВО нужно точно представлять, кто является сторонами конфликта, и за какие цели эти стороны борются. Со стороны Запада акторами являются не государства, а банкстерские кланы и их коалиции, хотя отдельные учреждения и даже системы государств используют как инструменты. Для национально ориентированной части элиты США сложившаяся вокруг Европы ситуация имеет экзистенциальное значение, как для России – ситуация на бывшей Украине. Поэтому политически действия команды Байдена по подрыву «потоков» так же оправданны и обусловлены спасением страны, как вторжение армии России на Б/У и начало СВО.

Более того, сохранение США как полноценного полюса в многополярном мире и как противовеса Европе и Китаю имеет не меньшее значение и для России. Иначе мы уже давно оказались бы перед лицом олигополии богатых импортеров, диктующих нам и арабам цены на рынке покупателя. И вообще союз США и России против европейских империалистов не раз доказывал свое глобальное значение. Да, при этом США как государство – как минимум, весьма условно договороспособно, если вообще субъект, и точно является объектом перманентной гибридной борьбы и перетягивания влияния сетевых глобалистских кланов и коалиций, которых сдерживают не сильно лучшие в моральном плане национал-глобалисты. И все же – это наш весьма условный, но тем не менее союзник против неизбывного экспансионизма европейских элит, а кроме того – наличие именно таких США делает нашим объективным союзником Китай.

Так что будущие политические итоги СВО и в целом мировой гибридной войны (она же – Вторая Холодная) нужно подводить именно на уровне глобальных раскладов, а не путем высчитывания, сколько там новых квадратных километров кладбищ на Б/У. Жаль, конечно, даже этих охотно оболваненных жертв, однако каждому воздается по вере его – во всемогущий и вечнозеленый доллар

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/288730.html

Термины и определения

Уважаемый Роман.

Быть может, как некое своеобразие, Вам будет интересно, что пишущий Вам — гражданин ЕС, по собственной непринужденной воле выбравший жить и работать и уже двадцать два года живущий и работающий в России, а поскольку ни моя родная Польша, ни Россия не запрещает иметь второго гражданства, то я по примеру Жерара Депардье тоже имею уже два гражданства. Мой русский язык — из-за работы родителей я родился и часть детства провёл в Москве.

Меня здорово заинтересовала Ваша в моём ощущении блестящая статья-разбор о глубинных аспектах и значениях террористического нападения в "Крокусе". Она — одиннадцатая часть Вашего повествования, мне русский взгляд и вообще Россия чрезвычайно интересны, поэтому я хочу постепенно прочитать всё, поскольку в том, что Вы пишете, пока что нахожу очень много интересного и полезного для прояснения понимания происходящего.

В отличие от части 11, которая читается на одном дыхании, это часть читается мною несколько тяжелее, у меня вопросы разного уровня, в том числе на первом понятийном уровне, и если Вам будет интересно отвечать, я буду искренне благодарен.

1. Вы пишете, что борьба за продолжение гегемонии доллара была проиграна правыми глобалистами задолго до СВО и даже до выборов-2020 в США. Когда именно? Каковы причины?

2. Если я правильно понимаю, правых глобалистов можно ассоциировать с Трампом и его сторонниками на высоких уровнях, а левых глобалистов — с Байденом и его сторонниками. Когда это разделение возникло? При таком делении куда Вы помещаете так называемых нео-консерваторов?

3. Какие Вы видите кардинальные стратегические задачи упомянутых выше правых и левых?

4. Исходя из Вашего нарратива, победа Трампа отвечала интересам самых высоких т.наз. кукловодов, обеспечивающих нужный результат президентских выборов в Штатах (пусть расшибут голову). Я правильно понимаю?

5. Вы пишете, что целью ковида было запугать элиты стран, в том числе России. Запугать каким образом? Не будете слушаться — вы и ваши страны понесут непоправимый ущерб от массовых человеческих смертей и разрыва международных торговых цепочек?

6. Операция с ковидом провалилась — какие цели не были достигнуты?

7. И из совсем другой области — Ваше отчество Владимирович? Если это не секрет, конечно.

Если я правильно понял, Вы глубоко занимаетесь коллективной психологией. Есть два достаточно общих вопроса, касающихся России и русской действительности, сильно меня занимающих, но которые я пока не в состоянии понять. Если Вы захотите поддерживать диалог, то есть отвечать на мои вопросы, я задам и те.

Ещё раз — очень искренне всех возможных успехов Вам.

Слова, ставшие эпическими в новейшей истории России, я их полностью исповедую и благодаря им хочу жить и работать в России, и общаться с интересными русскими людьми тоже — НАШЕ ДЕЛО ПРАВОЕ, ПОБЕДА БУДЕТ ЗА НАМИ,

Зимний пейзаж Иван Александрович Серов

oohoo

26 марта 2024, 09:00:56 UTC

1. на выборах 2020 года и окончательно 6 января 2021 — Трамп шел во главе альянса правых глобалистов и правой ветви третейского крыла национал-глобалистов. Проигрыш Трампа лишил правых рычагов в исполнительной власти, а репрессии против него и трампистов способствовали отходу правых глобалистов от трампистов и полной зачистке аппарата и актива республиканской партии в пользу национал-глобалистов. Отделить правых глобалистов от просто консерваторов легко — они за продолжение войн США в Старом свете, а трамписты — против.

2. Трамп — не глобалист, или точнее национал-глобалист, для него в приоритете интересы США, а не транснациональных корпораций. Лидером правых глобалистов был Маккейн, потом Линдси Грэм, теперь скатились до Никки Хейли.

Байден — тоже не глобалист, а ставленник левой ветви национал-глобалистов (лидер Обама), но победил в альянсе и с левыми, и с частью правых глобалистов (неоконов) из демпартии. Лидер левых был Берни Сандерс, сейчас не осталось единого лидера. Лидер правых демократов — Хиллари Клинтон, но тоже у нее все из рук валится.

3. Задача у всех крыльев элиты одна — удерживать власть или хотя бы ее часть за счет своих присущих только этим крыльям и ветвям технологий власти (не путать с политтехнологиями в смысле пиара). Для правых глобалистов — это эмиссия доллара, основанная на проекции военной силы за рубежом. Для левых глобалистов — всевозможные биржевые и прочие спекуляции, основанные на мягкой силе глобальных масс-медиа. Для третейского крыла национал-глобалистов — это санкции (правая ветвь) и их обход за деньги (левая ветвь), отнимающие маржу от внешней торговли и у правых, и у левых банкстеров. (Финконтроль (потоки ресурсов и денег) зарабатывает от усиления санкций на их обходе через выстроенную сеть по обходу санкций.)

4. нет, потому он и не победил формально, но победил морально конкурентов справа, подмял партию — это лучше формальной победы как в 2016, обернувшейся провалом из-за саботажа своей же партии

5. прежде всего — на первом этапе не было опыта и надежных протоколов лечения, а жесткий карантин мог спасать только узкий круг высшей элиты, но не широкий круг элит, оказавшийся перед угрозой намеренного заражения, как в Куршавеле в январе 2020-го (при том, что там было заражение не самым опасным способом — вряд ли через суперраспространителей в закрытом пространстве). Соответственно, испуганные высшие элиты всех стран поддавались давлению и могли давить на высший круг руководства — на это и был расчет. В Китае в ответ на этот шантаж правых (с базой в Ухани) ввели блокаду огромного мегаполиса и жесткий карантин. В России быстро создали свою вакцину на базе опыта вакцины от Эболы и поначалу тоже жестко изолировали заболевших.

6. Шантаж элит стран глобального Юга и даже отчасти в Европе не удался из-за активного противодействия России и Китая в части своих вакцин и главное — быстрого выявления причин и очагов намеренного распространения в богадельнях на севере Италии (и юге Франции) и в Ухани.

7. В разных книжках — псевдонимы отличаются. Проще — обращаться без отчества, по-европейски.

МММ - «мировые массмедиа»

Oohoo

https://oohoo.livejournal.com/288730.html