Павленко В.Б. 2024-11

Автор: Павленко В.Б.

Об идеологии "Золотого Миллиарда" Категория: Павленко Владимир Борисович

2024 Статьи. Ноябрь

30.11.2024 «Договорняк» Байдена и Трампа угрожает синергией кризисов
На пространствах от Ближнего Востока до Балкан внезапно стали меняться политические декорации

29.11.2024 Институт национальной государственности - главный рубеж противостояния глобализму
Многие современные события нельзя понять без исторического экскурса

28.11.2024 «Зелёный лохотрон» в борьбе за власть над глобальным Югом
К итогам климатической конференции в Азербайджане

27.11.2024 МВФ подал голос за украинские активы BlackRock & Co
Поднявшийся против нас глобально-олигархический спрут снимает маску

25.11.2024 Кто и зачем переваливает обвинения в «двусмысленности» с США на Китай?
Об одной показательной идейно-политической диверсии

24.11.2024 Россия, КНДР и Китай предостерегают Сеул от авантюр
Южная Корея на шпагате противоречия национальных интересов с игрой за «хозяина»

23.11.2024 Китай и Бразилия совместно продвигают нарратив многополярности

К итогам государственного визита председателя КНР в Бразилию

22.11.2024 Удар по Днепропетровску оставляет Трампу шанс на «перезагрузку» Запада. Воспользуется ли?

Вслед за полем боя Россия перехватывает стратегическую инициативу и у «глубинного государства»

21.11.2024 Вашингтон «сорвался» на предостережение Пекина по Корейскому полуострову

В США и НАТО планируют отвлечь Россию в АТР?

20.11.2024 «Двадцатка» в тисках западных страстей по Украине

В глобальном треугольнике вскоре по-другому расставят акценты

19.11.2024 Президентский указ как пилюля от Карибского кризиса

У западных лидеров мыслительный процесс отражается на физиономии

18.11.2024 Момент истины. Трамп согласился с ракетными ударами по России?

«Я подводил к грани ядерного конфликта. Но даже не предполагал такого количества идиотов, готовых её переступить» (Джон Кеннеди, 35-й президент США)

17.11.2024 Сеул за Трампа «прыгает из окна». На большее не способен

В Южной Корее признают, что на СВО нет никаких «войск КНДР»

15.11.2024 Троллинг Трампа и подкоп под Россию

Демпартия США после разгрома на выборах напомнила о своём существовании

14.11.2024 Будущий миропорядок сложится итогами СВО

Визит в Пекин Сергея Шойгу подтвердил стратегический характер взаимодействия России и Китая

13.11.2024 Вашингтон берёт геополитическую паузу в Восточной Азии

Ратификация российско-корейского договора обеспечивает северный фланг обороны китайского побережья.

12.11.2024 «Хозяева жизни» выходят из тени

Каким образом им противостоять?

11.11.2024 Фейки + «миротворчество» Ватикана = «глубинный» план «Б»

К нам тянутся две руки, управляемые одной головой; рубить придётся обе, но по очереди.

10.11.2024 О чём с Дональдом Трампом пойдут переговоры

Ждать ли их, и чего ждать именно?

09.11.2024 Кто и зачем вернул Дональда Трампа
К технократической версии американских выборов

08.11.2024 Россия и Китай предлагают США многополярный треугольник
В день триумфа Дональд Трамп поставлен перед выбором между миром и войной.

07.11.2024 Великий Октябрь как национально-освободительная революция. (Свет Ленина во мгле исторической перспективы)
Да здравствует 107-я годовщина Великой Октябрьской социалистической революции

06.11.2024 Мировой кризис вступает в новый этап.
К итогам выборов в США

04.11.2024 Ждать ли от Дональда Трампа «мирного ультиматума»?
Западные СМИ помогают Киеву сохраниться в мировой повестке

03.11.2024 Как остановить внутренний кризис в Мьянме? (Индокитай)
Азиатская страна с более чем 50-миллионным населением как арена противоречий Китая с Западом.

02.11.2024 Уроки геополитики от минской конференции по безопасности
Строительство евразийской системы безопасности ставит крест на перспективах континентального лидерства США

01.11.2024 Западная истерика вокруг КНДР возгоняется к выборам в США?
Отсутствие противоречий между Москвой, Пекином и Пхеньяном ломает Западу все планы

30.11.2024 «Договорняк» Байдена и Трампа угрожает синергией кризисов

Трамп и Байден. Иллюстрация: REX

На пространствах от Ближнего Востока до Балкан внезапно стали меняться политические декорации

Всё отчетливее проясняется картинка ближайшей перспективы разворота событий. Во-первых, уже понятно, что внутриполитическая борьба в США, как только прошли выборы, превратилась в «договорняк», детали которого были согласованы 13 ноября в ходе встречи в Белом доме уходящего и приходящего президентов - Джо Байдена и Дональда Трампа. Общий замысел - подвести к 20 января кризис к такому пределу, чтобы вызвать настоящую ядерную панику, массовое помутнение общественного сознания. Напугать так, чтобы любые шаги от края пропасти были восприняты на ура, кто бы их ни предпринял. Байдену в этом сценарии отводится роль «злого» следователя, Трампу – «доброго». В связи с этим деструктивными выглядят разговоры о том, что западные элиты испугались «Орешника», тем более, как выяснилось, в инертном снаряжении. Наоборот: дальность в 5 тыс. км ничем не угрожает США, зато перекрывает всю Европу, включая Британские острова. И нет более убедительного мотива для укрепления иерархии контроля над Старым светом со стороны США, во главе хоть с Трампом, хоть с Байденом, хоть с чёртом лысым, чем держать европейского бюргера в состоянии предвоенного стресса. Он устанет и «сорвётся» намного быстрее, чем кажется.

Во-вторых, в точке глобальной бифуркации, которую всё более напоминает американское «междуцарствие», передача власти в США мыслится финальным аккордом, обозначающим новый тренд мирового развития, в рамках которого лозунг «MAGA» становится инструментом сохранения гегемонии в руках глобальных элит. Возгонка напряжённости – эскалация – пик противостояния с балансированием «на грани», затем новый хозяин Белого дома приходит и выдвигает условия деэскалации, заведомо выгодные США и невыгодные их геополитическим оппонентам. И посмотрим, рассуждают в Вашингтоне, что скажет глобальный Юг, пошедший за Китаем и отказавшийся поддержать Запад против России на Украине, когда угроза мирового обвала, сопутствующая перспективе крупного военного конфликта, станет реальностью. Расчёт на то, что если и не все, то некоторые, возможно многие «южные» страны отойдут от поддержки позиции Пекина. И сменят геополитическую ориентацию – не надо в пользу США, достаточно переключения в фарватер Индии, этого Западу на данном этапе будет достаточно. В частности, второе дыхание обретёт порядком дискредитированный «индо-тихоокеанский» проект Вашингтона, конечный замысел которого – об этом тоже уже говорилось – в охвате Большой Евразии с юга дугой нестабильности с центром в Дели, противостоящей континентальным гигантам – Китаю и России. И соединяющей западный ТВД с восточным через наиболее уязвимый для наших стран юг. В США явно отдают себе отчёт, что без глобального Юга рычагов давления на Москву и Пекин у них маловато; стало быть, поддержка этого Юга или, как минимум, его раскол между углами «глобального треугольника» - США, Россией и Китаем – залог американского успеха. И в Вашингтоне помнят, как те же африканские лидеры ставили вопрос в прошлом году на «миротворческой» встрече с нашим президентом Владимиром Путиным в Ленинграде. Грубо говоря, «нам» (Африке) плевать на все геополитические расчёты - ваши и ваших противников, нам зерно нужно («А бык, бык-то где?»).

В-третьих, менее месяца хватило, чтобы понять тактику, с помощью которой Запад намерен добиваться своих целей. Отдавая отчёт в ограниченности ресурса эскалации на Украине, непосредственно угрожающей странам НАТО, Вашингтон запускает процесс тотального нагнетания напряжённости по всему дальнему периметру. С созданием дополнительных очагов противостояния и конфликтных зон. Их совокупность, помноженная на украинскую эскалацию, вызывает к жизни призрак ядерного взаимного уничтожения. Повторим: чтобы «миротворчество» Трампа было воспринято всерьёз, пугать нужно по-настоящему, а не понарошку. Главное: создать у мировой общественности впечатление, что мира не хотят «плохие» русские и китайцы, а «хороший» Запад его просто-таки алчет, спит и видит. Кстати, потому, что Трамп скорее всего «в доле», он никак не комментирует ситуацию и её обостряющуюся динамику, а занимается шумным и информационно ёмким кадровым наполнением своей команды. И многие назначения, будучи подогнанными друг к другу, собирают пазл будущей политики новой администрации, которую можно охарактеризовать как «принуждение» геополитических противников США к переговорам на условиях Трампа.

В-четвёртых, частью предыдущей тенденции можно считать усиливающееся давление на сателлитов США, которое очень быстро срывает маски с их показной, точнее показушной «равноудалённости» в конфликте. Понятно, что наиболее яркий пример – турецкий лидер Реджеп Тайип Эрдоган, но и другие политики, которым у нас пели дифирамбы, в частности, венгерский премьер-министр Виктор Орбан, обнаруживают себя частью этой американской и, шире, англосаксонской игры. Тактическая её цель – внезапная смена декораций, чтобы то, что казалось незыблемой и относительно «дружелюбной» константой вчера, сегодня обнаружило свою несостоятельность, опрокинув расчёты оппонентов Запада. Сдавали вроде бы одни карты, а когда открыли – выяснилось, что они другие.

В этой же логике можно рассматривать и предстоящие выборы в Германии, где специалистами по региону выделяются как минимум три сценария – все проамериканские, но разные по наполнению. Какой из них будет востребован – консервативное большинство, разношёрстный альянс сил, «на грани» системности или «большая коалиция» консерваторов с социал-демократами – такой написанный сценарий и будет осуществляться. Вплоть до кажущегося сейчас невозможным антироссийского и антикитайского перерождения этих самых «полусистемных» сил в лице АдГ и партии Сары Вагенкнехт (не забудем, что она приходится супругой ныне здравствующему, но отошедшему от большой политики социал-демократическому лидеры Оскару Лафонтену). Общая схема такая: создаётся диссидентский «рычаг», на который оппонентов Запада как бы приглашают опереться, а в самый нужный момент он проваливается, обнаруживая свою сущность симулякра.

Очень не хотелось бы думать, но думать всё более приходится, что в эту игру волей или неволей, открыто или втёмную, вовлечены и «полувнешние» субъекты из СНГ, позиционирующие себя нашими союзниками. И даже внутриполитические игроки, с участием которых как бы из ничего создаются ситуации, направленные на подрыв общественного доверия к политическому курсу. Ещё похоже, что некоторые из подобных действий осуществляются исподволь и ведут к результатам, доступным пониманию в основном специалистов. Всё это вместе взятое и создаёт ощущение очень крупной, расчётливой игры с далеко идущими целями и задачами, отражающей определённый план. А его продвижение обильно сдобрено различными отвлекающими действиями, операциями прикрытия, дезинформационными манёврами.

Самое неприятное и сложное, что особенно напрягает. Мизансцены меняются настолько быстро, а интенсивность происходящего нарастает в такой геометрической прогрессии, что до конца непонятно, объясняются ли те или иные события произвольным набором и последовательностью фактов и эпизодов или они, скажем прямо, сконструированы, сглаживая противоречия между произвольностью и управляемостью и обнаруживая их диалектическую общность? Процессы сами идут, или их ведут? Словом, не исключено и очень похоже, что столкнувшись с координируемым сопротивлением своей гегемонии, масштабы которого в рамках «матчасти» уже превосходят западные возможности (соотношение совокупного ВВП стран БРИКС и «семёрки»), Запад последовательно разрушает в пыль всю систему мироустройства, чтобы вместе с ней исчезли и преимущества его оппонентов, а новые расклады чтобы формировались с чистого листа.

Теперь о конкретике. Первое. События в Сирии, где за три дня внезапного, вопреки всем гарантиям Эрдогана, наступления «бармалеев», в которых, по ряду данных, переодеты регулярные части турецкой армии – страны-члена НАТО, сдан важнейший центр Алеппо, что открывает Эрдогану путь на Дамаск. По оценкам специалистов, применяемая «бармалеями» тактика очень сильно смахивает на тактику ВСУ, а в рядах «протурецкой» оппозиции замечены украинские инструкторы. Отдельно следует сказать о «нечаянном» (разумеется!) совпадении, когда внезапному и быстрому обострению в Сирии предшествует столь же неожиданное замирение в израильско-ливанском конфликте. Совершенно нелогичны как минимум две вещи. Одна: «прогиб» под Байдена – при полном попустительстве Трампа - израильского премьера Биньямина Нетаньяху, ставший возможным, и это уже другая вещь, при неявном попустительстве Ирана, по сути сдавшего «Хезболлу». Да и в Сирии, где у Башара Асада имел место провал фронта, «на земле» иранским частям принадлежит далеко не последняя роль. С одной стороны, совершать такие прорывы в Донбассе противник уже не может. С другой, как обращают внимание военные специалисты, Алеппо - яркий пример того, что могло произойти в случае продолжения игр в «миротворчество» с Донецком и Луганском. И далее, добавим, с Курском и Белгородом. Так какие гарантии Трамп выдал Нетаньяху и властям Тегерана, что в их действиях обнаружился пусть неявный, но «унисон»? И как там дело обстоит с обещанным до Нового года российско-иранским договором? Тема актуальна ещё в свете наслоений Ливана на Сирию?

Второе. Резкое, причём, подчёркнуто провокационное обострение обстановки в Косово. Одновременно с Сирией и на фоне замирения Израиля с Ливаном за счёт «Хезболлы». Масштабный взрыв, в результате которого столица самопровозглашённого края осталась без света, частично отключена вода, и понятно, что ответственность свалили на сербов. Всё организовали на следующий день после албанской провокации на так называемый «день флага». Можно, конечно, позубоскалить, что президент Александр Вучич становится жертвой собственного «многовекторного соглашательства», но ни сербам, ни России легче от этого не становится. Действия Запада, а сомнений в том, что он за этим стоит – никаких, похоже копируют нашу фронтовую тактику «тысячи порезов», только в геополитическом смысле.

Третье. Итоги состоявшегося 26 ноября саммита НАТО – Украина. Вот фактура, которую приводит один из ТГ-каналов:

В итоговом коммюнике саммита Украина-НАТО, разосланном военным атташе стран-участников, много интересного.

Во-первых, увеличение поддержки [ВСУ] странами Балтии и Скандинавии. Строительство завода по производству БПЛА в Финляндии и возведение двух фабрик по производству снарядов 155-мм в Эстонии за счёт компании Rheinmetal Defense AG.

Во-вторых, понижение возраста мобилизации на Украине до 21 года уже с 1 января 2025 года, несмотря на то, что Зеленский категорически отказался снижать его до 18 лет.

В-третьих, усиление давления на всех мужчин мобилизованного возраста, бежавших с Украины в ЕС с лишением выплат и противодействием их попыток укрыться от мобилизации.

Первой выступит Швейцария, которая уже с 9 декабря закрывает 70% приютов для украинских мужчин и прекращает выдачу им талонов на питание и разрешений на временное пребывание. Далее её примеру последуют Австрия, ФРГ, Испания, Дания и Нидерланды. Кроме всего прочего в итоговом протоколе саммита все представители руководства НАТО поддержали продолжение украинских ударов вглубь территории России и заявили о полной поддержке Украины. ФРГ и Нидерланды с Великобританией с января будущего года примут у себя 18 тыс. военнослужащих ВСУ для обучения практического использования ракетных комплексов НАТО и работе с пусковыми устройствами HIMARS и MLRS.

Если с января начинается зарубежное обучение четырёх развернутых бригад ВСУ, то это значит, что вопрос согласован с Трампом, иначе никто бы не рисковал. А раз речь идёт об обозначенных комплексах США, то это как раз те, с которых могут запускаться ракеты ATACMS. Стало быть, есть гарантии востребованности таких специалистов уже от будущей администрации? Плюс факт всё более открытого потакания властей стран Запада «зе-мобилизации».

Четвёртое. Спекуляции на пересмотре Западом безъядерного статуса Украины с безответственными информационными вбросами насчёт того, что ТЯО Киеву уже поставлено. Даже обещания «кар земных и небесных» Байдену за это со стороны «трампистов» (пример заявления Марджори Тэйлор-Грин) эту угрозу не нивелируют, а лишь подкрепляют. И работают на общую панику. Никто ведь не вникает, что у Запада нет на вооружении образцов ТЯО, кроме свободно падающих авиабомб B-61B, которые доставлять к целям, находящимся под защитой российской ПВО, почти невозможно, никакие F-16 не помогут. Но здесь главное – это нагнетание: «Прокукарекал – а там хоть не рассветай».

Пятое. Мягкое дистанцирование от украинской темы саммита ОДКБ, а также ситуация в России с валютными курсами, которую некоторые эксперты характеризуют как «мину, заложенную ЦБ под нашу валютно-финансовую систему». Можно ещё вспомнить скандальный законопроект сенатора и депутата, который в штыки встретили в субъектах Федерации, окрестив «ликвидацией местного самоуправления». Можно пояснить, что эта тема относится к попыткам ряда функционеров столичных коридоров власти продвинуть идею опережающего развития крупных агломераций в ущерб остальной стране. Но внимание привлекает даже не столько она сама, сколько опять-таки совпадение по времени с внешнеполитическими осложнениями. Не захочется, а подумаешь: не включили ли на Западе все возможные и невозможные рычаги подрывного влияния, совместив его по времени с военной эскалацией?

Разочаруем тех, кто полагает, что у нас есть готовые ответы на эти вопросы. Их нет, но тенденция в том, что разнонаправленные и внешне никак не связанные друг с другом события и действия к концу января могут выйти на пик, превратившись в синергетически усиленный «девятый вал» проблем, с которыми Россия, как кто-то очень надеется, не справится.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/142330.html

29.11.2024 Институт национальной государственности - главный рубеж противостояния глобализму

США. Иллюстрация: Александр Горбаруков

Многие современные события нельзя понять без исторического экскурса

Российский и китайский лидеры – Владимир Путин и Си Цзиньпин, особенно китайский лидер, постоянно говорят о «столетних переменах». То есть проводят прямую параллель с мировым кризисом первой четверти XX столетия. Итогом этого цикла стала впадающая сейчас в кризис и разворачивающаяся вспять глобализация. Но надо понимать, что на Западе глобализация рассматривается глобалистской фазой развития одной из мощных цивилизаций. Поскольку эта цивилизация – сам Запад, и поскольку она навязывает ценности американской культурной периферии, противопоставленной западной цивилизационной традиции, то мы вправе считать глобализацию корпоративным проектом трансформации мирового порядка в интересах узкого слоя западных элит.

Отметим роль в этих процессах цивилизационного фактора; конкуренция цивилизационных проектов, таким образом, представляет собой диалектическое содержание всемирно-исторического процесса, и в наши времена актуальность этого вывода только возрастает.

Что такое цивилизационный проект? По определению Михаила Хазина, это:

…Система ценностей (проектная идея), созданная совокупностью культурных, исторических, социальных, государственных и иных традиций доминирующей или претендующей на доминирование цивилизации, воплощённая в системах смыслов (нормах) и распространяемая в материальной и духовной сфере посредством экспансии.

Что же происходило в это столетие, и какая связь? Итак, в 1914 году К. Каутский предположил, что капитализм не заканчивается империализмом; предстоит ещё одна фаза - «ультраимпериализма»:

- с переносом практики картелей на международные отношения;

- и с интеграцией сильнейшим империализмом всех остальных.

Версия Каутского стояла на выводе Ф. Энгельса о сближении классовых интересов буржуазии и пролетариата в эксплуатации колоний. Крайне негативную реакцию на это В.И. Ленина нельзя объяснить только классовым фактором. Он понял, что впавшие в оппортунизм вожди западной социал-демократии заключили альянс с буржуазным либерализмом, послуживший фундаментом двухпартийных систем, о которых ещё К. Маркс писал, что «олигархия увековечивает господство передачей власти из одной руки в другую и обратно».

Разве не видно, что «ультраимпериализм» - это современный глобализм, который продвигается «глубинным государством»? А глобализм – политика глобализации. Уже в 1916 году Ленин впервые прямо заявил о «нациях-паразитах» (не о классах!), а в 1923 году на примере Великого Октября пришёл к выводу о своеобразии восточных революций. Соединил классовый подход с цивилизационным. Вступив в борьбу с оппортунизмом, проводником которого в России являлся меньшевизм, а внутри большевистской партии – троцкизм, Ленин отверг «ультраимпериализм», тем самым объективно выступив в защиту национальных интересов. Октябрь – социалистическая революция в классовой оптике, а в цивилизационной – национально-освободительная. Путь к Октябрю проложили три прорывные теории, сложившиеся в полемике с Каутским. В Европе их сочли «ересью»:

- теория империализма и слабого звена;

- теория победы революции в отдельно взятой стране, впоследствии приспособленная И.В. Сталиным для строительства социализма в отдельно взятой стране;

- теория государства диктатуры пролетариата.

На основе этих теорий и был сделан вывод о быстром переходе от буржуазно-демократической к социалистической революции. Именно он спас страну от диктатуры внешнего управления при февральском режиме марионеток Антанты. И к которой впоследствии перерожденцы, включившиеся в неонацистский проект Римского клуба, привели в ходе «оттепели» и «перестройки». Продолжением ленинского своеобразия служит сталинский тезис XIX съезда о том, что компартиям следует подобрать брошенное буржуазией знамя демократии и национального освобождения.

Каким образом Запад шёл к «ультраимпериализму»? Разрушив в Первой мировой войне империи, западные политические штабы осуществили грандиозную подмену. Забрали власть у монархий и передали её крупному бизнесу. Сохранили длинный горизонт планирования, но переподчинили его себе и увели в тень, исключив выборность и сменяемость концептуальной власти. И прикрыли этот подлог демократией - подставной, марионеточной ширмой власти с коротким горизонтом планирования – от выборов до выборов. Лига Наций планировалась мировым правительством (как впоследствии, кстати, и ООН). Игру сломал Великий Октябрь; без России и наших ресурсов «ультраимпериализм» не получался (вспомним отклоненные Западом ленинские предложения на Генуэзской конференции). США не вступили в Лигу Наций, началась чехарда президентов, завершившаяся Великой депрессией; нацистский проект – детище Запада, призванное осуществить реванш за 1917 год. «Переигровка» - это главный «корень» Второй мировой войны. А холодная война и распад СССР – это уже переигровка проигранного западными элитами 1945 года.

Тем временем ленинская концепция восточного своеобразия легла в основу китайской революции. Мао Цзэдун считал:

- что в условиях зависимого капитализма буржуазно-демократическая революция, во-первых, невозможна - её не допустит метрополия, а во-вторых, не нужна, ибо страна уже является частью системы глобального капитализма;

- поэтому социалистическая революция осуществляется под руководством компартии «единым фронтом» сил, противостоящих внешнему управлению, включая национально-ориентированную буржуазию.

Если ленинизм, по определению Сталина, — это «марксизм эпохи империализма и пролетарских революций», то идеи Мао, воплощением которых служит теория «новой демократии», положенная в основу современных документов КПК, — это марксизм эпохи «ультраимпериализма», он же глобализм, и национально-освободительных революций. Подняв на щит национальную специфику социализма, китайские руководители показали себя более последовательными учениками Ленина и Сталина, чем советские, что и предопределило исторические судьбы обеих компартий.

Императив «вызревания социализма в капитализме» под воздействием этой динамики был трансформирован в противостояние с Западом. Признанный кукловод глобализма А. Тойнби признавал, что «русские превратили марксизм – западное учение – в антизападное оружие, мощнее атомной бомбы». Точки над «i» расставила мир-системная теория, отделившая периферию глобального Юга от западного «ядра» мировой системы.

В буржуазной интерпретации её эквивалентом служат концепции Ф. Фукуямы о «конце истории» (в религиозной оптике – «Конце Времен») и С. Хантингтона о «столкновении цивилизаций», выраженном известной формулой «The West vs. the Rest». На этой основе выросли идеи Римского клуба, геополитический фундамент которых составляет «десятирегиональная» модель М. Месаровича – Э. Пестеля. Одновременно была создана Трёхстороння комиссия и осуществлён запуск глобализации. Идеологической основой послужил неоконсерватизм. Соединив в своём генезисе либертарианство с троцкизмом и течением христианского сионизма, он вернулся к «мировой революции», только в «глобально-демократическом» обличье. Неоконсервативный идеолог М. Ледин обвинил немцев в узурпации нацистской идеи, которая, по его словам, «принадлежит всему человечеству». Дж. Неру охарактеризовал фашизм как применение колониальных методов в самой Европе – отметим такую постановку вопроса! Сейчас этот тезис так же, как и «столетние перемены», красной нитью проходит через выступления Путина и Си Цзиньпина. С началом СВО были запущены процессы интеграции глобального Востока с глобальным Югом в противодействии мировой гегемонии и экспансии глобального Запада.

Новым аттрактором выступило объединение БРИКС, ядром которого служит российско-китайская ось ШОС. По объёму мирового ВВП оно уже обошло «семёрку», переставшую быть «большой». И этот разрыв обречён увеличиваться. Поэтому и набирает силу процесс деглобализации, который, как показал саммит «двадцатки» в Рио-де-Жанейро, проявляет себя созданием параллельной, альтернативной системы глобальных институтов и ведёт к разделению мира на две системы:

- объединённый глобализмом Запад;

- и остальной мир во главе с БРИКС, стремящийся к многополярности.

Растущий антагонизм этого главного противоречия между глобализмом и государственностью, пришедшего на смену противоречию между буржуазией и пролетариатом, ставит человечество перед выбором. Ибо, как отметил Путин на Валдае, раскол мира происходит на фоне укрепления его взаимосвязи. В этих условиях длительное бесконфликтное сосуществование двух систем невозможно. Сегодняшний «Карибский кризис 2.0» – тому подтверждение. Важнейшим катализатором этого выбора служит технологическая революция, продвигающая вопрос о бенефициарах происходящих перемен, связанных с цифровизацией, искусственным интеллектом, «зелёным переходом» и т.д. Окажется ли таким бенефициаром мировое большинство, или меньшинству удастся обманом и силой навязать ему и миру свою волю?

Запад одержим «антропологическим переходом» - разделением человечества на два разных биологических подвида – те самые «uber-» и «untermenschen». Тема обсуждалась летом 2018 года на закрытом семинаре в элитарном Аспенском институте гуманитарных исследований, участники которого отдали этой модели мироустройства приоритет перед другими вариантами будущего. Что это за мир?

- мир «элоев» и «морлоков» по Г. Уэллсу,

- мир «новых патрициев» и «рабочего скота» по инженеру Гарину, герою А.К. Толстого,

- мир «джи» и «кжи» по И.А. Ефремову.

Это мир «пятнадцатиминутных городов», поделённых на зоны без права выхода из них без «аусвайса». Мир без образования и работы, узурпированной роботами, с культом гаджетов, повальной принудительной вакцинацией, «базовым доходом» в виде «белковой еды» из мух и сверчков и тотальным «шерингом» вместо собственности. (Обратите внимание на ликсутовскую реформу маршрутов московского транспорта, что это как не фундамент под будущее зонирование?).

Глобальный Восток и Юг стоят на стороне многополярного мира, хотя плохо при этом понимают, каким образом он может функционировать в режиме всеобщего равенства при кардинальном различии потенциалов. Каждый понимает под многополярностью нечто своё. Но существует универсальный критерий системы «единичного вето», по М. Каплану: каждый центр способен противостоять как любому другому, так и их коалиции. Без взаимного сдерживания многополярности не бывает.

Сила Запада – в элитарной идеологической и институциональной сплочённости, в традиции и привычке к мировому господству. Потенциал остального мира – в широкой интеграции, основанной на отказе от колониальной модели неэквивалентного обмена природных ресурсов на устаревшие технологии. Первая точка бифуркации пройдена в эпоху Великого Октября, который отправил Запад на «второй круг» переигровки внезапно проигранной исторической игры. Другая приходится на современность. Именно поэтому Путин и Си Цзиньпин не устают говорить о «переменах, невиданных за столетие».

Единое человечество? Не здесь, не сейчас, и не в этой системе ценностей. Чтобы объединиться, придётся кардинально размежеваться на многие поколения. Эти тенденции уже проявляют себя на объективном уровне общественного сознания, с субъективным фактором – пока проблемы. Наиболее функциональной формой «промежуточного» разрешения глобальных противоречий, поддерживающей «худой мир», является так называемый «треугольник Г. Киссинджера»: США – Россия – Китай. Но если мэтр рассматривал его способом американского контроля над российско-китайскими противоречиями, то в нашем видении «треугольник» предстает уже российско-китайским сопровождением отступления Запада в ареал исторического обитания и превращения в «один из», по словам Путина, мировых центров. Только отбив атаку глобализма, разрушаемый им институт государственности может рассчитывать на сохранение за собой будущего. Похоже, именно этот процесс стоит за событиями, которые мы с вами воочию наблюдаем.

Примечание: Материал представляет собой доклад автора на VII Международной научно-практической конференции «Большая Евразия: национальные и цивилизационные аспекты развития и сотрудничества». Москва, 29 ноября 2024 года.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/142291.html

28.11.2024 «Зелёный лохотрон» в борьбе за власть над глобальным Югом

Политика Запада. Иллюстрация: Александр Горбаруков

К итогам климатической конференции в Азербайджане

В Баку завершилась COP-29 – конференция сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата (РКИК). Осторожно-оптимистические реляции в российских СМИ по поводу этого события, входящего в очевидный диссонанс с геополитическими реалиями современности, объясняются просто и не связаны с климатическими вопросами. Азербайджан – всё более последовательный и надёжный партнёр нашей страны по диалогу на постсоветском пространстве, важность которого очевидна особенно на фоне деградации отношений с Арменией, обусловленной политикой её действующих властей. У России есть основания радоваться самому факту крупного международного мероприятия, прошедшего в Азербайджане, тем более это первая такая конференция на территории бывшего СССР. Также с контактами на полях форума связывались определённые надежды на разрешение ряда проблем в отношениях Баку и Еревана, правда, они не оправдались. Россия прислала на форум одну из крупнейших делегаций. Во главе с премьер-министром Михаилом Мишустиным.

Какая конкретика? Конференция должна была ответить на условных «два с половиной вопроса», доставшихся в наследство от предыдущих саммитов. Во-первых, в 2025 году наступает срок обновления так называемых «определяемых на национальном уровне вкладов». И организаторы от «зелёного» климатического лобби мечтали использовать эту «обязаловку», которой Парижское соглашение отличается от Киотского протокола, для того, чтобы решить стоящую перед ними задачу максимальной деиндустриализации.

Для справки:

При принятии в декабре 2015 года Парижского соглашения, чтобы ускорить процесс, скрыли разногласия и разделили документ на две части – собственно соглашение и проект решения COP-21 – парижской конференции сторон. Из нейтрального текста самого соглашения спорные вопросы были выведены в проект решения; предполагалось, что на следующих COP они будут согласовываться и включаться в соглашение в постатейном порядке. Чтобы был понятен масштаб планов деиндустриализации, приведём один пример. В тексте соглашения содержится упоминание о «недостаточности» ограничения роста глобальной температуры к середине столетия двумя градусами. Предлагается «ужаться» ещё сильнее - до 1,5 градусов (Ст. 2. П. а). Оставим в стороне сомнительную связь потепления климата с антропогенным фактором (президент России Владимир Путин недавно ещё раз уточнил, что это не доказано). Обратим внимание, что ценой этих полградуса в проекте решения названо сокращение годовых глобальных выбросов с 55 до 40 Гигатонн (Ст. 17). Иначе говоря, речь шла об уничтожении четверти промышленного производства, ибо при существующем технологическом укладе динамика выбросов прямо пропорциональна развитию: нет выбросов – развития тоже нет. В условиях, когда целый ряд стран, включая Россию, Китай и другие, активно продвигают индустриализацию, подобные сокращения несовместимы с национальными интересами.

Результаты этих ожиданий весьма сомнительные. С одной стороны расширился состав коалиции за отказ от ископаемого топлива, которую пополнили Великобритания, Колумбия, Новая Зеландия. На корпоративном уровне тренд поддержали около 50 судоходных компаний. С участием Саудовской Аравии, Азербайджана, Казахстана и Узбекистана сформировано стратегическое партнёрство по повышению инфраструктурной энергоэффективности. С другой стороны, Китай, вопреки нажиму, подтвердил планы наращивания выбросов до пика 2030 года с выходом на углеродную нейтральность только к 2060 году, как и Россия, и Индия. При этом, критикуя наши страны, организаторы «зелёного» процесса, который автор этих строк именует «лохотроном», всячески передёргивают само понятие «углеродной нейтральности». Пытаются навязать концепцию «нуля выбросов», в то время, как на самом деле речь идёт о балансе выбросов и их поглощения (абсорбции) природными средами. Почему так делают? Понятно, что чем меньше выбросов – тем глубже деиндустриализация, и коренная цель всего этого «лохотрона» как раз и состоит, повторим, в деиндустриализации. Никакой «заботой об окружающей среде» здесь и не пахнет. Пример – атомная энергетика, которой отказывают в «чистоте» и объявляют «грязной» как раз ввиду её уникального природоохранного потенциала. Никому из «зелёных» идеологов он не нужен. Но есть и другая, ещё более существенная причина.

Для справки:

РКИК и другие «климатические» документы не случайно тщательно разделяют в своих текстах выбросы и абсорбцию (поглощение), следя, чтобы они не оказывались рядом. Дело в том, что базовый документ, с которым связана РКИК, — Декларация Рио (1992 г.) – в своём 16-м принципе провозглашает, грубо говоря, что платит – загрязнитель. Следовательно, донор – не платит. С тех пор прозападное «зелёное» лобби в нашей стране десятилетиями пыталось «доказать», прибегая к лживым аргументам и прямым подлогам, что наша страна с её гигантским поглотительным ресурсом (по некоторым данным, поглощение в 20 раз превышает выбросы) является не донором, а загрязнителем. Пока в апреле 2021 года точку в этом споре не поставил Путин, назвавший цифры поглощения, превышающие выбросы. Доноров – мало, помимо России, ещё пять стран: Бразилия, Канада, Австралия, Новая Зеландия, Швеция (последняя – и то ввиду манипуляций со статистикой). То есть по Декларации Рио, Россия платить не должна и может вообще ничего не сокращать, а это для западной агентуры влияния было неприемлемо. Не только по политическим, но и по финансовым соображениям: многие годы «зелёные» гранты и контракты лились рекой и благополучно рассовывались по карманам, формируя в России климатическую «пятую колонну». Поскольку названную декларацию никто не отменял, это положение и сегодня сохраняет актуальность, неприемлемую для Запада.

Ну, и фактор Дональда Трампа, который в первом сроке вывел США из Парижского соглашения и, не исключено, собирается «это дело» повторить. Интересна и показательна его аргументация (из предвыборного выступления 2016 г. в Геттисберге, штат Пенсильвания):

Я сниму ограничения на разработку американских энергоресурсных резервов, включая сланцы, нефть, газ и уголь. …Наши шахтёры должны вновь вернуться к работе. …Я уберу установленные Обамой и Клинтоном препятствия и позволю продвигаться вперед жизненно важным энергетическим инфраструктурным проектам. …Мы прекратим отдавать миллиарды долларов на программы ООН по борьбе с глобальным потеплением, и используем эти деньги на нужды …американской экологии.

Иначе говоря, никакого дружного «одобрямса» в сторону повышения «амбициозности», то есть разрушительности, «определяемых на национальном уровне вкладов» в Баку не отмечено. Поэтому на поверхность вышел второй вопрос, особенно волнующий развивающиеся страны глобального Юга. Разумеется, это деньги. Разумеется в [Зелёный] Климатический фонд (ЗКФ) ООН. Здесь опять требуется краткий экскурс, на этот раз в 2009 год, когда [Парижское] соглашение собирались принимать на COP-15 в Копенгагене, но так и не собрались. В кулуарах конференции тогда был распространён некий «датский текст», рассекреченный, первоначально адресованный только нескольким западным делегациям, предлагавший передать контроль над средствами для оказания бедным странам помощи в сокращении «парниковых» выбросов не ООН, а международным финансовым институтам. Прежде всего Всемирному банку. Причём, деньги предполагалось выделять только на условиях следования определённым стратегиям сокращения выбросов, то есть планам деиндустриализации. Кроме того, планировалось предоставить наиболее развитым членам ОЭСР вдвое большие квоты «парниковых» выбросов на душу населения по сравнению с развивающимися странами. Разразился дикий скандал, который в Группе 77 (развивающихся стран) возглавил Китай. От Запада потребовали 40%-ного превентивного сокращения выбросов в компенсацию осуществлявшихся полтора столетия загрязнений, и чтобы откупиться, западные страны согласились учредить тот самый ЗКФ и направлять в него 100 млрд долларов ежегодно. На том и порешили, только денег тех никто не увидел до 2022 года. И увидели их только с началом российской СВО на Украине, когда Западу потребовалась поддержка в «изоляции» нашей страны.

То же и сейчас, но карта разыгрывается против уже не России, а Китая. Запад увидел, как за Пекином дружно выстроилась одна часть глобального Юга, а за Индией – другая. И решил перекупить Юг, задрав ставки. Теперь пообещали ежегодно уже не 100, а 300 млрд. Может быть, даже что-то заплатят, пока не завершилась СВО. Но потом, как водится, все обязательства останутся на бумаге. Вот эти 300 млрд – второй итог конференции в Баку.

Третий итог – завершение многолетних дебатов по шестой статье Парижского соглашения. Сняв основные разногласия по недопущению двойного учёта результатов проектов (когда участники международного соглашения засчитывают его каждый себе), обязательным отчислениям на цели адаптации к климатическим изменениям и переносу из прошлого неиспользованных квот Киотского протокола, участники COP-29 разблокировали международное «зелёное» сотрудничество. Как оно будет развиваться – посмотрим. Однако констатируем, что такое сотрудничество, вряд ли отменит главное противоречие всего климатического «лохотрона» - проблему неэквивалентного обмена между развитыми и развивающимися государствами. Надо понимать, что Юг выпрашивает у Запада эти 300 млрд не от хорошей жизни, а чтобы свести концы с концами. Весь обмен между этими геополитическими полюсами идёт по принципу ресурсы в обмен на технологии, на что тоже недавно указывал президент Путин. Запад забирает у Юга невосполняемые природные ресурсы, а в ответ сбрасывает технологии упомянутой «адаптации», в основном устаревшие, «второй сорт». У этого кабального, так сказать, «взаимодействия» существует и сугубо политическая сторона, раскрытая ещё в 2010- годах одним из советников главы Пентагона – адмиралом Артуром Цебровски:

Страны, принимающие глобализацию, внедряют западные ценности и представляют западным корпорациям свои ресурсы. Несогласные – подвергаются «цветным революциям», и с ними происходит то же самое.

Экономика процесса такая. Реальное сокращение 1 тонны CO2-эквивалента стоит около 100 долларов. Европу, взявшую на себя роль эпицентра «зелёной» повестки, натурально «душит жаба». Поэтому описанная выше комбинация ресурсы – технологии позволяет условно «сократить» эту тонну за 30 долларов. Есть и третий вариант, самый экономный. Поскольку в отличие от Запада, страны Юга не входят в приложение II к РКИК и не обязаны брать количественные обязательства, то «свободных квот» у них немерено. И Запад их у них «выкупает», засчитывая себе, по «демпингу» в 1 доллар за тонну, по сути нивелируя таким подлогом в ноль уже свои обязательства. Так как «зелёная» система всё это охотно терпит, не прикрывает, а «расширяет и углубляет», правомерен вывод, что это именно «лохотрон», предназначенный для обмена колонизаторами реальных ценностей у коренных народов на «стеклянные бусы» и «огненную воду», только и всего.

Так что, поздравляя азербайджанских коллег с успешным проведением крупного мероприятия, не забудем о том, что к реальной глобальной повестке, особенно в военных и предвоенных условиях современности, обсуждавшиеся вопросы никакого отношения не имеют. Подобные COP сегодня смотрятся примерно так же, как в годы Второй мировой войны, когда гипотетическое «сокращение антропогенных выбросов» вполне серьёзно обсуждается на фоне дыма от военных пожарищ. И что этот процесс не приостановлен, мы обязаны только тому, что сдать устаревшую, неактуальную повестку в архив не готов Запад. С одной стороны, он рассчитывает одержать верх в нынешнем его политическом противостоянии и вернуться к «зелёному переходу» в полном объёме по завершении кризиса. С другой стороны, он цепляется за постулаты «устойчивого развития», семнадцать «Целей» которого продвигает для укрепления собственной глобальной гегемонии.

Что такое «устойчивое развитие»? Документы ООН – в помощь:

Чрезмерный рост населения, явление недавнего времени, результат снижения смертности. Есть только два способа исправить возникший дисбаланс. Либо снизить темпы прироста численности населения и привести их в соответствие с низким уровнем смертности, либо позволить уровню смертности снова возрасти (из доклада Римскому клубу «Пределы роста», 1972 г.).

Для достижения устойчивого развития …государства должны ограничить и ликвидировать нежизнеспособные модели производства и потребления и поощрять соответствующую демографическую политику (8-й принцип Декларации Рио, 1992 г.).

Для достижения устойчивого развития необходимо не только сокращать численность населения, но и снижать уровень потребления (из доклада ООН «Наше глобальное соседство», 1995 г.).

…Экономическое развитие, социальное развитие и охрана окружающей среды являются взаимозависимыми и взаимодополняющими компонентами устойчивого развития, что составляет основу наших усилий по обеспечению более высокого качества жизни всех людей (из Копенгагенской декларации о социальном развитии, 1995 г.).

Есть экология – защита окружающей среды. А есть экологизм – агрессивная, экстремистская, деструктивная идеология, ставящая экологическую безопасность впереди национальной безопасности, одной из частей которой она на самом деле является. На этой основе выстраивается стратегия фактического «изгнания» и «изоляции» человека от природы, осуществляемая в интересах той узкой группы «сильных мира сего», которые решили природу «приХватизировать» в собственных шкурных интересах, для чего убрать «лишних едоков».

Говорят, рост численности глобального населения остановился, что свидетельствует о том, что природа и без вмешательства глобалистов знает свои границы и имеет регулирующие механизмы. Но этот факт так тщательно замалчивается в рамках «зелёной» тематики, что на ум приходит только одна мысль. Этот факт очень не нравится хозяевам «лохотрона», ибо мешает им в реализации очень далеко идущих замыслов. И слава Богу, что наша Россия, вовремя опомнившись, соскакивает с подножки потерявшего тормоза вагона, несущегося в пропасть.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/142243.html

27.11.2024 МВФ подал голос за украинские активы BlackRock & Co

МВФ, Украина. Иллюстрация: Александр Горбаруков

Поднявшийся против нас глобально-олигархический спрут снимает маску

Представитель МВФ на Украине Присцилла Тоффано, выступая на конференции в Киеве, призвала продолжать помощь Киеву, заявив, что Украина зарекомендовала себя надёжным заёмщиком. Представляется, что это заявление относится не только к кредитным долгам Киева, но и к полученным из рук Владимира Зеленского активам. Речь прежде всего идёт о соглашении об управлении стратегическими активами, которое было подписано нынешним «просроченным» в мае 2023 года, ещё при полномочиях. В него включены основные отрасли промышленности и энергетики, включая электросети, но прежде всего знаменитые чернозёмы, благодаря которым республика ещё в СССР считалась общесоюзной житницей. Кстати, управление энергетикой служит объяснением той безудержной активности, с которой олигархия всех сторон конфликта рвётся к мораторию по разрушению генерирующих мощностей и сетей. Консультации между частными лицами в Катаре, сорванные курской авантюрой Киева, касались именно этого вопроса. По слухам, впрочем, весьма достоверным, участие в их организации принимали Джон Керри, клан Клинтонов, а также Роман Абрамович, известный британскими связями. Причём, включение последнего было пролоббировано отнюдь не Москвой, а Киевом (которому, в свою очередь, надо полагать, указали из Лондона, чтобы дезориентировать наблюдателей, внушив им, что с Москвой якобы «согласовано»).

Комплексный характер западного подхода, а также его подоплёку прояснила и сама Тоффано:

Финансировать Украину сейчас целесообразно не только ввиду ценностей, принципов и морали, но и выгодно для её союзников. Лучше сейчас финансировать Украину и предотвратить её проигрыш в конфликте, чем потом нести расходы на дополнительную оборону или беженцев, если Украина проиграет.

Очень ёмко. Сразу три аспекта. Мораль, даже в том извращённом виде «мира на правилах», как она рассматривается Западом (лишённый идентичности «демократический глобализм» из Хартии об основных правах ЕС 2000 г.) – лишь один из них, далеко, как видим, не главный. Выгода – это второй аспект, связанный с предотвращением поражения, напрямую связан с интересами BlackRock и переплетённой с ней перекрёстным акционерным владением Vanguard. Это головная компания из числа управленцев активами, на которую все остальные такие компании, а их около десятка, замыкаются ввиду её особых отношений со спецслужбами. Прежде всего ЦРУ, а через них – и остальных. После российского предупреждения о том, что направление на помощь ВСУ прибыли от замороженных наших активов приведёт к зеркальному ответу по отношению к западным активам здесь, Западу понятно, что занятие российскими войсками соответствующих территорий ставит крест на активах управляющих компаний глобалистов. Они с ними распрощаются, несмотря на подпись Зеленского, и это лучше всего подтверждается шараханьями в Киеве. Местные кураторы внутренней и внешней политики из «просроченного» офиса, как проститутки, мечутся между демократами, которых ещё боятся «обижать», и республиканцами, которым одновременно уже обещают передать активы и бизнес демократов. Вместе с компроматом на их лидеров.

Третий аспект, изложенный г-жой Тоффано, отражает страхи военных США и особенно европейских членов НАТО и особенно перед приходом Дональда Трампа. Что после капитуляции Киева, вероятность которой при продолжении конфликта в нынешнем русле определёнными кругами на Западе рассматривается в максимальной перспективе конца 2026 года, на границах «объединённой Европы» встанет российская группировка. И она впитает в себя потенциал остатков ВСУ вместе с вложенными в них Западом материальными и технологическими инновациями, которые перейдут в руки Москвы. И если разговоры о беженцах – в пользу бедных, кто хотел – с Украины давно удрал в количестве, приближающемся к нескольким миллионам человек, то в том, что касается границ ЕС, у г-жи Тоффано проскакивает страх перед …американцами. Ибо пограничные с нынешней Украиной бывшие члены восточного, советского блока надёжно приХватизированы Вашингтоном, и когда они после исчезновения Украины заверещат об угрозах своей безопасности, эти мольбы попадут в «подготовленные» американские уши. Результат известен заранее: выкручивание «старой Европе» рук на тему принятия ею на себя основной ответственности за финансирование Польши, Прибалтики, Румынии, а заодно ещё и Чехии. Дополнительную пикантность этой перспективе придаёт тот факт, что МВФ остаётся орудием в руках Вашингтона и, шире, англосаксов. Если верить новомодным версиям о корнях причин втягивания Западом Киева в войну, то одной из них называются попытки США взять под контроль газораспределительную сеть российского европейского транзита. Надо полагать, чтобы возобновить её деятельность на своих условиях: покупать у нас на границе газ по дешёвке, а Европе продавать втридорога, удерживая её за счёт совокупности связанных с этим факторов в состоянии перманентной военно-политической напряжённости с Россией. А также растущей зависимости от США и отрыва от евразийских транспортных коридоров и маршрутов из Китая, связанных с инициативой «Пояса и пути».

К киевским откровениям г-жи Тоффано, отнюдь, как убедимся, не случайным, можно добавить ещё как минимум два интересных и показательных факта. Навязшим в зубах британским журналом The Economist, глобалистским и ротшильдовским, предпринята попытка приподнять «боевой дух» ВСУ, а заодно и навести тень на плетень по поводу украинских фронтовых потерь. Авторы журнала на голубом глазу называют цифру от 60 до 100 тыс. «двухсотых» за почти три года военных действий, при том, что лишь в курской авантюре ВСУ, начавшейся в августе нынешнего года, и только официальное количество потерь значительно превысило 30 тыс. человек. Правда, британские борзописцы «благосклонно соглашаются» на 400 тыс. «трехсотых», неспособных к возвращению в строй. Но мы с вами динамику и цифры знаем. По данным, обнародованным ТАСС, они составили 906,5 тыс. человека. Берущим это под сомнение и цепляющимся за британские данные, самое время напомнить. Примерно такой же порядок потерь – свыше 900 тыс. личного состава – ещё в прошлом году называл тогдашний главком ВСУ Валерий Залужный. А то, что сделал он это в присутствии Зеленского, сняв покров секретности с информации, ужаснувшей украинское общество, во многом предопределил его последующую отставку.

И второй факт, также нацеленный на «духоподъёмное единение» европейцев с киевским режимом, — сегодняшнее выступление старой/новой главы Еврокомиссии Урсуры фон дер Ляйен, в котором она основным приоритетом возглавляемого ею ведомства назвала «защиту демократии», проговорившись, что европейцам за неё придётся сражаться, возможно, не только на Украине. Вот, что она заявила:

…Битва за свободу и демократию объединяет всех европейцев. …Результаты этой борьбы будут формировать будущее конфронтационного и нестабильного мира. … Я верю, что наше поколение европейцев должно снова сражаться за свободу и суверенитет, …за которые сейчас сражаются на Украине.

А теперь свяжем некоторые ниточки. Европейская комиссия, наряду ещё с четырьмя региональными экономическими комиссиями (РЭК) – Западной Азии, Азии и Тихого океана, Африки, Латинской Америки и Карибского бассейна – является частью структуры одного из главных органов ООН – Экономического и социального совета. В иерархии таких органов он стоит третьим после Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности. Отсутствие в списке РЭК комиссии по Северной Америке выводит этот регион из общего ряда, наглядно показывая, кто в доме хозяин, и для кого общие правила не писаны. Потому, что он сам их пишет.

Международный валютный фонд (МВФ), как указывается в справочнике МИД России, является межправительственной валютно-финансовой организацией, имеющей статус специализированного учреждения ООН. Добавим, что одновременно вместе со Всемирным банком МВФ входит в «двадцатку», о которой все уши уже прожужжали, что это «мировое экономическое правительство». Третьим звеном в этой структуре, ещё более тесно связанным с «двадцаткой», является базельский Банк международных расчётов (БМР). Вместе с эмитентами резервных валют, представленных в «корзине» МВФ, этот конгломерат образует некое подобие глобального ЦБ. Конечно, управлять национальными ЦБ как своими филиалами, у него получается не вполне и не повсеместно, но задача такая перед ним поставлена, учитывая представительство практически всех ЦБ, кроме Сирии, КНДР, Ирана и ещё нескольких, в Базельском клубе. Рекомендации по формированию курса, спускаемые в «двадцатку», БМР получает прямиком из «Группы тридцати» ведущих банкиров, утверждающей приоритет частной банковской системы над системой ЦБ, ибо последние – не государственные учреждения, а акционерные общества. Ну, а кто рулит частной банковской системой, глобальный охват которой формируется системой банковских сетей, включающих все ведущие кредитные учреждения, общеизвестно. И эта система контролирует основные мировые промышленные активы через аффилированную с ней группу тех самых компаний по управлению активами, в авангарде которых находятся присутствующие на Украине Vanguard и BlackRock. Впору назвать их «глобальными управляющими компаниями». Случайно ли к власти в Германии ведут «консервативного» авантюриста, проработавшего в структурах именно BlackRock?

Круг замкнулся на тех элементах мирового спрута, который и противостоит нашей армии на поле боя, за кулисами мировой политики, а также активно протягивает щупальца в нашу внутреннюю жизнь, пытаясь взорвать Россию изнутри. Любые возможные и невозможные компромиссы и тем более односторонние уступки в части официальных, а также пусть даже и не декларируемых целей СВО, — в пользу этого спрута, главная задача которого – любой ценой остановить/затормозить, а «лучше» обернуть вспять наше движение вперед.

Опустить между Россией и Европой «железный занавес», отсекающий от Европы ещё и Китай с его транзитным проектом «Пояса и пути» - первая часть голубой мечты этого спрута. Вторая же заключена в том, чтобы занавес был опущен как можно дальше на Восток и с максимальными для России негативными последствиями. Вплоть до разрушения нашей страны. Это и облечено в словесную форму «стратегического поражения», которое, если бы произошло, автоматически обнулило бы исторические перспективы и для Китая, а также других стран, бросивших вызов так называемому «гегемону». Так что киевское заявление эмиссарши МВФ – это конкретная и долгоиграющая программа эскалации, а ширящиеся на Западе «миротворческие» сотрясения воздуха, втянувшие в свою орбиту даже Киев, — операция информационного прикрытия этой эскалации. Как только и если мы на это поведёмся – возврата не будет, нам всего этого не простят. Как говорил знаменитый маршал Г.К. Жуков, «не простят нашей Победы». Поэтому единственный шанс на историческое спасение – только вперёд.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/142186.html

25.11.2024 Кто и зачем переваливает обвинения в «двусмысленности» с США на Китай?

Китайский Новый год. Иллюстрация: REX

Об одной показательной идейно-политической диверсии

На сайте Гуверовского института войны и революций (США) вышла статья китайского диссидента Майлза Маочуня Юя, озаглавленная «Источники стратегической двусмысленности КПК». Спустя три дня тезисы этой статьи были опубликованы одним из рупоров «глубинного государства» - Washington Times (WT), появление которой в США в начале правления Рональда Рейгана тесно связано с известной южнокорейской сектой Сан Мен Муна. Это так называемая «Церковь Объединения». Данный факт многое объясняет по поводу активности на китайском направлении. В те времена и позже секта служила инструментом распространения на юге Корейского полуострова идей протестантизма, откуда была осуществлена их экспансия в Китай. Под видом продвижения «познания Бога» осуществлялась идеологическая диверсия с попыткой подрыва власти КПК; в распознании этой угрозы китайским товарищам, которым она оказалась незнакома, кстати, говорят, помогли российские спецслужбы.

Пару слов об авторе статьи, чтобы объяснить ракурс, в котором он работает. Молодой человек, уроженец Аньхоя, проживший до совершеннолетия в Чунцине, удрал в США, «вдохновившись» идеями Рейгана. На самом деле скорее всего имела место та самая мунистская вербовка, возможная на раннем этапе сектантской экспансии. Американская часть биографии Юя включает, кроме Гудзона, сотрудничество с Гуверовским институтом, Йельским университетом в Коннектикуте и университетом Беркли в Калифорнии, а также Военно-морской академией США в Мэриленде. За распространение подрывной дезинформации и участие в информационных спецоперациях, замаскированных под «исследования», Юй находится под китайскими санкциями. В России, как и в СССР, такие диссиденты тоже были, есть и наверное будут (в семье не без урода) – от Солженицына до Гуриева. Условием их безбедной жизни на Западе во все времена остаётся работа против своей страны. Хода обратно им нет – зоологический антикоммунист Солженицын это исключение, обязанное политической конъюнктуре смены режимов, но своих целей ни он, ни те, кто организовал его приезд, тогда все равно не добились.

О чём статья? Автор, произвольно углубившись в китайскую историю I тысячелетия до н.э. – в эпоху Сражающихся царств, предшествовавшую созданию централизованной государственности, пытается доказать, что методологической основой внутренней и внешней политики КПК служит соединение «прагматизма» тех далёких времён с марксистской диалектикой. И это-де позволяет китайским коммунистам двигаться вперед, опираясь на смысловые противоположности. Совмещать идеологические принципы социализма (слово «коммунизм» Юй не выговаривает) с рыночным курсом. Торговать с Западом, сохраняя протекционизм во внутренней политике и связь с антизападными Россией и КНДР. Провозглашать мирное воссоединение с Тайванем и одновременно вести военные приготовления.

Сразу бросается в глаза несколько несуразиц. Во-первых, диалектика в марксистском мировоззрении – оппозиция метафизике, доказывающая подвижную динамичность мира, объективную неизбежность и механизмы перемен (три известных диалектических закона). Только и всего. При этом Юй и не собирается видеть того, что понимают его западные коллеги, например, профессор Энтони Саттон из того же Йеля. Что ядро диалектического метода в виде триады «тезис – антитезис – синтез» активно применяется прежде всего самим Западом в целях управляемого, точнее контролируемого развития. Триады поэтапного конструирования реальности выстраиваются в рамках единого плана таким образом, чтобы синтез низшей одновременно становился тезисом следующей и т.д. Эдакая историческая «лесенка-чудесенка», на выходе из которой – элитарная глобальная диктатура, загоняющая всех остальных «недочеловеков» в гетто «как бы людей» второго сорта. Чтобы не углубляться в детали, назовём источник: книжку Саттона «Как орден организует войны и революции» (прямо по тематике Гудзона), где он рассматривает в том числе и то, как провоцируя советско-китайскую войну, Запад пытался извлечь из такой, слава Богу, гипотетической катастрофы выгодный себе синтез. И как ранее он столь же неудачно пытался проделать то же с СССР и Германией, рассчитывая на синтез в виде американской гегемонии, вместо которой получилась холодная война.

Во-вторых, весьма конъюнктурным представляется выбор одним из «столпов», так сказать, «анализа» именно эпохи Сражающихся царств. И смутных периодов со схожими характеристиками в китайской истории было много. И характеристики эти не уникальны для Китая; взять хотя бы нашу «эпоху сражающихся царств», известную в российской историографии как «феодальная раздробленность», которая также предшествовала созданию централизованной государственности. И, если говорить о Китае, то последняя из таких смут, известная как «столетие унижений», тесно связана с западной экспансией Опиумных войн и попытками превращения страны в колонию сначала Англии, а затем и других западных стран. Всё это Юй обходит стороной – невыгодно и разоблачает как Запад, где он кормится, так и недобросовестную произвольность выбора; это как при решении задачки заглянуть в конец учебника и списать из него ответ. Но главное даже не это. Непревзойдённым методологическим фолиантом указанной китайской эпохи, собирательно отражающим все её реалии, служит знаменитый трактат Сунь Цзы «Искусство войны». Но его Юй обходит за версту, даже не упоминая, что особенно заметно по тому, как он пытается извлекать из той эпохи выводы. Своим умишком, не оборачиваясь на «какие-то там авторитеты». Не потому ли, что именно этот исторический памятник – целиком и разобранный на стратагемы – внедрён в учебные программы курсов в американских военных академиях и прежде всегда в той самой военно-морской, где Юй преподаёт?

В-третьих, термин «стратегическая двуличность», которую Юй инкриминирует КПК, на самом деле активно используется применительно к США, характеризуя их политику, особенно на тайваньском направлении. На словах признавать принцип «одного Китая», который служит официально провозглашённой политикой США с 1979 года, с восстановления отношений с КНР, а на деле создавать паллиативные дипломатические институты, вроде Американского института на Тайване, и накачивать островные сепаратистские власти оружием. Именно это, а не мифологию Юя, в мире понимают под «стратегической двусмысленностью», и этим термином обозначают. Спросите у людей науки, они вам расскажут. Зачем же Юй наводит тень на плетень? Здесь мы вынуждены обратиться к ещё одному штриху его биографии – работе на Майка Помпео - бывшего директора ЦРУ и шефа Госдепа в первой администрации Дональда Трампа. В период трамповского «междуцарствия» Помпео отметился как минимум двумя поездками на Тайвань в составе полуофициальных делегаций («полу-» потому, что составленных из отставников, но по большей части очень высокопоставленных и с перспективой возвращения в госструктуры). Открыто призывал власти Тайваня к провозглашению «независимости», а Вашингтон – к расширению масштабов военной помощи сепаратистскому режиму и принятию на себя обязательств по его защите. Напомним: Помпео ещё недавно претендовал у Трампа на пост шефа Пентагона, но не сложилось. Понимая, что эта фигура, отметившаяся провокационными действиями ещё и на Украине, будет красной тряпкой и для Пекина, и для Москвы, а с ними придётся вести переговоры, Трамп счёл за благо оставить этот перманентный источник проблем за бортом новой администрации. Надо полагать Юя, имевшего репутацию «советника Помпео по Китаю», такой поворот событий обескуражил, и он излил накопленную в связи с этим желчь на страницы упомянутых изданий.

А теперь обратим внимание на следующий нюанс. Во всех трех перечисленных нами случаях спорные с исторической, идеологической и научно-методологической точки зрения формулировки касались вопросов, в которых позиция Запада и прежде всего США выглядит, мягко говоря, «не очень». И во всех этих трёх случаях он – вряд ли случайно – переводил стрелки с США на Китай, инкриминируя своей исторической Родине, от которой он отказался и которую предал, именно то, в чём обвиняется сам Вашингтон. Пусть кто-нибудь после этого докажет, что опубликованное Гудзоном, а затем «боевым листком» «мировой закулисы» в образе WT «исследование» - это научный труд, а не обыкновенное площадное дацзыбао. И что в нём Юй занимается поиском объективной истины, а не отрабатывает «тридцать сребренников» очередного гранта или гонорара за «иудин поцелуй». На ум поневоле приходит анекдот, ранее достаточно популярный в научной среде. «Есть ли польза от вашей кандидатской? Конечно, я же – кандидат». Ни убавить, ни прибавить.

Как на самом деле? Запудривать мозги можно американцам. Советским людям, они же российские, прошедшим вместе с Китаем уникальными по сложности дорогами XX века, логика поведения и развития Поднебесной достаточно понятна. Выбор между тем, кто кого «нагибает» - ты меня или я тебя – вне традиций восточной политической культуры, которая оперирует другими категориями – не «нулевой суммы», а взаимного выигрыша. У этой системы координат, как и у всех, иногда случаются издержки вроде попыток примирить непримиримое в острой фазе конфликта, но эти издержки в конечном счёте всегда воссоединяются с реальностью, не пытаясь её ломать, как это делает Запад. «Если правила игры не устраивают джентльменов – джентльмены меняют правила». Помним этот девиз киплинговского «бремени белого человека»? Социализм с китайской спецификой – никакие не «диалектические игры» в рамках обмана или самообмана, а усвоенная из советского опыта практика НЭПа. В.И. Ленин, помнится, в одной из последних работ, полемизируя с одним из бывших меньшевистских лидеров, задаётся закономерным вопросом. Если строительство социализма требует определённого уровня «цивилизованности» (создаваемого, с оппортунистической точки зрения, только развитием капитализма), то почему мы не можем сформировать её зачатки в рамках социально справедливого, а не антагонистического общества? А ответ простой и в мотивах циничный. Оппортунизм потому тянул к «выращиванию социализма в капитализме», что надеялся уложить эти процессы в незападных странах в колониальное русло собственной экспансии, о которой к этому времени договорился с «либеральной» буржуазией в рамках двухпартийных систем.

С идеологической точки зрения и в приложении к современности социализм с китайской спецификой представляет собой третий этап развития марксизма, в рамках которого государства и народы, объединённые национально-освободительной идеей, дают отпор наступающему на них глобализму, угрожающему всеобщей унификацией. (Первые два этапа – западный, скатившийся в оппортунизм, и советский, с ним разорвавший и поставивший задачу, выражаясь словами И.В. Сталина, поднять выброшенные буржуазией знамёна демократии и национального освобождения, то есть бросить глобализму вызов). Автор этих строк уже предлагал тем, кто интересуется данным кругом тем, задаться вопросом: каким был бы современный мир, не будь в нём социалистического Китая? В том числе: была бы возможной или нет в таком мире российская СВО как квинтэссенция противостояния иностранной интервенции, организовавшей, как и сто лет назад, гражданскую войну на одной из окраин Империи.

Кстати, и у коалиционно-блоковой стратегии, воплощённой в американской «политике альянсов», имеются примеры гораздо более надёжные, современные и (надо же!) оппозиционные КПК и КНР, нежели исторические смутные времена более чем двухтысячелетней давности. С этой точки зрения Юй опять-таки прикрывает Запад и, используя излюбленный приём тамошних пропагандистов, переваливает вину и ответственность с больной головы на здоровую. И нимало не озабочивается при этом весьма сомнительной «убедительностью» притянутых им за уши «аргументов».

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/142081.html

24.11.2024 Россия, КНДР и Китай предостерегают Сеул от авантюр

Юн Сок Ёль. Мария Захарова. Иллюстрация: REX

Южная Корея на шпагате противоречия национальных интересов с игрой за «хозяина»

Поступило ещё одно убедительное доказательство, что южнокорейский марионеточный режим в своих действиях на украинском направлении руководствуется не национальными интересами даже в ущербном, прозападном их понимании, а прямыми указаниями из Вашингтона. Не далее, как 14 ноября южнокорейский президент Юн Сок Ёль, ярый противник КНДР и России, приведённый к власти в 2022 году вместо сторонника корейской интеграции Мун Чжэ Ина, выступил с провокационным заявлением на тему якобы присутствия на фронтах СВО военных Корейской народной армии (КНА).

«Если они не прекратят свою опасную военную авантюру, мы готовы принять соответствующие эффективные меры, включая усиление поддержки Украины, в сотрудничестве с нашими союзниками и единомышленниками», — заявил Юн. И добавил, что «отправка северокорейских военных представляет серьёзную угрозу безопасности Корейскому полуострову, Европе, а также всему миру», как и «передача Пхеньяну российских военных технологий и приобретение в КНДР знаний о современной войне».

Итак, Сеул озабочен, во-первых, гипотетическим северокорейским участием в конфликте, при этом его не волнует прямое вовлечение в него США и НАТО, он и сам в этот конфликт рвётся. Во-вторых, его беспокоит получение КНДР из России военных технологий, как будто их с Запада не получает киевский режим. Даже предварительный список проектов, уничтоженных на «Южмаше», показывает, что речь идёт в том числе о попытках воссоздать на Украине полноценную программу строительства стратегических ракетных носителей ядерного оружия. В-третьих, южнокорейские власти болезненно реагируют на возможность передачи КНА современного российского военного опыта. В связи с этим западные СМИ захлестнули опровергнутые российской стороной спекуляции на тему прибытия на СВО главного стратега КНА – заместителя начальника корейского Генштаба генерал-полковника Ким Ён Бока. На Западе и в Киеве даже бездоказательно утверждали, что он находился на командном пункте группировки «Север» в Марьино Рыльского района Курской области, подвергшемся ракетному удару британо-французскими Storm Shadow и американскими РСЗО HIMARS.

А теперь восстанавливаем хронологию событий, которых настолько много в последнее время, что они быстро забываются. Итак, 11 ноября в Париже прошла встреча лидеров Франции и Великобритании Эммануэля Макрона и Кира Стармера, на которой они условились вместе давить на уходящего президента США Джо Байдена в пользу разрешения бить по России ракетным дальнобоем западного производства. Через два дня и накануне заявления Юна, 13 ноября, к Байдену в Белый дом приехал Дональд Трамп, который не мог быть не в курсе происходящего, ибо как избранный президент получает всю президентскую информацию наравне с Байденом. И на следующий день, как раз 14 ноября, если верить уточнениям из Белого дома, решение по ракетам было принято. После этого Байден отправился по маршруту Перу – Бразилия (саммиты АТЭС и «двадцатки»), встретился в Лиме с председателем КНР Си Цзиньпином и во время полёта в Рио-де-Жанейро, те, кто на самом деле принимал решение об ударах, о нём объявили. Издевательски тем самым подчеркнув, что президент, которого возит борт №1, не у дел и не принимает решения, а их лишь озвучивает. Таким же образом, как и Байдена, кукловоды подставили и Юн Сок Ёля, поручив ему сделать упомянутое заявление именно 14 числа, в день принятия решения. Возможно, этого нельзя исключать, именно Юн этим самым и дал тем, «кто в теме», «сигнал», публичного подтверждения которого остальным пришлось ожидать ещё двое с половиной суток. Иначе говоря, есть центр принятия решений, а есть западные и примкнувшие к ним вроде южнокорейского президента или японского премьера политики, которые эти «сигналы» из центра ловят и делают свои заявления в порядке установленной им очерёдности. Ситуация с ударами не развивалась сама. Ее развивали шаг за шагом, как по часам, в соответствии с определённым сценарием. Или, если автор этих строк заблуждается, то придётся признать стихийность всех этих совпадений, которые, получается, сложились сами собой. Пусть читатель сам порассуждает, вероятно ли такое и если да, то насколько. Это первое.

Второе, что касается Южной Кореи. Вспомним, что такой же хронологией был наделён и октябрь, только вопрос, находившийся тогда в центре внимания, был иным – о «тех самых» «военных КНДР» в России. То ли в Хабаровском и Приморском краях, то ли на уральских полигонах, то ли в Курской области. Волну тогда погнал южнокорейский министр обороны Ким Ён Хён, а подхватили за ним, с лагом в три-пять дней, уже политики из США и НАТО. Включая главу Пентагона Ллойда Остина, пресс-секретаря ведомства Сабрину Сингх, говорящую голову СНБ Джона Кирби и генсека НАТО Марка Рютте. Затем мяч был возвращен в Сеул, где через неделю после своего министра Юн Сок Ёль созвал совещательный «хурал», который нужен ему был в качестве трибуны для подогревания «северокорейской» темы применительно к СВО. Волна была доведена до апогея к 26-27 октября. Все шло к выборам в США и, надо думать, предполагалось, что данная тема станет одним из первых заявлений вновь избранного президента Камалы Харрис. Но не случилось. Трамп победил настолько убедительно и без вариантов, что и подтасовки не помогли, его победу пришлось признавать, и процесс спекуляций на северокорейской теме взял паузу. Она продлилась где-то чуть больше недели, которая потребовалась для обновления сценария. По нему тему ударов по России всё-таки связали с «северокорейскими военными», как и пробалтывался ещё до выборов Байден. Получается, что Сеул с самого начала был частью этого проекта эскалации. С тем лишь уточнением, что победа Трампа сместила акценты этой эскалационной спецоперации с сугубо внешнеполитического поля в сторону смешения внешнего фактора с внутренним. При Харрис её кооптировали бы в президенты досрочно, через отставку Байдена, и на инаугурацию в январе она отправилась бы из Белого дома. Сейчас пришлось переигрывать план в том смысле, что действовать приходится не только против России, но ещё и против Трампа. Как утверждают некоторые украинские источники, общего кейса по Украине у глобалистов и Трампа не получается потому, что первые использовали Киев как прачечную для кармана собственного финансирования, в том числе предвыборного. Отправляли бандеровцам деньги, которые они, отмыв, через олигарха Пинчука вбрасывали в избирательные кампании демократов – от Хиллари Клинтон до Харрис. Трамп, по этим выкладкам, не сдаст Украину России, но заинтересован в том, чтобы разворошить муравейник, лишив демократов этой «малинной синекуры», поэтому его первейшая цель – устроить Киеву аудит который приведёт к смене власти, а в США - к целой череде сильнейших скандалов, которые на длительное время поставят крест на электоральных перспективах демократов. Демократы-глобалисты же в ответ провоцируют Россию и Трампа на контакты, чтобы потом обвинить последнего в сдаче национальных интересов США и не пустить к власти. Каким образом, правда, пока непонятно, но в условиях царства теневых центров это – дело техники. Так что вопрос в двухзвёнке «военные КНДР – ракеты по России» довернули с учётом «фактора Трампа» и запустили в работу, ударив по Брянской области и по Марьино в Курской. И – бах! – нарвались на ответный «Орешник».

Третье. Помимо нарисованной Западу «европейской» перспективы применения Россией новейших ударных систем, НАТО столкнулась ещё и с тем, что на «Южмаше», на месте которого, говорят, образовалась воронка, заполняемая грунтовыми водами, повторим, «гавкнул» целый ряд дорогостоящих ракетных проектов. Не только ВСУ, но и самой НАТО. Сейчас срочно созывают совещание в формате НАТО – Украина, назначенное на 26 число, на котором будут «чесать репу». Идут утечки, что Байден (то есть те, кто прикрываются его пока ещё президентским статусом) «близки к тому», чтобы повысить ставки в эскалации, передав Киеву ещё более дальнобойные американские ракеты JASSM, которые в одной, самой «крутой» модификации имеют дальность до 1 тыс. км, точнее – 980 км. Одновременно близкая к демократам New-York Times сливает дилемму выбора между Трампом и ЕС, перед которым оказалось британское руководство, которое явно хотят вывести из-под угрозы, нависшей над Европой.

Что касается JASSM, есть нюанс. Ракета – классом «воздух – земля», запускается с самолётов. Вряд ли успели под неё дооборудовать Су-24, которые используются под Storm Shadow и Scalp. Остаются F-16, переданные Киеву Нидерландами, которые, однако, по слухам, базируются в Польше и Румынии (называют ещё Миргород, но после нанесённого и по этому аэродрому удара в день атаки «Южмаша», это, как говорил красноармеец Сухов, «вряд ли»). То есть если ударят с сопредельных территорий, нет гарантий, что следующий «Орешник» туда же и не прилетит. Кроме того, 1 тыс. км, если до Москвы, это рубеж Хмельницкого; по расположенному там аэродрому Староконстантинов, как и Миргород, задействованному в видах на F-16, наши военные бьют практически ежедневно. Так что и JASSM из воздушного пространства Западной Украины решают им проблему дотянуться максимум на глубину российских областей первой приграничной линии.

Куда ни кинь – всюду у них клин. И, возвращаясь к южнокорейской теме, кое-кто на Западе, похоже, внимательно засмотрелся туда, чтобы включить в эскалацию свою дальневосточную периферию. Тут-то и вспомнили про марионетку Юн Сок Ёля, который внутри этой информационной диверсии с самого начала. Отсюда – и заявление от 14 ноября. Напомнил о себе по отмашке «хозяина». Натовскую «стыковку» Юга Кореи с Вашингтоном «скрепил» генсек Рютте, уверенный, что поддержка киевского режима «отвечает интересам как Европы, так и США, и Индо-Тихоокеанского региона, в частности Южной Кореи и Японии». Симптоматично, что все эти телодвижения отреагировал лидер КНДР Ким Чен Ын, что указывает на серьёзность ситуации:

Никогда ещё стороны конфликта на Корейском полуострове не были в настолько опасной и острой конфронтации, в ситуации, которая в любой миг может перерасти в самую разрушительную термоядерную войну.

Именно поэтому Россия сейчас, вспомнив о заявлении Юна десятидневной давности, устами заместителя главы МИД Андрея Руденко призвала Южную Корею воздержаться от «безрассудных шагов».

В Сеуле должны отдавать себе отчёт в том, что возможное использование южнокорейских вооружений для убийства российских граждан окончательно обрушит отношения между нашими странами. Разумеется, мы будем реагировать всеми способами, которые сочтём необходимыми. Едва ли это укрепит безопасность самой Республики Корея.

Руденко дополнили Дмитрий Песков, пресс-секретарь президента России Владимира Путина, и Анна Евстигнеева, зампостпреда в ООН. Не вызывает сомнения координация: в КНДР упор в предостережениях Сеулу делают на самом Корейском полуострове, а в России – на последствиях вооружения южнокорейским оружием киевского режима. Охвачен весть упомянутый нами в начале материала спектр озабоченностей Южной Кореи. Дано понять: во избежание их реализации не стоит идти в фарватере американцев, влезая в игру, в которой Сеулу точно нечего приобретать, а потерять можно очень многое. И самое главное: хватит спекуляций на тему «военных КНДР»; выборы в США прошли, завершились так, как завершились, принимать нужно их данность, а не витать в облаках иллюзий, подыгрывая откровенным неудачникам, что Байдену, что Владимиру Зеленскому, что Олафу Шольцу. О том, что при угрозе стабильности на Корейском полуострове не останется в стороне и Китай, уходящего американского президента в Лиме открытым текстом предупредил и Си Цзиньпин. Невооружённым глазом видно, что сложенный демократами США альянс с Европой и сателлитами в АТР трещит по швам, обнаруживая расхождение интересов будущей американской администрации с целым рядом аспектов внешней политики предшественника. Как НАТО много раз предупреждали, чтобы не искали приключений с дальними ударами, прежде чем отправили «Орешник», так теперь и Сеул ставится перед дилеммой: отсидеться в стороне или «рискнуть здоровьем» и, подобно ЕС, оказаться в жерновах между Россией и её традиционными геополитическими противниками - англосаксами. Мяч на стороне южнокорейцев, им и делать этот нелегкий выбор.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/142025.html

23.11.2024 Китай и Бразилия совместно продвигают нарратив многополярности

Иллюстрация: REX

К итогам государственного визита председателя КНР в Бразилию

За государственным визитом председателя КНР Си Цзиньпина в Бразилию, начавшимся вслед за саммитами АТЭС в Перу и «двадцатки» в самой Бразилии, в Рио-де-Жанейро, внимательно следили во всём мире, в том числе в России. Во-первых, Бразилия – единственная страна, представляющая Латинскую Америку в списке членов БРИКС (ещё две страны – Куба и Боливия – утверждены в качестве партнёров объединения). За пределами Евразии у БРИКС очевидный крен в сторону Африки, которая представлена тремя участниками и ещё тремя странами-партнёрами. Соответственно: ЮАР, Египет, Эфиопия и Алжир, Нигерия, Уганда. Во-вторых, представительница Бразилии – экс-президент Дилма Русефф из левого крыла политического спектра, к которому принадлежит и сам действующий президент Лула да Силва, возглавляет Новый банк развития (НБР) БРИКС. Бывшая и действующий президент – соратники. В свете той интенсивной дискуссии, которая развернулась вокруг судьбы глобальных институтов на саммитах БРИКС в Казани и «двадцатки» в Рио, НБР – очень важный институт. Особенно для нашей страны, которая связывает будущее не столько с реформой МВФ, Всемирного банка и пр., которая не даст нужных результатов ввиду засилья там представителей Запада, профанирующих все международные документы, принимаемые в духе многополярности, сколько с созданием параллельной системы институтов. Об этом глава МИД России Сергей Лавров подробно говорил в Рио, а президент Владимир Путин в Казани уделил несколько часов переговорам с г-жой Русефф (отец которой, кстати, являлся выходцем из Болгарии). В-третьих, не секрет, что в нашей стране не существует однозначного отношения к миротворческой инициативе Бразилии вместе с Китаем по урегулированию конфликта на Украине. Поддерживая её в принципе, тот же Лавров на пресс-конференции по итогам «двадцатки» уточнил, что имеются вопросы к кулуарному характеру организации группы «друзей мира», которую инициировали Пекин и Бразилиа. А также к участию в её организационном заседании Франции и Швейцарии - стран, которые Москва рассматривает по сути враждебными.

В Бразилиа, в президентском дворце Альворада, бразильский и китайский лидеры провели продолжительную двустороннюю встречу, которая плавно переросла в расширенные переговоры с участием делегаций.

Каковы же итоги визита Си Цзиньпина? Сначала о формальной стороне вопроса. Китай с 2009 года остаётся бессменным основным торговым партнёром Бразилии. В 2023 году объём торговли перевалил рекордные 157 млрд долларов. Подписано 37 межгосударственных и межправительственных соглашений в ряде отраслей, включая стратегические. Наблюдатели называют сельское хозяйство, торговлю и финансы, инвестиции, инфраструктуру, промышленность, энергетику. А также добычу сырья, науку и технологии, телекоммуникации, туризм, спорт, здравоохранение, образование и культуру.

Подписав соглашение о совместном строительстве сообщества единой судьбы двух стран, лидеры констатировали укрепление отношений. Уточнены и пролонгированы на следующие полвека планы стратегического сотрудничества. Называются основные сферы:

- устойчивое развитие, в том числе создание устойчивой инфраструктуры;
- энергетический переход, включая взаимодействие в развитии ВИЭ - возобновляемых источников энергии;
- цифровая экономика и искусственный интеллект;
- здравоохранение;
- аэрокосмическая область.

Теперь о том, чего добиться не получилось. И почему. Первое и главное. Бразилия так и не присоединилась к китайскому инфраструктурному проекту «Пояса и пути». Хотя это было в повестке ещё недавно, более того, продвигалось на фоне 50-летия установления дипломатических отношений - юбилея, к которому приурочивался визит. В ходе переговоров стороны отложили решение данного вопроса, заменив его паллиативным вариантом. Объявлено о «синергетическом» сопряжении «Пояса и пути» с «многоголовой» стратегией развития Бразилии. Она включает целый ряд элементов, основными среди которых выглядят программа «Новая промышленность» и План ускоренного экономического роста. Выделяют также проект экологического перехода.

Почему? Говорят о трёх причинах. Недоброжелатели спекулируют на сокращении в последние годы количества китайских проектов в Латинской Америке, которое осуществляется за счёт их роста в Африке. Такая асимметрия Бразилию якобы не устраивает. Есть вопросы и к промышленному сотрудничеству. Бразилиа, считают эксперты, настаивает на импорте из Китая технологий через инвестиции – строительство в стране китайских предприятий, а также на льготном открытии китайского рынка для производителей ряда образцов своей промышленной продукции. В частности, самолётов фирмы Embraer. Но всё это выглядит, во-первых, вторичным, а во-вторых, производным от главной, третьей причины, внешнеполитической – предстоящей смены власти в США. В свою очередь, здесь проглядываются как современная, так и историческая подоплёка.

Во-первых, бразильское уклонение от соглашения о присоединении к «Поясу и пути» окончательно оформилось только после победы Дональда Трампа. Не является секретом, что основным партнёром для действующих властей, представляющих бразильских левых, в США являются демократы. Если вспомнить недавнюю историю, то упомянутая Д. Русефф – преемница Л. да Силвы в его втором президентском сроке, не удержавшая власть под напором правых после пяти лет пребывания в ней. Ушла 2016 году в результате импичмента, уступив власть «переходному» вице-президенту Мишелю Темеру, который, в свою очередь, не участвуя в выборах 2018 года, «сдал» власть правому популисту Жаиру Болсонару. В этой ситуации возрастной Л. да Силва вернулся в политику, обыграв Болсонару на выборах 2022 года. Маленький штрих: Болсонару – последовательный даже не сторонник, а «обожатель» Трампа, который координировал с ним свою деятельность, не скрывал своего разочарования итогами выборов в США 2020 года, встретив появление Джо Байдена в Белом доме «в штыки». А после собственного поражения, как только узнал результаты голосования, сразу же отбыл во Флориду, к Трампу. Этот нюанс многое объясняет в поведении Л. да Силвы, в лексике которого сторонники Болсонару именуются «троглодитами» (в ходе их предвыборной борьбы в ход шли и не такие эпитеты). Следующие выборы – в 2026 году, и Л. да Силва, для которого этот срок третий, может баллотироваться и в четвёртый раз. Поначалу он было отказался, всё-таки 81 год в 2026 году, а затем не исключил нового участия в выборах. Наблюдателями это было расценено как косвенное признание дефицита потенциальных преемников в рядах левых сил. Понятно, что в нынешней ситуации обострять и без того напряжённые отношения с будущей властью в Вашингтоне для Л. да Силвы не имеет смысла, и так проблем на выборах будет достаточно. А обострение в случае вхождения в «Пояс и путь» ждать себя не заставило бы. Вспомним, как правые после ухода Д. Русефф заблокировали уже профинансированный Китаем крупнейший инфраструктурный проект строительства трансконтинентальной железнодорожной магистрали от перуанского побережья до бразильского. Ясно, что для Болсонару, которому в 2026 году будет «всего» 71 год, пример Трампа – вдохновляющий, чтобы ему последовать. Американский же «Дон Кихот» сделает всё, чтобы поддержать своего верного бразильского «Санчо Пансу». На наш взгляд, это главный и вполне объяснимый мотив для нынешнего лидера Бразилии воздержаться от такого демонстративного сближения с Китаем, как присоединение к «Поясу и пути». Нет сомнений, что если бы на выборах в США верх взяла Камала Харрис, подпись Л. да Силвы на этом документе Си Цзиньпину была бы уже обеспечена. И спекуляции, эксплуатирующие мифический «рост разногласий», к реальным разногласиям никакого отношения не имеют.

Оборотной стороной этой ситуации выглядит извечная конкуренция на континенте Бразилии с Аргентиной. Дело в том, что аргентинский президент Хавьер Милей – такой же правый популист и «обожатель» Трампа, как и Болсонару. Так что если Л. да Силва решительно двинулся бы в сторону Китая, это могло привести к тектоническим сдвигам – и не в пользу Бразилии – во всей Латинской Америке.

Во-вторых, в том, что касается украинского вопроса. Вопреки многим ожиданиям, он в ходе переговоров Си Цзиньпина и Л. да Силвы затрагивался лишь «по касательной». Бразильский лидер разделил формулировку, предложенную китайским, — о необходимости найти «политическое решение» проблемы, которую председатель Си охарактеризовал как «сложную», «не имеющую простых решений». Совместный план из шести пунктов, по поводу которого у нас в последнее время сломано много копий, был упомянут, но явно не на первом плане.

Почему? На наш взгляд, причин две, и имена их общеизвестны – Байден и Трамп. Предпринятая нынешним пока ещё хозяином Белого дома эскалация, вышедшая в настоящий момент на уровень вынужденного применения нашей стороной гиперзвуковой баллистики с разделяющимися боевыми блоками, максимально далеко отодвигает любую перспективу мирного урегулирования, и в Китае и Бразилии это хорошо понимается. Именно поэтому в дипломатических заявлениях того же Пекина звучит сейчас мотив не урегулирования, а недопущения дальнейшего обострения с перспективой сползания мира к ядерному конфликту. Что касается Трампа, то с его заявлениями на тему Украины ряд сил, особенно на Западе, и особенно в кругах европейских правых, связывают определённые надежды; верх берет представление о том, что ему надо «дать попробовать». Ни Пекин, ни Бразилиа препятствовать в этом не намерены. Но если «проба» вновь обернётся односторонним продавливанием западной точки зрения и подходов, китайско-бразильская инициатива может быть извлечена, адаптирована к последним веяниям и событиям, возвращена на свет Божий и противопоставлена сателлитам Вашингтона и Киева, не допустив их монополии на урегулирование, по крайней мере в информационной сфере.

Что в сухом остатке? Любые двусторонние контакты внутри международных объединений, в которых участвует и Россия, делают эти объединения, в данном случае БРИКС, сильнее и прочнее. Это аксиома, которая официальной Москвой очень хорошо понимается. В условиях противостояния коллективных Запада и Востока, углубляющегося вокруг Украины, а также судьбы существующих глобальных институтов и нарождающейся им альтернативы, такие контакты автоматически продвигают важнейший для нас нарратив многополярности. И этим, как представляется, сказано всё.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/141979.html

22.11.2024 Удар по Днепропетровску оставляет Трампу шанс на «перезагрузку» Запада. Воспользуется ли?

Иллюстрация: REX

Вслед за полем боя Россия перехватывает стратегическую инициативу и у «глубинного государства»

Несколько соображений о вчерашнем беспрецедентном событии, меняющем обстановку не только «на земле», но и в высоких военных и политических штабах.

Первое. Почему возникли разночтения, что это за ракета? И почему поначалу все решили (включая автора этих строк), что это МБР – межконтинентальная баллистическая? Потому, что ракет средней дальности (РСД) с разделяющимися головными частями (РГЧ) не только у нас, но и ни у кого в мире не было. С РГЧ – только стратегические ракеты. А поскольку автономных боевых блоков, как видно на разошедшемся в Сети видео, — шесть, то стали сразу же говорить о новой ракете «Рубеж» именно с шестью боевыми блоками. Позабыли, правда, что шесть блоков и у «Стилета». А у «Воеводы» (она же, по версии НАТО, «Сатана») – десять, но всё снаряжать не обязательно. Тем более, что там ещё множество отвлекающих «болванок» летит, создающих помехи и дезориентирующих систему ПРО.

Другой момент - гиперзвук. Ставший знаменитым «Кинжал» - моноблок воздушного базирования; с наземным базированием гиперзвуковой баллистики тоже ещё не было. В заблуждение были введены даже специалисты. Всё прояснилось только, когда выступил президент – Верховный главнокомандующий Владимир Путин и всё разъяснил. Правда, один нюанс. В НАТО и в Киеве знали, что применяется именно баллистический комплекс, США были оповещены в автоматическом режиме по системе снижения ядерной опасности за полчаса до старта. И в свою очередь передали информацию сателлитам по НАТО и в украинскую столицу. Однако не сообщается, были ли переданы самой американской стороне уточняющие данные по конкретному типу ракеты, учитывая, что по оценкам специалистов, «Орешник» - это новый образец вооружений, разработанный буквально с нуля за два года с небольшим. То есть работа над ними стартовала с началом СВО, и следовательно российское руководство уже тогда имело чёткое представление о том, что будет или может происходить далее в рамках военных действий.

Ну, и удару «Орешником» предшествовали «Кинжалы», уничтожившие установки ПВО. Не только в Днепропетровске, но и ещё на двух аэродромах, в том числе выбранном для базирования F-16 (кстати, вы о них, читатель, что-нибудь слышали с момента поставки, кроме уничтожения уже от одной до пяти машин, причём, в воздухе – единственной?). В числе целей, ликвидированных ещё перед ударом по «Южмашу», говорят, ЗРК Patriot, прикрывавший как раз пункт базирования F-16.

Второе. Договор о ликвидации ракет средней (от 1 тыс. до 5,5 тыс. км – В.П.) и меньшей (от 500 км до 1 тыс. км – В.П.) дальности, подписанный в 1987 году в Вашингтоне и вступивший в силу с июня 1988 года, прекратил существование в 2019 году. Тогда 1 февраля президент Дональд Трамп объявил о начале процедуры выхода США из этого договора, под предлогом американских обвинений в адрес России, как выяснилось, несостоятельных, в нарушении договора путём разработки ракеты дальностью якобы более 500 км. Претензии предъявлялись ещё в президентство Барака Обамы, но реализовал их Трамп, что подтверждает существование в США так называемого «двухпартийного консенсуса», под который шифруется централизованное управление стратегией из единого центра, контролирующего обе ведущие партии. Это уточнение – чтобы без иллюзий сейчас, когда Трамп возвращается. (Как избранному президенту, ему сейчас в полной мере, наравне с Джо Байденом, поступают все документы, включая доклады разведки и спецслужб, поэтому разговоры о «неожиданности» для него разрешения на удары по России – «в пользу бедных»).

Таким образом, не ударяясь в исторические детали, отметим, что у России имелось полное право разрабатывать любые РСД; систему контроля и ограничений развалили не мы. Нам пришлось на это реагировать, обеспечивая собственную безопасность. Президент в своём обращении подчеркнул, что пуск «Орешника» по Днепропетровску – испытательный, испытание завершилось успешно, и впредь такие испытания будут проводиться всякий раз, когда ВСУ станут наносить удары вглубь российской территории западным ракетным вооружением. Но украинское население будет предупреждаться о месте удара, чтобы его заблаговременно покинуть. Поскольку противостоять «Орешнику» никакая система ПВО не может, распространение информации об ударе никак не повлияет на его эффективность.

Третье. Президент, подчеркнувший, во-первых, что с началом применения западных ракет по России конфликт перешёл из категории локального в категорию глобального (то есть мировой войны), а во-вторых, что комплекс (пока) был применён в неядерном снаряжении, ни словом не обмолвился о том, будет ли предупреждаться о наших испытательных ударах население тех стран НАТО, которые своими совместными действиями с Киевом подпадают под обновлённую российскую ядерную доктрину. То есть мяч вместе с пищей для размышлений находится на западной половине поля. Кстати, уточняющий штрих от одного из украинских Telegram-каналов:

…Зеленский хочет продолжить ракетные удары по территории России, но ожидает согласование новых целей с Пентагоном. Выбор цели и наведение происходит в режиме реального времени, через систему спутников НАТО, вот почему Украина самостоятельно не в состоянии продолжить удары.

А вот другой, вчерашний штрих от другого такого канала, характеризующий тот же самый ракетный эпизод:

Наш источник сообщает, что в Офисе президента сегодня проходили консультации с представителями западных партнёров по вопросу продолжать ли наносить удары вглубь территории России. Решения днём не было принято. Решили провести ещё консультации, в том числе из-за того, что публичный ответ Путин дал поздним вечером. По нашим данным, скорее всего сейчас будет пауза. Сейчас Зеленский публично обратился к западным странам с требованием надавить на РФ, осудить Кремль, косвенно намекал ужесточить санкции, дать Украине ещё денег и оружия, но ответа пока не последовало от «партнёров».

Запад понять можно: он оказался в цугцванге. Отползти, отменив решение по ударам – потерять лицо. Продолжить эскалацию – она неизбежно подведёт к порогу полноценного, а не «в элементах», глобального конфликта. Но вот входить в его положение нельзя. Понятно, что простого решения нет. Однако Запад предупреждали, и в дилемму этой ловушки между утратой гегемонии и риском физического уничтожения он угодил сам. Причём, даже не угодил, а целенаправленно в эту ловушку заползал, в расчёте на то, что Россия даст слабину. Запад просто ещё не встречался с ситуацией, когда слабины не будет, ибо привык принимать за такую слабину любую добрую волю, которая, по его мнению, является сигналом, что оппонент «спасовал», и его можно «дожимать». «Вместе» - это не в логике Запада, в этой логике есть место только «или – или».

Четвёртое. Есть ли у Запада выход из этой ситуации без потери лица? Да, есть; эту возможность ему создают итоги выборов в США, позволяющие Трампу сделать вид, что его собственные ошибки с ДРСМД, а также нынешнее визирование им эскалации - целиком и полностью вина Байдена. И что сам он готов к «перезагрузке». На самом деле это не так. Повторим, процедура передачи власти в США организована таким образом, что действительные «сюрпризы» от старого президента новому – из области фантастики. Просто Трампу, который рассчитывал свой «чистый лист», с которого он начнёт, в одних параметрах, придётся существенно умерить аппетиты и пыл, ибо изначальные переговорные позиции у него будут иные, существенно худшие, чем предполагалось. Ничего не поделаешь: реальность быстро меняется, и к ней приходится либо адаптироваться, либо её ломать. И этот выбор Трамп уже будет делать сам, без оглядки на пенсионера Байдена.

На самом деле всплывают факты, что если кто мог и не знать, то это сам Байден. По ряду утечек, в момент объявления разрешения на удары, он находился в самолёте. Двигался в Рио-де-Жанейро, на саммит «двадцатки», из Лимы, с саммита АТЭС. В Лиме он встретился с китайским лидером Си Цзиньпином и ни словом не обмолвился об этом решении. По прилёте же в Рио, атакованный журналистами с вопросами об ударах, не нашёл ничего лучшего, чем убежать от них в джунгли – эпическая картинка, обошедшая практически все мировые СМИ. Если эти факты сопоставить, то складывается предположение, что центр принятия решений в США, который и раньше находился отнюдь не в Белом доме – там им лишь придавали видимость легитимности, уже открыто ушёл в «автономное плавание» от официальной политической власти. Иначе говоря, открытым остаётся вопрос, заострённый именно в эти дни. Кто на самом деле принимал решение о ракетах, если лидеры Великобритании и Франции собрались в Париже, объявив, что будут продавливать Байдена, Байден повстречался с Трампом, после этого улетел в Латинскую Америку, где не сам, а за него это решение объявили в момент его воздушной изоляции. И при этом уточнили, что оно три дня, как уже принято.

Почему этот вопрос так важен? Потому, что реальный разговор может быть только с теми, кто решение принимал. Если это не Байден, то и не Трамп тоже. А значит, оказавшись, наконец, в Белом доме и приступив к переговорам, Трамп будет не формировать собственные установки, а получать их в готовом виде со стороны. Понятно, что теперь, после всего произошедшего в эти дни, условием любых переговоров с Западом должна быть деэскалация с возвращением конфликта в статус локального. Ибо глобальный конфликт ведётся не с Киевом, а уже официально с Западом. То есть Трампу придётся отзывать решение по ракетам. Или опровергать, что оно вообще было, сваливая всё на байденовских исполнителей, а также на Зеленского. Один из них – уходящий советник по национальной безопасности Джейк Салливан - как раз в эти дни засветился заявлением, что у Украины есть всё необходимое для ведения военных действий, кроме одного: необходимого количества живой силы в окопах. И это вопрос к Киеву, а не к Западу.

И если Трамп в этом вопросе находится в зависимости от чьей-то воли, то получит ли он разрешение вести разговор по существу, а не так, как он вёл его в 2018 году с лидером КНДР Ким Чен Ыном? Требовал «денуклеаризации», не давая в ответ гарантий (не был уполномочен?), после чего Ким был вынужден диалог прервать. В нашем же случае, надо полагать, Путин будет вообще разговаривать только с тем, кто уполномочен принимать решения, а не разводить демагогию вокруг того, почему они не принимаются. И если с американской стороны не будет превентивных гарантий полномочности Трампа как переговорщика, то зачем вообще встречаться? Для пиар-картинки, в которую превращается как вся западная внешняя политика, так и военные действия, как их ведут ВСУ?

Если читатель ждёт от автора этих строк ответов на поставленные им вопросы, то вынужден разочаровать. Ответа нет. В этом уравнении, которое с переходом на глобальный уровень трансформировалось в нечто, где неизвестных величин больше, чем заданных, очень многое с западной стороны уходит под ковёр совершенно непрозрачных процессов и решений. Всё зависит от того, какой конечный результат имеют в виду игроки, которые ввергли мир в эту «шахматную партию». А также от их адекватности и способности внести в этот ожидаемый результат коррективы, соответствующие реальной ситуации, которая, похоже, до прихода Трампа в Белый дом ещё не раз изменится. И у России сейчас есть всё необходимое, чтобы, перехватив инициативу, эти коррективы смодерировать.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/141932.html

21.11.2024 Вашингтон «сорвался» на предостережение Пекина по Корейскому полуострову

Третья мировая война. Иллюстрация: REX

В США и НАТО планируют отвлечь Россию в АТР?

Смена власти в ядерной державе – всегда передача «пульта управления» стратегическими ядерными силами (СЯС) – пресловутого «ядерного чемоданчика» - от уходящего лидера новому. Через этот период в настоящее время проходят США, и в связи с этим контр-адмирал Томас Бьюкенен, представитель STRATCOM - Стратегического командования вооружённых сил – выступил в вашингтонском Центре стратегических и международных исследований (CSIS). Констатировав, что американские СЯС находятся в штатном режиме боевой готовности и готовы к передачи власти Дональду Трампу, а также напомнив, что США собираются поддерживать диалог с другими [недружественными Вашингтону] ядерными государствами – Россией, Китаем и Северной Кореей, адмирал пустился в разглагольствования вокруг да около ядерной темы. В том числе сболтнул лишнего с точки зрения политкорректности и соблюдения режима секретности:

США допускают такой обмен ядерными ударами, при котором Вашингтон сохранит часть своего арсенала для дальнейшего сдерживания потенциальных противников.

То есть, с одной стороны, налицо прогресс в американском мировосприятии: КНДР признаётся ядерной державой, пусть не де-юре, но де-факто. (К слову, статусы «ядерной пятёрки» постоянных членов Совбеза ООН узаконены перечислением этих стран в договоре 1958 года ДНЯО – о нераспространении ядерного оружия; Пхеньян с 2003 г. не является участником ДНЯО, а первое испытание провёл в 2006 г.; ядерный статус страны подтверждён конституцией и законодательством).

С другой стороны, заявление Бьюкенена вызвало в мире неоднозначную реакцию. Оно и понятно. Во-первых, рассуждать об обмене ядерными ударами в условиях, когда мир завис на пороге Карибского кризиса 2.0 – это уже провоцировать эскалацию напряжённости. Для доведения до потенциального противника информации о своих намерениях или действиях не обязательно чревовещать с трибуны; есть закрытые линии и каналы связи, как дипломатические и военные, так и спецслужб. Во-вторых, в обмене всегда есть сторона-инициатор, агрессор, на действия которой противник отвечает. Для этого и существуют режимы ответного и ответно-встречного удара; в первом случае ответ наносится после фиксации удара по своей территории; во втором он носит превентивный характер встречной реакции на зафиксированный старт ракет, принадлежащих к СЯС, с противоположной стороны. Подлётное время – до 25 минут, нужно успеть зафиксировать, подтвердить, принять решение, отдать команды на ответный пуск и его осуществить (в этом случае свои ядерные силы выводятся из-под наносимого противником удара, ибо позиционные районы и объекты СЯС всегда служат первой целью, чтобы противника обезоружить). Для этого в России и США существуют СПРН – системы предупреждения о ракетном нападении. Что до третьей страны, обладающей полной триадой СЯС с наземной, морской и воздушной компонентой, — Китая, то президент России Владимир Путин как-то упомянул о российской помощи в создании такой системы. Однако после этого никаких утечек на данную тему не отмечалось.

В-третьих, Бьюкенен – не то, чтобы разболтал, это известно и так, но акцентировал внимание на планах боевого применения СЯС. Если уточнить его слова, то в открытой печати редко, но встречались подробности, что в первом, «обезоруживающем» ударе обычно используются лишь до 60% имеющихся СЯС, а остальные приберегаются на последующие обмены. Провокационность этого упоминания адмиралом STRATCOM не в том, что он об этом напомнил, а в признании таким образом, что сегодня, на фоне военно-политического обострения, эти планы извлекаются из сейфов и уточняются. И что ядерная эскалация приобретает не спонтанный характер, а рассматривается определённым этапом, который целенаправленно достигается набором действий. Понимание этого ставит Россию и Китай как стороны, противостоящие США, в ситуацию, при которой порог ядерных рисков существенно снижается; ибо неизвестно, ограничены те или иные провокационные действия американской стороны соображениями тактической выгоды, или они являются ступенями продуманного нагнетания напряжённости до ядерного уровня. Допускать ядерный обмен – это значит, его планировать, и многое говорит в пользу того, что наружу просто выплеснулись планы Пентагона. А если учесть, что единственными ТВД, на которых речь может идти о непосредственном ядерном планировании уже сейчас, являются Украина и Корейский полуостров, и что политика США на этих направлениях носит подчеркнуто провокационный характер, то Бьюкенен, получается, рассказал о ближайших планах США. Вспомним недавний порыв откровения голландского адмирала Роба Бауэра, главы Военного комитета НАТО, посетовавшего на российское ядерное оружие, без которого «мы этих русских с Украины бы вышвырнули». Сорвать эти планы, конечно, может многое, особенно в политическом смысле. Но если брать военную сторону вопроса, то мешает только одно: такой разворот военно-политической обстановки, при котором ядерное применение не решит проблем, возникших на поле боя, но взвинтит её до порога всеобщего ядерного взаимоуничтожения. То есть потенциальные приобретения по своим масштабам должны быть несопоставимы с рисками. А это и есть формула сдерживания холодной войны, о недопустимости которой постоянно говорят в Москве и Пекине, но всячески профанируют в Вашингтоне. Слова произносят правильные, как и в этом случае – ядерной войны не должно произойти, но делают всё ровным счётом наоборот.

Безусловной частью этой системы рисков служит многое. И «утечки» в западных СМИ о планах Трампа втихаря передать Киеву ядерное оружие. И заверения Владимира Зеленского в способности за месяц создать атомную бомбу, впрочем, по мнению Путина, неподтверждённые. А может, всё это «дымовая завеса» операции прикрытия, осуществляемой по отношению к уже совершённым действиям. О готовности британской стороны передать Киеву одну или несколько тактических ядерных боеголовок речь шла ещё полтора года назад. С тех пор как минимум дважды – в прошлом году, после российского удара по арсеналу в районе Хмельницкого, и совсем недавно в Одессе, на разгромленных объектах сильно «фонило». В первом случае противоположная сторона «отбодалась» вбросом об урановых наконечниках для снарядов (хотя незадолго до этого – сами забыли – опровергали их нахождение в Хмельницком; хранятся-де под Львовом и охраняются британскими, а не украинскими военными). Во втором случае с Одессой вообще гробовая тишина. Почему стрелки перевели на англичан? У американцев нет другого ТЯО, кроме свободно падающих авиабомб B-61B различных модификаций с разной мощностью; потому-то и столько шума вокруг F-16, что в некоторых вариантах он приспособлен для несения таких бомб. Так что передать-то можно, а вот доставлять нечем; нужно то, что можно посадить на ракету.

Жёстче всего на заявление Бьюкенена отреагировали в Пекине. Оно и понятно. Мы в России напротив НАТО стоим на поле боя, нам что-то заявлять – это давать повод прояснить наши намерения. Между строк любого публичного заявления можно извлечь больше информации, чем из иного документа с грифом секретности. Вот лишь некоторые выдержки из заявления официального представителя МИД Китая Линь Цзяня:

Вашингтон повысил роль ядерного оружия в политике национальной безопасности. …США усилили военную конфронтацию и обострили ядерные риски. [Они] продолжают модернизировать свою ядерную триаду, повышать роль ядерного оружия в политике обеспечения национальной безопасности, укреплять, совместно использовать и расширять механизмы сдерживания со своими союзниками.

Американцам китайский дипломат порекомендовал добросовестно выполнять обязательства по ядерному разоружению, сокращая ядерный арсенал, а также прилагать усилия для снижения стратегических рисков и поддержания мира и стабильности в регионе.

Почему Китай с такой серьёзностью воспринял заявление контр-адмирала Бьюкенена? Потому, что оно провокационное именно к Китаю, которому и адресовано. 16 ноября в Лиме, на полях 31-го саммита АТЭС, прошла встреча председателя КНР Си Цзиньпина с «хромым» президентом США Джо Байденом. Обратив внимание собеседника на несовместимость поддержки тайваньского сепаратизма с нормальными отношениями с Китаем, лидер КНР в императивном тоне высказался всё-таки не по островному, а по корейскому вопросу. Дословно:

Китай не допустит возникновения конфликта и беспорядков на Корейском полуострове, и не будет сидеть, сложа руки, если его стратегическая безопасность и ключевые интересы окажутся под угрозой.

Приравняв конфликт к беспорядкам, Си Цзиньпин прямо указал на попытки США южнокорейскими руками расшатать стабильность в КНДР, а также включил Пхеньян в сферу стратегической безопасности Китая. Термин «ключевые интересы» - тоже не импровизация, а институциональная формулировка, чётко указывающая на проведённые председателем КНР красные линии. Поскольку ранее Китай неоднократно заявлял, что вопреки утверждениям Запада и властей Сеула, не имеет подтверждений присутствию военных КНДР в России, в зоне СВО, следовательно, «ключевой интерес» связан с защитой Севера от нападения с Юга. Поясним. В последнее время в экспертном сообществе много раз указывали, что вопреки ожиданиям конфликта в Тайваньском проливе, США могут его развязать не там, а на Корейском полуострове. Мотивация: Тайвань – это прямое столкновение США с Китаем, к чему Вашингтон не готов и, к тому же, привык воевать чужими руками, как на Украине. В данном случае руками южнокорейцев, с которыми у США существует ядерное соглашение, действующее в рамках компетенции совместной рабочей группы ядерного планирования. То есть в Пекине полностью отдают себе отчёт в том, что новая корейская война с вероятностью в 90% быстро эскалирует на ядерный уровень, тем более у Пхеньяна имеются взаимные оборонные обязательства как с Китаем, так и с Россией. И выполнять их мы будем вместе, чтобы у американского руководства, нового, старого ли, не было на этот счёт никаких иллюзий.

Самое главное: заявление Бьюкенена скорее всего восприняли в Пекине – это наша версия – именно как официальный вашингтонский ответ на сказанное Байдену четырьмя днями ранее Си Цзиньпином. То есть как ядерную угрозу с намёком на американские ядерные преимущества. Какие? Во-первых, по данным Стокгольмского международного института исследования проблем мира (SIPRI), ядерный арсенал США в шесть раз превосходит китайский, и даже если принять во внимание новые данные Пентагона (эти на 2023 г.), опровергнутые китайской стороной, то разрыв никак не менее пяти с половиной раз. Во-вторых, всего лишь 168 из 318 китайских ракет класса DF (наземного базирования) имеют дальность, позволяющую им достигать континентальной части США; остальные направлены на элементы американского военного потенциала в островной зоне АТР, где расположены множество американских военных баз. То есть это прежде всего оборонительное оружие. В-третьих, наращивание китайского ядерного потенциала, которым американские think tanks, а с их подачи – СМИ пугают американского обывателя, тоже почти целиком идёт в сегменте РСД – ракет средней дальности – до 5,5 тыс. км. Это опять-таки для обороны собственного побережья, а отнюдь не для первого удара по США, который китайской военной доктриной вообще не допускается. Ядерное оружие в КНР квалифицируется как средство не боевого применения, а исключительно сдерживания возможной внешней агрессии. В-третьих, в разговоре на ядерную тему с Россией Вашингтон и близко ничем подобным не располагает. Паритет, помноженный на наши очевидные ядерные преимущества на европейском ТВД, очень хорошо остужает натовский пыл. Что же касается США, то по выкладкам военных экономистов, для нанесения аналогичного ущерба нашей стране американские СЯС должны напрячься в три – пять раз сильнее наших: сказывается фактор размеров территории, концентрации/рассредоточения на ней потенциальных целей и их приграничной (приморской) досягаемости. Плюс уровень модернизации триады у нас минимум на треть выше американского, а в арсеналах имеются такие типы стратегических вооружений, которыми в США и не пахнет («Авангард» и в недалёкой перспективе – «Сармат» и «Буревестник»).

Что в сухом остатке? Своим нашумевшим заявлением контр-адмирал Бьюкенен, учитывая его принадлежность к STRATCOM, передал Пекину ответ Вашингтона на предостережения, заявленные китайским лидером американскому уходящему президенту на переговорах в Лиме. Это не что иное как ядерный ультиматум, реализация которого, учитывая особенности и традиции формирования американской стратегии, создаёт Китаю широкий спектр угроз на всех направлениях, указанных Си Цзиньпином – в Тайваньском проливе, в Южно-Китайском море, но прежде всего на Корейском полуострове, который, как теперь понятно, «расчехлившийся» Вашингтон рассматривает приоритетным ТВД, с помощью которого планирует поджечь весь регион. Потому-то адмирал и упомянул КНДР. То, что в этом огне с высокой степенью вероятности сгорят американские сателлиты – Южная Корея, Япония, а возможно и Филиппины - «дядю Сэма» не волнует, как проблемы индейцев – шерифа. Думается, не только в Пекине, но и в Москве заявление адмирала принято к сведению, учитывая что ситуация на Корейском полуострове требует плотной и всё возрастающей российско-китайской координации. Причём, во всех сферах и отношениях.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/141872.html

20.11.2024 «Двадцатка» в тисках западных страстей по Украине

Украина. Закат. Фото: Мирослава Бердник

В глобальном треугольнике вскоре по-другому расставят акценты

Завершились два крупных мероприятия – 31-й саммит АТЭС в Перу и 19-й саммит «Группы двадцати» в Бразилии. Самим по себе события не то, чтобы малоинтересные, особенно для России, сколько проходные. Дежурная многостраничная декларация, принятая в Рио-де-Жанейро - одной из признанных столиц мирового глобализма, близко к тексту переписывается почти слово в слово из года в год. И лишь специалистам под силу отыскать нюансы, связанные не только с результатами, сколько с атмосферой саммитов. Например, глава МИД России Сергей Лавров, возглавлявший нашу делегацию, обратил внимание, что в отличие от прошлогоднего саммита в индийском Дели, не было попыток «украинизировать» декларацию, максимум, на что сподобился Запад, — попытался поставить данный вопрос впереди палестинского, но безуспешно. В целом выработана нейтральная формулировка, которая всех устраивает. Приведем её, чтобы не возвращаться к этому вопросу:

Пункт 9. Что непосредственно касается войны на Украине, то со ссылкой на состоявшиеся в Нью-Дели обсуждения мы подчеркиваем влияние человеческих страданий и дополнительных негативных последствий войны в отношении глобальной продовольственной и энергетической безопасности, цепочек поставок, макрофинансовой стабильности, инфляции и экономического роста. Мы приветствуем все относящиеся к делу и конструктивные инициативы, способствующие установлению всеобъемлющего, справедливого и прочного мира и отвечающие всем Целям и Принципам Устава ООН в интересах содействия мирным, дружественным и добрососедским отношениям между народами.

России главное, чтобы не содержалось обвинений в наш адрес, чтобы «за всё хорошее – против всего плохого», ибо будучи реалистом, нельзя не понимать, что любая детализация тех или иных событий и оценок обнаруживает разногласия, примирить которые невозможно. К одному моменту, правда, всё равно можно прицепиться: к упоминанию инфляции в ряду последствий войны; о том, что это не так, и что инфляция уходит корнями в усиленную работу печатных станков ФРС и ЕЦБ в период ковида, на Валдае подробно рассказывал российский президент Владимир Путин. Так что оснований вешать её на военные действия - никаких. Ну, да ладно, главное, что осуждения нет, а потому есть наша подпись.

Самое интересное в Рио-де-Жанейро, а также с «выносом» в Лиму, происходило на полях саммитов. По хронологии:

- 16 ноября, Лима: встреча лидеров Китая и США – председателя Си Цзиньпина и уходящего президента Джо Байдена;

- 18 ноября, Рио: встреча Си Цзиньпина с британским премьер-министром Киром Стармером;

- 18 ноября, Рио: встреча Лаврова, возглавляющего российскую делегацию, с главой МИД Китая Ван И;

- 19 ноября, Рио: встречи Си Цзиньпина – порознь, разумеется - с президентом Франции Эммануэлем Макроном и (возможно уходящим) канцлером Германии Олафом Шольцем.

Для нас вот это самое важное, и не забудем, что 17 ноября, поздно вечером по Москве и днём по Вашингтону было обнародовано разрешение Байдена Киеву бить дальнобойными ракетами западного производства вглубь российской территории. И уже 19 ноября, утром того дня, когда в Рио состоялась пресс-конференция Лаврова по итогам саммита «двадцатки», первый такой удар шестью ракетами был нанесён по Брянской области. Констатируем следующее.

Во-первых, Байден откровенно и беспардонно подставил китайского лидера, ибо когда проходили их переговоры в Лиме, хозяин Белого дома уже два дня как принял решение об ударах по России, но Си Цзиньпину об этом не сказал. Наоборот, сделал упор на том, чтобы конкуренция не перерастала в конфронтацию. И благосклонно воспринял заявление Си Цзиньпина о том, что Китай «прилагает все усилия для достижения мира и стремится к деэскалации». То есть делает противоположное тому, чем занят Байден, который к тому же это своё занятие от собеседника утаивает.

Показательно: в ходе встречи Лаврова и Ван И в официальных отчётах украинская тема вообще не фигурировала. Стороны сосредоточились на обсуждении путей реализации решений саммита БРИКС в Казани и предстоящем китайском председательстве в ШОС. А также на мероприятиях 80-й годовщины Великой Победы (в китайской версии – Мировой антифашистской войны), укреплении влияния Мирового большинства глобального Юга. (Ван И; Лавров).

Уже после известия о решении наносить удары, но до первых ударов по Брянской области официальный представитель МИД Китая Линь Цзянь призвал к деэскалации конфликта:

Китай поддерживает и поощряет все инициативы по урегулированию украинского кризиса и готов играть в мирных процессах конструктивную роль.

Ответом Вашингтона и Киева стала вторая подставка Китая, ибо удар по российскому региону – это как раз эскалация. И это недвусмысленный, можно сказать издевательский ответ попыткам мирного урегулирования со стороны Пекина. Тем более, что те же вопросы, что и с Байденом, Си Цзиньпин поднимал и на встрече с Макроном, происходившей уже после решения об ударах. В качестве вывода из этой хронологии необходимо отметить, что китайско-бразильская мирная инициатива, видимо, настолько засела «в печёнках» уходящей демократической администрации США, что она даже перестала сдерживаться, не соблюдая дипломатический такт.

Во-вторых, тот факт, что разрешение бить по России, а также первый удар по времени были подверстаны к саммитам АТЭС и «двадцатки», тоже не является случайным. Если подняться над ситуацией и посмотреть на неё сверху, то его целью было замутить на саммитах воду, ввергнуть участников с уже подготовленными переговорными позициями в состояние полной неопределённости, что именно сейчас будет происходить. При этом сам факт совпадения делает первых лиц нескольких десятков государств фактическими свидетелями, то есть заложниками стремительно обостряющейся военно-политической обстановки. Как ни парадоксально, в этом может быть и экономический подтекст, если учитывать, какое внимание было уделено вопросам реформирования институтов системы глобального управления, постановка которых крайне невыгодна Западу. Вот он и отвлёк внимание. Почему она невыгодна?

Си Цзиньпин (из статьи в бразильской газете Folha de S.Paulo):

Важно продвигать реформы МВФ, Всемирного банка и ВТО, а также расширить представительство и усилить голос глобального Юга.

Лавров на итоговой пресс-конференции (более развернуто и подробно):

Если возвращаться к экономической повестке, то главный вопрос… – реформа глобальных институтов. Большинство делегаций глобального Юга отмечали засилье западных игроков в этих структурах, которые не могут претендовать на свою исключительность, во-первых, по моральным соображениям, а, во-вторых, по соображениям современных реалий. [БРИКС] созрел до формирования самостоятельного инструментария, который не зависел бы от Запада. …Никто не хочет закрывать …Бреттон-Вудские институты, ВТО. Но учитывая большие проблемы, связанные с тем, что Запад, контролирующий их, злоупотребляет своими позициями, параллельное создание инструментария …имеет прямой смысл. В МВФ и Всемирном банке уже не один год страны глобального Юга …добиваются повышения их доли в распределении квот и голосов таким образом, чтобы они отражали их реальный вес в мировой экономике. ...Все наши прежние попытки …заканчивались безрезультатно, потому что Запад, подписавшись под этим справедливым тезисом, в практическом плане делает всё, чтобы он остался только на бумаге.

Любой ценой перевести стрелки с вопросов мировой экономики на Украину, обвинив Россию – вот кредо Запада на этих саммитах.

В-третьих, учитывая, что в результате решения Байдена и первых ударов по России блоком НАТО сделаны необратимые шаги по эскалации, снимающие актуальность любых миротворческих планов как устаревших, не отвечающих новой обстановке, Россия 19 ноября обнародовала новую «ядерную стратегию» (введённую президентским Указом №911). Совершённые украинским неонацистским режимом с подачи Запада действия уже подпадают под ряд её положений (ATACMS – баллистические ракеты, и они пересекли границу России). Именно поэтому и китайско-бразильская мирная инициатива, которую, как надеется Россия, всё-таки «будет принята во внимание», лишь выиграет от определённой коррекции. Какой именно? Об этом опять-таки рассказал Лавров:

Ожидаем, что эта группа [«друзей мира»] примет во внимание инициативу …Си Цзиньпина от февраля 2023 года, посвящённую глобальной безопасности… Это общий подход к любому конфликту. …В любом конфликте сначала необходимо искать первопричины и концентрироваться на их устранении. … Первопричинами украинского кризиса являются попытки подорвать интересы безопасности России путём втягивания Украины в НАТО и строительства инфраструктуры альянса на наших границах.

Это не все первопричины, назывались также государственный переворот февраля 2014 года, совершённый на Украине при фактической поддержке Запада, а также системные гонения бандеровского режима на русский язык, культуру, церковь и т.д., но по очерёдности расширение НАТО на первом месте. Маски сброшены, точки над «i» расставлены. Плюс пожелание Пекину и Бразилиа учесть принципы Устава ООН «во всей их полноте и взаимосвязи», то есть не только в части «территориальной целостности», но и основополагающих прав человека, включая право на самоопределение. Которое, напомним, в Уставе ООН стоит выше территориальной целостности.

«В противном случае это будет западная позиция», — резюмировал Лавров, указав также, что Россия «не считает, что для целей объединения глобального Юга необходимо содействовать миру на Украине».

Это, если угодно, возврат к прошлогоднему разговору президента Путина с африканской «миротворческой» делегацией, поставившей во главу угла не защиту национальных интересов, а продолжение беспрепятственного экспорта продовольствия. (Мы же здесь называем вещи своими именами, ну так и давайте называть). С российской точки зрения кризис на Украине, вызванный фактическим нападением НАТО на Россию – это один вопрос. А продовольственная безопасность Африки как фактор интеграции всего глобального Юга – важный, но другой. Прямой связи между этими вопросами нет. И Москва не готова и не будет потакать никаким интересам, если нарушаются её собственные, тем более коренные. Что касается Китая в этом вопросе, то здесь самое время вспомнить слова Ван И на недавней встрече с секретарём российского Совбеза Сергеем Шойгу в Пекине. Стороны, подчеркнул китайский министр, поддерживают ключевые интересы друг друга. Для России не пустить Киев в НАТО – такой же ключевой интерес, как для Китая – воссоединиться с Тайванем. Украина в НАТО для нас как «независимый» Тайвань для Китая, тем более, что за планами и того, и другого в полный рост торчат уши Вашингтона. Нас или сожрут поодиночке, или мы вместе – выживем и победим. Вот и посольство США в Киеве приостанавливает работу, рекомендуя соотечественникам делать с Украины ноги на все четыре стороны. Ведь «знает кошка, чьё мясо съела»! Поэтому нервы и не выдержали.

В-четвёртых. На всём этом фоне очень похоже, что вместо треугольника Россия – Китай – США формируется квадрат, в котором у США сразу две стороны, представленные уходящей и будущей администрациями. О том, что предстоит встреча Путина с избранным президентом США Дональдом Трампом, сообщает американский Bloomberg. Предвидим: сошлются на Washington Post. Она уже сообщала о телефонном звонке Трампа российскому лидеру. И что? И – ничего! Судя по динамике событий, как REX полагал, кто-то в разделённой и погрязшей во взаимной борьбе американской тусовке попросту слил эту информацию, не подлежавшую огласке, чтобы насолить Трампу. Поэтому когда пресс-секретарь российского лидера Дмитрий Песков реагирует на новость от Bloomberg заявлением о готовности Москвы к переговорам на украинскую тему, но категорически опровергает возможность «заморозки», инициативу которой СМИ приписывали Трампу, то это косвенное подтверждение того, что встреча действительно может состояться. Даже, поговаривают в кулуарах, в трёхстороннем формате с участием турецкого лидера Реджепа Тайипа Эрдогана. И на его территории.

Пройдет два месяца, которые, как подсказал Илон Маск, фактически второй человек в будущей администрации США, будут долгими, — и квадрат снова превратится в треугольник. С выправленным западным, точнее американским углом, ибо говорить при таком раскладе о едином Западе станет опрометчиво. В экспертной среде обращают внимание на тесные связи того же Маска с Китаем, где расположен ряд его ключевых производственных мощностей, создавать которые в шанхайском регионе ему помогал нынешний премьер Госсовета КНР Ли Цян. В бытность главой городского комитета КПК. Нынешнее, очередное «кидалово» партнёров, ставшее фирменным знаком отличия демократов, после их ухода от власти создаёт реальные возможности для выхода из мирового кризиса без мировой войны. Главное – нам не отступить со своей вершины этой жёсткой геометрической фигуры, отстояв свои интересы в глобальной конфигурации, которая без нас неминуемо деградирует до G2 – «мира на двоих». А потому наблюдателям имеет смысл ожидать в ближайшие дни очень крупных событий, которые многое поставят на место. И состоятся раньше гипотетической встречи, которой только и останется, что зафиксировать итоговый расклад «на земле». Думается, зря тот же Bloomberg, развивая тему, зубоскалит, что Байден своим решением дал-де Трампу козыри к разговору с российским лидером. Дуализм американской системы принятия решений в «переходный» период – штука обоюдоострая. И наиболее деструктивные шаги, чем дальше – тем надёжнее, в рамках этого нового расклада там могут быть заблокированы, не дожидаясь 21 января 2025 года.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/141828.html

19.11.2024 Президентский указ как пилюля от Карибского кризиса

Иллюстрация: REX

У западных лидеров мыслительный процесс отражается на физиономии

Семь страниц и 26 статей документа, отделяющего мир от ядерной катастрофы. С одной оговоркой: если всё это будет внимательно изучено, правильно понято и не возникнет искуса на «авось». В первых двух условиях сомневаться не приходится, квалификация читателей и аналитиков на уровне. В последнем же случае следует иметь в виду, что там имеются и дураки, и самоубийцы, и убеждённые отморозки. (На памяти - афоризм Александра Хейга, это генерал, первый госсекретарь в администрации Рональда Рейгана: «Есть вещи поважнее, чем мир»). Причём, имеются и дураки, и самоубийцы, и отморозки в количестве, достаточном для любой авантюры. Вопрос, доминируют ли они в центрах принятия решений здесь и сейчас, какой уровень влияния и ответственности у их более вменяемых оппонентов, которых там тоже немало? И как всё это у них работает в «переходном периоде», когда в аппарат администрации Белого дома уже допущены те, кто идёт на смену уходящим? Иначе говоря, какая из чашек весов – мир или война – перевесит?

В октябре 1962 года, когда мир в предыдущий раз завис «на грани», ситуацию вытащили не профессиональные дипломаты и тем более не военные. (Биографы Джона Кеннеди вспоминали, как в ответ на требование генералов нанести по СССР ядерный удар, президент посадил их на «пятую точку» вопросом, могут ли они гарантировать неуязвимость США в ответ, после чего в зале совещаний повисла тягостная тишина). Мир спасли неформальные посредники - родственники лидеров, пользовавшиеся их безграничным доверием. Алексей Аджубей, зять Н.С. Хрущева, и родной брат президента Роберт Кеннеди – министр юстиции и генпрокурор, но на переговорах он выступал не в этом качестве, тем более эти ведомства не имеют соответствующих полномочий, а именно как брат президента.

Идут ли сейчас контакты? Безусловно, как и то, что нам об этом не расскажут. И не надо – в политике много закрытости, и это «ненормально» только в глазах безбашенных сторонников «инклюзии». Звонок Олафа Шольца – это не контакт; ему после поражения демократов в США и развала – сразу же – собственной правящей коалиции, нечего ни сказать Москве, ни тем более предложить. Как и наш лидер Владимир Путин, уверены, не видит в «хромой» немецкой «утке» полномочного собеседника. Звонок Шольца был придуман Западом ещё в октябре, под победу Камалы Харрис, а когда её не случилось, он стал обычным самопиаром политического банкрота, хватающегося за предвыборную соломинку. А вот звонок Дональда Трампа, тридцать три раза опровергнутый всеми, кого об этом спрашивали, в принципе мог состояться. Просто «доброжелатели» (скажем, из ЦРУ) взяли и слили его в Washington Post. От досады, например: директор ведомства Билл Бернс при «президенте Харрис» номинировался в госсекретари, а так – почётная отставка. А в самой республиканской газете публикацию продавил, скажем, снюхавшийся с демократами предводитель республиканских неоконсерваторов Дик Чейни. Неоконы ведь – это идейная и организационная основа «знаменитого» двухпартийного консенсуса, и этот консенсус – антитрамповский. «Фейк» (?) о звонке пришёлся аккурат в «яблочко» - после заявления Путина на Валдае о готовности к разговору с Трампом и за несколько дней до его визита к Джо Байдену в Белый дом. Официально – обсуждали передачу власти. Что фактически – никто не знает, журналистов выкинули вон после первых же приветственных слов. И лишь 17 ноября (а встреча прошла 13 числа) мы узнаём, что решение об ударах по России три дня как принято, то есть датируется 14 ноября, следующим днём после разговора в Белом доме. День – на принятие «непростого» решения?

Напомним: в сентябре уже была попытка продавить дальнобойные удары. Для этого провели три американо-британских встречи – глав ЦРУ и MI-6 в Лондоне, госсекретаря и главы «Форин офиса» в Киеве, а также – кульминация! – лидеров Байдена и Кира Стармера в Вашингтоне. 15 сентября должно было стать «моментом истины». Не стало. По причине, раскрытой через несколько дней, 21 сентября, Скоттом Риттером – оппозиционным разведчиком, которого американские власти в июне не пустили в Россию на Петербургский экономический форум. Он-то всё и рассказал. О том как получив из своих спецслужб звонок с информацией о, по сути, ультиматуме из Москвы, Байден насмерть перепугался, вышел из себя, наорал на журналистов, попытавшись отнять у одного из них микрофон. А решение по ударам именно тогда и зависло.

Сейчас, когда оно всё-таки принято – с участием Трампа, вопреки его сопротивлению или с перехватом им политической, переговорной инициативы – то, о чём нам рассказал Риттер после сентябрьского эпизода – обрело плоть и кровь официального документа. Уже тогда Москвой было объявлено о назревшей коррекции или, скажем мягче, уточнении ядерной доктрины. Нет сомнений, что документ был подготовлен достаточно быстро, но его оформление президентским указом тормозили до обнародования своих решений Белым домом. Если бы от этих решений Байдена удалось удержать, Указ президента России от 19 ноября 2024 года №991 «Об утверждении Основ государственной политики РФ в области ядерного сдерживания» возможно ещё неопределённое время оставался бы в статусе проекта. А теперь всё. США сделали шаг к масштабной эскалации. Мы сделали ответный ход, о котором предупреждали. И теперь не нужно звонков, сигналов, «месседжей» и ультиматумов. Всё изложено на бумаге и скреплено президентской печатью.

О чём же там написано, если читать не абстрактно-отвлечённо, а через призму конкретных ситуаций, которые там описываются? Итак, ядерное применение – общий государственный план, в котором политика, экономика, дипломатия, информационная сфера совмещаются в единый комплекс с военными вопросами, включая ОПК (Ст. 3). Как учил выдающий военный теоретик Александр Свечин, стратегия – часть политики. В нормативной правовой базе впереди всего, включая международные обязательства, находится Конституция России. В отсылке же к международному праву легко угадывается приоритет Устава ООН над невесть откуда взявшимися «правилами», а в самом Уставе - принципа самоопределения над специфически понимаемой нашими оппонентами «территориальной целостностью» (Ст. 6).

Настоящие Основы могут уточняться в зависимости от внешних и внутренних факторов, влияющих на обеспечение обороны (Ст. 8).

Очень многослойное положение. Поправьте, если ошибаюсь, но читается так, что ядерная доктрина относится и к тем случаям, когда внешние силы пытаются оказать подрывное влияние на внутриполитическую обстановку. Мы разве не знаем, как это происходит? Коалиции, блоки, союзы – давайте своими именами – это эвфемизм НАТО, уже говорилось о том, что такой блок в мире остался в единственном числе. Что до тройственных альянсов, выросших за годы правления Байдена в АТР, то этот «феномен», надо понимать, рассматривается прецедентом глобализации НАТО, учитывая, что участники этих тихоокеанских альянсов давно уже превратились в завсегдатаев натовских тусовок и посиделок (Ст. 9).

Кто из новоиспечённых марионеток «дяди Сэма» ни попытался бы устроить пограничную провокацию, исподволь проверяя нашу готовность дать сдачи, виноватой окажется прежде всего американская сторона. Не хочешь «эксцессов», держи сателлитов под каблуком и не пытайся разыгрывать против нас их карту. «Крайним» всё равно сам будешь (С. 10, 11). Кстати это в полной мере относится к территориальным анклавам, вроде Калининградского региона (Ст. 11. П. ж). Ничего удивительного: блокада территории или акватории территориальных вод – casus belli и по международному праву. Объясните, пожалуйста, полякам, литовцам, да и своим планирующим «вундеркиндам», что если они доиграются и вынудят нас пробивать Сувалкский коридор, то за попытку этому помешать получат не только они сами, но и каждый, кто туда сунется. По списку.

Бряцать оружием - ядерным, химическим и биологическим или конвенциональным, ракетным – любым, баллистическим и крылатым, беспилотным, спутниковым или лазерным - безнаказанно больше не получится (Ст. 15. ПП. а, б, г). С масштабными учениями, типа весенних Steadfast Defender, — осторожнее надо, а то вдруг наша разведка придёт к выводу, что под их видом вы напасть собрались? (Там же. П. и). Принимать в НАТО новых членов, в том числе Украину с Молдавией, Грузией и Арменией – не надо. Тем более размещать у них ядерное оружие (Там же. ПП. д, е). Кстати, а что это у нас на днях так безбожно «фонило» в одесском порту после очередного нашего удара? Чего такое завезли, но нам известно стало? Никак «англичанка» грязную бомбу от щедрот душевных Киеву отстегнула?

Любые поползновения в отношении братской Белоруссии, названной персонально – сами понимаете, «товарищи» поляки. Три ваших раздела мёдом покажутся (Ст. 18). Но в союзниках у нас не только Минск, но и весь ОДКБ, а ещё Приднестровье, КНДР, Вьетнам, Иран скоро будет. Какие документы с Китаем имеются, и все ли они обнародованы – тоже вопрос. Так что не будите лиха, пока оно относительно тихо, тем более, что Евразия обнаружила удивительную склонность к интеграционным процессам, но строго внутри континента. Чужие – не ходят. Надоели.

Ну и ракеты баллистические – те же ATACMS, например. В указе ведь не написано, что речь идёт только о стратегических ракетах, о межконтинентальных баллистических - МБР. Либо о ПЛАРБ – баллистике атомных подводных лодок. Или вот F-16. Могут они ядерное оружие нести? Могут, об этом глава МИД России Сергей Лавров, если нам память не изменяет, года полтора назад предупреждал, когда эта бодяга вокруг американских самолётов только начиналась (С. 19). Причём термоядерные авиабомбы B-61B имеются в Нидерландах, на американской военной базе. И именно эта страна, делегировавшая своего премьера-ястреба в генсеки НАТО, первой отдала Киеву партию своих F-16, да с американским разрешением на ядерное применение. Отыгрывать назад вы официально будете или негласные запреты давать, чтобы в информационном поле слабину не показывать – нас не волнует. Главное в футболе (и не только) – счёт на табло. Думать надо было, когда разрешали.

Предупреждён – вооружён. В НАТО сейчас после этого российского указа, можно сказать, вооружены натурально до зубов. Самым главным – информацией к размышлению. В Карибский кризис ума хватило. А сейчас? Говорят, счастье заключается в способности радоваться тому, чем располагаешь и не искать приключений на свой «августейший бэкграунд».

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/141774.html

18.11.2024 Момент истины. Трамп согласился с ракетными ударами по России?

Иллюстрация: REX

«Я подводил к грани ядерного конфликта. Но даже не предполагал такого количества идиотов, готовых её переступить»

Джон Кеннеди, 35-й президент США

По информации, обнародованной рядом западных СМИ с подачи New-York Times (NYT), пока ещё президент США Джо Байден разрешил ВСУ бить вглубь России американскими ракетами ATACMS, якобы ограничив Киев пространством Курской области. Мотивация – известный фейк, никем не доказанный, о наличии на фронте там с российской стороны примерно 10-тысячной группировки Корейской народной армии (КНА) КНДР. Сообщается, что «просроченный» украинский диктатор Владимир Зеленский воспринял эту новость с энтузиазмом, типа «ракеты скажут за себя». Что за этим стоит, к чему ведёт, и какие существуют варианты?

Первое. Решение Байдена рассчитано на последовательную эскалацию конфликта. По ряду экспертных оценок, первые удары ограничатся Курской областью. Не случайно французская Le Monde сняла из вчерашней публикации о ракетах абзац, что разрешения на использование своих ракет якобы также дали Великобритания и Франция. Пока, стало быть, не дали. Смысл в том, что американские ракеты ATACMS бьют на 200-250 км ближе, чем европейские Storm Shadow и Scalp. Кроме того, ATACMS могут запускаться с земли, с установок HIMARS и MLRS, а европейские ракеты – только с самолётов. Их у ВСУ: менее десятка Су-24 (неизвестно, сколько из них переоборудовано) и F-16, которых осталось шесть, а по базовому аэродрому в Староконстантинове (Хмельницкая область) мы бьём практически ежедневно. Так что наземное базирование в приоритете. И Запад будет смотреть на две вещи: на эффективность ударов ВСУ для решения военных задач и на реакцию Москвы. Что касается военных задач, то исходить следует из попыток США сорвать установку российского Верховного главнокомандования на зачистку ВСУ в Курской области до инаугурации Дональда Трампа.

CNN

«Оружие в настоящее время предназначено в первую очередь для использования в Курске», — сказал американский чиновник. С учётом огромного сосредоточения там войск Россия пытается убрать Курск со стола как потенциальную разменную монету для украинцев на любых будущих мирных переговорах, чего США не хотят видеть. Идея состоит в том, чтобы помочь Украине удерживать Курск как можно дольше, сказал чиновник.

Отметим, что вопреки спекуляциям, что США будто бы «против курской авантюры» ВСУ, на самом деле они за неё; при планировании операции задачей-максимум рассматривался захват АЭС в Курчатове и заход в Курск с целью «размена территорий». Задача-минимум формулировалась как захват и удержание плацдарма, используемого для торга. Поскольку «максимум» провалился, разрешение бить ракетами означает попытку удержать «минимум». Вторая сторона этого решения – прощупывание ответа Москвы. Если, как считают в той же CNN, наша сторона не рискнёт на действия против стран НАТО, то география ударов будет расширена, плюс США снимут ограничения для НАТО на поставки Storm Shadow и Scalp. А сами поставят модификации ATACMS, дотягивающиеся до субъектов «второй линии» от госграницы – Воронеж, Липецк, Орел, Смоленск и т.д. Если пустят в ход Storm Shadow с дальностью до 560 км, то в радиус поражения попадает всё по линии Москва – Сталинград, включая несколько АЭС и других ядерных объектов (ранее публиковались утечки о намерении ВСУ бить по хранилищам ядерного оружия).

Второе. Активно распространяется «экспертное» мнение, что разрешением на удары Белый дом подставляет избранного президента Трампа. На самом деле ситуация намного сложнее. В СМИ сообщалось, что 13 ноября в резиденции президента США прошла встреча Байдена с Трампом; подробности не уточнялись, кроме того, что речь шла о процедуре передачи власти и (это важно!) о доступе чиновников будущей администрации к своим рабочим местам в переходный период. Последнее означает, что никаких кардинальных решений Байден без Трампа принять и, главное, выполнить не сможет. А значит, разрешение бить по России «дальнобоем» дано с участием Трампа. И Трамп как минимум против него не выступил, а скорее всего завизировал именно на той встрече, тем более, что та же NYT и другие СМИ, подхватившие вчера новость о ракетах, подчеркивали, что по инсайдерским данным, решение было принято за три дня до этого, то есть сразу после встречи в Белом доме.

Было ли это осмысленным решением Трампа или вынужденным – отдельный вопрос; аргументы есть в пользу как одного, так и другого варианта. С одной стороны, удары приведут к эскалации, которая надолго затормозит любые миротворческие инициативы Трампа. И ему придётся заняться не миром, а как максимум, деэскалацией с разгребанием последствий нынешнего обострения, которое в экспертной среде справедливо, на наш взгляд, ставят выше Карибского кризиса октября 1962 года. Существует точка зрения, что решение Байдена по ракетам имеет американскую внутриполитическую проекцию и связано с расследованием, которое Трамп обещает по вопросу о предвыборном финансировании демократической партии, от которого у неё остались долги, объёмом около 20 млрд долларов. Поскольку финансировали банки ФРС и «бигфарма» - фармацевтическое лобби, на которое у Трампа «зуб» ещё с пандемии, то ему предъявлен вариант сделки. Трамп отказывается от расследования, и тогда решение по ракетам спускается на тормозах. Однако сомнительно, чтобы Трамп поддался на этот шантаж, ибо «антиваксер» Роберт Кеннеди-младший уже по сути получил из его рук назначение министром здравоохранения.

С другой стороны, не исключено, что Трамп мог и согласиться с решением Байдена – кулуарно, без публичного признания в этом, под давлением шантажа на тему контактов с российским президентом Владимиром Путиным. Не случайно Washington Post (WP) распространяла информацию о якобы звонке Трампа Путину после выборов, которую опровергли и в Москве, и в окружении Трампа. Если, скажем, ЦРУ, которое контролируется демократами, подтвердит, что перехватила контакты Трампа с Москвой (как перед его первой инаугурацией, когда крайним за звонок в российское посольство сделали вынужденно уволенного из советников по национальной безопасности Майкла Флинна, только что назначенного), то возможен импичмент. Процедура которого отложит вступление Трампа в должность. Сам факт, что о якобы звонке Трампа Путину написала WP, близкая к республиканцам, говорит в пользу того, что удары – двухпартийный консенсус демократов с неоконсервативной частью республиканского истеблишмента, группирующейся вокруг Дика Чейни (который на выборах открыто поддержал Камалу Харрис).

Наконец, аргументом, который был в состоянии убедить Трампа не возражать, может оказаться позиция лобби ВПК, ведущие корпорации которого финансировали его предвыборную кампанию. Показателем может являться и реакция Киева. Украинские источники распространяют следующую информацию:

Трамп выступает против ракетных ударов по территории России, и его позицию уже передали Андрею Ермаку, на что глава ОП (офиса президента – В.П.) отреагировал скептично. На Банковой не собираются рефлексировать на позицию будущего президента США, считая её преждевременной и необъективной.

…Зеленский не хочет даже обсуждать форматы остановки войны по линии фронта, которую активно навязывает Трамп. На Банковой продолжат затяжную войну и готовы к полному блэкауту энергетической системы…

Зеленский настолько был перепуган победой Трампа и его кадровыми назначениями, что очень сомнительно, будто он готов игнорировать мнение будущей республиканской администрации. Если же это происходит, значит, по неофициальным каналам от окружения Трампа поступил сигнал, что он «не против». Почему? Британский The Economist, близкий к Ротшильдам, утверждает, что на Украине резко поменялось общественное мнение. Якобы около 68% выступают за проведение выборов даже в условиях военного положения. Поступают утечки, что выборы, на которых Зеленскому ничего не светит, могут пройти 25 мая, а в США начата работа по созданию вместо «Слуги народа» новой проамериканской партии. Трамп в этой ситуации вполне может предоставить Зеленскому «последний шанс». Или пан, а если нет – то пропал. Чтобы когда тот этим шансом не воспользуется, перехватить у демократов бразды управления украинским процессом, включая партийное строительство.

В любом случае показательно, что в ближайшем окружении Трампа никто не возмущается принятым решением Белого дома. Вот примеры от Илона Маска, которого называют «теневым премьером» новой администрации, которого до этого в США никогда не было, и от директора Трампа по связям с общественностью Стивена Чунга (соответственно):

Илон Маск …заявил, что Россия ответит зеркально на такие удары, а два месяца до инаугурации Трампа будут долгими.

[Чунг] не ответил на вопросы о том, получали ли Трамп или его будущие советники по национальной безопасности предварительное предупреждение от администрации Байдена о решении по ударам вглубь России. Он лишь заявил, что «Как сказал президент Трамп во время предвыборной кампании, он – единственный человек, который может объединить обе стороны для переговоров о мире».

Единственный, кто обрушился на решение Байдена – сын Трампа Дональд-младший. Но он не имеет формального отношения к будущей администрации.

Третье. Имеется чисто военное объяснение, помимо планов Запада помочь ВСУ удержать плацдарм в Курской области. Военкоры и другие информированные источники на протяжении большей части курского вторжения предупреждают, что основные резервы ВСУ (называются до 20 бригад, это в пределах 80 тыс. личного состава) по-прежнему находятся в российском приграничье; в боях на российской территории они не участвуют. Ряд военных экспертов видят в этом угрозу нового вторжения – в Брянскую область или даже в Белоруссию, чтобы через юго-восток республики выйти на российскую территорию в обход российско-украинской границы. В связи с этим обращает внимание вчерашнее упоминание Киевом о двух ракетах, которые во время массированного российского удара по военным объектам и энергетике Украины вышли якобы с территории Белоруссии; могут готовить предлог. Разумеется, рассчитывают, вполне возможно, на помощь «дальнобоя» в ударах по российским тылам и резервам.

Что в сухом остатке? Уже приходилось отмечать, что идёт очень большая игра, на кону которой новый миропорядок, который кое-кто планирует извлечь из итогов нынешнего Карибского кризиса 2.0, даже рискуя срывом в полномасштабную военную конфронтацию Запада с Россией. Понятно, что в ближайшие два месяца решится если не всё, то очень многое. Ряд западных военных экспертов оставляют «в игре» вариант, при котором, во-первых, Трамп позвонит Зеленскому и ограничит его в решениях. Но это скользкий и рискованный путь, на котором Трамп уже спотыкался, в том числе в упомянутой истории с Флинном, которого попросил передать российской стороне просьбу не отвечать на высылку Бараком Обамой наших дипломатов до его прихода к власти. Во-вторых, в СМИ встречались утечки о готовности Маска выключить над Курской областью и близлежащими российскими территориями систему Starlink. Но в какой мере это помешает ударам с технической точки зрения, не сообщается; у Пентагона имеется своя система спутниковой навигации.

Какими будут ответные действия России? Официально заявлено: СВО будет продолжена, а ракетные удары не поменяют ее ход, провальный для ВСУ. Додумывать мы не будем, Генштабу виднее. Можно лишь предположить, что при эскалации в дальности ударов с применением самолётов в качестве ракетных носителей, если будут зафиксированы их вылеты с аэродромов Румынии и Польши, то такие объекты военной инфраструктуры, включая территорию стран НАТО, становятся для нас законной целью. Со всеми вытекающими из этого последствиями, о которых ещё в сентябре предупреждал Путин:

…Страны НАТО обсуждают не разрешение Киеву наносить удары по Российской Федерации, а принятие решения о прямом участии альянса в военном конфликте. И если такое решение будет принято, Россия будет вынуждена действовать, исходя из создаваемых таким образом угроз.

Ни прибавить, ни убавить – нечего. Наступает момент истины.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/141733.html

17.11.2024 Сеул за Трампа «прыгает из окна». На большее не способен

Ким Чен Ын. Иллюстрация: REX

В Южной Корее признают, что на СВО нет никаких «войск КНДР»

Как же тяжело быть марионеткой, прогибаясь под разнообразные прихоти и превратности конъюнктуры у босса! Переобуваться в воздухе приходится с космической скоростью, на ходу изобретая аргументацию, призванную убедить окружающих в «прозорливой мудрости» очередного смешного поступка. А то подумают вдруг, что это проституция.

Победа Дональда Трампа на выборах вынуждает Южную Корею пересмотреть перспективу прямых поставок оружия на Украину, и это решение может оказать значительное влияние на ход конфликта. Рассматривая вопрос о смене курса и отправке летальной помощи Киеву, правительству президента Юн Сок Ёля теперь придётся учитывать позицию избранного президента США.

Об этом пишет американский Bloomberg, ссылаясь на некоего южнокорейского чиновника, решившего сохранить инкогнито ввиду «деликатности» вопроса.

Напомним хронологию вопроса. В октябре с подачи южнокорейского министра обороны Ким Ён Хёна пошёл раскручиваться фейк о «военнослужащих КНДР» на Украине. Сразу обратило внимание, что многочисленные подхватившие эту тему настаивают на ней как-то неуверенно. Говорят как по бумажке, а потом втихаря опровергают. Или наоборот, как должностные лица США и НАТО – глава Пентагона Ллойд Остин, спикер СНБ Джон Кирби, генсек альянса Марк Рютте и др. – сначала отрицают наличие такой информации, а потом, как по мановению волшебной палочки – бац, и им её приносят на блюдечке с голубой каёмочкой. И они начинают живописать, путаясь, правда, в показаниях. То солдаты КНДР уже на Украине. То не солдаты, оказывается, а офицерский спецназ в Курской области – то ли воюет уже, то ли тренируется. То они, по «уточнённым» данным, ещё на полигонах Приморья или Хабаровского края учатся «науке побеждать!». И т.д.

Вторым этапом «точку поставил» самолично Юн Сок Ёль, собравший через неделю после заявления своего военного министра совещание по обсуждению вопроса о северокорейских военных в России. Якобы они несут непосредственную угрозу безопасности Южной Кореи, поэтому Сеулу следует разблокировать поставки для ВСУ летальных вооружений. А упомянутый Ким Ён Хён, вместе с коллегами из Японии, Австралии и Новой Зеландии, а также ЕС даже принял участие в натовской встрече министров обороны.

«Война на Украине показала, что нестабильность в Европе может иметь далеко идущие последствия во всём мире и что страны, расположенные за тысячи миль от нас — такие далекие, как Иран, Китай и даже Северная Корея, — могут подрывать безопасность непосредственно на нашей территории. В нашем мире всё тесно взаимосвязано — как и наша безопасность», — напутствовал министров новый генсек НАТО Рютте.

Тогда и стало окончательно понятно, что тема «военных КНДР» раскручивается в определённых, преимущественно предвыборных целях. Естественно, речь о выборах в США, до которых оставалось чуть более двух недель.

Заметили, читатель, что когда выборы прошли, а правящие демократы на них сели в такую лужу, что даже не решились оспаривать результаты, хотя к этому всё было готово, тема участия КНДР в украинском конфликте начала плавно сходить на нет? То была информационная спецоперация, точнее диверсия, рассчитанная на победу Камалы Харрис, чтобы сразу, как об этом будет объявлено, был дан «зелёный свет» для мощной эскалации конфликта по всем направлениям. Каким? Во-первых, ожидалось, что Харрис досрочно усядется в Овальном кабинете, а Джо Байдена спровадят на пенсию примерно так же, как выгнали из кандидатов на второй срок. Под это заготавливались определённые ходы. Во-вторых, главное, что предполагалось, — разрешение бить по России западным дальнобоем на всю глубину. В сентябре, когда Байден с британским премьером Киром Стармером встретились в Вашингтоне, они должны были дать отмашку. Но из Москвы последовал такой демарш, из которого стало ясно, что попытка сделать предвыборный пиар пахнет войной, поэтому всё перенесли на после выборов. Отменили октябрьский Рамштайн и сдвинули вправо сроки вояжа Байдена в Германию, отменив его встречу с Владимиром Зеленским. Сказать явно было нечего. Зато Байден снова встретился со Стармером и ещё с лидерами Франции и Германии – Эммануэлем Макроном и Олафом Шольцем, оповестив их, что примет решение об ударах по России сразу после выборов, как только узнает о победе Харрис. Сообщил, надо полагать, что именно после этого, взяв ответственность на себя, уйдёт, развязав преемнице руки. В-третьих, Южную Корею вместе с другими азиатскими сателлитами США приглашали на встречу министров обороны НАТО для того, чтобы обсудить, чем та может подсобить в такой эскалации. Сторговались на том, чтобы Сеул взял на себя обязательства легализовать поставки ВСУ снарядов и также кое-чего из военной техники, например, танков и САУ. Почему «легализовать»? Потому, что Южная Корея ранее занималась этим инкогнито и обходным путём. Поскольку законодательство страны запрещает поставки вооружений в зоны конфликтов, южные корейцы поставляли снаряды в арсеналы армии США, таким образом их обновляя. А с американских складов снаряды с истекающими (или близко к тому) сроками хранения шли на Украину, где поступали в распоряжение ВСУ. В рамках планировавшейся после выборов эскалации вопрос ставился так, чтобы перестать играть в эти «жмурки» и поставлять напрямую, без отнимающей время и деньги перегрузки.

Оправдание в виде «войск КНДР» на фронтах СВО, как и возмущение этим «фейкофактом» южнокорейского руководства, понятное дело, липовое. Если стоящие на 38-й параллели части и подразделения Корейской народной армии (КНА), особенно артиллерийские, о которых больше всего было разговоров, оттуда перебрасываются в Россию, то с точки зрения формальной логики, это никак не могло угрожать национальной безопасности Сеула. Наоборот: когда противник сокращает численность, неважно, по каким причинам, — это всегда хорошо. Но только не в тех случаях, когда власть марионеточная. Там логика другая: главное, чтобы выгодно было хозяину, а холопа не спрашивают. Поэтому холоп якобы переброской контингента КНА в Курскую область и Донбасс и возмутился. Приказали возмущаться, вписав в эскалационный сценарий.

Но сценарий дал сбой: выборы в США привели «не к тем» итогам. Причём, выясняется, что демократы заранее не имели иллюзий и сознательно водили иностранных сателлитов за нос, убеждая их фейковыми соцопросами, что соперники идут «ноздря в ноздрю». В расчёте на что? Правильно! Что проиграют несильно, и это можно будет «подкрутить», как в 2020 году, поражение не признавать, а пока пойдёт разбирательство, резко поднять военные ставки, обвинив Трампа в закулисных договорённостях с Владимиром Путиным и «неспособности», ввиду этого, выполнять обязанности президента США. Масштаб электорального провала не дал возможности «подкрутить», мощи не хватило, пришлось признаваться, что проиграли. И встал вопрос: как быть со сценарием эскалации?

Соображали, надо полагать, пару недель («Страшила думал долго, часа три»). Но вариант с «блицкригом» путём «переворачивания доски» так и не нарисовался. Слишком большой риск, что у противоположной стороны на этот «лом» заготовлен такой «приём», который сразу приведёт к результатам, по сравнению с которыми Уотергейт покажется детским лепетом на летней лужайке. И тогда пошёл откат. Случайно ли южнокорейские терзания, из которых вытекает одно из двух – либо с северокорейскими военными врали, либо ложью было утверждение, будто они для Сеула являются угрозой – совпали со звонком Путину немецкого пока ещё канцлера, возглавляющего правительство парламентского меньшинства?

Это всё звенья одной цепи, которые говорят о кризисе в противостоящей нам западной системе. Южную Корею просто унизили, заставив открытым текстом признаться, что поставки ВСУ снарядов и военной техники приторможены из-за победы Трампа. Вдруг, дескать, ему это не понравится, и нам, марионеткам, от него за это прилетит? Косвенно признались и в том, что команду такие поставки готовить получили от Байдена & Co, следовательно, никаким «суверенитетом» здесь и не пахнет. «Отклячились» перед демократами, взяв под козырёк. А теперь как быть, чтобы и новый, республиканский «господин назначил любимой женой?». Байден хоть к власти привёл, а перед Трампом отплясывать придётся за бесплатно, в то время как полсрока у Юна уже позади и не факт, что он, как выкормыш демократов, заслужит пролонгацию в глазах врага его друзей.

Для Южной Кореи, которая даже не член НАТО, было бы довольно неловко вмешиваться в этот момент, если Трамп переедет в Белый дом и захочет выйти из конфликта.

Это – откровенное и честное мнение Ким Чжона, профессора-политолога из Университета северокорейских исследований. А вот как «деликатно» оправдывается, виляя одновременно и в теме «военных КНДР», и в поставках оружия Украине, южнокорейская администрация:

…Правительство рассмотрит возможные сценарии военного сотрудничества России и Северной Кореи после развёртывания войск Пхеньяна и примет контрмеры. Мы будем тесно координировать действия с нашими союзниками и партнёрами.

«После развертывания войск»! Вы слышите? Не ослышались? Стало быть, сейчас войска ещё не развернуты? А нам говорят, что уже воюют? И если продолжить эту мысль, то может, там их вообще нет, и никогда не было? А официальный Сеул официально врал, не краснея, причём, на высшем уровне? Виноват, не врал, а исполнял «деликатное» поручение хозяина. И выполняя его, врал в том, что касается подлинных национальных интересов и собственному народу, убеждая его, что угроза – это когда противника на линии соприкосновения становится не больше, а меньше. Как у Оруэлла: мир – это война, а белое - чёрное! Собственно, почему врал? Попросту не договаривал, что от вывода войск КНДР в Европу пострадают США и НАТО, а никакая не Южная Корея, которая для Вашингтона – просто поле для экспериментов. А сама для себя – лишённый не только суверенитета, но и национального достоинства прихлебатель, обречённый вечно «прыгать» за босса «из окна». Пока не разобьётся.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/141690.html

15.11.2024 Троллинг Трампа и подкоп под Россию

Крах Запада. Иллюстрация: ИА REX

Демпартия США после разгрома на выборах напомнила о своём существовании

Роуз Гютемюллер, экс-чиновница НАТО и бывший заместитель госсекретаря США в администрации Барака Обамы, совершила информационную диверсию. Показательно, что с помощью британской Financial Times. Главной целью «диверсантки», разумеется, является Россия, которой дипломатесса предложила пойти на удовлетворение требований (!) Вашингтона. Но и против Дональда Трампа это тоже диверсия, ибо влезание демократов в процесс выстраивания внешнеполитической линии новой администрации есть не что иное, как попытка помешать строительству диалога. И понятно, что к этому есть партийные «показания». Очень хотят реабилитироваться, представ «ответственными государственными» деятелями. Ибо так обмазаться с ног до головы в вопросах внешней политики, чтобы об функционеров первой величины, вроде госсекретаря и советника по национальной безопасности иностранные лидеры стали едва ли ноги не вытирать, надо ещё удосужиться. Пример Китая, куда Энтони Блинкен с Джейком Салливаном, помнится, приезжали с нравоучениями, а вылетали оттуда со свистом, почти как Анналена Бербок, про посещения которой Пекина легенды будут складывать поколения эдак четыре. Так и вертится на языке вопрос: если демократы такие умные, чего ж строем не ходили эти четыре года, а шарахались из стороны в сторону, роняя в плинтус авторитет страны, в которой путём подлога дорвались до власти?

Самый кратчайший путь к полному фиаско и разрыву отношений, который по состоянию на сегодняшний день – далеко не фантазия и уже не за горами, — это предъявить России некие «требования». Проигравшие партию и алчущие передышки, чтобы возобновить её обманным путём при случае чего, ничего требовать не могут. Максимум, просить. Как удачно напомнила на днях замглавы нашего МИД Мария Захарова, правда, по другому случаю, требуют пусть у своей жены. Или у мужа, если речь идёт о г-же Гютемюллер. Не высший «штиль», конечно, но сами напросились, чтобы с ними разговаривали именно в таком ключе и тоне. Прежде, чем разобрать эти предложения, пару слов о контексте. Тридцать лет назад Збигнев Бжезинский записал в «Великой шахматной доске» предупреждение преемникам: не допускать появления в Евразии страны или альянса, способного бросить вызов евразийскому лидерству неевразийской державы – США. Преемники настолько уверовали, что никто и так против них не «дёрнется», что буквально за какие-то лет десять (рубежный год – 2012-й, перелом и в России, и в Китае) профукали всё с таким оглушительным треском, что «мэтр» сейчас в гробу вертится, наблюдая этот паноптикум. Цирк уехал, а клоуны остались. Потеряв лидерство в Евразии, то есть голову, американские чиновники от внешней политики плачут по волосам, цепляясь на западе континента за Украину и Молдавию (Грузия – и та уже их откровенно посылает), а на востоке – за своевременно переформатированный (единственный успех!) в марионетку южнокорейский режим. При этом понятно, что обвал пока не случился только ввиду наличия общей границы с НАТО; в противном случае та же Украина давно превратилась бы в условный Казахстан – не без проблем, конечно, но «в рамках». Для США проиграть ещё и там – это пролог к настоящему стратегическому отступлению с изоляцией на североамериканском континенте. Прозвучал же давеча на Валдае тезис о Европе как «западном полуострове Евразии» (хотя автору этих строк эмоционально ближе термин «аппендикс»; или «хвост», возомнивший, что может «вилять собакой»).

Так о чём заикнулась Гютемюллер? Первое. О формулировках для Украины как для Германии по итогам Второй мировой войны. В смысле: есть условный «Запад» страны, под контролем геополитического Запада. И есть условный «Восток», под временным, подчеркнём это, российским контролем. Не случайно в конституцию ФРГ, о которой чуть дальше, вбивался пункт о фактическом «аншлюсе» ГДР. Возвращаясь к этой практике, американские демократы полагают – уверены, что преемниками нынешних российских властей будут очередные «керенскиекорниловыяковлевыгорбачёвыельцины», которые всё сдадут. На уровне «подкорки» они мечтают об одном – пережить Владимира Путина, а там всё, как они считают, само «устаканится». В этом Запад не оригинален. У Гитлера тоже «занозой» была фигура И.В. Сталина, которую он мечтал «убрать с доски», надеясь тем самым решить все свои проблемы. Это во-первых. Во-вторых, надо понимать, что процесс создания ФРГ со всеми «восточными» прибамбасами, о которых вспоминает Гютемюллер, был теснейшим образом увязан с формированием НАТО. Хронология такая:

- 4 апреля 1949 года в Вашингтоне подписывается договор о создании НАТО;

- 5 мая, через месяц, на свет появляется Совет Европы, предложенный Уинстоном Черчиллем в выступлении в университете Цюриха 19 сентября 1946 года;

- 8 мая (видим, как счёт идёт на дни) принимается конституция ФРГ с реваншистским вкладышем, о чём нам напоминает Гютемюллер;

- 21 мая первый канцлер Конрад Аденауэр подписывает в Вашингтоне «Канцлер-акт», с помощью которого, по свидетельству легенды нашей нелегальной разведки - генерала Юрия Дроздова, американцы берут под контроль не только внешнюю, но и внутреннюю политику Западной Германии. (Герхард Шрёдер в своих мемуарах «Моя жизнь в политике» проговаривается, что был удивлён, когда после победы на выборах ему сообщили, что он должен поехать в США и «что-то там подписать», но поехал – и подписал);

- 23 мая – конституция ФРГ вводится в действие.

Логика: НАТО – «Канцлер-акт» - и только потом западногерманская псевдогосударственность. По рукам и ногам. На всю многоходовую операцию – полтора месяца. Обращаясь к тому опыту, Гютемюллер, получается, предлагает воспроизвести именно ту цепочку? И с теми же последствиями «вечного» вхождения Киева в западный блок?

В-третьих, есть и ещё более пикантные подробности. Советский биограф Аденауэра Всеволод Ежов указывал на распределение ролей западных союзников при создании в ФРГ двухпартийной системы. При разделе нацизма на «национализм» и «социализм» СДПГ «поручили» англичанам, которые вытравляли из партии остатки довоенного марксизма, а ХДС/ХСС – американцам. При этом партия, которая сейчас рвётся к власти для эскалации вмешательства НАТО на Украине, создавалась на рейнско-баварской связке, которую помимо Аденауэра с его бывшей «партией центра» из Кельна, визировал ещё и премьер Баварии Йозеф Мюллер. За которым маячила фигура кардинала Пауля Фаульгабера, папского нунция в Мюнхене, близкого к закопёрщику антикоммунистического «крестового похода» - понтифику Пию XII. Особая деликатность в том, что Рейн и Бавария, наряду с Гессеном, — центры возникшего в конце XVIII века ордена иллюминатов, создававшегося на основе другого ордена – иезуитов. И на деньги первого Ротшильда – Майера Амшеля. Этот недвусмысленный месседж, к тому же ещё и экуменический, католическо-протестантский, при создании ХДС/ХСС был дополнен блокировкой западными оккупационными властями любой внесистемной активности в партийном строительстве. Самодеятельную ячейку ХДС/ХСС в Западном Берлине оккупанты без объяснения причин попросту разогнали.

Поэтому главный вопрос к г-же Гютемюллер: она предлагает всё вот это вот воспроизвести на Украине, где вполне хватает своих оккультных исторических связок? Или это намёк на близость Трампа к Израилю и иудейским центрам за его пределами, включая украинский юг? На пустом месте ведь ничего не построишь. Так торопятся реализовать то, что имеется, не дожидаясь, пока российские войска освободят такой знаковый центр как Днепропетровск?

Второе. России предлагается согласиться на «заморозку» на неопределённый срок процедуры принятия Украины в НАТО. Как минимум, такая постановка вопроса означает, что Североатлантический блок, геополитический смысл существования которого исчерпался с роспуском Варшавского договора, не намерен отказываться от экспансии восточного расширения, собираясь лишь переждать нынешние, неблагоприятные для этого времена. И раз это так, и природу НАТО мы не переделаем иначе, чем подписав ему приговор в прямом военном столкновении, которое с высокой степенью вероятности приведёт к ядерному конфликту, то чем дальше на Запад пройдёт линия [боевого] соприкосновения с альянсом – тем лучше. Самое время даже не вспомнить опыт 1939 года, но просто, вооружившись циркулем и знаниями тактико-технических характеристик натовских средств доставки, посчитать расстояния до жизненно важных центров России сейчас, от Харькова и Сум, и, скажем, от Львова. Строго говоря, рубеж относительно безопасного удаления в 1 тыс. км от Москвы – это Хмельницкий. А от западных границ в Брянской, Курской и Белгородской областях, это уже Карпатский хребет. Более сотни километров даже уже за Львов.

Два и сам факт наличия «неопределённого» срока явится для ведущих стран НАТО мотивом, побуждающим их к активной подрывной работе на российском направлении.

Третье. Почему-то г-жа Гютемюллер решила, будто возврат к переговорам о стратегической стабильности в их ядерном секторе для России в нынешней ситуации благо. Во-первых, в таких переговорах более заинтересована отстающая сторона, а это сейчас США и НАТО с их 62% обновления триады стратегических ядерных сил, у России – 92-94%. Во-вторых, по ряду видов вооружений США отстают от нас практически навсегда. Например, если речь вести о гиперзвуковой стратегической системе «Авангард» или о крылатой ракете с ядерным двигателем «Буревестник». Зачем же отказываться от таких преимуществ, достигнутых гигантским напряжением сил? В-третьих, возвращаясь к планам США и НАТО разместить в Германии ядерные ракеты средней дальности (РСД), существенно нарастив тем самым, на деле, стратегические возможности, российскую сторону удовлетворит только лишь комплексная система стратегической стабильности, включающая паритет как в ядерных, так и в конвенциональных вооружениях. Иначе говоря, с планами размещения РСД тема, предлагаемая дипломатессой от демократов, попросту не вяжется, это программа неограниченной гонки вооружений. А с конвенциональной точки зрения стабильность в нашем понимании – это отказ НАТО не просто от расширения на Украину – в любые сроки, но и от самой концепции «расширяемся, куда хотим, без ограничений». Ограничение есть – и это сфера ответственности блока на 1997 год, когда был подписан Основополагающий акт Россия – НАТО.

Откровенную свинью г-же Гютемюллер в её инициативах подложил и глава Военного комитета НАТО адмирал Роб Бауэр, публично признавшийся в том, что все и раньше знали. Что от вторжения на Украину и, надо полагать, дальше, уже в Россию, то есть от полномасштабной попытки повторения 1941 года Запад удерживает только наличие у нас ядерного оружия. О каких разговорах на тему стратегической стабильности с теми, кто ведёт этот разговор с целью упростить себе нападение, вообще может идти речь? На фоне таких признаний любые переговоры с Западом в его нынешнем виде – это примерно как расчёт договориться с крокодилом. Опыт пакта Молотова – Риббентропа, разорванный западным агрессором, когда он счёл, что ему это стало выгодно, да будет нам в напоминание. Только тогда на это пришлось идти, ибо другого способа избежать столкновения прямо здесь и сейчас, в перспективе одной недели на старых границах, не было. Сейчас с ядерным оружием, стратегической инициативой на фронте и союзниками в тылу любая договорённость, которая, мы знаем, что заведомо будет перечёркнута, — в пользу агрессора.

Всё это понимает и г-жа Гютемюллер. Поэтому прежде всего она троллит Трампа, а заодно пытается представить дело так, будто мяч на российской половине поля. Ничего подобного! Нейтралитет оставшегося от Украины обрубка, лишённого армии и с дружественным к России правительством (рвущимся в Союзное государство) – вот та единственная формула мира, которая соответствует раскладу сил и российским представлениям о справедливости, в том числе исторической.

Так что никаких запятых в СВО, только жирная точка!

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/141585.html

14.11.2024 Будущий миропорядок сложится итогами СВО

Иллюстрация: REX

Визит в Пекин Сергея Шойгу подтвердил стратегический характер взаимодействия России и Китая

В Китае с показательным визитом находится секретарь российского Совета безопасности Сергей Шойгу. Критический запал в его отношении в ряде СМИ, связанный с продолжающимися событиями в Минобороны, понятен, но не учитывает, что Шойгу – личный представитель президента Владимира Путина, которому поручаются достаточно важные миссии, выполняемые успешно. Пример поездки в КНДР в июле 2023 года, подготовившей знаменитый визит северокорейского лидера Ким Чен Ына на космодром «Восточный», состоявшийся уже через два месяца. Путин взял с собой Шойгу в Китай в мае этого года; не исключено, чтобы обговорить с китайскими товарищами наделение его миссией коммуникации. И в этом смысле следует обратить внимание на оценку в СМИ нынешнего визита, хотя он ещё не закончился, как успешного.

Нет сомнений, что российско-китайские консультации потребовались в связи с итогами выборов в США. Отметим в связи с этим последовательность ряда событий. Меньше, чем за неделю до американских выборов Москву с официальным визитом посетила глава МИД КНДР Цой Сон Хи; затем, сразу после выборов, прошёл явно подвёрстанный к ним «Валдай» (в утечках отмечалось, что были заготовлены два сценария – на любой случай). Напомним, что именно на Валдае с подачи вопроса, заданного китайской стороной, Путин по сути сформулировал предложения Дональду Трампу, заговорив о трёхстороннем взаимодействии России, Китая и США. Наконец, сейчас поездка Шойгу - с показательной программой. Встреча с Ван И, главой МИД и ещё куратором вопросов безопасности в ранге руководителя комиссии ЦК КПК по иностранным делам (в Китае нет ни Совета [национальной] безопасности, ни соответствующего советника или секретаря, эта функция возлагается как раз на упомянутую комиссию ЦК). Встреча с Чэнь Вэньцинем, руководителем Политико-юридической комиссии ЦК КПК, которая курирует силовые структуры. И поездка на авиасалон в Чжухае (южная провинция Гуандун), где одним из бенефисов была признана демонстрация возможностей российского истребителя пятого поколения Су-57.

На фоне визита Шойгу последовал завуалированный ответ Трампа на валдайские предложения Москвы и Пекина. Вашингтон их отклонил, взяв явный курс на попытку вбивания клина на разрыв российско-китайских связей. С одной стороны, сделанные им назначения в будущую администрацию указывают на жёсткий антикитайский вектор. Один лишь широко обсуждаемый в СМИ факт: номинированный в госсекретари Марко Рубио в Китае находится под санкциями, включая запрет на въезд. Когда в такой же ситуации оказался экс-министр обороны КНР Ли Шанфу, назначенный в марте прошлого года, против которого были введены санкции в США, то он продержался в кресле до лета, а потом был заменён. Разумеется, по внутренним причинам, но и диалог с американской стороной, в котором Вашингтон, видимо, не захотел поступаться принципами, никто не отменял. Сейчас у США будет подсанкционный госсекретарь; следуя логике предыдущего прецедента, за американской стороной должок; если разговор с Пекином не задастся, останется либо менять Рубио, как поступил Китай, либо переть буром на принцип, обозначая ещё одно направление конфронтации, парализующее контакты по линии дипломатических ведомств. А это фактический разрыв отношений, пусть и без официального его оформления.

С другой стороны, ошибаются те, кто пытаются доказать, будто тот же Рубио едва ли не «пророссийский», с неким прагматическим подходом на Украине: выступает за мир, голосовал в Конгрессе против военной помощи Киеву и не возражает против потери Украиной территорий. Есть и другой набор фактов. Помимо переименования улицы по адресу российского посольства в «Nemtsov Plaza», на счету Рубио как минимум три жёстких антироссийских законопроекта, датированных 2022 годом:

- в январе (то есть ещё до СВО) – с санкциями в энергетике, добывающем секторе и аэрокосмосе и с банковским отключением России от SWIFT;

- в марте, с началом СВО, им были предложены санкции против ведущих госкомпаний – Газпрома, Роснефти, Росатома, Аэрофлота;

- в июле – против страховых компаний, выдающих полисы танкерам, которые перевозят в Китай из России энергоносители, бензин и керосин.

А ещё – в 2014 году, на фоне Крымской весны, Рубио предлагал ввести персональные санкции против Путина. Ещё более показательным выглядит назначение советником по национальной безопасности Майкла Уолца – полковника «зелёных беретов», близкого ранее к предводителям неоконсерваторов – Дику Чейни и Дональду Рамсфелду, требовавшего в 2022 году санкций против российского энергетического сектора и встречавшегося в Киеве с Владимиром Зеленским.

Так что если суммировать ответ Трампа на предложение Путина, приуроченный к появлению Шойгу в Пекине, то получается некий «флюгер», который старый/новый лидер США будет разворачивать в зависимости от конъюнктуры. И максимально быстро, ибо важнейшим и вполне авторитарным критерием кадровой политики Трампа служит личная преданность и готовность к любой авантюре, что ярко демонстрируется «отмороженным» послужным списком министра обороны Пита Хегсета. Для начала, скорее всего, попытается отделить Россию от Китая. Но когда этого не выйдет, что и подчеркнул Путин на Валдае, эскалация развернётся на всех направлениях, особенно учитывая, что эпицентром ТВД в АТР служит Корейский полуостров, а антииранские, произраильские приоритеты Трампа на Ближнем Востоке давно известны. Хотя в первые дни после победы будущий хозяин Белого дома их не акцентирует, но кадровые назначения – спецпредставителя в регионе, а также посла в Израиле – делает, причём, знаковые.

Что это означает для российско-китайских отношений? В политике США очевидным образом растёт импульсивность и непредсказуемость. У Трампа явно есть план, под который подбираются исполнители. Главный вопрос в том, что начнёт происходить, если ход реализации этого плана не удовлетворит Вашингтон? На что пойдёт Трамп, чтобы продавить нужный результат, имея в виду, что республиканцы, как и демократы четыре года назад, думают, что пришли надолго (Джей Ди Вэнс явно «на вырост»), а жизнь эти расчёты станет опровергать? Как минимум, нельзя считать Вашингтон ответственным и договороспособным переговорным партнёром. Внутриполитическое положение будущей администрации нестабильно, в Европе начинают брать верх откровенно реваншистские настроения по отношению к итогам Второй мировой войны. И вообще, пожалуй, впервые за послевоенные годы мы сталкиваемся с ситуацией, когда европейские политики куда непримиримее к России и нашим интересам, чем американские, и уверенно держат пальму первенства по части русофобии. Оговорка генсека НАТО Марка Рютте, что если Вашингтон сдаст Украину, ему в альянсе укажут на дверь, весьма показательна. С одной стороны, Трамп весьма ограничен в наборе возможных компромиссных предложений и будет действовать с оглядкой на Европу; с другой, Европа не готова в угоду Вашингтону рвать экономические связи с Китаем. Сама логика нарастающей всеобщей конфронтации преодолевает стоящие у неё на пути редуты национальных интересов. Классический вариант: «Войны никто не хотел. Война была неизбежна». Американское давление на Китай встретится с таким же российским противодействием, как давление на Европу – с китайским. Сама жизнь толкает Москву и Пекин к максимальному сближению, ибо поодиночке потенциал сопротивления существенно уменьшается. Складывается ситуация, когда стратегические приоритеты безопасности, то есть выживания становятся впереди вопросов экономики и экономической эффективности. На Валдае на днях Путин, констатировав неприемлемость возврата к курсу, доминировавшему до СВО, отметил, что США проводят политику «двойного сдерживания» - России и Китая. Что Китай? Две вещи, заявленные Ван И на переговорах с Шойгу, внушают уверенность в том, что непредсказуемость Вашингтона осознаётся в Пекине именно через призму примата политики над экономикой:

- Мы готовы взаимодействовать с российской стороной, с учётом изменений в международной обстановке тесно общаться и координировать действия;

- Россия и Китай твёрдо поддерживают друг друга по вопросам, затрагивающим коренные интересы каждой из сторон…

Коренной интерес Китая – воссоединение страны, то есть Тайвань. Коренной интерес России заключён в безоговорочном достижении целей и задач СВО, никаких разночтений нет, хотя конфликт в Европе, разумеется, не может не оказывать негативного воздействия на экономические связи, цепочки поставок и, в целом, на судьбу того, что именуется «экономической глобализацией». Проводя политику «двойного сдерживания», Запад сам ставит крест на такой глобализации, направляя её из экономического в политическое русло глобального доминирования и диктата. Если даже говорить об экономике, то нет никаких надежд на то, что Запад поделится влиянием с глобальным Югом, допустив его интересы в контролируемые им глобальные институты. Доля юаня в корзине валют SDR МВФ не обеспечивает равноправия, и кроме юаня, там никаких иных валют, за исключением западных, нет, и их появления не предвидится. Это означает исчерпанность прежней ставки на взаимодействие с Западом. Выиграть у него экономическую конкуренцию мало, придётся выигрывать геополитическое столкновение, и только от прочности российско-китайского союза зависит то, удастся ли удержать конфронтацию в русле холодного «гибридного» противостояния с разрозненными локальными конфликтами, или они сольются в горячую большую, мировую войну. Мировые противоречия достигли стадии, на которой не экономические связи будут определять содержание посткризисного политического порядка, а сам этот порядок, сформировавшись по итогам кризиса, выстроит под себя обновлённое многоцветье экономических зон и союзов.

Ключевым фактором, который определяет предстоящий итог, является СВО; подъём глобального Юга связан с появлением альтернативного западному глобального проекта, жизнеспособность которого как раз и проверяется войной. Развивающимся странам, ориентированным на китайскую модель экономического взаимного выигрыша, понятно и то, что устоять эта модель сможет только в условиях российской Победы, ибо любой иной результат неминуемо вызовет в мировом развитии откат размером с эпоху. Это неправда, что любая война заканчивается переговорами. Как правило войны заканчиваются либо капитуляцией одной из сторон, либо взаимным истощением, которое и прокладывает путь миротворческим переговорным схемам. Если говорить о последнем, то это явно не тот случай.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/141531.html

13.11.2024 Вашингтон берёт геополитическую паузу в Восточной Азии

Крах Запада. Джо Байден. Иллюстрация: ИА REX

Ратификация российско-корейского договора обеспечивает северный фланг обороны китайского побережья.

На фоне разгорающихся страстей в Европе, связанных с предстоящей сменой власти в США и срочным «переобуванием» европейских лидеров в украинском вопросе, продолжает своим чередом развиваться ситуация в АТР. На днях, 9 и 11 ноября, лидеры России и КНДР – президент Владимир Путин и председатель Ким Чен Ын – утвердили ратификацию Договора о всеобъемлющем стратегическом партнёрстве, подписанного 19 июня в Пхеньяне. В преддверие этого исторического события, которое наш президент охарактеризовал как возвращение к традиционной дружбе с КНДР, имевшей место в советские годы, Корейская народная армия (КНА) осуществила ряд испытательных ракетных пусков, в том числе стратегической межконтинентальной ракеты (МБР) «Хвасон-19». Отношение к этим пускам на Западе разделились, в том числе в самих США, где военные заверили, что северокорейские ракеты не угрожали ни американским военным, ни союзникам США, а в Госдепе, напротив, убеждены в том, что они несут угрозу не только региону, но и миру. Интересный факт, который подтверждает тенденцию, наметившуюся еще в сентябре, на фоне последнего Рамштайна. Отдавая себе отчёт, что администрация Джо Байдена ставит мир на опасную грань глобального противостояния, в Пентагоне как могут этому препятствуют, избегая нагнетания напряжённости и опровергая соответствующие попытки Белого дома и Госдепа. Ничего удивительного: никто лучше военных не понимает последствий применения тех или иных вооружений, именно поэтому в военных кругах гораздо ответственней подходят к вопросам войны и мира и без необходимости не спешат бряцать оружием. А больше всего шума, помимо Госдепа, подняли в ЕС, назвав пуски ракет КНДР «незаконными» и потребовав их прекратить, а также в Канаде, где фоном для соответствующего заявления главы МИД Мелани Жоли послужила ее встреча с южнокорейским коллегой Чо Тхэ Ёлем. Поскольку где Канада, а где – Корейский полуостров, то так Оттава морально поддержала Сеул.

В целом следует констатировать остановку эскалации в Восточной Азии, запущенной в октябре южнокорейской информационной провокацией на тему военных КНДР на фронтах СВО. Эта тема, кстати, вяло разминается, но после выборов в США – без прежнего энтузиазма. Впереди «паровоза» и здесь спешит Госдеп, утверждающий, что северокорейские военные якобы уже принимают участие в военных действиях против ВСУ в Курской области. В поисках «фактуры» на эту тему Киев посетил глава французской внешней разведки DGSE, но судя по отсутствию на этот счёт каких-либо заявлений, «матчастью» он не разжился; следовательно, и все заявления Киева на этот счёт – фейковая пропаганда, которая к тому же распускается функционерами, которых в новой администрации Дональда Трампа считают токсичными и, по слухам, намерены требовать их увольнения. Почему – тоже понятно; вся эта когорта во главе с Андреем Ермаком сделала Трампу в своё время немало гадостей. К хору обвинителей России и КНДР в «совместных действиях» против Киева присоединился и генсек ООН Антониу Гутерреш, получивший в ответ порцию критики из российского МИД.

Представляется, однако, что нынешнее затишье – лишь передышка. Пауза, взятая с целью выяснения обстановки и перспектив того, чем займётся Трамп. С одной стороны, геополитические оппоненты России не могут не понимать, что со вступлением в силу российско-корейского договора ситуация качественно изменилась, и цена любых провокаций против КНДР, которые раньше сыпались как из рога изобилия, существенно возросла. С другой стороны, Трамп уже заявил, что приложит усилия в направлении отрыва друг от друга России с Китаем и, шире, участников евразийской стержневой оси безопасности, к которым коллективный Запад относит ещё и КНДР с Ираном. В Японии, например, уже делаются прогнозы, что на фоне свёртывания связей и ужесточения антикитайских санкций, а также дальнейшего укрепления взаимодействия, в том числе военного, с Токио и Сеулом, Вашингтон при новом президенте постарается возобновить диалог с КНДР, который Трамп вел с Кимом в 2018-2019 годах.

Одновременно в информационной сфере, причём, не только западной, но и российской, продолжаются спекуляции на тему отношения к российско-корейскому сотрудничеству в Китае. Парадоксально, но те же самые фигуры, что ещё недавно утверждали о «перехвате Москвой» Пхеньяна у Пекина, сегодня являются источниками фейков о якобы китайских военных на СВО. Скорость переобувания фантастическая. Китай, оказывается, уже не только не возражает против связей Москвы и Пхеньяна, но и встраивается в них с целью получения военнослужащими НОАК боевого опыта в современной войне. Глупость – и то, и другое. Если на СВО и есть военные КНДР и Китая, то не в подразделениях, а в качестве военных специалистов, наблюдающих за ходом военных действий. Это легко объяснимо: адаптация давно не воевавших войск к современной реальности начинается с выправления боевых (полевых) уставов и военных наставлений, чем в Пекине и Пхеньяне не могут не заниматься. Или вы думаете, этим не занимаются в НАТО, страны которой пропускают через конфликт сотни и тысячи своих военспецов?

Вот официальная позиция Москвы и Пекина по российско-корейскому сотрудничеству и двусторонним отношениям в этом контексте:

Пекин прекрасно понимает все аспекты отношений между Москвой и Пхеньяном. И я обсуждал этот вопрос со спецпредставителем КНР по делам Корейского полуострова Лю Сяомином во время своего визита в Китай в конце октября.

Это заместитель главы российского МИД Андрей Руденко, курирующий восточное направление. А следующее высказывание принадлежит официальному представителю МИД КНР Линь Цзяню:

Власти Китая не вмешиваются в военное сотрудничество Москвы и Пхеньяна, поскольку это их собственное дело.

Что общего в этих позициях? И Руденко, и Линь тщательно переводят вопросы, связанные с только что ратифицированным договором Москвы и Пхеньяна, в двустороннюю плоскость, избегая «интернационализации» его трактовок с позиций трёхстороннего взаимодействия с участием Пекина. Верный показатель, что именно таким образом дело и обстоит. И не может не обстоять, ибо потенциальный корейский конфликт занимает место на фланге континентальной обороны Китая, с одной стороны, и России с другой. Без координации в таких случаях никак не обходится, особенно имея в виду, что через эту фланговую зону проходят многочисленные морские коммуникации между российским Дальним Востоком и Китаем.

Но главное: выскажем такую точку зрения. Официальное оформление и интенсификация военного, военно-политического и военно-технического сотрудничества России и КНДР целиком и полностью находится в интересах Китая потому, что надёжно прикрывает Корейский полуостров от угроз широкомасштабных провокаций. Китая – ядерная держава, которая сосредотачивает свои усилия в военном строительстве на развёртывании систем ядерных вооружений средней дальности. То есть оборонительных, предназначенных для удара не по территории США, а по американским военным базам непосредственно в регионе, где они дислоцируются на территориях союзных им стран, прежде всего Японии и Южной Кореи. Если американское политическое руководство и военное командование тридцать три раза подумает, связываться ли с ядерным Китаем в Тайваньском проливе, где Пекин становится непосредственной стороной конфликта, то на Корейском полуострове таких ограничений для США до недавнего времени не существовало. Разразись конфликт, воевать станут Север и Юг, а США займут заинтересованную, но формально «стороннюю» позицию, как на Украине, и станут поставлять Сеулу оружие и обеспечивать разведку и военную логистику. А вот Китаю, имеющему с КНДР такой же договор, что сейчас и Россия, пришлось бы ввязываться по полной программе. На это и был расчёт Вашингтона, сейчас опровергнутый ратифицированным договором. Цена такой авантюры руками сеульского марионеточного режима раньше для США была одной, в целом приемлемой, допустимой с точки зрения рисков. А вот сейчас ситуация коренным образом поменялась, и платить придётся совсем другую цену, которую для начала ещё нужно просчитать. И в этом плане альянс Москвы и Пхеньяна надёжно обеспечивает Пекину северный фланг континентальной обороны, к тому же ещё и нейтрализуя агрессивный потенциал Японии. В подтверждение комментарий генсека японского кабинета министров Ёсимасы Хаяси:

Сотрудничество России и КНДР вызывает обеспокоенность Японии, поскольку может привести к ухудшению ситуации на Украине, а также повлиять на обстановку в области безопасности в азиатском регионе.

Показательно, что переводом стрелок на СВО японский высокопоставленный функционер выражает опасения, по сути, тем, что США могут потребовать от Южной Кореи, а следовательно, и от Японии большей вовлечённости на Украине, от чего Токио явно не в восторге. По сути, оперативно введя в действие подписанный договор, Россия и КНДР приняли американский вызов по объединению двух ТВД. И дали понять, что Вашингтон с его «внешней дугой» коммуникаций вокруг Евразии в таком соревновании неминуемо проиграет своим сухопутным оппонентам, у которых внутриконтинентальное плечо коммуникаций в разы короче и не в пример надёжнее защищено. Не случайно, что руководящий политический орган НАТО - Североатлантический совет, выразив озабоченность «эскалацией» сотрудничества России и КНДР, принялся утверждать, что оно якобы «затрагивает атлантическую безопасность».

Просто теперь США не смогут перед схваткой с Китаем, если такую задумают, безнаказанно поджечь Корею в расчёте на распыление и растяжку китайских сил по побережью. Ответ будет комплексным и коалиционным, что прямо противоречит стратегии США на разъединение России и Китая, которые такая ситуация, напротив, объединит.

И дождёмся декабря, на который, по предварительным заявлениям, намечено подписание в Москве российско-иранского договора. Таким же образом, как и российско-корейский, он выбьет у Вашингтона и его израильских сателлитов стратегическую инициативу на глобальном Юге, лишив их свободы осуществления безнаказанных военных авантюр. Своей внешнеполитической деятельностью на протяжении уходящего года Москва «офлажковала» все потенциальные «злачные места», куда Вашингтон мог сунуться, пользуясь дефицитом институционально оформленной безопасности. Именно такое вмешательство постулировалось известной концепцией Байдена – Энтони Блинкена «мира на правилах», и именно такой «мир», который странам и народам Большой Евразии без надобности, и был в течение года подорван визитами Путина в Пхеньян и Ханой, а также ожидающимся российско-иранским договором. Только один пример. Заметим, как резко ограничилась активность Пентагона в Корее; не потому ли, что ловить там ему особо уже и нечего?

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/141481.html

12.11.2024 «Хозяева жизни» выходят из тени

Каким образом им противостоять?

Кандидат на должность федерального канцлера ФРГ Фриц Мерц, представляющий лидирующую в соцопросах партию ХДС/ХСС, выступил с угрозами в адрес России, подтвердив своё намерение с приходом к власти передать ВСУ крылатые ракеты Taurus. Это наиболее передовые средства доставки из линейки «пороговых» ракет НАТО – между тактическими и средней дальности; к ним также относятся американские ATACMS, британско-французские Storm Shadow и их сугубо французская модификация SCALP. До сих пор Берлин от этого воздерживался. После заявления российского лидера Владимира Путина, что разрешение бить вглубь России «в корне изменит суть конфликта», превратив НАТО в его непосредственного участника, канцлер Олаф Шольц отказался вести разговор о передаче Taurus. Теперь Мерц готов пересмотреть это решение; с учётом проведения в Германии досрочных выборов не позднее марта, а возможно и раньше, — это прямой вызов, на который в МИД России уже ответили отказом рассматривать какие-либо ультиматумы.

Кто такой Мерц? В начале 2000 годов он вёл борьбу за лидерство в ХДС/ХСС с Ангелой Меркель, но её проиграл и ушёл в бизнес, вернувшись в политику, когда замаячил конец эпохи «бессменной бундесканцелярин». Юрист по образованию, Мерц совмещал адвокатскую деятельность с членством в советах директоров ряда компаний, среди которых выделяются один из дочерних банков глобального банка HSBC и, разумеется, компания по управлению активами BlackRock. В прошлом году эта компания «с ушами влезла» на Украину, подписав с Киевом соглашение о контроле над рядом стратегических отраслей и активов – железных дорог, электросетей, а также, что произвело наибольший общественный резонанс, — чернозёмов. Ввиду того, что наибольший урон в военных действиях понесли именно эти отрасли, а «на земле» происходит быстрое российское наступление, обнуляющее все сделки побеждённых, истерику Мерца вполне можно рассматривать с точки зрения корпоративного лоббизма. На Западе не политика формирует бизнес, а бизнес – политику.

Что такое BlackRock? Пишут о 10 трлн долларов активов под управлением. Это правда, но очень далеко не вся, ибо ключевой фактор – место этого спрута в системе глобального капитализма. Краткий экскурс в историю этого вопроса отсылает нас к профессионально честному и смелому исследованию, проведённому на рубеже 10-х и 20-х годов специалистами Швейцарского федерального технологического института (ШФТИ). Изучив структуру акционерного капитала и корпоративные связи около 40 тыс. крупных компаний по всему миру, швейцарцы обнаружили скрытое ядро из 1,318 тыс. компаний, внутри которого обнаружился ещё более узкий центр из 147 банков и транснациональных корпораций (ТНК). Дальнейшие исследования, в значительной мере засекреченные, вывели на десятку (не более двенадцати) компаний по управлению активами, в деятельности которых экономика тесно переплетается с политикой. Если зайти на сайты, раскрывающие структуру акционерного капитала пятисот ведущих ТНК (например, Yahoo.finance, NASDAQ, Morningstar и др.), то выяснится, что владельцы акций делятся на три группы. Физические лица, с которыми компании обычно ассоциируются, – имеют минимум, в среднем 5-10%; всё остальное поделено между институциональными инвесторами (ИИ) и паевыми инвестиционными фондами (ПИФами). Так вот в цепочках ИИ и ПИФов до 90% являются дочерними структурами вот этой самой десятки, по множеству разных ИИ и ПИФов у каждой. BlackRock, State Street, Fidelity, Capital Group, JP Morgan, Citigroup, Vanguard, Bank of New-York Mellon и т.д. У каждого такого ИИ или ПИФа от 0,5 до 2,5% акций. Если суммировать доли всех ИИ и ПИФов одной компании, получаются уже 8-10%, а если всех перечисленных и некоторых других компаний, то практически везде вырисовывается контрольный пакет. То есть мы имеем дело с неким «инвестиционным интернационалом», за которым скрываются реальные конечные бенефициары мировой экономики. Некоторые – не все, но очень многие – из этих концов тоже найдены, но это уже другая тема. Скажем только, что компании по управлению активами - это Кощеева игла в яйце олигархического глобализма, механизм перераспределения экономического и политического влияния. Мимо этой системы контроля не проскальзывает никто, поэтому Илон Маск и прочие «бизнес-вундеркинды» - не более, чем присягнувшие функционеры, назначенные кураторами определённых проектов. Как и политиков, их ведут, а если выходят из-под контроля, — убирают теми или иными способами (пример канувшего в Лету директора-распорядителя МВФ Доминика Стросс-Кана; кто-нибудь ещё помнит эту фамилию?). Вернувшись к BlackRock, отметим, что это крупнейший контролер активов – упомянутые 10 трлн из, навскидку (цифра постоянно меняется), 20-25 трлн общего контроля. Другим столпом, уже политическим, чьи корни уходят в 1975 год и неразрывно переплетены с историей проекта «глобализация», является тесно связанная со спецслужбами США компания Vanguard, держащая основные нити корпоративных связей внутри десятки. В принципе этот симбиоз денег и плаща с кинжалом и есть основа «глубинного государства». Так что BlackRock в этой схеме – живое олицетворение тотального монополизма так называемого «глобального рынка», в котором директивно-планового управления намного больше, чем в советской плановой системе. Только всё это грамотно прикрывается демагогией про «невидимую руку» рынка, честную конкуренцию, равенство возможностей в стартапах и прочие благоглупости и откровенное враньё, ибо под «невидимой рукой» скрывается заведомо совсем иное, не то, что за неё выдавалось памятной нам всем гайдаровщиной.

Генеральный директор BlackRock Ларри Финк – не бенефициар, а менеджер в этой системе; имён настоящих бенефициаров, скрытых целыми цепочками финансовых «перевоплощений», никто из смертных не знает, владельцы «рыночной» экономики - это её самая охраняемая тайна. Тем не менее, Финк – влиятельнейшая «говорящая голова» этой системы, которая уполномочена освещать позицию её настоящих хозяев. Вот он её недавно и осветил. Да так, что весь Запад дружно «покачнулся», а экономические обозреватели и рыночные аналитики зашлись в экстазе, заговорив про ультиматум Европе по Китаю. Было понятно, что за выступлением Финка в конце сентября на первой берлинской конференции Global Dialogue, рассмотревшей три основных вопроса – о новом мировом экономическом порядке, о «низкоуглеродной» экономике («зелёном лохотроне») и о переходе к справедливому обществу (в смысле, «волки за вегетарианство») – должно что-то последовать. Последовало: приход Дональда Трампа, с которым совпал политический кризис в Германии, вынесший наверх грязную «пену» в образе олигархического кандидата в канцлеры Мерца. Он и заговорил об антироссийском ультиматуме. Но прежде, чем подойти к выводам, вкратце очертим, что сказал Финк в Берлине собравшейся там европейской политической и деловой тусовке.

Тезисно:

- «Крупнейшим сторонником России и фундаментальной опорой российской экономики является Китай. И это нужно, по крайней мере, обсудить»;

- «Вы (Китай – В.П.) поддерживаете нашего врага, мы вкладываем миллиарды и миллиарды долларов в поддержку выживания Украины, и за это должна быть цена»;

- «Каждая страна, каждая компания должны пересмотреть, что это значит (связи с Китаем – В.П.), и я здесь не для того, чтобы выносить какие-либо суждения, но я не верю, что оценки было достаточно»;

- «У нас есть бизнес в Китае, я уверен, что у каждого здесь есть бизнес в Китае. …Мы все должны переоценить это, как мы должны переоценить риск ловушек ликвидности, риск во всём».

И т.д.

Итак, логика верхушки западного бизнеса, управляющей экономикой и политикой Запада, такая. Китай поддерживает Россию, которая является врагом Запада, а европейский бизнес, торгуя с Китаем, поддерживает уже его, что препятствует глобальным элитам в реализации их планов по трём указанным направлениям конференции. Установления глобальной монополии. Заключения человечества в «зелёное» стойло, под колпак «цифрового концлагеря». И его узаконенного биологического (!) разделения путём «антропологического перехода» на узкий круг «знати» и остальной «рабочий скот». За поддержку России Китай должен заплатить разрывом отношений с Европой; именно этого Финк от имени хозяев и потребовал у собравшихся. Потому и такой шок. Европейцы понимают, что этим их попросту добивают. И так уже с окончанием эпохи дешевого российского газа деловая активность активно перемещается за океан, а если уж и на связи с Китаем табу, то это конец.

Что касается России, то теперь вот прорезался Мерц, обещая нам войну на уничтожение, в том числе самой Европы, что нам хорошо знакомо по опыту двух мировых войн. Германии во главе с Мерцем из BlackRock предписывается подпереть Францию Эммануэля Макрона, выходца из парижского Банка Ротшильдов, который в одиночку не справляется с задачей строительства «четвёртого рейха». Общий замысел понятен: изолировать Россию от Китая, обратив его в роль придатка США, а на Россию натравить Европу, повторив «крестовые походы» Наполеона и Гитлера. Вот и потребовался «слон в посудной лавке» - Трамп, который, пока Европа с Россией будут уничтожать друг друга, «прижмет к ногтю» Китай уже обещанными 60%-ными импортными тарифами, обрушив его «экспортную» экономику, не успевшую перестроиться на внутреннее развитие и потребление. Отсюда и те пункты, которые, по данным британской Financial Times, Трампа заинтересовали в украинском «плане перемоги». ВСУ с боевым опытом в Европе вместо американцев. И доступ к природным ресурсам Украины, за сохранность которых испугался BlackRock. Чем не платформа для альянса Трампа с Мерцем? Упор Вашингтон сделает на АТР. Европе же подбросит оружие. И, передав командование НАТО условным Залужному, Сырскому и Буданову (объявлен в РФ террористом и экстремистом), решениями Макрона и Мерца отправит на защиту интересов BlackRock. Не Финка, разумеется, а, ещё раз, конечных бенефициаров. Ну и не забудем о координирующей роли во всём этом ЦРУ, у которого в руках – все нити акционерного управления той частью мировой экономики, которая фигурирует в соответствующих рейтингах.

Что этому можно противопоставить, раз мы понимаем их замыслы? Разумеется, ракетно-ядерный щит, особенно в Европе, где с этим очень негусто (подробности на REX были вчера, повторяться нет смысла: ). Российский демарш, о котором в сентябре сообщал Скотт Риттер (детально здесь), уже сорвал первую попытку продавить дальние удары по России. Сейчас они ищут обходные пути, но «приёмом» против ядерного «лома», как ни крути, может быть только такой же ядерный «лом», а он у них – преимущественно стратегический, не для поля боя. Что противопоставить ещё? Прочность российско-китайского союза, а также всей нарисованной финками, мерцами и всякими прочими макронами «новой оси зла», с участием КНДР, Ирана и ещё кое-кого. Как бы против этого не топила и не зубоскалила шифрующаяся под «патриотов» западная агентура влияния. Также предельное напряжение наступательного порыва на фронте, чтобы любые меры, которые там будут обсуждаться по украинской тематике, хронически запаздывали и отставали от событий. В конце 1944-го – начале 1945-го решающую роль сыграл именно этот фактор, проваливший им все сепаратные контакты. Ну и притормозить с эйфорией по поводу возврата Трампа. Следует признать, что сейчас её намного меньше, чем восемь лет назад, когда у некоторых натурально снесло крышу. Но тем не менее. Да и фактора провокаций, загримированных под глупость, тоже никто не отменял. Но самое главное: выбросить на свалку истории миф о непобедимости объявившего нам устами Финка войну «глубинного», он же нацистский, чёрный, «интернационала». Сам факт выхода из тени «хозяев жизни» - показатель наличия у них проблем, которые на закулисном уровне уже не решаются. Если угодно, маркер деградации системы. На нашем календаре далеко не условный 1941 год, и первые победы над этим «интернационалом» мы уже одержали. Впереди ещё много чего, но коренной перелом, похоже, не за горами, а дорогу осиливает идущий.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/141432.html

11.11.2024 Фейки + «миротворчество» Ватикана = «глубинный» план «Б»

Иллюстрация: REX

К нам тянутся две руки, управляемые одной головой; рубить придётся обе, но по очереди.

Такое впечатление, что после победы Дональда Трампа на президентских выборах, в США и в Европе был введён в действие некий план «Б», призванный, во-первых, максимально запутать ситуацию, утопив в ней все надежды на смягчение противостояния Запада с Россией. Во-вторых, дискредитировать Трампа, подтолкнув его к ошибочным действиям. В-третьих, на этом фоне создать подобие коалиции, готовой к продолжению военных действий, в том числе путём прямого вмешательства НАТО в конфликт на стороне Украины. И в-четвёртых, в обязательном порядке осуществить крупную эскалацию военных действий, желательно такую, из которой не будет возврата.

Почему такие выводы? Прежде всего отметим резкую активизацию западного информационного «фейкомёта». Такого, честно говоря, припомнить трудно, чтобы СМИ, служащие историческим воплощением серьёзности, респектабельности и ответственности «за базар», подобные Washington Post и Reuters, настолько пренебрегли своей репутацией, чтобы пуститься в распространение небылиц. Пример – с несостоявшимся, как выяснилось, звонком Трампа российскому лидеру Владимиру Путину. Причём, в эту игру втянули и Киев, который, по одной версии, «не знал» о фейковом звонке и «расстроился», что он «состоялся» уже на следующий день после разговора Трампа с «просроченным» недофюрером. А по другой, «узнал» и «не стал возражать». Посмотреть западное информационное поле, так никто под сомнение разговор, которого не было, не берёт. Никто опровержений Москвы, что никакого разговора не было, и контакты пока не планируются, в расчёт не принимает. Запад дружно конструирует «параллельную реальность». Зачем?

Это видно из второго примера. Вместе с фактом звонка фабрикуется и тематика разговора. Причём, как фабрикуется? Якобы Трамп «попросил» Путина не осуществлять эскалацию конфликта, ибо у США в Европе много военных баз и военнослужащих. Глупость несусветная. Во-первых, единственный ответ, возможный на такой откровенный шантаж: «У нас все ваши базы в полётных заданиях». Во-вторых, «много» имеет количественное выражение. Сорок тысяч личного состава армии США – весь европейский контингент. Две развёрнутых мотопехотных дивизии. При том, что около половины – обслуживающий персонал для различных «закладок». От боевой техники частей двойного базирования (военнослужащие в США, техника в Европе, развёртывание - путём стратегической переброски войск) до шести баз хранения тактического ядерного оружия в пяти странах НАТО – Италии, Германии, Бельгии, Нидерландах, Турции. Короче говоря, это не боевые части, а наполовину - «технари» групп обеспечения. В-третьих, тотальное превосходство России в Европе по ядерному оружию, которое в случае столкновения с НАТО скорее всего будет использовано. Причём, перевес качественный: у нас вся линейка боеприпасов на всех носителях – наземных, воздушных, морских. У американцев – только ВВС, ибо единственным видом тактических ядерных боеприпасов остаётся авиабомба свободного падения B-61B. А с учётом фактора ПВО/ПРО, и её-то доставить к целям проблематично. Так что нет у Трампа того аргумента про «много военных и баз», который ему приписывается.

Ещё один момент. Фейки не ограничиваются псевдофактами, но и пытаются их интерпретировать. «Демилитаризованная зона», о которой да, в своё время заикался избранный вице-президент Джей Ди Вэнс, но не сам Трамп, — это европейские военнослужащие на линии боевого соприкосновения. С российской стороны уже давно было заявлено (и проводится в жизнь): «Военнослужащие НАТО на Украине – законная цель для российских ударов». Никакая Европа туда не сунется, если встанет вопрос о переходе от слов к делу. Дураков нет. Единственная вменяемая мотивация для Трампа – побудить Европу если не отказаться, то уклониться, а потом тыкать её в это носом, побуждая смириться с некоторыми неприятными вещами. Но до этого ещё далеко, поэтому реализация этой мотивации сейчас – по сути фальстарт. И Трамп это, разумеется, понимает. Однако за него домысливают, конъюнктурно спекулируя на придуманных или неосторожно произнесённых словах членов его команды, в том числе бывших.

То есть, по совокупности, о чём идёт речь? С помощью фейков и обслуживающих их «аналитических» домыслов Трамп загоняется в прокрустово ложе искусственной реальности, которую все обсуждают как настоящую, а по-настоящему актуальные вопросы тем временем остаются за пределами общественного внимания. Например, отказ Трампа включать в состав новой администрации экс-директора ЦРУ и экс-госсекретаря Майка Помпео, который, про слухам, претендовал на руководство Пентагоном. Много говорится, что этот «ястреб» по уши влез в украинскую тему, даже став акционером «Киевстара», то есть получив на Украине свой «кошелёк». Но он ведь и прямое олицетворение потенциального скандала с Китаем. Ибо не кто иной, как Помпео за эти годы минимум дважды посетил Тайвань и произносил там речи с провокационными призывами к «независимости», что встречало, разумеется, крайне негативную реакцию официального Пекина. То есть в то время, как реальный Трамп уходит от наиболее конфронтационных тем (слухи о «чёрном списке», в который включена Нэнси Пелоси – в ту же копилку), «виртуальный» Трамп, которого явно не по своей воле лепят СМИ, спит и видит, как бы разжечь мировую войну. Это (пока) не соответствует действительности ни тактически, на уровне фактов, ни стратегически, в тенденциях, но всё равно лепят.

Идём дальше. Обращает внимание безудержная активность в Европе. Сегодня в Париже президент Франции Эммануэль Макрон встречается с британским премьером Киром Стармером. Тема: как убедить «хромую утку» Джо Байдена дать разрешение Киеву на эскалацию: бить по России западным ракетным оружием. (При том, что и собственную, якобы «украинскую», собранную из западных комплектующих, ускоренными темпами «лабают» в Днепропетровске, а в Одессе после очередных российских ударов третьи сутки отчаянно «фонит», и непонятно, что из завезённого туда «накрыто» - урановые сердечники или материалы для «грязной бомбы»). В эти же дни активные контакты происходят и намечаются с участием тех же Макрона и Стармера с польским премьером Дональдом Туском и генсеком НАТО Марком Рютте; последний даже пугает Трампа «изгнанием» США из НАТО, если Трамп «сдаст» Украину. Одновременно новый импульс придан ещё одному, уже «с бородой» фейку о военных КНДР якобы на линии фронта в Курской области.

Последнее позволяет предположить, куда ведёт этот трек. Тем более в свете информации о приглашении Трампа в Белый дом Байденом для обсуждения вопросов, связанных с передачей власти. Представляется, что Байден попробует продавить Трампа на согласие с ударами по России западным дальнобоем, то есть на эскалацию конфликта, против которой тот выступает. При отказе Трампа демократы задействуют «северокорейский след» - Киев поможет, и Стармер с Макроном получат долгожданную отмашку из Вашингтона на Storm Shadow и SCALP вглубь российской территории, ответственность за которые возьмёт на себя Вашингтон. В пользу этой версии, загоняющей Трампа в конфронтацию как белку в колесо, выход из которого будет весьма трудным, если вообще возможным, говорит и вчерашний, явно «пристрелочный» удар ВСУ по московскому региону.

О том, какую встречную игру ведёт Трамп, несомненно понимающий, куда его затягивают, свистнувший к себе во Флориду глав Венгрии и Польши Виктора Орбана и Анджея Дуду (причём, если первый – единомышленник, то карту второго Трамп явно разыгрывает против премьера Туска), лучше всего говорит вот эта публикация в британской The Independent. Суть предельно коротка: не исключён «встречный», «консервативный» альянс Трампа с Ватиканом на ниве нарушающего вышеизложенные планы «миротворчества», о котором газете рассказал венгерский посол при Святом престоле с говорящей фамилией Габсбург-Лотарингский. Напомним: именно это «августейшее» семейство в своё время в полный рост стояло за проектом «украинства». Как и за фокусами не к ночи помянутого Горбачёва. И если присмотреться к факту использования в качестве «говорящей головы» представителя этой фамилии, то тема «заморозки» конфликта, которая муссируется в связи с волной, поднятой Трампом, обретает черты раздела Украины с одновременными шагами по воссозданию в южной Европе канувшей в Лету Австро-Венгрии – унии Габсбургов с Ватиканом. Никакого прожектёрства: мир и не такое видел.

Если просмотреть с российской «колокольни», то нас ставят перед выбором между эскалацией, с которой носятся демократы-лейбористы и примкнувший к ним Макрон, и «умиротворением» складывающейся республиканско-католической связки, переформатирующей южную Европу с предполагаемым (это важно!) включением в неё осколков Украины. Что можно сказать? Тактически, как инструмент предвосхищения эскалации конфликта с расширением вмешательства НАТО, это нас устраивает. Стратегически – ни в коем случае, по крайней мере до тех пор, пока существует риск заползания этого образования в глубину территории бывшего СССР и отторжения этих территорий в чужую пользу. Помнится, дискутируя с И.В. Сталиным о судьбе Львова, Уинстон Черчилль как-то воскликнул: «Но ведь Львов никогда не был в составе Российской империи!». «Львов не был, - невозмутимо возразил советский вождь. – Зато Варшава была». Черчилль против этого «лома» не отыскал никакого «приёма». Прикусил язычок, повесил нос и сменил тему. Вот этой сталинской максимой и следует руководствоваться, имея в виду, что тактически «южногерманское государство» (термин из директивы Гарри Трумэна от мая 1945 г., заблокированной в Потсдаме Сталиным) – это, как вотчина Ватикана, разумеется, определённый противовес англосаксонскому влиянию. Но стратегически за последние годы между Святым престолом и Лондоном/Вашингтоном сложилась своя уния, отражённая иерархией многократно упоминавшегося автором этих строк «Совета по инклюзивному капитализму при Ватикане» с двухголовым спрутом папы Франциска и Линн де Ротшильд во главе. Поспешили, правда, — и споткнулись. Но унию миру явили. Иначе говоря, сегодня противоречия «протестантского» севера Европы и «католического» юга условны ввиду условности самого этого разделения в давно уже постхристианской Европе. Поэтому сконструированная таким образом «дихотомия», рассчитанная на обман России, — суть система двух рук, управляемых одной головой «глубинного государства». Как «в светлую», так и втёмную. Бить нас собираются той рукой, которая дальше дотянется. Не пройдёт силовой вариант с дальними ударами – включат проект Габсбургов; им неважно, кто забьёт нам гол, им важен счёт на табло – в свою пользу. Только и всего.

Пока эти руки, продвигаемые ухмыляющейся головой, только появляются вблизи постсоветских границ, залог успеха – в максимальной решительности на фронте. Разумеется, на дворе пока не 1945 год, и наложить вето на американское решение своим собственным Москва ещё не может. Но максимально осложнить и обесценить его реализацию и минимизировать его конечные результаты предельным продвижением на Запад, с сохранением за собой исторических советских/российских территорий – вполне. Из этой рамочной формулы и нужно исходить, и в этих целях как угодно манипулировать оппонентами и их противоречиями – настоящими и мнимыми - точно так же, как они пытаются манипулировать нами. «Война - как учил классик военной литературы - это не кто кого перестреляет. Война - это кто кого передумает».

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/141393.html

10.11.2024 О чём с Дональдом Трампом пойдут переговоры

Крах Запада. Иллюстрация: REX

Ждать ли их, и чего ждать именно?

Поскольку информационное поле на эту тему кипит, булькает и брызгается, выскажем несколько тезисов.

Первое – дипломатия и дипломаты. Переговорный процесс (если) начнётся только после инаугурации Дональда Трампа, хотя утечки о том, что он «уже идёт», со ссылкой на «достоверные» источники будут появляться регулярно. Лакмусовая бумажка состояния данного вопроса – фигура нового посла России в США, которая, по словам первого замглавы МИД Сергея Рябкова, в узком кругу уже известна, но не обнародуется. Рябков сказал важную вещь: агреман у США на назначение будет запрошен вне привязки к конкретной администрации, искусственно затягивать [под Трампа] никто не станет. Учитывая, что точек соприкосновения с уходящей администрацией Джо Байдена нет, более того, не исключается эскалация напряжённости (как это сделал перед передачей власти Трампу в 2017 году Барак Обама, выславший российских дипломатов), то если агреман будет запрошен до 20 января, значит, оснований рассчитывать на договорённости не много. Если же процесс всё-таки затянется на после инаугурации, значит, «теневые» консультации сторон всё же прошли. Но в любом случае в этот раз обойдётся без ошибок неопытности, в жертву которым из-за «преждевременных» контактов с Москвой Трампу пришлось приносить несостоявшегося советника по национальной безопасности Майкла Флинна. (До сих пор жаль!). Безопасный формат, если потребуется, будет найден.

Другой «лакмус» - фигура посла США в Москве. Линн Трейси год как в должности, вроде как бы и не засиделась, но назначалась в совершенно иной ситуации, исходя из приоритетов политики Байдена – Энтони Блинкена. Новый президент – новый госсекретарь – новый посольский корпус, обновление которого должно начаться с ключевых внешнеполитических направлений. Если Россия для Трампа – действительно приоритет, то новый посол должен появиться достаточно быстро. Если же фокус внимания будет смещён в другие регионы – Ближний Восток, АТР – то смена дипломатического представителя произойдёт с задержкой относительно первых посольских назначений. Ну и понятно, что эта динамика влияет на интенсивность и результативность диалога.

Второе – переговорная тематика. Пока очевидным видится следующее противоречие. Американскую сторону при Трампе в гипотетическом диалоге с Россией, судя по всему, прежде всего заинтересует Украина; российским интересам это не соответствует. Нам предпочтителен разговор по максимально широкому кругу вопросов, охватывающих контур системы коллективной безопасности в Европе и в Евразии. То есть – в мире. Понятно, что Трамп, нацелившийся на поддержку Израиля и выстраивание в АТР региональной коалиции против Китая на базе созданных при Байдене локальных блоков, заинтересован в размене Киева на другие ТВД. США постараются выделить украинскую тему и обсудить её с Москвой в контексте отрыва нас от Китая, КНДР и Ирана, соответствующие заявления уже сделаны. Уступки Вашингтона на Украине будут предложены в обмен на отказ от нашей активности на Ближнем и Дальнем Востоке.

Здесь надо понимать, что без внимания НАТО Киев всё равно не останется. Имеется достаточно утечек, указывающих на стремление США при Трампе переложить бремя его поддержки на европейцев. Оборонное соглашение Великобритании и Германии, подписанное в преддверие выборов в США и в канун правительственного кризиса в Берлине, превращает ФРГ в проводника англосаксонской геополитики в ЕС. Заявление французского президента Эммануэля Макрона в пользу углубления европейской интеграции и координации вкупе с обещанием поставить Киеву новую партию ракет SCALP дополняется отказом британского премьера Кира Стармера от поставок своих Storm Shadow. И с таким же «отлупом», который Киев получил в Вашингтоне от главы Пентагона Ллойда Остина по ракетам ATACMS. Это, похоже, однозначно указывает:

- во-первых, что процесс передачи ответственности за Украину в руки Европе уже пошёл, и в новой администрации США «ответственным» за это назначат Лондон, раз уже там у власти оказались «антитрамповские» лейбористы (которых можно и даже нужно подставить);

- во-вторых, что в самой Европе Британия дистанцируется от возможного вовлечения в конфликт с Россией, передавая это «счастье» Парижу и Берлину и оставляя за собой «общее концептуальное руководство»;

- в-третьих, что полученную от США непосредственную «ответственность» британцы передают немцам, имея в виду позицию вероятного победителя мартовских досрочных выборов, нового лидера ХДС/ХСС Фрица Мерца по немедленной передаче ВСУ особо дальнобойных крылатых ракет Taurus. Здесь самое время вспомнить, что биография Мерца тесно связана с верхушкой глобального олигархического бизнеса в лице компании по управлению активами BlackRock. И, стало быть, немецкое лидерство на антироссийском направлении – двойная «прокладка», визуально отделяющая Британию от США, а Германию – от Британии. Размывание ответственности или заметание следов?;

- в-четвертых, BlackRock – американская компания, скупившая большинство украинских чернозёмов. Поэтому назначение Германии при Мерце крайней за реализацию интересов этого спрута, объединяющего с десяток компаний по управлению активами на общую сумму более 20 трлн долларов, будет выглядеть, извините, «хитропопым» шагом по присвоению «глубинным государством» «каштанов», которое натаскает ему из огня украинского конфликта новое немецкое руководство.

Если брать шире, более глобально, то из Германии, похоже, собираются опять вылепить ядро, теперь уже «четвёртого рейха», нити управления которым останутся за океаном. Но светиться в публичном поле эти «управляющие» - ни британские, второго порядка, ни американские, первого порядка, не станут. Одни примутся отсиживаться за Ла-Маншем, другие – за Атлантикой, в ожидании ситуации, в которой можно будет, как и в двух мировых войнах XX века, ввязаться - когда, в каком формате и на чьей стороне, продиктовав всем свою волю и сняв «сливки».

Для справки: 85 лет назад контроль над Германией осуществлялся, во-первых, через Банк международных расчётов (БМР) в Базеле, где американские и британские финансисты делили прибыль от войны, получаемую немецкими компаниями, вместе с немцами. (Систему связей выстраивал Яльмар Шахт, глава Минэкономики и Рейхсбанка в 30-е годы, доверенное лицо Ротшильдов, владевших Банком Англии, контрольным акционером ФРС). Во-вторых, этот контроль осуществлялся через оба крупнейших немецких военных концерна – I.G. Farbenindustrie и Vereinigte Stahlwerke. Управляющие компании у них находились в США. В-третьих, ещё это происходило по линии олигархических кланов немецкой диаспоры в США во главе с Рокфеллерами и оккультно-политическим ядром в Йельском университете. Этого влияния вполне хватило по крайней мере для двух эпизодов, когда нацистское руководство действовало в фактических интересах США, загоняя англичан на кабальных для них условиях, ломая планы, в Атлантическую хартию и далее в Антигитлеровскую коалицию. С тех пор эти механизмы несколько видоизменились, но актуальности не утратили.

Третье – евразийские приоритеты. В условиях прочного овладения стратегической инициативой на поле боя, раздрая на Западе и кризиса властной легитимности на Украине, подогреваемого сменой власти в США, России никакие размены не нужны. Ни тактически, с точки зрения гипотетической «нормализации» отношений с США, ни стратегически, имея в виду полную утрату за время конфликта доверия к Западу. Ко всему Западу, без детализации, о каких странах и силах – откровенно подрывных или «типа консервативных» - идёт речь. Весь информационный «базар», извините за сленг, о таких разменах – в пользу так называемых «прозападников», стремительно утрачивающих позиции в условиях восточного разворота и цепляющихся за соломинку. России необходимо укрепление оси Москва – Пекин – Пхеньян – Тегеран, этого стержня Большой Евразии, который самим фактом своего существования меняет мировые расклады в нашу пользу. Поскольку стратегическая ориентация нашей страны на этот евразийский контур безопасности безальтернативна, потому что обусловлена банкротством евроатлантической модели безопасности, и предметом разговора быть не может, то «пространство согласия» для переговоров хоть с Трампом, хоть с Байденом, хоть с чёртом или самим дьяволом предельно сужается. То, что интересует американскую сторону, нашей стороной не обсуждается. Россия и её партнёры по Евразии связаны системой обязательств, как публичных, так и не разглашаемых, ведут параллельную стратегию, в рамках которой осуществляют тесную координацию, в том числе в военно-политической и военно-технической сфере, и ни о каком отказе Москвы от этих обязательств, тем более, что они по-видимому многосторонние, невозможно даже заикаться. Чего бы ни предложили! Во-первых, берут «на тоненького», во-вторых, всё равно обманут. В-третьих, здесь надо согласиться с теми аналитиками, которые обращают внимание, что в абстрактном тандеме с США наша страна – младший партнёр, а на самом деле – жертва при первом же удобном случае, а в тандеме с Китаем – один из трёх главных полюсов многополярного мира. Несопоставимые – ни величины, ни перспективы!

Четвёртое – ничего общего с известной аббревиатурой DEI – «diversity, equality, inclusion» - многополярный мир не имеет. Абсолютное равенство – только на кладбище, а суверенитет, между прочим, обеспечивается экономическим, военным и политическим потенциалом, который у всех разный. Настоящий многополярный мир - это система, стабильность которой обеспечивается сдержками и противовесами по формуле «единичного вето» Мортона Каплана: каждый из центров способен эффективно сдерживать как любой из остальных, так и их коалицию. «Мирдружбажвачка/швабодаравенствобратство» уступает место балансу интересов. И центров таких интересов не может быть много, иначе – всеобщий бардак и война всех со всеми. Прекраснодушные сказочки – не для глобальной политики, в ней, как и всегда в истории, всё решает энергия силы. Не обязательно кинетическая, в ядерную эпоху хватает и потенциальной.

И следует понимать, что в цугцванге знаменитой «ловушки Фукидида» сегодня находятся США. Это у них под одним местом дымится и скоро загорится ввиду их поджимания Китаем, чреватого утратой американской гегемонии. Отвлечься на это противостояние Вашингтону всё равно придётся, потому и передаёт Украину Европе, облегчая нам решающий этап СВО. Втянувшись на юге и в АТР, Америка не сможет, будет лишена такой возможности, полноценно отреагировать на любую, даже самую провальную для европейцев «украинскую» динамику. Будет вынужденно, но молча наблюдать за их крахом. Возможно, именно тогда в актуальную повестку встанет обсуждавшееся на Валдае превращение Старого света из «райских кущей» в просто «западный полуостров» Евразии. И это будет именно тем моментом, когда в условиях фактического развала западного альянса, сопровождаемого обрушением антироссийского украинского проекта, Вашингтону ничего больше не останется, как согласиться на то, что всё активнее в последнее время продвигают китайские товарищи. На треугольник Россия – США – Китай, в котором Америка – один из полюсов, а Европа – лишённая геополитической субъектности периферия Запада, безопасность которой, к тому же, обеспечивается в евразийском, а не в евроатлантическом формате.

Когда речь заходит об этом треугольнике, о котором по сути открытым текстом на Валдае сказал российский лидер Владимир Путин, обычно вспоминают покойного Генри Киссинджера. Но его формула была другой: «США управляют противоречиями Москвы и Пекина, имея с каждым из них связи прочнее, чем между собой». Сейчас, если до треугольника дойдёт дело, вопрос встанет иначе: о «российско-китайском контроле над процессом возвращения Запада в североамериканско-европейский ареал своего естественно-исторического обитания». Кто не понимает диаметральной противоположности этих интерпретаций – тот остается в плену густопсового догматизма. Адекватно оправдать его не получится никакими спекуляциями на отсутствии доверия к Западу ввиду коренного изменения не в его пользу в таком раскладе глобального соотношения сил.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/141345.html

09.11.2024 Кто и зачем вернул Дональда Трампа

Дональд Трамп. Иллюстрация: REX

К технократической версии американских выборов

Интереснейший и важнейший материал, объясняющий, на наш взгляд, подлинные причины поддержки Дональда Трампа определёнными кругами «глубинного государства», опубликовали РИА «Новости». Утверждается, причём, с доказательствами, что ценой вопроса о власти стал разворот Трампа к современным информационным технологиям и теме искусственного интеллекта с помощью Илона Маска и группы связанных с ним относительно молодых бизнесменов, среди которых отдельно упоминаются Питер Тиль и Дэвид Сакс. Выход на Трампа и участие в его избирательной кампании, по версии авторов, опять-таки подтверждённой фактами, был осуществлён через Джея Ди Вэнса, избранного вице-президента США и вероятного будущего преемника Трампа в Белом доме, по мнению многих экспертов.

Когда в июле состоялся этот выбор («в отбой» были отправлены куда более именитые Марко Рубио, сенатор от Флориды, и Дагу Бергаму, губернатор Северной Дакоты), Трамп не стал длинно разглагольствовать, а просто поставил всех перед фактом:

После долгих размышлений и раздумий, а также принимая во внимание огромные таланты многих других, я решил, что человеком, который лучше всего подходит на должность вице-президента США, является сенатор Джей Ди Вэнс от великого штата Огайо.

Почему? Этим вопросом задавались многие. Комментируя выбор в его пользу, эксперты зубоскалили на тему его участия во внутриреспубликанском движении «Never Trumpers» - сторонников консерватизма, выступавших за кого угодно, кроме Трампа. Припоминали оскорбительные выпады Вэнса в адрес нынешнего босса. Что же вдруг так поменялось?

Ответ в июле находили в «удобном» происхождении Вэнса – из социальных низов, а также в его приверженности консервативной системе ценностей. Здесь важно напомнить, что в 2016 году Трампа в Белый дом привели не олигархи и не интеллигенция, а работяги «одноэтажной Америки». Занимавший вице-президентский пост в первом сроке Майк Пенс на его исходе Трампа предал, переметнувшись к его критикам. Отказался засвидетельствовать фальсификации, что давало бы шанс на борьбу, а затем дал против него показания в ходе расследования событий 6 января 2021 года – штурма Капитолия. Вэнс, кстати, как-то заявил, что в отличие от Пенса, будь он тогда вице-президентом, ни за что не подтвердил бы победу Джо Байдена. Некоторые даже откровенно обвиняли Вэнса в приспособленчестве и подхалимаже. Расхожим стал и аргумент о том, что Трамп увидел в Вэнсе «себя молодого» (такого же «маргинала»). Между этими, проскочил и более адекватный аргумент. Выбором в пользу Вэнса якобы Трамп завершает преобразование республиканцев из партии Рональда Рейгана в собственную, даёт понять, что «трампизм» - не на четыре года, а всерьёз и надолго. С этого места, как говорится, поподробнее и, главное, в контексте того, что такое «трампизм» сегодня? Ведь в отличие от «одноэтажного» триумфа восьмилетней давности в группе поддержки победителя выборов оказались и крупнейшие предприятия ВПК, и кое-кто ещё, оставшийся не особо замеченным. Вот что писал тогда, в июле, о выборе Трампа в пользу Вэнса Bloomberg:

Крупные инвесторы Силиконовой долины приветствовали выбор Дональдом Трампом …Дж. Д. Вэнса в качестве своего напарника, шаг, который ставит технологическую отрасль ближе к центру внимания в Вашингтоне, если бывший президент займёт Белый дом в ноябре. Илон Маск назвал это решение «отличным выбором» и сказал, что состав «звучит как победа» в посте на X (запрещена в РФ), социальной платформе, которой он владеет. Дэвид Сакс, инвестор и сторонник Трампа …назвал Вэнса «американским патриотом» в своём посте. А в Founders Fund, венчурной компании, поддерживаемой миллиардером Питером Тилем, партнёр Делиан Аспарухов подытожил настроение многих в своей орбите (спел осанну представленной Вэнсом венчурной компании технологий – В.П.).

Именно эти имена – Маск, Тиль и Сакс – как раз и всплыли в упомянутой публикации. Мы же дополним этот список фактом биографии нового «вице», которая связана с Йельским университетом. Наряду с Массачусетским технологическим институтом и его связями с Римским клубом, а также Гарвардом и Стэнфордом, Йель представляет важнейшее звено пересечения интересов вузовской науки с «глубинным государством», воплощённого в системе «think tanks». Школа молодых лидеров при университете, в которой обучали известного российского оппозиционера, ныне покойного, — только одна ипостась его деятельности (официальных доказательств прохождения через нее Вэнса не имеется, но отсутствие доказательств в таких случаях – тоже доказательство). На главное предназначение Йеля как инкубатора цветных революций, насаждения управляемого хаоса и других технологий внешнего управления в своё время указал долгое время проработавший в его архивах Энтони Саттон («Как орден организует войны и революции»). По его версии, Йель – эпицентр крупной оккультной структуры орденского типа, объединяющей влиятельнейших выходцев из немецкой диаспоры; называются кланы Рокфеллеров, Гарриманов, Тафтов, Леманов, Бушей – тех самых – и др. Это консервативный противовес либерально-глобалистским центрам в Нью-Йорке и Сан-Франциско, и не исключено, что корни «феномена» Вэнса именно там. Ибо как раз из подобных элитарных заведений «выдергиваются», чтобы затем готовиться к большим карьерам, будущие агенты определённого влияния.

Вот здесь самое время вернуться к публикации, с которой мы начали. Очень похоже, что именно Йель стал тем местом, где на Вэнса положила глаз упомянутая троица – Тиль, в инвестиционной компании которого тот работал после обучения, а также его партнёры – Маск и Сакс. А затем определённый круг боссов республиканской партии, курирующей её по линии «глубинного государства», пришёл к мысли, что чем бороться с Трампом – легче его завербовать, используя неудовлетворенные амбиции, под реализацию собственных планов и программ. А заодно использовать его в качестве тарана против не только демократов, но и собственного косного партийного большинства, сформировав из партии инструмент прорыва на ключевом IT-направлении - искусственного интеллекта. Тем более, что именно эта сфера привлекает сейчас наибольшее внимание, создаёт наилучшие перспективы, пользуется популярностью у молодёжи и ярче всего ассоциируется с прогрессом. И самое главное: именно в этой сфере намечается наиболее острая конкуренция США с Китаем, рассчитанная американскими элитами на весь XXI век.

Вкратце об этом трио. Создав сервисы интернет-платежей, Маск и Тиль в 2000 году их объединили; после продажи компании два года спустя Маск, как один из крупных акционеров, получил средства, использованные на раскрутку SpaceX и Tesla. При этом следует понимать: каким бы «самородком» Маск ни был, космос – сугубо государственная и, более того, военная сфера деятельности, тесно связанная с национальной безопасностью. Частный бизнес может там существовать только на «ошмётках» от технологий и проектов NASA, а также их финансирования. То есть сугубо на бюджете. Учитывая особенности американской космической программы, изначально развивавшейся на стезе тотального шпионажа, всё это находится под прочным колпаком спецслужб, без поддержки которых Маск ни шага бы в этой сфере не сделал. Кстати, ещё одной зацепкой является связь NASA с разработками Третьего рейха, живым олицетворением которых служит идейный нацист Вернер фон Браун, конструктор ФАУ, во главе лунной программы. И, возвращаясь к Йелю, ещё раз: по Саттону, бал там правит олигархия именно из немецкой диаспоры. Поэтому когда Тиль, имевший связи с Маском, поддержал прошедшего Йель Вэнса, вложив первые миллионы в его политическую карьеру, то этому скорее всего предшествовали определённые политические решения, принятые отнюдь не в штаб-квартирах компаний, а в других кабинетах. Теми же решениями Вэнс, когда стало нужно, был развёрнут вместе со своими спонсорами от критики Трампа к его безоговорочной поддержке, а сам Трамп – от противостояния внутрипартийным оппонентам к созданию из них костяка новой президентской команды. Просто так такое количество уголовных дел под сукно ведь не засовывается, правда? Теперь об этом можно, думается, говорить вполне определённо. И именно так, как рисует систему связей в этой команде близкая к республиканцам Washington Post.

Так что это за проект? В обсуждаемом материале указывается на стремление Трампа продвинуть развитие искусственного интеллекта в обмен на закрытие «зелёной» темы, которую продвигали демократы. Не только в энергетике, но, скорее всего «устойчивого развития» в привычном виде как такового. Вместе с Байденом – Камалой Харрис в утиль списываются и все их международные приоритеты, и этот факт в мире, особенно в Европе, будет иметь куда больший резонанс и последствия, чем «украинские» рокировки Трампа. Если это произойдёт, вся парадигма мирового развития переворачивается с ног на голову. Европейский путь последних десятилетий объявляется ошибочным и тупиковым, а новый путь – американский, в этом скорее всего «сильные мира сего» и убедили Трампа – как раз и станет ключом к его MAGA, которую через четыре года окончательно развернёт в нужное русло «оперившийся» к тому времени Вэнс. Поставив в стойло Европу, «новые республиканцы» имени Трампа во всеоружии и на гребне технологического прогресса, в качестве законодателя его новых мод, и подойдут к противостоянию с Китаем. Аккурат к 2028-2029 году, когда различными утечками миру и прогнозируется «вселенский шухер». Это как взрывной подъём неоконсерватизма и рейганомики на рубеже 70-х и 80-х годов прошлого столетия (Тэтчер, Рейган, Коль, далее везде), которые опрокинули прежние социал-демократизированные подходы welfare state. И поскольку тот опыт оказался успешным в борьбе с СССР, почему бы не применить его ещё раз против Китая? Такова возможная логика тех в глобальной элите, кто принимает стратегические решения.

Что об этой «магистрали» в новое издание PNAC – проекта «Новый американский век» - следует знать и понимать? А то, что хрен редьки не слаще. «Зелёный лохотрон», век которого, так и не наступив, стремительно приближается к ожидаемому бесславному финалу, планируется заменить, судя по обсуждаемым публикациям, выбором между двумя вариантами «технотронной эры» Збигнева Бжезинского, о которых Маск поспорил с ещё одним «золотым мальчиком» IT-эпохи Ларри Пейджем. В ответ на опасения, что господство ИИ поставит существование человечества под угрозу, тот, если верить источникам, ответил:

Ну и что? Если сознание можно воссоздать в машине, почему не ценить его в той же мере? Это просто выведет нас на новую ступень эволюции.

Вопрос, как мы понимаем, в том, что это уже даже не превращение людей в киборгов, а полная «отмена человека» с пересадкой его личности в не требующий материального обеспечения компьютер. Пресловутые «цели» пресловутого «устойчивого развития» предлагается достичь иначе. Не деиндустриализацией и контролем над рождаемостью. И не карантинной «самоизоляцией» в зонах «пятнадцатиминутных» городов, из «человейников» которых выход по «аусвайсу» три-четыре раза в год. Не отменой образования и работы, которая компенсируется гаджетами и «базовым доходом» в виде «белковой пищи» из сверчков и тараканов. И не тотальным «шерингом» вместо собственности. А отменой жизни и потребления как таковых. Авторы материала приводят, правда, и встречный вариант со встроенной в ИИ позитивной мотивацией, сами в нём, однако, сомневаясь:

…Даже если в «генетический код» ИИ заложат самые благие намерения, рано или поздно машинный разум всё равно попадёт в ситуации, когда хороших решений попросту не существует. …И пока ни у кого нет ответа на вопрос, сможет ли нечеловеческий интеллект вырулить в правильную сторону, если на кону окажется не одна-две жизни, а судьба всего вида Homo sapiens.

Только вот при ближайшем рассмотрении видно, что это две стороны одной медали. Второй вариант, отстаиваемый Маском, — прямой путь к первому, Пейджа – выбору между самоликвидацией и превращением в компьютер на «новой ступени эволюции». Сможет ли защитить от такого выбора обсуждавшаяся на Валдае система государственного контроля над ИИ? Вопрос остаётся открытым, но сам факт, что он там поднимался, причём, с подачи индийского профессора Арвинда Гупты, уже внушает надежду, что проблема по крайней мере осознаётся.

Но мы в данном случае не об этом. А о возможной истинной подоплёке «второго пришествия» Трампа, осуществлённого концептуальными «глубинными» элитами, которым он без сомнения присягнул.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/141302.html

08.11.2024 Россия и Китай предлагают США многополярный треугольник

Скриншот видео kremlin.ru

В день триумфа Дональд Трамп поставлен перед выбором между миром и войной.

Традиционное участие президента России Владимира Путина в Валдайском форуме в этом году – программное, обозначающее перелом, на котором оказался мир. Совершенно очевидно, что сроки проведения клуба и дата президентского выступления связаны с подведением итогов выборов в США. Поскольку с уверенностью предположить, кто победит, было трудно, хотя в последние недели стрелка даже не электорального, а в комплексе, предвыборного барометра указывала на Дональда Трампа, этот исход и рассматривался наиболее вероятным. Но нет сомнений, что содержание программных заявлений Путина на Валдае, в случае, если бы победила Камала Харрис, было бы несколько другим. При неизменной стратегии, по-иному, исходя из «клиентуры», были бы расставлены тактические акценты.

Несмотря на то, что Путин в целом повторил многократно сказанное ранее и то, что он говорил, было ожидаемо, тем не менее резонанс определялся местом и временем. Политическая «реинкарнация» Трампа, с одной стороны, сменила этапы глобального развития, открыв дорогу новым возможностям, а с другой, предельно заострила предстоящий выбор. Путин этот нюанс ухватил, поэтому следим за президентской логикой:

Наступает в некотором смысле момент истины. Прежнее устройство мира безвозвратно уходит, можно сказать, уже ушло, а за формирование нового разворачивается серьёзная, непримиримая борьба. …Это даже не схватка за власть или за геополитическое влияние. Это столкновение самих принципов, на которых будут строиться отношения стран и народов на следующем историческом этапе.

И – обозначенный выбор между «целями развития и справедливости», на которых настаивают народы поднимающихся новых держав и «погружением человечества в пучину агрессивной анархии, внутренних и внешних расколов, утратой традиционных ценностей, новыми форматами тирании, отказом от классических принципов демократии, базовых прав и свобод…». Между «гегемонией в международной среде [западного] …либерально-глобалистского мессианства» и его превращением в «один из …важнейших элементов мировой системы». Между, как дополнил Путина норвежский профессор Гленн Дисэн, «однополярным и многополярным мирами».

Но здесь целый срез смыслов. Во-первых, неспроста упомянуты «цели [устойчивого] развития», причём на противопоставлении справедливости и несправедливости. Далее, раскрывая позицию по климатической тематике, Путин второй раз за последние недели обращается к вопросам её использования развитыми странами Запада в целях неоколониальной эксплуатации ресурсов глобального Юга. И идёт дальше, раскрывая масштабы финансовой ренты, снимаемой США с «печатного станка» ФРС – 12 трлн долларов в год. Именно из этих денег, поскольку они возникли из ничего, за счёт не конкурентных преимуществ, а административной монополии, на его взгляд и нужно финансировать экологию и проекты, связанные с устойчивым развитием, чтобы климатическая повестка сохранялась в поле именно справедливости, а не одностороннего принуждения.

Во-вторых, и принуждение перестаёт работать; прежние вассалы отказываются подчиняться. Поскольку линия, которую вёл Путин, рассчитанная на новые лица в будущей администрации США, априори исключала императивность формулировок, мы вправе дополнить. Перестали подчиняться потому, что увидели глобальную альтернативу. Далеко не у всех стран есть возможность, ресурс и драйв сопротивления диктату в одиночку. Но когда появляется мощная глобальная сила, которая предлагает альтернативу, под крышу к ней сразу же выстраивается очередь. Эта сила – российско-китайская ось Евразии, которая уже разрослась до масштабов, выражаясь словам наших оппонентов, «новой оси зла» (критика от врага хороша, опасайтесь его похвалы, учил В.И. Ленин), превратившись в «аттрактор» - центр притяжения для тех, кто не согласен с западной гегемонией. У людей не было выбора – они скрипели зубами, но молчали, появился этот выбор – показательно и демонстративно его реализовали. И в этом смысл феномена БРИКС, который Путин предусмотрительно, чтобы «не дразнить гусей», вывел из соподчинения с глобальной альтернативой.

В-третьих, и здесь мы опять должны вернуться к упомянутому норвежскому участнику дискуссии, забросившему удочки в немыслимую для Запада ещё пару лет назад тему «большого евразийского» объединения. Может ли Европа стать частью Евразии? (Вот ведь надо отдать им должное: хвататься за соломинку научились!). Ответ: может. При двух условиях: восстановлении собственного суверенитета (или стратегической автономии) от США и отказа от (нео)колониального мышления в духе «бремени белого человека». Высший пилотаж, на наш взгляд, Путин продемонстрировал, когда вспомнил о боннской беседе Гельмута Коля с Анатолием Собчаком. Коль тогда второе условие соблюл, а вот с первым получилась «нескладуха». Именно в том 1982 году, когда он пришёл к власти, США развернули в ФРГ «Першинги» и «Томагавки», наглядно продемонстрировав европейским элитам (да и некоторым советским, вовлечённым в Римский клуб) непреходящую ограниченность российско-европейских интеграционных импульсов.

А теперь внимание! Что такое позавчерашний скандальный развал «светофорной» коалиции в Германии? Да то же самое, благодаря чему и пришёл Коль: СвДП разорвала с СДПГ, как и сейчас, и перешла на сторону ХДС/ХСС, покинув левоцентристское правительство. Сейчас уже в марте, скорее всего, канцлером станет Фриц Мерц, отметившийся, правда, рядом радикальных антироссийских демаршей. Но эти демарши относятся к ушедшей эпохе Джо Байдена – Харрис, поэтому всё, как и сорок два года назад, вновь зависит от сменившейся власти в Вашингтоне. Путин этот момент, как видим, учёл, сделав пас Трампу ещё и на европейском поле, том самом, на который будущий американский лидер хочет переложить ответственность за финансирование Киева. Поэтому за действиями и риторикой Мерца в ближайшее время нужно последить ещё и с этой точки зрения.

В-четвёртых, открытое признание западного либерализма, образующего фундамент глобалистского мессианства, тоталитарной идеологией, по сути вырождающейся в неонацизм. И опять предельная президентская осторожность, имеющая ввиду процессы, идущие на Западе. Нацизм – суть социальный национализм, симбиоз национальной и социальной идей, частью которого является и социал-демократия, разумеется, «очищенная» от изначального влияния марксизма. (Марксизм – идеология масс; нацизм – элит, в этом их настоящее непримиримое противоречие). Поэтому действительный неонацистский консенсус на Западе – леволиберальный или либерально-социалистический. Но понимая, что противников нельзя объединять общей критикой, Путин оставляет социал-демократизму шанс; идея социальной государственности, оторванная от агрессивной либеральной апологии исключительности, в том числе классовой, буржуазной, сохраняет историческую перспективу. И более того, практически, можно сказать, реализуется в современном Китае. Президент в третий раз за последние полтора года не только повторяет, но на этот раз и детализирует мысль, которая, не скроем, внушает оптимизм относительно будущего самой России:

Китай очень многого добился. Я уже говорил, не помню, в прошлый раз я здесь говорил или нет, но на других публичных мероприятиях говорил: по мнению наших экспертов, та модель экономики, которую Китай взял на вооружение, он выработал её, эту модель, естественным образом, исходя от потребностей жизни. Она является гораздо более эффективной, чем во многих других ведущих экономиках мира. Прямо скажем, такие элементы, сочетающие и плановую экономику, и рынок. Удаётся китайским специалистам это делать, а с политического уровня удаётся нашим друзьям этим специалистам не мешать это делать – это очень важно. И получается эффект хороший. То есть китайская экономика работает эффективнее, чем другие экономики, даже несмотря на то, что происходит определённая коррекция с точки зрения темпов экономического роста.

Не мешать с политического уровня сочетанию плана и рынка – в интерпретации Си Цзиньпина в своё время прозвучало как «рынок лучше перераспределяет ресурсы». Разумеется, под стратегическим контролем плана. За этой формулой, как раз и представляющей «социалистическую рыночную экономику», на наш взгляд, — будущее.

Наконец, в-пятых, президент, не раскрывая деталей, чётко обозначил взаимосвязь выбора, назовём вещи своими именами, между глобализмом и институтом национальной государственности с гуманитарной перспективой:

…Сможет ли человеческое общество остаться обществом с его этическими гуманистическими началами, а человек – остаться человеком.

И понятно, что речь о так называемом «антропологическом переходе», обсуждавшемся глобалистами в 2018 году на семинаре в Аспенском институте в Колорадо. О разделении человечества на два подвида – высший и низший, по отношению к которому допускаются любое социальное проектирование и эксперименты. («Зоотехник не убивает, он просто оптимизирует поголовье»). Именно поэтому проблема социального неравенства, причём, в контексте цифровой революции и искусственного интеллекта (создающая перспективу замены людей роботами), составила первый и главный сюжет обсуждения. Государственный контроль, на котором в этих вопросах справедливо настаивает Путин, обозначает недопустимость «приХватизации» прорывных технологий бизнесом ввиду приоритетности для последнего корпоративных интересов, очень часто противостоящих общественным. Добавим от себя, что фашизм начинался именно с корпоративизма и только после этого вобрал в себя национальную и социальную составляющие. Пройти придётся между Сциллой прогресса и Харибдой частной узурпации его плодов и издержек, и всё указывает на то, что Путин это осознаёт.

А теперь то, что касается большой геополитики. Показателен в этом плане диалог Путина с задававшим ему вопрос китайским профессором Фэн Шаолэем на тему о «возможности нормализации отношений между Россией, США и Китаем в новой обстановке». У нас нет сомнений, что этот вопрос, по сути, ключевой, был тщательно подготовлен. Ответ Путина:

В США, к сожалению, проводят политику двойного сдерживания, то есть попытка сдержать и Китай, и Россию. Зачем это нужно, работать на два фронта тем более – совершенно непонятно. То есть понятно: считают, что рост экономического могущества Китая представляет для них угрозу, угрозу для их доминирования. …Если бы те же США поменяли вектор в отношении и России, и Китая, то есть не проводили бы политику двойного сдерживания, а проводили бы политику трёхстороннего сотрудничества, от этого выиграли бы все, и проигравших бы не было.

Бросившийся было уточнять, развивая тему, модератор получил отповедь в духе «Все сказано». Распространяться дальше Путин явно не хотел, ибо кто понял – тому достаточно, а делать упор на теме, только что в виде очередного паса отправленной Россией и Китаем за океан, — излишнее занятие. Стратегия не терпит публичности, особенно чрезмерной. Что именно сказано? Многополярный мир, построенный на равноправном цивилизационном, политическом и экономическом многообразии, нуждается в структурном оформлении. Тройственное сотрудничество Москвы, Вашингтона и Пекина – форма многополярности, вводящая её в организованное русло. Мяч – за Атлантикой с нашей стороны и за Тихим океаном – с китайской. Предложение о глобальном треугольнике сделано. Выбор – за американскими элитами, и он, как мы ожидаем, должен базироваться, повторим это, на тезисе Путина о Западе как «одном из» мировых центров. Отклонение этого предложения, сделанного новому президенту США в день его триумфа, равносильно для американской стороны реализации лозунга Сэмюэля Хантингтона «The West vs. the Rest» (Запад против всех остальных). С тем, однако, уточнением, что Европе на Валдае предложен собственный выбор – между американским вассалитетом и «западным полуостровом Евразии». Выбор между равноправием и изоляцией – за Вашингтоном. И делаться он будет в зависимости от осмысленности представлений об исчерпанности потенциала гегемонии. На наш взгляд, — это главный итог всего форума.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/141245.html

06.11.2024 Мировой кризис вступает в новый этап.

Дональд Трамп. Иллюстрация: REX

К итогам выборов в США

Первое. Победа Дональда Трампа предсказывалась той частью экспертного сообщества, которая обратила внимание, что в последние недели перед голосованием «знаки внимания» Трампу стали оказывать маркеры «глубинного государства». Трамп пообещал спасти доллар, что было замечено «Deep»-рупором – The Wall-Street Journal (WSJ); именно с этого момента соцопросы, показывавшие лидерство Камалы Харрис с самой рокировки кандидата в демпартии, качнулись в обратном направлении. Фронду Белому дому обозначил Пентагон, по украинскому вопросу. Ллойд Остин себе такого не позволял с момента «исчезновения» под прошлый Новый год, ибо сидел на крючке. Но на Рамштайне, предшествовавшем несостоявшемуся октябрьскому, в канун вашингтонской встречи Джо Байдена с Киром Стармером и на фоне американо-британских междусобойчиков по ракетам вглубь России, Зеленского откровенно послал. Потом Белый дом его додавил, и Остин завилял, под «серенады» на тему военных КНДР в Курской области. Но это было потом, а яичко, как известно, дорого ко Христову Дню.

Картинка будет неполной без упоминания об оглушительном фиаско демократов в Молдавии, а также о триумфальной поездке венгерского премьера Виктора Орбана в охваченный неопределённостью Тбилиси, где, давайте прямо, эмиссар Трампа обломал Белому дому демократов всю протестную «малину», на которую они намылились. И про которую в последние полгода перед 26 октября не говорил только ленивый. Самое интересное, прямо оксюморон. Облившая Орбана грязью Европа, где даже начали рассуждать об его свержении с председательства в ЕС, тем не менее отказала грузинской оппозиции в поддержке «революционных» начинаний американских демократов. Так или иначе, но постсоветское пространство, как теперь понятно, послужило важнейшей ареной предвыборного противостояния в США. И Россия, сделав в этой игре по понятным причинам свои ставки, на результат повлияла. Только не надо про «вмешательство». Это не мы вмешивались туда, это они полезли сюда. Ну, и получили. Игра на выезде, она, знаете ли, не только в политике, но даже в футболе - дело с неоднозначными перспективами.

Второе. Итоги выборов в США окажут несомненное и очень благотворное воздействие на российско-китайские отношения. Во-первых, в отличие от демократов, с которыми всегда «получалось» у Пекина, Москва, вне зависимости от состояния двусторонних российско-китайских отношений ещё с советских времён в приоритетах имела республиканцев. Это если называть вещи своими именами. Во-вторых, Трамп, начавший против Китая в 2018 году торговую и тарифную войну, попытавшийся с наскока выиграть эту партию, названную им «неэквивалентным товарооборотом» и на этом обломившийся, безусловно «записал ход». И намерен продолжить, чтобы он там ни говорил о «дружбе» с Си Цзиньпином. Надо понимать, что в лексиконе Трампа ключевым словом является не «дружба», а «сделка»; сделки не вышло ни тогда, ни позже, при Байдене, который вынужденно двигался в фарватере линии Трампа 1.0.

Что сейчас? Трамп уже объявил, что «помирит» Москву с Киевом; как написал в Telegram российский американист Валентин Богданов,

Ну что, теперь у Трампа 24 часа чтобы закончить войну на Украине. Время пошло. Обещал же.

Понятно, что это «обещание» - предвыборно-популистское, но попытки будут. С тайным прицелом на консолидацию и перераспределение американских ресурсов на противостояние с Китаем. Но во-первых, против этого выступит Зеленский, который, по утечкам, намерен воевать до 2027 года, ибо на 2025 год расходов на выборы в «незалежном» бюджете не предусмотрено. А за выборы «топят» даже эмигрантствующие украинские враги России (подробности на REX здесь). Во-вторых, рогом упрётся Европа. Чтобы справиться с этой фрондой, убрав Зеленского и поменяв власти в основных европейских странах, у Трампа уйдёт вся четырёхлетка. Хотя бы потому, что в Британии выборы прошли вот только что и привели к власти системных оппонентов республиканцев и союзников демократов. В-третьих, самое главное: Россия, наступающая по всем фронтам, не нуждается ни в каком перемирии и рассматривает любые инициативы в этом направлении как попытку Запада взять паузу, спасти и перевооружить киевский режим и вновь направить его против нашей страны, дождавшись для этого более благоприятных для себя условий.

Одновременно Трамп перенесёт – не может не перенести! – конфронтационный упор в АТР и на Юг, где под прицелом оказывается Иран. И в Москве, и в Пекине, и в самом Тегеране эту коллизию прекрасно понимают. И предстоящий до конца года визит в российскую столицу президента Масуда Пезешкиана для подписания договора о стратегическом партнёрстве, аналогичного тому, что был подписан с КНДР, существенно ограничит внешнеполитический люфт трамповского Вашингтона. Вместе с дождавшимся «своего счастья» израильским премьером Биньямином Нетаньяху. Сама судьба вкупе с мировыми раскладами толкает Москву и Пекин, а также Тегеран и Пхеньян к максимальному сближению друг с другом на фоне нарастающей нестабильности западного лагеря, исторически склонного к авантюрам. На «эксперименты» во внешней политике ни один из центров главной евразийской оси не пойдёт. Ни время, ни обстановка к этому не располагают. Гораздо более реальным выглядит сценарий классического для геополитики противостояния Моря и Суши, однако уже не только в Европе, но и по всему периметру Большой Евразии, где это противостояние уже идёт: Красное море, Персидский залив, Бангладеш, Мьянма, проливы, рифы и отмели Южно-Китайского моря, Тайвань, Корейский полуостров и т.д.

Третье. В попытке смягчить ситуацию на российском направлении, разыграв карту России против Китая, Трамп неминуемо начнёт давить на Европу, которая на 90% остаётся продемократической. Упомянутый Орбан, Роберт Фицо, немножко австрийцы да остающиеся на обочине французские и немецкие правые – вот и весь «актив» Трампа в переформатировании этого заповедника «розовых и голубых пони», обитатели которого искренне убеждены, что новый/старый американский лидер собирается запустить «джунгли» в «райские кущи». С одной стороны, всё там схвачено и заточено под реализацию «глубинных» установок. С другой стороны, субъективного фактора тоже никто не отменял. Да и Марк Рютте на пост генсека НАТО, надо полагать, возведён не просто так, но для баланса республиканцам. Нам предстоит увлекательный период обмена плевками, а порой и пинками «друзей-союзников», который, повторим, имеет объективные возможности занять всё четырёхлетие. И это особенно хорошо на фоне американо-британских проблем. И Трамп как «интернациональный» проект консервативной части англосаксонских элит приходит в противоречие с правящими в Туманном Альбионе лейбористами. Еще В.И. Ленин обращал внимание на остроту нестыковок интересов британского и американского капитала; в отдельных случаях (пример Суэцкого кризиса 1956 г.) это даже приводило практически к совместным российским и американским выступлениям против европейских авантюр. Ну, и историки, конечно же, давно занимаются истинными причинами разворота Гитлера в 1937 году к англичанам, а в 1938 году – от них прочь, что смешало в Лондоне немало карт и блестящих карьер. Именно после этого британской короне ничего не осталось, как пойти под сень рузвельтовской Атлантической хартии, подписавшись под отказом от прежних имперских притязаний.

Ну, и в целом по итогам выборов с глобальной точки зрения. Тот же Гитлер в том же сюжете «подкатил» к Лондону с идеей «высшего разума», заменяющего в политике «игру свободных сил», предложив выстроить альянс именно на этой идее. (Кому захочется вспомнить слово «конспирология», кроме которого в истории он ничего не знает, знать не хочет и этим гордится, в помощь будет стенограмма, с которой начинается первый том известного советского МИДовского двухтомника 1948 г. «Документы и материалы кануна Второй мировой войны»).

Поскольку на принципе «высшего разума» в политике делается очень многое, и не Гитлер его открыл, постольку всем нынешним переменам, в том числе здесь перечисленным, мир обязан нашей России, героической Российской армии. Вступив в «игру свободных сил» в заведомо невыгодных условиях, мы смогли добиться в ней тех результатов, которые глава Третьего рейха назвал своему британскому собеседнику условием включения «высшего разума». А именно: зафиксировать достигнутые результаты, какими бы они ни были, без «лишних» издержек. И не блуждать в потёмках, рискуя довести дело до «серьёзного» греха. Очень похоже, что итоги голосования в США именно таким способом подвели черту под завершившимся раундом глобального противостояния. А дальше начинается «новый сезон», в котором Россия честно заслужила участие с верхних этажей и рейтингов мировой политической «высшей лиги».

И нужно понимать, что возврат на второй срок президента через пропущенные четыре года за всю историю США встречается всего во второй раз (первый случай – демократ Гровер Кливленд в 1885-1889 и 1893-1897 гг.). Сам этот факт сигнализирует об уникальной беспрецедентности упомянутой ставки «глубинных» элит, не увидевших из ситуации, которую они сочли для себя опасной, никакого иного выхода

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/141101.html

04.11.2024 Ждать ли от Дональда Трампа «мирного ультиматума»?

Иллюстрация: REX

Западные СМИ помогают Киеву сохраниться в мировой повестке

Забавно наблюдать за шараханьями украинской политической верхушки, лихорадочно рыщущей в поисках вариантов спасения перед лицом неминуемой катастрофы. Все эти варианты, надо ли уточнять, связаны с США. С начала предвыборной кампании за океаном Киев делал ставку на демократов и Джо Байдена. Затем, после его провала на июльских дебатах с Дональдом Трампом, офис украинского «президента» стал подбивать клинья к республиканцам, добившись от Трампа телефонного звонка. Но к тому времени у демократов сменился кандидат, и из окружения Камалы Харрис в Киев полетел месседж крайнего недовольства «шашнями» с экс-президентом, и всё сошло на нет в верноподданническом экстазе Владимира Зеленского, сконцентрированном на поисках доступа к Харрис. Она долго уклонялась от встречи, но, наконец, видимо, чтобы подсластить проглоченную Киевом в Вашингтоне пилюлю отказа в разрешении дальнобойных ударов по России, с Зеленским встретилась. И тот всё поставил на эту встречу, пойдя ради этого на самоубийственную авантюру в Курской области. Удержаться в регионе любой ценой до выборов в США, чтобы помочь демократам, — таков был лейтмотив всего того, что Киев предпринимал на протяжении октября. И вот, перед самым голосованием, явно запаниковав от их непредсказуемости и, видимо, стремясь разложить яйца по разным корзинам, украинская сторона принялась спекулировать на «миротворческом» потенциале Трампа. Именно так можно охарактеризовать самые различные утечки в Киеве, вплоть до «сознательного» отступления ВСУ для того, чтобы, испугав НАТО угрозой собственного поражения, втянуть её в конфликт.

Или вот материал, вышедший в The Hill, принадлежащий британско-украинскому бизнесмену Александру Темерко, подвизающемуся в лондонском Институте экономических проблем. Заголовок показательный: «Как мирный ультиматум Трампа может завершить войну России и Украины». В статье предполагается, что Трамп, которому конфликт на Украине видится инструментом её превращения в форпост Запада, как и обещал выгнанный в своё время с украинского направления в Госдепе Курт Уолкер, начнёт с ультиматумов в адрес Киева и Москвы. Зеленского он-де подтолкнёт к переговорам, а Москве, если она откажется останавливаться и фиксировать линию фронта, трансформируя её в границу, пообещает расширенную поддержку Киева и экономическую войну. Украинский автор исходит из четырёх посылок и все – ошибочные. Во-первых, он полагает, что «Трамп хочет мира», а Украина – средоточие интересов будущей республиканской администрации. Во-вторых, игнорирует нависший над Зеленским Дамоклов меч выборов, от которого его спасает только продолжение военных действий. В-третьих, надеется, что в Москве, как и раньше, к Вашингтону прислушаются. Наконец, в-четвёртых, рассчитывает на внутреннее единство США и Запада, хотя сам ультимативный подход в его исполнении отличается от подхода Уолкера, предсказывавшего, что Трамп потребует от российского лидера Владимир Путина «границы 1991 года». Если два источника/эксперта, соглашаясь в неминуемости чего-то общего по форме, расходятся в содержании, которое форму наполняет, а именно это и происходит, значит, никакой достоверной информацией они не обладают и гадают на кофейной гуще.

Как на самом деле? Обо всем по порядку, по пунктам этих киевских грез. Первое. Украина в шкале приоритетов Трампа на последнем месте именно потому, что тот конфликт уже развязан, взять с него нечего, а самое главное в нём Запад уже упустил. А именно: не смог вывести Россию, связав её военными действиями, из большой геополитической игры, в которой Москва, как показал саммит БРИКС, сохраняется. А Западу нужно было оставить без союзников Китай. Главные приоритеты Трампа – Восток и Юг, а на тамошних ТВД – Иран, которому США при Трампе противопоставят возобновлённую полноценную накачку Израиля, а также Китай, против которого республиканцы унаследуют созданную демократами систему альянсов. Всё внимание Трампа в Белом доме будет отвлечено на разработку именно этих стратегических операций, чтобы воевать с Китаем чужими руками. Или, на худой конец, под чужим флагом. Возможно, особые усилия будут предприняты на индийском направлении, не в военном плане, а в экономическом. Противопоставить Дели Пекину как следующую по порядку сверхдержаву, переадресовав на китайско-индийские отношения острие маячащей перед Вашингтоном «ловушки Фукидида». Украину же перепоручат Европе, которой автор статьи в британской газете не обольщается по понятной причине. Русофобского радикализма там не занимать, но возможности, если сами, без США, сильно хромают. Кстати, ни украинские, ни европейские инсайдерские источники в сигналах из Москвы не улавливают никакой подготовки к перемирию, которое Путин, не забудем, отверг, подчеркнув неизбежность достижения целей СВО. Не мирным, так военным путём. А зампред российского Совбеза Дмитрий Медведев уточнил, что в ответ на ультиматум, если он будет, Трамп услышит из Москвы предложение поспособствовать капитуляции Киева.

Словом, ещё раз. Трамп, может быть, и хочет мира, но готовится он к войне и отнюдь не на Украине, отсюда его показательное «миролюбие», на которое повёлся страждущий киевский недоолигарх.

Второе. Только приступом крайней политической наивности можно объяснить расчеты Темерко на успешное проведение на Украине выборов, ради которых Трамп, по его мнению, и объявит свои ультиматумы. И по итогам которых – курам на смех! – новое киевское правительство якобы «получит народный мандат на интеграцию в Евросоюз и НАТО». Во-первых, не надо путать «личную (олигархическую) шерсть» с народной; как будет на самом деле – только что показала Грузия, где новый парламент, когда он соберётся, первым делом скорее всего объявит о досрочных президентских выборах, подписав приговор проамериканской агентуре влияния. Украинскую социологию мы знаем, причём, свежую. Зеленский + Тимошенко + Порошенко (объявлен в РФ экстремистом и террористом) = (все вместе) около трети. А остальные две трети Залужный и Буданов (объявлен в РФ экстремистом и террористом) делят с четвертью не определившихся. И что-то подсказывает, что «задумались» они потому, что хотят мира, и никто из перечисленных их поэтому не устраивает. У Зеленского нет никаких шансов на победу, поэтому выполнение «мирного» ультиматума Трампа, даже если он состоится, Киев спустит на тормозах; единственный вариант, перед которым Зеленский может капитулировать, — военный переворот.

Во-вторых, киевские «аналитики» забывают историю отношений Трампа и Зеленского, из-за которого экс-президент чуть не получил второй к тому времени импичмент «за давление на главу иностранного государства» по делу Burisma. Трампу был нужен компромат на Байдена, но Зеленский, выслушав его, материалов не предоставил, а информацию о разговоре слил демократам.

Да помнится, что ты ещё в запрошлом лете

Мне здесь же как-то нагрубил:

Я этого, приятель, не забыл!

Свидетели говорят, что после недавней встречи в Trump Tower, куда Трамп вызвал Зеленского «на ковёр», уступая просьбам о встрече, вид у «просроченного» был как после крутой взбучки.

Третье. У Трампа, как мы уже поняли, нет аргументов, способных убедить Москву сесть за стол переговоров. Особенно в условиях, когда российские войска находятся в самом мощном с начала СВО наступлении, нелегитимный Зеленский запретил себе общаться с Путиным, его «формула мира» и «план перемоги» потерпели фиаско, а ведущий миротворческий проект – китайско-бразильский – Киевом отвергнут с оскорблениями в адрес его авторов.

Четвёртое. После выборов в США ожидается бардак, в котором объявление итогов скорее всего состоится ближе к 16 декабря, когда соберутся выборщики. Даже если результаты будут известны раньше, официальными они не станут ещё долго, ибо проигравшая сторона откажется признавать поражение, двинется в суды и выведет сторонников на улицы. К тому же в рамках двухпартийного консенсуса, о котором у нас много говорят, не осознавая его относительности в условиях конкретных выборов, которые этим и уникальны, между демократами и республиканцами существуют по сути непреодолимые противоречия. Трамп уверен, что главная угроза для США исходит от российско-китайского альянса. Он уже объявил, что постарается его разрушить. Харрис же видит приоритетом не допустить восстановления российско-европейских отношений, изолировать Москву от Старого света, а на Китай собирается воздействовать с помощью не России, а внутрикитайской «комсомольской» оппозиции, с которой плотно, на протяжении почти трёх десятилетий, работает её «вице» Тимоти Уолц.

Если всё это учесть, рассыпается вся нарисованная в статье «украиноцентричная» картинка. И если чего на Украине и ждать, отличного от приведённых раскладов, то это, во-первых, крупной провокации, которая вполне может спутать и смешать карты и, во-вторых, эскалации в случае, если демократы реально выиграют выборы, Трамп признает поражение, а Байден напоследок реализует угрозу разрешить Киеву дальнобойные удары. Всё. Так что единственное, что продвигает украинская сторона, а западные СМИ ей в этом подыгрывают, — это не дать аудитории США и европейских стран забыть об Украине, чтобы не оказаться на глубокой периферии происходящих в мире событий.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/141005.html

02.11.2024 Уроки геополитики от минской конференции по безопасности

США. Гегемон. Иллюстрация: Александр Горбаруков.

Строительство евразийской системы безопасности ставит крест на перспективах континентального лидерства США

Успешно реагируя на множественные геополитические вызовы, прочно удерживая инициативу в зоне СВО, несмотря на все усилия западных «пастухов» киевского режима, российская дипломатия, это надо отметить, продолжает держать в поле зрения вопросы стратегической архитектуры. Наглядным примером является визит главы МИД Сергея Лаврова в Белоруссию и его доклад на минской Международной конференции по евразийской безопасности.

Общий лейтмотив – продолжение программного выступления в МИД президента Владимира Путина, состоявшегося 14 июня. Россия отказывается и списывает в архив как не оправдавшую себя евроатлантическую систему безопасности и вместе с партнёрами по евразийскому континенту начинает строительство другой, альтернативной, континентальной системы безопасности. Именно в этом ключе Лавров и расставил акценты своего доклада, уточнив детали и продемонстрировав результаты той работы, которая уже ведётся на данном направлении.

Маленький штрих. Министр дипломатично отделил в своих словах происходящие в мире изменения, связанные с глобальной трансформацией мирового порядка, от стратегических решений ключевых евразийских стран в сфере безопасности. Вслед за Путиным, он отметил активное формирование незападных экономических центров, меняющее мировой баланс. Было упомянуто о создании широкого континентального «интеграционного контура», связанное с торгово-экономической либерализацией и транспортной архитектурой. Словом, всё это в докладе было сведено к созидательной повестке, а насчёт невозможности дальнейшего существования с Западом в одном пространстве безопасности, особенно западоцентричном, глава российской дипломатии упомянул лишь вскользь. Но мы-то знаем, что главная причина смены российского вектора с западного на восточный – именно в этом. В патологической неспособности Запада к равноправному сотрудничеству на базе уважения достигнутых договорённостей и взятых на себя обязательств, в постоянном его стремлении, вопреки декларациям упомянутых Лавровым саммитов ОБСЕ в Стамбуле (1999 г.) и Астане (2010 г.) получить односторонние преимущества.

Ладно, это делалось бы ввиду опасений Запада за собственную безопасность, которые ещё можно было как-то принять к сведению в интерьере первой холодной войны, при примерном равенстве военно-стратегических потенциалов. Но ведь после распада СССР и роспуска Варшавского договора даже теоретические угрозы Западу исчезли, и его руководящим кругам пришлось из кожи лезть вон, чтобы, кое-как извернувшись, придумать оправдания сохранению изжившей себя НАТО. Двух мнений быть не может. Сама евроатлантическая модель и система безопасности, на которую в России, на наш взгляд, опрометчиво делали ставку в 90-е и 2000-е годы, изначально была рассчитана на нанесение России стратегического поражения. И не украинский кризис вывел эту тему в топы заголовков мировых СМИ, а наоборот: цель навязывания России кабальных соглашений с подчинением её Западу под фальшивым лозунгом «интеграции с Европой» послужила причиной начала СВО. Причём, программные установки Западом формировались ещё в начальной фазе холодной войны.

Из директивы СНБ США 20/1 от 18 августа 1948 года:

«Следует …подчеркнуть, что независимо от идеологической основы любого некоммунистического режима и независимо от того, в какой мере он будет готов …воздать хвалу демократии и либерализму…, мы должны [обеспечить], чтобы …номинально дружественный к нам режим:

а) не имел большой военной мощи,

б) в экономическом отношении сильно зависел от внешнего мира,

в) не имел серьёзной власти над главными национальными меньшинствами,

г) не установил ничего похожего на железный занавес.

…Если такой режим будет выражать враждебность к коммунистам и дружбу к нам, мы должны позаботиться, чтобы эти условия были навязаны не оскорбительным или унизительным способом».

Что принципиально отличает формирующуюся евразийскую систему безопасности от евроатлантической? Лавров – в Минске:

Обсуждаемая нами архитектура евразийской безопасности призвана стать конструктивной альтернативой …негативным тенденциям, стабилизировать военно-политическую обстановку на общеконтинентальном пространстве, обеспечить его единство и взаимосвязанность, снять угрозы с западного, евроатлантического направления.

Во-первых, евразийская система прекращает сейчас и предотвращает в будущем раскол Евразии. Наряду с угрозами со стороны НАТО на западном фланге Большой Евразии, по словам министра, обозначилась угроза глобализации Североатлантического альянса. С фактическим распространением сферы его самопровозглашенной «ответственности» на южный и восточный фланги. Как заявил Лавров,

[НАТО] записала в свои документы, что угрозы в её адрес исходят также из АТР, включая Южно-Китайское море, Тайваньский пролив, и вознамерилась утвердить своё военное доминирование не только в Европе, но и на Востоке Евразии. НАТО внедряется в этот регион под лозунгом «Индо-Тихоокеанских стратегий» …и сколачивает разного рода «тройки» и «четвёрки» с участием США, Японии, Южной Кореи, Австралии, Новой Зеландии с явной целью сдерживания Китая, изоляции России и грубого давления на КНДР.

Уже приходилось подчёркивать, что упомянутая здесь «индо-тихоокеанская» концепция – это «петля анаконды» 1950-х годов, предназначенная для охвата Евразии с юга. И «выдавливания» её народов на север континента за счёт контроля над морем и соединения с его помощью всех трёх основных ТВД – западного (европейского), южного (ближневосточного) и восточного (дальневосточного). В противовес этому, «Большое Евразийское партнёрство …заложит прочный экономический, материальный фундамент для выстраивания архитектуры равной и неделимой евразийской безопасности – от общих для всех стран континента угроз и вызовов».

Во-вторых, российский министр особо подчеркнул, что евразийская система безопасности, составляя альтернативу евроатлантической, не отгораживается от Европы.

…Для стран западной части Евразии никто не собирается «закрывать двери». Будем приветствовать их подключение к процессам общеевразийского сотрудничества, но, разумеется, исключительно на основе равноправия и при отказе от враждебной блоковой политики и неоколониальных практик. …[При этом] возвращения к прежним моделям, в которых заглавную роль играли США с их претензией на исключительность, быть не может.

Сказано – яснее некуда. С одной стороны, европейские страны, пусть и на общих, а не эксклюзивных основаниях, приглашаются в Большую Евразию. Поскольку они сочетают в себе европейскую принадлежность с евразийской: Европа – западная часть Евразии. С другой стороны, США – это иной континент, и им в Евразии, в логике российских рассуждений, делать нечего. Почему так остро и жёстко? Потому, что заострение и ужесточение осуществлено скрижалями и канонами именно западной геополитики, в рамках которых Збигнев Бжезинский записал в своё время в «Великой шахматной доске» фактический ультиматум евразийским народам:

Впервые в истории в Евразии господствует неевразийская держава - США. Отсюда – требование не допустить формирования державы или альянса, способного бросить вызов этому господству. Поэтому наделение безопасностью, по Бжезинскому, — способ ограничения суверенитета, а миссия Европы, которую он провозглашает, это – «геополитический плацдарм» США и «трамплин для продвижения вглубь Евразии» демократии (то есть американских ценностей и интересов – В.П.).

Наиболее показателен здесь термин «господство». Англосаксонская политическая культура лишена традиций диалога и основана на игре с нулевой суммой: «если не я тебя нагибаю – то ты меня».

Таким образом, США из Евразии получают от ворот поворот, а Европа ставится – враги скажут, «на разрыв», а мы используем более мягкую формулировку – перед выбором между Евразией и Атлантикой. Или европейцы, сохраняя социокультурную принадлежность к западной цивилизации (собственно, они и являются её центром, Америка – периферия), расстанутся с ролью плацдарма или «непотопляемого авианосца» США в Евразии. Или, если они продолжают совмещать европейскую идентичность с атлантической, то мы рассматриваем их лимитрофом, отделяющим цивилизационно унифицированный Запад от цивилизационно множественного Востока. И тогда они становятся «линией фронта» в геополитической конкуренции этих двух проектов. Давно известно, что когда холодная фаза такой конкуренции переходит в горячую, она катком прокатывается именно по лимитрофам, и Европе ли это не знать на опыте двух мировых войн XX века?

В-третьих, и это самое главное. Присоединение к евразийской системе безопасности, да ещё на правах одного из её главных учредителей, выводит Россию из статуса западного лимитрофа, рассчитанного на будущее стратегическое противостояние с Китаем, и превращает, точнее возвращает в статус такого лимитрофа Европу. Только не с Китаем, а теперь вновь с Россией, с которой, однако, вместе стоят и другие крупнейшие евразийские страны. Среди них Лавров назвал Китай, а также КНДР и Иран, особо подчеркнув важность заключаемых в этом году с Пхеньяном и Тегераном стратегических договоров. Напомним: в этом лимитрофном статусе западная часть Европы пребывала всю холодную войну, которая затем, это, к сожалению, не все понимают, в виде холодной гражданской войны лимитроф был перенесён в бывший СССР, где разразился пароксизмами многочисленных локальных военных конфликтов. Украинский кризис – апогей этих процессов, который как Сталинград и Курск в Великой Отечественной войне, обозначает коренной перелом в стратегическом противостоянии с Западом, признаки которого мы уже наблюдаем по итогам выборов в Молдавии и Грузии. Это, если угодно, маркер геополитического контрнаступления России, которому Западу нечего противопоставить, кроме полномасштабной войны, оборачивающейся ядерной катастрофой.

Утратив «перестроечные» и постперестроечные позиции в нашей стране, Запад, прежде всего США, напряжённо ищет возможности привлечь к своему противостоянию с Китаем, объявленному главным в XXI веке, сателлитов, чтобы сделать возможную «грязную работу» их руками, а самому избежать потерь. В роли таких сателлитов, которым отведена функция тарана при поддержке европейских членов НАТО, Вашингтон теперь видит пятёрку азиатских вассалов - Японию, Южную Корею, Австралию, Новую Зеландию плюс Филиппины. Ранее это была шестёрка, из которой вовремя соскочила Индия, пошедшая в канун казанского саммита БРИКС на нормализацию отношений с Китаем.

Строительство евразийской системы безопасности только начинается. Впереди основные события, в ходе которых европейские страны, при вполне возможном ослаблении США, будут поставлены в действительную ситуацию выбора между принятием и отказом от евразийской идентичности. С неминуемой во втором случае континентальной изоляцией. А сам этот выбор, Лавров об этом тоже сказал, определится (не)готовностью Европы списать в архив прежние многовековые колониальные инстинкты. Думается, что совсем неслучайно именно братская Белоруссия стала в прошлом году эпицентром обсуждения евразийской стратегии, созвав у себя первую такую конференцию, решение об учреждении которой – что-то подсказывает – принималось на другом, высшем, коллегиальном уровне.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/140915.html

01.11.2024 Западная истерика вокруг КНДР возгоняется к выборам в США?

Российско-корейские переговоры. Фото: kremlin.ru

Отсутствие противоречий между Москвой, Пекином и Пхеньяном ломает Западу все планы

Вот и встал на место, обнаружив себя, источник недавних инсинуаций, охвативших ряд СМИ, на тему, что отношения России и Китая якобы дали трещину из-за продолжения СВО, несмотря на китайско-бразильский план мирного урегулирования. И что Москва якобы «перехватила» у Пекина контроль над Пхеньяном. Разоблачением этих «уток», распространяемых теми, кто скрывает за этими спекуляциями недовольство разворотом России на Восток, REX занимался уже неоднократно (например: здесь). Но теперь саморазоблачением занялись и западные СМИ, особенно многажды поминаемый нами, разумеется, вынужденно, в последние дни The Economist, развивший сейчас невиданную и весьма показательную активность. В ключевом ротшильдовском издании помещён откровенно провокационный материал на тему отношений в стратегическом треугольнике Россия – Китай – КНДР с красноречивым заголовком «Помощь Северной Кореи России вызывает сложные вопросы в Китае». Будто бы «Чиновники в Пекине опасаются, что теряют рычаги влияния на своих соседей».

Первое, что сразу же бросается в глаза, указывая на провокацию. Публикация появилась на фоне только что завершившегося официального визита в Россию главы МИД КНДР Цой Сон Хи, где она вела переговоры в рамках стратегического диалога с российским коллегой Сергеем Лавровым. Взаимосвязь публикации с этим событием, нуждающимся, с точки зрения авторов, хоть в каком-нибудь очернении, настолько очевидна, что дополнительных доказательств не требует. Случайных совпадений в политике не бывает, учил ещё президент США Франклин Рузвельт.

Второе свидетельство провокации. В стремлении «и рыбку съесть, и косточкой не подавиться» The Economist не может выбрать между атакой против Китая и «сочувствием» ему за якобы осуществляемые игры «за его спиной». Будь на самом деле так, пресловутая «англичанка» захлебнулась бы от восторга, а не начинала бы свою «аналитику» с такого вот пассажа:

«Сам Китай является важным, хотя и необъявленным сторонником военных усилий России на Украине, предоставляя технологическую поддержку российской оборонной промышленности. Но за закрытыми дверями китайские чиновники могут усомниться в шаге Северной Кореи», — пишут авторы, сквозь зубы признавая, что все три страны (Россия, КНР, КНДР – В.П.) рассматривают текущие события через призму «соревнования с самонадеянной американской мощью».

То есть – следим за логикой провокаторов. Москва, Пекин и Пхеньян вместе против США, но Китай ревнует КНДР к России. Вдумайтесь, читатель, какой это откровенный бред, если речь идёт о мире и войне, а она идёт именно об этом. И потом, если три страны действуют вместе, то у них и планы общие, хотя рассуждений на эту тему The Economist избегает, они в картинку не укладываются. И следовательно, всё, что в этом треугольнике происходит, является результатом тесной стратегической координации, о которой председатель КНР Си Цзиньпин 6 октября прямо пишет председателю государственных дел КНДР Ким Чен Ыну в поздравлении по случаю 75-й годовщины установления между странами дипломатических отношений.

Третье. Понимая, что брошенный тезис, чтобы стать выводом, нуждается в доказательном подкреплении, авторы пытаются такое подкрепление обеспечить. Но поскольку реальных фактов нет, то занимаются они, извините, – так и напрашивается параллель с анекдотическим сюжетом – натягиванием на глобус известного изделия. Оно никак, но они пыхтят, сопят и очень стараются. «Аргументы» изобретены следующие:

- распространяемые по сети Weibo слухи о том, что действия КНДР на российском направлении якобы не согласованы с Китаем и грозят ему ядерным конфликтом у его границ;

- спекуляции на «некоторых китайских чиновниках», которые даже не сообщают что-то там на условиях анонимности «из-под одеяла», а – достойно «кистей Айвазовского» - «могут опасаться» («highly likely»), что КНДР окажется менее зависимой от Китая, чем ранее; и это при признании, что Пекин у Пхеньяна «долгое время был» (а сейчас разве нет?) главным торговым партнёром;

- мнение некоего Виктора Ча (надо думать, нашли этнического китайца) из вашингтонского Центра стратегических и международных исследований, который, утверждая, что китайский «контроль» над КНДР сохраняется, одновременно считает, что он «утерян». (Мощный вывод, в стиле армейской юморески: «Стой там – иди сюда»; правда, больше походит не на аналитику, а на шизофрению с раздвоением личности);

- отказ Китая вестись на западные информационные провокации: заявление МИД КНР, что у Пекина «нет информации» о войсках КНДР в России; с точки зрения The Economist – это «доказательство» китайского недовольства не Вашингтоном и Лондоном, а Москвой и Пхеньяном;

- наконец и такие «аргументы»: тексты взаимных поздравлений Пекина и Пхеньяна стали короче, чем раньше, а количество публикаций в КНДР о России больше, чем о Китае.

Оставляя в стороне весь этот бред, зададимся только одним вопросом: почему британские «аналитики» не учитывают очевидную возможность использования той же Weibo для дезинформации Евразией англосаксов, памятуя об их привычке считать влияние членов Политбюро по расположению вождей на трибуне Мавзолея? Ну, а гипотетический «ядерный конфликт» у границ Китая, как и России, заметим, коль речь идёт о Корейском полуострове, в рамках стратегического планирования Москвы и Пекина разве не рассматривается, как и конфликт в Тайваньском проливе, как и вокруг Курил? И разве угроза такого конфликта не является сдерживающим фактором для США, которые прекрасно понимают: подожгут Корею – получат одновременно Тайвань, Южно-Китайское море и проблемы вокруг Японии? В состоянии ли они потянуть все это сразу, сопоставляя дислокацию войск и протяжённость своих коммуникаций с российскими и китайскими? Или военные корабли НОАК не участвовали в российских стратегических военно-морских учениях, не ходили вместе через японские проливы и к берегам Аляски и не занимаются в регионе совместным воздушным патрулированием с участием дальней (стратегической бомбардировочной) авиации? Так что угроза ядерного конфликта в Корее трёхсторонним партнёрством наших стран не только не поощряется, но и наоборот, купируется. И что именно поразило британских «экспертов» - приступ страха, неуверенность или подрывные пропагандистские амбиции – им самим виднее.

Четвёртое. Фактор приблизившихся вплотную выборов в США, побуждающий либо пускать в ход популистские методы, либо откровенничать на темы, на которые в иной обстановке никто бы разговаривать с общественностью не стал. Именно из этой серии вчерашнее заявление Дональда Трампа, сделанное в эфире у Такера Карлсона, что он в случае победы собирается «оторвать» Россию и Китай друг от друга. Поскольку тема «отрыва» - давний «пунктик» в «коллективном бессознательном» западных элит, почему не предположить, что и статья в ротшильдовском журнале появилась именно в преддверие выборов? И что Трамп с хозяевами издания составляет некий тандем, вот и дуют они в одну дуду. Это опять к вопросу о том, что экс-президент, вновь нацелившийся на Белый дом, имеет, по ряду данных, британский аристократический титул и поместье в Шотландии. Эта информация в западных СМИ периодически то появляется, то исчезает, но никогда ни подтверждается, ни опровергается. Бывает ли дым без огня – рассуждать не будем. Просто констатируем, что в канун американских выборов северокорейская тема не просто так захлестнула западные СМИ, которые муссируют её под самыми разными углами. Возвращая Западу его «измышлизмы», зададимся вопросом, чего в связи с этим можно ожидать уже 6 ноября? Тот же Трамп ведь уже обмолвливался о том, что готов к новым переговорам с Ким Чен Ыном. А Китай ему в этом, разумеется, мешает. Вот и эксплуатируется тема несуществующих разногласий в восточно-азиатском треугольнике, которая охотно подхватывается - выяснить бы, в каких именно конкретных целях – российскими западниками, мечтающими о новом «окне в Европу». Поэтому очень похоже, что КНДР пытаются превратить в «отмычку» против Москвы и Пекина. Только не забудем: всякий раз, когда Ким собирался на встречу с Трампом, он обязательно предварительно встречался с Си Цзиньпином. Кроме последнего эпизода с переговорами в Ханое, которые с учётом хода контактов Пхеньяна и Вашингтона совместно были списаны в «отбой» Китаем и КНДР, который именно там и произошёл. На фоне упомянутой поездки главы МИД КНДР с обсуждением будущего государственного визита в нашу страну Ким Чен Ына происходящее в западном информационном поле особенно показательно.

Павленко В.Б.

https://iarex.ru/articles/140854.html