Глава 14
– Во имя мое!
Резко ускорившись, я рванул навстречу торопящимся тварям. Монстров было столько, что их строй сливался в монолитную стену. Словно живая, она скалилась сотнями жадных пастей, тянулась ко мне тысячами когтистых лап, давила волю черными провалами глаз.
Глаз, в которых клубилась гипнотизирующая пустота Хаоса…
Я рычал и смеялся в ответ, я жаждал схватки. Мой смех сотрясал пещеру и валил с ног мелких тварей. Маячившие вдали гиганты синхронно повернули головы и злобно взвыли в ответ. Камни дождем посыпались со свода. Я иду!
Я мчался к врагу и монолит под ногами проминался словно горячий асфальт. Использование силы на форсаже срывало тормоза, пьянило разум и убивало… убивало надежней, чем тяжелая наркота. Объем прокачиваемой через каналы энергии был столь высок, что часть ее просто не успевала усваиваться и сгорала на границе ауры. Мою фигуру окутал шлейф прозрачного пламени, идеального оттенка «слеза ребенка».
– Ба-арра-а!
***Авось смотрел на своего друга, и не мог поверить своим глазам. Боевой Аватар у бога тринадцатого уровня! Высший Боевой аватар! Это невозможно… если только…
***– Тень, ты видишь?
– Я вижу, Тень.
– Он убивает себя.
– Я знаю.
– Мы поможем?
– Нет. Сам, все сам…
***Скольжу между тварей, легко уклоняясь от прямых атак. Полыхающий в руках меч поет победную песню. Он видит всех и каждому отдает дань уважения. Отсекая настырные конечности, разваливая уродливые головы, вскрывая бронированные туши. Вскипающая кровь тварей обжигает. Кошмарные раны дымят ядовитым паром и горелой плотью.
Иногда черная кровь хлещет на крохотную звездную систему, все еще кружащуюся над моей головой. Солнечный ветер сжигает ее, но не всегда и не всю. Заражен Марс, сорван с орбиты Нептун, потерян, от случайного рикошета, Юпитер…
– Мне нет преград!
Меч ликует, коротким росчерком пересчитывая ребра пятиметровому кабану-переростку. Огромная, во весь бок рана, раскрывается в алой улыбке. Белесые кости сверкаю словно зубы. Еще не почуявший боли монстр резко разворачивается, пытаясь поддеть меня зазубренными бивнями. Левый обломан, вокруг правого бьется злая молния. Однако ноги кабана запутываются в месиве выпавших из брюха кишков. Тварь спотыкается, вышибает клыками искры из камня. Силясь встать, топчет собственные потроха, но жизнь стремительно покидает располосованное тело.
***Подконтрольный аватар N:05 со скептическим лицом наблюдал за тем, как трое мародеров пробиваются к куполу. Не проходило и сотни лет, чтобы очередная группа искателей удачи не заявилась на ЕГО уровень, за ЕГО сокровищами. Раньше он болел за них, надеялся, строил планы и даже пытался помочь. Но каждый такой визит лишь пополнял ряды тварей Хаоса. И теперь… теперь он сидел в сердце остатков Цитадели, закинув ноги на рунную панель управления и лениво жевал сотворенные чипсы. Запивал бы амброзией, но ее сотворить не возможно. Вот такой вот привет от Творца, битого стекла на звездные тропы его дорог…
Похоже, что по пути сюда божки слили все свои уровни. Иначе объяснить их нубство Ноль-Пятый просто не мог. Столкнувшись со слабейшими ищейками, оттесненными реальными тварями на периферию кормовой зоны, три землекопа уже рубились на пределе своих возможностей.
Это было так… нелепо? Словно охотники, приехали в лес за медведем, но встретив группу хомяков вступили с ними в смертельную схватку. Обливаясь кровью, превозмогая, тратя по десятку ударов на одного ЗВЕРЯ… Нелепо…
Ноль-Пятый не любил драм. Вся его жизнь – сплошная драма. Да, разворачивающаяся трагедия была хоть каким-то развлечением среди столетий пустоты. Но за ней неизбежно придет меланхолия и черная депрессия. Ну их…
Бог потянулся к следящему артефакту чтобы отключить его, как одна из сражающихся фигур неожиданно окуталась прозрачным пламенем.
– Не понял?.. – произнес Ноль-Пятый роняя недоеденную чипсину. – Это как?
***– Аз воздам!
Отрываюсь по полной. Пьяный от собственного величия, я смеюсь, крутясь волчком и подрубая ноги пятнадцатиметровому мастодонту.
Меч вездесущ. Он сбивает дальние атаки, парирует встречные выпады, прикрывает спину и прорубает путь сквозь щиты.
Оглядываюсь, на копошащиеся позади дружественные цели. Не помню почему, но убивать их нельзя. Более того – есть чувство, что их нужно довести до купола. Ну что ж, есть упоение в бою. Доведу пузатую мелочь. Главное, что не отстают. Семенят в десятке шагов позади, лавируя среди агонизирующих туш.
Постепенно приходит боль. Десятки тысяч очей веры сгорают ежесекундно. Рвутся и тут же восстанавливаются мышцы. Меч выворачивает суставы – он ведет свой танец и я лишь мешаю ему достичь идеальной красоты движений. Лопаются под нагрузкой связки. Нервы лагают в сверхплотном потоке команд.
Меч рассекает тела, пользуясь всеми своими козырями. Божественный артефакт, сотворенный в миг озарения. Небесный состав металлов, идеальная проводимость адаманта и прямой доступ к моему балансу. Каждый раз, натыкаясь на все более крепкую броню или более емкостной щит, он просто глубже и глубже зачерпывает веру. Созданный разрушать…
И все-таки, несмотря на величие, он был кустарной поделкой абсолютного нуба. Клинок сверкал и стонал, выгорая в запредельном бою. Он пел смертельную песню врагам, но и сам рыдал над своей краткой судьбой. Капли расплавленного металла устилали мой путь. Слишком много энергии он пропускал через себя.
Сжигая себя, сжигая меня…
Боль и инстинкт самосохранения вернули мне разум. С удивлением оглядываюсь. Вокруг – кровавое месиво. Словно по стае тварей ударил дивизион РСЗО. На камне лавовые лужи. Хлюпает под ногами кровь, стекающая в бездонные трещины. Содрогаются в агонии тела, подергиваются оторванные конечности.
Стремительно мелькают логи: полученный урон, расход веры, некрологи убитых тварей. Часть обзора перекрывает окошко алерта. И как я с ним дрался?
Внимание! Вы создали боевую форму.
Эффективность аватара: 370%. Присвоен статус: Высший.
Минимальный рекомендуемый уровень для использования: 100.
Ваша готовность наносить добро и причинять справедливость оценена по заслугам. Получено достижение: «Добро должно быть с кулаками». Теперь, на могилах убитых вами врагов, будет высечена надпись: «Во имя добра!»
Уточнение специализации. Присвоен новый статус: Воинствующий бог справедливости.
Это я удачно повоевал. Только как выйти из боевой формы? Я горю, мать вашу, горю!
Тело полыхало болью и протуберанцами дружественного пламени. Прозрачный огонь не обжигал, но вот питающая его сила…
Особенно пугала сжимающая меч рука. Она накалилась, словно силовой кабель под сверхнагрузкой. Плоть краснела, шла пузырями, обугливалась, теряла чувствительность. Я скрипел зубами, но не мог разжать пальцы. Меч настойчиво хрипел свой последний куплет и тянул меня в бой.
До купола рукой подать и впереди остался лишь один противник. Остальные уважительно расступились, и что обидно – не перед нашей крутизной.
Усилием воли отключаю чувствительность. Нет сладкого шашлычного запаха, нет боли. Я просто машина утилизации Хаоса. Поработаю, а затем на техобслуживание. Там подшаманят, покрасят – буду как новенький. Наверное…
Впереди несокрушимой скалой возвышался монстр, в полсотни метров высотой. Нечто гориллоподобное, матерое, с толстенной непробиваемой шкурой. Засевшие в ней обломанные клинки и наконечники копий сверкают драгоценным мифрилом. Тварь опирается на кулаки гипертрофированных рук и скалится в предвкушении добычи. В глазах – тьма и разум, над виском – знакомый шрам.
Оскверненный Хаосом зверобог (неподконтрольный аватар №31). Уровень 209.
Мать Творца! Как же тебя убивать то?
На груди с тихим звоном рассыпается кулон из камня богини жизни. Судя по всему, времени у меня осталось не много. Истекающий расплавленным металлом меч рыдает о том же самом.
Скалюсь твари в ответ, приветственно киваю и тут же атакую!
Короткий рывок, уворот от хлестнувшего из-за спины монстра хвоста. Микропорталом прохожу сквозь вставшую перед лицом стену черного огня. Уклоняюсь от ударившего в камень кулака. Полосую его клинком, легко отброшенным силовым доспехом гиганта. Хреново…
Порталом выбрасываю себя над головой монстра. Высоковато, но ниже не получается, божество контролирует физику ближнего пространства. Десять метров падения и я обрушиваюсь на загривок твари. Соприкоснувшиеся доспехи искрят и отталкивают друг друга, словно однополюсные магниты.
С силой всаживаю клинок между позвонков. Полсекунды сопротивления сжигают полтора миллиона очей веры с баланса. Клинок полыхает как плазменная дуга, медленно погружаясь в плоть монстра. Сжимающая меч рука неожиданно подламывается и рассыпается кусками обугленного мяса. Из плеча торчит почерневший осколок кости.
Всхлипываю, скорее от ужаса происходящего чем от боли. Перехватываю меч второй рукой и наваливаюсь на него всем телом.
Монстр оглушительно ревет, вскидывается во весь рост, бьется макушкой о потолок уровня. Каменное крошево осыпает мое пылающее тело. Клинок погружается все глубже. Кровь зверобога кипит, гейзеры черного пара вырываются из трещин в толстой шкуре.
– Дзень! – истончившийся метал меча обломался у самой рукояти.
Лечу вниз, падаю на камень. С хрустом ломаются кости. Очей веры на балансе – меньше тысячи. Потеряв контакт с мечом, боевая форма, наконец-то, отключается.
Ко мне бежит Ав, падает на колени, подкатом проскальзывает последние метры. В его глазах страх. Страх за меня.
Срывает с себя медальон богини, набрасывает мне на шею. Некроз тканей, продолжавший разрушать мое плечо, приостанавливается. Мелкие раны начинают затягиваются, кости щелчками встают на места.
– Лаит, надо уходить! Нам его не убить! Это Высший! Измененный Хаосом Высший!
Поднимаю взгляд. Монстр ярится, раздирает лапами глубокую рану на загривке, пытаясь добраться до жгучего жала клинка. Дикий рев твари заглушает слова Авося. С потолка валится камень. Столпившиеся за невидимой чертой твари пятятся назад.
Мне хреново. Очень хреново. Если в течении ближайших минут не обниму статую богини жизни, то следующее объятие будет уже с богиней смерти.
– Отступаем… – шепчу хрипло и тут же невольно зажмуриваюсь от яркой вспышки.
Солнце, сиявшее на куполом Цитадели, ударило плазменным протуберанцем прямиков в открытую рану зверобога.
Наступила тьма. Светило погасло, отдав всю энергию в едином импульсе. Камень содрогнулся от падения многотонного тела. Облако пыли и кровавой взвеси докатилось до нас и понеслось дальше, разнося весть о смерти одного из гигантов уровня. Все, спекся зверобог. Доулыбался…
Глаза постепенно промаргиваются. Оказывается не так уж вокруг и темно. Плазмоид погас, но защитный купол по-прежнему переливается радужной пленкой. Да и над моей головой все так-же плавает крохотная солнечная система. Как уж она пережила все катаклизмы – не знаю. Но судя по цвету третьей от Солнца планеты – там зарождается жизнь. Занятно, хоть и не вовремя.
– Погоди… – останавливаю Ава, тянущего меня ко входу в Чертоги. – Харэ отступать. Бегом к куполу, пока твари не очухались!
Встаю сам, лишь немного опираясь на плечо Авося. У меня жар – далеко за сорок. Процесс разрушения тканей идет непрерывно. На балансе ноль, регенерация от кулона захлебывается, не успевая латать идущий вразнос организм.
Н-да, крепко меня поломала боевая форма. Плюс эманации Хаоса, причем не фоновые, а в хардкорном режиме. Той же крови зверобога я поневоле хлебнул от души…
Сиреневый захлопывает проход в Чертоги и спешит к нам. Мы с Авосем медленно ковыляем к арке прохода. Ава бьет крупная дрожь. Только теперь замечаю что его одежда вся изорвана и залита кровью. Кирка отсутствует, как и большинство внешнего обвеса на поясе. Но сам бог на вид цел. Видимо в горячке боя успешно залечивал раны, не обращая внимание на целостность и чистоту одежды.
На ходу поглощаю оставшиеся кристаллы-накопители. Мало их у нас – но сдохнуть неохота.
Плюс семьдесят тысяч на баланс. Надолго не хватит. Пять-десять минут при текущем уровне расходов на регенерацию. Жесть, дешевле сдохнуть…
Протягиваю пустые кристаллы Авосю.
– Зарядить сможешь?
Бог кивает. Сгребает артефакты с ладони, чуть не роняя их в хлюпающую под ногами кровь. Крепко сжимает кулак, пытаясь унять дрожь. Уточняет:
– Только не сейчас. Там сосредоточится надо. Да и не мгновенный процесс.
– А заряженные камни остались? Одолжи ненадолго, загибаюсь слегка…
– Хаос! – бьет себя по лбу Ав. – Прости, конечно! Держи! Шесть штук, на сто десять тысяч!
Благодарно прикрываю глаза. Подвезли снаряды, живем, пехота!
За спиной шипят и рвут камень твари – настолько близко к куполу они подойти не могут. А гиганты только сейчас начинают выдвигаться в нашу сторону. Территорию своего собрата они уважали и при жизни – не пересекали.
Пара лишних минут у нас есть, а лут – сам себя не соберет. Ну да, даже осыпаясь пеплом в самой заднице Древа Миров, я не могу удержать в узде своего хомяка. Слишко уж призывно сверкает дроп в глубокой ране туши зверобога.
Силенок у меня правда нет. Чувствую себя столетним дедом который никак не может доползти до заветной завалинки. Но теория руководства гласит: не нужно все делать самому. Делегируй и контролируй.
Поворачиваюсь к комраду.
– Ав, не проходи мимо адаманта, лутни тушку.
Разглядев непонимающий взгляд бога, морщусь:
– Да блин! Добычу подбери… Сияет так, что глаза слезятся! И названия дропа – сплошь фиолетовые, да оранжевые. Рарик на унике…
– Не вижу ничего. Глеб, ты точно в порядке?
– Гребанный ты технобог! В ране посмотри… сердце зверобога и прочие ништяки… И бегом брат, бегом!
Пока Авось роется в туше и получает дополнительную дозу облучения, я успеваю доковылять до купола. Да там и было-то – десяток шагов…
Касаюсь рукой пленки силового поля. Вот будет прикол, если система защиты переведена в автономный режим осады. Хрен мы тогда пройдем…
Добро пожаловать в Фиолетовую Цитадель 80-го уровня.
Пожалуйста, назовите цель визита: административный вопрос, деловая активность, торговля, посещение дуэльной площадки, бракосочетание…
Раздраженно перебиваю выносящий мозг монолог:
– Мародерка!
Ответ не понят. Пожалуйста, огласите цель вашего визита?
– Да блин… – вспоминаю нетленный фильм. – Конференция по новым компьютерным технологиям и защите компьютерных программ!
Ответ не понят. По…
– Вот уроды… Деловая активность!
Благодарю за сотрудничество. Для подтверждения цели визита, заполните анкету по форме 79-бис, приложив слепок ауры и образец потока веры. Стоимость визового ваучера соста…
Прерывая бота на полуслове, арка прохода неожиданно раскрылась. Раздавшийся изнутри голос был хрипл и нетерпелив:
– Да проходите вы уже! Не мучьте алгоритм секретаря. Он писался для других времен – сытых и ленивых.
***– В общем, спасибо вам что завалили Тридцать Первого… – развалившийся на резной скамейке Ноль Пятый непрерывно хрустел чипсами и жадно поглощал нашу амброзию. Скамейка, между прочим, была желтого дерева, тонкой филигранной резьбы и одуряюще пахла кедром. Настоящим кедром, а не крафтовым.
– …давненько он мне докучал. Ну да, пятьдесят тысячелетий уже, не меньше! Пришел с группой номерных, за добром из Цитадели. Ну и мне приказ от Ноль Первого – помочь, всемерно, не щадя живота своего. А чем я помогу? Ну выпустил последних боевых големов, жахнул парой раз плазмой от Светоча, вот и все. Короче, все гости на прокорм пошли, кроме этого гада… Слишком быстро пустил он Хаос в свое сердце… То ли трус, то ли умный такой. Был…
Я по-соседски, без спроса, угостился чипсами из большого блюда на столе и хлебнул крепкого чаю от Сиреневого. Действовать одной рукой было не очень удобно, но второй регенерировать еще сутки. Можно и быстрее, но тут лучше перебдеть. Мясо – то фигня. А вот энергетические каналы – штука тонкая, аки девичьи обиды.
За сотню тысяч лет затворничества Ноль Пятый слегка одичал, подрастерял понты и превратился в довольно-таки простецкого бога. С грязными босыми ногами, лохматой шевелюрой с редкой сединой и рабоче-крестьянскими манерами.
Вытащив из носа изумрудную козявку, бог внимательно осмотрел ее, затем метким щелбаном запустил в угол. Камушек зазвенел по полу и засверкал зелеными гранями. Блин, как у Пушкина. «Сопли – чистый изумруд…» Или там по другому было?
Внезапно потеряв аппетит, я отложил в сторону недоеденную чипсину. Небрежно поинтересовался:
– Ноль Первый – это Стоединый?
– Ага! – довольно кивнул хозяин Цитадели и ловким движением спер мой надкушенный чипс. – Он, кукловод проклятый, я – мы – он… Знакомы?
– Доводилось встречаться… – я демонстративно ткнул пальцем в потолок. – Хозяин он нынче, на новом восьмидесятом.
– А то я не в курсе? – скривился Ноль Пятый. – Регулярно пытается вернуть контроль над аватаром, раз в столетие. Раньше – чаще, а нынче, видать, надоело. К тому же, ему и так не просто. Тяжело смотреть на мир сотней пар глаз одновременно. Ну и скучно у меня ему, да и зачуханился я совсем, запаршивел.
Бог хитро покосился на меня, подмигнул и скрутил в потолок дулю. Демонстративно повысил голос, словно обращался к кому-то далекому:
– Нехер тут делать говорю!
Я не выдержал, и улыбнулся. Ай да хитрая жопа!
Бог неожиданно стал серьезным и призывая к вниманию поднял палец:
– Однако, несмотря на всю обретенную самостоятельность, базовые установки я обойти не могу. А главное во всем этом гадюшнике что?
– Что? – поддержал я.
– Главное, это центральный кристалл-накопитель, который Стоединый очень хочет вернуть назад.
– Вернуть?
– Ну да. А я разве не говорил, что я-мы-он был прошлым главой этого утопического города? Мы попробовали построить прекрасную свободную республику. Бог богу брат и все такое. К чему это привело – ты видишь. Теперь Стоединый строит закулисную тиранию, а я застрял тут и совсем отбился от рук без хозяйского пригляда. И скажу вам как Творцу в ухо – нравится мне быть самим собой. Так нравится, что за это дело стоит побороться.
Я кивнул – свобода пуще неволи. За нее и умереть не жалко.
Ноль Пятый продолжил:
– Без меня накопитель не извлечь. Это факт, можешь не улыбаться. Найти – найдешь, но отключить от плетений, не разрушив – не сможешь. А значит что?
– Что? – вновь улыбнулся я.
– Значит, я вам очень нужен. И Стопроклятому нужен. А с этой позиции уже можно поторговаться. Вам я предложу задание. Уникальное, все честь по чести. «Доставить артефакт туда-то и тому-то». Даже с предоплатой, – бог мотнул головой в сторону сверкающих мифрилом и адамантом ворот Цитадели. – мне чужого не жалко. А Ноль Первому – предложу помощь уже вам, без меня вы не справитесь. Ну а мне много не надо. Пусть снимет с меня эту проклятую метку. Тем более, что мы и так ему устроили царский подгон – освободили метку Тридцать Первого. Теперь новый аватар можно создать.
Я задумчиво кивнул. Подгон хороший. А по поводу квеста – вариант вроде приемлемый, но веры товарищу псевдо-Берии у меня нет. Одно то, что мы знаем его тайну с аватарами, тянет на краткое: «Растрэлять!»
– А не проще Стоединому вернуть над тобой контроль и самому вручить нам артефакт? В чем, кстати, его ценность?
Ноль Пятый пренебрежительно махнул рукой.
– Руки коротки. Между нами – километр насыщенной верой породы и деликатесная прослойка хаоса. Все что он может – это смотреть и считывать мысли. Нет, если сильно напряжется, может напакостить… Сердце остановит, кишечник опустошит. По мелочи, короче… Ну а кристалл… Он реально дорогого стоит. Центральный артефакт уровня, понимать надо! Таких на все Древо – несколько сотен штук. Вдумайся только – сотворенных миров – бесконечное множество. А тут – на пальцах одной руки можно посчитать…
И он действительно продемонстрировал мне руку, на которой шевелилось под сотню тоненьких пальцев. Бррр…
– В целом, у артефакта нет особо выдающихся свойств. Кроме одного – объем энергии, набранный за многие миллионы лет.
– И сколько там? – я аж подался вперед. Интересно же!
– Триллион. – улыбнулся Ноль Пятый. – Триллион совушек. Залит энергией под пробку.
– Очешуеть… – прошептал сидящий рядом Ав, до этого безмолвно выпиливающий стограммовые брусочки из осколка постамента статуи богини жизни. – Да за такой куш…
Ноль Пятый грустно кивнул.
– Всех на крест подвесят. Факт. Простите уж старика, но квест я вам считай выдал, а дальше – крутитесь, как умеете. Даст Творец – умрете быстро…
– Благодарю сердечно. – ответил я обоим, принимая от Авося пошитую им разгрузку, в кармашки которой были напиханы бруски камня жизни. С такой подпиткой я и в эпицентре ядерного взрыва выживу. Какое-то время…
Ноль Пятый встал, отряхнул с колен крошки чипсов. Еще раз виновато развел руками. Затем тряхнул головой в сторону ворот Цитадели.
– Вон ваша награда – берите, сколько на баланс влезет. Да и подлечитесь. А я пока попробую достучаться до Стоединого и поторговаться за свою свободу.
***– А вот скажи мне, Сиреневый, с фига ли такой дерзкий стал? Ты роль домового, с домоправительницей не попутал?
Вопрос я задал не праздный. Непоняток накопилось на целый пароход, да и сейчас, с трудом левитировавший у ворот Цитадели Сиреневый бурчал, как старый дед, и вовсю поучал нас жизни.
– Бум! – застигнутый подлым вопросом в спину божок не удержал концентрацию и рухнул на камень. В одну сторону отлетело крохотное адамантовое долото, в другую – медная кувалда. Оторванными розовыми пуговицами зазвенели по плитам налутанные заклепки.
– Э-э… – растерянно промычал ушибленный бог.
– Мудро. – согласился я. – А попроще, для умственно отсталых, вроде меня с Авосем?
Сиреневый закопошился на месте, то хватаясь за инструмент, то бросаясь собирать драгоценные заклепки. Затем сник, опустил нос и руки, виновато замолчал.
Блин, я же не обидеть хотел, а реально вопрос прояснить!
С кряхтением встаю, взмахом руки отгоняю повыше свою карманную звездной систему, под светом которой принимал солнечные ванны. Как сказал все тот же Сиреневый – сияние желтых карликов показано при поражениях Хаосом.
Подхожу к насупившемуся божку, приобнимаю левой рукой.
– Сир, прости, я не хотел тебя обидеть. Ты мне… как дядька родной, вот. Старший, иногда мудрый, иногда наивный. Но надежный и свой. Просто раньше ты другой был, вот мы и волнуемся…
Бог поднял голову. Посмотрел на меня благодарным взглядом, прижал к груди измятый на нервах платок.
– Лаит! Да чтобы я… против тебя… Да ни за что! Просто понимаешь… Я ведь не только уровни потерял, но и умения, возможности и долговременную память. Я ж к тебе первоуровневым пришел, а это грань. Практически – клиническая смерть для бога…
Он замолчал, а я задумчиво хмыкнул – ничего себе новости…
– …а сейчас, с восстановлением уровней, ко мне стали возвращаться умения. Открылась часть пространственного кармана, появились флешбеки воспоминаний. Пока что недалеких, лишь за последние годы. Но я не теряю надежды вспомнить кто я и что я… Простите, если что не так!
Я вопросительно глянул на Авося. Тот кивнул, подтверждая сказанное. Мол бывает такая амнезия. Боги тоже человеки, патологии психики безжалостны даже к бессмертным.
Часть вопросов Сиреневый снял, но то что с ним все не просто – это факт. Боюсь, он сам не понимает насколько все не просто. Один квест чего стоит… Ладно, время покажет. Впереди у нас – вечность…
Присаживаюсь рядом с Сиреневым, помогаю ему собрать разбежавшиеся заклепки.
– Это ты нас прости, за мысли дурные. Просто мало ли – вдруг тебя враги подменили, хех… Нужно же было прояснить. В общем, не бери в голову. А прошлое твое мы восстановим. С нами опасно, но доходно.
Последнее – это факт. Ништяков, как и тумаков, нам отсыпало знатно. Я взял восемнадцатый уровень, Ав – пятнадцатый, домовой – седьмой.
Тени взирали на нас благосклонно и щедро осыпали достижениями.
«И один в поле воин» – в битве против превосходящего противника выбитые зубы прорастают иллюзорными, но вполне боевыми копиями. Правда из описания я так и не понял – кому надо выбивать зубы. Мне, или противнику?
«Если с другом вышел в путь» – тут все понятно. Веселей, дорога. Шучу. Хотя название ачивки – реальное. Сам ржал. Вручили ее благодаря прибытию в конечную точку практически невозможного маршрута. Достижение комплексное, завязано на умения «Пути». Тут и чувство направления, и дорога домой становится короче, и повышение плотности тропы, что особенно полезно в болоте. В целом, ачивка открыла новые ветви развития и чуть припорошила их единичками умений. Это для меня, как для цифрового бога. Друзьям же досталось просто пафосное, и не очень внятное описание.
«Ассенизатор» – вот это реально полезное, хоть и обидное достижение. Благодаря утилизации 100.000 бэр Хаоса, Тени отслюнявили нам пятипроцентное сопротивление к данной стихии. Мелочь, да. Но мелочь только для тех, кто в танке не горел… А вот те, кого корежило Хаосом, кто видел как стремительно обнуляется баланс и во что превращаются поддавшиеся порче боги – те понимают. И для нас это умение является надеждой и подсказкой. Подсказкой, как нарастить сопротивление к этой гадости. И чует мое больше и доброе сердце – вопрос с Хаосом не закрыт, в контрах мы теперь надолго.
Ах, да. Лут со зверобога. Тут довольно щедро. Очей веры с него не подняли – вместо них у мутанта лишь скверна. Несколько охапок мифрила – в основном старое оружие, которое в прошло застряло в туше. Все со статами, все божественное. В Друмире – сотни тысяч золотых за предмет. Здесь же – артефактус вульгарис.
А вот адаманта оказалось более чем прилично – шестьдесят четыре грамма. Когда Авось вручал мне слиток, его руки тряслись, как у алкоголика со стажем. И это не вопрос ценности предмета. Цены адамант не имеет. Это приговор. Смертный приговор любому обладающему божественным металлом. Ибо имя у тебя становится только одно – Мишень. Так себя и называй перед зеркалом. Утром, днем, и два раза вечером. Чтобы не забыть об осторожности.
С самой Цитаделью нас слегка прокатили. Нет, нам все равно выше крыши. Но изначально, казалось, что куш вообще необъятен. И грызть нам его – пока зубы не сточатся. По факту же – за сотню тысяч лет Ноль Пятый изрядно подъел объемы Цитадели. Собственно говоря, от них и остались только ворота с десятиметровыми обрубками стен по краям.
Еще одна засада ожидала нас у банкомата. Поместив ладонь на рунную пластину я получил лаконичное сообщение:
– Автоматический трансмутатор материи АТМ 80-14 отключен от Сети.
– В случае, если у вас возникли вопросы – оставьте их при себе. Это технологии Творца и Хаос знает как они работают. Ваш Высший Админ-193.
Так что халявы не будет. Не получится срыть стены до основания и превратить их в красивые монетки. Ведь с помощью кирки, мифрил можно перегнать лишь на баланс. А сколько там того баланса? Десяток миллионов? Так что, по единогласно принятому плану мы прокачаем до лимита все, что только можно, а затем…
А затем, мы возьмем адамантовые лобзики, и будем нарезать мифриловую стену на удобные в хранении пластины. Эх, жалко вы не видели лицо Авося, которому я вручил лично скрафченый лобзик. Кривой – как моя жизнь. Но в случае с адамантом, это не играет особой роли.
– Сколько резать? – деловито уточнил Авось подступая к двадцатиметровой стене.
– Всё. – улыбнулся я, доставая из инвентаря второй лобзик.
О, эти анимешные глаза!
– Я буду звать тебя Наруто! – подмигнул я ошарашенному Авосю. – За работу, мой девятихвостый друг!
***– Тень, ты видишь?
– Я вижу, Тень.
– Он справился.
– Я знаю.
– Он достоин?
– Не знаю Тень, пока не знаю…