Каким образом эти два процесса – распределенные цепи поставок и свободная торговля – направляют процесс вывода труда в офшоры? В экономической литературе принято различать товары для внешнего и для внутреннего рынка, что отчасти соответствует различению сфер производства и услуг. Однако границы между этими понятиями быстро изменяются, одним из следствий чего становится нарастающая офшоризация труда.
Тенденция к усилению офшоризации труда имеет несколько корней. Во-первых, во многих развивающихся странах имел место подъем торговли в особых экономических зонах, дававших стимулы перевести туда значительную часть производства и услуг (включая медицинские и образовательные услуги). В 1970-х годах развитие таких зон было официальной стратегией ООН. Подобные зоны обычно не рассматривались как часть территории государства, в котором были зарегистрированы; они были чем-то вроде псевдогосударства76. Две трети работников особых экономических зон сосредоточены в Китае, начиная с появления первой Шеньженьской особой зоны в 1979 году. Некоторые из них сегодня называются «городами» или «городками знаний» (knowledge village) в ряде арабских эмиратов, где размещаются «в офшоре» кампусы американских или британских университетов.
Во-вторых, система контейнерных перевозок привела к быстрому снижению расходов на транспортировку многих физических объектов – например, снизились реальные издержки производства электроники. Эти товары дают возможность получать услуги индустрии развлечений на дому, тем самым конкурируя с возможностью получить услуги той же индустрии, путешествуя и непосредственно участвуя в различных мероприятиях, проходящих в разных странах.
В-третьих, сегодня мировая торговля во многом носит цифровой характер и осуществляется в компьютерных сетях; потребителю не нужно куда-то ехать и лично получать товар. Примеры включают получение СМС-сообщений вместо писем, использование банковских интернет-сервисов вместо обращения в местные отделения банков, скачивание музыки вместо покупки в магазине звукозаписей.
В-четвертых, сегодня ряд промышленных товаров, таких как электронные книги, сам создает новые услуги, позволяя читать книги в электронной форме вместо бумажных изданий, купленных в книжном магазине, тогда как книжные магазины все чаще размещаются вдали от покупателя. В подобных случаях продукт обычно поступает к потребителю виртуально и не предполагает поход в книжный магазин для совершения покупки и приобретения «книги».
Наконец, в период господства неолиберализма произошла повсеместная коммодификация сфер жизни, которые традиционно считались «публичными» и носили коллективный характер. Сюда входят водоснабжение, обеспечение безопасности, здравоохранение, детский досуг, образование и развлечения. Сегодня все эти услуги чаще предоставляются международными корпорациями, чем местными организациями, и, как следствие, элементы системы доставки таких услуг географически сильно удалены от потребителей.
В совокупности эти процессы означают, что все больше продуктов становится возможным продать и доставить из офшоров, полностью или частично. По мере расширения набора услуг, продаваемых на внешних рынках, работникам сферы услуг в развитом мире приходится конкурировать с работниками промышленности и сферы услуг в других странах. Как утверждает Блайндер, «разграничительная линия между рабочими местами по созданию услуг, допускающих электронную доставку (и поэтому выводимых в офшоры), и рабочими местами по созданию услуг без такой возможности не совпадает с традиционным различением между высоко-и низкоквалифицированным трудом». Единственным исключением, не допускающим перевода в офшор, остаются услуги, в которых «личное, лицом к лицу взаимодействие либо обязательно, либо чрезвычайно желательно»77. По Блайндеру, примеры последних включают уход за детьми, физиотерапию, политическое лоббирование, обслуживание в ресторанах, услуги такси. В целом, утверждает он, в развитом мире следует уделять внимание образованию и обучению людей, занятых в сфере бытовых услуг, поскольку в будущем «человеческие навыки могут стать важнее, чем умения, связанные с владением компьютером»78.
Один из важных видов передаваемой в офшоры работы – это перевод рабочих мест по обслуживанию клиентов в аутсорсинговые колл-центры, когда личное консультирование заменяется консультированием по телефону. За последние 10–15 лет колл-центры стали чрезвычайно распространенным явлением; они составляют значимую часть новых рабочих мест, особенно в сферах финансовых услуг, розничной торговле и телекоммуникациях79. Более 70 % работников колл-центров составляют женщины, а структура рабочих мест оставляет относительно мало возможностей для карьерного роста. В экономиках с более жесткой координацией условия труда в колл-центрах лучше, но возможности работников по самостоятельному принятию решений остаются низкими, и работник обычно трудится в каком-то одном колл-центре меньше года.
Услуги, оказываемые по телефону, часто выводятся в офшоры. Доля колл-центров, обслуживающих клиентов из других стран, составляет три четверти в Индии, две пятых в Ирландии и более одной трети в Канаде (по данным 2007 года). Поскольку колл-центры географически мобильны, их размещение определяется языковыми и культурными связями, такими как связи между Францией и Марокко, Испанией и Латинской Америкой, Великобританией/США и прочими англоговорящими странами. Близость Канады к США в сочетании с единым языком, временными зонами и близкой культурой делает Канаду важным поставщиком офшорных услуг в сфере обслуживания для американского рынка. Географическая мобильность телефонных звонков также относительно упрощает отказ от внутреннего колл-центра и передачу функционала по приему звонков внешним исполнителям. Впрочем, по состоянию на 2007 год большая часть колл-центров оставались внутренними, за важным исключением колл-центров в Индии. Большинство наемных работников трудятся на субподрядчиков, их рабочие места больше и сгруппированы для извлечения экономии от масштаба80.
В Индии знание населением английского языка и развитие средств связи позволило предлагать услуги по работе с клиентами потребителям, удаленным на тысячи миль. Многие работники колл-центров в Индии имеют дипломы о высшем образовании и трудятся полный рабочий день, но они почти лишены права на принятие решений, и их действия жестко контролируются. Особые усилия прилагаются к тому, чтобы обучить рабочих скрывать, что они находятся в другой стране, вдалеке от клиентов из развитых стран. Исследования выявили стратегию «управления национальной идентичностью», в рамках которой работников сначала учат, а затем вменяют в обязанность принимать различные национальные идентичности в процессе работы. Постэр, проведя интервью с 80 работниками колл-центра, показывает, что принятие чужих «этнической принадлежности и гражданства» критически важно в организации труда в индийском колл-центре81. Это негативно сказывается на состоянии здоровья работников, их семейной жизни, психическом состоянии и ощущении национальной идентичности, поскольку все эти аспекты оказываются в некотором смысле вынесены в офшоры.
Наконец, стоит отметить, что, хотя когда-то имело смысл говорить о выводе труда из условного «Запада» в офшоры «Востока», теперь это уже не так. Сегодня существует множество форм офшоров, и самым необычным среди них является перемещение инвестиций и занятости из Китая в ряд других стран82. В штате Северная Каролина намечается открытие первого за много лет завода по производству компьютеров, и строит его китайская бизнес-группа Lenovo, ведущий производитель персональных компьютеров в мире83. Фрагментация или дезорганизация капиталистических корпораций означает, что офшоризация будет исходить в разных направлениях, а не только от (когда-то?) богатого Севера.