Как мы увидим в дальнейшем, в «Уотергейтском деле» ужасная путаница личностей, а правосудие блистает своим отсутствием. Никто никогда не говорил правду об этом деле, поскольку в нем виновны те же, кто спровоцировал свержение шаха, войну на Фолклендских островах, смерть Альдо Моро и Али Бхутто. Никсон не злоупотреблял своей президентской властью, в отличие от того, что всегда утверждалось «Washington Post». Этому не было ни одного «доказательства». Его вина заключалась в том, что он не защитил Конституцию США и не обвинил Кэтрин Мейер Грэхэм, директора «Washington Post», и Бена Брэдли, главного редактора, в заговоре с целью подготовки переворота. Джон Колеман, кадровый офицер разведки, имеющий доступ к особо секретным документам, в своей книге «Иерархия заговорщиков: История Комитета 300» утверждает, что Кэтрин Грэхэм убила своего мужа Филиппа Л. Грэхэма, смерть которого официально была квалифицирована ФБР как самоубийство. То, что такое серьезное обвинение не дошло до суда, особенно в такой законопослушной стране, как США, является достаточным доказательством того, что мультимиллионерша Кэтрин Грэхэм (член Бильдербергского клуба, СМО и Трехсторонней комиссии) осознавала, что она никогда не смогла бы убедить ни один суд, что Джон Колеман оклеветал ее в своей книге.
Роль «Washington Post» заключалась в том, чтобы подогревать страсти при помощи непрекращающихся «разоблачений», создавая атмосферу общественного недоверия президенту Никсону даже в отсутствие каких-либо доказательств его вины.
«Уотергейтское дело» показывает огромную власть прессы или, точнее, тех, кто контролирует масс-медиа США, то есть СМО, о котором мы более подробно будем говорить во второй главе. Сфабрикованное «Уотергейтское дело» нанесло смертельный удар по кабинету президента, в результате чего были основательно подорваны те институты и основы, на которых зиждется республика Соединенных Штатов. Все это было должным образом спланировано членами Бильдербергского клуба и новым мировым порядком. Сильная и независимая Северная Америка с неподкупным президентом во главе сделала бы неосуществимыми планы нового мирового порядка подчинить себе все. Другими предателями были Мортон Н. Гальперин, почетный член СМО, Брукингского института и директор Управления планирования вопросов политики Госдепартамента США, учреждения, выступающего за мировой порядок; Дэниэл Эллсберг, передавший «бумаги Пентагона» в «New York Times», и Дэвид Янг, один из знаменитых «сантехников», агентов, которые работали на отдел специальных расследований, сформированный при Никсоне, точнее Киссинджером, на деньги «Pennzoil» и других союзников Джорджа Буша. После того как скандал стал достоянием общественности, Никсон был вынужден подать в отставку после обнародования записей, в которых он говорил о том, чтобы противодействовать расследованию «Уотергейтского дела». Именно Дэвид Янг, который работал на Рокфеллеров и был назначен Киссинджером, сделал записи, обнародованные Баттеруорсом, связующим звеном между Белым домом и Секретной службой США, возглавляемой Киссинджером. В этот же список следует внести Джеймса Маккорда, бывшего агента ЦРУ и ФБР, начальника Службы безопасности Комитета по переизбранию президента Никсона на второй срок, ответственного за то, что случайно оставил печально известную клейкую ленту на двери отеля «Watergate», которая насторожила одного из охранников. Маккорд был задержан в ночь кражи вместе с остальными четырьмя подозреваемыми. Он был осужден по семи статьям. Позже он напишет в письме Джону Сирика, судье по «Уотергейтскому делу», утверждая, что произошло нарушение клятвы. Показания Маккорда о том, что Белому дому было известно о взломе, который он попытался скрыть, были ключевыми для проведения дальнейшего расследования. Также и Джозефа Калифано, юрисконсульта Демократической национальной конвенции и одного из наиболее влиятельных в США лакеев королевы Англии, равно как и знаменитого профессора Ноама Хомского из Института политических исследований (созданного Тавистокским институтом), так как одной из главных задач этого учреждения было распространение идеалов нигилистического социализма левых как основного движения США с целью вызвать хаос и недовольство; чиновников ЦРУ, которые поехали в дом Маккорда, шпиона по «Уотергейтскому делу», чтобы сжечь все его документы.
«Уотергейтское дело» еще раз доказывает, что Бильдербергский клуб полностью контролирует все происходящее в США.
Одним из тех людей, которых действительно стоит заклеймить как гнусных предателей Соединенных Штатов, является генерал Александр Хейг, штабной клерк, который за всю свою бумажную карьеру ни разу не командовал войсками на поле боя. Это продвижение по службе было самым быстрым в анналах военной истории США, в результате чего Хейг перешагнул через голову 400 генералов из стран НАТО и Соединенных Штатов. И все благодаря услугам, оказанным невидимому параллельному правительству, что позволило ему стать четырехзвездным генералом.
Хейг — это детище «Круглого стола», группы, параллельной Бильдербергскому клубу. В своей книге «Тавистокский институт, несущий зло и смерть» («Tavistock Institute: Sinister and Deadly»), первой книге, в которой говорилось о зловещих планах главного института по промыванию мозгов в мире, Джон Колеман раскрывает тайну секретных соглашений между невидимым правительством, американскими политиками и зависимой прессой. Колеман пишет: «Хейг был замечен членом “Круглого стола” Джозефом Калифано, одним из самых доверенных лиц Ее Величества [королевы Англии в США]. Калифано, являвшийся юрисконсультом Демократической национальной конвенции, интервьюировал Альфреда Болдуина, одного из “водопроводчиков” по “Уотергейтскому делу”, фактически за месяц до погрома офиса демократов в гостиничном комплексе “Watergate”. Калифано оказался достаточно глуп, чтобы написать меморандум о своей беседе с Болдуином, в котором содержались некоторые детали о прошлом Маккорда, а также говорилось о том, почему Маккорд включил Болдуина в свою команду».
«Меморандум Калифано, хуже того, содержал подробную расшифровку прослушанных телефонных разговоров между Никсоном и Комитетом по переизбранию президента. Колеман приходит к выводу, что «Кали- фано следовало бы обвинить в десятке федеральных преступлений, но вместо этого он ушел от ответственности за совершенные злодеяния».
В 1983 году Колеман получил несколько секретных учебников Тавистока, в которых уточнялась методология по уничтожению президента Ричарда Никсона. Так появилась книга «Тавистокский институт: Британский контроль над политикой в США» («Tavistock Institute: Britain’s Control of U.S. Policy»).
Колеман объясняет, что «способ, которым Никсон был сначала изолирован, окружен предателями, а затем лишен воли к сопротивлению, в точности соответствовал тавистокской методологии установления полного контроля над личностью, сформулированной доктором Куртом Левином, главным теоретиком института». Свержение президента Ричарда Никсона — это случай для учебника методологии Левина. В описании данного процесса, которое Колеман вычитал в одном из этих секретных учебников, говорилось: «Один из главных методов подавления морального духа посредством стратегии устрашения состоит в точном соблюдении следующей тактики: нужно держать человека в состоянии неопределенности относительно его текущего положения и того, что его может ожидать в будущем. Кроме того, если частные колебания между суровыми дисциплинарными мерами и обещанием хорошего обращения вкупе с распространением противоречивых новостей делают когнитивную структуру ситуации неясной, человек теряет представление, уверенность в том, приведет ли его какой-либо конкретный план к желаемой цели или же, наоборот, отдалит от нее. В таких условиях даже те личности, которые имеют четкие цели и готовы пойти на риск, оказываются парализованными сильным внутренним конфликтом в отношении того, что следует делать».
Так, тактика запугивания и промывания мозгов Тавистокского института оказалась успешной, и в результате удалось устранить настоящего президента Соединенных Штатов. Кроме того, американцы слепо поверили в клевету, дезинформацию и искусственно подтасованные доказательства, выдаваемые заговорщиками за правду. «Уотергейт от начала и до конца был не более чем дьявольской ложью».
Никсон и его ближайшие помощники, Холдеман и Эрлихман, были абсолютно не в курсе того, что происходило. Они не могли соперничать с объединенной силой Бильдербергского клуба, Королевского института международных отношений и Тавистокского института под руководством британской разведки МИ-6, а следовательно, королевской семьи Великобритании (МИ-6 — это служба разведки, которая защищает королевскую семью Великобритании. Ее ежегодный бюджет находится в секрете, примерная цифра колеблется в пределах 350—500 миллионов долларов. Примечательно, что власть британского парламента на МИ-6 не распространяется). Холдеман и Эрлихман ничего не могли противопоставить. К примеру, им даже не было известно, что «Дэвид Янг, выпускник Оксфорда и работающий на Киссинджера через такие организации, как “Milbank Tweed”, трудился в подвале Белого дома, контролируя “утечку информации”».
Когда Джеймс Маккорд «сознался» судье Джону Сирика, Никсону должно было бы стать ясно, что Маккорд ведет двойную игру. Но растерянный и бездействующий Никсон повел себя точно в соответствии с разработанным Тавистокским институтом планом по моральному подавлению человека за счет стратегии устрашения.
Генерал Хейг, который прошел ускоренный курс подготовки в Тавистокском институте, сыграл фундаментальную роль в стратегии запутывания и промывания мозгов президенту Никсону, а в действительности именно Киссинджер возглавлял Белый дом в этот период. «Смелый» репортаж «Washington Post» был не более чем ложью, подготовленной силами нового мирового порядка. Легендарным информатором «Глубокая Глотка» был не кто иной, как сам Хейг[3].
Вудворд и Бернштейн, оба члены СМО, предоставляли группе журналистов всю информацию, которая затем публиковалась. Не проводились ни журналистские расследования, ни тайные интервью. «Washington Post», один из влиятельных членов правления Бильдербергского клуба, сам клуб и Комитет 300 оказали на Никсона давление, буквально следуя руководству учебника Тавистокского института.
Колеман пишет, что «по настоянию Королевского института международных отношений Хейг взял под контроль правительство Соединенных Штатов, Белый дом, после государственного переворота в апреле 1973 года». Хейг поместил на сто наиболее высоких должностей Вашингтона людей из Брукингского института, Института политических исследований США и СМО, которые, «как и он сам, выполняли приказы иностранной власти», то есть приказы тех, кто навязывал интересы мирового глобального порядка Соединенным Штатам Америки».
«Свержение Никсона было уроком и предупреждением будущему президенту Соединенных Штатов», чтобы он избавился от мысли, что можно бросить вызов теневому мировому правительству. Кеннеди был жестоко убит «по той же причине, на глазах всего американского народа».
Но Джон Колеман и Линдон Ларуш (в прошлом кандидат от демократов на пост президента и издатель замечательного «Executive Intelligence Review») провели свое собственное расследование «Уотергейтского дела» и пришли к одинаковому выводу; цель свержения стала намного яснее в эпизоде с «бумагами Пентагона» и последовавшим за этим «назначением Шлезингера в администрацию Никсона [в комиссию по атомной энергии]», целью которого являлось противодействие развитию атомной энергии. Читатель уже наверняка пришел к выводу, что все это ключевые факторы для деиндустриализации Соединенных Штатов, так как и было запланировано Бильдербергским клубом, Римским клубом и Комитетом 300. Джон Колеман добавляет в книге «Иерархия заговорщиков: История Комитета 300», что «с этого момента начался экономический спад, который стоил потери рабочих мест 30 миллионам американцев».
Согласно источникам в разведке Колемана, весной 1970 года Уильям Макдермотт из ФБР приехал на встречу с главным поверенным по делам безопасности корпорации «Rand», занимающейся промыванием мозгов в США, Ричардом Бестом, чтобы предупредить его, что Дэниэл Эллсберг, по всей видимости, изъял у «Rand» исследования о Вьетнаме, которые провела эта организация. В последующих встречах с Генри Роуэном, президентом корпорации «Rand» и лучшим другом Эллсберга (о чем не догадывалось ФБР), он сказал Бесту и Макдермотту, что расследование Министерства обороны шло полным ходом, и поэтому «ФБР рекомендовалось прекратить расследование по делу Эллсберга». На самом деле, как выяснил Колеман, «никакого расследования не проводилось. Эллсберг по-прежнему имел доступ к материалам Института корпорации “Rand” и продолжал копировать документы, касающиеся войны во Вьетнаме, до тех пор, пока не разразился скандал с “бумагами Пентагона”, что очень ослабило администрацию Никсона».
Еще одним предателем, как уже догадались наиболее сообразительные читатели, был собственно советник Никсона по национальной безопасности Генри Киссинджер. В середине 1970-х годов клуб назначил Киссинджера членом правления маленькой группы в составе Джеймса Шлезингера, Александра Хейга и Дэниэла Эллсберга. «С этой группой сотрудничал Институт политических исследований с Ноамом Хомским в качестве главного теоретика». Цели Института политических исследований продиктованы «Круглым столом» Великобритании и Тавистокским институтом. Колеман объясняет в своей книге «IPS Revisited», что главным в повестке дня было «создать новую левую силу, основное движение для порождения конфликтов и распространения хаоса, расширить “идеалы” нигилистического социализма и стать великой “карающей силой” правительственного и политического порядка Соединенных Штатов» как ключевых факторов деиндустриализации страны посредством стратегии нулевого роста постиндустриальной эпохи. Когда Киссинджера назначили на должность советника по национальной безопасности, «Эллсберг, Хейг и Киссинджер привели в исполнение план “Уотергейт”, разработанный Королевским институтом международных отношений с целью свержения президента Никсона, так как он не подчинился прямым указаниям», то есть публично заявил, что не подпишет Генеральное соглашение о тарифах и торговле. Это заявление привело Дэвида Рокфеллера в ярость. Позже выяснится, что ГААТ несет в себе угрозу национальной безопасности США, о чем Сенат Соединенных Штатов был предупрежден в 1994 году членом Европейского парламента сэром Джеймсом Голдсмитом (который внезапно умер (неизвестно, было ли это простой случайностью) после того, как выступил с подобными заявлениями в Сенате).
В действительности по распоряжению Эндрю Шоеберга, председателя Королевского института международных отношений, Киссинджер и его сотрудники получали «всю информацию от американских и зарубежных разведслужб раньше самого президента; включая информацию строжайшей секретности из 5-го отдела ФБР». Не вызывает сомнения, что два человека, которым Никсон доверял свою жизнь, Холдеман и Эрлихман, не понимали, что происходило вокруг: МИ-6 (британская разведка) контролировала всю информацию, которая могла попасть к президенту Никсону.
Колеман приходит к выводу, что «благодаря этим методам Киссинджер проводил свою политику в период президентства Никсона, а после того, как Никсон был опорочен и изгнан с должности, он узурпировал беспрецедентные полномочия, которых ни у кого не было — ни до, ни после уотергейтского скандала».
После отставки Никсона Бильдербергскому клубу наконец удастся сделать так, чтобы президентский пост занял их человек. Джеральд Форд (член Бильдербергского клуба и СМО) станет новой марионеткой нового мирового порядка, продвигаемого Генри Киссинджером, агентом Дэвида Рокфеллера, который служил интересам Бильдербергского клуба и Комитета 300.
Вскоре после свержения Никсона новый президент Джеральд Форд поставил свою печать в знак одобрения внешней политики Киссинджера. Гэри Аллен в своей книге «Дело Рокфеллера» пишет: «Президент Форд одобрил внешнюю политику, разработанную государственным секретарем Генри Киссинджером. Его целью было создать благоприятные условия для мирового правительства до конца 1970-х. Сформулировав необходимость существования глобальной стратегии по проблемам питания и нефти внутри Организации Объединенных Наций, президент подписал свое принятие “нового международного порядка”, то, чего и добивался Киссинджер».