Главы из книги
Как я уже говорил ранее, когда мы занялись этой экзотической темой, наше родное научное сообщество — физики отнеслось к нам вначале подозрительно. Уж очень легковесно и назойливо об этом писала пресса. Масла в огонь добавили и серьезные академики своими красочными расказами о своих несерьезных экспериментах по квартирам. Научное сообщество очень критично воспринимает своих, вышедших в «начальники» лидеров. Критика, но конструктивная, движет науку. По этой причине, я вызывающе был готов рассказывать и обсуждать с оппонентами на физических семинарах, наш подход, разрабатываемую аппаратуру и результаты. Чем жестче, тем полезнее. Вначале народ приходил как в цирк посмотреть, как со мной расправятся борцы со лженаукой. Один из «зубров» физического эксперимента В.Я.Покровский, с которым я начинал свою работу в физике полупроводников, неоднократно высказывал мне своё мнение: «мне не нравится эта твоя новая тема». Однако, мне самому она все больше нравилась. Довольно скоро люди убедились, что мы надежнои профессионально построили свой подход со стороны пассивного дистанционного зондирования к самому интересному нефизическому обьекту — Человеку. В этом смысле показателен мой доклад на семинаре у одного из ведущих борцов со лженаукой член-корреспондента АН Михаила Владимировича Волькенштейна. Это происходило в большом конференц зале Института молекулярной биологии. Набилось много народу. Думаю многие пршли посмотреть, как меня «размажут»... После двух часов вопросов с жесткой дискуссией, глубокоуважаемый мной Михаил Владимирович вдруг заявил: «продолжение семинара откладывается на следующий раз: докладчик устал...». Я от неожиданности тут же заявил, что ничуть не устал. Тогда М.В. подошел ко мне и шопотом сказал: «я устал: я старше...». Это было неотразимо. После этого (и второго семинара) у нас возникло полное взаимопонимание. Он окончательно «вычеркнул меня из списка лжеученых». Я сделал много докладов о наших работах на научных семинарах, школах по физике, в Домах ученых и др. В результате научное сообщество нас признало и зауважало. Когда в 1984 году Ю.Гуляев выбирался в академики по Отделению информатики, вычислительной техники и автоматизации почти все члены этого Отделения (и не только этого) по несколько часов провели у нас, активно обсуждая наши работы. Очень заинтерсовался нашими работами выдающийся физик — теоретик академик А.Б.Мигдал. Мощь современной теории не знает границ: он как то между делом предложил для обьяснения телекинеза Кулагиной возможность существования других сил между живым телом и неживым обьектом, чем между неживыми «просто» физическими телами... Когда я рассказал ему о наших экспериментах и возможности приземленного количественного обьяснения с помощью электростатики, он без сожаления отказался от «потрясения основ» и заинтересовался нашей наукой. Несколько раз приезжал к нам. Два раза я делал доклады у него на семинаре в большом конференц зале МИФИ. Дискуссия была очень интересной и жесткой, как положено у физиков.
Так шаг за шагом научный интерес к нашим работам нагрелся до уровне, что было решено провести совместный семинар Отделения общей физики и астрономии и Отделения ядерной физики с нашим докладом в святом для физиков месте Институте физических проблем. Председательствовал академик В.Л.Гинзбург. Конференц зал был переполнен, прилегающий коридор тоже (туда была организована трансляция). Как символ обстановки, у меня перед глазами стоит «очешник» на одном из стульев первого ряда, который оставлял на своем месте директор Института академик А.С.Боровик-Романов, когда ему нужно было отойти. Я делал доклад у знаменитой доски (у которой физики «вынесли» много «заявителей»)... Неуверенности не было: было очень интересно обсудить нашу науку с сильными оппонентами. После доклада и обсуждения глубоко уважаемый Виталий Лазаревич заявил, что наша работа — это тот редкий, к сожалению, случай, когда с «чудесами» разбираются на уровне, принятом в физическом эксперименте. Именно это признание было для нас наиболее важным: ведь сами результаты нужно было обсуждать с медиками. После этого я два раза рассказывал о наших работах на знаменитом теоретическом семинаре В.Л. Гинзбурга в ФИАНе. В качестве продолжения так получилось, что во время обсуждения нашей работы на Бюро Отделения общей физики и астрономии, я в запальчивости заявил, что уровень физического эксперимента у нас нисколько не ниже, чем в Институте физпроблем. После этого А.С.Боровик-Романов по просьбе возглавлявшего Бюро академика А.М.Прохорова специально приезжал к нам в Центр детально посмотреть. В результате, нас окончательно приняли за «своих».