О Достоевском. Ч1

Автор: Бем А.Л.

Достоевский Фёдор Михайлович Категория: Бем Альфред Людвигович

Страница 5 из 13

ОТ РЕДАКТОРА

Настоящий сборник составился из работ, послуживших в своем первоначальном виде темами докладов в руководимом мною Семинарии по изучению Достоевского¹при Русском народном университете в Праге². Его содержание отражает, однако, далеко не полно проделанную за время существования Семинария (1925—1929) работу. Ряд докладов, заслушанных в заседаниях Семинария, уже ранее появился в печати. Назову лишь более существенные: проф. СИ. Гессен — Трагедия добра в «Братьях Карамазовых» («Современные записки», кн. XXXV, стр. 308—338), проф. И.И. Лапшин «Красный кабачок» Бальзака и «Братья Карамазовы» Достоевского («Воля России», 1927, № 2, стр. 66—77), «Достоевский и Паскаль» («Научные труды» Русского народного университета в Праге, т. I, стр. 235—243), А.Л. Бем «Игрок» Достоевского («Современные записки», 1925 г., кн. XXIV, стр. 45-59), «Шинель» Гоголя и «Бедные люди» Достоевского («Записки Русского исторического общества в Праге», 1927 г., кн. 1, стр. 47-56), «Гоголь и Пушкин в творчестве Достоевского» («Slavia», тт. VII и VIII). Часть работ должна появиться в ближайшее время, как, напр., работа Д. И. Чижевского «Шиллер и Достоевский» (в «Zeitschr. furslav. Phil.» VI, \),А.Л. Бем «Толстой в оценке Достоевского» («Научные труды» Русского народного университета, т. И) и др. Наконец, на страницах настоящего сборника могло появиться далеко не все, что хотелось бы видеть в печати, по условиям ограниченности имеющегося в распоряжении редактора места.

Однако и в этом далеко не полном виде настоящий сборник может дать все же представление о руководящих линиях работы Семинария.

Не случайно интерес в изучении Достоевского, как в России, так и у русских исследователей его творчества, работающих за ее пределами, все больше сосредоточивается на раннем периоде творчества писателя. Старая точка зрения, высказанная такими видными исследователями Достоевского, как Д.С. Мережковский и Л. Шестов, отрицавшими крупное значение раннего периода творчества Достоевского, может считаться сейчас окончательно преодоленной³. Работы последнего времени (В.В. Виноградова, Ю. Тынянова, К. Истомина и др.) показали со всею очевидностью, как глубоки во многих отношениях как раз первые произведения Достоевского и какою близорукой оказалась современная Достоевскому критика, осудившая такие произведения, как «Двойник» и «Хозяйка»⁴.

Работа Д.И. Чижевского, посвященная проблеме двойника в ее философской постановке, показывает, в полном согласии с общим развитием изучения Достоевского в наши дни⁵, что уже в «Двойнике» Достоевского были заложены его позднейшие этические воззрения, что «двойничество», как проблема, проходит через все его творчество и находит глубочайшее завершение в «Братьях Карамазовых». Рассматривая проблему двойника у Достоевского как определенное звено в общей борьбе философской мысли XIX века с этическим рационализмом, работа Д.И. Чижевского вводит нас в круг вопросов, связанных с чрезвычайно существенной темой о месте Достоевского в развитии философских идей его времени.

Статья докт. Н.Е. Осипова о «Двойнике» с точки зрения психиатра, построенная на вдумчивом применении учения Фрейда, еще лишний раз подтверждает высказанное Отто Ранком⁶ положение, что Достоевский с поразительной верностью дал в своем «Двойнике» описание душевной болезни Голядкина. Но не в этом главное значение работы Н.Е. Осипова. Она ставит перед историком литературы важную проблему о возможном взаимодействии психиатра и исследователя литературы в изучении ими явлений литературного порядка. Целый ряд наблюдений и попутных выводов из этих наблюдений «психиатра» над «Двойником» подтверждают во многом новейшие наблюдения над этим интереснейшим произведением Достоевского.

Другая проблема в изучении Достоевского, выдвинувшаяся именно за последнее время с особенною силой, это вопрос о Гоголе и Достоевском. Показательно для общности путей в изучении Достоевского в России и здесь, за рубежом, что почти одновременно там и здесь стала во всей ее значимости эта проблема перед исследователями творчества Достоевского.

Статья В.В. Зеньковского намечает для будущего исследователя ряд чрезвычайно существенных тем в связи с этой проблемой, выводя ее за пределы той несколько узкоформальной постановки, которую она нашла в работах последнего времени, хотя бы у В.В. Виноградова.

«Хозяйка» Достоевского по справедливости привлекает к себе после «Двойника» сейчас наибольшее внимание. Печатаемая в сборнике статья А.Л. Бема отвечает этому интересу. Она примыкает в части к статье проф. В.В. Зеньковского, поскольку касается темы: Гоголь и Достоевский, стоит в тесной связи и с вопросом об изучении личности Достоевского, пытаясь применить в этой области метод психоанализа.

Вопросам конкретного изучения Достоевского посвящены два этюда И.И. Лапшина. Первый — намечает ряд параллелей к Великому инквизитору историко-философского и литературного характера. Второй — привлекает внимание к образу Крафта из «Подростка», выдвигая вопрос о его возможном прототипе в лице студента Крамера.

Статья С. В. Завадского «Новое определение драмы в свете романов Достоевского» должна нас окончательно убедить в давно напрашивающемся положении, что современная эстетика, не вмещающая в себя Достоевского, должна именно в силу этого во многом быть подвергнута пересмотру. Прошло то время, когда от Достоевского можно было отвернуться утверждением, что его творчество с точки зрения требований эстетики стоит не на высоте.

Наконец, работа Р.В. Плетнева «Земля» ставит на очередь весьма существенную тему о природе у Достоевского. К большому сожалению, нам пришлось из подготовленной автором работы на эту тему взять только одну главу о «земле-почве», играющей во всем миросозерцании и мироощущении Достоевского столь существенную роль.

Кончая настоящее предисловие, мне хочется поблагодарить авторов статей настоящего сборника, предоставивших их в мое распоряжение, и заодно всех участников Семинария по изучению Достоевского, своими докладами и участием в общей работе способствовавших тому, что Прага стала до некоторой степени центром изучения Достоевского вне пределов нашей родины⁷. Эта благодарность должна быть по справедливости высказана и Русскому народному университету в Праге в лице его ректора проф. М.М. Новикова* и председателя Историко-философского отделения проф. А.А. Кизеветтера⁹, относившихся с неизменным вниманием и сочувствием к работам Семинария.

Я считаю также своим долгом выразить благодарность Министерству иностранных дел Чехословацкой республики, без поддержки которого настоящий сборник не мог бы появиться.

Наконец, не могу не кончить благодарностью посланнику Прокопу Макса*⁰, проявившему искреннюю готовность помочь осуществлению настоящего издания.

Редактор

29 апр. 1929 г. Прага

Раскольников. Глухой двор. Андрей Карапетян