М. Калашников.
Попробуем сами осмыслить опыт украинской войны и доклад «РЭНД-корпорации», дабы не идти на поводу у врага, а создавать свои победные стратегии.
СТРАННОСТИ НАЧИНАЮТСЯ УЖЕ В ВЫВОДАХ
Обратите внимание на то, как рэндовцы «делают открытие» насчёт того, что дроны могут использоваться вместо крылатых ракет. Ведь БПЛА в связке с телеуправляемыми крылатыми ракетами применялись уже летом 1982 года, когда Израиль таким образом подавлял сирийскую ПВО (русско-советского типа) в долине Бекаа в Ливане. Тогда дроны засекали машины разведки и наведения зенитно-ракетных комплексов — и наводили на них удары управляемых ракет. В 1983 г. на вооружение американской армии поступил БПЛА «Акила» (Орёл) — дальний разведчик и корректировщик для дальнобойной артиллерии. Вообще-то приведённый выше вывод РЭНД — давно «с бородой».
А эти положения о том, будто война выйдет непременно затяжной — и в ней потребуются поставки из третьих стран? В этих двух пунктах вижу то, что делает сей доклад РЭНД тонкой дезинформацией (10% лжи на фоне 90% правды). Полностью игнорируется тот факт, что Военно-воздушные силы (ВВС) в нынешнем мире сильнее противовоздушной обороны (ПВО). С 1972 года американская и израильская авиация прорывала и уничтожала зенитно-ракетную ПВО нашего (русско-советского) типа: во Вьетнаме (1972-1973), в Ливане (1982), Ливии (1986, 2011), Ираке (1991, 2003), Югославии (1999). Современная авиация — уже не просто «самолётные войска», а силы, где каждый истребитель-бомбардировщик сопровождается стаей ударных реактивных дронов, каковые сами являются дозвуковыми ударными самолётами. Они, пусть ценой своей гибели, вызывают на себя огонь неприятельских зенитно-ракетных комплексов (ЗРК), при этом их и атакуя. Включая радары, ЗРК обнаруживают себя — и идущие за дронами пилотируемые самолёты уничтожают вражескую ПВО противорадарными ракетами и управляемыми авиабомбами. Кроме того, им сильно помогают летающие радары, идущие сзади и сканирующие земную поверхность на 200-300 км вперёд (воздушные корабли Е-8 J-star во время войны 1991 г. с Ираком, а теперь — их более современные аналоги), как и спутники радарной разведки, чьи военные и коммерческие системы нынче активно развёртываются Америкой.
В таких условиях сильная держава может, прорвав и подавив ПВО противника, затем парализовать его тыл, уничтожив с воздуха с помощью МРДАУ (массированных ракетно-дроно-авиационных ударов) органы политического, административного, финансового и военного управления неприятеля (в том числе бункеры), узлы его связи, телерадиовещания, интернета; нефтепереребатывающие заводы и хранилища горюче-смазочных материалов, мосты и тоннели, железнодорожные узлы, энергетику. Завоевав полное господство в воздухе, авиация нападающей стороны обеспечит минирование портов страны — объекта нападения, разгромит аэродромы и аэропорты (нет поступления грузов извне по воздуху). Обороняющаяся армия останется без командования, без топлива и продовольствия, без подвоза боеприпасов и подкреплений. В итоге она просто рассыплется и побежит в тыл, подвергаясь ударам с воздуха, как это случилось с дивизиями Ирака в Кувейте в 1991 г.
Более того, в обозримом грядущем ВВС превратятся в воздушно-космический флот, когда дроны и пилотируемые «ударники» будут работать в связке с воздушно-космическими самолётами (способными выходить на орбиту и оттуда наносить жалящие удары по целям на поверхности Земли, будучи недосягаемыми для зенитных ракет и самолётов-перехватчиков обороняющейся стороны). Какое оружие понесут воздушно-космические штурмовики? В том числе — и кинетические поражающие «стрелы», подобные тем, что применяются в «Орешнике». С орбиты можно уничтожать авианосцы неприятеля, громить его бункеры и самые защищённые наземные цели: ничто не сдержит ударные элементы, мчащиеся на гиперзвуковой скорости, близкой к первой космической (более 7 км/сек). Военно-космическо-дроновые силы, позволяя оперировать на всей «этажерке» высот — от десятка метров над поверхностью до нескольких сотен километров над планетой, — обретут невиданное могущество.
Но почему-то авторы доклада РЭНД-корпорации всего оного не видят. С моей точки зрения, это просто лукавство. Для введения нас в заблуждение.
Зато вывод о том, что в случае столкновения с Североатлантическим блоком противник захватит господство в воздухе, увы, верен. РЭНД непрозрачно даёт понять, что мы увязли в многолетней кровавой «позиционке» на Украине как раз из-за слабости и упадка наших ВВС, неспособных делать то, с чем американская авиация успешно справлялась при разгроме Ирака в 1991 г. И если в случае конфликта РФ с НАТО в Восточной Европе господство в воздухе окажется в руках нашего врага, то разгром русских сухопутных сил получится страшным. Далеко нам в Европу не продвинуться, а ПВО РФ окажется подавленным. Она уже нынче эпизодически прорывается (результат — поражение наших нефтеперерабатывающих заводов) массированием налётов тихоходных БПЛА — «Лютых», например. Но что будет, если в ход помимо дронов пойдут и крылатые ракеты, куда более скоростные и мощные? Думаю, в таком случае логистика наших войск, стремящихся в Прибалтику или Польшу, окажется разрушенной со всеми вытекающими последствиями. Наши сухопутные силы попадут под точные и тяжёлые удары с воздуха, их ПВО окажется подавленной.
Поэтому не ожидаю наших попыток провести СВО в Прибалтике.
ВЫЗОВ ДРОННИЦЫ И ДЕЦЕНТРАЛИЗАЦИИ
Изучая основные рекомендации «мозгового треста» государству и военным США, ясно видишь: противник отлично изучил опыт дронницы ВСУ, которая смогла выстроить систему быстрых разведки и целеуказания для огневых средств ВСУ с помощью небольших дронов-коптеров («мавиков»), а затем и тучи дронов-камикадзе для уничтожения бронетехники и артиллерии ВС РФ.
Так же важны для нас планы вероятного противника в части децентрализации и гибкости их военного управления. Супостат наш откровенно хочет превзойти нас в гибкости военной системы, в её разумной децентрализации и в развитии инициативы полевых командиров. Дескать, русские авторитарны, у них исторически сержанты и младшие офицеры должны докладывать по инстанции наверх — и ждать команды к действию. Но пока сообщение снизу (об обнаружении цели, скажем) пройдёт все инстанции-уровни командования, пока полковник разрешит открыть огонь — цель может уже уйти, успев отстреляться по тем, кто её обнаружил.
Эту нехватку разумной децентрализации и самостоятельности младших командиров в Русской армии всячески высмеивал Энгельс в своих статьях о Крымской войне. Мол, поэтому русская солдатская масса инертна. На тот же недостаток напирали и гитлеровцы, всячески поощряя низовую инициативность в вермахте и СС. О слишком большой централизации командования в ВС СССР твердили американские генералы после 1945 г. Как видите, они рассчитывают на сохранение у нас оной традиции и в нынешние времена. Надо бы поломать их расчёты. Но пока — увы-увы…
Остальное у врага уже выполняется, причём с использованием опыта войны на Украине. Развитие недорогих автономных беспилотных систем, умеющих работать роями, управляться ИИ — это та самая перестройка ВС и ВПК Америки, которую проводят «эльфы», те самые Маск, Тиль, Лаки («Андурил»), Карп («Палантир текнолоджиз»). И здесь РФ, увы, отстаёт.
Рекомендации наращивать технологическое превосходство над русскими и ограничивать доступ РФ к коммерческим космическим системам — тоже тревожный звоночек. Всем теперь известна наша слабость по части спутниковых систем, в области цифровой защищённой связи, в системах управления и онлайн-разведки, в применении ИИ при ведении быстрых и точных боевых действий. Мы ведь используем «Старлинк» Маска, чтобы вести войну, управляя беспилотниками, равно как и западные мессенджеры —социальные платформы. Слишком много денег наш истеблишмент перед войной отправил псу под хвост, угробив триллионы в бесполезных Олимпиаде в Сочи, ЧМ-2018 по футболу, в саммите АТЭС во Владивостоке, в строительстве грандиозных военно-патриотических комплексов и помпезного Главхрама Вооружённых сил. И будет худо, если враг сможет отрезать нас от коммерческих возможностей его высокотехнологичных платформ и если мы не создадим отечественные аналоги оных.
ВЗГЛЯД ЯНКИ НА НАШИ ВВС-ВКС И ВОЙНУ В ВОЗДУХЕ
Читаю оценки наших ВВС-ВКС рэндовцами и вновь вижу тут некое лукавство. Нынешнее положение сродни тому, что имело место в 1915 году, когда временное наставление французского Генштаба гласило: скрытное сосредоточение войск для наступления более невозможно. Аэропланы противника вскрывают скопления войск — и немцы успевают и стянуть войска к месту готовящегся удара, и укрепить рубежи обороны, и пулемёты поставить, и накрыть наступающих артогнём. Но рэндовцам ли не знать, что выходом из этого позиционного тупика стали и танки, и авиация? И что сегодня выходом из нового позиционного тупика выступают как раз обновленные (дроны плюс пилотируемые самолёты и дальнобойные высокоточные ракеты) ВВС, способные уничтожить центры принятия решений врага, парализовать тыл и снабжение войск обороняющегося противника, изолировать целые участки фронта?
Доклад РЭНД глаголет о снижении роли пилотируемой авиации. И в данном случае мы снова видим лукавство рэндовцев, намеренное принижение роли пилотируемых ВВС. Они не могли не видеть того, что РФ не организовала той систематической работы по уничтожению ПВО противника, что стала обычной для авиации США и Израиля со второй половины ХХ века. Ведь всё свелось к ударам «баллистикой» и крылатыми ракетами по позициям ЗРК ВСУ. И как только они сменили позиции, такая практика стала бесполезной. В то время как сами американцы развили способность бороться с зенитно-ракетными войсками противников силами самой авиации. Они впервые смогли подавить ракетную оборону Северного Вьетнама в 1972 году (операция «Лайнбэкер») и далее пошли по нарастающей. Отработав уничтожение ПВО советского типа руками Израиля в долине Бекаа (Ливан, 1982 г.) с помощью комбинации «дроны-разведчики и телеуправляемые ракеты», они в 1986-м успешно прорвали (силами только авиации!) ПВО Ливии, построенную СССР. А в 1991-м напрочь подавили зенитчиков Ирака, как в 1999-м — ПВО Югославии, повторив это в Ираке в 2003-м. Тогда они писали, что современная авиация сильнее зенитно-ракетной ПВО, которая не поддержана мощными силами истребителей-перехватчиков.
Беда ВВС (ВКС) РФ как раз и состоит в том, что они не смогли даже повторить хорошо отработанную практику прорыва и подавления ПВО, освоенную нашими врагами. В моей библиотеке есть «История войны в воздухе» на немецком, изданная в ГДР в 1985-м. Там очень доходчиво описана практика борьбы авиации с ПВО на примерах вьетнамской кампании и операций ВВС Израиля. Демонстративно-отвлекающие действия одной эскадрильи на границе зоны поражения — чтобы вражеская ПВО включила радары своих ЗРК. Другие эскадрильи, крадущиеся на низких высотах, взмывают и наносят удар по обнаружившим себя позициям ПВО противорадарными ракетами и управляемым оружием. Эскадрильи подавления ПВО «Дикие ласки» (США, Вьетнам), постановка электронных помех локаторам подавляемой ПВО. Самолёт-радар (а заодно и летающий командный пункт), идущий позади и передающий «картинку» обстановки атакующим самолётам… Всё было давно известно! С тех пор техника уничтожения ПВО стала совершеннее, её дополнили дроны-ударники. Мало того, будущее ВВС США — в превращении новейших ударных самолётов в комплексы «истребитель-бомбардировщик плюс стая из трёх-шести ударных реактивных БПЛА». Так, чтобы они могли атаковать ЗРК неприятеля и отвлекать на себя их огонь — чтобы пилотируемый «флагман» мог крушить их ракетами…
ЧТО ГОВОРЯТ ФРОНТОВЫЕ ПИЛОТЫ СВО?
Получается, что ВВС-ВКС РФ лишены возможностей авиации США и Израиля 1980-х? От пилотов — участников нынешней кампании на Украине знаю, что толковой подготовки нашей авиации к подавлению ПВО ВСУ не было.
Вы летите на задание, несете управляемые бомбы. Впереди вас ждет дивизион зенитно-ракетных комплексов (ЗРК) противника. Это могут быть американские комплексы «Пэтриот» — самые грозные оппоненты в нынешней войне. А могут — модифицированные С-300 советского производства или «Буки» первых серий. Вы входите в зону их поражения. Ваш самолёт для борьбы с ЗРК несёт ракеты Х-31ПМ, летящие на излучение стрельбовых радаров. Не извольте сомневаться: они вас засекут. К тому же, чтобы применить планирующую управляемую фугаску, нужно набрать высоту и разогнаться, иначе бомбу не пошлёшь на большое расстояние. При благоприятных условиях она может улететь на 110 км. А вот если будет сильный встречный ветер, дальность рискует упасть до тридцати пяти — сорока километров. Но в обоих случаях ваша машина оказывается в зоне поражения и С-300, и «Пэтриота». При этом вам, как и лётчику времён Великой Отечественной, нужно выдерживать самолёт на ровном боевом курсе. И тогда, и нынче крылатая машина на сём этапе крайне уязвима для зенитного огня. Если в те времена бомбардировщику приходилось идти «по ниточке», чтобы прицельно метнуть свободнопадающие бомбы, то теперь рыскания в стороны, виражи и резкие крены могут привести к «потере спутников» — то есть точной космической навигации, без коей не запустить бомбу с раскрывающимися крылышками.
По нервам бьёт сигнал: вы — в луче радиолокатора врага! Чтобы запустить по нему противорадарную ракету Х-31 повышенной дальности, необходимо засечь локатор неприятеля, маневрируя на курсе влево и вправо. Тогда противорадарная Х-31 определит точку излучения по триангуляции, запомнит её. Как вы понимаете, «гуляя» по курсу, нужно взять пеленги на источник радиоволн, углы замерить. И вычислить местонахождение локатора. Таков метод триангуляции.
Но на эти «влево-вправо» уйдёт минута плюс двадцать секунд. А вы ведь на боевом курсе! Можно, конечно, выпустить Х-31ПМ наугад, в надежде на то, что её «голова» захватит работающую РЛС (радиолокационную станцию) вражеского ЗРК сама. Но тогда эффективность действия дорогущей (почти миллион долларов в пересчёте с рублей) ракеты резко упадёт. В большинстве случаев Х-31 пролетит мимо. Особенно если враг включает локаторы ненадолго, чтобы засечь наши самолёты, — выстрелить и быстро переместиться. Или если «Пэтриот» стоит в засаде, а его «радиоглазами» выступают радары других комплексов, передающих данные на американский ЗРК извне. Или если враг держит ещё и ложные «пэтриоты», имитирующие работу их РЛС. Включить бортовую станцию радиоэлектронной борьбы (РЭБ) «Хибины»? Но она устарела, враг научился её обманывать и преодолевать её помехи.
В общем, сложная ситуация. Как говорят пилоты, самый серьёзный противник — именно американский ЗРК «Пэтриот». Его ракеты очень быстры, да к тому же он дальнобоен. Когда слышишь в наушниках, как сокращается дистанция — 20 километров, 15 км, 10… — душа холодеет. Да и С-300 — дело серьёзное. Когда он стреляет в ночи, кажется, будто на земле рождается Солнце. Яркая вспышка — и «луч» от этого светила начинает стремительно тянуться к твоему самолёту…
Вот почему наша авиация далеко в тыл врага не залетает. Это смертельно опасно — оказаться в зоне поражения ЗРК…
К сожалению, в эту войну мы вступили, имея Военно-воздушные силы в упадке. Тот, кто воюет сейчас в воздухе, говорит: вроде бы учили прорывать ПВО, но не всех и по-разному. Только с началом войны завязалось общение с зенитчиками-ракетчиками (вроде бы давно объединёнными с авиаторами в Военно-космические силы — ВВС + ПВО), которые огорошили пилотов тем, что поведали: «А мы вас били бы на отходе. Когда вся ваша техника, рассчитанная на защиту с передней полусферы, обращена в обратную сторону. Когда хорошо видны горячие сопла ваших двигателей…»
Большинство лётчиков, вступивших в нынешнюю войну, были очень молоды и неопытны. Пилоты советской школы уже ушли. Реактивная авиация быстро изнашивает организм. У молодых летунов нет опыта больших учений с преодолением ПВО. Пришлось на ходу осваивать бреющий полёт. В этом отношении наша авиация очутилась в положении ВВС СССР в июне 1941-го. Нет ни опыта подавления ПВО врага, ни достаточных, эшелонированных группировок ВВС для завоевания полного господства в воздухе. Вот и приходится действовать лишь по переднему краю неприятеля ФАБами в качестве летающей артиллерии, но не как фактор стратегического масштаба.
Нужно решить ещё очень много проблем. Например, проблему автоматического обмена информацией между бортами по поводу работы вражеских РЛС — так, чтобы триангуляцию вели сразу два-три истребителя-бомбардировщика, независимо от того, есть ли у них «стаи гончих» в виде реактивных дронов. Нужна космическая радиоразведка (засечение позиций чужих РЛС и ЗРК) с моментальной передачей данных на самолёты — подобие советской спутниковой системы разведки и целеуказания «Легенда», которая в 1980-е обеспечивала силу наших кораблей и самолётов, несущих дальнобойные противокорабельные КР. Нужно интегрировать воедино военные и гражданские (частные в перспективе, как в США) орбитальные системы зондирования земной поверхности. Нужно делать самолёты и дроны — летающие РЛС для сканирования воздушного и наземного пространств (пилотируемые А-100 и Ту-214 «Фракция», беспилотные «Гелиос-РЛД»).
Как говорят наши пилоты, вражеские ЗРК работают в основном дивизионами, а не отдельными комплексами. И их, в общем, видно, они — не иголка в стоге сена. Маскировка их имеет свои пределы (слишком спрячешься — не сможешь вовремя выстрелить). Вопрос — в эффективности их уничтожения.
Чтобы сносить вражеские мосты — поражая их в опоры, а не только в пролёты, — авиаторам потребны не одни лишь управляемые планеры-авиабомбы. Нужны и ракеты наподобие противокорабельных, способные зайти на цель снизу, с помощью ИИ распознав опоры моста, и врезаться в них, глубоко проникнув в железобетон «головой», прежде чем она взорвётся. По-старому, на телеуправлении и без ИИ, при развитых системах РЭБ у ВСУ, ничего не выйдет: канал управления забьют помехами.
Нужно решить и более прозаическую задачу: прикрыть собственные аэродромы от налётов вражеских ударных БПЛА. Помните, как в Корейской войне 1950-1953 гг. полотняно-фанерные бипланы По-2, пройдя на бреющем, атаковали тяжёлые реактивные машины американцев на лётных полях, накрывая их осколочно-фугасными бомбами? Примерно то же самое делают и нынешние дроны, выступая в роли камикадзе. При этом хорошо оборудованные защитными капонирами и подземными укрытиями аэродромы, унаследованные от СССР, остались на Украине и в Белой Руси, которые рассматривались как передовой рубеж войны с НАТО. Авиабазы в РФ были неукреплёнными. И за тридцать лет никто не озаботился тем, чтобы построить на них укрытия для самолётов, защитив их от налётов вражеской авиации, крылатых ракет и дронов. Вы помните, что находились более важные дела: то фанерный Рейхстаг взять, то самую дорогую в мире олимпиаду провести.
В общем, сейчас надо и капониры строить. И прикрыть аэродромы скорострельно-пушечными комплексами наподобие советских «Шилки» или «Тунгуски». Иначе против налетающей беспилотной «мошкары» спасу нет. ЗРК типа «Панцирь» при массированном налёте БПЛА быстро истощают запас ракет, потом их надо перезаряжать. По части огня из скорострельных пушек они не чета «Шилке». А прикрывать аэродромы только счетверёнными пулемётами (или даже «калашами»), как счетверёнными «максимами» в Великую Отечественную — не выход…
КОГДА ОПАСНО БЫТЬ ЛЕГКОВЕРНЫМИ
Всего этого я в докладе РЭНД-корпорации не вижу. А вот американская пресса куда откровеннее, особенно в свете успешного авиационного натиска на Иран в июне 2025-го. Она прямо пишет о том, что неспособность РФ провести ВНО (воздушную наступательную кампанию) на Украине и стала причиной нашего попадания в ловушку позиционной затяжной войны.
Досье (15 июня 2025 г.):
«The Wall Street Journal: (https://www.wsj.com/world/middle-east/israel-takes-control-of-irans-skiesa-feat-that-still-eludes-russia-in-ukraine-846ccb95?mod=Searchresults_pos1&page=1)
Израиль берет под контроль небо над Ираном — то, чего до сих пор не удалось добиться России на Украине.
▪️За 48 часов после начала войны с Ираном Израиль заявил о превосходстве в воздухе над западной частью страны, включая Тегеран. Его самолёты начали сбрасывать бомбы прямо с территории Ирана, вместо того чтобы использовать дорогие ракеты дальнего действия. Так, в воскресенье Израиль использовал это превосходство, уничтожив десятки иранских ЗРК и ликвидировав главу разведки КСИР с заместителем.
▪️Первые удары наносили F-35, усовершенствованные Израилем. После подавления ПВО подключились F-15/F-16.
▪️Теперь используются дешёвые управляемые бомбы JDAM/Spice, наносящие разрушительный ущерб.
▪️Это преимущество осталось недостижимым для мощных российских ВВС на Украине за 3,5 года войны, что способствует позиционному тупику.
▪️Войны различаются (у Израиля нет наземного компонента), но их опыт подтверждает давний принцип: контроль над воздушным пространством решает всё.
▪️Отставной генерал-лейтенант ВВС США Дэвид Дептула заявил:
«В случае войны между Россией и Украиной мы видим, что происходит, когда ни одна из сторон не может добиться превосходства в воздухе: патовая ситуация и переход к войне на истощение. В случае войны между Израилем и Ираном это даёт им беспрепятственную свободу наносить удары там, где они обладают превосходством в воздухе над отдельными районами Ирана».
Сдаётся нам, что доклад рэндовцев — тонкая попытка повлиять на некоторые верховные, но некритические умы. Дескать, ПВО сильно уронила мощь ВВС. И хорошо, мол. Не вздумайте их развивать (в то время как США занимаются обратным).
О «БОГЕ ВОЙНЫ» И ИЗБЕЖАНИИ АРТИЛЛЕРИЙСКИХ «МОЛОТИЛОК»
По части использования артиллерии американцы не сказали ничего нового. Совмещение артиллерии старого типа с «глупыми» снарядами и неуправляемыми ракетами прежних РСЗО с высокоточными боеприпасами и широким использованием БПЛА-наводчиков-корректировщиков — это ещё 1980-е годы. Именно тогда янки приняли на вооружение первые дроны-наводчики «Акила» (1983). А на практике такой подход применили армия Израиля в войне 1982 г. и ВС США при сокрушении Ирака в начале 1991-го. Всё это придаёт новые возможности артсистемам старого типа.
Русская контрстратегия (или желательное для нас изменение правил войны) состоит, во-первых, в том, чтобы впредь избежать артиллерийских «молотилок», подобных тем, что приключились на СВО. Чтобы не подрывать экономику выпуском миллионов снарядов и разить врага быстро — во-вторых. Нет, никто не призывает отказываться ни от артиллерии («Бога войны»), ни от выпуска снарядов, ни от высокоточных боеприпасов. Наша задача — не дать противникам втянуть нас в изнурительные артиллерийские дуэли, кровавые и страшные.
Вижу выход в том, чтобы иметь как сильные, подлинно Воздушно-космические силы (космос и «высокое небо»), так и Силы беспилотных систем («нижнее небо»), выстраивая разнесённую по высотам «этажерку».
Замысел остаётся прежним: необходимо молниеносно давить ПВО и авиацию врага, выбивать его командные центры, включая высшее политическое и военное руководство. (Отчасти мы увидели подобное в войне Израиля против Ирана в июне 2025 г.) Разрушая систему управления государством, экономикой и войсками. Дезорганизуя производство оружия и боеприпасов и их доставку во вражеские войска, громя его арсеналы. Ломая работу его транспорта, энергетики, связи. Издали выбивая его артиллерию и ракетные установки. У противника много дронов? Сделаем так, чтобы его войска остались без еды и топлива, без командования, с угрозой поражения любой попытки сосредоточить живую силу и технику. А вот для этого и необходимы как воздушно-космический флот, так и беспилотные войска, грань между коими тонка: пилотируемая авиация также получит реактивные дроны-спутники для своих нужд. Причём такая авиация становится частью интегрированных разведывательно-ударных контуров вместе с дальнобойными и точными артсистемами, с ракетными войсками, с ВМФ (платформы крылатых ракет) и даже с пехотой, каковая и играет роль разведки, и сама получает тесную воздушно-артиллерийскую поддержку.
И, бесспорно, имперская Россия должна получить «верхнюю полку этажерки»: системы поражения и вывода из строя вражеских систем на околоземных орбитах. Для чего необходимо иметь не только заранее выведенные в космос спутники-истребители, но и космические самолёты, системы воздушного старта с лёгкими крылатыми «челноками», не привязанные к дорогим космодромам. Такова была мечта строителя корабля «Буран» Глеба Лозино-Лозинского (1909-2001). Мы должны её воплотить, заодно обретя и дешёвый способ вывода коммерческих нагрузок на орбиты.
Космическая часть такой «экосистемы» имеет очевидное направление эволюции: нанесение молниеносных, отвесных ударов с орбиты по самым защищённым и важным целям врага, будь то его ядерные силы, авианосцы и стратегические субмарины-ракетоносцы, авиабазы, штабы и высшие органы управления. Мы должны обрести способность быстро лишать противника его высшего политического, финансового, военного руководства. Помимо орбитальных бомбардировщиков и штурмовиков сюда, в силы внезапного парализующего удара, органично войдут гиперзвуковые планирующие системы, гиперзвуковые крылатые ракеты, баллистика в ядерном и неядерном оснащении. И, конечно, кинетическое неядерное оружие дальнего боя — тот же «Орешник» и его потомки.
Нам нужно господство в небесах, совмещённое с передовой разведкой, радиоэлектронной борьбой и войной в инфопространстве, с возможностями ИИ и автоматических систем оценки ситуации и управления. По сути дела, речь идёт о возвращении на новом уровне к идеям господства в воздухе, пришедшим из второго десятилетия ХХ века. Это не ретроградство, а ход диалектической Гегелевой спирали. Нужно забыть о бреднях некоторых «аналитиков» из РФ, которые ещё недавно утверждали, будто высокотехнологичные войны — якобы блеф, и всё возвращается к атакам пехоты, к грязным окопам и к реинкарнации Первой мировой.
ВАШЕ СЛОВО, ГЕНЕРАЛ ДУЭ! ВЫХОД ИЗ «ДРОНОВОГО ТУПИКА»
Говорите, танки обесценены, дроны снова загнали нас в позиционный тупик? Ибо теперь нельзя безнаказанно собрать большие силы для прорыва? И авиация потеряла силу? Это сам экс-командующий ВСУ Залужный утверждает? Нет. Новую жизнь получает «доктрина Дуэ»: удары с воздуха с целью паралича тыла противника.
Второй раз человечество сталкивается с позиционным тупиком. До 2022–2025 гг. были 1914-1916 годы. Ад Первой мировой. Миллионы погибших в атаках на рубежи обороны. Но уже тогда были сильные умы, предлагавшие не класть столько жизней на ЛБС, а парализовать тыл врага, после чего его войска на фронте останутся без снабжения и управления. Снаряды же и патроны кушать не будешь, в баки вместо горючего не зальёшь.
Еще в 1915 году умный итальянский генерал Джулио Дуэ предложил: зачем посылать на гибель сотни тысяч итальянцев в войне с Австро-Венгрией на тяжёлый альпийский фронт? Давайте используем 500 бомбардировщиков для паралича австрийского тыла. Его план опережал своё время: тогдашние аэропланы были слишком примитивными и маломощными. В 1921 году Д. Дуэ выпустил книгу «Господство в воздухе», которая проповедовала малокровную войну — армады бомбовозов должны сокрушить в тылу противника его экономические и государственные центры. Именно в стратегических бомбардировках с воздуха (воздушных наступательных операциях) Дуэ видел выход из кошмара позиционного тупика. «Завоевать господство в воздухе — это значит достигнуть возможности вести против неприятеля наступательные действия именно такого масштаба, превосходящие все иные, какие только может вообразить ум человеческий; это значит быть в состоянии отрезать неприятельскую сухопутную армию и морской флот от их баз, лишая их возможности не только сражаться, но и жить; это значит защитить верным и безусловным способом свою территорию и свои моря от подобных нападений; сохранять в боеспособном состоянии свою армию и свой флот, позволить своей стране жить и работать в полнейшем спокойствии; одним словом, это значит — победить». ( https://topwar.ru/225307-imet-gospodstvo-v-vozduhe-znachit-pobedit-general-dzhulio-duje-i-ego-teorija-vozdushnoj-vojny.html )
«…Дуэ приходит к выводу, что для подавления и уничтожения воздушного противника нужны, прежде всего, мощная бомбардировочная авиация дальнего действия и самолёты воздушного боя, которые могли бы успешно поражать в воздухе неприятельскую авиацию, уцелевшую от воздушных бомбардировок и пытающуюся воспрепятствовать вторжениям бомбардировщиков. Эти силы Дуэ предлагает свести в воздушную армию, действующую в массе и независимо от операций на сухопутном и морском театре, но в общем плане войны.
Поскольку бомбардировщики при выполнении своих задач всё же могут встретить ожесточённое противодействие противника в воздухе, в составе воздушной армии следует также иметь специальные «части воздушного боя», основная задача которых будет состоять в прокладывании дороги бомбардировщикам и отбрасывании противодействующих воздушных сил противника…»
«Воздушная армия, по его мнению, должна сорвать мобилизацию, разрушать железнодорожные узлы, склады, парализовать морскую торговлю и морской флот противника, разгромить производственные центры. Войска противника занимали в списке приоритетных целей последнюю очередь…» (Там же.)
Как видите, Дуэ (а он умер в 1930-м) верно определил будущее. Всё на месте: эшелоны подавления ПВО противника и «расчистки воздуха» — есть, эшелоны нанесения ударов по тыловым целям — налицо. Но воплотить сиё было в то время трудно: бомбардировщики представляли собой громоздкие тихоходы, несущие слишком малую нагрузку. Бомбы не были высокоточными, а сами самолёты слишком зависели от погоды и ночью могли действовать весьма ограниченно. Даже во Второй мировой дуэтизм ещё не мог быть воплощён полностью. А с появлением зенитных ракет в 1960-м (ЗРК), казалось, авиация получила страшного врага.
Но прошло семьдесят лет с выхода книги Дуэ — и мы увидели, как его доктрина воплощается — в войне США против Ирака в 1991-м. Каковая воплотила, в свою очередь, концепцию ВНА — воздушно-наземной операции США 1982 года. (В тот год янки приняли стратегию обезглавливания СССР — ударов крылатыми и высокоточными баллистическими ракетами МХ по руководящей верхушке Союза и союзных республик.).
Армия Ирака, до зубов вооруженная и засевшая за сильно укреплёнными рубежами в Кувейте, осталась без снабжения и почти без управления. Она побежала и развалилась за четыре дня, едва войска США и союзников начали наземную операцию после сорока дней воздушной наступательной кампании. Янки одержали победу, не потеряв и двух тысяч человек. Они обошлись без ковровых бомбёжек городов Ирака, без огромных жертв среди мирного населения и разрушения в щебень десятков городов.
С тех пор минуло 34 года. За это время развилась дронница. Она настолько увеличила свои возможности, что может давить ПВО противника в комбинации с крылатыми и баллистическими ракетами и пилотируемыми ВВС. Авиация не только не утратила своего значения: благодаря интеграции с БПЛА она обретает новые возможности. То есть доктрина Дуэ победила. Стала реальной возможность малокровной молниеносной войны, с перспективой захвата вражеских территорий в максимально сохранном виде.
Если бы война на Украине готовилась РФ именно в таком виде (как продвинутое повторение «Бури в пустыне» 1991 года), то дело закончилось бы уже к лету 2022 года.
НОВАЯ ВОЗДУШНАЯ МОЩЬ: ДИВЕРСАНТЫ, ДРОНЫ И РЕАКТИВНЫЕ «МОНСТРЫ»
Создавая новую воздушную силу империи, мы совмещаем собственно военные действия с действиями специальными, разведывательно-диверсионными. Это то, о чём грезит теоретик спецназа, мятежный полковник Владимир Квачков, и то, что на практике применили израильтяне против Ирана в июне 2025-го или СБУ, ударившее дронами с грузовиков и фур по авиабазам нашей Дальней авиации. Во всех сих случаях диверсионные, агентурные сети заранее сумели развернуть позиции дронов у нужных пунктов, равно как и установки телеуправляемых ракет «Спайк». Так чтобы в нужный момент ударить и по воздушным кораблям на лётных полях, и по системам ПВО, и даже по пусковым установкам баллистических ракет. Как, впрочем, и по командному составу (обезглавливание и дезорганизация). Израиль показал, на что способны специальные действия диверсантов в тылу противника, совмещённые с завоеванием господства в воздухе и рейдами современной авиации с высокоточными бомбами и ракетами на борту.
Принципиально сиё — действия гитлеровского осназа «Бранденбурга» в его блицкригах 1939-1940 годов в Европе и в июне 1941-го — у нас. То есть диверсанты резали связь, захватывали мосты, убивали неприятельских командиров, наводили удары авиации на чужие штабы. Совмещали действия люфтваффе Геринга с диверсиями и сеяньем неразберихи, паники в неприятельском тылу. Просто теперь технические средства стали намного более мощными, точными, изощрёнными. В. Квачков недаром требует ввести в уставы третий вид боевых действий: специальные, помимо наступления и обороны. Израиль и Украина, как видите, такое практически сделали. Значит, и мы должны. Сформировав как отдельный род войск Силы спецопераций (ССО). Породив, по сути, громадный, «живой» РУК — разведывательно-ударный контур, усиленный разведывательно-аналитической мощью ИИ.
Беспилотная воздушная мощь глубоко преобразит и прежние виды и роды оружия. Не нужно все дроны сгонять в Силы беспилотных систем. Подобно тому, как артиллеристы Первой мировой имели воздухоплавательные парки — для привязных аэростатов с наблюдателями и корректировщиками огня, и нынешние канониры имеют на фронте самочинные дроновые отряды — с теми же целями; а также и самостоятельно сформированные силы отражения вражеских БПЛА, норовящих выбить пушки с их расчётами. А дальше своя дронница войдёт в состав артиллерийских и ракетно-тактических частей штатно, как и дронобои. Танки понесут в себе набор атакующих БПЛА (как это делается в новейшей германской «Пантере»), получат дрон разведки и наблюдения (опять-таки «Пантера» тому пример).
Корабли ВМФ получат дроны — и даже зенитно-ракетные комплексы (ЗРК)! Ещё в начале 2000-х годов глава компании «2Т инжиниринг» Игорь Табачук предлагал оснастить комплексы С-400 вертолётными БПЛА-ретрансляторами. Ведь для того, чтобы дивизион ЗРК стал связной распределённой системой, все его огневые комплексы, рассредоточенные на местности, должны получать поток данных с локаторов, с командного пункта. И сами передавать информацию и на КП, и друг другу. Кстати, взаимодействуя со своей авиацией через командный пункт и получая данные (в перспективе) от космических группировок. Делается сиё через релейную радиосвязь. А поскольку связь эта не любит складок местности, оврагов и холмов, над дивизионом нужно поднимать радиомачты. Что очень неудобно: если противник их выбьет, связность дивизиона разрушится. Образуются «слепые зоны», сквозь кои могут прорваться вражьи самолёты, ракеты, беспилотники.
Табачук предложил дополнить радиомачты парой беспилотных вертолётов-ретрансляторов. Они парят высоко, связь получается более качественной и дальней — можно шире рассредоточить ЗРК. Если дрон-вертолёт собьёт противник, на смену ему поднимется следующий. Так возможности дивизиона вырастают на десятки процентов. И логичным продолжением той же тенденции становятся дроны ПВО, прикрывающие зенитные комплексы от атакующих БПЛА врага, которые ставят конусы направленных радиопомех навстречу нападающей вражеской авиации, её эшелону прорыва ПВО и включают имитаторы работающих радаров, ежели неприятельские самолёты выпускают противорадиолокационные ракеты. Пускай они мчатся не на настоящие РЛС русских зенитчиков, а на летающие обманки. Если учесть, что завтра русским зенитно-ракетчикам придётся столкнуться уже не просто с дронами и с самолётами по отдельности, а с интегральными стаями «пилотируемый ЛА + стая БПЛА», предложение Игоря Сергеевича более чем актуально; он смог опередить угрозу почти на четверть века.
Вот такими мне видятся наши не просто ВС, а Военно-научные силы. Русские не должны погибать в сырых окопах и в лобовых пехотных штурмах, гореть в танках и бронемашинах под яростными налётами стайных дронов! Их не должны рвать на части ураганные артобстрелы. Наша пехота, наступая, сможет в любой момент — натолкнувшись на узел сопротивления врага — вызвать точные и разящие удары: артиллерийские, ракетные и воздушные.
И всё это нужно совместить и с новой индустриализацией, и с городами-садами (футурополисами), и с грандиозным строительством новой цивилизации, с творением сверхчеловека, «расы звездолётчиков», живущих в «будущеградах» с самоуправлением, новой властью Советов Нейромира. Иначе военной силы грядущего не выстроить. Её творение по плечу только умным, волевым, сильным гражданам самоуправляемых футурополисов, этим повелителям техники. А никак не увядающим обитателям панельных многоэтажек, рабам косной и жадной бюрократии…
ПОВТОРИЛИ СЦЕНАРИЙ «КРАСНОГО ШТОРМА», НО НЕ ПРЕДВИДЕЛИ «ПАУТИНЫ»
Воображая войну между НАТО и РФ, авторы доклада фактически воспроизводят сценарий технотриллера Тома Клэнси «Красный шторм» 1986 года. В нём СССР, столкнувшийся с тяжёлым экономическим кризисом, нападает на НАТО. Обе стороны негласно договариваются: ядерное оружие не применяем, бьёмся обычными вооружениями. Но Союз, вторгаясь в Западную Европу, несёт огромные потери от высокотехнологичного оружия США и европейцев, его архаичная система управления войсками не выдерживает схватки с более передовой военной системой янки. И когда от отчаяния высшее руководство СССР готово отдать приказ о применении тактического ядерного оружия, русский генералитет свергает его, идёт на перемирие с НАТО и устанавливает в Советском Союзе национал-патриотический режим…
Рэндовцы рисуют в своём докладе нечто похожее: РФ, что меньше и слабее СССР, вторгается — намёк более чем понятен — в бывшие советские республики Прибалтики, ныне — члены НАТО. Как и в технотриллере Клэнси, стороны молча договариваются не применять оружие массового поражения. Но это, простите, абсурд.
Во-первых, ВС РФ отягощены серьёзнейшими недугами, выявившимися в ходе СВО. Они ещё могут рывком занять Прибалтику, и вряд ли старшие члены НАТО станут за неё жизнь отдавать. Но победа сия окажется для нас пирровой. Уже с Польшей придётся куда сложнее. Оставим на совести американских экспертов их уверенность в том, что мы — агрессоры. Сосредоточимся на чисто военно-организационной и технической сторонах.
Армия наша на фронте сильно напоминает мне РККА 1920 года. С существенными различиями. Во-первых, лошадей у нас нет. Во-вторых, состоит армия из пожилых уже людей с подорванным на фронте здоровьем. Смертельно уставших от войны, да ещё и от пузиковщины в частях.
Вы можете представить себе переброску такой армии к рубежам Эстонии? Массы пехоты, оставшейся без танков и бронемашин, выбитых укродронами. С гражданской автотехникой, закупленной на пожертвования граждан руками-ногами волонтёров. С разношёрстными системами связи импортного производства, купленными также волонтерами (что касается и огромной части дронницы). Эпическое зрелище: марш усталых, грязных и старых танков, обваренных «мангалами». Добавлю — танков с контейнерами динамической защиты, поставленными не МОРФ, а волонтёрами Родригеса. С масксетями, сплетёнными добровольцами одессита Грубника за собственный кошт.
Такая бородатая пожилая армия ещё должна сосредоточиться на исходных позициях. Не имея собственной связи, пользуясь купленными за свой и граждан счёт терминалами Маскова «Старлинка». Не обладая надёжным тыловым обеспечением. Не имея в распоряжении приведённых в полноценное состояние ВВС, умеющих работать на всю глубину противника и давить чужую ПВО. Не обладая Силами беспилотных систем как сформированным родом войск. Имея в тылу разгорающийся экономический кризис.
Пока писал текст, подоспело дополнение от моего друга, работающего в ВПК: «У Франции ещё сильная авионика, с которой у нас беда. А ещё вспомним про флот (его отсутствие у нас на Балтике). Про судьбу Калининграда и думать страшно. Про отсутствие ЕСУБД (единой системы управления боевыми действиями) молчу (при том что у НАТО она давно отлажена и интегрирована во все элементы). Про слабую спутниковую группировку напомню, про нехватку самолётов ДРЛО — напоминаю. Сама мысль о войне РФ с НАТО — утопия… »
ЯДЕРНЫЕ РАСКЛАДЫ: НА ТРИ СТРАНЫ УЖЕ НЕ ХВАТИТ
Нам понадобится не менее десяти лет после окончания СВО, чтобы вылечить наши Вооружённые силы и сделать их армией новой эры. Для чего, как вы понимаете, необходимо индустриализовать страну, перейти на новые пятилетки. Чтобы, образно выражаясь, против их «Андурила» и «Палантира» поднялись наши корпорации «Святогор» и «Кудесник». Но пока их нет, мы отстаём от «революции эльфийского технофашизма» в Америке.
Потому нужно быть политическими самоубийцами, чтобы сейчас кинуться решать прибалтийский вопрос. В нашем нынешнем состоянии НАТО (после занятия Эстонии, Латвии и Литвы) изобьёт нас с воздуха. Если мы в ответ решим применить ядерное оружие, то можем нарваться на ядерно-ракетный ответ. Мы, конечно, уничтожим европейских натовцев — членов ядерного клуба, Британию и Францию. Но если они успеют ответить со своих подлодок-стратегов (а это не менее четырёхсот боеголовок), если в ответе примут участие и США как лидер НАТО, то и РФ не уцелеть. Мы перестанем существовать как государство.
Сколько у нас средств в ядерном арсенале на сегодня? После многочисленных горбачёвских и постсоветских сокращений на 2016 г. у нас 1648 боезарядов на 526 носителях (у Соединённых Штатов — 1538 зарядов на 762 носителях). В 2001 г. РФ ещё имела (наследие Советского Союза) 6094 заряда на 1266 носителях. Если разделять нынешний арсенал на три страны сразу (Англию, Францию и Америку), то выходит маловато. И хотя после нашего — даже ограниченного ответа — Соединённые Штаты, Франция и Соединённое королевство прекратят своё существование как организованные силы, РФ от того не легче. Нас-то тоже не станет. И Сибирь достанется Китаю…
Поэтому делаю вывод: скорее НАТО нападёт на нас, нежели мы — на него. При этом противник должен быть уверен: компенсируя нашу нынешнюю военную немощь в обычных вооружениях, мы непременно применим ядерное оружие. Сперва тактическое, конечно. По тем же группировкам войск и авиабазам.
НЕПРЕДСКАЗАННАЯ «ПАУТИНА»
Но при этом авторы доклада не предсказали ни «Паутину» в РФ, ни её гораздо более масштабное повторение в Иране. То есть истинно гибридную войну: собственно боевые действия тесно сплетаются с разведкой, диверсиями, спецоперациями и психологической войной. Особенно в случае Израиля, когда снайперские действия ВВС сопровождались мастерскими диверсиями, уничтожавшими не только зенитно-ракетные комплексы и локаторы ПВО, но даже генералов КСИР и учёных-ядерщиков. Словом, воплощённая мечта идеолога русского спецназа Владимира Квачкова. При этом на фоне точных ударов по Ирану (с минимумом жертв среди гражданского населения) кто-то умело сеял панику в Тегеране и других крупных городах, распуская дикие слухи и поджигая автомобильные покрышки, дабы столбы чёрного густого дыма создавали иллюзию множества поражённых еврейской авиацией целей. Израильтяне смогли создать внутри Ирана многотысячную армию агентов, практически смертников, но притом — эффективную пятую колонну. А спецслужбы Еврейского государства, маскируясь под индийских разработчиков программного обеспечения, смогли обеспечить «закладки» во множестве компьютерно-управляющих систем Персии и отслеживать буквально каждый шаг иранских властей…
Не сужу строго РЭНД-корпорацию за то, что она не сумела предвидеть подобное и рассмотреть такое как часть возможного конфликта между РФ и НАТО. Ибо и сам не представлял всех возможностей гибридной военно-специальной операции. Но теперь вижу, что мы должны всемерно изучить случившееся, дабы подобная «суперпаутина» не стала средством обезглавливания РФ и быстрого уничтожения части наших ракетно-ядерных арсеналов.
НА КРЫЛЬЯХ ПИЛОТИРУЕМЫХ И БЕСПИЛОТНЫХ…
Удивительно, но RAND, в своё время основанная как «мозговой трест» именно ВВС США, в этом докладе не связывает воедино беспилотники и пилотируемые аппараты в деле возможного прорыва и подавления русской ПВО. Хотя им положено знать о программе истребителя шестого поколения NGAD (воздушное доминирование нового поколения), который должен работать как лидер группы из трёх-шести реактивных дронов. Речь идёт не только о перспективном F-47, который вряд ли быстро появится, но и о нынешних истребителях-бомбардировщиках — тех же F-35, так хорошо показавших себя над Ираном, и о более старых машинах.
Тут вижу опять лукавство и усыпление нашей бдительности. Не верю, что забыли об этом рэндовцы. Просто глаза нам отводят, рассчитывая на некритическое поклонение нашей «элиты» всему американскому…
НЕ ДОПУСТИТЬ ЗАТЯЖНОЙ ВОЙНЫ С НАТО!
Оставлю на совести рэндовцев «намерение» РФ напасть на Североатлантический блок. Но возможность нападения его на нас мы должны учитывать и всячески к сему готовиться.
Тут важно ни в коем случае не допустить затяжной войны без применения ядерного оружия. Ибо тут мы гарантированно терпим поражение. Слишком не равны экономические потенциалы. Нам нужна только молниеносная война, блицкриг.
НАТО должна об этом знать. Боязнь схлопотать атомный ответ да послужит фактором устрашения Запада и удержания его от опрометчивых шагов. Для этого нам потребно новое качество Стратегических ядерных сил. О чём мы поговорим отдельно. Наши РВСН должны не только быть защищены от операций, подобных «Паутине», но и получить возможность применять своё оружие в неядерном варианте, подчас — высокоточном. И «Орешник» тут — лишь первый шаг.
Русские должны получить возможности глобального неядерного удара — парализующего, обезглавливающего, обезоруживающего. Сочетание мощных систем кинетического действия на баллистических ракетах, гиперзвуковых высотных и орбитально-бомбардировочных систем. Так чтобы между ядерно-стратегическими и конвенциональными силами появилась ещё одна «ступень» как возможность «последнего предупреждения» перед применением оружия массового поражения. В случае столкновения с НАТО такие способности будут весьма нелишними.
Следует беспристрастно и беспощадно провести расследование: почему в начале СВО не были нанесены снайперские обезглавливающие и парализующие тыл ВСУ удары ракетами, дронами и ВВС? Почему не осуществили уничтожение ПВО противника? Почему не реализовали концепцию стратегических операций по уничтожению критически важных объектов (СОУКВО, по-английски — Strategic Operations to Destroy Critically Important Targets, SODCIT)? Без ответа на оные вопросы дальнейшая работа лишается всякого смысла.
Вероятный противник вовсю строит новую военную силу: царство ИИ и беспилотных автономных систем. Готовит «роботблиц». Такие «эльфийские» компании в Соединённых Штатах, как «Палантир», «Андурил», «Кратос», «Спэйс Икс» Маска, — ярчайшие тому примеры. Боевые действия ближайшего грядущего станут безумно быстрыми и точными. Если русские не смогут создать своего варианта «робовойны», дать свои асимметричные ответы на вызов «эльфов», то наша песенка окажется спетой. Ибо противник сможет «нашпиговать» нас своими боевыми роботами до начала войны. И учинить нам новое 22 июня, снося силы ядерного сдерживания РФ, после чего нам уже не выжить.
Да, необходимо получить то, что я называю ВНДС — Военно-научно-добровольческие силы. Ликвидировав наши опаснейшие провалы по части современных связи, разведки, наведения. Выстроив нужный космический эшелон. Негоже «от нужды» надеяться на чужие «старлинки» и мобильные приложения. Но сиё недостижимо без глубочайших экономических, а значит — и общественных преобразований. Горький опыт показал, что сырьевая, импортозависимая экономика не в силах вести войны новой эры. Она инновационно непроходима, косна, консервативна. Подданный бюрократии мало подходит для быстрых войн, тут нужен умственно развитый, свободный гражданин, готовый воевать дерзко, изобретательно — с готовностью жизнь отдать за свою страну. А чтобы добиться такого, придётся глубоко перестраивать экономический курс, налоговую и кредитно-финансовые системы, осваивать подлинно активную индустриальную политику. Превращать науку в могучую производительную силу, а гражданскую активность — в «энергетическое сердце» новой империи. Принимать новые пятилетние планы развития.
Ставку придётся делать на совершенно новую индустрию. Уже не просто роботизированную, а подобную живым клеткам. Нам предстоит строить самовоспроизводящиеся робофабрики (мечту таких мыслителей, как Александр Оликевич) с минимумом потребностей в живых работниках. Ибо иначе нам не вытянуть бремени — слишком мало русских осталось, слишком много у нас пожилых и немощных. Да и самовопроизводящиеся фабрики гораздо устойчивей в войне. Они делают ненужными многие промежуточные стадии производства, подчас «выращивая» детали и изделия. Но это — особая тема.
Вопрос стоит так: либо мы воплощаем фантастику, либо — всё, финал…