- Болдырев Ю. 2014-2015
- 09.12.2015
- 05.12.2015
- 01.12.2015
- 16.11.2015
- 07.11.2015
- 31.10.2015
- 19.10.2015
- 08.10.2015
- 25.09.2015
- 30.08.2015
- 26.08.201
- 10.06.2015
- 03.04.2015
- 02.04.2015
- 23.03.2015
- 17.03.2015
- 25.02.2015
- 24.02.2015
- 17.02.2015
- 30.01.2015
- 22.01.2015
- 29.12.2014
- 19.12.2014
- 18.12.2014
- 09.12.2014
- 27.11.2014
- 28.10.2014
- 27.10.2014
- 26.07.2014
- 04.07.2014
- 20.06.2014
- Все страницы
Лекции, интервью, статьи 2014-2015
 |
09.12.2015 Извращенная логика — деградирующая страна
Об экономической части Послания Президента Федеральному Собранию. Главное, чего не оказалось в Послании — это более или менее реального плана или хотя бы посыла к мобилизации экономики и общества на предстоящее долгосрочное противостояние. Причем, не с относительной мелочью, но с самыми развитыми державами мира. Некоторые важные направления задать попытаюсь
05.12.2015 «Вперед вместе!» ...с Ротенбергами, Абрамовичами и заокеанскими «партнерами»?
О Послании Президента Федеральному Собранию. Противник — кто? Мы продолжаем бороться с неким «международным терроризмом». Но неужели это и есть самое точное, верно ориентирующее народ определение нашего противника? Или ситуация и впрямь столь неоднозначная, что точнее определить невозможно? Тогда, конечно, давайте и дальше бороться против пуль и гранат, танков и самолетов, мин и торпед, но не против тех, кто все это против нас использует. Так? Послание — кому?...
01.12.2015 О предательстве — с восторгом?
О цинизме манипуляторов на фоне разворачивающейся войны. Когда войну ведет монарх или диктатор, то, пусть и с некоторой натяжкой, можно считать, что войну ведет лишь правитель, а народ, вроде как, ни при чем. Но если войну ведет демократическое государство? Так ли уж народ совсем ни при чем в этом случае? Понятно, что не в Турции и ее руководителе дело — такие решения в рамках НАТО односторонне не принимаются. Ладно, допустим, решили делать вид, что верим, будто это действия не США и НАТО, но одной лишь Турции. Но и тогда меня беспокоят четыре факта... «герои» тех самых «лихих 90-х» — и сейчас остаются на командных постах в экономике и госуправлении. Сами «герои» и их ставленники.
16.11.2015 Экономическая повестка G20, по сути, фокусируется на Китае
Китай уже такая сила, которая в итоге может игнорировать МВФ. И вместе с союзниками по этому вопросу - не военными союзниками, а союзниками по этому вопросу - вообще создать альтернативу МВФ. ... Я не верю в фундаментальную созидательную роль на внешнем экономическом рынке государства, которое внутри страны проводит из рук вон плохую, деградирующую экономическую и социальную политику.
07.11.2015 За единство: тружеников — против паразитов
Тех, кто видит в этой революции скорее негатив, нежели позитив, — понимаю. И среди моих предков были как те, кто воевал на стороне красных, так и те, кто воевал на стороне белых, хотя и те, и другие были казаками, жили по соседству. Прошу лишь не обижаться, не ожесточаться и не делать этот вопрос тем, что нас и теперь разъединяло бы. Нам всем важнее не разделиться по признаку отношения к той революции, но понять, что привело почти сто лет назад именно к такой революции и ее победе. И почему она тогда реализовалась столь сурово, с последовавшей действительно жестокой диктатурой. А понять это становится легче с каждым днем, с каждым продвижением очередного наступления олигархата на элементарные трудовые и социальные права большинства.
31.10.2015 Палач Ливии — наш лучший друг?
О пафосе вокруг визита Саркози. Наш нынешний «друг», если хоть чуть-чуть не лицемерить, то придется признать — был тогда одним из самых яростных палачей Ливии. На встрече «друга» со студентами МГИМО ему присвоили звание почетного доктора.
19.10.2015 Высокоточное оружие лжи
О «героях» дефолта и их нынешних подельниках-покровителях
08.10.2015 Кому — война, а кому — и мать родна?
В чем отличие позиций тех, кто нынешнее вступление России в войну одобряет, от позиций тех, кто выступает категорически против? Кто у нас решает вопросы войны и мира? Заглядываем в красную книжицу под названием «Конституция» и читаем: Совет Федерации. Из СМИ известно, что СФ у нас, кроме прочего, еще и этакий неформальный «клуб миллиардеров»...
25.09.2015 Душить население или олигархат?
Если бы сделали всерьез гарантированный государством инструмент сбережения накоплений — что тогда? Тогда мы получили бы облегчение для огромного количества граждан возможности сохранить свои сбережения в чем-то действительно ценном, надежном и стабильном. Применительно к золоту — существенно более ценном и стабильном, нежели любая бумажная валюта любого ныне существующего государства. Но совпадает ли это с интересами нашей власти (нашего олигархата)?
30.08.2015 Технологии и еду ввозить нельзя, а ядерные отходы — пожалуйста?
Против превращения Питера в радиоактивный могильник
26.08.2015 Очередной обвал рубля: внешние причины или внутренний беспредел?
10.06.2015 Если мышка поверит, что кошка пришла к ней вести холодную войну...
03.04.2015 Разговор о слабостях человека в преломлении к гражданину, элите, институтам государства
02.04.2015 Наш путь: солидарность или крысиная возня?
23.03.2015 Отцы и дети в сетях финансовых манипуляторов
17.03.2015 Спасет ли экономику России «дешевый» рубль?
25.02.2015 Ростовщическая кабала основа современной войны.
24.02.2015 Так кто же банкротит Россию?
17.02.2015 Коней на переправе не меняют. А шакалов?
30.01.2015 Не хватит ли подмигивать Западу?
22.01.2015 Кризис экономики или тупик паразитизма?
29.12.2014 Россия-2015: вырваться из капкана или погибнуть?
17.12.2014 Россия на перепутье: к звездам или в притон?
18.12.2014 Ответы на вопросы. Об экономике и перспективах, о системе кремлевской власти, о предательстве, о стратегии граждан России
09.12.2014 «Анализ важнейших событий за неделю» О плановом демонтаже социального государства. Радиопрограмма «Народный интерес»
27.11.2014 «Эхо Петербурга» Важно что Президент делает, а не говорит
28.10.2014 В авторской программе Т.С.Федяевой «Народный интерес» Основания не доверять власти есть
27.10.2014 Выступление на форуме «Зиновьевские чтения: Русская трагедия и русская мечта»
26.07.2014 почему Путин боится РАН?
04.07.2014 «Олигархи путинские и ельцинские...» телеканал «Красная линия»
20.06.2014 «Банкет паразитов-чубайсов продолжается!»
09.12.2015 Извращенная логика — деградирующая страна
Об экономической части Послания Президента Федеральному Собранию
Фото: Михаил Джапаридзе/ТАСС Политики в Кремле на ежегодном послании президента Федеральному собранию РФ
Прежде всего, приношу извинения читателям и редакции «СП» за досадную оговорку в предыдущей статье: назвал Стамбул столицей Турции.
Продолжаем говорить о том, что не было сказано в Послании Президента Федеральному Собранию, но что услышать у нас объективно были основания. Подчеркиваю: не субъективно — отталкиваясь от личности конкретного Главы государства, но объективно — исходя из складывающейся в стране и в мире ситуации.
Итак, главное, чего не оказалось в Послании — это более или менее реального плана или хотя бы посыла к мобилизации экономики и общества на предстоящее долгосрочное противостояние. Причем, не с относительной мелочью, но с самыми развитыми державами мира.
В короткой статье, разумеется, не претендую на полномасштабный план. Но некоторые важные направления задать попытаюсь
Национализация финансово-кредитной системы
Прежде всего, ни слова не нашлось в Послании о необходимости того, что я, в отличие от прокремлевских пропагандистов-провокаторов, называю не «национализацией Центробанка» (реально — полностью подконтрольного Кремлю), но национализацией государственной финансово-экономической политики. Не нашлось в Послании места ничему, что ориентировало бы на радикальный разворот всей финансово-экономической политики на ее подлинную суверенизацию, обслуживание и обеспечение интересов не транснационального финансово-спекулятивного капитала, но своего собственного промышленно-технологического развития. Об этом — ничего. Только пресловутая финансовая стабилизация, которую, правда, связали с суверенитетом.
Что ж, верно связали. Примерно так же, как с боеготовностью современной армии можно связать наличие автоматов… Но забыв при этом еще и о пушках, самолетах, ракетах и т. п.
А финансовая стабилизация — дело хорошее. И она уже была.
Потом сплыла.
Теперь Президент нас обрадовал, что вновь всплыла (уж простите за каламбур).
И все при тех же фигурах в руководстве. Все хорошо: и что стабилизация была, и что ее не стало, и что теперь вновь сколько-то побудет… А что подлинным инструментом развития такая банковско-финансовая система не станет — так и нет такой приоритетной задачи…
А советник Президента академик Сергей Глазьев, с его докладом и предложениями по радикальному изменению банковско-финансового и валютного регулирования, надо понимать, не для того, чтобы к нему прислушиваться? А ведь перед выборами президента 2012-го года, вспомните, как его народу представляли - так, как будто бы Президент и впрямь именно с ним и в самолете не расстается, советуется и именно к нему прислушивается. По существу, ведь это было, пусть косвенное, но предвыборное обязательство Президента — прислушиваться к таким людям, а не к грефам и кудриным…
Бег в кандалах
Ни слова не нашлось в Послании Президента и про кандалы ВТО. И, что еще важнее, про те уступки, которые российское руководство сделало еще до формального присоединения к ВТО — для того, чтобы заранее удовлетворить требованиям государств-конкурентов и транснационального капитала. Что позволило Правительству с гордостью отчитаться: мол, ожидания, что присоединение к ВТО приведет к росту импорта, не оправдались. Конечно, не оправдались — если вы свой рынок и своих производителей зарубежным конкурентам сдали заранее. А вот отвоевать свой рынок обратно теперь так запросто не получится.
Что бы вокруг ни происходило, какая бы ни возникала конфронтация с Западом, включая взаимные «санкции», тем не менее, принятым обязательствам в рамках ВТО российское руководство привержено абсолютно. С гордостью отчитывается, что за три года пребывания в ВТО даже и оставшиеся таможенные барьеры сокращены еще в среднем вдвое. Вот и с первого сентября текущего года Евразийская экономическая комиссия снизила ввозные таможенные пошлины более чем на 4 тыс. товаров. Включая и такие, по которым жизненно важны приоритетная поддержка своих производителей и самообеспечение: комплектующие для авиа- и судостроения и т. п.
Да, в этих условиях житницей (но с основными прибылями — у зарубежных владельцев семенного и племенного фондов), может быть, нам стать на какое-то время и разрешат — если очень-очень низко поклониться и заокеанских «партнеров» попросить. Но подлинно своего развитого машиностроения, станкостроения, авиастроения и т. п. — не будет. А, значит, в недалекой перспективе — и обороноспособности.
Дорожим ли союзниками?
Кстати, а при чем здесь Евразийская экономическая комиссия, принимающая решение о снижении ввозных таможенных пошлин в связи с обязательствами перед ВТО не всего Евразийского экономического союза, а в данном случае лишь России?
Поясню, но сначала о вынужденных ответных действиях наших союзников — о свежей новости, пришедшей еще до оглашения Послания, но своего отражения в нем почему-то не нашедшей.
Итак, вот и парламент Казахстана ратифицировал присоединение страны к ВТО. Кто в связи с этим выражает беспокойство? Участники Евразийского экономического союза. И не просто беспокойство.
СМИ сообщают, что в рамках «компенсации потерь» Евразийская экономическая комиссия разрабатывает целый пакет мер, включающий в себя, в том числе, усиление контроля на границах государств, входящих в ЕАЭС. Как вам такое движение к ранее разрекламированному нашими властями как приоритетная цель «Евразийскому экономическому пространству»? А министр иностранных дел Белоруссии В. Макей заявил честно, что создание единого Евразийского экономического пространства теперь переносится на 2025-й год или даже на еще более отдаленную перспективу.
Кто виноват? Казахстан?
Но напомню: в 2009-м году, когда был только создан Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана, Россия, при согласии Белоруссии и Казахстана, официально заявила, что вступать в ВТО будем вместе — единым Союзом. И это было единственно верное решение. Имею в виду не само присоединение к ВТО (против которого я в принципе), но, если уж присоединяться, то не поодиночке, а на единых условиях. Если мы настоящий Таможенный союз, а не фикция.
Но что затем? Затем российское руководство, под давлением заокеанских «партнеров», отказалось от этого — присоединило страну к ВТО в одиночку, без союзников, фактически своих союзников предав. Получилось, что все издержки от вскрытия своих рынков транснациональным капиталом они стали нести одновременно с нами, но никаких плюсов, включая хотя бы даже и гипотетическую встречную открытость рынков стран ВТО, а также возможность отстаивать свои интересы в судебных инстанциях ВТО, они не получили.
Что оставалось делать Казахстану? Естественно, он продолжил свои переговоры о присоединении к ВТО. Но о чем могли быть эти переговоры? Я тогда, в 2012-м, предупреждал, писал об этом: с учетом той фактической «дедовщины» (приоритета прав старых членов над вновь вступающими), что царит в ВТО, переговоры с Казахстаном члены ВТО могут вести лишь по одному вопросу: как еще сильнее взломать внутренний рынок нашего Таможенного союза, как еще снизить нашу общую таможенную защиту.
Самой же страдающей от таких «союзничков» (на этот раз я с горечью вынужден использовать этот термин не применительно к нашим заокеанским «партнерам», но применительно к нам самим — к России — по отношению к самому преданному и надежному союзнику) является Белоруссия. Страна, в отличие от России и Казахстана, не имеющая энергоресурсов, на экспорте которых можно паразитировать, живущая исключительно трудом своих граждан. Российское же руководство, руками своей ручной телепропаганды, не упускает ни одного случая, чтобы хоть так, хоть этак, но обвинить своего союзника: то в «паразитировании» на наших природных ресурсах, то еще в каких-либо грехах — притом, что все эти их «грехи» с нашим фактическим предательством не идут ни в какое сравнение.
Согласитесь, вопрос о наших взаимоотношениях с ключевыми союзниками — достоин того, чтобы быть освещенным в послании Президента Парламенту.
Деоффшоризация или амнистия?
Не стал Президент на этот раз акцентировать внимание на необходимости решения проблемы деоффшоризации. Притом, что фактически ведь ничего не делалось — никакие инструменты, известные из практики других стран, такие как повышенное налогообложение на компании, имеющие хотя бы 15% оффшорного капитала, запрет или затруднение доступа таких компаний к разработке природных ресурсов и к госзаказам и т. п. — ничто подобное не использовалось. Может быть, проблема каким-то волшебным образом сама разрешилась и потому свою остроту потеряла? Тогда, я, конечно, власти с этим потрясающим успехом искренне поздравляю.
Если же всерьез, надо признать: то военное или, как минимум, полувоенное положение, в котором наша страна оказалась, и соответственно, необходимость экономической мобилизации, с одной стороны, и степень оффшоризации нашей экономики, со стороны другой — явления совершено несовместимые.
Но проблема деоффшоризации национальной экономики на этот раз была подменена вопросом другим — об амнистии вывезенных капиталов, которую предложено продлить. Власти это подают, как вещи связанные, но, с моей точки зрения, налицо подмена понятий. Вместо рассмотрения вопроса об интересах страны нам подсовывается вопрос о спокойствии олигархата, о наилучших условиях для него. И нас пытаются убедить, что интересы страны и спокойствие олигархата — это почти синонимы.
Выведение паразитов
А что такое вообще мобилизация ресурсов? Это всегда внутренняя ревизия и избавление от неэффективных звеньев, концентрация сил и ресурсов на главном. Отсюда необходимость анализа эффективности расходования средств и использования основных фондов и т. п.
Но бывают ситуации, когда весь этот «высший пилотаж» бессмысленен. Почему? Да потому, что во все звенья государственного механизма целенаправленно внедрены паразиты, вытягивающие соки и ресурсы. Приведу несколько наиболее типичных примеров.
Кровососущая система экономики
Первое — это сама банковско-финансовая система — целенаправленно выстроенная не как источник средств для развития, но как паразит, высасывающий соки из страны. Сплошь и рядом, что в «лихие девяностые», что и поныне: сначала бюджетополучатели (регионы, отрасли, предприятия) целенаправленно загоняются в кредиты банкам под немыслимые проценты, после чего власть перечисляет бюджетополучателям положенное, часть из которого тут же уходит на проценты паразитам. И даже помощь тем или иным секторам национальной экономики оказывается не напрямую, а не иначе как путем «частичной компенсации процентных ставок банкам». То есть, наши госресурсы, не мытьем, так катаньем, но обязательно, в конечном счете, идут посредникам-паразитам — банкам, вице-президентами в которых оказываются сыночки высших должностных лиц… Подчеркиваю: не просто ростовщикам (что отдельный предмет разговора), но еще и поставленным властью в положение обязательного паразитического посредника в любом процессе.
Вторая кровососущая
Как известно, лимфатическую систему человека иногда называют «второй кровеносной». С учетом же того, что в нашем государстве все кровеносное подменено кровососущим, нашу систему страхования вполне уместно назвать «второй кровососущей», ибо используется она в основном аналогично первой. Да и управляются они из единого центра — так называемого «мегарегулятора» (Центробанка). Особенно яркий пример — система обязательного медицинского страхования.
Строго говоря, в системе ОМС частным страховым компаниям вообще нечего делать — это целенаправленно внедренная чисто паразитическая прокладка между государством (в данном случае единственным истинным страховщиком) и государственными и муниципальными медицинскими учреждениями, лечащими нас за выделяемые государством деньги. Но существенная часть средств уходит на обслуживание такого чисто паразитического «бизнеса» — ни за что не отвечающего и ничем не рискующего. И какова тогда цена призывам главы государства требовать от страховых компаний отстаивать права пациентов медучреждений? С таким же успехом можно предложить и вшам больше заботиться о животных, из которых они сосут кровь.
Расползание откупщиков по телу России
Сбор налогов с помощью «откупщика» — это у нас такая «инновация», хорошо забытое старое — из времен уж совсем нецивилизованных. Яркий пример — пресловутый «Платон» — частная система сбора платежей за передвижение тяжелых грузовиков (пока только их) по федеральным трассам (пока только по ним). Водители-дальнобойщики взбунтовались. Против самого ли нового налога или же против того, что новое обременение, похоже, не столько налог, сколько способ подкормить друзей главы государства (как протестующие это трактуют)? Но нам важно понимать, что это — не разовое исключение из правила. Нет — это целенаправленно насаждаемая система. Вполне родственная паразитическому положению в нашей стране коммерческих банков или тому же обязательному медстрахованию за госсчет, но в частных компаниях-посредниках.
Дальнобойщики под Москвой протестуют против системы «Платон»
Под покровом гостайны
Тихая приватизация оборонки и частные конторки при государственных оборонных предприятиях. Оптимисты говорят: «Ну, наконец-то, деньги в оборонку пошли!». Пессимисты (реалисты?) отвечают: «Только все ли это в оборонку на самом деле?». И обращают внимание на то, что сначала из еще советских оборонных заводов (не в «лихие девяностые», а прямо сейчас) создается какой-нибудь концерн «Калашников», передается в добрые близкие для власти руки, после чего туда можно и деньги направить. Но на дело ли? Или бесконечно повторяющиеся истории о том, как-либо не то и не у тех покупали для гособоронзаказа, в результате чего качество произведенной продукции для оборонки можно себе представить, либо месяцами не выплачивали зарплату работникам — как, например, на строительстве космодрома «Восточный». И никто не виноват: это же не министры и руководители госпредприятий, а какие-то нехорошие бесконечные подрядчики и субподрядчики — как-то так неслучайно выбираемые, что никак их не призвать к ответу…
Включаю внутреннего цензора
Надо ли продолжать перечисление посредников-паразитов, не отряхнув которых с тела нашего государства ни о каком экономическом и оборонном успехе всерьез даже и заикаться не стоит? Полагаю, читатели могут и сами приводить их до бесконечности.
Себя же я останавливаю. А то, если и дальше идти по этой неумолимой логике, то глядишь — и неминуемо придешь к печальному выводу о том, что и сами наши власти — Президент, Правительство, Центральный банк, Парламент и высшие суды — в их нынешнем виде, то есть при нынешних механизмах формирования, функционирования и ответственности перед обществом — несколько того… Не то, чтобы уж совсем паразиты — такого экстремистского заявления я не делаю. Но уж больно упорно борются за право быть посредниками там, где мы и без них прекрасно обошлись бы и решили бы все сами. И реального права на референдум — на прямое волеизъявление, без излишних (здесь вполне корректно сказать, что паразитических) посредников, нас лишили.
Последний яркий пример масштабного вопроса, затрагивающего суверенитет России, по которому эти посреднички бессовестно лишили нас права принять решение самим — присоединение к ВТО. Напомню: весной 2012-го года Центризбирком отказал нам (Оргкомитету по проведению референдума), в том числе, на том основании, что нет полного пакета документов на русском языке, и потому граждане не смогут понять суть вопроса. Верховный суд с таким решением согласился. Что не помешало затем Парламенту ратифицировать, по сути, не переведенное на русский, а Конституционному суду проигнорировать прямое нарушение конституционного положения о статусе русского языка как государственного.
Вот и судите сами на этом примере о степени добросовестности посредничков, с которыми мы вынуждены иметь дело.
Уровень видения проблемы
Здесь мой внутренний цензор (исключительно для того, чтобы не подставлять издание) подсказывает компромиссную формулировку. А именно: не то, чтобы они все — наши власти — уж совсем паразиты, но как-то уж очень настойчиво цепляются за свою роль посредников между нами (народом страны) и теми решениями, которые мы, повторю, вполне могли бы принять и без них.
С печалью приходится констатировать: мы видим масштаб всеобъемлющего паразитизма, внедренного во все звенья экономической, социальной и государственно-политической системы — как основополагающую проблему, не позволяющую нам развиваться, двигаться вперед. В то же время, Глава государства, судя по его Посланию, да и по всему прочему, такой системной проблемы не видит. Лишь предлагает спрашивать с паразитов (на примере страховых компаний в системе ОМС) за здоровье тех, на ком они паразитируют…
Элементарный правопорядок — основа эффективной экономики
Казалось бы, после сказанного выше, что еще добавить? Строго говоря, все остальное — второстепенно. Или даже, может быть, и важно, но является следствием описанного выше.
Тем не менее, несколько штрихов добавлю, в том числе, отталкиваясь от проблемы, затронутой в послании Президента. Напомню, предложил Президент нам всего через пять лет стать всепланетарной житницей-кормилицей, а не хватает нам для этого лишь самой малости — племенного и семенного фондов. В связи с чем, образно говоря, и обратился наш царь-государь за помощью к тем, кому давеча … сам же приказал головы отсечь (см. мою предыдущую статью «Вперед вместе … с Ротенбергами, Абрамовичами и заокеанскими партнерами?»).
Но и общая ситуация в стране уже столь запущена, что по вопросу о воссоздании в стране семенного и племенного фондов обращаться нужно уже не только к ученым. А если к ученым, то уже не только сельскохозяйственных специальностей. Поясню на примере.
Итак, говорим о причинах отсутствия в стране семенного фонда. Несколько лет назад общался я с известным в аграрном мире человеком (и как ученым, и как организатором) — главой отечественной компании, занимавшейся, в том числе, семеноводством. Среди прочего выяснилось, что выращивают они свои оригинальные семена … в Италии. «Почему же не у нас?», — удивился я. И услышал в ответ историю о том, как пытались они выращивать элитные семена у нас в одном подходящем по климатическим условиям южном регионе России, заключили договоры — все, как положено. Но в результате вместо своих элитных семян получили что-то дешевое и некачественное, а их дорогие элитные семена, действительно выращенные, оказались — в товарных объемах — банально украдены. И спросить ни с кого они так и не смогли, а российские правоохранительные органы элементарно самоустранились. В Италии же не то, чтобы дешевле, но (хотя она считается и не самым правовым государством из европейских) надежнее.
Отец за сына не отвечает?
А у нас?
А у нас, оказывается, если верить пресс-секретарю Президента, в администрации Президента про бизнесы и бизнес-связи детей Генпрокурора все знали давно. Но это не является основанием для какого-либо ему недоверия. Мол, дети — совершеннолетние.
Что-то это мне напоминает… Что же?
Вспомнил. Два примера.
Пример первый: Генеральный прокурор Скуратов шестнадцать лет назад был уже заведомо совершеннолетний, вследствие чего лицо, на него похожее, имело право, уж извините, развлекаться с девочками на взаимно добровольной основе совершенно законно. Но к нему, тем не менее, предъявили моральные претензии — и отправили в отставку.
И пример второй: у Президента Турции Эрдогана, как нам объяснили по нашему ТВ, сын, вроде как, оказался замешан в торговле ворованной и нелегально продаваемой ИГИЛ* нефтью. Вот только применительно к этому случаю заведомо совершеннолетний возраст сына — почему-то не индульгенция главе Турции.
Отчего же такие двойные стандарты?
Подчеркиваю: неважно кто, какой и чей фонд придал огласке факты, касающиеся детей нашего Генпрокурора. Если это и впрямь «по заказу Госдепа», так вы будьте столь щепетильны, чтобы и Госдепу было не за что зацепиться.
Важно, что уста Президента — его пресс-секретарь — не выразил сомнения в отношении фактов, не пытался их опровергать, а ограничился формулой, суть которой в том, что отец за сына не только в уголовном порядке, но и морально-политически, вроде как, не отвечает.
Перевернутая государственно-политическая логика
Не здесь ли ответ на вопрос, почему в рассказанной выше истории о попытке выращивать на нашей территории элитные семена отечественные производители так и не смогли добиться у нас правды? И потому вынужденно стали производителями семян … не отечественными…
Президент нашей страны, как мы только что слышали, в своем Послании советует политическим партиям больше в своих предвыборных программах уделять внимания борьбе с коррупцией. Это нормально, так и должно быть?
Чтобы наша государственно-политическая система была эффективна и хотя бы минимально конкурентоспособна с системами наших конкурентов-противников, должно было быть наоборот. К вопросу о коррупции в данном случае должно было быть приковано внимание, прежде всего, самого Президента. А именно: либо Президент должен был в своем Послании убедительно опровергнуть измышления в адрес Генпрокурора страны. Либо отчитаться о том, что он уже предпринял для того, чтобы на высоких должностях не могли оказываться лица, чья репутация оказывается, пусть даже и лишь их близкими родственниками, но, тем не менее, столь подмоченной. Как минимум, заявить о создании по его поручению независимой от Генпрокурора комиссии по расследованию обнародованных фактов. Либо депутаты, не услышав от Президента ничего о Генпрокуроре, должны были сразу же отправиться на совещание по созданию парламентской комиссии по расследованию — как обнародованных конкретных фактов, так и всей кадровой политики в государстве.
Кстати, часто, когда на критику возразить нечего, мы слышим в ответ: «Критиковать — все мастера, а ты предложи что-то?».
Вот — предлагаю. Не извращенную нынешнюю, но единственно возможную нормальную логику работы политического механизма в государстве, которое вынуждено конкурировать с другими — высокоразвитыми и эффективными.
Кстати, к сведению не Президента (допустим, не нам, простым людям, учить Главу государства), но его спичрайтеров. Именно то, что я описал выше как нормальную реакцию на скандал с Генпрокурором, и есть самый минимум того, что называется, пусть не «борьба», но хотя бы какое-то ограничение коррупции. Именно это, а не предложение партиям уделять в своих программах борьбе с коррупцией больше внимания…
Тему не завершаем
Не удается охватить в одной статье все. Или статью надо писать как программу партии — сухо по пунктам. Значит продолжим. И о проблеме отношений собственности — все ли здесь у нас в норме и соответствует ли задачам мобилизации? Как соотносятся с этим предстоящие планы дальнейшей приватизации? И о периоде низких цен на энергоресурсы: беда это или благо, которое надо надлежаще использовать? И о «доступе к мировым финансовым рынкам» и проблеме долгов наших госкорпораций. И о накапливающихся долгах страны временно выведенным из игры паразитам — бандитам и скупщикам краденного (имею в виду так называемых бывших акционеров ЮКОСа) и о прецедентах арестов нашего госимущества. Эти более 50 млрд. долларов и сам прецедент арестов нашего госимущества, надо понимать, не проблема? Не того уровня вопрос, чтобы привлечь внимание законодателей? В отличие от почти стократно меньших подачек «социалке», о которых в Послании — весьма подробно…
В общем, разговор продолжим.
* Движение «Исламское государство» решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.
http://svpressa.ru/politic/article/137855/
05.12.2015 «Вперед вместе!» ... с Ротенбергами, Абрамовичами и заокеанскими «партнерами»?
О Послании Президента Федеральному Собранию
Фото: Сергей Бобылев/ТАСС
Перед Посланием Президента Федеральному Собранию все выражали надежды и пожелания — что хотелось бы услышать. Сформулировал свое мнение и я — по просьбе пресс-группы Московского экономического форума.
И вот Послание состоялось. Обсуждают — с большим или меньшим выражением восторга. Что ж, Послание — большой коллективный труд, и было бы странно, если бы в нем не оказалось тех или иных правильных слов и посылов. Но в нынешней ситуации важно не только то, что было сказано, но и то, что мы, к сожалению, не услышали, хотя все основания тому были.
Противник — кто?
Итак, мы продолжаем бороться с неким «международным терроризмом». Но неужели это и есть самое точное, верно ориентирующее народ определение нашего противника? Или ситуация и впрямь столь неоднозначная, что точнее определить невозможно? Тогда, конечно, давайте и дальше бороться против пуль и гранат, танков и самолетов, мин и торпед, но не против тех, кто все это против нас использует. Так?
Правда, один противник все-таки был назван конкретный — турецкая «правящая клика», которую «Аллах наказал, лишив ее здравого смысла и рассудка».
Так это и есть наш главный противник?
Нет — были еще, хотя и весьма прозрачные, но всего лишь намеки: «Ирак, Ливия, Сирия — превратились в зону хаоса и анархии… Мы же знаем, почему это произошло. Знаем, кому захотелось сместить неугодные режимы, грубо навязать свои правила. В результате что? Заварили кашу, разрушили государственность, стравили людей между собой, а потом просто… умыли руки…».
Так кто же это? Неужто — все тот же «международный терроризм»?
А на Украине, в ее восточных областях, чему на этот раз не было посвящено ни слова — это тоже турки? Или вездесущий «международный терроризм»?
И о защите союзника, Сирии, от инспирированной Западом интервенции — ни слова. Вроде того, что обращение к нам сирийских властей — только предлог для нашей «самозащиты на дальних подступах». Не странно ли? Вот просто так берем и нападаем на этот самый «международный терроризм» на Ближнем Востоке — потому, мол, что там много выходцев из России, и они к нам вернутся…
А если бы они обосновались в Латинской Америке — мы тоже выступили бы в первых рядах? Или тогда «международный терроризм» нам не угрожал бы?
Послание — кому?
Понимаю, искусство дипломатии — не все можно (почему-то) публично называть своими именами. Так тогда, может быть, разделить: Послание своему Парламенту — отдельно, а внешнему миру, с дипломатичными экивоками — отдельно?
Тогда ныне прозвучавшее «дипломатичное» выступление было бы правильнее назвать так: «Послание нашего Президента к ИХ („цивилизованного мира“) парламентам». С участием кордебалета — в лице Парламента нашего, к которому, похоже, всерьез не обращались…
А как же Послание Президента именно к своему Парламенту — таково ведь конституционное требование? Сделать его тогда закрытым для СМИ? Или основную часть сделать публичной, но плюс еще небольшая секретная часть? И там, все-таки, называть вещи своими именами, а не ограничиваться туманными намеками. Если это, повторю, Парламент — высшая представительная власть, а не кордебалет.
Формирование у страны комплекса неполноценности
Было сказано, что в ответ на «пособничество терроризму и предательство» турецкого руководства мы, хотя и «не ограничимся помидорами», но, тем не менее, не будем «бряцать оружием». Но не было объяснено, почему. Уж такие мы пацифисты, что ли?
Судя по формулировке «не ограничимся помидорами», Интернет мониторят и критику и даже насмешку уловили. Пообещали более грозные кары, мол, еще не раз пожалеют. Но кто пожалеет? Подразумевается, турецкое руководство. Так, значит, это и есть главные действующие лица, замыслившие и осуществившие акт агрессии?
Согласитесь, несмотря на всю выраженную словесно решимость Президента, несмотря на весь восторженный угар в обсуждении Послания на центральных телеканалах, тут уж впору совсем впасть в комплекс неполноценности.
Представим, для сравнения, что Мексика или Аргентина нанесла бы аналогичный удар по американскому самолету — что за этим последовало бы? Известно — военная операция, которая камня на камне не оставила бы от желания такое повторять.
Но никаких подобных действий со стороны российского руководства не последовало, а наши СМИ тут же начали сопоставлять: сколько и каких самолетов у Турции, а сколько у России, сколько у кого крейсеров, эсминцев и подводных лодок, чем вооружены и т. п. Целый залп подобных публикаций. Но к чему? Чтобы мы всерьез равняли себя с Турцией?
Драматическое избавление от комплекса неполноценности
На мой взгляд (что, кстати, подтвердит любой военный специалист и любой специалист-международник), сравнивать вооруженные силы наши и турецкие — это примерно то же, что сравнивать вооруженные силы, например, Грузии и… Краснодарского края. Разумеется, никаких самостоятельных вооруженных сил Краснодарского края нет. Но с военно-политической точки зрения точно так же нет и отдельных вооруженных сил Турции — во всяком случае, при ее столкновении с Россией. Есть единая военная машина НАТО во главе с США — именно эта машина и нанесла по нам удар. И никак иначе.
Да, можно делать вид, что турецкое руководство сошло с ума. И уверять в этом себя и окружающий мир. Если не вдумываться, то именно так это и выглядит — в одиночку замахнуться на ракетно-ядерную державу. Представим на секунду, что Турция получила бы должный ответ — мгновенный удар по основным военным объектам и плюс по Стамбулу как столице государства-агрессора. Что было бы с рейтингом турецкого президента? Кого винило бы население Турции? Россию, ответившую на агрессию? Или же своего лидера, рискнувшего неспровоцированно напасть на несопоставимо более сильного соседа? Ответ очевиден. Но лишь если уверить себя в том, что Турция напала в одиночку.
На самом деле, разумеется, ни Аллах, ни шайтан не лишали руководителей Турции рассудка. Просто напала Турция не в одиночку — это единственно возможное истинное объяснение событий.
Да, осознать, что без предварительного согласия США Турция никогда не решилась бы на подобное, а, значит, удар по нам нанесла именно машина НАТО во главе с США — тяжело. Всякие иллюзии, что, мол, в НАТО сидят ответственные политики, что они не посмеют спровоцировать столкновение с Россией и ядерную войну — рассеиваются. Еще какие безответственные.
…Или, может быть, вполне ответственные, но что-то такое знающие о нас, о чем мы и не догадываемся?
Еще как смеют. Проверяют на прочность. И будут проверять. И дальше — больше…
Но, с другой стороны, нет худа без добра: все комплексы неполноценности в этой части — решительно отбросить. Не с Турцией у нас конфликт — и нечего себя с ней равнять.
С кем разговаривать всерьез
Не хочу сказать, что Турция — государство слабое, недостойное ведения с ним диалога. Напротив, экономически вполне развитое и диалога на темы торгово-экономические вполне достойное. И на темы политические и военные — тоже вполне достойное. Но… Но лишь до момента прямого военного столкновения с ядерной державой. Точнее, до авантюры прямой агрессии в отношении ядерной державы. Здесь веса абсолютно несопоставимы. Настолько, что, строго говоря, и обсуждать-то с ним, в общем-то, нечего.
Соответственно, в МИД надо вызывать посла США и представителя НАТО. И вручать соответствующие ноты им — как реальным, в данном случае, субъектам международной политики. Все однозначно: или это вы — ваша агрессия, с вашего согласия, и тогда с вами разговор и от вас извинения (а не от Турции). Или это — не вы. Тогда Турции — ответ по полной. Всей мощью российского военного потенциала (без подробностей). Как самый минимум — по той военной базе, с которой взлетел самолет-агрессор.
Хотелось бы быть понятым правильно. Никоим образом не призываю сейчас обрушить на Турцию какой-либо удар. Но призываю поднять вопрос на соответствующий уровень. А именно: США и НАТО, если это ваша, применительно к нападению на ядерную державу, уж извините, шавка — отвечайте за ее действия. Если не ваша, если самостоятельная — на свой страх и риск, то предупреждаем: в следующий раз — получит полномасштабный ответ.
Повторю: я сейчас не о реальном ответном ударе, но о необходимом адекватном характере разговора. Об ответственности США и НАТО за произведенное ими только что прямое провоцирование всеуничтожающей ядерной войны. Именно такой акцент Россия должна сделать, именно на этот уровень поднять вопрос в ООН.
Депутаты — дети малые, что ли?
И в разговоре с представителями нашего народа (а депутаты — высшая представительная власть!) дОлжно было бы не наводить тень на плетень, не изощряться в эпитетах в адрес турецкого руководства. Но честно констатировать весь драматизм и масштаб нынешнего спровоцированного США и НАТО противостояния.
Но тогда, согласитесь, СОВЕРШЕНО НЕУМЕСТНЫМ ОКАЗАЛСЯ БЫ ДАЛЬНЕЙШИЙ ТОН ВСЕГО ОСТАЛЬНОГО ПОСЛАНИЯ — с выраженными нотами самоуспокоения и явно неадекватными экспортно-ориентированными планами, вроде превращения страны к 2020 году в общемировую житницу-кормилицу.
Да, изымать неиспользуемые земли у латифундистов, разумеется, надо. И надо давно. Но вот только кто же нам даст стать общемировым поставщиком продовольствия, если, как и констатировал Президент, своего нет ни семенного, ни племенного фондов?
Это кто же нас всего лишил? Не иначе как опять вездесущий «международный терроризм»?
И что — именно те, кто нас всего жизненно важного лишил (допустим, в такие удобные для «перевода стрелок» так называемые «лихие 90-е»), а также все те, кто за последние 15 лет и ухом не повел, чтобы все это восстановить, теперь дружно развернутся на 180 градусов и с прежним пылом (с каким ранее все уничтожали) начнут теперь все восстанавливать?
Но наши с вами представители — депутаты — они же, видимо, подразумевается, как дети малые: им покажи конфетку, расскажи о планов громадье, так они и рады?
Кого там Всевышний и чего лишает?
Тут бы, в связи с выявившимся отсутствием семенного и племенного фондов, в самый раз обратиться к российской науке. Что Президент и не замедлил сделать. Но, видимо, запамятовал, что только что Академию сельскохозяйственных наук своими руками уничтожил — слил в единую РАН.
Хотя в этом же Послании Президент решительно выступил против каких-либо бездумных слияний и объединений. Но это, надо понимать, лишь против бездумных слияний по мелочам. А по крупному — столь же бездумные слияния, например, академий наук — можно и хорошо.
Итак, в связи с отсутствием семенного и племенного фонда, обратился наш Президент в своем Послании к единой РАН. Но и тут, видать, запамятовал, что и ее только что сам уничтожил. Превратил в не имеющий ни адекватного финансирования, ни рычагов воздействия на ситуацию «клуб по интересам». А реальные рычаги и финансы, вместе со всеми научными институтами, которые как раз сейчас начинают массово «оптимизировать», сам же передал «эффективным менеджерам» в ФАНО — Федеральное агентство научных организаций. Именно там теперь и рычаги, и деньги.
Хотя подумаешь, какая мелочь: ну уничтожил своими руками трехсотлетнюю Российскую академию наук — неужто об этом еще целых два года помнить?
А если б помнил (или подсказал бы кто из спичрайтеров)? Тогда, наверное, прямо так и заявил бы: «Обращаюсь к Федеральному агентству научных организаций…»? То есть, к менеджерам-финансистам и спецам по недвижимости. Мол, помогите с семенным и племенным фондом…
Так, что ли?
Чтобы не впадать в критиканство
Не хотел бы напрочь отрицать, что в Послании прозвучал и ряд вполне адекватных посылов — все-таки, множество людей работали, старались. Например, о целесообразности партиям в предстоящей избирательной кампании сосредоточиться на вопросе борьбы с коррупцией. А также о недопустимости пассивно ждать, когда цена на нефть вырастет. Плюс, может быть, о расширении компетенции суда присяжных и т. п. Но только насколько все это всерьез?
Так и представляю себе, как на будущих выборах в Госдуму всем тем, кто не на всяких телешоу перемежает присяги в лояльности власти с пустопорожними рассуждениями о необходимости бороться с коррупцией, а тем, кто на самом деле с этой коррупцией боролся, будут, прямо-таки, красную ковровую дорожку расстилать. Мол, пожалуйста, проходите, не стесняйтесь, регистрируйтесь в кандидаты и выступайте перед избирателями без надуманных препятствий и ограничений — ведь именно такие, как вы, по воле самого Президента, теперь и должны наполнить будущий парламент…
Верите?
Подозреваю, что и с тем, чтобы Правительству не ждать роста цены на нефть, а также с судами присяжных все будет примерно так же. Хотя поживем — увидим.
О мобилизации экономики и социальной сферы
Главное же, о чем мы толком ничего не услышали (если, конечно, не предполагать всерьез, что Турция, а также некий «международный терроризм» — и есть наши главные противники) — о планах Президента по организации и мобилизации военного тыла. Подробнее об этом — в моей следующей статье.
А пока, в качестве анонса, литературное отступление.
Цитируем Менделеева — но не спекулятивно
Автор одной известной российской книги по экономике, вышедшей лет пятнадцать назад и оказавшей существенное воздействие на более или менее трезвые умы, как-то обратил внимание на то, что наш Президент — не читатель, а зритель. В том смысле, что по памяти цитирует не литературные произведения, а фразы из фильмов или даже мультфильмов (на примере Киплинга), что не вполне соответствует исходному литературному тексту. Прав он или нет — не проверял (при желании, каждый может проверить это сам). Но искренне порадовался обращению Президента в его Послании к великому русскому ученому Дмитрию Ивановичу Менделееву. Вот только самую ли адекватную нынешнему российскому социально-экономическому контексту цитату привел Президент?
Конечно, любая цитата великого ученого достойна внимания. Но весьма сомневаюсь, что живи Менделеев в нынешнее время, он пропагандировал бы единство между большинством трудящихся и «оффшорной аристократией» — теми, кого интересы развития России не особенно волнуют, кто только что сдал наш суверенитет транснациональным корпорациям, присоединив страну к ВТО. А также между теми, кто за свой труд получает в месяц 10−15 тысяч рублей, и теми, кто, управляя государственным и от имени государства, сам себе выделяет ежемесячно по несколько миллионов долларов. И даже на свежем актуальном примере: призывал ли бы он к единству — как к безропотности ныне пытающихся бунтовать против дани семейству Ротенбергов (как они это понимают) водителей-дальнобойщиков? Или же, напротив, призывал бы всех ротенбергов и абрамовичей, грефов и сечиных добровольно умерить свои аппетиты?
Ответ попробуем найти в паре иных цитат Д.И.Менделеева, как мне представляется, куда более ясно нас направляющих и поныне актуальных.
При этом поясню. Никак не стремлюсь соревноваться в кругозоре и начитанности со всем пулом спичрайтеров Президента. Но здесь особый случай. Дело в том, что когда-то сотрудничал я с такой общественной организацией — «Союзнефтегазсервис» (объединение не нефтяников, а производителей нефтегазового оборудования и высокотехнологичного обеспечения нефте- и газодобычи — геология, геофизика и т. п.), а она, в свою очередь, поддерживала «Фонд сохранения наследия Д.И.Менделеева «Боблово». К 175-летию великого ученого в 2009-м году мы издали книгу Менделеева «Заветные мысли». Как раз я непосредственно этим занимался, и с тех пор, выступая в тех или иных студенческих аудиториях, обязательно дарю эту книгу вузовским библиотекам.
Итак, Д.И.Менделеев, «Заветные мысли» (1903−1905 гг.). Глава 3. Внешняя торговля:
«Протекционизм, или покровительство, внутренней промышленности страны, конечно, должен состоять не в одном отношении к таможенным пошлинам, хотя эти последние составляют его внешний явный признак и одну из главнейших сторон влияния на промышленность страны».
«Ни для кого, например, не спрятано то обстоятельство, что Германия выиграла в последнюю четверть XIX в. настолько же от французских своих побед и тройственного союза, насколько от умелой и последовательной политики по отношению к внешней торговле, политики чисто протекционной и умевшей доставить германскому народу такое благосостояние, какого эта по существу бедная страна не имела никогда по отношению к другим странам. Замечу при этом, что германский протекционизм состоит не из одних таможенных пошлин, но включает в себя и широкое покровительство всему реальному просвещению, всему развитию внешней торговли и обеспечению заработков лиц, трудящихся на фабриках и заводах».
Менделеев Д.И. Заветные мысли. — М.: Голос-пресс, 2009, издано при поддержке Фонда сохранения наследия Д.И.Менделеева «Боблово».
http://svpressa.ru/politic/article/137580/
01.12.2015 О предательстве — с восторгом?
О цинизме манипуляторов на фоне разворачивающейся войны
Бомбардировщик Су-24М на аэродроме перед вылетом на боевое задание (Фото: Александр Елистратов/ТАСС)
Несколько замечаний в связи с разворачивающейся войной. События развиваются стремительно. Не успеешь предупредить, что война — не место для шапкозакидательства и преждевременных фанфар, а контекст меняется, и читателю уже не вполне понятно, о чем речь. Так, вспомните, что творилось на наших телеканалах, какое было ликование и упоение нашими и французскими массированными бомбардировками, операцией «Возмездие» после трагических событий в Париже и последовавшего признания, что и наш гражданский самолет был именно подорван… Не успеешь усомниться в ценности подобных «союзничков», обратить внимание, на то, что такое «союзничество» скорее настораживает, чем обнадеживает (см. мою статью «Война — дело серьезное», направленную в «Литературную газету» 20 ноября, но вышедшую неделю спустя), а контекст всех рассуждений уже затмили новые события.
Я говорю об уничтожении нашего самолета (еще гражданского — с туристами), но на слуху у читателя уничтожение уже другого нашего самолета — военного. И уже не безвестными «террористами», но этими самыми нашими сомнительными «союзничками» — натовским истребителем. Подчеркиваю: не одной лишь Турцией — США постфактум действия Турции немедленно официально одобрили, и есть серьезные основания полагать, что и предварительно — неформально благословили.
Кстати, с моим определением подрыва нашего гражданского самолета как диверсии (эпизода войны, в которую мы вступили и в которой противник наносит нам ущерб теми средствами, которые ему доступны) многие читатели не согласились. А некоторые даже и возмутились. Мол, какая же это диверсия — это же не объекты военной инфраструктуры. Убийство мирных людей, значит — теракт!
Придется пояснить.
Речь вообще не об оправдании или обвинении организаторов и исполнителей. Нет такого, что теракты совершают люди плохие, а диверсии — хорошие. Речь о нас самих — как мы все это трактуем и осознаем. Речь об адекватном понимании ситуации и описании событий на языке, не вводящем в заблуждение.
Пример: когда гитлеровские диверсанты отравляли наши колодцы — это были теракты или диверсии? В условиях военного времени трактовка была однозначной — диверсии. А когда уничтожали наши деревни вместе с жителями? Тоже не теракты, а карательные операции, акты геноцида. Все это были преступления против мирного населения, против человечности, военные преступления, но называть это терактами никому не приходило в голову. Почему же теперь иначе?
Да потому, что в общественном сознании теракт воспринимается как неспровоцированное нападение на мирное население, как акт устрашения в мирное время, без какой-либо официально ведущейся войны.
Всякое убийство людей ужасно. Но когда во время войны бомбардировщики сбрасывают бомбы на вражеские города, это не вызывает удивления — война же ведь! Так было и во Вторую мировую, и у американцев во Вьетнаме и Ираке. Аналогично, если это не бомбы, летящие сверху, а мины, заложенные вражескими диверсантами — война…
А вот если в массовом сознании войны нет, то реакции совершенно иные.
Разница в том, что если никакой войны нет, но вдруг происходят теракты, то основные претензии у людей — не к своей власти, не обеспечившей безопасность, а к неким «террористам». Если же идет война, и все понимают, что это ВОЙНА, то не к внешнему противнику, но к своим властям предъявляются ясные требования: эффективно вести войну на фронтах и защищать тыл от вражеских диверсий. Если идет война, то всякая удавшаяся вражеская диверсия — это не просто успех противника, но еще и недоработка или даже провал своих.
Что же в данном случае?
Напомню: именно Франция (из «цивилизованных» стран) была зачинщиком и активным соучастником уничтожения Ливии. На месте ранее цветущего государства теперь — зона хаоса. Но мы принимаем палача Ливии Саркози в Москве с небывалыми почестями. Об этом я уже писал, но повторю с некоторым дополнением. Только вдумайтесь: глава союзного нам государства Белоруссии, умудряющийся столько лет эффективно противостоять давлению Запада (вот где искусство!), до сих пор не является почетным доктором МГИМО. А палач Ливии Саркози — теперь вот такой вот «почетный». Не стыд и позор нам — что мы с подобным молчаливо соглашаемся?
А в нынешнем сентябре — уже при президенте Олланде — Франция бомбила территорию Сирии. Без какой-либо просьбы или согласия сирийских властей. Это что — не война? А тогда что? Карательная операция? Мое личное мнение… Ладно, отставим мое личное мнение. Но Россия тогда официально, устами представителя МИДа, заявила, что такие действия Франции — это уничтожение международного права.
В этих условиях, когда Франция недвусмысленно ведет войну, было бы странно, если бы противник не пытался бы ей отвечать. Чем отвечать? Очевидно: тем, чем может.
Повторю: никоим образом не оправдываю уничтожение мирных людей. Ни во Франции, ни в Сирии, ни в Ливии и Ираке. Но категорически против лицемерного деления мира на две зоны. Зону хаоса, где «цивилизованные» развязывают и ведут войны, лишающие мирное население покоя, крова и самой жизни. И зону спокойствия и благополучия, до которой, если рука мстителя дотягивается, то это уже «теракт» и основание для возмущения «варварством».
Кстати, важное уточнение для ясности видения окружающего мира и нашего места в нем. Несмотря на все попытки нашего руководства выстроить с Западом то такую, то другую единую «коалицию против ИГИЛ*», несмотря на всю нынешнюю «дружбу» с Олландом (судя по всему, осознавшим свою персональную ответственность за беспечное ведение войны и необеспечение надежного тыла и именно поэтому ищущего «нестандартный» — за рамками НАТО — способ реабилитироваться в глазах своих сограждан), тем не менее, нет ни малейших оснований предполагать и надеяться на то, что по планам таких наших «союзничков» в будущем нам отводится место в зоне благополучия, а не хаоса…
А ведь как хотелось нашим руководителям включиться в единую с «цивилизованным миром» коалицию против ИГИЛ! Похоже, готовился некий акт исторического единения с Западом. Иначе к чему бы это недавнее странноватое помпезное мероприятие, на которое собрали вместе членов обеих палат парламента (по Конституции собираются вместе — исключительно для заслушивания послания Президента) и даже руководителей законодательных органов субъектов Федерации и глав религиозных конфессий? Для чего? Ясно же, что не для того этот большой хурал собирали, чтобы посмотреть на Матвиенко и Нарышкина. Что такое важное должны были сообщить? Не иначе, как нечто масштабное внешнеполитическое — на уровне не менее присоединения Крыма. Но не случилось, что-то в последний момент «не срослось» — Президент не прибыл и ничего судьбоносного не сообщил.
А чтобы лучше понимать всю ситуацию, представьте себе, что мы оказались в роли Ливии, Ирака и Сирии. Скажете, невозможно? Мол, у нас ядерное оружие? Но мир не стоит на месте. И если продолжать уничтожать свою науку и свое высокотехнологичное производство и все надеяться, что Запад нас «простит», создаст с нами единую коалицию, санкции отменит, цена на нефть вырастет — и заживем, как прежде, то… То недалек тот день, когда, в силу тех или иных научно-технологических достижений наших геополитических противников, и ядерный щит окажется не абсолютной защитой. И что тогда?
Представьте себе, что Западу в будущем все же удастся организовать у нас то, что ему уже удалось сделать на территории Ирака, Ливии и Сирии. Так неужто тогда наше сопротивление будет исключительно «в белых перчатках»? И по всем цивилизованным правилам ведения войны? И наши группы сопротивления будут исключительно высоко гуманными, ни в коем случае не экстремистскими, не «террористическими»? Прямо так: сначала бежим подписываться под всеми женевскими соглашениями и лишь после этого начинаем «правильно» сопротивляться своему уничтожению?
Неужто кто-то всерьез полагает, что те, чьи дети, жены и матери погибли от американских бомб с поражающими элементами из обедненного урана, теперь будут чрезвычайно тщательно выбирать, как мстить врагу — чтобы попадать исключительно во вражеских генералов, но ни в коем случае не задеть мирных жителей?
Соответственно, возвращаясь к Франции и «терактам» в ней — здесь все просто: руководство воюющей страны элементарно не обеспечило безопасность тыла.
А что же у нас?
Мы — Россия — оказываем союзническую помощь Сирии, подвергшейся внешней агрессии, как я понимаю, спровоцированной и организованной Западом. Эту помощь я, в целом, поддерживаю. Хотя неоднократно выступал, в том числе, и на страницах «СП» (см., например, мою статью «С-300 в Сирии: так быть или не быть?» еще от мая 2013 г.) за своевременное и полноценное оказание помощи Сирии на существенно более ранних этапах — 2−3 года назад. Тогда достаточно было помогать оружием, комплексами С-300 и т. п., не подвергая риску уже и наших сограждан. Но тогда российское руководство, скажем так, медлило, а теперь зачем-то в одностороннем порядке объявило войну ИГИЛ. Но если так, если не просто помощь Сирии в отражении внешней агрессии и освобождении ее территории, а объявленная нами война ИГИЛ — значит, война. Тогда будьте любезны адекватно и полноценно защищать тыл. Или кто-то ожидал, что война против ИГИЛ будет этакой легкой прогулочкой, в которой мы — мирные люди — будем лишь с упоением восторгаться перед телевизором мощью нашего (по сути — еще советского) оружия, но ответа получать не будем? К сожалению, ответ получать будем. И задача властей в такой ситуации не картинно ужасаться коварству противника и варварским методам его действий против нас, но своевременно обеспечивать защиту тыла.
И еще о «правилах ведения войны». И о нас — мирных жителях, к войне, как будто бы, никакого отношения не имеющих.
Когда войну ведет монарх или диктатор, то, пусть и с некоторой натяжкой, можно считать, что войну ведет лишь правитель, а народ, вроде как, ни при чем. Но если войну ведет демократическое государство? Так ли уж народ совсем ни при чем в этом случае?
Народ может быть совершенно убежден, что он ни при чем. Вот только как-то так получается, что плоды колониальных, а также и неоколониальных войн достаются не только монархам, диктаторам, президентам и олигархам, но по чуть-чуть даже и простым мирным людям, которые к войне, казалось бы, отношения не имели.
А, может быть, имели? Раз не воспротивились?
Это я вовсе не к тому, что французы теперь должны восстать против продолжения войны. Это надо было делать раньше — когда уничтожали Ливию. И нынешней ранней осенью (еще до ответной атаки на Париж), когда начали бомбить Сирию. Теперь это уже значительно сложнее. Но давайте без иллюзий: если ты считаешь свое государство демократическим, то нет войны, которую ведет лишь твое правительство. Если ты не выступаешь против, значит, и ты ее ведешь. Можешь считать своего противника варваром, можешь как-то иначе, но в его глазах ты — участник этой войны, даже если лично сам оружие в руки и не берешь. Ты — тот тыл, на который опирается бомбящий «варваров». Подрыв в ходе войны тыла противника — не теракт, а диверсия.
К сожалению, аналогично и применительно к нам. Мы, конечно, сколько угодно можем считать себя мирными людьми, к войне отношения не имеющими. Но тот, кого мы объявили своим противником (в данном случае — ИГИЛ), явно так не считает. Он видит в нас тех, кто ведет против него войну. И будет отвечать — всеми доступными ему средствами. К этому надо быть готовыми. И надо было быть готовыми — с первых дней, когда вступили в войну.
И, наконец, о нападении турецкого самолета на наш бомбардировщик в Сирии, гибели летчика и морского пехотинца и о последствиях этих событий.
Понятно, что не в Турции и ее руководителе дело — такие решения в рамках НАТО односторонне не принимаются. Ладно, допустим, решили делать вид, что верим, будто это действия не США и НАТО, но одной лишь Турции. Но и тогда меня беспокоят четыре факта.
Первый. Ведь о фактической поддержке Турцией ИГИЛ и, тем более, вооруженного сопротивления Асаду в приграничных с Турцией районах Сирии все было известно и раньше. Тогда почему же была проявлена такая беспечность? Неужто всерьез верили в сдерживающую Турцию (а не, напротив, провоцирующую) роль США и НАТО?
Факт второй. Реакция наших СМИ. Обратили ли внимание, как зачищено информационное поле и как тщательно подобраны и теперь играют уже в практически неизменных составах (с заранее расписанными ролями, включая и специально назначенных «плохишей» из вульгарно-либерального лагеря) на разных телеканалах участники «свободных дискуссий»? Но что вся эта машина пропагандирует? То мы слышим бесконечные восторги от дипломатических талантов и мудрости нашего руководства (помните, как еще совсем недавно мы, вместе с «дружественной» Турцией, «сделали» эту «Гейропу»?), то неуместное шапкозакидательство и упоение от весьма, к сожалению, локальных военных побед. На этот же раз элементарную беспечность и безответственность при проведении военной операции наших властей представили как … «неожиданное» предательство Турции…
Факт третий. Под прикрытием всего этого патриотического треска, фактическая реакция властей. Вместо решительного разрыва дипломатических, экономических и прочих связей с Турцией, целую рабочую неделю — какой-то невразумительный лепет про некачественные турецкие овощи и фрукты. И бесконечные подсчеты, во что Турции обойдется потеря экономических связей с нами, мелочное калькулирование дозированных уколов противнику. То есть, не все жестко и сразу, а вот пусть правительство определит, какие турецкие товары можно ввозить, а какие нет, кому можно нанимать турецких рабочих, а кому нет и т. п. А затем и вовсе: мол, не лишать же сограждан перед Новым годом турецких овощей и фруктов (тех самых, весомая доля которых, если верить нашему министру сельского хозяйства, не удовлетворяет никаким требованиям)… Параллельно выяснилось, что по целому ряду позиций зависимость от турецких поставок оказывается критической — вроде как, детали для КАМАЗа и т. п. Здесь у меня не новый, но неизменный вопрос: чем же другим, более важным, так заняты у нас все советы безопасности, администрация Президента и Правительство, если допустили по стратегически важным позициям такую критическую зависимость от потенциально недружественного государства — члена НАТО, да еще и, как заранее знали, оказывающего помощь ИГИЛ — той самой, которой мы объявили войну?
И факт четвертый — для кого-то, может быть, в этом контексте неожиданный. Имею в виду не только участие Президента в открытии музея Ельцина в Екатеринбурге («лихие 90-е», сдача страны Западу и ее разграбление — отдельно, а фигура Первого президента — отдельно?). Но и демонстративно восторженную подачу всего этого по основным телеканалам. Кстати, среди упомянутых в репортажах документов — экспонатов музея как-то не оказалось:
— ни спровоцировавшего хотя и кратковременную, но фактическую гражданскую войну и приведшего к демонстративному расстрелу парламента из танков антиконституционного Указа № 1400 от 21 сентября 1993 г.,
— ни Указа «Вопросы соглашений о разделе продукции при пользовании недрами» от 24 декабря 1993 г. — первая попытка сдачи всех наших недр Западу оптом,
— ни Указа о «льготах спортивным организациям» от 22 ноября 1993 г., по которому через подставной «Национальный фонд спорта» в одном 1995-м украли целую треть всего федерального бюджета…
Более того: по главному государственному телеканалу «Россия-1» о телефонограмме, которую после подписания Беловежских соглашений Ельцин первому послал президенту США Бушу (даже раньше, чем еще действовавшему президенту СССР Горбачеву) говорится не с осуждением, а даже … с некоторым придыханием, чуть ли не с восторгом.
Вопрос: кому это сигнал и о чем? На чью положительную реакцию рассчитывали?
Ясно: предсказуемой реакцией своих граждан на очередную присягу памяти и делу Ельцина решили пожертвовать. Мол, все скомпенсируем патриотической риторикой. А сигнал — тому самому Западу, США и НАТО, которые только что пошли на беспрецедентный шаг — сбили наш военный самолет. Сигнал о том, что, несмотря на всю патриотическую риторику для внутреннего потребления, на деле мы, тем не менее, преемственны и привержены все тому же прежнему курсу, который США и НАТО более чем устраивал. Или я неправ? Или это сигнал кому-то другому и о чем-то о другом?
К сожалению, придется добавить и еще один факт: преемственность и приверженность ельцинско-олигархической линии не только описанным образом демонстрируется Западу, но и осуществляется на практике — во всем, что касается внутриэкономического развития (скорее — продолжающейся деградации), включая и кадровую политику. Именно «герои» тех самых «лихих 90-х» — и сейчас остаются на командных постах в экономике и госуправлении. Сами «герои» и их ставленники. Но об этом — о состоянии нашего тыла и его адекватности разворачивающейся войне и, шире, масштабному все более явному противостоянию — в другой статье.
* Решением Верховного суда РФ от декабря 2014 года международная организация «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ) признана террористической, её деятельность на территории Российской Федерации запрещена.
http://svpressa.ru/politic/article/137257/
16.11.2015 Экономическая повестка G20, по сути, фокусируется на Китае
коллаж, нефть, график, цены|Фото:
Под конец уходящего и такого непростого в экономическом плане года собрать представителей двадцати основных экономик мира и обсудить мировой экономический кризис было бы самым логичным. Но теракт в Париже, похоже, пытаются использовать, чтобы отвлечь мировое внимание от этих задач. Мы наблюдаем сегодня лишь крохотные сообщения об итогах обсуждения экономического блока вопросов саммита G20. Обсуждаются вопросы влияния на развитие экономики низких цен на нефть, обсуждается, станет ли юань резервной валютой, а также реформа МВФ. Каково значение этих вопросов в рамках саммита, а также какова роль России в возможном решении мирового экономического кризиса - своим экспертным мнением с Накануне.RU поделился экономист, бывший заместитель председателя Счетной палаты РФ Юрий Болдырев.
Здесь ситуация противоречивая. С одной стороны, резервная валюта — это валюта надежная, устойчивая и не падающая. С другой стороны, с учетом того, что китайская экономика высокотехнологичная и экспортная - то есть в отличие от нашей не сырьевая и экспортная, а именно высокотехнологичная и экспортная - Китаю для усиления своих позиций на мировых рынках выгодно занижать курс юаня. И вот если взвесить, что, по большому счету, Китаю выгоднее – иметь свою валюту в качестве резервной, ввести ее в качестве резервной или сохранять возможность занижать курс своей национальной валюты, что будет снижать ее потенциал резервности - это большой вопрос, на самом деле.
С точки зрения престижа, конечно, выгоднее зафиксировать свою валюту как резервную, но с точки зрения перспектив, конечно, выгоднее использовать инструмент занижения своей национальной валюты для увеличения экспортных возможностей, потому что каждый экспортированный Китаем товар и каждый полученный доллар - это работа на развитие Китая, а не на высасывание его ресурсов, как в России. Поэтому здесь может быть и такая ситуация, что Китай, несмотря на все заявления, не так-то уж и рвется это сделать - это первое. И второе, в конечном счете судьба юаня ни коим образом не зависит от голосования в МВФ. Если Китай нарастит еще немного мышц, а МВФ будет упорствовать - да бог с ним, с МВФ, обойдутся и без него. То есть Китай уже такая сила, которая в итоге может игнорировать МВФ. И вместе с союзниками по этому вопросу - не военными союзниками, а союзниками по этому вопросу - вообще создать альтернативу МВФ. Дело идет к этому.
Поэтому я бы не придавал всяким голосованиям в МВФ вообще столь большого значения. Здесь все больше будет зависеть от двусторонних договоренностей Китая с Индией, Бразилией, Россией, Японией, Сингапуром, Малайзией и так далее - о двусторонних расчетах и о реальной возможности для предприятий и граждан просто расширить портфель инвестиций в разные валюты. Еще раз подчеркиваю - независимо от официального признания в качестве резервной валюты и каких бы то ни было голосований в МВФ.
Для меня очень странно слышать, что на саммите G20 собираются обсуждать энергетическую проблему. А в чем проблема? Я понимаю, когда нефть выросла до $150 за баррель. Энергоресурсов не хватает, энергоресурсы дороги и так далее. А когда энергоресурсы снизились в цене - в чем энергетическая проблема? Покупаю где хочу, использую как хочу, нет энергетической проблемы. А проблемы поставщиков энергии не должны называться энергетическими проблемами. Поставщикам энергии, включая Россию, надо брать курс на развитие собственного высокотехнологичного производства. И максимальную переориентацию своих сырьевых ресурсов на собственную переработку и собственное развитие. Нет никакой энергетической проблемы.
Другое дело - если речь идет о многоходовке, под которой подразумевается, что сейчас мы сделаем демпинг, занизим цены, выгоним с рынка каких-то игроков, скупим подешевевшие активы, а затем вздуем цены еще выше - вот этот сценарий надо не допускать. А во всем остальном никакой проблемы, собственно, нет. Работайте, товарищи, не паразитируйте на природных ресурсах, на том, что оставили предки, и что мы должны передать потомкам, работайте, создавайте собственные новые производства.
А то, что они говорят, что их экономики падают из-за падающей цены на нефть – ну, это неадекватно. Вот сегодня нам сообщили, что в России, скажем, в следующем году вырастет рынок фармацевтической продукции. Правда, потом пояснение, что вырастет в денежном эквиваленте, а в натуральных показателях упадет. То есть будет падать спрос платежеспособный, и люди будут покупать меньше лекарств, у них будет просто меньше денег. Так это растет рынок или падает рынок? Так и здесь. Здесь ключевой вопрос очень простой. Что значит "падает экономика"? Если упало количество денег, получаемых от нефти, люди купили больше бензина и проехали больше километров - это не падающая экономика, это просто неадекватные механизмы оценки экономики. Это совсем другое дело - у них падают доходы от нефти и газа. Не надо брать курс на паразитирование на сырьевых ресурсах, а надо брать курс на высокотехнологичную экономику. Для экономики прекрасные условия. Ресурсы стали дешевле, значит, можно больше и лучше производить. Эти заявления могут быть продиктованы интересами лоббистов-собственников сырьевых компаний. Но интересы собственников сырьевых компаний вовсе не равны интересам народа, интересам государства, интересам страны. В интересах государств - развивать высокотехнологичную экономику. А сырьевые ресурсы не продавать "налево", а использовать для своего развития. Это прежде всего касается нас, России.
Вообще интересна роль нашей страны в обсуждении и решении вопросов мирового кризиса - мой настрой тут очень пессимистический.
Я не верю в фундаментальную созидательную роль на внешнем экономическом рынке государства, которое внутри страны проводит из рук вон плохую, деградирующую экономическую и социальную политику. Распиарить те или иные заявления и инициативы можно как угодно, но я не верю в такие чудеса, чтобы государство, проводящее внутреннюю деградирующую политику, вдруг на внешнем рынке сыграло роль двигателя развития. Это невозможно.
Надо проводить у себя созидательную политику, начинать переориентацию экономики на самодостаточность – тогда можно верить, что и вовне сможем привнести что-то созидательное, но не наоборот. До сих пор только и разговоры про импортозамещение - по существу же, все ждут, когда вырастет цена на нефть. В таких условиях предполагать, что мы можем сыграть созидательную роль на внешних рынках, абсолютно бесперспективно и абсурдно.
07.11.2015 За единство: тружеников — против паразитов
Участники шествия, к годовщине Октябрьской революции, на Манежной площади (Фото: Станислав Красильников/ ТАСС)
Уважаемые товарищи и друзья! Поздравляю вас с Днем Великой Октябрьской социалистической революции! Желаю нам всем добиться для нас и наших детей торжества идей и идеалов той Великой революции! Понятно, призываю не к новой гражданской войне и крови, не к диктатуре пролетариата — вообще не к диктатуре. Но:
— мир — народам!
— земля — крестьянам!
— фабрики — рабочим!
С некоторой корректировкой последних двух лозунгов под современный мир, в котором ключевым является уже не физический труд, но труд интеллектуальный, кто может выступать против этих идей? Только олигархат и его лакеи.
Понимаю, что не все мои национально ориентированные соотечественники отмечают этот день, не все считают его праздником. Что ж, никак не настаиваю, не требую, чтобы все выстроились в единую колонну или шеренгу. Поздравляю тех, кто этот день отмечает как праздничный, кто считает его своим.
Остальных же — тех, кто видит в этой революции скорее негатив, нежели позитив, — тоже понимаю. И среди моих предков были как те, кто воевал на стороне красных, так и те, кто воевал на стороне белых, хотя и те, и другие были казаками, жили по соседству. Прошу лишь не обижаться, не ожесточаться и не делать этот вопрос тем, что нас и теперь разъединяло бы.
Нам всем важнее не разделиться по признаку отношения к той революции, но понять, что привело почти сто лет назад именно к такой революции и ее победе. И почему она тогда реализовалась столь сурово, с последовавшей действительно жестокой диктатурой. А понять это становится легче с каждым днем, с каждым продвижением очередного наступления олигархата на элементарные трудовые и социальные права большинства.
А также нам важно понять, почему часть тех людей, которые еще четверть века назад готовы были отказаться от восприятия этого дня как праздника, сегодня вновь видят этот день своим. В этом — в понимании современных причин возвращения многих наших сограждан к восприятию Октябрьской революции как своей — полагаю, мы можем быть вполне едины.
Ведь почему четверть века назад многие наши сограждане перестали считать этот праздник истинно своим? Да потому, что тогда большинство из нас отказало в доверии правившей монопольно силе — со всеми ее символами и праздниками. Тогда эти праздники стали — ИХ (не коммунистов, а «партноменклатуры») праздниками.
Как это случилось? Может быть, заокеанский «госдеп» нам все это устроил? Может быть, у нас все было распрекрасно, искренне дружно и радостно, а этот «разлучник», даже несмотря на «железный занавес», сумел-таки ввести народ в заблуждение? Согласитесь, даже предположить подобное — это значит начисто отказать народу в минимальном здравомыслии.
К сожалению, надо признать, случилось вполне заурядное — монополия, при всех достижениях, зажирела, потеряла обратную связь с народом. Да, достижения даже и конца 80-х, пусть и наряду с провалами, нельзя отрицать. Но на первый план вышли провалы — ощущавшиеся людьми более остро. А достижения стали считаться само собой разумеющимися и естественными. И здесь уже критически важными были не сами провалы, но реакция на них власти, а также степень способности власти говорить с обществом, признавать просчеты, корректировать свои действия. Но этого-то не оказалось и в помине. Говорить с народом тогдашняя власть оказалась совершенно не способна — и потому абсолютно потеряла доверие.
Означает ли это, что заокеанский «госдеп» был совсем ни при чем? Нет, разумеется, причем. Но лишь как любой хищник, а затем и стервятник, стремящийся к добыче, делающий все, чтобы подсечь, остановить, измотать свою жертву, пользующийся любыми ее слабостями. Это надо знать и помнить. Хищнику нельзя доверяться. Но корень проблемы — не во внешнем противнике, а в том, что мы оказались ему по зубам. И исключительно потому, что своя власть выродилась, предала и оказалась в очередной раз не сплачивающей, а разделяющей народ. Или даже сплачивающей, но против самой себя.
Что же изменилось теперь?
Первое — простое и очевидное, многими осознанное: «имеем — не ценим, а потерявши — плачем». Выяснилось, что очень и очень многие привычные достижения были не само собой разумеющимися, а истинными ценностями. Утерянными ценностями. Хотя, надо признать, для многих эта потеря, как минимум, частично скомпенсирована чем-то другим, какими-то новыми свободами. Так, казалось бы, надо не отказываться от плюсов большей свободы, но и вернуть легкомысленно утраченные социальные гарантии, а также стимулы и механизмы экономического развития? Но не тут-то было.
Выяснилась вторая, еще более важная, но не всеми осознанная вещь: несменяемость и потому безответственность власти, отсутствие честной обратной связи между властью и большинством людей — вовсе не атрибут именно и только советского тоталитарного (под занавес, скорее, авторитарного) режима. Можно иметь совершенно демократический с виду фасад, но не иметь абсолютно никакой реальной возможности повлиять на дела в стране, на деятельность власти. Попасть в полную зависимость от мафиозных группировок, захвативших власть и ведущих страну к деградации и необратимому отставанию от конкурентов и противников.
И тут уже рушатся не только представления о «естественности» имевшихся в советский период социальных гарантий, то есть, отсутствии их прямой причинно-следственной связи с революцией. Но и представления о такой же «естественности» советских научно-технологических достижений, включая выход в космос и обеспечение военно-стратегического паритета с глобальными противниками. Теперь мы точно знаем, что Россия велика и сильна не сама по себе — независимо от социального строя и политического режима, но именно в связи с тем или иным социальным строем и политическим режимом.
Но можно ли вернуть прежний строй и режим?
Может быть, даже и возможно. Но если их вернуть в точности такими, какими они были, в том числе и с уже осознанными недостатками (затянувшейся монополией на власть одной политической силы), то чем это опять закончится? Весьма вероятно, тем же.
Но и нынешние строй и режим — тоже не сулят нам какой-либо обнадеживающей перспективы. А ничего третьего, хорошо известного из мировой практики — не псевдодемократического фасада, а подлинного народного самоуправления, включая прямую демократию через референдумы — мы так до сих пор и не испробовали. Так что же делать?
В отличие от многих предшествующих, эта моя статья не посвящена тому, что нужно делать — в экономике, политической системе, конституционном строе. Об этом много написано — разумного и требующего к себе внимательного отношения. Эта моя статья — лишь поздравление с праздником тех, кто этот праздник отмечает. И попытка объясниться с теми, кто этот день праздником не считает. И очередная попытка найти и в этом вопросе общую платформу — помочь тем, кто «за», и тем, кто «против» (но при условии, что все, безусловно, за развитие и процветание нашей страны), найти общие точки соприкосновения. В чем они могут здесь быть?
Да в понимании того, как соотносятся между собой праздники 4 и 7 ноября.
Для чего нынешняя власть отказалась от празднования 7 ноября и ниспослала нам 4-е? Из деликатности ли к чувствам тех, кто ассоциирует 7 ноября с погибшими или репрессированными родственниками? Или же, скорее, из стремления вышибить из памяти народной времена, когда более четверти мирового авиапарка составляли самолеты советского производства, а соответствующие предприятия, да и те же «Норильский никель» и заводы, производящие автомат «Калашников», принадлежали всем нам, работали на нас и не могли быть собственностью прихлебателей или, напротив, хозяев нынешних властителей?
Соответственно, выбирая между праздником, ассоциирующимся с советским периодом (7 ноября), и праздником, спущенным нам сверху нынешней властью (4 ноября), мы либо демонстрируем ей поддержку, в том числе, в ее стараниях по утилизации советского наследия — чтобы разрушение стало необратимым. Либо же, напротив, выражаем свое несогласие.
Подчеркиваю: сравнивая целеполагание и действия власти не с «лихими девяностыми», которым она так любит сама себя противопоставлять (хотя, если быть достаточно информированным, то, по-крупному, разница невелика — и по делам, и по лицам…). Нет, сравнивая с советским периодом. Еще точнее — с лучшим, что было в советский период.
Мой выбор, надеюсь, здесь понятен.
При этом, вовсе не выступаю против тех, кто воспринял и новый праздник и пытается его использовать не для льстивого присягания нынешним властям, а для объединения людей вокруг необходимости решать наши общие проблемы. Главное, повторю, чтобы те, кто вышел на неофициозные «русские марши» 4 ноября с анти-олигархическими лозунгами, и те, кто выйдет 7 ноября, не чувствовали себя — на потеху манипуляторам — противниками, а осознавали себя союзниками в предстоящей нам долгой и непростой борьбе.
http://svpressa.ru/politic/article/135485/
31.10.2015 Палач Ливии — наш лучший друг?
Николя Саркози (Фото: Сергей Бобылев/ ТАСС)
Как говорится, скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты. И кто же наш очередной «друг»? Кого теперь демонстративно привечаем?
Столько времени, сколько было посвящено на Первом телеканале визиту к нам бывшего президента Франции Саркози, посвящают обычно исключительно наиважнейшим событиям. И здесь — сплошной восторг. Нам показали не только общение французского «друга» с президентом нашей страны, причем, общения именно демонстративно дружеского, исключительно на «ты», но и встречу «друга» со студентами МГИМО (где ему присвоили звание почетного доктора) и затем впечатления студенток о встрече — совсем восторг-восторг.
Понимаю — «политика». В том смысле, что не только же американцам поддерживать нашу проамериканскую «либеральную» якобы оппозицию — почему бы и нам не поддержать Саркози против Олланда? Коль скоро последний — за санкции против нас, отказался продавать нам «мистральки», да еще и не препятствует аресту российского имущества во Франции в связи с решением Гаагского третейского суда по иску акционеров ЮКОСа. А Саркози, напротив — прямо душка: открыто дружит с нами, так смело выступает за укрепление этой дружбы, несмотря на окрики из Парижа.
В общем, повезло нам, что во Франции есть такой хороший человек.
Но повезло ли нам, что у наших властей такая короткая память?
Ведь только что наш Президент столь искренне и гневно выступал на Генассамблее ООН и прямо их спросил: «Вы сами-то поняли, что натворили?». Это он кого спрашивал?
Понятно, лауреата Нобелевской премии мира Обаму. Но его ли одного? Может быть, наш Президент обращался и к Олланду? Ведь застрельщиками уничтожения Ливии были именно французы — даже первыми начали операцию по созданию «бесполетной зоны». Но нет — в те времена Олланд еще не отвечал за политику Франции. Значит, уместно предположить, что вопрос задавался всему правящему классу Запада. Включая и тех, кто в те времена играл в политике Запада первую скрипку.
А кем тогда был наш нынешний «друг» Саркози?
А наш нынешний «друг», если хоть чуть-чуть не лицемерить, то придется признать — был тогда одним из самых яростных палачей Ливии.
И вот спустя всего месяц после торжества на Генассамблее ООН нашей правды-матки «друзья» встретились — в самом центре нашей Родины, в Москве. И так здорово встретились — исключительно на «ты». Но где же тот сакраментальный вопрос, адресованный уже не абстрактному правящему классу Запада, а одному из конкретных ключевых виновников ливийской трагедии? Может быть, этот сюжет Первый телеканал от нас скрыл? Или же и скрывать было нечего? Мол, кто старое помянет, тому глаз вон…
…Чем еще запомнился французам наш нынешний «друг»? Конечно, своим пренебрежением к эгалитарности, которая для французов еще со времен Великой французской революции — безусловная ценность. Выглядело это, напомню, так: на сельскохозяйственной выставке, когда один из фермеров отказался пожать руку Саркози, наш нынешний «друг» процедил: «Отвали, бедный придурок!». Процедил, но был услышан окружающими, чем вызвал негодование и обоснованное презрение со стороны сограждан. Фраза оказалась знаковой и стала крылатой. И когда Саркози не удалось переизбраться на новый срок, и новый президент Олланд предложил обложить сверхдоходы богачей 75-процентным налогом, переход в бельгийское гражданство (ради снижения подоходного налога) одного из богатейших людей Франции Арно (разбогатевшего на производстве предметов роскоши) сопровождался едкими репликами во французских СМИ, вроде: «Отвали — богатый придурок!».
Понятно, почему Саркози тогда не удалось переизбраться. Не то, чтобы французы вдруг так полюбили Олланда (характеризовали его как саму «бесцветность»). Но терпеть во главе родины Великой французской революции этакого неприкрытого «мажора» — это для французов было уже слишком.
Но, как мы видим, то, что для французов — неприемлемо, для нас — в самый раз. И впрямь: у нас он мог бы сказать своим избирателям: «Отвалите, бедные придурки!» не только словами, но и делами — и совершенно безнаказанно. В частности, в интересах друзей-олигархов вдвое обвалить национальную валюту, десятилетиями удерживать подоходный налог на них не 75%, как на сверхдоходы во Франции, а лишь 13% - как для самых бедных, радикально сократить доступ граждан к здравоохранению, закрыть коррекционные классы для детей «с особенностями развития» — под предлогом внедрения «инклюзии» в образовании и т. п. Вот где рай - для таких, как Саркози. То есть, в гости к нам, в Россию, он, надо понимать, ехал совершенно искренне, с надеждой перенять опыт и, может быть, даже с некоторой завистью.
И вот теперь, в связи с недовольством французов абсурдной политикой ЕС (и Франции, в частности) в отношении поощрения массовой миграции с Ближнего Востока, у Саркози появляется шанс — продекларировать себя защитником Франции и коренных французов и на этой волне избраться вновь. О том же, кто разворотил Ближний Восток и сделал его местом, непригодным для жизни, о том, какова лично его — Саркози — ответственность и вина за все произошедшее, наш новый «друг», надо понимать, деликатно умолчит.
Возвращаясь же «к нашим баранам», если память у нас не слишком коротка, то должны бы мы помнить и еще одну историю — историю дружбы этого нашего «друга» с трагически погибшим, буквально растерзанным, Муаммаром Каддафи. Дружба была аналогичная нашей — на века. И, как сообщил об этом позднее экс-премьер Ливии — замешанная еще и на финансировании Каддафи избирательной кампании «друга» Саркози. За что Каддафи было позволено невиданное — разбить прямо на Елисейских полях личный шатер. Чем закончилась дружба, надеюсь, напоминать не надо? Равно как и кто из западных лидеров был самым настойчивым палачом Ливии вообще и Каддафи персонально?
Ну что, теперь и нашему лидеру через какое-то время позволят разбить на Елисейских полях что-то вроде кремлевских палат?
Или же вся надежда на то, что наш умнее — в отличие от Каддафи, строит внутри страны никоим образом не альтернативу Западу (независимое от Запада действительно социальное государство), а стремительно социально деградирующий олигархический рай, который Запад всерьез вовсе не раздражает?
http://svpressa.ru/politic/article/135031/
19.10.2015 Высокоточное оружие лжи
О «героях» дефолта и их нынешних подельниках-покровителях
(слева направо) министр финансов Михаил Задорнов, председатель Центробанка Сергей Дубинин, Президент РФ Борис Ельцин и председатель правительства РФ Сергей Кириенко — 1998 год (Фото: Александр Чумичев и Александр Сенцов/ ТАСС)
В рамках последних веяний на нашем информационном поле по названию статьи процентов 90 читателей, наверное, предположат, что это — не иначе, как опять о работе американского Госдепа и его европейских или, в крайнем случае, украинских подручных. Но, к сожалению, нет. То есть, это, конечно же, о подручных. Но не европейских или украинских, а самых что ни есть наших, отечественных.
Как известно, идут ожесточенные споры о том, каким быть «единому учебнику истории». Понятно. Но вот только из учебника ли, прежде всего, наши дети и внуки черпают информацию о нашей истории? Разумеется, нет. А откуда же? Со всего информационного поля, которое, как известно, тщательно структурируется и конструируется. И из всех искусств на нем, если не важнейшую, то все еще весьма существенную роль продолжает играть кино. Особенно, если это фильм, транслируемый по телевидению.
В данном случае это показанный на днях фильм ТВЦ «Герои дефолта».
Несколько вопросов и комментариев.
Первый. В связи с чем вообще сейчас этот фильм? Казалось бы: не август — не к очередной годовщине. И год не 2013-й или 2018-й, то есть, не 15 или 20 лет после события, а совсем некруглая дата. Единственная подсказка в самом конце фильма: мол, у нас, русских, так заведено, что вспоминаем теперь эти события «с огромным чувством юмора». Значит, не к годовщине того дефолта этот фильм, а к подбадриванию публики в связи с уже нынешними событиями — искусственной девальвацией рубля (без сохранения оборотных средств предприятий и покупательной способности сбережений граждан) и ее все нарастающими последствиями. Во всяком случае, другое объяснение найти не удается.
Вопрос второй: а кто же, собственно, эти самые «герои» того дефолта?
Об этом, как ни парадоксально, фильм вообще умалчивает. В том числе, о том, кто персонально и в какой процедуре, с чьим участием решение о дефолте принимал. И если фамилии премьера Кириенко и председателя Центробанка Дубинина в фильме упоминаются (правда, исключительно в позитивном ключе), то фамилия еще одного из непосредственных участников и, строго говоря, «героев» того дефолта — тогдашнего министра финансов Задорнова — не упоминается вообще. Не чудновато ли?
В качестве «героев» в фильме фигурируют:
— президент Ельцин, но с тщательным демонстрированием нам его как уже недееспособного посмешища;
— практически выведен из числа «героев» дефолта прямо-таки добрейшей души человек — Черномырдин. Вроде как, единственная с ним неувязка — несправедливо уволили, вместо того, чтобы наградить. И это притом, что все предшествие дефолту, включая и залогово-кредитные аукционы, и раскручивание пирамиды ГКО — в период именно его руководства правительством;
— отдельные олигархи-банкиры — разной степени циничности, но объединенные одним критерием: все те, кого нам показали, а это Виноградов, Смоленский, Березовский и Ходорковский — уже «не при делах». То есть, если быть совсем наивным, то можно так и поверить, что нынешние властители России (ключевые «равноудаленные» олигархи) тогда, все как один, скромно стояли в сторонке и к делу отношения не имели. Более того, как-то так вдруг оказалось (по фильму), что чуть ли ни основным выгодоприобретателем от дефолта был ныне уже покойный Борис Березовский. Что тут сказать? Уж, разумеется, ни малейших симпатий к этому «герою» я точно не испытываю. Но умудриться вообще не упомянуть основных «героев» — непосредственных участников событий и представить дело так, что, как будто, именно этот уже покойный недруг нынешнего нашего правителя в процессе того дефолта был главным злом (да еще и которому якобы противостоял чуть ли ни «государственник» Чубайс…) — это, надо сказать, большое искусство…;
— отдельные люди, находившиеся на разных ступенях социальной иерархии: от успешной «бизнес-вумен» (так это в фильме называлось) до нищей матери-одиночки, вынужденной покончить с собой и даже унести с собой в могилу своего ребенка — его просто нечем было кормить. Последнее придало фильму подлинного трагизма и убедительности. Но за эмоциями нельзя упустить и не заметить, на что же именно затем недвусмысленно направили ресурс этой убедительности?
Параллельно с живописаниями ужасов того дефолта, нам еще, как бы между делом, рассказали:
— что на «нефтяную иглу» страну подсадили еще в советские времена;
— что Парламент, пытавшийся объявить импичмент Президенту Ельцину, оказывается, сам был во всем виноват — регулярно принимал «популистские» законы, увеличивавшие нагрузку на бюджет;
— что приватизация (не какая-либо иная — более взвешенная, ответственная и элементарно честная, а именно та, что была проведена), оказывается, была жизненно необходима — мол, «ничейное не могло быть эффективным»;
— что залогово-кредитные аукционы были совершенно законными, а что «дешево продавали» ключевые объекты общенародной собственности, так это, мол, потому, что за объекты, стоимостью в миллиарды долларов, никто более нескольких сот миллионов дать просто не мог, а страна нуждалась в этих деньгах, и «у правительства не было другого выхода»;
— наконец, что состояние государства и власти в тогдашней России было чрезвычайно похоже на нынешнее украинское. Надо понимать, чтобы никому и в голову не пришло искать аналогии тогдашнего дефолта (масштабного обмана властью населения) с ситуацией нынешней, но не украинской, а нашей родной, российской.
В попытке обелить осуществленное целенаправленное разграбление страны пригодился даже «авторитет» только что, вроде бы, представленного как исчадие ада Березовского: именно он в фильме приводит «неотбиваемый» аргумент, что, мол, нет ни одного доведенного до суда дела по признанию сделок незаконными.
Что тут сказать?
Можно говорить о фактах. Например:
— что зависимость СССР — мощной промышленной державы — от продажи за рубеж нефти и газа и зависимость от экспорта непереработанных энергоресурсов современной России совершенно несопоставимы;
— что тогдашний (1994−1999гг. — преимущественно по своей политической ориентации левый и национально ориентированный) Парламент невероятными усилиями, буквально чудом сумел сохранить те основные социальные гарантии, включая доступ к качественному бесплатному образованию и здравоохранению, которые теперь методично и целенаправленно уничтожаются. Низко поклониться бы нам всем за это тому Парламенту;
— что именно тот Парламент непреклонно стоял на пути безответственной грабительской приватизации, вследствие чего команде Ельцина и пришлось искать обходные мошеннические пути, включая печально знаменитые «кредитно-залоговые аукционы»;
— что даже за несколько сот миллионов долларов никто будущим суперолигархам стратегические объекты, стоимостью во многие миллиарды долларов, не продавал. Нет, была осуществлена заведомо мошенническая притворная сделка. Наши государственные якобы «временно свободные» 700 млн долларов правительством были положены на депозиты в банки, после чего, по существу, эти же банки «одолжили» наши государственные деньги правительству. Но не просто так, а уже под залог ключевых стратегических заведомо высокорентабельных госактивов. Все это было изложено в подписанном непосредственно мною еще 26 августа 1996-го года обращении к Генеральному прокурору (на основании результатов проверок Счетной палаты, разумеется), а также это и все дальнейшее я подробно описал в своей первой книге — 12 лет назад;
— что ключевые подлинные «герои» того дефолта, в том числе, Кириенко, Дубинин и Задорнов — и ныне на высоких постах в управлении стратегическими активами и госсобственностью. Кириенко — бессменно руководит госкорпорацией «Росатом». Дубинин — после дефолта побывал в руководстве «Газпрома» и РАО «ЕЭС России», а ныне — председатель наблюдательного совета банка «ВТБ». Задорнов — руководит полугосударственным банком «ВТБ-24»;
— наконец, что на протяжении всего периода моей работы в Счетной палате мы постоянно бились за элементарное и естественное, казалось бы, право — выступать в судах с исками в защиту государственных интересов. В том числе, по приватизационным сделкам. Но ельцинской «вертикали» удалось этому противостоять. И единственным, кто имел право выступать с такими исками весь этот период, была Генеральная прокуратура. Несколько своих обращений к Генеральному прокурору я привел в вышеупомянутой книге. Но что толку? Ведь Генпрокуратура с момента увольнения единственного в нашей новейшей (после госпереворота 1993-го года) истории действительно самостоятельного Генерального прокурора Казанника, посмевшего, вопреки запрету Ельцина, исполнить постановление Госдумы об амнистии участникам октябрьских 1993-го года событий, далее всегда была уже абсолютно подконтрольна Президенту. Справедливости ради: не все сдались и не сразу. Полтора года после этого первый (выборный) Совет Федерации не назначал предложенную Ельциным кандидатуру Генпрокурора. Но это означало лишь одно: во главе с противозаконно назначенным Ельциным «исполняющим обязанности», Генпрокуратура вообще не могла функционировать в полном объеме…
Люди этого всего не знают или недопонимают. Так что специально это подчеркиваю: выступить в суде с иском в защиту государственных интересов, попранных президентом и его «вертикалью», у нас юридически некому…
Это факты. Но, может быть, авторы фильма и руководство нашей пропагандистской машины (дело, разумеется, не в руководстве лишь одного конкретного телеканала) об этом не знают?
Тут важнее и показательнее другое — выбранный метод действия.
А именно: представлен, как будто, целый спектр мнений — и правые что-то говорят, и левые. И создается видимость какой-то объективности и непредвзятости. Вот только об одном как будто бы забыли — что существуют официальные документы тогдашнего высшего по Конституции контрольного органа — Счетной палаты России, а также реального парламентского расследования — доклад специальной комиссии Совета Федерации по расследованию причин и обстоятельств дефолта.
Проблема, как может догадаться читатель, не в том, что фильм, продемонстрированный на всю страну, делали, допустим, какие-то неучи и бездари, не знающие, где и как можно получить официальную и достоверную информацию.
Беда в том, что в момент, когда на пороге уже самым недвусмысленным образом война, когда действительно необходимо интенсивно работать на общенациональное сплочение, руководство государства, судя по всему (это моя версия, разумеется), дает своей пропагандистской машине заказ на неприкрыто бессовестное и заведомо лживое освещение событий нашей новейшей истории.
Если они так откровенно и нагло врут про то, что мы точно знаем и понимаем, то как им верить в том, что, действительно, деликатно и должно быть прикрыто завесой гостайны?
Именно это, повторю, беда.
http://svpressa.ru/politic/article/134162/
08.10.2015 Кому — война, а кому — и мать родна?
Российская авиационная группа, размещенная на аэродроме «Хмеймим» в Сирии (Фото: ТАСС)
События разворачиваются стремительно. Главное из них — война. Официальное участие России в сирийском конфликте. Отношение, точки зрения, позиции — самые противоположные, в том числе, и у патриотически ориентированных сил. От бурного одобрения, восхищения и даже восторга (мол, кроме нас, на такую «войну шестого поколения» во всем мире еще только американцы способны) до решительного неприятия втягивания страны в чужую кровавую бойню, обвинения властей в очередной операции «прикрытие» — отвлечении внимания общества от недвусмысленной сдачи остатков «Новороссии» и «утилизации» теперь уже «лишних» добровольцев на полях сражений в Сирии. Так и как же к этому относиться?
Есть такие вопросы, где вместо ответа «как сделать» я предпочитаю ответ «как организовать». Поясню.
Вопросы мира и войны — наверное, самые сложные в политике. Если оставить за скобками откровенный авантюризм и готовность жертвовать жизнями за чьи-то сверхприбыли, если говорить только об ответственном перед своим народом принятии решений, все равно остается огромное поле неопределенности. И, к сожалению, нет такого, что если сидишь тихо и мирно, ни во что не ввязываешься, то война никогда в твой дом не придет. Всегда есть вопрос степени оправданности действий на упреждение, а также необходимости поддержать союзников. Соответственно, оценка степени обоснованности и оправданности действий — это всегда оценка совокупности всех обстоятельств. Включая — и это самое главное — и ту часть информации, которая является не вполне достоверной, гипотетической, основанной, в том числе, на прогнозировании намерений и действий конкурентов и противников. И вот давайте посмотрим, в чем отличие позиций тех, кто нынешнее вступление России в войну одобряет, от позиций тех, кто выступает категорически против?
Первое — это отличие фундаментально ценностное. Категорически «против» те, кто в принципе против самостоятельных действий нашей страны вопреки мнению и/или интересам Запада. И столь же категорично «за» те, кто априори всегда поддерживает нашу власть, что бы она ни делала — просто работа (или вера?) у них такая. Полагаю, что ценность аргументации и тех, и других минимальна и, соответственно, их мнением мы можем пренебречь.
Второе. «Против» также и те, кто за самостоятельность нашей страны и ее ни в коем случае не подчиненность Западу и его интересам, но, в то же время, не считает страну уже в достаточной степени подготовленной к столь решительным действиям, полагает необходимым сначала внутреннее укрепление. Укрепление, прежде всего, промышленно-технологическое и научное, как следствие — военно-техническое, а также организационное и социальное (и, как следствие, моральное). «За» — на этих весах — соответственно, те, кто верит в то, что весь окружающий мир уже дрожит при одном лишь виде на параде нашей «арматы», а также те, кто, может быть, владеет какой-то недоступной мне информацией о каких-то невероятных секретных разработках, делающих нашу сегодняшнюю «оборонку», несмотря на весь произведенный целенаправленный разгром науки и промышленности, тем не менее, всерьез конкурентоспособной по сравнению с западной «наступалкой». Несмотря на допущенный иронический тон, повторю: сам я всей полнотой информации не владею.
И третье. «Против» также и те, кто видит за втягиванием России в сирийский конфликт то ли попытку отвлечения общества от окончательной сдачи «Новороссии», то ли какую-то скрытую игру с США, с тасканием для них каштанов из огня в войне с американской же марионеткой ИГИЛ* (несмотря на публичное, вроде бы, неодобрение российских действий), то ли какую-то чисто коммерческую игру — в части маршрутов будущих газопроводов, а то ли и вообще акцию сугубо пиаровскую и предвыборную (в преддверие думских выборов 2016 года и президентских 2018-го). Типа «война все спишет», а если не спишет, но на фоне усугубляющихся экономических проблем всяко пригодится… В общем, в совокупности можно сказать так: это все те, кто в принципе недостаточно доверяет нашей нынешней власти — не верит в созидательность и национальную ориентированность ее суммарной мотивации. И потому за втягиванием России в новую войну видит, прежде всего, подвох — в чьих-то корыстных интересах и, соответственно, вопреки долгосрочным интересам страны. «За» здесь, соответственно, те, кто, может быть, даже и не исчерпывающе доверяет власти. Но, тем не менее, верит в некую совокупную, можно сказать, невесть откуда берущуюся институциональную (по определению, может быть, даже потому, что «место красит человека») ее хотя бы минимальную мудрость и, главное, ответственность. Тем более, перед лицом недвусмысленно алчных и агрессивных проявлений со стороны США. На уровне: «Ведь не может же такого быть, чтобы наши власти жизни наших мальчиков отдавали просто за нефтегазовые сверхприбыли!».
Итак, вроде, все разложили по полочкам. И что же? Как же надо поступать?
Отвечу иначе. Повторю: здесь важнее ответ на вопрос, как же надо это организовывать.
Прежде всего, предупреждение. К сожалению, при любой, даже самой искусной организации дела, тем не менее, гарантировать от ошибок нас никто не сможет. Гарантировать — нет. Но вот снизить, свести к минимуму вероятность такой ошибки — это уже можно. И, что еще важнее, гарантировать от сознательных преступлений — от явного пренебрежения интересами народа ради чьих-то сверхприбылей — это уже точно возможно. Именно за счет определенной организации решения подобных вопросов.
А кто у нас решает вопросы войны и мира? Заглядываем в красную книжицу под названием «Конституция» и читаем: Совет Федерации. Но скажите честно — все те, кто сейчас вдруг осознал, что эта война может прийти и в ваш дом — когда вы в последний раз интересовались тем, кто там заседает, что из себя представляет, как туда попал и, соответственно, чьи на деле интересы отстаивает?
А ведь из СМИ известно, что СФ у нас, кроме прочего, еще и этакий неформальный «клуб миллиардеров». Что ж, допускаю, что некоторые наши граждане искренне верят, что экономикой должны управлять «успешные» — те кто сумел сколотить себе состояние, даже неважно, сколь законным и моральным способом. Мол, они и нам лучше сделают. Логика, сразу оговорю, по моему мнению, изначально совершенно ущербная — даже по отношению к управлению экономикой. Но Совет Федерации, напомню, изначально отвечает за другое. А именно, прежде всего: за судебную и правоохранительную систему (назначает судей высших судов и Генерального прокурора), а также за мир или войну — дает согласие (или несогласие!) на использование вооруженных сил за рубежом, а также на введение чрезвычайного и военного положения. Надеюсь, это для читателей — не откровение?
Так и кому же мы это доверили?
Давайте немного поправим акценты.
Обсуждение вопроса о даче согласия президенту на использование вооруженных сил за рубежом в закрытом режиме — то, что вызвало критику у ряда авторов — дело, как раз, совершенно естественное и правильное. Сведений и данных, в том числе, подтвержденных, но не подлежащих огласке, которыми мы с вами не владеем — более, чем достаточно. Подобные вопросы исключительно в закрытом режиме только и могут и должны обсуждаться.
Другое дело, обсуждали ли наши сенаторы их всерьез — с учетом всей этой недоступной нам информации? Потребовали ли вообще представления им этих секретных сведений? Взвешивали ли и соотносили ли все резоны и риски? И, наконец, с позиций чьих интересов — наших ли или же отечественной части глобального олигархата — принимали окончательное решение?
Сказать, что в этой части у меня сомнения — - это еще сказать слишком мягко. Сами посудите, даже по известному хронометражу заседания. Если я правильно понял, на два вопроса, включая этот, без преувеличения, судьбоносный — менее получаса…
И два штриха к этим сомнениям.
Первый. Допустим, правы те, кто полагает, что мы уже (хотя здесь уместнее суждение «все еще») достаточно сильны. Но не могут же и они не соглашаться с тем, что для проведения подобной активной политики России жизненно необходима социально-экономическая мобилизация?
Советник президента академик Сергей Глазьев, опираясь на наработки РАН, предложил свои меры — какова на них высочайшая реакция?
29 сентября, уже после, скажем мягко, неблагожелательной реакции пресс секретаря Президента, в Торгово-промышленной палате на очередной секции Московского экономического форума мы обсудили глазьевский доклад — ролики есть в сети. Главное применительно к вопросу о войне и мире и нашей готовности к противостоянию всерьез: в любом из тех государств, которые в сирийском конфликте занимают противоположную нам позицию, представим себе, позвучал бы доклад, подобный глазьевскому — что за этим последовало бы? Не беру предложения — только констатирующую часть — цифры и факты, причинно-следственные связи. Очевидно: были бы немедленно сформированы парламентские комиссии по расследованию — как могло случиться, что в государстве проводится анти-национальная финансово-экономическая политика.
А что у нас? Полная тишина. И как, в этих условиях, мы собираемся конкурировать с объединенным Западом — теперь еще и в военной сфере?
И штрих второй. Стало известно, что, в дополнение к решениям о частичной приватизации ряда оборонных предприятий (завод «Звезда», концерн «Калашников» и др.) и засекречивании военных потерь в мирное время, готовится еще и решение о засекречивании … собственников крупных объектов недвижимости — вилл, яхт, самолетов и т. п. Я уже не спрашиваю, как в этих условиях будет осуществляться требуемое Россреестром для регистрации сделок согласование границ с соседями: надо полагать, границы вилл будут теперь безграничны. Важнее, что, в случае чего (например, если раздавит чья-то яхта вашу утлую лодчонку) даже чисто формально в суд вам будет подавать не на кого…
Но самое главное: можно ли при таком состоянии государства и общества (когда одним — тайна смерти, другим — тайна нажитого на войне и горе имущества) в принципе начинать какую-либо войну?
Это я не к пацифизму — война, к сожалению, как минимум, оборонительная, все еще возможна.
Это я к тому, можно ли и уместно ли соглашаться с совокупностью подобных тенденций и противоречий в своем государстве?
* «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ) решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена
http://svpressa.ru/politic/article/133451/
25.09.2015 Душить население или олигархат?
Об инициативах по ограничению оборота валюты
Говорят, что кризис в разгаре. Не соглашусь. Скорее — деградация и обвал нашей национальной экономики продолжаются. Кризис — как перелом — еще, надо полагать, впереди. В этих условиях каждый думает, как жить дальше, где завтра найти работу, а также как и в чем сохранить ранее отложенное, накопленное. На эту тема масса советов и советчиков — не стану с ними конкурировать. Но обращаю внимание на другое: в публичное пространство вновь и вновь вбрасываются «патриотические» идеи запретить хождение в стране иностранной валюты, прежде всего, доллара и евро. И что — от этого рубль укрепится, станет валютой более надежной? И главное: приведет ли это к двум действительно жизненно важным эффектам:
— станет ли рубль надежным средством долгосрочного планирования финансово-хозяйственной деятельности производственных предприятий?
— станет ли рубль надежным средством сохранения накоплений, в том числе, сбережений граждан?
Ответ на оба эти вопроса, к сожалению, очевиден — нет.
А ведь для развития национальной производительной (не путать с финансово-спекулятивной) экономики решить именно эти две задачи жизненно необходимо. Но вот только достигнуто это может и должно быть на совершенно ином пути, принципиально иными методами. А именно — путем развития национального производства. Да еще и при обеспечении ответственности власти за создание наилучших условий для этого производства, в том числе, долгосрочной стабильности и устойчивости национальной валюты. И уж точно — никак не методом «облегчения жизни» рублю (на самом деле — тем, кто ответственен за финансово-кредитную политику), устранения его (рубля) конкурентов.
Но тогда зачем же подобное методично вновь и вновь повторяется?
Невольно хочется ответить за авторов подобных «патриотических» новаций: а чтобы «не все коту — масленица». В том смысле, что чтобы предпринимателям и гражданам «жизнь медом не казалась». Чтобы они видели, что власть изо всех сил старается и свою национальную валюту защищает (якобы), а также чтобы не расслаблялись, а разделяли все возникающие при «защите» национальной валюты трудности.
Сопутствующий возможный эффект тоже неплох: если вы по какой-либо причине не хотите на самом деле сделать какое-то важное дело (например, на самом деле долгосрочно укрепить национальную валюту), но вас к нему настойчиво подталкивают, один из методов решения вопроса — это сделать дело в извращенном виде. То есть, так, чтобы дело дискредитировать. Чтобы в результате как будто бы «дела» все, кто на том настаивал, более пострадали бы, нежели выиграли. И, соответственно, чтобы прекратили вас к делу подталкивать и на нем настаивать.
Вот и представим себе: вместо создания в стране надлежащих механизмов ответственности власти и развития национального производства, под прикрытием якобы работы по укреплению нацвалюты, почему бы не ударить по гражданам и предприятиям? Почему бы не лишить их возможности хоть сколько-то более надежно, нежели в наших сегодняшних рублях, сохранять свои сбережения и накопления? Вот сами и запросятся обратно — к прежнему (нынешнему) состоянию дел. И власть снова, уже с полного согласия граждан, сможет безнаказанно творить произвол в интересах своих фаворитов — продавцов за рубеж непереработанного сырья и финансовых спекулянтов. Зато и все остальные — маленькие люди — на этом пышном празднике дожирания страны олигархатом, вроде как, снова получат хоть какую-то временную возможность для маневра…
Но особенно досадно и обидно, когда подобные предложения — по запрету или ограничению оборота валюты гражданами — вносятся людьми и политическими силами, которых трудно обвинить в подыгрывании власти и олигархату. В самых, может быть, и на самом деле чистых и светлых целях. Как к этому относиться? Только попытаться что-то объяснить.
Итак, первое. Задача национально и социально ориентированного государства не в том, чтобы лишить граждан доступа к окружающему миру и его благам, включая предлагаемые средства сбережения и накопления, но в том, чтобы предложить средства свои — не менее надежные.
Второе. Протекция национальному производителю — это то, что жизненно необходимо на определенных этапах развития, но относится это именно к реальному высокотехнологичному и/или жизнеобеспечивающему производству, но никак не к инфраструктуре этого производства. К инфраструктуре — лишь временно и постольку, поскольку это нужно для выигрыша в основном производстве. Финансовая сфера — это отнюдь не самостоятельная самоценная сфера, а исключительно инфраструктура развития.
Кстати, много у нас теперь «патриотов», понимающих печатание денег как самоценно прибыльную сферу, носящихся с идеями извлечения прибыли от «сеньоража» — мол, пусть мы будем деньги эмитировать, а весь мир пусть будет их использовать. Что ж — попробуйте. Прямо так взять и составить в этом конкуренцию американцам, не имея за спиной ни аналогичного уровня развития реального сектора, ни авианосных, фактически глобально полицейских соединений… О чем тут всерьез даже говорить?
Третье. В интересах развития основного производства инфраструктура должна ставиться в сугубо подчиненное положение. В том числе, в положение минимизации (как минимум, регламентации) прибыли или же вовсе в бесприбыльное. Вплоть до положения плановой убыточности, покрываемой из доходов основных объектов развития. Так и в отношении финансово-банковской сферы в интересах развития речь должна идти не о максимизации прибыли от эмиссии, но о подчинении всей собственной денежной эмиссии интересам своего основного высокотехнологичного развития. И тогда задача — отнюдь не в административном вытеснении доллара и евро (ради максимизации прибыли от собственной эмиссии), но в их дополнении и, по возможности (а здесь, к сожалению, пока не все возможно), заменой собственной эмиссией. Но при жестком перекрытии каналов попадания этих средств на финансово-спекулятивный рынок.
С этого надо начинать — с переформатирования всей финансово-экономической власти и банковской системы, со смены их целеполагания и создания надлежащих механизмов ответственности, а не с новых (временно подзабытых старых) запретов и ограничений для граждан и предприятий.
Четвертое. И, разумеется, прежде, чем даже говорить всерьез о каких-либо санкциях в отношении доллара и евро, необходимо отменить ныне фактически имеющуюся и поддерживаемую всей мощью нашего государства … протекцию для них на нашей территории. Что я имею в виду? Самое простое, но о сущности чего многие не задумываются. Но чтобы понять и осознать всю абсурдность и антинациональную сущность происходящего, попробуйте сами ответить на простой вопрос: почему в нашей стране золото в слитках вы можете купить только с уплатой некоего НДС в одну пятую от его стоимости, а доллары, евро и любую иную иностранную валюту — без подобного НДС?
Очевидно, что само понятие «НДС» применительно к золоту в данном случае абсурдно: вы не покупаете некий товар, в стоимость которого входит себестоимость, налог и чья-то прибыль, после чего уплаченная вами цена соответствует рыночной на этот товар. Нет — вы покупаете этот фактически инвестиционный товар (средство сохранения ваших сбережений) уже по рыночной цене, но в дополнение к ней от вас требуют уплатить еще некоторый запретительный или, как минимум, ограничительный налог, который при последующей перепродаже (когда вам потребуются рубли) вам никто не вернет.
Зачем? Ради чего? Может быть, ради того, чтобы вы оставляли сбережения в национальной валюте, клали их в банк, и банк затем мог бы инвестировать эти средства в развитие? Нет, ничего подобного. Если вы доверяете своей национальной валюте и банковской системе, то вы и без этих искусственных ограничений на возможность купить золото так поступите. А если не доверяете, то к вашим услугам доллары, евро, швейцарские франки и т. п. — свободно в любом банке и безо всякого подобного заведомо мошеннического «типа НДС».
И что же получается? Да если еще и учесть, что золото в нашей стране добывается, то есть, можно сказать, что это — продукция отечественного производства? А доллары и евро в нашей стране не производятся никоим образом. В чьих же интересах подобная протекция? И все это в стране, руководство которой так последовательно делает вид, что всерьез противостоит Западу…
Надеюсь, из описанного выше понятно, что я никоим образом не предлагаю ввести аналогичный НДС еще и на покупку валюты. В нынешних условиях это означало бы просто лишить граждан и предприятия возможности какого-либо маневра в их попытках как-то сохранить трудовые сбережения перед лицом, скажем мягко, не вполне ответственной собственной власти. Напротив, если уж говорить о тех или иных желательных механизмах вытеснения доллара и евро из корзины накоплений и сбережений граждан, да еще и на фоне периодически запускаемых слухов о том, что США, мол, вот-вот вообще откажутся принимать наличные доллары, заменят их на некие «амеры» и т. п., то самое простое, естественное и, что немаловажно, элементарно честное — отменить абсурдный «НДС» на покупку гражданами золота в слитках.
Понимаю, еще со времен осуждения «нэпманов» в глазах многих людей все те, кто хочет купить золото в слитках — это какие-то захребетники, недорезанные буржуи. Хорошо, а те, кто сейчас вынужден был судорожно покупать на обваливаемые властью рубли доллары и евро? Среди них немало простых врачей и учителей и даже пенсионеров, просто пытающихся сохранить кровно заработанное для решения совершенно реальных разнообразных жизненных проблем. Тоже захребетники?
Ладно, пусть кому-то психологически не нравится золото. Хотя никак не пойму: чем слиток золота весом в 100 граммов хуже пачки в три тысячи восемьсот американских долларов или пенсионного счета в Сбербанке примерно на две с половиной сотни тысяч рублей? Только тем, что надежнее.
Но не настаиваю. Пожалуйста, хотите, чтобы была какая-то иная, не золотая альтернатива — так создайте ее. Не способны обеспечить надежность своей национальной валюты, так создайте какой-то специальный государственный инвестиционный инструмент. Но только такой, чтобы он гарантированно обеспечивал сохранение покупательной способности средств — без обмана. Но это тоже не делается.
А если бы это сделали? Если бы либо сняли ограничения на покупку золота, либо (хотя здесь нет противопоставления — это можно было бы сделать и вместе) создали бы всерьез гарантированный государством инструмент сбережения накоплений — что тогда?
Тогда мы получили бы облегчение для огромного количества граждан возможности сохранить свои сбережения в чем-то действительно ценном, надежном и стабильном. Применительно к золоту — существенно более ценном и стабильном, нежели любая бумажная валюта любого ныне существующего государства. Но совпадает ли это с интересами нашей власти (нашего олигархата)?
В интересах и нашей власти (нашего олигархата), и олигархата глобального иное — противоположное. А именно: несмотря на все красивые декларации о «священности» частной собственности, тем не менее, на самом деле задача и нашего собственного, и глобального финансового олигархата проста: создание таких условий, чтобы не существовало в мире никаких надежных и доступных для большинства граждан средств и инструментов действительно надежного хранения (не говоря уже о преумножении) сбережений. И понятно: только в этих условиях вас можно заставить пойти к ним — финансовым олигархам — на поклон, добровольно положить деньги в их банки без надлежащих гарантий не то, чтобы прибыли, но хотя бы даже и элементарного сохранения покупательной способности ваших накоплений. И только в этих условиях вас можно заставить играть в «портфельного инвестора», на что заточены бесконечные «биржевые университеты» и прочие аналогичные «обучающие» структуры, единственный смысл существования которых — склонить людей либо включиться в заведомо проигрышную для абсолютного большинства игру, либо вообще отдать свои деньги финансовым спекулянтам — с тем же среднестатистически гарантированным результатом…
Но это применительно к простым гражданам — к их поведению в отношении кровных сбережений и поиску путей их сохранения. А что же в части промышленно-технологического развития страны?
Здесь стоит заметить, что отдельные разрозненные меры в отношении пусть и важнейшей, но тем не менее, лишь инфраструктуры развития, вообще не могут дать искомого результата. Меры по валютно-финансовому и банковскому регулированию имеет смысл обсуждать исключительно применительно к общей концепции будущего развития, а не нынешних судорожных попыток продлить паразитирование на природных ресурсах и ином наследии предков. И совместно с комплексом мер по развороту национальной экономики на промышленно-технологическое развитие. Именно это нам и предстоит обсуждать в ближайший вторник, 29 сентября, в Торгово-промышленной палате РФ на очередной секции Московского экономического форума. В основу обсуждения будет положен доклад и комплекс мер, разработанных под руководством советника президента России академика С.Ю.Глазьева.
Кстати, есть в нем и предложения по ограничениям на валютно-финансовые операции. Но важно подчеркнуть, что, во-первых, это не отдельные предложения, а меры по финансовому обеспечению целого комплекса механизмов развития. И, во-вторых, направлены эти меры, насколько я понимаю, вовсе не на ограничение маневра для граждан, а, напротив, на крупный, в т. ч. сырьевой и финансовый капитал.
Да, от пресс-секретаря президента мы знаем, что этот доклад — никоим образом не позиция нашей власти, а всего лишь частное мнение советника президента. К сожалению. Иного мы вряд ли могли ожидать. Но от того, что обсуждать мы будем не инициативу, «высочайше одобренную», а, напротив, то, что, как это уже заранее известно, встречает наверху жесткое неприятие и сопротивление, наше обсуждение не станет менее заинтересованным и содержательным.
http://svpressa.ru/economy/article/132599/
30.08.2015 Технологии и еду ввозить нельзя, а ядерные отходы — пожалуйста?
Фото: Ingo Wagner/dpa/ТАСС
Против превращения Питера в радиоактивный могильник
Как известно, пишу я в основном об экономике. Но экономоцентристом никоим образом не являюсь: рассматриваю экономику не как самоцель, но как лишь инструмент для достижения иных целей, обеспечения возможности самой жизни — со всеми ее преимущественно вовсе не экономическими ценностями и радостями. И потому в период экономических трудностей тем более хочу предупредить об опасности экономоцентризма. Особенно, если за ним есть основания усматривать не столько добросовестное стремление к достижению общего экономического блага, сколько частные узко корыстные интересы ограниченной группы людей, подчиняющие себе всю государственную политику и ущемляющие иные, в том числе, выходящие за рамки лишь экономики, интересы большинства других людей.
Наиболее известный пример такого, с моей точки зрения, совершенно неуместного и даже преступного экономоцентризма — попытки разработки месторождения никеля в черноземной зоне России в Воронежской области. Здесь важно все: и ценность чернозема, и многонаселенность района, но что здесь самый ключевой вопрос? Он один: полное отсутствие какой-либо государственной необходимости. Будь она, допустим, страна испытывала бы проблему нехватки никеля для жизненно важного производства — так можно было бы пойти на многие компромиссы и лишения, разумеется, полноценно компенсируя издержки конкретным людям. Но ничего подобного нет: никель, добываемый в Норильске, преимущественно продается за рубеж. Для чего же добывать еще? Исключительно, чтобы тоже продать за рубеж и тем самым еще заработать денег. То есть цель — чисто и исключительно экономическая. Никакой государственной надобности — ни в малейшей степени. И ради этого можно вытеснять людей с насиженных и любимых мест, подвергать риску экологического загрязнения цветущий край?
Все попытки местных жителей привлечь внимание федеральных властей и обращения к ним за помощью, как известно, окончились ничем — не встали федеральные власти на защиту граждан. Допустим, движимы они этим самым экономоцентризмом — заинтересованы в увеличении экспортного потенциала страны и росте валютных доходов (допускаем здесь условно лишь позитивную, добросовестную мотивацию).
Ну а что же местные власти? Они-то, казалось бы, должны быть зависимы от местного населения — от своих избирателей? Должны бы быть, как минимум, вынуждены принимать решения в их интересах? Оказывается, нет, не зависимы. В силу ли действующего механизма полувыборов, полу- и фактического назначения губернаторов? Или же в силу того, что решение затрагивает жителей ограниченной территории, не имеющей своей полноценной системы власти, наделенной соответствующими полномочиями, а большинство избирателей существенно бОльшей по масштабу территориальной единицы (субъекта Федерации), органы власти которой уполномочены на принятие решения, оказываются недостаточно солидарны с теми, чьи права и интересы ущемляются сегодня? Так или иначе, на данном этапе в этой борьбе граждане, жители цветущего уголка России, проигрывают интересам чисто коммерческим.
И вот пример другой — не менее серьезный, даже более опасный.
Всего в 60 км от Санкт-Петербурга — города с пятимиллионным населением — ведется подготовка к строительству гигантского могильника для ядерных отходов. Конечно, коль скоро в стране действуют и строятся новые атомные электростанции, при нынешнем уровне технологического развития могильники неизбежны. Вопрос один: обязательно ли их строить вблизи многомиллионного города, фактически, на берегу Финского залива, да еще и в зоне, признанной сейсмоопасной? Дальше — больше. Будущий могильник рассчитан на захоронение 250 тыс. кубометров радиоактивных отходов — зачем, если за все время жизни АЭС в Сосновом бору (под Питером) отходов накоплено всего около 60 тыс. кубометров? А их, якобы, будут свозить под Питер со всей страны. Не бред? Не абсурд? В нашей гигантской стране нет более безлюдного и безопасного места для захоронения радиоактивных отходов?
Невольно приходится напомнить о недавних авариях в ведомстве Росатома: на строительстве второго блока этой же АЭС под Питером обрушился каркас возводимой железобетонной стены, и семидесятитонный блок рухнул с двадцатиметровой высоты. А если бы не счастливая случайность — не ураганный ветер, своевременно выявивший дефекты в строительстве? Если бы авария произошла уже после пуска нового блока АЭС? И какие гарантии, особенно в нашей нынешней системе круговой поруки и безответственности, что могильник будет строиться более тщательно и надежно? А специалисты добавляют, ссылаясь на статистику Северо-Западного отделения Ядерного общества: около трети наших хранилищ с радиоактивными отходами «подтекают», отравляя окружающую среду…
Что в этой ситуации делать людям, которые не хотят играть в знаменитую «русскую рулетку» со своими и своих близких жизнями и здоровьем? Ясное дело — в суд. И?
Борцы против строительства могильника под Питером дошли до Верховного суда — и он подтвердил право правительства строить могильник вблизи многомиллионного города.
Более того, помните, как в 2012-м мы пытались противостоять сдаче экономического суверенитета страны транснациональному капиталу — ВТО? Напомню, было движение «Стоп ВТО» и инициативная группа по организации референдума. Мы пытались организовать референдум по вопросу, допускать ли столь фундаментальное ограничение экономического суверенитета страны — присоединение к ВТО. И получили отказы — и в Центризбиркоме, и в Верховном суде. И даже в Конституционном суде — в который обратились депутаты Думы от КПРФ.
Аналогично и здесь: наши судебные инстанции запретили референдум по вопросу о строительстве могильника радиоактивных отходов — по вопросу, безусловно, затрагивающему самые очевидные жизненные интересы людей.
И последнее. А все-таки, зачем ядерные отходы со всей страны свозить именно под Питер?
Мой ответ прост: со всей страны радиоактивные отходы к нам под Питер никто свозить изначально не собирается. А близость морского порта наводит на естественную версию: везти к нам под бок собираются отходы из-за рубежа. Чем не бизнес? Ведь твердой валютой заплатят…
И никакие санкции — против нас или же, наоборот, встречные — этому «бизнесу» точно не помешают.
Согласимся ли так жить: технологии и оборудование (Запад не допускает) и еду (уже наши встречные санкции), в страну ввозить — ни-ни, а радиоактивную грязь — добро пожаловать?
http://svpressa.ru/politic/article/130643/
26.08.2015 Очередной обвал рубля: внешние причины или внутренний беспредел?
Фото: Сергей Бобылев/ ТАСС
Итак, рубль опять «посыпался». Объяснение неизменное: а что же вы хотите, если нефть упала до сорока пяти долларов за баррель? И все как будто согласны. И никто не задается вопросом: откуда и из чего вдруг возникла эта жесткая связка — цены на нефть и здоровья нашей национальной валюты? Что это — какой-то объективный экономический закон, действующий независимо от нашей и чьей-либо еще воли? Или же чьи-то сознательные действия, но тогда диктуемые чем же еще?
Вообще о деньгах, особенно «в минуты роковые» (очередное падение рубля и обесценивание наших сбережений и т. п.), интересно всем. А вот о конституционных нормах, что бы вокруг ни происходило, будь-то поедание нас с вами нашей властью (дробь — родным олигархатом) без хлеба и соли прямо в соответствии с конституционными нормами или же, напротив, абсолютно им вопреки, как я понимаю, это мало кого заботит. Тем не менее, рискну связать эти две темы.
Итак, заявление (мое) первое, официальное: никакой объективной экономической взаимосвязи мировой цены на нефть и стоимости российской национальной валюты — взаимосвязи такой, которая бы действовала самостоятельно, независимо от чьей-либо воли — нет.
Поясню: курс рубля к доллару завязан всего на четыре фактора:
— соотношение того, что можно купить на рубль и доллар (взаимосвязь по паритету покупательной способности);
— ожидаемая прибыльность и надежность хранения сбережений в рублях и долларах (процентные ставки, но с учетом рисков, включая риски падения, обесценения валюты);
— соотношение объективного спроса и предложения; с учетом того, что большого спроса на нашу валюту за рубежом нет, понятно, что речь идет о спросе и предложении покупки доллара за рубли, причем, это фактор не абсолютно самостоятельный, но завязанный не только на потребности в покупке товаров за рубли, но и на возможную выгодность перевода накоплений из рублей в доллары для повышения прибыльности и/или надежности хранения сбережений;
— действия глобальных спекулянтов и своего родного ЦБ по поддержанию того или иного уровня отклонения курса от естественного — по паритету покупательной способности.
Так вот, из всех этих факторов падение мировой цены на нефть прямо влияет лишь на один третий фактор — на соотношение спроса и предложения валюты, точнее, лишь на одну его компоненту — на количество долларов, приходящих в страну от продажи за рубежом нашей нефти. Да и то не так прямо.
Во-первых, и ранее не вся валюта, получаемая «нашими» частными нефтяными компаниями (зарегистрированными в оффшорах) от продажи нефти, приходила в страну и, тем более, попадала на валютный рынок. После отмены обязательной продажи части валютной выручки компаниями валюты на рынок предлагалось ровно столько, сколько им нужно было рублей — для текущей работы, выплаты зарплаты, уплаты налогов и т. п. То есть, поступление валюты у компаний от продажи нефти шло с существенным запасом по отношению к тому, что они продавали затем на нашем валютном рынке за рубли. И если бы перед ЦБ стояла не формальная, а реальная задача поддержать устойчивость рубля, первый надежно апробированный инструмент известен — введение (возвращение) обязательной продажи части валютной выручки — и вот уже спрос и предложение валюты вновь были бы сбалансированы. Но этот инструмент не используется — почему?
Во-вторых, наша же власть, как известно, проводит «налоговый маневр», включающий в себя плановую замену экспортной пошлины на нефть (то есть, гарантированного поступления в бюджет валюты) внутренним налогом на добычу полезных ископаемых (в рублях). Много ли требуется сообразительности, чтобы оценить, в какую сторону работает этот фактор — на повышение гарантированного предложения на рынке валюты и тем укрепление рубля или же, напротив, на нехватку валюты и ослабление рубля?
В-третьих, норма потребления импортных товаров в период сравнительно зажиточной жизни в «тучные» времена — одна, в период снижения доходов из-за падения стоимости основного экспортного товара — другая. Еще совсем недавно у нас на полном серьезе обсуждался вопрос, снизить ли разрешенную стоимость покупки за бюджетные деньги автомобилей для госчиновников до пяти миллионов за штуку или же только до четырех (это когда еще доллар стоил тридцать с небольшим рублей), при том, что если по делу, то и «жигули» за 300 тыс. отечественных рублей и, тем более, какой-нибудь полуиностранный «рено-логан» тысяч за 400 этого же чиновника вполне способны куда надо довезти. Очевидно же было, что с жиру бесятся…
И вот теперь «тревожные» сводки о снижении у нас продаж новых автомобилей. Так произошла катастрофа? Или просто и естественно снизился спрос на валюту, за которую большинство этих машин (и при отверточной сборке у нас — почти готовых машинокомплектов) закупалось за рубежом? То есть, снижению предложения валюты на валютном рынке вовсе не обязательно должно соответствовать сохранение прежнего на нее спроса и, соответственно, подорожание. В условиях объективного снижения доходов (и нефтяных компаний, и государства, и населения), не менее естественная реакция — и пропорциональное снижение спроса на валюту, при сохранении прежнего валютного курса или, иначе говоря, при сохранении прежней ценности рубля.
В-четвертых, возвращаемся к уже оскомину набившей теме прямой «зависимости Центробанка от ФРС США» (а заодно и МВФ) и якобы проводимой нашим Центробанком политики «кэренси боард» — эмитированию лишь такого количества рублей, какое количество валюты пришло в Центробанк. Подобные заявления-признания неоднократно делал нынешний министр экономического развития А.Улюкаев — в бытность свою зампредом Центробанка. Парадокс заключается в том, что одни и те же люди, не моргнув глазом, обвиняют Центробанк в этой самой «кэренси боард» (до сих пор, хотя политика в этой части уже многократно менялась) и, одновременно, рассуждают о «естественности» снижения курса рубля вследствие снижения мировой цены на нефть. Не являясь ни в коей мере защитником нашего Центробанка и считая его курс абсолютно пагубным для страны, тем не менее, обращаю внимание, что тут уж что-то одно:
— либо рублей печатается ровно столько, сколько в ЦБ поступило валюты (как механизм обеспечения постоянства курса и его жесткой привязки к курсу мировых резервных валют — «кэренси боард»), но тогда для снижения курса рубля нет вообще абсолютно никаких оснований; то есть, может рушиться все: предприятия, бюджет, домашние хозяйства, но рубль до последнего остается скалой;
— либо рублей печатается столько, сколько нужно из каких-либо иных соображений — для поддержания тех или иных секторов экономики (дробь олигархов), бюджета и социальных обязательств и т. п., но тогда ни о каком «кэренси боард» не надо вводить людей в заблуждение.
И в-пятых — о факторе чисто психологическом: не хотите, чтобы против нашей национальной валюты действовал фактор массового панического перевода накоплений в доллары как в более надежную валюту — так не допускайте и, тем более, сами не провоцируйте, не организуйте обвал своей национальной валюты, как это было сделано осенью прошедшего 2014 года.
Мое заявление второе: в условиях объективного снижения доходов государства от экспорта энергоносителей, честное ограничение доходов населения — зарплат и иных выплат — ударило бы по людям и по экономике меньше, чем обваливание курса национальной валюты и следующая за ним инфляция. В первом (повторю, более честном) варианте к затягиванию ремней могли бы быть принуждены не самые бедные и обездоленные. В варианте втором — ныне реализуемом — самыми страдающими являются и без того самые обездоленные (инфляция для «низов» всегда объективно — по потребительской корзине — больше и больнее, чем для «верхов»).
Мое заявление третье. Как бы ни была деструктивна проводившаяся ранее периодически политика «кэренси боард» с точки зрения необходимости монетизации производительной экономики и интересов промышленного развития страны, как ни парадоксально, она формально более соответствовала конституционной задаче Центробанка «обеспечения устойчивости рубля», нежели политика, проводимая ныне.
Поясню. Это был очень грубый, топорный, но действенный инструмент — коль скоро иные задачи перед Центробанком формализовано не ставились. Возможны и необходимы инструменты и иные — позволяющие не только обеспечить устойчивость национальной валюты, но и дать воздух промышленности, возможности для развития. И дело не в том, что о них никто не знает. Дело в том, что на их применение, точнее, на организацию самого ускоренного экономического развития (имея в виду не паразитическую, но производительную экономику) у властей не было (как, впрочем, и нет до сих пор) политической воли.
И мое заявление четвертое. А какой конституционной цели соответствовала бы ныне проводимая политика Центробанка? Что могло было бы быть записано в Конституции для того, чтобы нынешние действия Центробанка этой записи строго соответствовали? Формулирую: «Обеспечение устойчивости компаний — экспортеров непереработанного сырья и максимизации их прибылей - основная цель деятельности Центрального банка России».
Рискнете оспорить?
Рискнет ли кто-нибудь сегодня оспорить тот факт, что если бы именно такая запись содержалась бы в нашей Конституции и если бы руководство Центробанка строго и неукоснительно следовало бы такой конституционной цели, то оно проводило бы в точности ту политику, которую проводит сейчас?
И тогда — никакого так называемого «когнитивного диссонанса»: и реальная политика строго соответствовала бы тогда Основному закону страны, и все столь широко распространенные ныне заявления о «естественной» зависимости курса рубля от мировой цены на нефть строго соответствовали бы истине.
И что с этим знанием и пониманием будем делать?
Менять ли Конституцию — записать ли в нее честно, что главное для нас — сверхприбыли сырьевого олигархата, а все остальное — игнорируем?
Или инициировать расследование и в уголовном порядке преследовать тех, кто ныне попирает Конституцию (при всем ее несовершенстве, но тут явно — в части, всех нас хоть как-то защищавшей), а заодно и тех, кто их покрывает?
Или же живем как живем, буквально, по беспределу — в условиях, когда прямые нормы Конституции и закона не значат вообще ничего…
http://svpressa.ru/economy/article/130390/
10.06.2015 Если мышка поверит, что кошка пришла к ней вести холодную войну...
|
|
Репортаж Максима и Петра Калашниковых с заседания Русского интеллектуального клуба «Холодная война: новый этап». Юрий Болдырев о том, что власти РФ перекормили всех пропагандой, но на деле проигрывают новую холодную войну. Потому что не могут создать развивающуюся современную экономику и конкурентную политическую систему
03.04.2015 Разговор о слабостях человека в преломлении к гражданину, элите, институтам государства
|
|
02.04.2015 Наш путь: солидарность или крысиная возня?
О затянувшейся финансовой афере как анти-национальной идее
Ну вот, «день дурака» и шутливого обмана прошел. Как будто бы все остальные дни года у нас обман не разрешен и наказуем…
Не стал бы давать статье столь жесткое название, если бы не недавнее заявление вице-премьера Правительства Шувалова (на экономическом форуме в Китае) о том, что вопрос о принудительной накопительной составляющей пенсий не нужно обсуждать в обществе, а нужно решать профессионалам. Ну-ну: это, я так понимаю, во-первых, чтобы никто не мешал, пока мы отвернулись, их («профессионалов») мошеннической возне. И, во-вторых, чтобы мы не сопротивлялись втягиванию ими в эту деструктивную возню и нас…
И еще: очень люблю благодушные рассуждения о «национальной идее» - конструктивной, созидательной вдохновляющей. Где ее взять, пока не известно. Но вот вам пример противоположного – идеи, буквально, диверсионной, подрывающей основу единства и преемственности поколений. Это я о принудительной «накопительной» пенсионной системе – в продолжение предыдущей статьи «Отцы и дети в сетях финансовых манипуляторов».
Можно ли накопить благодарность?
Сама концепция «накопительной» пенсионной системы подразумевает, что в жизни к пенсии важнее всего накопить именно определенное количество денег (фантиков), практически, исключая из реалистичного рассмотрения вопрос о том, что на них можно будет купить. То есть, формально этот вопрос, как будто, не исключается – вопрос о сохранении покупательной способности накоплений, вроде как, ставится. Но нам-то с вами нужны гарантии формальные или реальные? И за счет чего может сохраниться или же, напротив, потеряться покупательная способность накоплений?
Мы уже задавались вопросом, можно ли на накопленные деньги купить мяса и молока больше, чем их произведено? А получить лечения больше, чем выращено и выучено врачей, оборудовано клиник и лабораторий? И если мы сейчас допускаем, что больницы (в рамках «оптимизации») закрываются и врачи изгоняются, то что нам будет толку от накопленных фантиков-денег?
Реально же, с учетом того, что пенсионеры – это всегда люди, по сравнению с коллективным «работником» (который, подразумевается, должен пенсионеров кормить и лечить), уже относительно менее здоровые и дееспособные, вопрос должен ставиться иначе. А именно: могут ли пенсионеры, сколько бы красивых фантиков они за свою прежнюю жизнь ни накопили, получить от своих работающих детей и внуков хлеба, молока и лечения больше, нежели те готовы будут добровольно от себя оторвать и им отдать?
И вновь напомню: дети и внуки – в возрасте активном и дееспособном, а старики-пенсионеры – в состоянии уже весьма ограниченно дееспособном. И что, какие формальные законы и всеми ростовщиками мира гарантированные накопления могут заставить молодых и сильных уступить старым и слабым?
Ответ известен: только мораль. И благодарность. Все остальное обходится – без проблем.
Что такое заработанные нами ранее деньги (говорим лишь о честно заработанных)? Это эквивалент благодарности общества за наш предшествующий труд. Но можно ли накопить благодарность себе за свою работу не в сердцах тех, кто получил от этого какую-то пользу, а лишь в себе самом, отдельно от тех, кто может быть благодарен?
Согласитесь, это совершенно невозможно.
И как тогда относиться к нацеливанию общества на реализацию совокупности таких индивидуальных гарантированно тупиковых стратегий?
Поверить гармонию алгеброй
А есть ли мерило благодарности? Не благодарности вообще, а коллективной благодарности целых поколений к своим предшественникам - применительно к общенациональной пенсионной системе? Оказывается, есть. Уже давно есть – ничего нового здесь изобретать не надо.
Коэффициент замещения пенсий – отношение средней пенсии в стране к средней зарплате. Упрощенно – какую долю своей прежней средней зарплаты вы будете получать как пенсию. Международная организация труда рекомендует не менее 40%. В большинстве развитых европейских стран этот показатель более 50%. И, кстати, доля в их пенсиях принудительной «накопительной» части (завоевания лоббистов их финансово-спекулятивной мафии), там, где и есть, отнюдь не преобладающая, а весьма и весьма мизерная.
А у нас? У нас, в соответствии со Стратегией развития пенсионной системы до 2030-го года, утвержденной Правительством России в декабре 2012-го года, лишь к 2030-му году планируется достичь уровня в 35,4%.
Что важно понимать: этот коэффициент – вовсе не уровень экономического развития. Речь ведь не об абсолютном размере пенсий. Это именно уровень социального развития общества, уровень его гуманизма и коллективной благодарности к предшествующим поколениям.
Признавать, что мы и здесь, в некотором смысле, в элементарной цивилизованности – позади развитого мира, весьма неприятно. Но стоит на этом акцентировать внимание и об этом задуматься.
Вкладываться в старость или в детей?
Есть вопросы, в которых народная мудрость несопоставимо сильнее любой современной науки. И, тем более, псевдонауки, каковой в значительной степени, под воздействием лоббистов финансово-спекулятивного сектора, все более становится наука экономика. В частности, вопрос, вынесенный в заголовок этой главки, для народной мудрости – абсурд. Никакого «или», с точки зрения вековой народной мудрости, здесь быть не может. Единственный надежный способ вложиться в более или менее благополучную старость – это вложиться в детей. И мудрость эта одинаково и безусловно верна и на уровне личностном, и на уровне коллективном, национальном.
И потому, пожалуйста, смотрите на мир реалистично и оставьте необоснованные иллюзии. Сколько бы и каких формальных расписок-фантиков (денежных знаков) мы (завтрашние коллективные пенсионеры) сегодня себе ни заготовили, завтра наши дети и внуки коллективно дадут нам ровно столько хлеба и молока (да еще и лекарств), сколько сами сочтут нужным. Соответствующие законы, постановления и прочие решения будут принимать они. И степень их коллективной самоотверженности по отношению к нам завтра неминуемо будет, так или иначе, привязана к степени нашей сегодняшней самоотверженности по отношению к ним.
Соответственно, наши дети будут вправе спросить нас: скажите, а почему, вместо того, чтобы вкладываться по полной в наше (своих детей) развитие, образование, здравоохранение, вместо того, чтобы создавать новые научные школы, заводы, станки, оборудование, технологии, вы просто откладывали деньги «на старость»? Зачем вы отрывали деньги от развития нашего (своих детей) и всей страны (национальной экономики)? Что вы в результате, собственно, откладывали?
И неутешительный ответ: вы откладывали развитие своих детей, их здоровье и счастье, развитие национальной экономики – вы тем самым тормозили развитие. И что теперь вы за это хотите получить, из чего должна возникнуть благодарность к вам?
Стратегии индивидуальные и коллективные
Так что же, спросят меня, разве люди не могут копить на старость? Причем, копить именно материальные ценности, в том числе, деньги?
Разумеется, могут. Вопроса здесь, собственно, два.
Первый: в чем копить? Как избежать обесценения того, в чем копишь? Простой банковский процент, как известно, все равно не покрывает инфляции. Прочие же инструменты требуют более высокой квалификации «игрока» и, при этом, все равно более рискованны. Вопрос, согласитесь, периодически со всей силой встающий перед каждым, кто пытается что-то накопить.
И вопрос второй, самый фундаментальный, недопонимание которого и приводит к возможности массового введения людей в заблуждение: отличается ли накопление индивидуальное от накопления коллективного?
Игра «с нулевой суммой»
Дело в том, что решая вопрос первый – в чем копить – люди неминуемо вступают в игру не только с теми или иными эмиссионными центрами, которые совершенно сознательно и целенаправленно планомерно обесценивают все предыдущие накопления, но еще и друг с другом. Хотя в последнем, зачастую, и не отдают себе отчет.
Например, в ситуации тенденции падения рубля по отношению к доллару, «перекладываясь» из рублей в доллары, люди могут предполагать, что если так попытаются поступить одновременно все, то рубль просто рухнет. Но люди исходят из того, что они лично должны успеть сделать это пораньше.
Другой пример: играя на бирже, вкладывая деньги в те или иные акции, люди пытаются по возможности успешнее других предугадать, какие акции пойдут вверх, а какие – вниз.
Таким образом, в обоих приведенных примерах в своих индивидуальных стратегиях накопления и сохранения накопленного люди, отдают они себе в этом отчет или нет, но важно признать, играют не только за себя, но и против других.
Более того, об этом не принято говорить широко – уж слишком это не в интересах лоббистов финансово-спекулятивного сектора, всяких разнообразных паевых и пенсионных фондов, «биржевых университетов» и т.п. Но стоит напомнить, что абсолютное большинство - более четырех пятых индивидуальных участников игры на бирже - в конечном счете, проигрывает, и лишь меньшинство, владеющее несопоставимо большими ресурсами для маневра и отыгрыша возможных локальных потерь, да еще и зачастую пользующееся инсайдерской информацией, выигрывает.
Таким образом, надо трезво понимать: индивидуум вполне может выбрать оптимальную стратегию накопления и выиграть на этом. Но выигрывает он при этом в том числе у своих сограждан, может быть, у друзей и соседей – у тех, кто выбрал стратегию менее удачную.
Общая же сумма коллективного выигрыша при этом остается даже если и не нулевой, то уж никак не может долгосрочно превышать темпов роста национальной экономики. А эти темпы в течение последнего года скрупулезно исчислялись в долях процента (не потому, что научились так точно считать, а потому, что никакого экономического роста на самом деле уже не было). Теперь же, в условиях фактической деградации, откуда вообще может взяться коллективный выигрыш?
Игра ради роста общей суммы
Сказанное выше имеет самое прямое отношение к нашей общей пенсионной системе, в частности, к ее принудительной «накопительной» части. Если мы говорим о задаче социальной – о повышении пенсий будущим пенсионерам, то мы, надо понимать, говорим не об отдельных успехах отдельных пенсионеров (за счет всех остальных), а именно об обеспечении успеха коллективного. Но из чего он может возникнуть, за счет чего может быть достигнут?
Ответ известен: за счет финансовых манипуляций – той или иной «хитрой» накопительной системы – общий успех не может быть достигнут в принципе. Любые попытки решить этот вопрос методами одних лишь финансовых манипуляций абсолютно сродни попытке построить вечный двигатель. Это бесперспективно – из ничего ничто и не возникает.
Единственный известный в природе способ получить успех общий (в том числе, в любой накопительной системе) – это преумножение общего материального достояния, то есть, вложение в развитие.
Что, разумеется, никак не отменяет права каждого индивидуально накапливать свои личные сбережения – в любых приемлемых для него формах. Но без какого-либо принуждения со стороны государства и, тем более, без принудительного изъятия государством средств из развития для розыгрыша финансовыми спекулянтами.
Подмена решения социальной задачи принуждением к индивидуальной суете
Подлость же (уж простите за использование столь жесткого термина, но он здесь вполне уместен и адекватен) нынешней «накопительной» пенсионной системы еще и в том, что будущих пенсионеров и здесь, вместо созидательной работы на будущий общий успех, принудительно включают в деструктивную конкуренцию в выше описанной игре «с нулевой суммой» - за то, кто «успешнее» одолжит свои деньги финансовым спекулянтам. Да еще и в условиях, как мы отмечали выше, лишь иллюзии свободы рынка – в условиях практически гарантированного общего (для всей совокупности будущих пенсионеров) проигрыша. Что, кстати, блестяще подтвердили уже имеющиеся результаты работы этой «накопительной» системы: первые пенсионеры - женщины 1958-1959 годов рождения - уже убедились в том, что их «накопления» не выросли, а, напротив, весьма значительно потеряли в своем весе…
Тихонько без скандала или с прививкой на будущее?
Подводим итог. Нам, как и бывшему замминистра (который, если помните, заявил об угрызениях совести полгода назад), действительно, стыдно за свое государство. Но, в отличие от него, не за разовую акцию по одалживанию средств у будущих пенсионеров, и даже не за ее продолжение, а за систематический и целенаправленный обман со всей этой «накопительной» пенсионной схемой. Именно обман, который власти и сами не осознавать таковым не могут. Отсюда и желание сделать все втихую, с обсуждением лишь среди «профессионалов». Под каковыми они понимают исключительно «своих» - тех, кто заинтересован в сохранении возможности безответственной игры чужими деньгами.
Мошенничество признавать и раскрывать не хотят. Стараются пока спускать все на тормозах, под прикрытием якобы объективных внешних препятствий (иностранные санкции и т.п.), вроде того, что идея была хорошая, но пока не все получилось… В общем, пока «замораживают».
Но если все это махинаторство так и не признать изначальным обманом, то через какое-то время, под действием лоббистов финансовых спекулянтов (родного олигархата), эта мошенническая схема вновь возродится, вновь начнет выкачивать ресурсы из созидательной экономики и вновь начнет разлагать общество. Именно поэтому нужно не «замораживать» принудительную «накопительную» пенсионную схему, не спускать все «на тормозах», а прямо назвать вещи своими именами и пресечь необоснованное изъятие ресурсов в пользу финансовых паразитов.
Фото: Илья Питалев/ РИА Новости
23.03.2015 Отцы и дети в сетях финансовых манипуляторов
О российском пенсионном трагифарсе
Песни по нотам, но не о главном
Чуть более полугода назад скандал быстро вспыхнул и тут же затух. Замминистра экономики, заявивший летом прошедшего 2014-го года, что ему стыдно за государство, в очередной раз заморозившее перечисления в накопительную часть пенсий, был быстро уволен. Не за то, что отстаивал «накопительную» аферу, но просто не по чину выступил. Либеральные (ориентированные на финансово-спекулятивный капитал) СМИ превознесли «героя», решившегося возразить, осудили власть, вроде как, в очередной раз запустившую руку в карман будущих пенсионеров. Достойного ответа с какого-либо иного фланга тогда, на мой взгляд, не последовало. Ограничились и удовлетворились лишь заверениями власти, что, мол, пенсионеры не пострадают. Даже Крым к этому вопросу зачем-то приплели: мол, средства пошли, в том числе, на необходимые непредвиденные расходы, но, в конечном счете, все будет будущим пенсионерам скомпенсировано.
Теперь же вопрос вновь в центре внимания – в связи с заявлением уже президента страны. По данным РБК, на закрытой для СМИ встрече с представителями крупного бизнеса «президент заверил предпринимателей, что отменять обязательную накопительную пенсионную систему не будут».
Можно себе представить, как представители крупного бизнеса беспокоятся о своей будущей «накопительной» пенсии: так переживают, что даже самого президента осмелились именно об этом спросить.
Или что-то не сходится? Может быть, есть подозрение, что не о своей будущей пенсии побеспокоились олигархи? Но тогда о чем же? Неужто о будущей пенсии нашей?
Ответ найти несложно. Тот же РБК приводит рассуждения одного из чиновников правительства: «Отмена накопительной части пенсии фактически означает уничтожение целого сектора экономики».
Вот теперь понятно: «экономикой» они называют принудительное изъятие у нас с вами (под предлогом якобы заботы о повышении будущих пенсий) наших денег и затем их прокручивание частными лавочками. Причем, как нетрудно догадаться, не мелкими лавочками, созданными инициативными людьми откуда-нибудь снизу, а теми, что создаются или, как минимум, контролируются этими самыми участниками выше упомянутого закрытого совещания олигархов с президентом.
«Длинные деньги» и короткая память
Обоснование необходимости использования для финансирования развития страны пенсионных средств давно известно. Мол, это единственные действительно «длинные» деньги. Что ж, какие могут быть возражения? Какие могут быть возражения против того, чтобы в рыночной экономике кто-то своим безупречным трудом и поведением завоевал такую потрясающую репутацию, чтобы мы с вами с удовольствием ДОБРОВОЛЬНО стали бы именно в его копилку складывать эти самые «длинные» деньги – свои накопления на старость. Но повторю: добровольно. Когда же эти деньги изымаются у нас принудительно и передаются кому-то, кто соответствующей репутации в наших глазах не завоевывал, да, кстати, никоим образом и не гарантирует нам, что эти деньги обязательно пойдут именно на наше научно-технологическое и промышленное развитие, то как это назвать? Какое отношение это имеет к аккумулированию ресурсов на развитие в рыночной экономике?
Если же признать, что речь идет о заведомо нерыночном инструменте (наши правители, вроде как «рыночники», но ради сбора средств на развитие страны чего не сделаешь?), то известны инструменты и иные. В частности, и такой, по старой памяти, может быть, в нашей стране и не слишком популярный, как принудительные госзаймы. Вопрос о том, насколько обесценились средства этих займов в советские времена, это вопрос отдельный. Но вот в чем применительно к этому инструменту уж точно никаких сомнений не было, так это в том, что привлеченные деньги будут не «крутиться» частными конторками на финансово-спекулятивном рынке, а пойдут прямиком на дело – на развитие страны.
В нашем же случае, с учетом двух приведенных примеров, очевидно: ни принудительного сбора средств именно на развитие – на конкретные проекты развития (в советское время – в соответствии с пятилетними планами), что, конечно, для людей тяжело и обременительно, но хотя бы понятно, ради чего вообще, ни подлинно рыночного механизма сбора средств добровольного. В последнем случае под репутацию конкретных конкурирующих между собой компаний, в том числе, авторов проектов или даже (хотя это и уже не «истинно рыночно») в контролируемые государством проекты под государственные же гарантии сохранения и увеличения покупательной способности вкладываемых средств.
А что у нас?
У нас власть и подконтрольные олигархату СМИ на протяжении полутора десятков лет кормят граждан сказками про «народные IPO», будущие «накопительные» пенсии и прочие варианты достижения массового счастья не трудом, а финансовыми манипуляциями.
Чем обернется этот обман? Тем, что «накопительная» часть пенсий за несколько десятилетий «накопления», в конечном счете, неминуемо обратится в пшик. И будущим поколениям работников все равно придется выделять деньги из своих доходов и бюджетов на прокорм стариков.
Но если у нас в день, когда я пишу эту статью (в субботу 21 марта 2015 года, всего через несколько месяцев после обвала рубля) по главному государственному телеканалу на полном серьезе цитируют министра финансов Силуанова, который, не моргнув глазом, сообщает нам о том, что теперь «рубль действительно стал одной из самых крепких валют», то, согласитесь, это на сколь же короткую память населения в своей стратегии рассчитывает наша власть?
Потери прямые и косвенные
А теперь о философии жизни. В частности, о философии того мошенничества, которое мы продолжаем терпеть.
Реализуемая у нас «обманка» с принудительно «накопительными» пенсиями вовсе не безобидна. Вреда от нее, по большому счету, как минимум, два.
Первый – материальный. Деньги отнимаются из той или иной более или менее созидательной сферы (из бюджета государства или даже из бюджета семейного) и целенаправленно передаются в сектор финансово-спекулятивный. Который, напомню, сам не сеет и не жнет и материальных благ, строго го говоря, не производит. Идея же о том, что финансовый сектор является идеальным регулятором, направляющим средства более эффективно в интересах всего общества, нежели это сделали бы сами люди со своими деньгами или государство в целом (если средства собраны в бюджет), представляется столь очевидно мошеннической, что обсуждать ее здесь вряд ли даже стоит.
Вред второй – мировоззренческий. Людям вбивается в головы иллюзия, что существует что-то более надежное, чем они сами, их дети, образуемое ими общество и государство. Причем, подсовывая им в качестве таковых ценностей не море и солнце, долины и горы, леса и поля, заводы и вузы, библиотеки и музеи, да, наконец, хотя бы даже золото и серебро, а всего лишь фантики. Фантики, подчеркиваю, не ниспосланные свыше, а всего лишь выпускаемые государством. Тем самым государством, в которое их, таким образом, приучают верить почему-то меньше, нежели в этим же государством выпускаемые фантики - деньги.
Сомнительные постулаты и ложные выводы
Сама идея «накопительных» пенсионных схем проистекает из двух постулатов и соответствующих выводов.
Первый: государство – ненадежно, обманет. Вывод: значит, надо копить «отдельно от государства».
Второй: наше общество стареет и недалек тот день, когда на одного пенсионера будет приходится не несколько работающих, а лишь один, а то и менее. Вывод: один работник нескольких пенсионеров прокормить не сможет, значит, надо копить на старость самим, заранее.
Сами постулаты я характеризую лишь как сомнительные – в том смысле, что они далеко не безусловны, а зависят от нас, от нашего отношения к делу. Это касается и надежности либо, напротив, ненадежности нашего государства. А равно и того, сколько человек в будущем будут кормить одного пенсионера – это, согласитесь, тоже не некая данность, ниспосланная свыше, а лишь тенденция, в конечном счете, зависящая от нашего коллективного поведения.
Выводы же я характеризую как совершенно недвусмысленно и даже намеренно ложные – во всяком случае, применительно не к индивидуальному, а к массовому поведению в рамках единой пенсионной системы.
Фикция свободы выбора
Что такое копить «отдельно от государства»? Это означает, что каждый действует добровольно на свой страх и риск, да еще и, желательно, застраховывая свои накопления от посягательств этого самого государства. Простейший пример: сам решил, сколько отложить, затем перевел рублевые накопления в фунты, франки или доллары и положил на свой зарубежный банковский счет. Морально-политическую сторону вопроса сейчас не рассматриваем, но признаем, что это – действительно «отдельно от государства» (нашего, но с добровольным попаданием в зависимость от государств других, выпустивших эти доллары, франки и фунты). Но какое отношение это якобы «отдельно от государства» имеет к государством же организуемой принудительной системе накопления, да еще и в государством же диктуемых объемах, формах и ресурсах? Притом, что за самое простейшее и важнейшее – элементарное сохранение покупательной способности этих накоплений – государство никакой ответственности на себя не принимает. Эта, казалось бы, само собой разумеющаяся ответственность организатора накоплений, принуждающего нас к накоплению в определенной форме, подменяется созданием некоей видимости конкуренции и свободного рынка всяких негосударственных пенсионных фондов. Последние, конечно, между собой конкурируют за привлечение пенсионных средств. Но только истинно свободной такую конкуренцию назвать никак нельзя: ведь «услуга», строго говоря, принудительно навязана гражданам государством, а минимальный объем пенсионных ресурсов на «розыгрыш» этими пенсионными фондами государством же и гарантирован, то есть, гарантированно изъят у граждан и передан коллективному финансовому спекулянту.
Чем питается пенсионер?
И ложный вывод второй – о том, что раз один работник столько пенсионеров прокормить не сможет, то надо всем пенсионерам копить на старость самим. Но вот ведь вопрос: что копить? Наверное, то, что они будут есть?
Для тех, кто не в курсе, кто, может быть, живет вдали от близких пенсионного возраста, открою страшную тайну: пенсионер не ест ни рубли, ни даже доллары. Пенсионер ест хлеб, овощи, молочные продукты, а если доходы позволяют, то еще и рыбу и мясо. Но накопить хлеб, масло и молоко будущий пенсионер на сорок лет вперед не может. Значит, копить придется деньги. Но, главный вопрос: что на эти деньги будущий пенсионер сможет купить?
В частности, сможет ли будущий наш коллективный пенсионер, даже если, допустим, он накопил (коллективно, то есть все пенсионеры) много и даже очень много рублей, тем не менее, купить хлеба, масла и молока больше, чем произвел будущий коллективный работник, которого, как мы помним из обоснования пенсионной реформы, на одного пенсионера станет совсем мало?
Неувязка в логике сторонников «накопительной» пенсионной системы здесь уже становится совершенно очевидной, и тогда звучит их последний аргумент.
Будет ли китайский работник кормить российского пенсионера?
Этот последний аргумент звучит так: мол, мировая экономика единая, и потому финансовые накопления имеют общемировую абсолютную ценность и потому все же позволят нашим будущим пенсионерам получать достойную пенсию. Что это означает в переводе с языка иллюзорного финансово-спекулятивного на нормальный здравый русский?
Это означает утверждение, что нашего будущего пенсионера, благодаря замечательной «накопительной» пенсионной схеме, будет кормить работник не российский, а американский или китайский. Или какой-то еще – из тех, надо полагать, стран, где такую замечательную «накопительную» пенсионную схему ввести, видимо, просто не догадаются?
А если, не дай бог, догадаются?
А если просто … не захотят нас кормить? Если не ошибаюсь, гарантированного перевода наших принудительных пенсионных «накоплений» в твердую валюту нам никто не обещал. И какова будет завтра весомость наших рублевых накоплений на мировом финансовом рынке?
Теоретизировать об этом можно сколько угодно, но есть практика, и она более убедительна. Например, что нам продемонстрировал только что осуществленный нашей властью обвал собственной национальной валюты вдвое? Очевидно: возможность или невозможность завтра для будущего пенсионера купить на свои принудительные «пенсионные накопления» произведенные не нашими работниками кофе и бананы, а что еще важнее, импортные лекарства, зависит вовсе не от успешности «индивидуальной стратегии управления» своими будущими пенсионным накоплениями. А от чего? Да все от того же: окажется ли он, вместе с другими будущими пенсионерами, способным строить ответственное собственное государство. И своевременно спрашивать с тех высших должностных лиц, которые сегодня имеют почти неограниченную возможность грабить нас всех безнаказанно.
***
С точки зрения прикладной – если бы речь лишь о принятии сиюминутного практического решения – сказанного выше вполне достаточно. Но вопрос о принудительном пенсионном «накоплении» выходит за рамки сиюминутно практические, и потому в следующей статье мы эту тему продолжим.
Фото: Илья Питалев/ РИА Новости
17.03.2015 Спасет ли экономику России «дешевый» рубль?
Нас в очередной раз ограбили в наших же интересах?
В Москве прошел очередной инвестиционный форум. Участники оптимистично сошлись на мнении о том, что «власти прислушались к инвесторам» (РБК), а также что «дешевый рубль» делает российскую экономику конкурентоспособной. Значит, все в порядке? А те, кто, как, например, автор этих строк, выступили против осуществленного российскими властями целенаправленного обрушения рубля, охарактеризовали его как прямое нарушение Конституции и требующее расследования уголовное преступление, посрамлены?
Скрепы и разломы
Нынешний год у нас во многих отношениях юбилейный – масса юбилейных и памятных дат, а также годовщин. Наряду с общеизвестным - предстоящим в мае юбилеем Победы, еще и:
- тридцать лет приходу к власти Горбачева и фактическому старту «Перестройки» (март);
- четверть века отмене шестой статьи советской Конституции (также март);
- двадцать лет созданию вопреки Президенту Ельцину Счетной палаты России;
- двадцать лет протаскиванию как спецоперация нынешнего закона о Центральном банке (апрель);
- двадцать лет попытке взятия Западом под свой контроль всех наших природных ресурсов оптом через протаскивание изначально недвусмысленно колониального варианта закона «О соглашениях о разделе продукции» (июль-декабрь);
- двадцать лет «кредитно-залоговым аукционам» (ноябрь-декабрь), в результате которых самые сливки российского природно-ресурсного комплекса, предварительно собранные в единые удобные для отчуждения крупные концерны (в том числе, «Норильский никель», «Сибнефть» и «ЮКОС») были у государства притворно и противозаконно украдены.
Великую Победу у нас принято рассматривать как один из безусловных символов и объединителей страны, залогов возможности славного не только прошлого, но и будущего. Но что же в отношении иных перечисленных событий? Играют ли они в нашей истории какую-то роль? И если в отношении того, что трактуется как «скрепы», мы наблюдаем масштабную пропагандистскую кампанию, то достаточно ли в отношении явных разломов и мин, заложенных под наше будущее (имею в виду, прежде всего, нынешнюю банковско-финансовую систему и олигархический захват основных ресурсов государства), одного лишь замалчивания или ретуширования фактов?
В отношении преступлений периода нашей новейшей истории нынешняя российская власть – безусловно охранительная. Не только преступно организованная и проведенная приватизация «не подлежит пересмотру». Ни пересмотру, ни осуждению, ни наказанию (в отношении «героев») равно не подлежит и весь комплекс преступлений по сдаче стратегическому противнику долгосрочных интересов страны и попутному разграблению своими собственными силами всего, до чего только руки власти дотянулись. Соответственно, «герои» сдачи страны и ее разграбления периода «лихих девяностых» и поныне, в основном, либо на высоких госдолжностях, либо, как минимум, на управлении госсобственностью. Те же, кто уничтожению страны противостоял тогда, и поныне в противостоянии – уже нынешней власти, безусловно преемственной своей предшественнице периода «лихих девяностых».
Вопрос: когда действительно мощным скрепам, но скрепам старым, родом из уже сравнительно давнего прошлого, противостоят все новые и новые рукотворные разломы, никоим образом не преодолеваемые, хватит ли сил у старых скреп эти новые разломы сдержать?
Вместо статьи шестой – статья семьдесят пятая?
Ради чего тогда, четверть века назад, отменяли приснопамятную шестую статью советской Конституции - о КПСС как руководящей и направляющей силе советского общества? Чего ожидали от этого? Естественно, ожидали, что «расцветут все цветы», причем, на равных.
А что получили? Получили подтверждение старой истины о том, что свято место пусто не бывает. При отсутствии фундаментальных антимонопольных ограничений и, что еще важнее, готовности общества жестко и последовательно противостоять любой новой монополизации, получили незамедлительный приход и утверждение монополии новой. Но уже радикально менее публичной и, как следствие, несопоставимо более криминальной.
Если для сокрушения прежней монополии достаточно было подрубить ее правовую основу – прямую запись в Конституции об исключительных правах, то новая монополия сложнее и изощреннее.
Помните старый (советских времен) анекдот о «добровольно и с песнями»? Ни остроумные выдумщики – авторы этого анекдота, ни те, кто радостно ему смеялись, не могли и представить себе, насколько это «добровольно и с песнями» окажется нашим общим фатальным будущим при уже совершенно другом социальном строе. Разница лишь в том, что тогда «добровольно» означало административно-принудительно. Теперь же люди (и отдельные граждане, и целые предприятия) массово оказываются в такой ситуации, когда иного способа выжить, кроме как, действительно, «добровольно» пойти в фактическое рабство, у них в принципе нет.
В рабство к кому?
Ответ содержится в данных, которые я уже несколько раз за последнее время цитировал, но повторить которые совсем не вредно. Если по большинству развитых стран мира доля финансовых активов, принадлежащих банкам, от общего объема финансовых активов страны составляет чуть более половины, то в нынешней России эта доля доходит до 85-90% (по данным ректора Финансового университета при правительстве РФ). И после этого львиная доля (по некоторым оценкам – свыше трех четвертей) всей «антикризисной» помощи правительства из бюджета и разнообразных резервных фондов направляется кому? Правильно – банкам.
Подчеркиваю: не должникам банков, оказавшимся в сложном положении не по своей воле, а, в большинстве своем, конкретно сейчас – прямо по вине власти, но банкам. Что никак не помешает последним продолжать выжимать из должников все до последней рубашки. Никакими обязательствами банков по смягчению требований к должникам помощь, оказываемая сейчас банкам за наш общий счет, разумеется, не обуславливается.
Тем не менее, главная моя претензия здесь – отнюдь не к «либеральному правительству» - оно здесь не более чем на подтанцовке. Важнее понимать, кто здесь теперь новая «руководящая и направляющая» сила. И кто же? Да тот, о ком речь не в 6-й статье Конституции старой (советской), а в статье 75-й Конституции нынешней.
Кто запросто сначала сам искусственно вдвое обвалил рубль, а затем, якобы для борьбы с этим обвалом, вдвое задрал процентную ставку по кредитам? В результате чего огромное количество ранее вполне успешных и сравнительно рентабельных предприятий оказались вынужденными либо переоформлять кредиты на оборотные средства (подчеркиваю: не на развитие, которое можно иногда и притормозить, а на элементарное выживание) уже под 30-35% годовых, что для большинства из них - прямой путь к быстрому разорению, либо приступать к самоликвидации немедленно (см. мою статью «Россия-2015: вырваться из капкана или погибнуть?»).
Обратите внимание: никаких совещаний в Политбюро, никаких постановлений ЦК. Можно сказать, только Президент успел рассказать всем нам, какая у нас теперь крепкая и надежная валюта, и тут раз – и тот же Президент уже рассказывает нам, как выгоден стране подешевевший рубль…
Так это Председатель ЦБ у нас такая всесильная, что запросто может манипулировать даже Президентом, и потому все, под руководством известных провокаторов, завтра же выходим на демонстрации с требованием национализации исключительно Центробанка? Или же, напротив, не забываем, что на смену монополии публичной пришла монополия скрытая и криминальная, в которой банальный «перевод стрелок» (включая сознательно заложенный и в Конституцию) - самое святое дело?
Сравнивая с соседом-конкурентом
О ценностях, в том числе, о таких, как конкуренция или же, напротив, монополизация, свободный рынок или плановое администрирование, у нас спорят обычно, вроде как, прогрессивные либералы и реакционные государственники-ортодоксы. Первые, понятно, за все конкурентное и рыночное. Вторые, вроде как – против этих ценных достижений исторического прогресса.
Но вот ведь незадача: если именно первые занимают все ключевые посты в государственной власти, включая и пост Президента, и Парламент, и Правительство, и Центральный банк, то что же еще мешает становлению полноценного свободного конкурентного рыночного пространства?
Вот и на очередной «инвестиционный форум» собрались сплошь одни самоназванные «рыночники». И дружно затем утверждают, что нынешний «дешевый рубль» - благо: мол, снижение издержек повышает конкурентоспособность наших товаров. Даже Китай в пример приводят.
Но в Китае для промышленности и сельского хозяйства, кроме дешевой рабочей силы (на что теперь уповают наши «рыночники») и планового стимулирования развития (что наши, напротив, решительно отрицают), стоит напомнить, есть еще и:
- практическая госмонополия на важнейшие собственные природные ресурсы, прежде всего, редкоземельные металлы, а также почти полная защита в рамках даже и ВТО своей науки и своих высоких технологий (для геофизических исследований – более чем на 90%) в сфере недропользования;
- доступ к интенсивно развиваемой государством инфраструктуре;
- дешевые энергоресурсы;
- дешевые кредиты на развитие;
- эффективный валютный контроль (юань – до сих пор не конвертируемая в полном объеме валюта);
- отказ от признания в полном объеме западных прав интеллектуальной собственности, что на этапе догоняющего развития позволяет радикально удешевлять производство фактически копируемой продукции;
- масштабная господдержка экспорта;
- железный правовой порядок и безопасность;
- жесточайшее пресечение коррупции, в т.ч., притесняющей предпринимательство;
- адекватная задачам развития прогрессивная шкала подоходного налогообложения, при которой ставка варьируется от 3 до 45%, причем, с заработков, эквивалентных нашим 45 тыс. руб. в месяц, налог берется лишь в размере до 10%, при том, что реальная стоимость жизни (жилья, продуктов питания и, тем более, промышленных товаров) в Китае существенно ниже, нежели в России.
Где хотя бы что-то из этого у нас?
Запрет на рыночную экономику
Сколько же можно объяснять (правда, не совсем понятно, кому – наверху, очевидно, никто ничего слышать не хочет), что «дешевая» национальная валюта – это всего лишь один из множества инструментов промышленной политики. В одиночку – совершенно ничего не решающий. А в условиях открытости национальной экономики, при ее преимущественно сырьевой ориентации (а вся прочая ориентация у нас еще даже не в проекте, а лишь в разговорах), несущий в себе не столько плюсы, сколько, напротив, один сплошной минус – неограниченное вымывание ресурсов (как природных, так и кадровых) из страны, лишение наших потомков базы для будущего развития.
Когда же очередной высокопоставленный госчиновник или привластный «рыночник», как, например, «уполномоченный по правам предпринимателей при Президенте», вместо защиты этих самых предпринимателей от потери по воле властей оборотных средств и доступа к кредитам, на всех каналах рассказывает о преимуществах «дешевого» рубля, о том, как он снизит издержки и повысит конкурентоспособность, мне хочется спросить: чьи именно издержки? Конкурентоспособность какого именно товара (кроме не переработанного сырья, разумеется)?
Столько лет власти целенаправленно душили все, что только могло самостоятельно шевелиться, а совсем только что, не моргнув глазом, взяли и разорили тех, кто был более или менее дееспособен: задрали до небес налоги, в т.ч. на недвижимость, взвинтили цены на энергоресурсы, наконец, обесценили вместе с рублем и накопления, и оборотные средства и, одновременно, окончательно лишили доступа к кредитам. Так и кто же теперь сможет воспользоваться так пропагандируемыми преимуществами «дешевого рубля»? Не иначе, как только шустрые иностранные «инвесторы», для которых, надо понимать, все площадки сейчас так тщательно и расчищаются?
Кстати, ответ на этот вопрос есть, и весьма официальный. Фактически ответила на этот вопрос только что наш председатель Центрального банка – в своем выступлении, посвященном снижению «ключевой» ставки ЦБ с 15 до 14 процентов. А именно: мол, мы понимаем, что ставка запретительная, значит, правительство должно оказывать помощь тем, кому необходимо...
Надо ли эти признания переводить на общепонятный русский язык?
Перевожу: «запретительная ставка» по кредитам в рыночной экономике означает запрет на участие в рыночных отношениях, практически, запрет на товарное производство, создаваемое на рыночной основе.
Есть ли вопросы?
То есть, у нас расставленными на все ключевые посты нынешним Президентом самыми что ни есть «рыночниками» (уж куда «рыночнее» Набиуллиной – верной ученицы гайдаровского министра экономики Ясина и жены ректора придворной Высшей школы экономики Кузьминова?) строится такая «рыночная» экономика, в которой никакой свободной рыночной конкуренции не может быть в принципе. Она периодически тем или иным способом решительно пресекается. После чего дружный хор привластных пропагандистов такого «рынка» рассказывает нам о безусловных преимуществах новой ситуации – для новых «рыночных» игроков, приходящих на расчищенную площадку. Кому правительство поможет, тот и выживет. Или придет на освободившееся место. И плюс добрый иностранный «инвестор», для которого, надо понимать, так любезно расчищается поляна…
Переживаем за рыночную экономику или за деградацию страны?
«Так это же - все тот же совок!», – презрительно бросают разоблачители нашей нынешней власти справа – со стороны, вроде как, либерально-свободолюбивой части обслуги олигархата.
Упрек, мягко говоря, не точен и не адекватен.
У Госплана и советского планирования было много недостатков, но тогдашнее планирование и администрирование точно не были изначально направлены на максимизацию прибылей какого-либо привластного олигархата и, тем более, олигархата зарубежного, транснационального.
Нынешние же наши правители – не то, чтобы и впрямь такие уж упертые рыночники, но демонстративная приверженность к «рынку» как абсолюту обосновывает их отказ в применении адекватных нашей практически военной ситуации принципов публичного целеполагания и четкого стратегического планирования, а также известных механизмов экономического стимулирования в целях достижения плановых результатов экономического развития.
Были бы они и впрямь маньяки исключительно одной лишь неограниченной конкуренции и подлинно свободного саморегулируемого рынка – что ж, не вполне адекватно нашей нынешней (требующей осмысленной мобилизации) ситуации, но с этим, что называется, еще можно было бы работать. Были бы трудности с организацией ускоренного целенаправленного развития, но точно не было бы обрушения своей национальной валюты, задранных до небес ставок по кредитам, да и вообще всего нынешнего искусственно организованного кризиса.
Были бы они ортодоксы-бюрократы от экономики (если, допустим, приходится выбирать исключительно из самых крайностей) – тоже были бы проблемы, но были бы и возможности какой-то концентрации ресурсов для выживания и будущего развития, как минимум, недопущение нынешнего масштабного вымывания всех ресурсов из страны.
А вот лицемеры, очевидные мошенники, лишь прикрывающиеся красивыми лозунгами о свободе и конкуренции как о двигателях развития, но на каждом новом этапе вновь и вновь разыгрывающие один и тот же сценарий очередного ограбления страны, да еще и пафосно рассуждающие о том, что это в интересах развития – что может быть пагубнее для любого государства?
Фото: Максим Богодвид/ РИА Новости
25.02.2015 Ростовщическая кабала основа современной войны.
|
|
Выступление Юрия Болдырева на заседании Зиновьевского клуба МИА "Россия сегодня" на тему: "Запад и войны".
Зиновьевский клуб МИА "Россия сегодня" – экспертная исследовательская площадка, учрежденная Международным информационным агентством "Россия сегодня" совместно с Биографическим институтом Александра Зиновьева. Сопредседателями Зиновьевского клуба являются Дмитрий КИСЕЛЁВ (генеральный директор МИА "Россия сегодня") и Ольга ЗИНОВЬЕВА (директор Биографического института Александра Зиновьева).
24.02.2015 Так кто же банкротит Россию?
Фото: YAY/ stock chart/ ТАСС
Юрий Болдырев об основаниях снижения инвестиционного рейтинга страны
Вот уже и второе международное рейтинговое агентство - Moody’s, вслед за агентством Standard & Poor’s, пересмотрело рейтинг России и опустило его до «мусорного» уровня (Ba1, прогноз негативный). Значит, есть повод для продолжения цикла, начатого мною со статьи «Не хватит ли подмигивать Западу?».
Вот ведь, что интересно: министр финансов России тут же заявил, что оснований для такого решения нет. И я с ним в этом вполне согласился бы, если бы не одно «но». Если бы не стойкое ощущение, что наша власть не только продолжает «подмигивать» Западу, но и самым недвусмысленным образом играет с ним в поддавки. Но судите сами.
Обвал рубля – последствий не ведали?
В качестве первого основания для снижения инвестиционного рейтинга России указывается на девальвацию рубля. Хотя, собственно, сама по себе девальвация национальной валюты не является основанием для опасений, что тот или иной внешний долг страны не сможет быть выплачен. Даже и напротив, пусть это и свидетельствует об определенных экономических трудностях, но, в то же время, говорит и о наличии резервов в части инструментов экономической политики. Таких, в том числе, как девальвация своей валюты. Странам, у которых в запасе нет такого рычага, например, странам Еврозоны, при попадании в кризисную ситуацию тяжелее – у них нет возможности даже такого маневра, как, уж простите за прямоту, обобрать своих граждан (снизить в валютном исчислении и натуральном выражении свои обязательства перед ними), но зато выплатить внешние долги.
Тем не менее, пусть и в противоречии со здравой экономической логикой, этот фактор рейтинговые агентства рассматривают как негативный. И что, наши власти об этом заранее не знали? Знали и могли прогнозировать последствия. Но когда президент на всю страну объяснял, какая всем нам польза от падения рубля (что рублей в бюджет придет больше), он почему-то не говорил о том, что инвестиционные рейтинги России неминуемо будут снижены. Со всеми вытекающими последствиями, о которых ниже. Забыл рассказать? Или не знал – ему вовремя не доложили? Или надеялся, что об этом договоримся как-то иначе? Или есть еще какие-нибудь варианты?
Но еще важнее вопрос другой: а зачем рубль сами же обвалили?
Так «currency board» или как хочу, так и ворочу?
Отчего же на самом деле случилась девальвация? Почему она случилась или же кто и зачем ее произвел?
На протяжении длительного периода времени через все СМИ авторитетные должностные лица и эксперты внушали нам одновременно две прямо противоположные «истины».
Первая: «Ни одного рубля сверх полученных долларов Центральный банк не выпускает», - это утверждал, в частности, А.Улюкаев в бытность зампредом Центрального банка. То есть, рубль жестко привязан к доллару по принципу «currency board». Это давало основания обвинять наш Центральный банк в том, что он – не более чем меняльная контора Федеральной резервной системы США.
И «истина» вторая: чем ниже цена нефти на мировом рынке, тем, «естественно», ниже курс рубля к доллару. Это заклинание «авторитетные» эксперты выдавали регулярно и дружно, абсолютно не задумываясь о том, что никакого автоматизма и никакой естественности здесь вовсе нет. То есть, автоматизм возможен, но лишь при определенных условиях. Образно говоря, это примерно как с такими известными нам еще со школьной программы параметрами газа, как объем, давление и температура. Да, объем обратно пропорционален давлению, но лишь при поддержании постоянства температуры. Аналогично и с курсом рубля: действительно, при падении мировой цены на нефть он может даже и примерно пропорционально падать, но при каком искусственно создаваемом условии? Да лишь при условии, если вы намерены сохранить постоянными… Хотя здесь есть варианты на выбор:
- доходы бюджета страны от экспортной пошлины на нефть;
- доходы экспортеров-сырьевиков от продажи нефти за рубеж.
Варианты на выбор я предложил не потому, что здесь есть какое-либо противоречие. Напротив, его нет – интересы совпадают. Просто как ведущий мотив для принятия подобных решений каждый может выбрать то, что ему в качестве основного мотива представляется более весомым. Или оба вместе.
Но самое смешное в том, что между этими двумя истинами никто не усматривал ровным счетом никакого противоречия. Хотя, при внимательном рассмотрении, вполне очевидно, что может быть только одно из двух: либо «currency board», либо поддержание постоянства доходов бюджета (в изменяющих свою стоимость и покупательную способность рублях) и прибылей сырьевиков. И то и другое одновременно – невозможно.
Так и что же было у нас? У нас, как известно, «как дышло» не только закон, но и, тем более, любые принципы экономической политики.
Когда надо было искусственно ограничивать монетизацию национальной экономики, ограничивать инвестиции в развитие (искусственно сдерживать развитие), использовались ссылки на ограничения по типу «currency board». Когда же надо поддержать сырьевой олигархат (и формально выполнить «майские указы»), про прежние ограничения легко забыть, включить механизм искусственного обваливания собственной национальной валюты (об этом подробнее – в предыдущей статье). После чего на каждый полученный доллар можно выпускать уже вдвое больше обесцененных рублей…
Стратегические активы - на бочку
О преимуществах и недостатках подобного метода чуть ли не «стимулирования национальной экономики» в кризисный период (как утверждают апологеты нашей власти), тем более, используемого не в комплексе с иными инструментами экономической политики, а в одиночку, я также говорил в предыдущей статье («Коней на переправе не меняют. А шакалов?»). Недостатки, с моей точки зрения, многократно перевешивают. Но, перечисляя все те недостатки, я еще не говорил о предмете нынешней статьи – о таком последствии этой игры, как снижение инвестиционных рейтингов страны и, как дальнейшее следствие, радикальное ухудшение положения большинства отечественных крупных предприятий, чрезвычайно закредитованных за рубежом. И если с них, при падении инвестиционного рейтинга страны, начнут, как это и предусмотрено в ряде случаев в кредитных договорах, требовать срочного возврата кредитов (деньгами, которых у них нет, или «натурой» - правами собственности на стратегические для России объекты), то это результат действия неких объективных факторов и коварных внешних сил? Или же результат собственной (нашей власти) игры с коварными внешними силами в поддавки?
Подрыв экономики – снаружи или изнутри?
В качестве иных причин для снижения рейтинга России называется подрыв российской экономики из-за событий на Украине (имеются в виду, видимо, санкции Запада) и ухудшение инвестиционного климата. Наши власти негодуют и подрыв экономики санкциями Запада отрицают. Я тоже отрицаю - что подрыв осуществлен санкциями Запада. Напротив, даже и вопреки абсурдной политике наших властей, эти санкции давали какой-то шанс на запуск не только бесплодной риторики, но истинного процесса импортозамещения. Но шанс не используется. А сам подрыв экономики – как можно отрицать? Подрыв экономики – налицо, но осуществленный самими же нашими властями, прежде всего, обваливанием национальной валюты и завышением ставки кредитования реального сектора.
Соответственно, и с инвестиционным климатом аналогично: какой климат, какие инвестиции при ненадежной национальной валюте? А также при отсутствии ясных перспектив: если бы власти не мечтали побыстрее замириться с Западом, отменить все встречные санкции и задали бы долгосрочные (на десятки лет вперед) параметры уже безусловной (независимой от дальнейшей воли Запада) защиты внутреннего рынка, то, поверьте – у нас все равно, несмотря на все прочие препятствия, возник бы совершенно фантастический инвестиционный климат. В современном мире, при наличии гарантированного долгосрочного спроса на производимую продукцию и минимально заслуживающей доверия национальной валюте, инвестиции появляются вообще невесть откуда – хоть из Антарктиды. Но этого гарантированного на десятилетия вперед спроса на производимую внутри России продукцию наши власти не обеспечили. И потому разве Moody’s не прав, что это видит и учитывает?
А судьи кто и чему служат?
Отдельного внимания среди факторов, определивших снижение инвестиционного рейтинга России, достоин такой, как ограничение доступа России к международным рынкам капитала.
На первый взгляд, конечно: как же это вообще - без международных рынков капитала? Но всерьез об этом можно говорить только в случае, если и впрямь веришь, что богатство народов именно из этих самых рынков и проистекает. А не из созидательного труда самих этих народов.
Более того, напомню, речь идет не о неких абстрактных рейтингах «перспективности» государств, но о совершенно конкретном предмете - об оценке способности государства расплачиваться по внешним долгам. И тогда только два варианта.
Если у государства долг сравнительно мал, как (если говорим именно о государственном долге) у современной России, то какая разница, есть ли доступ к международным финансовым рынкам или нет? Какая разница, могу ли я где-то переодолжиться, если у меня в принципе нет такой необходимости?
Если же долг уже велик и неподъемен, то тут возникает другой вопрос: ставя оценку возможности государства расплатиться по своим обязательствам в зависимость от возможности переодолжиться где-то еще (от доступа к международным финансовым рынкам), не поощряют ли эти агентства элементарное финансовое пирамидостроительство?
Какова же тогда цена их рейтингам?
Возвращаясь же «к нашим баранам»: если у России как государства реальный внешний долг на деле невелик (всего около полусотни млрд. долларов – не путать с суммарным долгом государства и частного сектора, включая долг полугосударственных корпораций – суммарно в семьсот миллиардов долларов), пусть агентство Moody’s и прогнозирует чистый отток капитала из страны на этот год в 272 млрд. долларов (в пять раз больше нынешнего госдолга), пусть прогнозирует снижение ВВП за пару лет на 8,5%, пусть прогнозирует инфляцию в 22%, но если мы брать в долг денег не будем, то, казалось бы, и неспособности выполнять свои обязательства взяться неоткуда?
Откуда же взялся не будущий, если мы когда-то начнем набирать долги, а нынешний прогноз нашей долговой несостоятельности?
Получается, что, несмотря на всю уже описанную выше игру нашей власти в поддавки с Западом, тем не менее, Moody’s по большому счету неправ – оснований полагать Россию в ближайшее время неплатежеспособной нет?
Все – на наращивание внешнего долга страны?
К сожалению, здесь мы должны вспомнить о еще одной игре нашей власти в поддавки с Западом, которую я называю еще и игрой в поддавки с бандитами и скупщиками краденого. Я имею в виду историю с нашим долгом перед бывшими акционерами «ЮКОСа». Ранее я неоднократно подробно писал об этом, сейчас же нелишне напомнить главное: счетчик уже включен – мы не просто должники, но еще и просрочившие выплаты. Начиная с 15 января за каждый день невыплаты грабителям и скупщикам краденого 50 млрд. долларов (то есть еще одного нашего нынешнего госдолга) нам набегает внушительная пеня. Откуда же взялся этот долг, фактически удвоивший наш госдолг (подчеркиваю, это не долг «Роснефти», а именно долг России, то есть, госдолг) уже до ста миллиардов долларов (чего в нашей бюджетной статистике еще нет)? А взялся он исключительно из превышения нашей исполнительной властью своих полномочий и подведения ею России по нашему сугубо внутреннему спору под юрисдикцию международного третейского суда на основании договора, не ратифицированного нашим парламентом (см. ранее мои публикации в «СП» на эту тему, начиная со статьи «Почему мы все в долгу у скупщиков краденого?»).
Что это, как не игра в поддавки, удвоившая наш внешний долг?
Но вместо решительного пресечения этой игры, запрета на какое-либо даже предварительное общение с внешними судебными инстанциями по соглашениям, не ратифицированным нашим парламентом, а также привлечения к ответственности виновных в нынешней коллизии, какие-то, уж простите, слабые и бесперспективные попытки апелляций.
А в отношении другого аналогичного нашего долга этим же субъектам – еще в 1,86 млрд. евро по решению ЕСПЧ, по которому все апелляции уже с треском проиграны, - министр юстиции России, выражая несогласие с решением ЕСПЧ, тем не менее, заявляет: «Жизнь покажет, в какой степени это решение сможет быть исполнено РФ». Это «сможет быть исполнено» - как понимать мировым рейтинговым агентствам?
Если высшие должностные лица какого-либо государства официально заявляют о том, что страна не то, что однозначно не признает какой-то значительный по объему долг, выходит из каких-то международных организаций и соглашений, но просто не известно, сможет ли решение быть исполнено, то разве это не дополнительное основание для всех мировых рейтинговых агентств усомниться в платежеспособности и/или в договороспособности этой страны?
Как это понимать, если не как игру с нашим противником в поддавки?
А, может быть, агентство Moody’s небезосновательно полагает или даже точно уже знает, что подобная игра в поддавки продолжится, и завтра наш (России) внешний долг еще удвоится – вследствие каких-нибудь новых, нам еще не известных подобных игр нашей власти?
17.02.2015 Коней на переправе не меняют. А шакалов?
Прошлая моя статья две недели назад называлась «Не хватит ли подмигивать Западу?». В ее начале я анонсировал пять тем, три из которых пообещал осветить в продолжении. Напомню эти три темы: развитие ситуации с «долгом» России более чем в 50 млрд.долл. перед бандитами и скупщиками краденного (бывшими акционерами ЮКОСа), снижение инвестиционного рейтинга России до «мусорного» уровня и антикризисная программа правительства. А сегодня, 16 февраля, когда я пишу эту статью, в Москве в Торгово-промышленной палате России прошла «Антикризисная секция» Московского экономического форума. Соответственно, эта статья – как в частичное исполнение моего обещания о продолжении предыдущей, так и по горячим следам прошедшего совещания.
«ВСЕ ТОЛЬКО КРИТИКУЮТ, А ПРЕДЛОЖИТЬ НИЧЕГО НЕ МОГУТ»
Наверняка, все слышали многократно на разные лады повторяемый подобный упрек разнообразных троллей в комментариях к самым острым публикациям и выступлениям в СМИ. Что ж, согласимся, после критики должна быть и созидательная альтернатива. Только не стоит делать вид, что ее – этой внятной конструктивной альтернативы – днем с огнем не сыскать.
Так и сегодня в Торгово-промышленной палате России:
- заглавный доклад депутата Думы Оксаны Дмитриевой - с совершенно убийственной критикой правительственной антикризисной программы; самую краткую суть этой критики я бы охарактеризовал так: одним (банкам) – реальные триллионы рублей, другим (реальному производству) – абстрактную «приоритизацию приоритетов»…; но затем и предложения – разработанная группой депутатов и ученых альтернативная антикризисная программа; времени на ее изложение не было, но с ней каждый желающий может ознакомиться на сайте депутата;
- столь же четкий анализ и доклад академика Сергея Глазьева – тоже, к сожалению, времени было мало, тем более, что он выступал сверх программы, уплотняя ее, но материалы его доклада, надеюсь (еще не уточнял), тоже можно найти на его сайте;
- Михаил Делягин вел мероприятие и потому подробно не выступал, но потрудился подготовить и раздать участникам свой письменный доклад, в котором критики правительственной программы уже не было, а был лишь сухой набор из альтернативных работе нынешней власти 125 пунктов неотложных мер – уж куда еще конкретнее?
- членкор РАН, замдиректора Центрального экономико-математического института РАН Георгий Клейнер говорил о насущной необходимости пересмотра экономической теории, лежащей в основе выработки экономической стратегии, в том числе, акцентировал внимание на соотношении конкуренции и кооперации; его предложения, казалось бы - чистая теория, но, важно подчеркнуть: теория - самая что ни есть прикладная в нашей нынешней ситуации.
Выступали также Константин Бабкин, Борис Кашин, Николай Коломейцев, Юрий Крупнов, Валерий Гартунг, Владислав Жуковский, Александр Бузгалин, Валентин Катасонов и многие другие. Кроме того, что в Интернете велась прямая трансляция, надеюсь, появится также и запись.
Главные выводы. Первый: к сожалению (как, впрочем, и следовало ожидать), банален: правительственная «антикризисная» программа – совершенно ни в какие ворота. И второй: альтернатива есть, и она весьма очевидна. Можно спорить о тонких нюансах, по ходу реализации что-то корректировать и дорабатывать, но в основе все были практически едины. И эта основа – абсолютно противоположна всему продолжающемуся социально-экономическому курсу нынешней российской власти.
ПОРУЧАТЬ ЛИ ВОРУ ИСКАТЬ УКРАДЕННЫЙ КОШЕЛЕК?
Мне также довелось выступать на Антикризисной секции МЭФ в ТПП. Регламент был очень жесткий, и потому пришлось ограничиться, буквально, парой цифр и парой образов. Приведу их и здесь, но чуть более подробно.
Первое. Кризис (если мы говорим не о продолжительном кризисе, длящемся вот уже три десятка лет, а о сравнительно краткосрочном явлении, продолжающемся полгода - год) абсолютно рукотворный, созданный совершенно искусственно самой же нашей нынешней властью.
Действительно: если просто упали мировые цены на нефть – это не кризис, а всего лишь снижение доходов бюджета от экспортной пошлины и доходов экспортеров-сырьевиков. Да, несколько затянули пояса и продолжили еще усерднее работать – и нет никакого кризиса. Ограничили нам поставку товаров из-за рубежа и доступ к зарубежным кредитам, а мы в ответ и еще дополнительно ограничили импорт – это тоже никак не кризис, а, напротив, условия и стимулы для упорной работы, как минимум, расширение спроса на нашу продукцию на нашем же внутреннем рынке. А вот массовые увольнения врачей и учителей – это уже кризис, но отнюдь не из-за внешних санкций и падения мировой цены на нефть, а целенаправленно запланированный самой же властью еще в 2010-2012 годах – присно памятным «восемьдесят третьим законом» и рядом последовавших в его развитие. А уж обвал национальной валюты – это, действительно, кризис, но откуда взявшийся?
На недавнем заседании Вольного экономического общества, посвященном проблеме устойчивости национальной финансовой системы, сотрудник ЦЭМИ РАН Михаил Ершов привел данные: объем золотовалютных резервов Центробанка при нынешнем курсе рубля (60-65 руб. за доллар) вдвое больше всего объема рублевой массы. Любопытно, что на эти убийственные данные … никто вообще не отреагировал. Не опровергли. Но и не осмыслили. Продолжили мучительные поиски решения проблемы, как же нам так исхитриться и обеспечить эту самую устойчивость. Некоторые даже сетовали, что ЦБ, вроде, что-то пытался, но золотовалютные резервы таяли, а удержать рубль не удавалось…
Что ж, пришлось напомнить (еще на том заседании Вольного экономического общества), что нечего переживать за резервы ЦБ: единственное назначение золотовалютных резервов ЦБ – это исключительно обеспечение устойчивости национальной валюты. На момент обвала рубля, при том изначальном курсе (30-33 руб. за доллар) у ЦБ были не просто исчерпывающие возможности удержания рубля, но и более того: ЦБ имел резервы, достаточные для того, чтобы скупить вообще всю без остатка рублевую массу. Соответственно, в этих условиях никто, кроме самого нашего ЦБ, не имел ни малейшего шанса обвалить рубль. Мы имеем факт, который пока никто даже не попытался опровергнуть: наша национальная валюта обвалена не какими-то мифическими спекулянтами, а прямыми и/или скрытыми действиями самого нашего же Центрального банка.
И вот это уже – действительно кризис:
- ограбление граждан, хранивших свои накопления в рублях, причем, не только под подушками, но и на депозитах в банках;
- ограбление предприятий, уже не добровольно, а вынужденно державших свои оборотные средства в рублях на банковских счетах;
- подрыв доверия к нашей национальной валюте – организация массового бегства от рубля;
- из-за роста вдвое ставок по кредитам (вслед за повышением «ключевой» ставки Центробанка) жесткое закабаление или принуждение к банкротству огромного количества производственных предприятий, лишенных возможности получить кредит на оборотные средства.
Дело это, с моей точки зрения, сугубо уголовное. Но глава государства действия Центробанка одобрил…
С точки же зрения антикризисной, самый первый и основополагающий вопрос: уместно ли доверять вывод страны из кризиса тем, кто ее сам только что в этот кризис целенаправленно загнал?
СТАНЕТ ЛИ «ДЕШЕВЫЙ» РУБЛЬ КОНКУРЕНТНЫМ ПРЕИМУЩЕСТВОМ?
И важное замечание по вопросу, оказавшемуся дискуссионным даже и в этой, безусловно, созидательно ориентированной аудитории (Антикризисная секция МЭФ): уместны ли надежды на то, что, мол, «дешевый рубль повышает конкурентоспособность российских товаров»?
Что ж, конечно, такой инструмент экономической политики возможен.
Но, во-первых, это инструмент лишь один из множества. Далеко не единственный, не самый эффективный и, более того, не работающий в одиночку – без совокупности других инструментов. На данный момент наиболее эффективен он исключительно для продолжения паразитирования экспортеров-сырьевиков. Уместно ли во всей экономической политике государства добровольно связывать себе руки в использовании инструментов других (рамками ВТО, вредительской финансово-кредитной и налоговой политикой и т.п.) и уповать лишь на один этот как чудодейственный?
Во-вторых, может ли полученный плюс – «дешевый» рубль - скомпенсировать ниспосланный нам властями сразу «в одном флаконе» и жирный минус – обесценение накоплений, лишение предприятий оборотных средств и их массовое закрытие и, наконец, очередной подрыв хотя бы минимального доверия к собственной национальной валюте? С моей точки зрения, категорически нет. Если бы забота была именно о повышении конкурентоспособности отечественных производственных предприятий, то добиться этого можно было несопоставимо проще, без нынешних сопутствующих масштабных ущербов: замораживанием тарифов естественных монополий, оптимизацией налоговой системы для целей стимулирования производства, созданием системы дешевых целевых инвестиционных кредитов, наконец, разрывом с ВТО и надлежащим возделыванием и обустройством собственного внутреннего рынка.
В-третьих, всякое эффективное публичное управление – это управление с внятно заявленными целями, критериями оценки результата и мотивированием ответственных. Какие же у нас публичные цели деятельности Центробанка? Известно – обеспечение устойчивости рубля. Устойчивость не обеспечена. А если, допустим, цели есть еще и другие, допустим, тайные (не от нас, а чтобы супостат не выведал), если, допустим, в тайне от наших врагов наш ЦБ работает еще и на условия для работы нашей экономики? Но, во-первых, почему же тогда он реально за это никоим образом НЕ отвечает? И, во-вторых, почему он тогда использует для этого лишь один, самый вульгарный и вредный инструмент – обвал национальной валюты, но не использует множество известных инструментов иных, начиная с льготной (не выше, чем у зарубежных конкурентов) ставки по кредитам на инвестиции в основные фонды и оборотные средства предприятий реального производства?
Единственная же альтернатива публичному управлению с публично заявляемыми целями и публичным же мотивированием, как известно, это управление «по понятиям», скрытое, мафиозное, коррупционное. Что мы и имеем. Ожидать от такого управления каких-либо созидательных результатов в интересах общества и государства вряд ли стоит.
НЕ ПРОМОЧАТ ЛИ НОГИ ПАССАЖИРЫ СУДЕНЫШКА, НЕСОМОГО В ПРОПАСТЬ?
Если же говорить о кризисе в расширенном понимании, то есть, не о сиюминутной ситуации, но о долгосрочной сложившейся тенденции, то приведу еще один образ. Россия – отказалась от собственного руля и ветрил и вот уже почти три десятилетия несома чужим бурным потоком. Наша утлая лодчонка, хотя и самая большая в мире, но несома исключительно по воле внешних сил, в которые мы решили «встраиваться». Куда нас несет этот поток? В небытие. Но несет так, что пока все было, вроде, по сиюминутным ощущениям терпимо, в некотором смысле даже и сравнительно комфортно. И вот мы зачерпнули воды, и наше веселое движение к пропасти несколько затруднилось, замедлилось, может быть, мы стали днищем скрести о мели. Так стоит ли в этих условиях заниматься побыстрее вычерпыванием этой воды, чтобы с прежним рвением и даже удовольствием от сиюминутного уровня потребления устремиться навстречу собственной погибели? Или же, напротив, обрадоваться паузе в прежнем безумном и самоубийственном движении, наладить собственные рули, якоря и двигатели и начать, наконец, самостоятельное движение – не по воле волн, но в направлении, которое мы сами определим?
С чего здесь начинать? Даже не с экономической теории, о которой говорили Сергей Глазьев и Георгий Клейнер, а с исходного целеполагания. Какую цель мы как общество перед собой ставим, какие задачи из этого вытекают? Экономическая теория же затем – как руководство для выбора инструментов достижения тех или иных общественно значимых целей и задач.
Кстати, подошедший позднее профессор Валентин Катасонов, не слышавший меня и со мной не сговаривавшийся, тем не менее, в своем выступлении сказал, в том числе, и об этом же – о ВНЕэкономических целях, которые должны быть первичны для общества и его развития.
А В НАШЕМ ИНТЕРНАТЕ ВЕСЬ ХЛЕБ – ТОЛЬКО РОСТОВЩИКУ
И, возвращаясь к сегодняшней «антикризисной» деятельности наших властей, вторая приведенная мною на совещании в ТПП цифра и образное осмысление правительственной «антикризисной» программы. Здесь пришлось также сделать ссылку на последнее заседание Вольного экономического общества – на данные, приведенные в докладе ректора Финансового университета при Правительстве Михаила Эскиндарова. Кстати, на эти данные тоже почему-то никто как-то не отреагировал, а весьма и весьма зря. Ибо данные чрезвычайно показательные и совершенно бесценные с диагностической точки зрения. А именно: если в большинстве развитых стран мира доля финансовых активов, сосредоточенных в банковском секторе, от всех финансовых активов страны составляет весьма впечатляющую величину до 60%, то в России доходит до … 85-90%. То есть, и у них ростовщик жадный и жирный, и у них он прибрал к рукам уже бОльшую часть финансовых активов, и это уже само по себе предреволюционная ситуация. У нас же ростовщика накачали так, что он вот-вот, того и гляди, просто лопнет. И что такое в этих условиях «антикризисная» программа правительства - та самая, в которой, напомню (по О.Дмитриевой), банкам – полтора триллиона, а предприятиям реального сектора – «приоритизация приоритетов»?
Помните в фильме «Республика ШКИД» мальчика-ростовщика в рубашечке в горошек? Так вот, «антикризисаная» программа наших властей ясна и проста: в нашем интернате весь хлеб изначально раздается не воспитанникам, а исключительно ростовщику, которого в обоснование именуют «кровеносной системой интерната»…
То есть, вопрос не только в том, что изначальное втягивание страны в этот сугубо искусственный кризис было преступлением или, допустим, как минимум, ошибкой, преступной халатностью, что не позволяет рассчитывать на эффективное выведение страны из кризиса этими же людьми. Ситуация хуже: каждый день продолжения нахождения этих людей у руля экономики страны, каждый новый этап их «антикризисного» творчества – это новое преступление.
30.01.2015 Не хватит ли подмигивать Западу?
Как мы сами позволяем другим вытирать ноги о нашу страну
В стране - экономический кризис. И он еще только разворачивается - на фоне набирающего обороты долгосрочного противостояния с Западом. А на границе - спровоцированная извне гражданская война. В этих условиях хотел бы прокомментировать несколько событий, связать их воедино. Но уместить все в формат одной статьи не удастся. И потому сделаю так: обозначу сейчас эти события, но подробный комментарий разобью на две части – на две статьи.
События, требующие комментария:
Первое. Российских представителей лишили права голоса в Парламентской ассамблее Совета Европы (ПАСЕ) до апреля. В ответ наши заявили о полном приостановлении своего участия в работе ПАСЕ до конца года. Что ж, конкретно это действие, разумеется, поддерживаю. Но общую нашу политику в отношении ПАСЕ – никоим образом. Так, вдумаемся: приостановили деятельность в ПАСЕ на весь год, но взнос на поддержание этой организации на 2015 год зачем-то предварительно уплатили…
Второе. На юбилее освобождения Освенцима нас - наследников освободителей - демонстративно не уважили. Действо совершенно лицемерное и постыдное, не нами так организованное. Но… Совсем ли нет нашей вины в том, что они могут так поступать, причем без особого для себя ущерба в глазах остального мира?
Третье. Пока было не поздно, пока можно и нужно было предпринимать адекватные действия, я несколько раз возвращался к вопросу о нашем (России) «долге» перед бандитами и скупщиками краденного («бывшими акционерами ЮКОСа») – почти в 52 млрд. долларов. Но никто, уж простите, и не почесался, и вот счетчик включен – с середины текущего месяца пошли начисляться пени на этот наш «долг». Правда, наши власти подали некую апелляцию, которая как раз сейчас рассматривается, но в этой игре, с моей точки зрения, мы обречены на поражение. И понятно: нечего играть в чужие игры по чужим правилам, грубо нарушая при этом правила собственные, в том числе, основополагающие – конституционные. Так что мы здесь понесем огромные потери вполне заслуженно: нечего допускать подобные нарушения Конституции властями безнаказанно.
Четвертое. Глобальное противостояние не просто продолжается, а развивается – на всех фронтах. И вот некоторые мировые рейтинговые агентства приравняли инвестиционный рейтинг России к «мусорному». Это означает, что сказкам о том, что «в 2000-х Россия расплатилась с долгами» приходит конец. Напротив, несмотря на десятилетие небывало «тучных» лет, Россия нарастила колоссальный долг перед Западом в западной же валюте. Просто это долг не напрямую государства, а наших государственных и полугосударственных корпораций. И этот долг будет в ближайшее время кредиторами востребован. Что делать?
Мне уже пришлось эту ситуацию комментировать, в том числе, на сайте «Свободной прессы», но лишь в жанре краткого телефонного интервью, и некоторые важные нюансы и акценты потерялись. Придется уточнить.
И пятое. Опубликована антикризисная программа правительства. Слава богу – значит, далее будем отвечать на развитие кризисной ситуации не судорожным рефлекторным реагированием (что особенно ярко проявилось в деятельности Центробанка в конце года), а комплексно, по плану. Но только насколько адекватен план - эта самая антикризисная программа?
Платим за кнут, которым нас секут
Итак, начнем с вопроса о нашем представительстве на «главной европейской площадке». Депутаты еще на год ушли из ПАСЕ. Правильно – зачем там оставаться, если лишают права голоса? Но, с другой стороны, не спровоцировали ли наши власти подобное поведение партнеров сами?
Во-первых, зачем было торопиться с перечислением ежегодного взноса России в ПАСЕ? Деньги не маленькие: 20 млн. евро – без малого полтора миллиарда рублей. Тем более, в кризисный период – разве это для нас первоочередной и приоритетный вопрос? Можно, конечно, сколько угодно ссылаться на какие-либо правила, сроки уплаты и т.п., но в условиях приостановления деятельности нашей делегации и ранее, в течение почти всего 2014-го года, разве была какая-либо необходимость «бежать впереди паровоза» и платить за 2015-й? С моей точки зрения, ни малейшей. Позиция уважающего себя государства в подобных случаях может быть только одна: сначала полноценное участие, и только после этого какие-либо взносы. Но никак не наоборот.
А так, можно представить, как смеются над нами сейчас эти «евродепутаты»: мол, русские пришли, получили пинка под зад, предварительно старательно этот пинок оплатив, после чего делают гордое лицо…
Некрасивая картинка? Неприятно это читать? И писать это неприятно. Но, к сожалению, для многих вовне все выглядит именно так.
И, во-вторых, а если бы «самая неприемлемая» (по словам наших представителей) поправка не прошла, и как планировалось ранее, право голоса за нашими представителями в ПАСЕ осталось бы, но с рядом других ограничений, о которых нас предварительно подробно проинформировали – тогда было бы все в порядке? Остались бы и представляли бы Россию «на главной европейской площадке»?
Мне представляется, что сама подобная позиция нашей делегации, о которой ею было предварительно заявлено, уже являлась принципиально ошибочной и провоцирующей партнеров на ужесточение позиции. Ни о каком «ограниченном» участии России в каких-либо международных организациях, с моей точки зрения, и речи идти не должно. Должно быть, что называется, или все, или ничего. В противном случае обязательно будут планомерно дожимать. Что, собственно, успешно и делают.
А как же, спросите, «голос России на европейской площадке»?
Отвечу: если бы всерьез заботились об этом самом голосе, о том, чтобы он был услышан и всем миром воспринят, то вели бы себя вообще принципиально иначе. Но подробнее об этом ниже – в комментарии к следующему событию.
Освенцим без освободителей
В прошлом году, с моей точки зрения, в освещении нашими СМИ был необоснованный перекос в отражении событий. А именно: в пользу Дня освобождения Освенцима, но, к сожалению, в ущерб Дню снятия блокады Ленинграда. Притом, что прошлый год для освобождения Освенцима был не юбилейный, а для снятия блокады Ленинграда – юбилейный. Но предпочтение в освещении было отдано первому, а не второму.
Теперь же, когда настал юбилей освобождения Освенцима, и внимание всего мирового сообщества западные СМИ приковали к этому юбилею, наши «партнеры» совершенно намеренно обошлись без нас. И вопрос, кто же именно освобождал Освенцим, остался вообще за рамками торжеств (за исключением пары выступлений, на общую картину не повлиявших) – то ли сам освободился, то ли его освободило некое цивилизованное мировое сообщество, представители которого и участвовали в торжествах.
Печально, обидно, несправедливо. Даже оскорбительно. И опасно на будущее – это ведь не просто стирание памяти, а еще и целенаправленное манипулирование массовым сознанием, создание устойчивых образов. Применительно к нам – образа крайне негативного.
Но что в этой ситуации должны были делать мы, наша власть? Вроде, сейчас делали все правильно?
Непосредственно сейчас – да. Но достаточно ли этого?
Далеко ли видят наши «профессионалы»?
Небольшое отступление.
Слышали, наверное, такой разговор:
- Такой-то – хороший человек!
- Хороший человек – не профессия.
Подразумевается, что есть нечто бОльшее – профессионал. Вот политики и финансисты у нас, например, все сплошь – «профессионалы». Настолько, что хорошие ли они люди и даже за наши ли интересы выступают, вроде как, второстепенно. Но зато – профессионалы! Что ж, допустим.
А в чем профессионализм политика, руководителя? Не в том ли, среди прочего, чтобы заранее прогнозировать развитие событий, предвидеть ситуацию, надеяться, пусть и на лучшее, но рассчитывать – на худшее?
Соответственно, всего за год до нынешних событий так ли уж совершенно нельзя было их предвидеть, а, может быть, действуя превентивно, предотвратить?
Что предвидели не «профессионалы»
Я, конечно, уже давно не политик – скромный экономист и публицист. Соответственно, с руководителями государства соревноваться никак не могу. Тем не менее, хотя, может быть, и не скромно заниматься самоцитированием, но в данном случае дело того стоит. Не в том смысле, что я один и год назад был такой умный. Но в том смысле, что МНОГИМ ЛЮДЯМ с тем пониманием мироустройства, истории, культуры, видением надлежащего позиционирования нашей страны в мире, которое я в той или иной степени выражаю, и год назад было очевидно, что делать нужно, а чего делать ни в коем случае нельзя.
Тогда, год назад, моя статья, посвященная церемонии открытия Олимпийских игр в Сочи, называлась: «Открытый урок для всего человечества». Потому что тогда была не «самая крупная европейская площадка» (ПАСЕ), на которой нам нынче так важно «донести правду», но к которой если кто и прислушивается, то лишь пара десятков тысяч, максимум – сотня тысяч самых политизированных европейцев. И даже не нынешние мероприятия в Освенциме – масштабные, но по охвату телеаудитории с олимпийскими играми, все-таки, несопоставимые. Тогда была церемония, которую смотрела почти половина населения Земли – около трех миллиардов человек.
Чему же НЕ нашлось места в самопрезентации России, действительно, всему миру, когда внимание всего человечества было приковано к нам? С чем не только я, но и многие-многие такие, как я, были принципиально не согласны тогда – год назад. Напомнить?
Цитирую:
«Среди символов России не нашлось места ни Сталинграду, 70-летие победы под которым праздновали всего год назад, ни Ленинграду, 70-летие освобождения которого от блокады отметили всего полторы недели назад. Ни Мамаеву кургану. Ни советскому солдату, держащему на руках спасенную девочку… Но разве это - не те важнейшие символы нашей страны, о которых стоило бы напомнить? Или не хотели расстраивать собравшихся на праздник?»
И далее - как специально к нынешнему юбилею освобождения Освенцима:
«Мир мог подзабыть, но ведь когда еще у нас будет шанс напомнить? И вот показали бы, как фашистскую чуму гонят вспять и уничтожают. И лишь к концу войны сжимают уже с двух сторон, то есть, совместно с подоспевшими к последнему (!) году войны союзниками.
Можно было все это творчески показать?
И уж если псевдо исторический кино-новодел с любимыми актерами запустили, то есть, искусство кино к празднику подмешали, то неужто нельзя было показать подлинные документальные кадры – как наши солдаты открывают ворота гитлеровских лагерей смерти, как жители европейских столиц встречают советских освободителей цветами?»
И о том, что все в нашей жизни надо делать вовремя:
«Рассказывать, как Петр делал Россию «частью Европы» - корректно, а о том, как эту же Европу эта же Россия (тогда – СССР) освобождала от фашизма – уже нельзя?
Ну скажите, вы - наши правители, когда у вас в следующий раз будет возможность не играть желваками «для внутреннего потребления», а представить всему миру историю России в том виде, в каком она достойна быть представлена?
Подозреваю, не скоро».
И далее:
«Сколько бы государственных (народных) денег вы не раздавали бы своим прихлебателям на всякий лубочный «Русский мир», институты прав человека в Париже и Вашингтоне и т.п., совокупная аудитория всех этих мелко пропагандистских кормушек все равно не составит и стотысячной доли той аудитории, которой вы могли напомнить о нашей истории в минувшую пятницу. В том числе, о роли и месте России в мире, о том, каким, в конце концов, был бы нынешний мир, если бы не наши деды и прадеды».
И о мотивации наших властителей, презентовавших команду нашей с вами страны всего год назад под «Нас не догонят» в исполнении хорошо известных в Европе пропагандисток гомосексуализма среди подростков:
«Они вовсе не стремились нас как-то специально оскорбить. Им важнее было потрафить Западу, угостить его «клубничкой», этак шлюховато подмигнуть «Гейропе» (как с подачи кремлевских же прихлебателей именуют теперь Европу в сетевом просторечии)».
Теперь, год спустя, после очередной «разводки» России в ПАСЕ и такого юбилея освобождения Освенцима, приходится констатировать: так вытирать ноги можно только о тех, кто сам не ведет последовательную, четкую и достойную линию во взаимоотношениях с «партнерами», а периодически так и норовит этим «партнерам» подмигнуть…
svpressa.ru
22.01.2015 Кризис экономики или тупик паразитизма?
Эта моя статья выходит сегодня в «Свободной прессе»
Постоянно приходится комментировать все новые и новые инициативы наших властей – и все они, как на подбор, не по существу наших проблем. Как говорится, что бы ни делать – лишь бы ничего не делать. В данном случае – лишь бы ничего по существу не менять.
Хотя, оговоримся, не совсем так.
СТРАТЕГИЯ ОДНА - РАЗРУШЕНИЕ
В части продолжения целенаправленного демонтажа социального государства – тут все последовательно и планово. Задумано и спланировано, напомню, задолго до всех нынешних «неожиданных» внешнеполитических проблем (противостояния с Западом на украинском поле) и экономических вызовов (снижения мировой цены на энергоносители). Наблюдаю даже на собственном опыте самых последних дней.
Так, например, еще безо всякого секвестирования бюджета (пусть и во вдвое подешевевших рублях) скорая помощь даже в относительно еще благополучной Москве (в большинстве регионов ситуация, как известно, еще хуже) уже приезжает лишь с одним врачом (без фельдшера, медсестры или иного помощника), а то и даже лишь с одним фельдшером – вообще без врача. В ходе общения все медики, как один, сокрушаются и о массовом закрытии больниц, в том числе, специализировавшихся на тяжелых заболеваниях, и о жестко продвигаемой «инновации» - требовании лечить не больных (как учили их со студенческой скамьи), а исключительно одну конкретную болезнь, наконец, о диктате страховых компаний (которые даже жизненно важное лечение сопутствующих болезней просто не оплачивают), работники которых, кстати, в отличие от врачей, клятвы Гиппократа не давали. И если что-то еще как-то держится, то не в силу системы, а, напротив, в силу удивительных человеческих качеств тех, кто продолжает работать в целенаправленно уничтожаемом здравоохранении.
И вот на этом – на последовательном продолжении планового уничтожения того, что в нашей государственной системе было самым ценным и, несмотря на все известные издержки, тем не менее, в целом весьма эффективным, - на этом вся плановость и стратегическое мышление нашей власти, к сожалению, заканчиваются.
Дальше начинаются «антикризисные программы». И что же в них?
НАЗАД - В СРЕДНЕВЕКОВЬЕ!
Сегодня вынужден был комментировать очередную «антикризисную» инициативу. А именно: дополнительно «либерализовать» трудовые отношения, вплоть до того, чтобы официально разрешить предприятиям нанимать работников без заключения письменного трудового договора. И как к этому относиться?
Встречный вопрос: а Запад, с которым мы сейчас в вынужденной конфронтации, в конце XIX– начале XX века пошел на институционализацию и государственное регулирование трудовых отношений, включающее государственную правовую защиту более слабой стороны в этих отношениях – наемных работников, по какой причине? Потому ли, что стал очень богатым и с жиру расслабился? Или же потому, что осознал, что институционализация и введение в правовое русло конфликта между трудом и капиталом, выстраивание этих отношений как формализованных и защищенных всей мощью государства делает социальные отношения более сбалансированными и мирными, а экономику, в конечном счете, более эффективной?
И куда же, при таком понимании и общего вектора исторического развития цивилизации (которую, правда, надо признать, не только у нас, но и в западном мире всеми силами пытаются повернуть вспять), и источника силы и эффективности наших конкурентов ведут очередные «антикризисные» инициативы наших властей? Очевидно – назад, в полную незащищенность работника перед работодателем, в девятнадцатый, а то и в восемнадцатый век, в полную дикость и соответствующие методы разрешения конфликтов. Что-то вроде того, что раз после обваливания рубля бесправные таджикские работники от нас уезжают, то мы своих превратим в тех же бесправных «таджиков»…
КТО БЫ ЕЩЕ НА НАС ПОРАБОТАЛ?
Другая замечательная инициатива, выдвинутая, вроде как, даже на самом высочайшем уровне – президентском. А именно: раздавать на Дальнем Востоке людям землю бесплатно гектарами. Хорошо? Отлично! Но только если землю раздавать своим – гражданам России. Но ничего подобного: заявлено, вроде как, о предоставлении земли на равных и гражданам России, и приезжим. И, вроде как, о чем заявлялось ранее, «с целью ускоренного освоения» безо всяких квот на привлечение иностранцев. И чего нам от этого ожидать?
Ссылаются на прошлый опыт: мол, в период освоения Сибири и Дальнего Востока иностранцев тоже широко и свободно привлекали. Но на это есть, как минимум, два замечания.
Во-первых, далеко не все, что делалось в прошлом, делалось верно. В частности, Аляску, как известно, бесславно отдали, буквально, за гроши.
Во-вторых, сравните ситуацию в части окружения России в тот период и ныне. Тогда на юге Сибири и Дальнего Востока у России сильных и самостоятельных конкурентов практически не было – Россия была единственным мощным центром притяжения. А сейчас? Не только численность населения, не только объем ВВП того же Китая на порядок превышает наш. Но и, как это ни печально признавать, уровень развития, степень консолидированности общества и устремленности страны в будущее, наконец, эффективности всей системы экономики и госуправления у современных России и Китая не сопоставимы.
В этих условиях к чему во вполне обозримой перспективе может привести реализация такой высочайшей инициативы? Очевидно: к заселению наших просторов людьми иной культуры и иной самоидентификации (уже не временными наемными работниками, а самостоятельными людьми, привязанными к фактически своей - бывшей нашей - земле, укорененными), с последующим неминуемым отторжением территории от России. Причем, безо всякой внешней агрессии – путем исключительно добровольного самоопределения будущего коренного населения…
Казалось бы: вот вам вся поучительная информация – два наглядных полюса: Югославия (в котором Косово «самоопределилось» от Сербии) и Сингапур. В последнем, с его пестрым этническим и религиозным составом, специально квотируется по этническому и религиозному признакам даже состав жителей многоквартирного дома – с целью категорически не допускать анклавов компактного проживания этнических и религиозных меньшинств. Так и в России, если уж допустить, что нужны иностранные работники (хотя допущение, на самом деле, притянутое к нашим истинным проблемам за уши), так следуйте опыту: размещайте иностранцев равномерно по стране, но ни в коем случае не компактно.
Но у наших властей иные приоритеты в отношении Дальнего Востока. Помните пару лет назад эпопею с идеей «госкорпорации по развитию Восточной Сибири и Дальнего Востока»? Моя статья об этом тогда называлась «Упрощенный порядок сдачи страны» - http://maxpark.com/user/17729/content/1318874. Так и поныне приоритет один: не мытьем, так катанием, но стать по отношению к этой территории неким рантье, не обремененным ничем, кроме сбора податей. С этой близорукой точки зрения, действительно, ничего лучше, чем все сдать в аренду иностранцам, не придумать.
А ничего, что рантье после этого останется паразитировать недолго?
Ответ на это по умолчанию один: на их (наших властителей) век хватит…
КТО ПОЖАЛЕЕТ СИРОТУ?
Президент США Линкольн сравнивал некоторых политиков с преступником, убившим своих родителей и затем просящим снисхождения на том основании, что он – сирота. Насколько это применимо к нашим нынешним властям – судите сами.
Имею в виду еще одну очередную «антикризисную» инициативу - что-то там дополнительно искусно подконтролировать у госкорпораций. Ладно, я промолчал бы, если бы не нынешний абсолютно не замеченный юбилей. А ведь ровно двадцать лет назад вступил в действие закон об изначально истинно независимом высшем контрольном органе страны – Счетной палате России. Закон, напомню, был принят вопреки тогдашнему главе государства. Ельцин накладывал на закон вето, но затем, перед лицом единодушной готовности тогдашнего парламента это вето преодолеть, вынужден был свое вето отозвать. И тогда перед нами (когда мы сформировали Палату как действительно независимую) вовсе не стоял вопрос о том, как бы так искусно что-то проконтролировать. Вопрос был лишь в преодолении сопротивления этому контролю со стороны власти. А затем в безнаказанности – по выявленным и доказанным преступлениям. Теперь же, когда прежде подлинно независимый контроль успешно превращен в привластную марионетку, можно очень и очень плодотворно обсуждать, что и как еще проконтролировать. Но тщетно – во всяком случае, до тех пор, пока и контролируемые, и контролеры фактически встроены в одну и ту же «вертикаль»…
РАБОТА ИЛИ ИМИТАЦИЯ?
Но зачем же, спросит читатель, власть выдвигает подобные инициативы? Неужели она не способна сгенерировать что-то более конструктивное и созидательное, не несущее нам столь очевидных угроз элементарного снижения уровня цивилизованности общества, масштабных конфликтов и утраты части собственной территории?
Похоже, не способна. И вот почему.
Дело здесь не в конкретных инициативах и механизмах. Дело в самой исходной нацеленности, устремленности нашей экономической и политической верхушки. И устремленность эта, как показывает практика, исключительно паразитическая.
Вдумайтесь в саму идею: «Мы будем продавать на Запад нефть и газ, а на полученные деньги купим все, что нам нужно». Ничего не напоминает? Например, какого-нибудь непутевого знакомого, получившего от родителей наследство и на этом основании не желающего работать, учиться, развиваться?
Правда, надо признать, в самое последнее время, когда возникли некоторые трудности, этот наш непутевый знакомый (читай – наша власть) стал поговаривать о том, что, мол, неплохо бы какую-нибудь «работенку» найти. Но дальше разговоров или, в крайнем случае, поиска «работенки не пыльной», как мы видим, дело пока не идет...
…А ведь вся наша страна прожила по этому принципу почти два десятилетия.
Точнее, я не совсем прав: не страна так жила – простые люди работали. Но так нами управляла верхушка – исходя из такой паразитической концепции жизни и такого представления о «развитии».
Кстати, паразитическое начало имеет прямое отношение не только к общей концепции жизни, но и непосредственно к «труду» управленцев, включая все высшее руководство государства.
Сами посудите: есть ли разница? Один вариант – творчески управлять, созидать в конкурентной борьбе с соседями, достигать поставленных целей вопреки конкурентам. И вариант другой – покорно плыть по течению, следовать чужим и чуждым рецептам и правилам, встраиваться в чужие структуры в заведомо подчиненном и даже унизительном положении, подчиняться чужой воле – и все это выдавать за непосильный управленческий труд.
Зачем же тогда столько народу, да еще и с таким уровнем оплаты «труда» в Администрации Президента, в Правительстве и его аппарате, в министерствах экономики и промышленности, в Центральном банке?
Ответ известен: многие из них очень нужны, много и даже самоотверженно работают. Но работают исключительно на одну цель – на безусловное вечное сохранение власти в одних руках, без допущения какой-либо ее сменяемости, а, значит, и ответственности.
А мы, в свою очередь, с этим миримся.
НЕ ПРИГВОЗДИТЬ, НО ПОБУДИТЬ К ДЕЙСТВИЮ
В какое время мы живем? Уточняю: в мирное или военное?
Если в мирное – то, понятно, каждый сам себе хозяин, со своим мнением: критика нещадная, споры до упаду – и это двигатель развития.
А если в военное? Или, как минимум, в предвоенное или же в специфическое военное, но при ведении войны иными методами?
Тогда, вроде как, должны объединиться, сплотиться, пассов противнику не давать, сор из избы не выносить, спорить лишь до принятия решения, но затем все вместе дружно решение выполнять. Соответственно, уместны ли в этих условиях подобные моим сомнения в отношении действий и мотивов власти и, тем более, публичные обвинения в ее адрес?
То есть, если по мелочам, то, конечно, – в такие времена к мелким ошибкам и просчетам не придираются.
А если по крупному? По самому существу?
Вопрос открытый, единого ответа не имеющий.
Тогда конкретно: не уподобляюсь ли я, обращая внимание на неприглядные аспекты деятельности власти, тем, кто целенаправленно и даже сладострастно «творит» - пишет и снимает, «художественно» описывает самую «чернуху» на потребу внешнему потребителю, которому таким образом открывают глаза на «реальную Россию»?
Могу сказать одно: не вижу вовне союзников в решении наших внутренних проблем и пишу исключительно для своих. В прошлом (в начале двухтысячных), уже закончив госслужбу и будучи приглашен на слушания в Конгресс США по проблеме коррупции в России, разумеется, ни на какие подобные слушания не поехал. А все, что считал необходимым рассказать нашим людям о тотальной коррупции, уничтожающей страну, изложил в изданных тогда в России и на русском языке двух своих первых книгах.
И сегодня мои сомнения и обвинения -не мелкие придирки, а вопрос о сущности действий и намерений власти. Вопрос о главном: наша ли это власть, действующая в долгосрочных интересах наших ли или же иных, внешних?
Соответственно, цель всего выше изложенного – не бросить тень или вставить палки в колеса. Так,об украинских событиях я почти не пишу – намеренно не толкаю под руку, даже если далеко не все считаю верным.
Но внутренняя политика, политика развития или же, напротив, деградации – это дело иное. Цель одна: побудить и общество, и власть к действиям. К действиям иным, нежели сегодняшние – к созидательным, а не по-прежнему пассивным и пока (применительно к власти) преимущественно паразитически ориентированным.
29.12.2014 Россия-2015: вырваться из капкана или погибнуть?
О пресечении пиршества ростовщика и спасении остатков производства
Рубль, вроде, перестал падать и даже начал укрепляться. У многих моих сограждан от сердца отлегло: пусть сбережения и зарплаты в валютном исчислении и сократились в полтора-два раза, тем не менее, это – всего лишь трудности, но не конец. Переживем. Тем более, что кто-то, может быть, и успел что-то купить по еще почти старым ценам, а будущие зарплаты и пенсии, будем надеяться, постепенно снова подрастут. То есть, повторю: серьезные трудности, но не полный крах.
Это у тех, кто на пенсии, на бюджете в крупной непотопяемой компании, в том числе, в госкомпании.
О тех, кто имел несчастье под личные нужды закредитоватся в валюте, не говорю – это личные трагедии, но, сравнительно ограниченные по масштабам и, строго говоря, не имеющие отношения к будущему российской экономики. Эту проблему уже ставят, но, с моей точки зрения, не совсем верно. Помогать, конечно, надо, но не всем, кто ошибся (ошибка инвестора – дело обычное), но тем, кто по своему положению нуждается в помощи. В частности, тем, кто брал ипотечный кредит для приобретения единственного (не инвестиционного) жилья.
В этой статье – о другом – о настоящем и будущем нашей производящей экономики. Что у нас в связи с падением рубля и радикальным повышением ставки рефинансирования происходит с производственными предприятиями? И что с теми, у кого свое маленькое или среднее дело?
А у них, в том числе, у того самого малого и среднего бизнеса, о котором на словах сейчас столько заботы и у которого теперь, в связи с «импортозамещением», столько радужных перспектив, настоящие трудности, если не сказать катастрофы. Причем, эти катастрофы только начинаются.
Казалось бы, отчего так? Вроде, мы все сплачиваемся и все вместе должны трудности преодолеть? Но не тут-то было. Забегая вперед, сразу оглашу диагноз: как говорится, кому - война, а кому – мать родна. На трудностях очень даже можно и весьма немало заработать. За счет кого? За счет нас с вами. В данном случае – за счет удушения и уничтожения остатков производственного потенциала и этого самого благословенного (властями – но только на словах) малого и среднего бизнеса.
Рубль стабилизировался – ростовщик активизировался
Как сейчас уничтожаются производственные предприятия? Поясню на примере.
В канун Нового года заезжаю к товарищу на работу – у него производственное предприятие самого что ни есть реального сектора экономики. За предновогодним чайком в разговоре с сотрудниками выясняется, что все бы ничего, кроме одного. А именно: был у них кредит на «кассовый разрыв» порядка 250 млн.рублей под 17% годовых. Много, преступно много (это еще до всех нынешних падений рубля и роста ставки Центробанка), но все же было терпимо. Теперь в конце года им предложили переоформить кредит уже под 35% годовых. Причем «предложили» - это звучит мягко, на деле же - отказаться невозможно. Плата по кредиту окажется больше, чем … вся ожидаемая прибыль, да еще и при самом благоприятном развитии событий, то есть, если никто из заказчиков не обанкротится и не свернет свой заказ. И что делать?
Что делать не только этому предприятию моего знакомого, но десяткам и сотням тысяч подобных предприятий по всей стране?
«ЦБ понимает, но ничего сделать не может…»
Обсуждаю эту тему со знакомыми из политического круга, в принципе, видящими проблему и даже общавшимися на эту тему с Центробанком. Они утверждают, что руководство ЦБ проблему видит и понимает, но … ничего сделать не может. Хочет, но не может.
Мол, ЦБ уже согласился дать льготную ставку для утвержденных правительством программ, но правительство саботирует. То есть, вроде, правительство виновато - давно пора гнать такое правительство…
Ладно, на счет того, чтобы гнать, не возражаю, но только ли правительство? Продолжаем играть в сказочки: то у нас Центробанк такой великий и независимый, что даже президент, якобы, на него повлиять никак не может. Теперь, оказывается, у нас правительство такое неприступное, что и у ЦБ на него управы нет…
Самим не смешно?
На мой робкий вопрос: «А нельзя ли льготно финансировать не через правительство, а прямо, самостоятельно? И не через заведомо (особенно в наших условиях) коррупционную систему утверждений правительством программ, а напрямую?», следует ответ: «А как же иначе?».
Последнее, честно говоря, поставило меня в тупик. Не в смысле незнания мною, как иначе, а, буквально, от шока: может быть, наши руководители Центробанка (а заодно и законодатели, и президент с правительством) этого самого элементарного и впрямь не знают.
Деньги должны пахнуть
Итак, азы.
В чем главная проблема финансирования реального сектора экономики в условиях потери доверия к национальной валюте?
Проблема в том, что:
- если ставку рефинансирования завысить, как это сейчас сделал наш Центробанк, то огромное количество вполне нормальных предприятий будет задушено и погибнет бесславно. Специально подчеркиваю: не потому, что были неэффективны, но потому, что власти создали в стране такие условия;
- если же ставку рефинансирования просто снизить (без каких-либо дополнительных специальных мер), то все выданные «на развитие» деньги тут же утекут на валютный рынок - на скупку за рубли долларов и тем самым дополнительно и далее обрушат нашу национальную валюту.
Есть ли их этого тупика выход? Разумеется, и он известен: жестко разделить деньги инвестиционные и деньги спекулятивные, категорически не позволяя им перемешиваться. Причем, это предложение - никакая не «отрыжка планово-административной экономики». Это то, что делал, например, Рузвельт восемь десятилетий назад в самом что ни есть оплоте капитализма.
Допустим, согласились – в принципе. Но принципиального согласия мало, надо еще знать, как именно это сделать.
Кстати, свидетельством тому, что в принципе уже почти согласились – готовность «льготно» финансировать некие правительственные программы. Но этого явно недостаточно.
А что же нужно?
Ответ очевиден: нужно выдавать льготные деньги (под минимальные, а не грабительские проценты) не под «правительственные программы», а всем без исключения, но деньги не простые, а целевые.
Есть такой метод: предварительный контроль
Какие же это должны быть «целевые» деньги? И как отследить затем их целевое использование? Дружный хор «либералов» тут же запоет давно знакомую песню: мол, это вы хотите приставить к каждому предприятию контролера, а за контролером еще контролера и т.п.?
Ни в коем случае. Все намного проще. А именно: не контролер должен бегать за потенциальным нарушителем, ранее получившим «живые» деньги и страдающим от искушения пустить их на валютный рынок, но «живые» деньги должны становиться таковыми только и исключительно в результате подтверждения их целевого использования.
Конечно, могут возникать проблемы и с определением полного перечня целевых и нецелевых вариантов использования льготных (точнее, правильнее говорить: «нормальных, без живодерской накрутки процентов») денег – все поле для произвола одним махом волшебной палочки мы, разумеется, не перекроем. Но мы ведь сейчас говорим не о наступлении всеобщего и окончательного счастья, но всего лишь о том, как конкретно сейчас спасти, не дать попасть в безнадежную кабалу и погибнуть десяткам и сотням тысяч реальных предприятий по всей стране. И тогда минимальные критерии, может быть, самые начальные оказываются чрезвычайно просты. Покажу это на примере выше упоминавшегося производственного предприятия моего приятеля.
Простейший критерий – решение 90% задачи
Итак, кассовый разрыв (разница во времени между обязательными платежами и поступлением средств от заказчиков), покрывавшийся ранее постоянно переоформлявшимся кредитом под 17% годовых, у него на сумму порядка 250 млн.руб. А заплатить за ЖКХ, воду, тепло и электроэнергию, а также налогов (из чего и состоят эти обязательные платежи) он должен в ближайшее время в сумме более трехсот миллионов рублей.
Так неужели и после этого сопоставления уже само напрашивающееся жизненно необходимое решение не становится очевидным?
Что может быть проще, чем выдавать производственным предприятиям на кассовый разрыв целевые кредиты на уплату, во-первых, налогов государству, и, во-вторых, платежей за услуги инфраструктурных монополий? Причем, чтобы не создавать искушений (увести «дешевые» деньги налево) и не раздувать зря затем систему контроля, выдавать не живыми деньгами, а специальными ценными бумагами - обязательствами Центробанка оплатить их живыми деньгами по результатам расчетов предприятий с бюджетом и инфраструктурными монополиями.
Кто против?
Справедливая ставка
Но, прежде, чем определим противников предлагаемого решения, давайте уточним еще один существенный вопрос. А именно: «льготный» кредит на кассовый разрыв для платежей государству и инфраструктурным монополиям – под какой процент должен даваться?
Логика нашего Центробанка (в его, вроде, готовности давать льготные кредиты для утвержденных правительством госпрограмм) остается неуместно коммерческой и псевдо рыночной. А именно: давать кредиты лишь чуть-чуть ниже ставки рыночной или, в лучшем случае, ставки рефинансирования ЦБ. Но на чем это основано? Напоминаю: по закону о ЦБ, при всех его недостатках, тем не менее, прибыль вовсе не является (не должна быть) целью ЦБ. Соответственно, если есть государственная и общенациональная задача решить проблему пресловутого кассового разрыва (да еще и, добавлю я от себя, решить так, чтобы никому не давать на этой проблеме нажиться), то по какой же ставке Центробанк должен обеспечить эти специальные льготные кредиты?
Все совсем просто: никакой «рыночной» и оттого справедливой процентной ставки в данном случае нет. В условиях, когда на Западе, с которым мы, вроде как, конкурируем, эта ставка почти нулевая, справедливая и вполне обоснованная ставка на покрытие кассового разрыва для обязательных платежей государству (налоги и т.п.), а также инфраструктурным монополиям у нас также должна быть нулевая. Или лишь минимально отличающаяся от нуля – в пределах до полупроцента или процента годовых.
«Кризис» - новые возможности… для кого?
Возвращаемся к вопросу о том, кто же против.
В сущности-то: разве есть у национальной финансовой системы иная задача, кроме как максимально в интересах развития насытить свою национальную экономику деньгами, не допустив при этом обрушения национальной валюты и роста инфляции? И вот вам: механизм – автоматический. Контролировать целевое использование средств – проще не бывает. И ни одна копейка не попадет на валютный рынок. Так кто же против?
Против здесь может быть только и исключительно ростовщик, которого таким образом отлучат от жирного пирога. В данном случае – от возможности здорово нажиться на общей беде.
Расшифровку китайского иероглифа, означающего кризис, как «новые возможности» (верно это или нет, не знаю – не китаист) нам без устали пропагандируют всякие «либеральные» экономисты. Но что они имеют в виду – применительно к нашим условиям? Для кого этот очередной кризис вновь создает условия для невиданного обогащения?
Пока – исключительно для ростовщика. Наша власть сейчас так гордится тем, что за наш общий счет увеличивает капитализацию «системообразующих банков». Но условия при этом им какие поставлены? Связали ли власти «докапитализируемые» за наш общий счет банки жестким обязательством финансировать реальный сектор не по грабительской ставке? Пока подобного не заметно.
Соответственно, против описанного выше механизма покрытия кассового разрыва, кроме самих ростовщиков, еще их сообщники-подельники из органов госвласти, до сих пор «не догадывающиеся» о таком срочно и жизненно необходимом решении. Решении, которое было необходимо и ранее – чтобы не кормить зря ростовщика, не позволять ему душить производство - и в прежние относительно «нормальные», не кризисные времена. Теперь же от этого решения (или же отказа от него), без преувеличения, прямо зависит судьба десятков и сотен тысяч предприятий по всей стране, миллионов людей.
Не устали ли отдыхать?
Это мой вопрос не к простым гражданам, а к властям. Сами посудите: когда случается наводнение и есть угроза массовой утраты имущества, в том числе, производственного назначения, объявляется режим чрезвычайной ситуации. И тогда какой отдых? Все должны быть на посту.
А когда не природа и даже не внешние санкции, а сами же власти обрушили свою национальную валюту, а затем задрали до небес ставку рефинансирования, спровоцировав тем самым ростовщика выйти на большую охоту, в результате чего налицо та же опасность массовой утраты имущества производственного назначения, уничтожения предприятий? Вроде, все нормально, никаких оснований для чрезвычайщины. Значит, все планово, сознательно? Так и должно быть?
А если что-то и не так, то все равно некому принимать насущные решения - аж до второй декады января.
Но ведь именно сейчас решаются судьбы предприятий и людей – именно сейчас их принуждают перезаключать кредитные договоры под кассовый разрыв на абсолютно убийственно грабительских условиях. И потому по мне, так отдых в такой ситуации вполне мог бы и подождать: слишком много судеб сейчас на кону на этом очередном пиршестве «докапитализированного» ростовщика.
Но если уж отдых для власти – это святое, несопоставимо более важное, нежели закабаление и уничтожение непосредственно сейчас десятков и сотен тысяч предприятий по всей стране, то сформулирую в качестве компромисса с отдыхающими всего одно предложение. А именно: принять выше мною описанное предложение в отношении решения проблемы кассового разрыва хотя бы в январе задним числом, а те кредитные договоры, которые руководители предприятий вынуждены сейчас перезаключать на совершенно неприемлемых и грабительских условиях, признать затем заведомо кабальными сделками. Со всеми вытекающими из этого последствиями, включая расторжение и переоформление на нормальных (описанных выше) приемлемых условиях.
Не слишком ли пафосно озаглавлено?
Надеюсь, мне удалось донести свою озабоченность ситуацией. Надеюсь, читатель осознал важность проблемы и необходимость ее срочного решения. Но даже и после этого у многих может возникнуть недоумение: название статьи – о судьбе России, а текст – всего лишь о каком-то бухгалтерском «кассовом разрыве».
И потому акцентирую внимание еще раз: эта статья – не о бухгалтерских проблемах и их технических решениях. Эта статья – о капкане, в который нас затащили и в котором тщательно удерживают. И не важно, держит ли Вас капкан за пояс или всего лишь за ногу – вырваться Вы все равно не можете.
Эта статья - о капкане, в котором и вся мировая экономика, но особенно, в невиданно вульгарных формах – мы с вами. Разница в том, что одни и те же паразитические механизмы действовать могут различно.
На Западе на нынешнем этапе они играют роль преимущественно управленческую, гарантирующие послушность, лояльность, управляемость, но не высасывают из жертвы все соки. Образно говоря, «Дженерал моторс» и «Боинг» выгоднее долгосрочно доить, чем разово задушить.
В современной России же паразит, как мы видим:
- и сам готов выпить из жертвы (из нас с вами) всю кровь без остатка;
- и внешние мотивирующие силы его настраивают именно на это;
- и наши собственные власти готовы перечить глобальной мировой мафии (и своим «жирным котам») в чем угодно, но только не в главном – не в решительном пресечении паразитизма, удушающего всякие ростки национального развития.
Проявим понимание сути проблемы и решимость вырваться из капкана – сможем двинуться вперед, создать не паразитическую, а созидательную модель экономического и социального развития, станем сильны, уважаемы и привлекательны для других, включая братьев по прежней великой стране.
А подробное описание технического решения – исключительно для того, чтобы никто не мог нам (в том числе, на популярных телешоу), уж простите, «пудрить мозги» сказками о том, что это уж такие сложные проблемы, совершенно неподдающиеся решению…
В заключение, пользуясь случаем, всех – с наступающим Новым годом!
Пусть этот год станет переломным: и в осознании всеми нами сути капкана, в котором мы оказались, и в прорыве, в решительных шагах по избавлению от него. Всем – здоровья, сил для достижения своих личных и наших общих целей и счастья!
19.12.2014 Россия на перепутье: к звездам или в притон?
Вместо предисловия. Эта история – специально для тех, кто периодически восклицает: ну что же тот или иной самостоятельно мыслящий политик или публицист редко выступает в СМИ, вроде, недостаточно настойчив. Так вот: эту статью мне заказали в организации при крупном российском информагентстве – попросили написать про нашу деоффшоризацию. Но полученный материал отклонили с формулировкой: «Автор исходит из посылок, которые могут быть расценены как клевета. Это прямое нарушение законодательства, мы не можем это публиковать». Конкретное агентство не называю, так как управление ими централизованное и явление это, соответственно, системное.
Что ж, не захотели публиковать – и ладно, никто не принуждает. Но обратите внимание на аргументацию: автор не обвиняется в клевете, но исходные посылки (мировоззрение, миропонимание) кем-то «могут быть расценены» как клевета, и это (такое мировоззрение) – «прямое нарушение законодательства»… Уровень наших цензоров, надеюсь, понятен.
Во избежание же преследования иного, более свободного и смелого издания, согласившегося опубликовать эту статью, специально оговариваю, что изначально даже и постановочно речь идет исключительно о моем отношении, то есть, о личном оценочном мнении. По совокупности всего известного, я вынужден именно так трактовать события, а также широко пропагандируемые и громогласно «одобряемые» известные публичные инициативы.
Меня часто в последние дни спрашивают, как я отношусь к идее деоффшоризации нашей экономики, либерализации условий для ведения бизнеса и амнистии капиталов, возвращаемых в страну. Что на это ответить?
В последних моих статья об этом кое-что уже было, но разрозненно. Значит, надо свести вместе.
Начнем с простого: что такое оффшор? Это такая отмывочная контора. С виду – самостоятельная и ни от кого не зависящая.
А почему наша власть решила с ними бороться? Может быть, потому, что отмывать криминальные доходы нехорошо? К сожалению, не поэтому.
Пришла беда. Оказалось, что отмывочные конторы, такие надежные и независимые с виду, на самом деле, на полном контроле.
На контроле у кого? Не у наших друзей, но у наших конкурентов, а теперь еще и противников.
Вывод один: надо спасаться. И перегонять спрятанное за рубежами обратно в страну.
То есть, наша деоффшоризация – это отнюдь не стремление сделать бизнес более цивилизованным и прозрачным. Нет – это всего лишь стремление спасти криминальные капиталы, хранение которых за рубежом стало слишком опасным.
А что такое предложенная президентом амнистия ввозимых капиталов?
Чтобы верно ответить на этот вопрос, смотрите выше, что такое оффшор. И задайте сами себе вопрос: чем после такой амнистии, в ходе которой, как это специально подчеркнул президент, никто не будет вправе задавать никаких вопросов о происхождении ввозимых денег, вся наша бескрайняя, великая и еще недавно могучая Родина будет отличаться от самого заурядного оффшора?
Вопрос для наивных: надо ли пояснять, что если бы это было для возвращения денег, изначально честных, но вывезенных за границу в прежние, допустим, какие-то «лихие» времена для их защиты от нашего российского беспредела, то решался бы вопрос не о запрете спрашивать о происхождении денег, но о пресечении этого самого беспредела. Мы же видим противоположное – прямое декларирование права ввезти в страну любые, совершенно любые, самые грязные и криминальные, самые кроваво криминальные деньги в неограниченном количестве.
Вопрос для наивных второй: надо ли пояснять, что сказки о том, что заведомо криминальные деньги, будучи легализованы на просторах нашей Родины, почему-то вдруг окажутся вложены в наше общее развитие и будущее благосостояние, да еще и развитие высокотехнологичное – это сказки уже не для наивных, а для совсем тупых и, что немаловажно, совершенно аморальных.
Ожидать от того, кто только что подсаживал на наркотики твоих детей (да и продолжает это делать), твою сестру продал в публичный дом в Азию, а органы твоего специально для того украденного и уничтоженного брата отправил для пересадки, например, в Латинскую Америку, что он просветлеет лицом и начнет возводить в России дамбы, дороги, мосты и тоннели, а также центры образования и здравоохранения – уместно ли?
Неужто кто-то всерьез полагает, что целенаправленно наводнение страны самыми кроваво криминальными деньгами со всего мира, превращение страны в площадку для массовой легализации всех самых грязных денег создаст необходимый нам климат для созидательной производительной деятельности? Приведет к прорыву в машиностроении, в биотехнологиях и в иных высокотехнологичных секторах экономики?
В то же время, мы знаем и понимаем, как работает пропаганда: и наша внутренняя, и внешняя для нас – та, что против нас. Даже если предмета и вообще нет, он будет выдуман. Но!
Одно дело, бороться против пропаганды против нас, основанной на лжи. И дело совсем другое, если нас обвинят в том, что мы – исчадие ада, что мы - притон для всего самого подлого и грязного в мире, притом, что мы и на самом деле таковым станем? Нам это зачем? Мы действительно хотим, чтобы весь мир ополчился против нас не потому, что его обманывают его поводыри и тамошние СМИ, но ополчился обоснованно?
И, наконец, в этой связи, о «либерализации».
Либерализация - вообще-то, если не ошибаюсь, синоним освобождения, раскрепощения. Так у нас и все эти предшествующие годы шло сплошное раскрепощение, расширение свободы, но только для кого? Исключительно для олигархата.
Тема старая. Еще лет двадцать назад одно из интервью со мной называлось: «Тигру в джунглях порядок не нужен». Беседа была о том, что миссия государства, собирающегося строить высоко эффективную экономику, это, прежде всего, ограничение самых сильных – тех, что подавляют всех остальных. Можете называть это демонополизацией, можете – декриминализацией. Можете – дебюрократизацией и дефеодализацией. Это все – разные грани одного и того же жизненно важного процесса, за который и ответственна власть.
Так это ли понимает под «либерализацией» нынешняя власть? Собирается ли она, наконец, брать в ежовые рукавицы энергетиков и электроэнергетиков, дорожников и железнодорожников, ростовщиков и ЖКХ? Или же ограничится прекраснодушными разговорами и заманчивыми обещаниями «планово» проверять бизнес не реже, чем раз … в сто лет (если так и дальше пойдет, то есть, дело будет подменяться лозунгами и показухой)? Притом, что «внепланово» - как и прежде, то есть, хоть каждый день…
С другой стороны, а что если в правду? А что если всерьез?
Сомневаюсь. И вот почему.
Представим себе картину: сидит наша власть на высоком дереве. Ствол этого дерева интенсивно подпиливают наши недоброжелатели – иностранные конкуренты, они же – противники. Корни этого дерева – сама же власть и сгноила, выстроив паразитическую экономическую систему, основанную даже не на природной ренте, а на прямой распродаже наследия предков (не возобновляемых природных ресурсов), на ограблении потомков. То есть, если противник отступится и пилить не будет, дерево само догниет и рухнет. Но не сразу, а через некоторое время. И что такое (в этих условиях) создание альтернативной высокотехнологичной экономики, да еще и на основе раскрепощения не своей нынешней опоры – сырьевого олигархата и финансовых манипуляторов, а большого количества независимых производителей-созидателей? Это означает, не дожидаясь, когда дерево рухнет, то ли подпиленное извне, то ли подгнившее изнутри, начать этому всерьез противостоять, но одновременно, ради сохранения всего дерева, еще и пилить тот конкретный самый высокий сук, на котором сама же эта власть и сидит.
И вы полагаете, что наша нынешняя власть либо настолько глупа, либо настолько самоотверженна, чтобы начать всерьез это делать?
Но тогда для чего же очередные заклинания о либерализации?
Помните, когда вводили «ответные санкции» и ограничили ввоз продуктов питания, власти говорили так: пока на год, но, надеемся, что и меньше. То есть, в переводе на общедоступный: «Надеемся, что замиримся». А что нужно от нас внешнему миру, чтобы «замириться»? Думаете, Крым? Нет, это, скорее, символ. А вот, чтобы мы шли строго и точно в фарватере западных экономических интересов – это всерьез. Соответственно, и знаки наша власть посылает, чтобы замириться, именно в этой – истинно определяющей сфере. Да еще и с учетом того, что Запад под «либерализацией» применительно к третьим странам (к которым он относит и нас) понимает, на самом деле, готовность национальных властей безропотно сдавать транснациональным корпорациям стратегические интересы своих стран.
Напомню: планы приватизации российских энергетических активов (включая «Роснефть»), да еще и при посредничестве (официальном консультировании) ключевых западных банкирских домов, так никто и не отменял.
Что ж, не захотели публиковать – и ладно, никто не принуждает. Но обратите внимание на аргументацию: автор не обвиняется в клевете, но исходные посылки (мировоззрение, миропонимание) кем-то «могут быть расценены» как клевета, и это (такое мировоззрение) – «прямое нарушение законодательства»… Уровень наших цензоров, надеюсь, понятен.
Во избежание же преследования иного, более свободного и смелого издания, согласившегося опубликовать эту статью, специально оговариваю, что изначально даже и постановочно речь идет исключительно о моем отношении, то есть, о личном оценочном мнении. По совокупности всего известного, я вынужден именно так трактовать события, а также широко пропагандируемые и громогласно «одобряемые» известные публичные инициативы.
Меня часто в последние дни спрашивают, как я отношусь к идее деоффшоризации нашей экономики, либерализации условий для ведения бизнеса и амнистии капиталов, возвращаемых в страну. Что на это ответить?
В последних моих статья об этом кое-что уже было, но разрозненно. Значит, надо свести вместе.
Начнем с простого: что такое оффшор? Это такая отмывочная контора. С виду – самостоятельная и ни от кого не зависящая.
А почему наша власть решила с ними бороться? Может быть, потому, что отмывать криминальные доходы нехорошо? К сожалению, не поэтому.
Пришла беда. Оказалось, что отмывочные конторы, такие надежные и независимые с виду, на самом деле, на полном контроле.
На контроле у кого? Не у наших друзей, но у наших конкурентов, а теперь еще и противников.
Вывод один: надо спасаться. И перегонять спрятанное за рубежами обратно в страну.
То есть, наша деоффшоризация – это отнюдь не стремление сделать бизнес более цивилизованным и прозрачным. Нет – это всего лишь стремление спасти криминальные капиталы, хранение которых за рубежом стало слишком опасным.
А что такое предложенная президентом амнистия ввозимых капиталов?
Чтобы верно ответить на этот вопрос, смотрите выше, что такое оффшор. И задайте сами себе вопрос: чем после такой амнистии, в ходе которой, как это специально подчеркнул президент, никто не будет вправе задавать никаких вопросов о происхождении ввозимых денег, вся наша бескрайняя, великая и еще недавно могучая Родина будет отличаться от самого заурядного оффшора?
Вопрос для наивных: надо ли пояснять, что если бы это было для возвращения денег, изначально честных, но вывезенных за границу в прежние, допустим, какие-то «лихие» времена для их защиты от нашего российского беспредела, то решался бы вопрос не о запрете спрашивать о происхождении денег, но о пресечении этого самого беспредела. Мы же видим противоположное – прямое декларирование права ввезти в страну любые, совершенно любые, самые грязные и криминальные, самые кроваво криминальные деньги в неограниченном количестве.
Вопрос для наивных второй: надо ли пояснять, что сказки о том, что заведомо криминальные деньги, будучи легализованы на просторах нашей Родины, почему-то вдруг окажутся вложены в наше общее развитие и будущее благосостояние, да еще и развитие высокотехнологичное – это сказки уже не для наивных, а для совсем тупых и, что немаловажно, совершенно аморальных.
Ожидать от того, кто только что подсаживал на наркотики твоих детей (да и продолжает это делать), твою сестру продал в публичный дом в Азию, а органы твоего специально для того украденного и уничтоженного брата отправил для пересадки, например, в Латинскую Америку, что он просветлеет лицом и начнет возводить в России дамбы, дороги, мосты и тоннели, а также центры образования и здравоохранения – уместно ли?
Неужто кто-то всерьез полагает, что целенаправленно наводнение страны самыми кроваво криминальными деньгами со всего мира, превращение страны в площадку для массовой легализации всех самых грязных денег создаст необходимый нам климат для созидательной производительной деятельности? Приведет к прорыву в машиностроении, в биотехнологиях и в иных высокотехнологичных секторах экономики?
В то же время, мы знаем и понимаем, как работает пропаганда: и наша внутренняя, и внешняя для нас – та, что против нас. Даже если предмета и вообще нет, он будет выдуман. Но!
Одно дело, бороться против пропаганды против нас, основанной на лжи. И дело совсем другое, если нас обвинят в том, что мы – исчадие ада, что мы - притон для всего самого подлого и грязного в мире, притом, что мы и на самом деле таковым станем? Нам это зачем? Мы действительно хотим, чтобы весь мир ополчился против нас не потому, что его обманывают его поводыри и тамошние СМИ, но ополчился обоснованно?
И, наконец, в этой связи, о «либерализации».
Либерализация - вообще-то, если не ошибаюсь, синоним освобождения, раскрепощения. Так у нас и все эти предшествующие годы шло сплошное раскрепощение, расширение свободы, но только для кого? Исключительно для олигархата.
Тема старая. Еще лет двадцать назад одно из интервью со мной называлось: «Тигру в джунглях порядок не нужен». Беседа была о том, что миссия государства, собирающегося строить высоко эффективную экономику, это, прежде всего, ограничение самых сильных – тех, что подавляют всех остальных. Можете называть это демонополизацией, можете – декриминализацией. Можете – дебюрократизацией и дефеодализацией. Это все – разные грани одного и того же жизненно важного процесса, за который и ответственна власть.
Так это ли понимает под «либерализацией» нынешняя власть? Собирается ли она, наконец, брать в ежовые рукавицы энергетиков и электроэнергетиков, дорожников и железнодорожников, ростовщиков и ЖКХ? Или же ограничится прекраснодушными разговорами и заманчивыми обещаниями «планово» проверять бизнес не реже, чем раз … в сто лет (если так и дальше пойдет, то есть, дело будет подменяться лозунгами и показухой)? Притом, что «внепланово» - как и прежде, то есть, хоть каждый день…
С другой стороны, а что если в правду? А что если всерьез?
Сомневаюсь. И вот почему.
Представим себе картину: сидит наша власть на высоком дереве. Ствол этого дерева интенсивно подпиливают наши недоброжелатели – иностранные конкуренты, они же – противники. Корни этого дерева – сама же власть и сгноила, выстроив паразитическую экономическую систему, основанную даже не на природной ренте, а на прямой распродаже наследия предков (не возобновляемых природных ресурсов), на ограблении потомков. То есть, если противник отступится и пилить не будет, дерево само догниет и рухнет. Но не сразу, а через некоторое время. И что такое (в этих условиях) создание альтернативной высокотехнологичной экономики, да еще и на основе раскрепощения не своей нынешней опоры – сырьевого олигархата и финансовых манипуляторов, а большого количества независимых производителей-созидателей? Это означает, не дожидаясь, когда дерево рухнет, то ли подпиленное извне, то ли подгнившее изнутри, начать этому всерьез противостоять, но одновременно, ради сохранения всего дерева, еще и пилить тот конкретный самый высокий сук, на котором сама же эта власть и сидит.
И вы полагаете, что наша нынешняя власть либо настолько глупа, либо настолько самоотверженна, чтобы начать всерьез это делать?
Но тогда для чего же очередные заклинания о либерализации?
Помните, когда вводили «ответные санкции» и ограничили ввоз продуктов питания, власти говорили так: пока на год, но, надеемся, что и меньше. То есть, в переводе на общедоступный: «Надеемся, что замиримся». А что нужно от нас внешнему миру, чтобы «замириться»? Думаете, Крым? Нет, это, скорее, символ. А вот, чтобы мы шли строго и точно в фарватере западных экономических интересов – это всерьез. Соответственно, и знаки наша власть посылает, чтобы замириться, именно в этой – истинно определяющей сфере. Да еще и с учетом того, что Запад под «либерализацией» применительно к третьим странам (к которым он относит и нас) понимает, на самом деле, готовность национальных властей безропотно сдавать транснациональным корпорациям стратегические интересы своих стран.
Напомню: планы приватизации российских энергетических активов (включая «Роснефть»), да еще и при посредничестве (официальном консультировании) ключевых западных банкирских домов, так никто и не отменял.
Читайте далее: http://svpressa.ru/economy/article/107048/
18.12.2014 Ответы на вопросы. Об экономике и перспективах, о системе кремлевской власти, о предательстве, о стратегии граждан России
|
|
09.12.2014 «Анализ важнейших событий за неделю». О плановом демонтаже социального государства. Радиопрограмма «Народный интерес»
|
|
27.11.2014 «Эхо Петербурга» Важно что Президент делает, а не говорит
|
|
28.10.2014 В авторской программе Т.С.Федяевой «Народный интерес» Основания не доверять власти есть
|
|
27.10.2014 Выступление на форуме «Зиновьевские чтения: Русская трагедия и русская мечта»
|
|
26.07.2014 почему Путин боится РАН?
|
|
04.07.2014 «Олигархи путинские и ельцинские...» телеканал «Красная линия»
|
|
Где проходит «линия фронта» нынешней войны России и Запада? Кто на чьей стороне воюет и что надо делать для того чтобы победить врага? На эти и другие вопросы в студии «Точки зрения» отвечают генеральный директор Центра политической информации Алексей Мухин, экономист и публицист Юрий Болдырев, первый вице-президент Академии геополитических проблем Владимир Анохин и профессор Высшей школы экономики Александр Домрин.
Ведущий: Владислав Жуковский.
20.06.2014 «Банкет паразитов-чубайсов продолжается!» в авторской программе Т. С. Федяевой «Народный интерес»
|
|