03.03.2023 Общественное условие адекватности видения настоящего и будущего
Только подлинно революционная наука позволяет адекватно оценивать меру иллюзорности гекатомб всей той «аналитики происходящего» и всех тех «прогнозов (образов) будущего», которые, как никогда прежде, плодятся ныне аки грибы в мочливое время, а равно и находить зародыши жемчужин, всё реже и реже содержащихся в гекатомбах свеженаваленных «экспертами», «аналитиками» и прочими «специалистами» куч идеологического навоза.
Логически и исторически возможны и в течение 20-го века осуществлены в действительности две разновидности производства пост-буржуазности (пост-капиталистичности) буржуазного общества, каждая из которых есть буржуазное выражение одного из двух параллельных, выступающих внутри-буржуазной альтернативой по отношению друг к другу, исторических способов (путей) осуществления негативной фазы пролетарской социальной революции. Однако оба этих «нанайских мальчика» эволюции буржуазного общества в своей совокупности отнюдь не есть вся негативная фаза пролетарской социальной революции, но есть всего лишь её второй — заключительный, а именно пост-буржуазный (феноменологически) или финансово-капиталистический (онтологически) — исторический этап.
Есть только один способ адекватного видения, а равно и критерий адекватного понимания настоящего (того, что происходит, и к чему это ведёт) и прошлого (того, что было и из чего всё ныне сущее произошло) не только человечества, но и всякого особого социума (особенного человека) — #адекватное_видение действительно производимого нового общественного качества (социального — общественная природа и сознание) человека, к которому ныне исторически идёт и закономерно прийдёт человек.
Ибо это, завершающее, однако ещё не завершившее ныне процесс своего становления = своего производства, качество человека, став органически целостной системой — новым социумом (человеком), и есть то #будущее, которое в действительности производится человеком (человечеством) в его, человека, диалектически конкретной исторической определённости в течение всего периода, предшествующего возникновению этого нового общественного качества.
Все, присущие «Осевым цивилизациям» и доныне определяющие общественное сознание не только этих «Осевых цивилизаций», но и всего «цивилизованного» человечества, #идеологии в качестве чаемого будущего человека изначально всегда полагали и доныне полагают, ибо не дано иное посредством идеологии периода «мiровых религий», идеализированное (возведённое в #идеал = в #идеальный_образ) #прошлое.
Последним предопределяется, что некое #общественное_качество, мнимое и полагаемое в качестве будущего в «место» и вместо (в-место) объективно производимого общественными индивидами будущего — как чаемый результат = как цель жизни — текущего процесса воспроизводства — общественных индивидов, есть всё то же самое — одно и то же — качество (та же самая органическая система социума), возведённое в идеал.
Поскольку разные #социальные_группы идеализируют разное прошлое, постольку и #идеалы (в конечном итоге — #идеологии) у них различны.
Однако, во-первых, это ничуть не отменяет и не изменяет того, что всякий общественный идеал (#идеальное_общество) есть то же самое, присущее также и настоящему, общественное качество (= общественное качество, которое якобы было присуще идеализируемому прошлому = соответствующему особому социуму), которого никогда не было не только в действительности, но и в реальности, и которого нет также и в ныне сущей реальности, но которое данной социальной группой мыслится, оценивается и представляется в качестве чаемого состояния всего особого социума (общества), ибо оно этой социальной группой мыслится и оценивается как наилучшее состояние общества (особого социума), в котором эта социальная группа воспроизводит саму себя.
И, во-вторых, это ничуть не отменяет и не изменяет также и того, что процесс функционирования существующей общественной системы производства общественных индивидов и данного особого социума, находящихся в этом действительном, но идеализированном посредством сознания, общественном качестве, есть также и процесс её (системы = человечества в целом) и его (особого социума) развития = процесс производства действительно нового общественного качества, а равно и перехода в это действительно новое общественное качество.
Именно потому, что действительно и первое, и второе, общественный идеал никогда не может быть достигнут — он недостижим в принципе. Более того, чем дольше и более интенсивные, планомерные, целенаправленные усилия предпринимаются особым социумом, то есть чем выше степень его мобилизации на достижение общественного идеала (на производство идеального общества), тем в большей мере #действительность_общества (особого социума) расходится с общественным идеалом, мотивировавшим стремление соответствующей социальной группы к его осуществлению в качестве реально существующего общества (особого социума).
А это не может восприниматься, мыслиться и оцениваться никак иначе, кроме как #отдаление_идеала вплоть до краха последних надежд (веры) в возможность его достижения на практике.
Отсюда происходит #неустранимый_парадокс всякой идеологии, присущей «Осевым цивилизациям», — чем ближе они к идеалу, тем дальше от него, тем более непредсказуемым и неожиданным, ибо немыслимым и невероятным, оказывается то, что происходит в действительности — то, в чём и как являет себя человек в процессе возникновения своего нового общественного качества, а равно и в процессе перехода к нему, особенно на негативной фазе этого перехода.
Только эта точка зрения подлинно революционной науки позволяет адекватно оценивать меру иллюзорности гекатомб всей той «аналитики происходящего» и всех тех «прогнозов будущего», которые, как никогда прежде, плодятся ныне аки грибы в мочливое время, а равно и очищать зерна от плевел или отыскивать зародыши жемчужин, всё реже и реже содержащихся в этих гекатомбах свеженаваленных куч идеологического навоза.
А плодятся-то они, не просто дабы быть вываленными в публичное пространство, явив «оригинальность, проницательность, удачливость, лидерство» и прочие «достоинства» соответствующего «грибника», но дабы необратимо дезориентировать сознание индивидуумов всем этим «информационным шумом», обеспечив наилучшие идеологические условия и предпосылки для реализации лозунга «разделяй и властвуй»...
Вместо послесловия.
В разделе «3. Метод политической экономии» известной не столь широко, как Предисловие к изданию 1859 года «К критике политической экономии», которое было резюмировано К. Марксом на основании своих экономических рукописей 1857 — 1858 годов, рукописи «Введение. (Из экономических рукописей 1857 — 1858 годов)» Маркс резюмирует:
«Буржуазное общество есть наиболее развитая и наиболее многосторонняя историческая организация производства. Поэтому категории, выражающие его отношения, понимание его организации, дают вместе с тем возможность проникновения в организацию и производственные отношения всех отживших общественных форм, из обломков и элементов которых оно строится, частью продолжая влачить за собой еще непреодоленные остатки, частью развивая до полного значения то, что прежде имелось лишь в виде намека и т.д. Анатомия человека — ключ к анатомии обезьяны. Наоборот, намеки более высокого у низших видов животных могут быть поняты только в том случае, если само это более высокое уже известно» (полужирным курсивом выделено мною — В.В.).
На основании категорий экономической общественной формации из этих категорий экономической общественной формации логически невозможно вывести категории коммунистической общественной формации. Так это не потому, что #коммунистическая_общественная_формация есть не экономическая общественная формация, но потому, что коммунистическая общественная формация есть такое более высокое по отношению к наиболее развитой (= наиболее прогрессивной) эпохе экономической общественной формации, которое выше буржуазного общества («более низкого») именно по своему общественному качеству — это иное, более высокое, качество.
И «анатомия» этого более высокого социального (человеческого) качества — коммунистического общества = подлинной истории человека как человека — к «анатомии» буржуазного общества, не говоря уже об «анатомии» всей экономической общественной формации (= предыстории человека как человека), логически и исторически относится во многом также, как анатомия человека относится к анатомии обезьяны...
На основании категорий буржуазного общества из этих категорий буржуазного общества логически может быть выведено исключительно и только #буржуазное_общество — либо позитивно, либо негативно, то есть всё то же самое буржуазное общество, формально либо полагающее, либо отрицающее свою #буржуазность = своё действительное — буржуазное — социальное качество.
Именно это в течение минувших полутора сотен лет доказано историческим опытом разных отрядов так называемого международного коммунистического движения, предпринявших попытки теоретически вывести #коммунистическое_общество из категорий буржуазного общества (= произвести коммунистическое сознание и коммунистическое бытие внутри буржуазного общества) и, привнеся извне в массы народов это, в действительности буржуазное, сознание, идеологически мнимое коммунистическим, осуществить переход к такому иллюзорно-мнимому «коммунистическому обществу», идеологически, огнём и мечом обратив народы в коммунистическую веру, дабы загнать их в «коммунистический» рай невзирая ни на что.
Но что теоретически (идеологически) утверждается формальным отрицанием буржуазного общества, осуществлённым не только в теории, но и на практике — как практически произведённый социум?
Абстрагируясь от всякого рода «-измов», в которые идеологически воплотилось формальное отрицание буржуазного общества, осуществлённое также и практически — в общественной практике — в виде так называемых «социалистических (коммунистических) государств», этим формальным отрицанием буржуазного общества утверждается #после_буржуазность или #после_капиталистичность, то есть #пост_буржуазность или #пост_капиталистичность соответствующих особых социумов, политической формой которых явились эти так называемые «социалистические (коммунистические) государства».
А что теоретически (идеологически) утверждается формальным положением буржуазности в процессе «естественно развивающейся» общественной практики (правда под всё более тотальным ручным управлением со стороны господствующего класса) тех особых социумов в форме «цивилизованного общества» в национальных государствах, нациях, которые в своём развитии логически и исторически под ручным управлением со стороны господствующего класса «выведены» из категорий буржуазного общества, дабы вечно воспроизводить это самое буржуазное общество, ибо и самоё буржуазное общество, и его категории для буржуазного сознания естественны = вечны и неизменны по своей природе?
Опять-таки, отвлекаясь (абстрагируясь) от всякого рода «-измов», в которые воплотилось формальное положение буржуазного общества, осуществлённое также и практически в виде «цивилизованного общества» в глобальном масштабе, этим формальным положением (утверждением) буржуазного общества теоретически (идеологически) также утверждается не что иное, кроме как после-буржуазность или после-капиталистичность, то есть пост-буржуазность или пост-капиталистичность «цивилизованного общества».
Обе разновидности производства этой пост-буржуазности (пост-капиталистичности) буржуазного общества в действительности есть буржуазное выражение двух параллельных, выступающих внутри-буржуазной альтернативой по отношению друг к другу, исторических способов (путей) осуществления негативной фазы пролетарской социальной революции.
Однако оба этих «нанайских мальчика» буржуазного сознания и буржуазной практики в своей совокупности отнюдь не есть вся #негативная_фаза_пролетарской_социальной
Васильев Владимир
https://vasiliev-vladim.livejournal.com/192422.html