05.05.2023 Квинтэссенция исторического опыта Нового Запада. Часть 1.
Впервые представлено развивающее учение Маркса резюме общественной природы человека и её структуры, изменения этой природы, включая сознание, и её (общественной природы человека) исторически-прогрессивного развития, обусловленные историческими изменениями в общественной практике и сознании человека, а также пределы действительно производимых человеком изменений в своей общественной природе и своей действительности.
Посредством этого впервые представлено соотношение между «методологией исторического бытия Нового Запада» и категориями общественного бытия и сознания, произведёнными Марксом посредством революционно-пролетарской научной критики категорий буржуазного сознания и буржуазной реальности, которое не только поставлено как проблема, но и положены революционно-пролетарские «общесоциологические» научные основания (методология) практического разрешения этой проблемы становящимся самим собой человеком.
Соотношение «методологии исторического бытия Нового Запада» с категориями, произведёнными Марксом: постановка и начало разрешения «проблемы».
В статье «Пределы производства и воспроизводства буржуазного бытия» автором говорится о «методе» и «методологии» исторического бытия Нового Запада вообще и о том, что эта «методология» общественного бытия Нового Запада есть методология самовозрастания не-человеческой и анти-человеческой тотальной власти над человеком и условиями его жизни, в особенности.
Особо ревнивые «марксисты» не только из числа «марксистов-ленинцев», но и из числа разного вида «ортодоксальных марксистов», прочитав это, скажут: зачем множить сущности без необходимости («лезвие бритвы Оккама»).
Ведь уже есть, продолжат оне, категории способа производства, материального базиса, политической, идеологической и юридической надстройки общества. И ими, с точки зрения всех этих «марксистов», выражено всё то, о чём сказуется как о каком-то кем-то мнимом «методе» или «методологии исторического бытия», и выражено настолько адекватно, что не нуждается во введении новых «понятий» или «категорий».
Производственные отношения, #ансамбль (организованная в систему совокупность) которых и есть #материальный_базис_общества, а равно и, с иных сторон и в ином отношении, #способ_производства общественных индивидов, зависят от сознания и воли тех людей, которые вступают, ибо иначе не могут жить, в эти #производственные_отношения друг с другом или нет?
Производственные отношения не зависят от сознания и воли (объективны для) тех людей, которые самой своей потребностью жить (производить и воспроизводить самих себя) вынуждены вступать в эти производственные отношения друг с другом, но определяют их #сознание и волю (#воля).
Производственные отношения, равно как и способ производства общественных индивидов, определяющие конкретную фазу развития или прогрессивную эпоху конкретной общественной формации, как и всю эту общественную формацию в целом, предполагают исторически конкретных общественных индивидов, которым присуща соответствующая общественная природа (сущность) человека с соответствующими ей способами осуществления этой природой самоё себя.
Производственные отношения, присущие соответствующей фазе развития или прогрессивной эпохе конкретной общественной формации, не меняются (неизменны) в течение всего периода исторического бытия этой фазы развития или прогрессивной эпохи данной общественной формации.
Они и есть тот самый #действительный_материальный_базис, на котором существуют, производя и воспроизводя себя, общественные индивиды, характеризующиеся соответствующей, по своему материальному базису (материальному основанию) неизменной в течение всей прогрессивной эпохи или фазы развития, общественной природой.
Будучи исторически неизменной общественной формой, ансамбль производственных отношений определяет, в том числе и ограничивает, всё производство (= всю жизнь) общественных индивидов, а равно и исторический период существования (= период исторического бытия) самой этой общественной формы жизни (производства) людей.
В то же время специфическим отличием экономической общественной формации является то, что между общественными индивидами необходимо существует #социальное_и_политическое_неравенство, обусловленное материально (производственно = социально) необходимым и поэтому неизбежным, не зависящим от сознания и воли (объективным) разделением людей на большие социальные группы, являющиеся общественными классами (#общественные_классы).
В этих общественных условиях производства людей, во-первых, производственные отношения есть, прежде всего, отношения между общественными классами, во-вторых, общественной формой организации общественного класса в класс для себя является #государство.
В-третьих, эта #социальная_организация_производства общественных индивидов предполагает соответствующее, идеологически обоснованное и определённое, сознание у людей, живущих в рамках (в общественной форме) этого государства, а также и соответствующее #институциональное_выражение (оформление как институтов — существование в форме институтов, осуществляемых жизнью = производством людей) и #институциональное_регулирование всех отношений между ними.
В-четвёртых, осуществление классового господства и подчинения (#классовое_господство и #классовое_подчинение), являющихся общественным условием производства общественных индивидов, и, следовательно, осуществление производства общественных индивидов невозможны без того, чтобы #воля_господствующего_класса не была возведена в #закон, то есть не выражалась государством посредством институциональной формы закона в качестве обязывающей всех общей воли.
Осуществление воли господствующего класса, выражаемой посредством законов и этим выражением превращаемой в обязывающую всех волю государства, обеспечивается институциональной организацией всей жизни общественных индивидов в нём, а не только их принуждением к исполнению законов посредством насилия или угрозы насилием.
Поскольку в условиях экономической общественной формации иначе не бывает, ибо быть не может, постольку эта объективная «часть» политических, идеологических, юридических и институциональных в целом отношений между людьми является необходимым моментом или, иначе, неотъемлемым атрибутом реального материального базиса общества соответствующей прогрессивной эпохи экономической общественной формации.
Ибо это уже не первичные — действительные — производственные отношения, но производные от них #экономические_отношения между людьми, существующие в качестве превращённой объективно необходимым политическим, идеологическим и институциональным опосредствованием общественной формы первичных производственных отношений.
Ансамбль этих превращённых производственных отношений, произведённых в форме превращённых объективно необходимым и неотъемлемым политическим, идеологическим и институциональным опосредствованием социальной организации классового общества, то есть производных производственных отношений второго порядка = вторичных производственных отношений, есть ансамбль экономических отношений, то есть #реальный_материальный_базис соответствующего классового общества.
В равной мере, ибо это лишь иное выражение того же самого, социально организованная в систему совокупность (ансамбль) экономических отношений есть #материальный_базис_реальности соответствующего классового общества, над которым «надстраивается» и на котором «покоится» вся «надстроечная» #реальность соответствующего классового общества.
Базисная и надстроечная «части» общественной природы человека.
Изменение ансамбля производственных отношений есть изменение базисной общественной формы жизни (производства) людей и, следовательно, изменение также и всего содержания их жизни (производства), равное смене действительных, а не мнимых кем-либо, исторически-прогрессивных эпох их, общественных индивидов, жизни.
Смена фаз развития экономической общественной формации и соответствующих им исторически-прогрессивных эпох этой общественной формации отнюдь не тождественна смене «политического строя» или «режима», «формы правления» и всего прочего, что обобщено «понятиями» или «терминами» политологии, социологии и всякой иной «общественной науки», не исключая также и все «экономические науки».
А равно и смена исторически-прогрессивных эпох экономической общественной формации не тождественна смене обосновывающих, выражающих и закрепляющих все эти «политические трансформации» идеологических и юридических «построений (конструкций)» и «институциональных форм», утверждаемых в качестве доминирующих (институционально обязательных для всех) в соответствующих политических государствах.
В отличие от устойчиво воспроизводимой базисной «части» общественной, одновременно и органической, и неорганической (внешней по отношению к телу человека, но присвоенной = производственно используемой им), природы человека, её надстроечная (политическая, идеологическая и юридическая) «часть» изменчива в течение всей фазы развития или прогрессивной эпохи соответствующей общественной формации.
Базисная и надстроечная части органической и неорганической общественной природы человека составляют её структуру (#структура_природы_человека), которая в каждый исторически-конкретный период своего развития находится на определённой ступени своего становления действительной органической целостностью.
Эта ступень становления определена, прежде всего, мерой завершенности процесса становления исторически-конкретной, соответствующей конкретной прогрессивной эпохе экономической общественной формации, общественной природы человека органически целостной системой. Взятая сама по себе, эта мера — всего лишь относительная мера, то есть она есть мера относительного прогресса в становлении исторически-конкретной общественной природы отчуждённого от самого себя человека, осуществляющего себя не как человека, но как вид животных.
В то же время, взятая в качестве определённой ступени действительного исторического прогресса в развитии природы человека как человека — в её становлении непосредственно всеобщей родовой (человеческой) природой, воипостасированной во всяком человеке, относительная мера прогрессивного развития общественной природы человека есть уже превращённая форма абсолютной меры развития человека как человека.
Однако #изменчивость_природы_человека также и в её «надстроечной части» отнюдь не есть нечто непрерывное.
Изменение общественной природы человека, в том числе и в её «надстроечной» составляющей, осуществляется посредством череды «перерывов» или «качественных скачков» в исторически-прогрессивной «постепенности» развития общественной природы человека, совершающегося одновременно и как #расчеловечивание_человека, и как #очеловечивание_человека, то есть как превращение человека из вида животных в род человека (человеческий род).
Длящийся многие тысячелетия исторически необходимый и неизбежный #парадокс_становления_человека_человеком как раз и заключается в том, что человек становится самим собой через диалектическое отрицание самого себя как себя, полагая себя как иное себе (вид животных и Бог), снимающее и возвышающее человека в этом своем самоотрицании себя как человека. Посредством последующего (второго) диалектического отрицания человек из своего инобытия видом животных и Богом одновременно возвращается к самому себе как к себе (как к человеку), а не как к иному себе (виду животных и Богу), диалектически снимая все предшествующие ступени своей предыстории с удержанием всего положительного из достигнутого на них, и этим возвышает (про-из-водит) себя на высшую ступень своего развития.
В структуру общественной природы данного исторически-конкретного человека входит, трансформируя её как систему, становящуюся органической целостностью, но далеко не всегда и не во всяком единичном и особенном человеке или человечестве (человек как общее и всеобщее) ставшую органической целостностью, лишь только то, что опредмечено (воплощено) и объективировано в общественной природе человека.
А опредмечено и объективировано в природе человека лишь только вошедшее в его «быт», то есть в бытие соответствующего человека, став привычкой, обычаем, стандартом, нормой, правилом поведения = жизни и всей его деятельности, то есть стало институтами, которые практически распредмечиваются посредством жизни (производства) данного человека и его продуктов.
Самая жизнь и деятельность (производство) человека, а равно и общественные условия, и продукты этой жизни (= этого производства) человека суть средства, которыми данный человек распредмечивает свою органическую и неорганическую общественную природу, то есть средства производства (средства осуществления жизни) человека.
Но и самоё это #распредмечивание человека осуществляется посредством опредмечивания, то есть как #опредмечивание им же самим своей органической и неорганической общественной природы в производимых им продуктах, включая также и самую свою жизнь, и своё сознание как органически неотъемлемые продукты осуществления человеком своей общественной природы.
Из сказанного с логической и практической необходимостью следует, что осуществление общественной природы человека, производимое (осуществляемое) данным человеком, может совершаться (производиться) лишь общественно определённым способом распредмечивания человеком самого себя, включая своё сознание, а равно и опредмечивания этим же человеком самого себя, включая своё сознание, в своей органической и неорганической общественной природе.
Это может осуществляться, и практически осуществляется лишь в соответствующей общественной форме отношений между всеми общественно необходимыми участниками этого процесса производства людей посредством применения ими соответствующих общественно необходимых средств производства (средств осуществления человеком своей жизни) согласно реально действующим в данном особом социуме институтам. К институтам относятся также и все технологии производства общественных индивидов без исключения.
Все технологии, будь они технологиями производства продуктов, относящихся к неорганической природе человека, либо технологиями производства (воспроизводства) самих общественных индивидов как таковых и всей их жизни, по своей общественной природе и характеру суть #социальные_технологии. Они различаются как «социальные», «политические», «экономические» и т.д. лишь по своей непосредственно-предметной цели и сфере применения в общественных условиях последней прогрессивной эпохи экономической общественной формации.
На своём опыте конкретный человек убеждается — наиболее эффективным для него неизбежно оказывается лишь тот способ деятельности, жизненно необходимо совершаемой им в конкретной сфере производства общественных индивидов, а равно и тот способ получения соответствующих продуктов (и для производства, и для потребления), который предопределён общественной природой самого этого человека и осуществляет её. Это и есть конкретный #объективный_интерес данного конкретного человека в соответствующей сфере производства общественных индивидов, который опредмечен и объективирован в самом этом человеке как необходимый момент структуры его общественной природы.
Изменение сознания и пределы изменения общественной природы человека.
#идеальное_воспроизводство или «удвоение» и «утроение» человеком (опредмечивание в предметном знании — без различия чувственно-конкретного и абстрактного знания — как предметного знания, каковым способом только и существует сознание) своей органической и неорганической общественной природы в своём сознании является необходимой общественной предпосылкой, а равно и необходимым общественным условием распредмечивания человеком своей общественной природы.
И, следовательно, это же воспроизводство человеком своей, осуществляемой им здесь и теперь, то есть присущей ему его актуальной органической и неорганической природы, включая актуальные нужды и потребности своей природы и самого себя, в своём актуальном сознании есть необходимая общественная предпосылка и необходимое общественное условие производства данным человеком актов своей воли.
Однако в общественных условиях самоотчуждения человека вообще и в общественных условиях экономической общественной формации, в особенности, сознание существует лишь в превращённой форме идеологического, то есть иллюзорного = неадекватного действительности, сознания.
Более этого, идеологические, не исключая также и все логосные (языковые и т.д.), общественные формы экономической общественной формации вообще и ей исторически-конкретной прогрессивной эпохи опредмечены и объективированы в общественной природе соответствующего человека. Именно они суть объективные (не зависящие от сознания и воли, но определяющие сознание и волю) формы (категории) сознания этого человека.
Говоря «объективные формы сознания», мы в действительности говорим о категориях не только одного мышления человека, но также и о том, что эти категории есть объективные общественные формы (у человека нет никаких других, кроме общественных форм) также и восприятия, и видения, и оценивания человеком самого себя и всего своего мiра. Эти категории сознания определяют не только всё содержание и функционирование сознания, но также и волю соответствующего человека, которому они присущи по его общественной природе.
Мера иллюзорности сознания есть мера неадекватности идеального воспроизводства конкретным человеком своей органической и неорганической общественной природы в своём сознании как своего сознания и своей воли.
Иллюзорность сознания обусловливает неадекватность осознания каждым конкретным человеком не только своих нужд и иных потребностей, но также и интересов, а равно и подмену посредством полного или частичного вытесняющего замещения своих потребностей, интересов и воли чужими потребностями, интересами и волей, которые данный человек пытается удовлетворить и осуществить вместо своих как свои.
Эта иллюзорность сознания в буржуазном обществе многократно усиливается всей системой управления публичной, корпоративной и частной жизнью и деятельностью людей, всей буржуазной наукой и всем аппаратом индоктринации реально доминирующей в соответствующем государстве идеологии.
Занятые в сфере государственного и корпоративного управления, науки и индоктринации буржуазного общества «технические исполнители» (иных там давно нет) — все эти «винтики» государственных и корпоративных аппаратов управления, науки и индоктринации всей своей деятельностью насаждают также и собственные иллюзии. Эти их иллюзии обусловлены субъективными формами их корпоративного и частного сознания, а также чужими объективными интересами, которые иллюзорно осознаны и «осуществляются» этими «техническими исполнителями» в качестве своих.
Одновременно с этим посредством всех доступных и практически применяемых технологий мобилизации, стимулирования и мотивации (технологии «подпихивания») производится массовая и «целевая» подмена собственной воли людей чужой им волей, а равно и осуществляется организация этих индивидов на осуществление ими этой чужой воли как своей вместо своей воли.
Этим обусловлено всё более возрастающее расхождение между действительными объективными интересами малых и больших социальных групп вообще и общественных классов, в особенности, с одной стороны, и теми интересами, которые иллюзорно осознаются подлежащими реализации этими социальными группами и составляющими их людьми вместо своих интересов в качестве своих интересов, с другой стороны.
Отсюда происходит необходимое и неизбежное убеждение всех таких общественных индивидов на их собственном опыте и собственным опытом в том, что они — неудачники (#лузеры) или «#лохи» «от природы», в отличие от «успешных» индивидуумов, вполне успешно осуществляющих эти же интересы.
Одновременно с этим из актуального сознания всех этих общественных индивидов — и лузеров с «лохами», и «успешных» — вытесняется тот факт, что в существующих общественных условиях субъективные интересы, которые они пытаются осуществить, наиболее адекватно соответствуют объективным интересам только тех, кто наиболее успешен в их осуществлении, каковых становится всё меньше и меньше.
Посредством систематического воспроизводства этого опыта подавляющим, абсолютным большинством людей, а равно и посредством исключения условий и возможностей для противоположного опыта, индоктринируемые таким способом знания превращаются во всеобщие убеждения или верования людей в то, что «успешность» всех «успешных» обусловлена их особой — «элитарной» (#элитарии) — природой, а лузерство «лузеров» — присущей им природой быдла (#быдло).
Это происходило в течение всего периода существования человека как отчуждённого от самого себя человека, но лишь на высшей и последней стадии последней прогрессивной эпохи экономической общественной формации, то есть на стадии Финансового Капитализма, обрело характер серийного массового и штучного (нацеленного на особенные и единичные «целевые аудитории») индустриального производства.
«Исторические результаты» натурных экспериментов, поставленных в форме «социалистических государств» вообще, а в форме «социалистической» России и Северной Кореи — в особенности, стали одним из «ключевых» аргументов, очевидно доказывающих «истинность» верований в абсолютную неизменность и неустранимость существенных различий между людьми по их природе, индоктринируемых в общественных индивидов агентами Финансового Капитала.
Но мы формально отвлеклись чуть-чуть от нашего предмета пределов изменения общественной природы человека вообще и её «надстроечной» составляющей, в особенности.
Подытоживая: не все идеологические, политические, экономические, юридические и прочие общественные формы и институты деятельности, которые индоктринируются и/или испытываются как опыт конкретными людьми данного особого социума (нации или производственно организованной в систему совокупности народов, существующей в форме политического государства), становятся соответствующими структурными элементами или моментами общественной природы этих людей.
Но общественные формы и институты (обыкновений, правил, норм, стандартов, технологий) конкретной деятельности и жизни людей в целом, которые включаются в общественную природу конкретного человека, включаются в неё лишь посредством своего преобразования той единичной и особенной общественной природой человека, которая интегрирует их в качестве элементов самоё себя как системы.
Мера интеграции общественных форм и институтов в общественную природу единичного и особенного человека, обратной стороной которой является мера отторжения этих форм и институтов, определяется мерой их органического соответствия (несоответствия) потребностям жизненного цикла осуществления самое себя той общественной природой единичного или особенного человека, которая системно интегрирует (отторгает) эти формы и институты.
Но и это лишь в конечном итоге, ибо актуальная #мера_интеграции общественных форм и институтов в общественную природу конкретного единичного или особенного человека модифицируется относительной мерой завершённости процесса становления этой единичной или особенной общественной природы человека органической целостностью, характерной общественной природе человека соответствующей прогрессивной эпохи экономической общественной формации.
И что из всего этого следует в общественной практике?
Необходимые следствия в общественной практике.
Из этого следует, что в действительности особого социума он сам производит лишь только то и так, что и как интегрируется в общественной природу, опредмеченную и объективированную в этом особом социуме как в особенном человеке, производя соответствующие изменения в этой единичной или особенной общественной природе.
Это в равной мере относится также и к сознанию, существующему как предметное чувственно-конкретное, абстрактно-общее и, хотя и крайне редко, диалектически-конкретное #знание, и к воле единичного и особенного человека в их «базисной» части, опредмеченной и объективированной в соответствующем человеке в качестве действительных (осуществляющих себя) структурных элементов и моментов его общественной природы. Это относится к сознанию и воле единичного и особенного человека также и во всей их, сознания и воли, «надстроечной» части.
Активность индивидуумов, их корпораций и особого социума в целом, производимая внутри него, а также извне по отношению к нему, если не производит действительных (осуществляющих себя) изменений в органической и неорганической общественной природе данного особого социума, остаётся не более чем кругами, пузырями, рябью и пеной на поверхности этого особого социума.
Но это отнюдь не изменяет того факта реальности данных общественных индивидов, что производством всех этих кругов, пузырей, ряби и пены на поверхности особого социума вполне реально и нередко весьма радикально ломаются судьбы и прекращается жизнь множества вполне конкретных людей и социальных групп — «#лес_рубят_щепки_летят».
Ну а то, что вся эта «рубка леса» абсолютно не производительна, но погубна для больших масс людей и/или для отдельных индивидов, — это для «технических исполнителей» этой «рубки» лишь издержки и продукты кипучего производства кругов, пузырей, ряби и пены на поверхности данного особого социума. Они всецело обусловлены исключительно субъективным и только субъективным (идеологическим, политическим, экономическим, юридическим и т.д.) этих «технических исполнителей».
Все эти «щепки» суть такие издержки и продукты этой хищнической утилизации «леса», которые соответствующими «техническими исполнителями» представляются (мыслятся-видятся-оцениваются и поставляются в реальности как реальность посредством специально осуществляемых для этого процессов производства) необходимыми издержками производства чаемых ими для частного присвоения продуктов, являющихся средствами производства ими самих себя в вожделеемом общественном качестве. «#ничего_личного_просто_бизнес»…
(продолжение следует)
Васильев Владимир
https://vasiliev-vladim.livejournal.com/199177.html