Доклады, статьи 2006-2020

Автор: Кургинян С.Е.

Суть Времени Категория: Кургинян Сергей Ервандович

Тексты докладов, беседы (видео) 2006-2020

10.11.2020 Кургинян: трагедия Армении должна стать уроком для России

Во-первых, Никол Пашинян является завербованным агентом британской разведки, а не «простым человеком из народа». У него была одна задача – сдать Карабах. И он эту задачу выполнил.
Во-вторых, армян не выбили из Шуши военным путем, им дали приказ отступить... Тайминг. Текст. Видео.

08.11.2020 Сергей Кургинян. Право знать!

TV Center

07.11.2020 Кургинян: метафизика силы и годовщина революции. Великий Октябрь, русский дух и будущее России

Суть Времени

05.09.2020 Право знать!

TV Center

28.05.2020 Суть игры

Историософия COVID-19

25.05.2020 На распутье

Если цены на нефть упали, и если СOVID остановил мировое производство, о чём мы должны прежде всего задуматься?

16.05.2020 Право знать!

TV Center

26.04.2020 Сергей Кургинян: Куда ведет эпидемия COVID-19 и переживет ли коронавирус российская власть?

28.03.2020 Право знать!

TV Center

18.04.2020 Коронавирус и COVID-19: или объективность победит миф, или миф победит Россию — Кургинян об эпидемии.

10.11.2020 Кургинян: трагедия Армении должна стать уроком для России

00:00 — интро
00:16 — рассмотрение проблемы коронавируса ненадолго откладывается
03:13 — Пашинян — завербованный Великобританией агент с единственной задачей
06:15 — предательская сдача Шуши
11:48 — граждане Армении и Арцаха на фронте совершили чудо
14:58 — почему надо было капитулировать после "потери" Шуши?
15:35 — источник арцахской катастрофы
18:05 — Великобритания управляет Пашиняном, Алиевым и Эрдоганом
19:16 — проект халифата во главе с Турцией
20:25 — поведение Израиля перед угрозой халифата
23:04 — неразвивающийся халифат - это "тень" западной цивилизации
27:32 — предыдущие попытки устроить халифат провалились
30:04 — как Турция отказалась от продолжения дела Кемаля Ататюрка
37:15 — как разрушить западную композицию вокруг Карабаха
40:09 — корни пашиняновщины и глобалистическое быдло
42:48 — как этот мироустроительный проект связан с коронавирусной трансформацией мира
44:30 — рецепт спасения русских такой же, как и армян
50:23 — море неразвивающегося халифата вокруг цифрового концлагеря
Лидер движения «Суть времени», аналитик и политолог Сергей Кургинян в экстренном выпуске, посвященном ситуации вокруг Нагорного Карабаха, указывает, что трагедия сдачи Арменией Карабаха (Арцаха) касается не только армян и даже не только русских, но является важным шагом на пути глобального переустройства всего мира.
Прежде всего, необходимо признать наконец простейшие, очевидные вещи, отмечает политолог. Во-первых, Никол Пашинян является завербованным агентом британской разведки, а не «простым человеком из народа». У него была одна задача – сдать Карабах. И он эту задачу выполнил.
Во-вторых, армян не выбили из Шуши военным путем, им дали приказ отступить. Кургинян подчеркивает, что это произошло именно в тот момент, когда перед армянами впервые забрезжила надежда на казавшийся невозможным выигрыш в этой неравной войне.
Лидер движения «Суть времени» поясняет, что к армянским солдатам никаких претензий быть не может – они обязаны выполнять приказы. Но те, кто отдал этот приказ, совершили чудовищное предательство. А все, кто оправдывает сдачу всего Карабаха из-за «потери» Шуши, подло лгут.
Кургинян убежден, что только полное ничтожество, будучи на месте военачальника, может оправдывать сдачу территорий необходимостью отдохнуть после месяца боевых действий, а заодно сетовать на украденные часы и парфюм.
С одной стороны, простые арцахские и армянские граждане, взявши оружие, совершили чудо на фронте. С другой стороны, подчеркивает политолог, надо признать, что именно народы Армении и Карабаха позволили Пашиняну сесть в кресло премьер-министра и расставить своих людей на ключевые посты в республиках, чтобы затем совершить это невероятное предательство.
Впрочем, добавляет Кургинян, не один только Пашинян пляшет под дудку Великобритании. Так же крепко с ней связаны и президент Азербайджана Ильхам Алиев, и президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган. И управляют ими хозяева через одни и те же терминалы.
Эти хозяева решили, что настало время строить халифат с опорой на государство – конкретно на Турцию. Западная цивилизация, поясняет политолог, хочет одного: создать свою тень в виде неразвивающегося халифата и направить эту разрушительную тень на весь оставшийся мир, который еще хочет развиваться.
Раньше Запад опасался такого структурированного халифата, но ни бен Ладен, ни ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) не оправдали надежд Запада. И теперь он решился на халифат во главе с Турцией. А в этом случае Армении не будет вообще.
Разрабатывает эту тему глава МИ-6 Ричард Мур. Именно он ведет и Эрдогана, и Алиева, и Пашиняна.
Вырвать из этой конструкции можно только Пашиняна – предателя армянского народа, отмечает Кургинян. А значит, теперь слово – за армянскими национально ориентированными гражданами. Никто за них не избавит их ни от предателя во главе государства, ни от глобалистического потребительского быдла, которое является основой для государственных переворотов по всему миру.
Но граждане спят.
Лидер движения «Суть времени» подчеркивает, что это одинаково относится и к армянам, и к русским. Иллюзорная стабильность в стране рухнет в один момент, если позволить «эрдогановщине» развиваться так, как это наметили западные кураторы. Их уже не сдерживает страх перед русским ядерным оружием в руках халифата.
Казалось бы, при таких перспективах некая русская полурасслабуха должна уже была закончиться, но ведь нет! А изменения необходимы глубокие, поясняет Кургинян. За 3-4 года патриотически ориентированные граждане – с драйвом, умом, осторожностью и настойчивостью – должны стать настоящим стержнем и ядром государства. Не меньше трети страны должно быть милитаризовано. Иначе потребительское быдло разрушит Россию.

Суть времени

08.11.2020 Сергей Кургинян. Право знать!

TV Center

07.11.2020 Кургинян: метафизика силы и годовщина революции. Великий Октябрь, русский дух и будущее России

00:00 — заставка
00:04 — слово лидера движения «Суть времени» Сергея Кургиняна
18:33 — песня «Рабочая Марсельеза»
20:43 — «Я ухо приложил к земле» (А. Блок)
21:34 — песня «Слезами залит мир безбрежный»
24:49 — «Революция» (В.Брюсов)
26:00 — «Левый марш» (В. Маяковский)
27:56 — песня «Варшавянка»
30:14 — «Пловец» (Н. Языков)
31:09 — «Время Ленина» (Н. Асеев)
32:29 — «Песня о Щорсе»
34:20 — «Проводы» (Д. Бедный)
36:04 — «Последняя страничка гражданской войны» (В. Маяковский)
37:07 — песня «Марш дальневосточных партизан»
39:08 — «Рассказ Хренова о Кузнецкстрое и о людях Кузнецка» (В. Маяковский)
40:56 — «Интернационал»

Кургинян: метафизика силы и годовщина революции. Русский дух, русская душа и Великий Октябрь
В выпуске, посвященном 103-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции, лидер движения «Суть времени», политолог, аналитик Сергей Кургинян сравнивает представителей современного общества с теми, кто делал Революцию.
Кургинян отмечает, что в России довольно быстро привыкли к ограничениям в связи с пандемией. По мнению политолога, это свидетельствует о том, что общество очень пластично и слабо. Эти пластичность и слабость нужно воспринимать адекватно, однако они ускользают от сознания людей.
Чем больше проявляется слабость на деле, тем больше ее носители воспаряют в фантазиях о своей силе. Но если люди возненавидят свою слабость, жизнь в России изменится. Однако пока они не хотят этого делать, считает Кургинян.
Революционеры 1917 года были невероятно сильными. Внутри увядания Российской империи формировалось нечто противоположное этому увяданию. Возникла человеческая сила, не готовая смириться с умиранием — «что-то невероятно живое, яркое, способное к борьбе, к любви, к созиданию», говорит Кургинян. Эта сила стала согревать страну. Она не позволила ей погибнуть.
«Началось воскрешение России. Не восстановление, не возрождение, а именно воскрешение чего-то уже окончательно умершего», — объясняет лидер «Сути времени». «Хватило огня на то, чтобы воскресить страну, запрограммированную на ликвидацию, потому что миру она была не нужна, а сама находилась на 5-6 месте и на этом месте была бы раздавлена», — добавляет он.
После Октябрьской революции Россия превратилась в сверхдержаву, которая несла мощную альтернативную идею, озарившую весь мир, воспринятую половиной человечества. «Это рассматривалось как невероятное чудо, о котором все современники этого чуда и все, кто потом наблюдал его фантастические, богатые, разнообразные плоды, говорили как о русском чуде», — отмечает Кургинян.
Празднуя годовщину Октября, мы не можем не обсуждать силу «красных демиургов» и слабость современного общества, обрушившего ими созданное, убежден лидер «Сути времени».
«Мистерия слабости» была понятна давно, говорит политолог. По его словам, по-настоящему сильным может быть только восходящее историческое общество, каковым оно и было в 1917-м году. «Через какие бы уродства ни проходила Россия, как бы она по определенным слагаемым ни была слаба, она была исторической страной. И даже когда было понятно, что ее имперская форма не отвечает новой эпохе, она не теряла свою мощь и содержание. Когда форма окончательно истлела, вдруг это содержание начало создавать новую советскую форму, глубоко преемственную всему, что было», — подчеркивает Сергей Кургинян.
В момент, когда Запад все более концентрировано выражает свою исчерпанность и большое желание уничтожить мир, на горизонте маячит русская тайна, которая сохранялась при переходе от московской Руси к петровской, а от нее — к советской, говорит лидер общественно-политического движения.
В случае победы Байдена Россию ждет хаотизация, к которой она не готова. Миссия «Сути времени» в Донбассе готовится к серьезным испытаниям. В Карабахе льется большая кровь. «Все это только первые ласточки чего-то более мрачного», — предупреждает политолог.
При этом коронавирус странным образом воскресил всю коммунистическую проблематику в ее фундаментальном значении, о котором движение «Суть времени» говорит с момента своего появления.
Ситуация с коронавирусом вдруг обнажила, что человечество намерено двигаться техноцентрическим путем, оно готово подчинить человека технике, в том числе, отредактировать человеческий геном и создать на месте человека монстра, который уничтожит человечество, говорит Кургинян.
Коммунизм есть человекоцентрическое развитие. Его предпосылкой является братство народов, вне которого нельзя прекратить грызню. Ведь только прекратив ее, можно начать альтернативный путь развития.
«Восхождение человека — это то, о чем мечтала Россия во все эпохи, во всех своих ипостасях, меняя формы, модифицируя содержание. Оно есть коммунизм. В эпоху ковида это тысячу раз охаянное содержание, ради которого наши предки совершали Великую Октябрьскую социалистическую революцию, вдруг выступает на первый план», — заявляет лидер «Сути времени».

Суть Времени

05.09.2020 Право знать!

TV Center

28.05.2020 Суть игры

Илл. Ганс Гольбейн (Младший). Гравюра «Врач и смерть» из цикла «Пляска смерти».

Историософия COVID-19

Ещё 15 апреля журнал "Профиль" познакомил нас с весьма интересной позицией Тимофея Бородачёва, программного директора Валдайского клуба, научного руководителя Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ. Понятно, что рано или поздно позиция наших специфических элитариев должна была выйти в публичное пространство, но вряд ли можно было ожидать, что это произойдёт с такими фанфарами, так наглядно, быстро и жёстко.

Очевидно, что сам по себе коронавирус (КВ) — это одно, а заметная элитаризация мира и переход к положению супергосподства меньшинства и суперподчинённости большинства — это другое, но столь же очевидны их взаимосвязь и взаимодействие между собой. Ведь если у пандемии действительно присутствует искусственная составляющая, если кто-то зачем-то всё это делал, то необходимо понять, для чего… Это и называется "сутью игры".

Бородачёв посвятил свою статью весьма важному аспекту, видимо, неизбежных после кризиса системных изменений — дифференциации образования. Здесь никакой "конспирологии" нет — только цитата из публикации в "Профиле". Так вот, дифференциация в получении знаний останется, заявляет Бородачёв. Для тысяч избранных сохранится возможность получить образование в полноценном социальном общении — то есть в очном формате, что помогает обучаемым развиваться свои личностные и лидерские качества. А вот онлайн-обучение подобные возможности существенно ограничивает, признаёт Бородачёв. Но, по его мнению, лидеров и не должно быть много, особенно в условиях сокращения ресурсов, да и личностей много быть не должно. Кого же должно быть много? "Человеческой слизи", которая ни для чего не пригодна, которую можно и нужно будет "зачищать"?

КВ, раз он уже появился, уже не может существовать "сам по себе", вне различных политических, военных, экономических и прочих затей. 16 апреля 2020 года "Известия", со ссылкой на аналитиков национального рейтингового агентства, сообщили, что отрасли российской экономики, сильнее всего пострадавшие от ситуации с КВ, могут потерять до 17,9 трлн. рублей, а 15,5 млн. человек — лишиться работы.

Между тем, всё чаще и чаще ведущие иммунологи, эпидемиологи приходят к выводу, что официальная информация о КВ не соответствует действительности. Профессор медицины, статистики и исследований в области здравоохранения и биомедицинских данных Стэнфордского университета Джон Иоаннидис через три месяца после начала пандемии написал на медиа-портале Study news, что большинство стран, включая США, не имеют возможности проверить большое количество людей на наличие вируса. Ни в одной стране мира нет надёжных данных о распространённости вируса в репрезентативной случайной выборке среди населения в целом. Это — фиаско доказательств, которое создаёт полную неясность в отношении определения степени летальности COVID-19.

"Сообщаемые ВОЗ показатели смертности в 3,4% вызывают ужас и не имеют смысла", — кто это говорит? Профессор вирусологии, эпидемиологии и статистики Стэнфорда, цитадели американской науки и образования. Единственным случаем, когда в полном объёме тестировалось всё население, было "население" круизного лайнера "Даймонд Принцесс", его пассажиры, посаженные в карантин. И по этим тестам показатель смертности составил 1,0%. Хотя среди путешествующих на этом лайнере были, в основном, пожилые люди.

На сайте Science Direct группа французских врачей подтвердила расчёты Иоаннидиса, придя к выводу, что летальность от COVID-19 существенно не отличается от ОРВИ, вызываемых ранее известными вирусами.

Нет смысла спорить о том, так это или нет, — исследования проводила группа профессиональных врачей, которая в итоге поддержала позицию выдающегося представителя авторитетного Стэнфорда… Проблема COVID-19, говорят они, вероятно, переоценена, отмечая, что в настоящее время в мире распространяется четыре разных штамма КВ, которые инфицировали, часто бессимптомно, миллионы людей, пока что — с достаточно низкой летальностью. Пока что…

А группа китайских и американских вирусологов в статье, опубликованной самым авторитетным медицинским журналом мира Nature Medicine представила данные по городу Ухань, где COVID-19 был зафиксирован впервые. Риск летального исхода в районах за пределами провинции Хубэй составлял 0,85%, а для города Ухань — 1,2-1,4%, что коррелирует с данными Джона Иоаннидиса.

По заявлению представителей Независимой швейцарской исследовательской группы Swiss Propaganda Research, сообщения о молодых и здоровых людях, скончавшихся от КВ, при ближайшем рассмотрении оказываются ложными. "Многие из этих людей либо умерли не от COVID-19, либо у них были серьёзные предпосылки к этому — например, не диагностированный лейкоз", — утверждают они. О том же пишет британская газета "Гардиан", а также испанцы, портал ГОУКОМ.

Что касается аномально высоких показателей смертности от КВ — например, в Северной Италии, — то учёные склоняются к выводу, что они могут быть связаны с загрязнением воздуха и заражением легионеллой, бактерией, вызывающей острую инфекцию. Плюс в плохом состоянии системы здравоохранения, особенно — при уходе за престарелыми, паники среди населения и ряда других сопутствующих причин. Перегрузка систем здравоохранения в США, Великобритании, Испании, Италии, наблюдаемая в настоящее время, не является чем-то экстраординарным, утверждают учёные. В 2018 году больницы по всей территории США были заполнены больными обычным вирусным гриппом. В том же 2018 году отделения интенсивной терапии в Милане были целиком забиты гриппозными больными. А в Испании грипп переполняет больницы почти каждый год.

Нет смысла спорить с данными врачей или утверждать, будто COVID-19 не представляет собой ничего серьёзного. Моя задача в данном случае — структурировать спектр профессиональных мнений и выяснить, что кроется за ними: иногда это ангажемент, иногда — ошибки, а порою — избыточные суждения. Однако очень часто профессионалы знают, о чём говорят, но им очевидным образом затыкают рот. Задача эксперта на данном этапе — бесконечно и в бесконечных количествах исследовать проблему ответственного мнения специалистов и приводить всю эту информацию в какую-то систему.

Так что же, на их взгляд, реально происходит с показателями смертности от КВ? Президент немецкого Института Роберта Коха Лотар Вилер на пресс-конференции 20 марта заявил, что причиной смерти умерших с положительным результатом тестов в Германии власти официально считают КВ, несмотря на наличие других болезней. То, что в Германии обстоит дело именно так, подтвердил и немецкий вирусолог Хендрик Штрек.

О причинах устрашающей статистики COVID-19 поведал американский врач Скотт Дженсен, который является по совместительству и сенатором-республиканцем от штата Миннесота. 8 апреля в эфире Fox News он рассказал о том, что в свидетельствах о смерти в качестве причины врачи указывают коронавирусную инфекцию, что, по его мнению, является — цитата — "полным бредом". Оказывается, американская национальная страховая система "Медикэр" (Medicare) выплачивает 13 тысяч долларов за лечение пациента с диагнозом КВ и 39 тысяч долларов, если этого пациента подключают к аппарату искусственной вентиляции лёгких. Представляете, что значат деньги!

Дженсен заявил, что получил документ на семи страницах с инструкцией, указывающей, как надо заполнять свидетельство о смерти с диагнозом COVID-19 без лабораторного теста, подтверждающего, что у пациента действительно был вирус. Врач должен написать, что смерть пациента произошла — "возможно" или "предположительно" — от КВ. Дженсен продемонстрировал эту инструкцию в прямом эфире! Думаете, его выступление имело какие-то последствия? Авторы инструкции были наказаны? Ничего подобного" И если в США такое происходит в общенациональном масштабе, то здесь, в России всё по-другому? Кто-то может исключить вероятность того, что у нас всё то же самое — разве что с поправкой на местные особенности, типа размера страховок и т. п.?

Несколько слов о том, что лишь косвенно связано с COVID-19, но имеет существенное значение, позволяющее нам всё-таки добраться до сути игры. 25 марта 2020 года университет в Фэрбенксе на Аляске представил подробное исследование причин катастрофического падения здания №7 Всемирного торгового центра. Того самого здания, чьё обрушение 11 сентября 2001 года было объявлено первым в истории случаем, когда небоскрёб полностью разрушился от пожара.

Во всяком случае, так гласит официально утверждённая версия комиссии Кина — Зеликова, Национального института стандартов и группы Дональда Рамсфелда. Хотя эта версия уже неоднократно и вполне обоснованно подвергалась критике со стороны различных общественных организаций: Ассоциации ветеранов ЦРУ, Ассоциации пожарных и Ассоциации авиадиспетчеров и т. д.

А вот что говорит сценарист и режиссёр Ричард Гейдж в фильме "Переосмыслить 9/11": "Пожары никогда не становились причиной обрушения небоскрёбов, даже в случае более сильного и продолжительного горения, чем в 7-м корпусе WTC. А там очаг возгорания, который, как утверждается, привёл к падению здания, исчез за час до катастрофы". На кадрах из этого фильма видно, как слева на экране рушится 7-й корпус Всемирного торгового центра. А справа происходит контролируемый взрыв здания, предназначенного под снос. Невозможно найти не то, чтобы десять отличий, а даже одно-единственное!

Аляскинский университет в Фэрбенксе был основан в 1917 году и начал приём студентов в 1922-м. По данным на 2017 год, является единственным университетом данного штата, входящим в категорию "Национальные университеты", и занимает 202-е место в этой категории в мире. В общем, серьёзный университет в отдалении от столиц, которому шёпотом сказали: "Слушай, исследуй всё по этому пожару. Честно и до конца… Но чтобы доказательства были убойные!" Кто это шепнул? Конечно, какие-то высокопоставленные официальные лица США, может быть — даже лично президент Трамп.

Значит, существует версия Национального института стандартов, которая принята в качестве официальной и единственно возможной. А всё остальное… фейки. Фэрбенкс не оставляет от официальной версии камня на камне. Причём делает это объективными методами и настолько доказательно, что к такому опровержению официоза трудно не прислушаться, а это может потянуть за собой пересмотр всех оценок событий 11 сентября 2001 года. До выборов президента США остаётся меньше полугода. Сторонники Трампа считают, что расследование университета в Фэрбенксе способно стать одним из элементов новой кампании по разоблачению так называемого "глубинного государства". Трамп, а не конспирологи заинтересован в этом разоблачении.

Другим элементом той же кампании, как считают сторонники Трампа, будет — снова цитата: "Сотрудничество администрации Трампа с общественниками и экспертами, утверждающими, что COVID-19 — это биологическое оружие американских спецслужб…" Это американцы пишут! Оружие, "…пущенное в ход, чтобы нанести удар по предвыборным позициям Трампа".

Подобных общественников и экспертов много. Значит, с одной стороны, в распыл могут пустить "версию Рамсфелда" и других. С другой стороны, будет, так сказать, установлена правда. Как вы думаете: те, кто всё это делает, могут оставаться безучастными к подобным разоблачениям или даже к возможности подобных разоблачений?

8 апреля 2020 года компания ABC сообщила, что разведка США якобы предупреждала Белый дом о губительных последствиях КВ как для здоровых людей, так и для бизнеса ещё в ноябре 2019 года. Согласно данным источников, которые ознакомились с докладом Национального центра медицинской разведки при разведывательном Управлении Минобороны США (РУСО), опасения в связи с вирусом, распространявшимся на территории китайского Уханя уже в ноябре, были подробно описаны представителями спецслужб, которые… цитата: "Беспокоились, что он (вирус) может нести серьёзную угрозу американским военнослужащим в Азии". Составители доклада пришли к выводу, что последствия от вируса "могут быть катастрофическими". Как отмечает АВС, эта информация неоднократно доводилась до Комитета начальников штабов ВС США и Белого дома. По теме нового вируса проводились брифинги с участием высокопоставленных представителей федерального правительства и членов Совета национальной безопасности. Они регулярно проходили ещё в декабре, а в январе Трамп ежедневно получал информацию о развитии ситуации.

Вот вам и ответ! Мол, если вы будете заниматься в Фэрбенксе тем, как мы неряшливо сфабриковали версию о пожаре, если вы будете заниматься нашими происками в том, что касается биологического оружия, — мы займёмся вами. Мы сообщим, что вас про опасность COVID-19 предупреждали заранее, а вы не отреагировали. И тогда мы посмотрим, кто кого!

6 марта 2020 года Time начинает обсуждать вице-президента США Майкла Пенса. "Всё сводится к Пенсу при CОVID-19", — говорит чиновник Белого дома, — "и он с нуля набирает скорость. Пенс получает нейтральные или положительные отзывы от региональных и прочих лидеров, включая демократов". Также говорилось о том, что Пенс очень рискует. Если он не справится сейчас, то быстро превратится в расходный материал перед лицом "рассерженных" американцев. А если справится, станет резко предпочтительнее Трампа. И гораздо более приемлемым, чем Трамп, для демократов и республиканцев одновременно.

21 марта 2020 года эту тему подхватывает Guardian, сообщая читателям, что роль вице-президента обычно рассматривается в США как неблагодарная, но он может набрать вес, как Дик Чейни после террористических атак 9/11, или Джеральд Форд после "уотергейта". А Пенса подняли "непредсказуемые" события — CОVID-19. Отмечается: что бы ни случилось до ноября текущего года, Пенс может забронировать за собой место вероятного претендента от республиканцев на президентских выборах 2024 года. И демократы его примут. GALLUP информирует о том, что в рейтинге одобрения действий лидеров институтов США по реагированию на КВ за период 13-22 марта 2020 года вице-президент США Майкл Пенс набрал 61%, обогнав Трампа с его 60%. Ещё недавно это было бы немыслимым. А теперь Пенс обгоняет Трампа.

Также отмечалось, что Пенс умеет убеждать граждан, что он — самый информированный и продвинутый политик в Вашингтоне. Даже если он и не является таковым, он умеет так себя подать и в этом убедить. Как и Эйзенхауэр, который встречался с прессой еженедельно, пишет The National Interest. По сравнению с Трампом Пенс — это именно то, что нужно Америке!!!

Ну, а теперь — о том, что может в какой-то мере раскрыть суть игры, то есть подоплёку всех приведённых выше микроисторий.

30 января 2020 года ВОЗ признала, что вспышка КВ — это… цитата: "чрезвычайная ситуация в области общественного здравоохранения, имеющая международное значение". И уже на следующий день министр обороны США Марк Эспер издал распоряжение, согласно которому Северное командование ВС США должно стоять "на низком старте" в том, что касается возможностей так называемого непрерывного управления. Вот на эту тему и стоит поговорить.

Непрерывное управление подразумевает преемственность власти в случае чрезвычайных ситуаций: например, ядерной войны, одновременной смерти президента, вице-президента и председателя Палаты представителей. Помимо смерти этих лиц, основанием для введения режима непрерывного управления является неспособность этих лиц выполнять возлагаемые на них функции. Согласно давней директиве президента Эйзенхауэра, в случае такой коллективной неспособности, которую Эйзенхауэр, конечно, связывал с ядерной войной против Советского Союза, власть должна переходить к военным. И осуществляться с помощью так называемого многоэтажного резервного правительства. Было ли это резервное правительство когда-нибудь задействовано? Как ни странно, да. После событий 11 сентября 2001 года — на целых 12 часов! А власть, которую должны были осуществлять президент и другие официальные лица: вице-президент, председатель Палаты представителей, — исполняло другое лицо. Несмотря на то, что президент Джордж Буш-младший и другие названные лица были вполне дееспособны, власть половину дня "9/11" находилась в руках некоего Ричарда Кларка, руководителя антитеррористических операций.

Здесь мы входим в сферу достаточно закрытой проблематики, где важно не скатиться к научной фантастике или конспирологии. Поэтому необходимы некоторые разъяснения.

Один из авторитетных американских журналистов, работающий в сфере военной аналитики, Уильям Моррис Аркин, журналист-расследователь, в течение длительного срока занимался проблемой непрерывного управления. Подчёркиваю, Аркин — не конспиролог. Он — военный журналист, успешно работавший по этому профилю в трёх весьма авторитетных американских изданиях: "Лос-Анджелес таймс", "Вашингтон пост" и "Нью-Йорк таймс". Такие издания не берут к себе аналитиков-расследователей в случае, если те не вписаны в спецслужбы, не могут получать специнформацию и т. д. К примеру, Боб Вудворд, который вёл расследование по импичменту Никсона, стоил любого директора ЦРУ… Это даже не просто суперспециалисты — это уже over qualification, переквалифицированные суперспециалисты.

И вот, на основе своего опыта и знаний Аркин описал 6 или 7 типов этого непрерывного управления. Первый, RESEM, касается защиты президента, вице-президента и их семей. Второй — защиты министра обороны и главных военачальников. Третий — защиту членов Конгресса и Верховного суда. Про четвёртый, кроме названия — Octagon — ничего не сообщаетя. Про пятый — тоже, кроме того, что он называется Freejack. То же самое с 6-м типом, Zodiak. Существует ещё и 7-й — Granite Shadow. Про этот 7-й тип управления кое-что известно: якобы он регламентирует развёртывание спецподразделений в Вашингтоне и использование вооружённых сил в соответствующих ситуациях. А также порядок проезда по территориям, занятым военными.

При этом план управления под названием RESEM может быть применён только в случае защиты президента и вице-президента или невозможности выполнения ими своих функций. Но ведь кто-то все эти многочисленные планы непрерывного управления должен вводить в действие? Да, и этот кто-то — Северное командование ВС США. Сейчас это командование возглавляет генерал ВВС США Терренс О`Шонесси. О`Шонесси руководит не только Северным командованием, но и командованием аэрокосмической обороны Северной Америки. Этот генерал сделал выдающуюся карьеру в ВВС. За его спиной — опыт боевых действий в качестве командира эскадрильи, и он прошёл через все ступени стратегического управления ВС США. Значит, согласно американским законам, он управляет страной в случае смерти трёх главных политических фигур. 13 февраля 2020 года Шонесси заявил комиссии Сената по ВС, что Северное командование "готовится к худшему". И что с этой целью оно держит связь с десятью другими командованиями США. Вот, что такое непрерывное управление. При этом в ведении Северного командования — не только территория США, но также Канада, Мексика и Багамы. Поэтому Северное командование имеет право по собственной инициативе развёртывать войска на территории этих стран.

Права Северного командования, степень детальности задействования этих прав за последние годы только усиливались. В 2016 году президент Барак Обама подписал секретный приказ № 40 по политике непрерывного управления. А за два дня до вступления в должность президента Дональда Трампа, то есть 18 января 2017 года, Крейг Фьюгейт, директор FEMA, Федерального агентства США по управлению ЧС, подписал директиву № 1 о непрерывности управления. Эта директива уточняет функционирование данной параллельной власти на более низких уровнях.

То есть, при Эйзенхауэре всё это замыслили. А при Буше-младшем — ненадолго "впарили". Постоянно держат наготове и совершенствуют. Нет ничего бредового в предположении о том, что данная параллельная система непрерывного управления может быть задействована намеренно, с использованием искусственно созданной ЧС. Того же COVID-19 или чего-то подобного…

То, что система непрерывного управления существует, — не выдумка, а факт. То, что она была опробована — опять-таки факт. Никто, подчёркиваю, не утверждает, что COVID американцы запустили для того, чтобы задействовать систему непрерывного управления. Это гипотеза: а) является гипотезой и б) абсолютно правомочна в качестве таковой.

Поскольку ситуация здесь на удивление непрозрачна, не стоит пренебрегать разного рода гипотезами и уж, тем более, именовать их конспирологическими. Кто конспирологичен? О`Шонесси? Система непрерывного управления? Те 12 часов 11 сентября 2001 года во время "удара террористов" по башням ВТЦ и по Пентагону? Тогда скажите, пожалуйста, а что такое — убийство Джона Кеннеди? Это конспирология или конкретная спецоперация, существенно повлиявшая на судьбы мира?

Какова же связь этих управленческих подробностей режима непрерывного управления с КВ-эпопеей? Существует достаточно авторитетная, не конспирологическая, некоммерческая служба новостей Kaiser Health News, которая ещё во времена администрации Буша-младшего сообщала о том, какие именно планы эта администрация разрабатывает на случай… Внимание! "Использования террористами биологического оружия против американских военных, дислоцированных в других странах". Была предложена определённая методика карантина, которая превращала американские военные базы в объекты, недоступные для ликвидации с помощью биологического оружия. Эта методика была разработана МО США на паях со Службой охраны здоровья США. Ничего конспирологического в ней тоже нет. Позже подобную методику тотального карантина тогдашний министр обороны Дональд Рамсфелд (уже упомянтый ранее), имея опыт карантинной защиты военных баз за рубежом, распорядился распространить на всё население США.

Соответствующее поручение было дано Картеру Мехеру из Службы здоровья бывших комбатантов и доктору Ричарду Хэтчетту из Совета национальной безопасности. Идея Рамсфелда состояла в том, чтобы в случае распространения заражения биологическим агентом ввести тотальный карантин. Сначала предполагалось задействовать это на военных базах, а затем решили расширить данный комплекс мер на всё гражданское население, подвергшееся биологической атаке. Этот карантинный план один к одному совпадает с тем, что происходит сейчас в США. Но для того, чтобы так начать действовать, нужны заранее подготовленные инструкции и разработки. Подчеркну ещё раз: будучи задействованным против COVID-19 и совпадая с тем самым планом Рамсфелда, нынешний карантин нигде и никогда ранее не использовался ни при каких эпидемических заболеваниях

Кто наиболее активно продавливал подобные планы, их развёртку и т. д. в 2006 году? Центр контроля предупреждения заболеваний. В связи с этим знаменитая "пробирка Пауэлла" вам ничего не напоминает? Не вызывает никаких мыслей?

Разработки Центра по контролю предупреждения заболеваний не были приняты в качестве планов, которые обязательно необходимо задействовать. Тогда этим планам оказала эффективное сопротивление Школа медицины при Университете Джонса Хопкинса. И лично профессор Дональд Хендерсон, руководивший и этой Школой, и очень серьёзными американскими системами реагирования на эпидемии. Хендерсон и его коллеги подняли бунт против проекта Рамсфелда, Мехера и Хэтчетта. И назвали этот проект "окончательным скатыванием администрации США к абсолютному тоталитаризму". Все официальные документы, существовавшие на этот счёт, странным образом были уничтожены администрацией Трампа в 2017 году. Единственный оставленный след, позволяющий не рассматривать всё сказанное как конспирологию, — скандал 2006 года, породивший конфликт Хендерсона и группы Рамсфелда, Мехера, Хэтчетта и других. Выплеснулось это наружу, понимаете? А потом все информационные следы были стёрты. Но ставшее явным назад не спрячешь. Скандал был публичным и очень бунтарским… При этом один из членов группы Рамсфелда, Ричард Хэтчетт, стал директором организации CEPI, Коалиция за инновации по предупреждению эпидемий. Именно CEPI координировала в США деятельность по разработке новых вакцин. Но эти разработки были сделаны и положены в стол "до лучших времён"…

На ранних стадиях реагирования США на COVID-19 столкнулись две позиции: позиция самого президента Трампа и позиция доктора Энтони Фаучи, который считается одним из крупнейших специалистов по борьбе с эпидемиями. Фаучи потребовал задействовать против COVID-19 план, поразительно схожий с тем, что разрабатывала группа Рамсфелда. А Трамп упирался, как мог, протестуя против этого предложения Фаучи. Тогда Фаучи передал в открытую печать конфиденциальную информацию по поводу так называемой группы "Красный рассвет". Суть её в том, что Китай — не дружественная держава, а "красный ужас": такой же, каким были Советы. Этот "красный ужас", он же — демонизированный Китай, должен был во главе с Коммунистической партией начать биологическую войну против человечества. Этот сценарий и вылился в текущий скандал по поводу COVID-19. Среди членов группы, раскручивавшей всё, что было вокруг "Красного рассвета", оказался Энтони Фаучи, возглавлявший Институт аллергии и инфекционных заболеваний, и Роберт Редфилд, директор Центра по контролю и профилактике заболеваний. плюс уже знакомые нам доктора: Картер Мехер и Ричард Хэтчетт. Те самые, которые впервые заявили о возможности распространения чрезвычайных мер изоляции военнослужащих, находящихся в определённых объектах, на всё население государств, подвергнутых страшной биологической атаке… Внимание!!! И со стороны коммунистического Китая…

Итак, идея всеобщей обязательной изоляции не относится к числу идей, которые человечество использовало по отношению к эпидемическим заболеваниям самой страшной, смертельной природы. Эта идея была предложена 15 лет назад администрацией 43-го президента США Джорджа Буша-младшего. И предложена не с целью охраны здоровья людей, а для милитаризации общества на случай предполагаемой биологической атаки и для введения режима непрерывного управления, которое сметает всю существующую официальную власть США… После чего может и даже должна начаться "совсем другая жизнь".

Первый план, повторяю, возможной всеобщей обязательной изоляции был разработан под руководством Дональда Рамсфелда. Рамсфелд не рассматривал его как локальный, он этому плану сразу придал глобальный характер. Рамсфелд утверждал, что на основе такой обязательной изоляции можно будет перестроить всю финансовую и производительную систему мира. Причём так, чтобы позиции США резко усилились. Что конкретно предполагалось? Всемирная, всеобщая, обязательная изоляция запустит ещё большую специализацию глобальной экономики, и американцы отхватят себе самый выгодный кусок. Периферийным странам отдадут несколько других кусков, а всех остальных выметут на обочину. Разработку своих идей Рамсфелд поручил не кому-нибудь, а близкой ему фармацевтической лаборатории Gilead. А в американском Институте предпринимательства сходная идея разрабатывалась группой "Проект нового американского века". В том же идеологическом ключе находится доктрина глобального разделения труда, именуемая доктрина Цебровски.

Вице-адмирал Артур Цебровски — американский военный интеллектуал, автор проекта сетевых войн. Теоретик глобализации, советник главы Пентагона Дональда Рамсфелда. Цебровски — один из известных сторонников глобальной перестройки американского нового века, предполагающей перераспределение производительных сил в пользу США. А также разрушение ряда производств, переориентацию промышленности на производство вооружений и внедрение тотального электронного контроля над населением через мобильные телефоны.

Одна из главных задач этой группы, начавшей свою деятельность более 10 лет назад, является возложение всей ответственности за крупное биологическое бедствие на Китай, якобы специально осуществлённое этой страной в рамках биологической войны, и последующее переустройство мира — в частности, расширение "зоны ответственности" НАТО на Юго-Восточную Азию. Есть ещё один пикантный пункт, который по своему цинизму вряд ли с чем-то сопоставим. Он звучит так: переключение неявного финансирования СМИ на фармацевтические компании. Притом, что ранее преобладало неявное финансирование СМИ нефтяными компаниями. Выявление подобной подоплёки происходящего вряд ли стоит считать сооружением очередного конспирологического мифа. Тут есть всё, чего не должно быть в мифе. Много людей, много документов, много расследователей, статус этих расследователей и т. д. Что, назовём мифами книги Боба Вудворда: "Shadow" и т. д.?

Есть специальный пласт литературы, который конспирологией не является, и который подобного рода вещи раскрывает только на основе документов. Количество утечек информации насчёт подоплёки происходящего ныне достаточно велико. Предъявили эту информацию вполне авторитетные источники, и предъявлена она не сейчас…

К любому алармизму по поводу электронного порабощения человечества, осуществляемого под тем или иным предлогом, следует относиться с большой осторожностью. И дело не в том, что подобное порабощение является не соответствующим моральному облику мировой элиты — её представители способны на любую мерзость. Но хватает ли у них интеллектуальных силёнок на это? Возможно, принципиальный ответ на этот вопрос содержится в злоключениях некоего господина Либера.

Глава департамента химии Гарвардского университета Чарльз Либер — один из самых влиятельных специалистов в области химии и нанохимии. Он получил 11 престижных премий, член 18 высокостатусных академий и научных организаций. Ныне профессор Чарльз Либер арестован ФБР по обвинению в преступных контактах с китайской властью. Либеру 61 год, он — создатель нанопроводов, которые могут полностью преобразовать электронику, и нано-электронных сенсоров, способных обнаруживать отдельные частицы вируса. А также — ячеистых материалов, которые можно встраивать в отдельные части мозга для того, чтобы лучше понимать его работу, лечить болезни и мозговые травмы. В своей лаборатории Либер получал гранты от Министерства здравоохранения США, а также от американских военно-воздушных и военно-морских сил. Но одновременно — крупные средства от Уханьского технологического университета в рамках китайских государственных программ и плана "Тысяча талантов". Сейчас Либер обвиняется в том, что он скрыл получение этих средств, имея в числе своих заказчиков американские военные бизнесы. То есть он подозревается в передаче Китаю биологического оружия, в том числе — вируса COVID-19. Чарльз Либер 5 лет проработал в Китае, и, поскольку он работал ещё на Пентагон, то ФБР обвинило Либера в связях с китайской разведкой. Коллеги Либера по Гарварду утверждают, что он занимался вещами почище COVID-19, а конкретно — нанороботами вирусного размера, способными управлять клетками, обходя защитную реакцию организма. Это — чем он занимался, а вот до чего дозанимался — вопрос…

Считается, что арест Либера — важный шаг к обострению не только торговой, но и шпионской войны между КНР и США. Хотя дело — даже не в этих войнах. Наличие возможностей "продвинутых Либеров" и готовность к использованию этих возможностей сильными мира сего — вот где заключена главная угроза для человечества на современном этапе. А раз так, нельзя отмахиваться от любых трактовок COVID-историй. Даже тех, которые кажутся сейчас экзотическими и избыточными.

https://zavtra.ru/blogs/sut_igri

25.05.2020 На распутье

Илл. Павел Кучинский

Если цены на нефть упали, и если СOVID остановил мировое производство, о чём мы должны прежде всего задуматься?

В связи с переживаемым человечеством ковид-шоком, а главное, теми последствиями, которые он неизбежно вызовет, мне неожиданно пришел на память старый и несколько сентиментальный анекдот, наверное, для нынешней молодежи не понятный, однако существенный в плане происходящего. Анекдот связан с темой дефицита продовольственных товаров в известное время…

Приходит мужчина в магазин и просит, чтобы ему продали какую-нибудь рыбку благородных сортов, семгу, к примеру… А ему отвечают, что ничего подобного нет, потому что завоза не было. И предлагают купить камбалу. Он смотрит на камбалу, она его пугает своим видом. И мужчина спрашивает, почему она такая сплюснутая, почему у неё глаза таращатся, ну, и прочее. Ему объясняют, что это рыба глубоководная, и в продаже только она и есть… Мужчина пытается всячески увильнуть от предложения купить камбалу… Но получает один ответ: либо камбала, либо ничего. Но почему же другого нет? Потому что завоза не было. Тогда он спрашивает, неужели это пучеглазое чудище само в магазин приползло или как?

Вот и я хочу спросить: это «чудище» под названием Ковид-19 - оно само приползло или его, так сказать, привезли, подарили человечеству? Разве не закономерный вопрос?

Научное сообщество все больше раскалывается вокруг этого вопроса, возникают разные точки зрения, выдвигаются подкрепленные авторитетами мнения. Но, помимо того, как именно «оно само приползло» или все-таки его «подарили», стоит подумать и о том, что всё это собой знаменует, как будет использовано и как это использование усилит или ослабит то, что уже существует? Не приведёт ли к таким последствиям, что сам Ковид-19 окажется этаким криком или брошенным камушком, который вдруг обрушит огромную лавину с гор? Вот что важно!

Для того чтобы разобраться, это чудище само сюда приползло или его кто-то «подвёз», «выпустил» и нам «подарил», необходимо иметь язык. Научный, как минимум. Нужно понять, что это за чудище. А с этим как раз есть проблемы.

Наука, вообще, существенно оторвалась от того, что понимает и чем оперирует современный человек, средний, не являющийся специалистом в данной сфере. А сама сфера разделилась на колоссальное количество секторов, где в каждом существует свой язык. И вот уже специалисты по биофизике и по биохимии не понимают друг друга. Медики не понимают биологов. Биологи делятся на 10 различных модификаций, каждая из которых с трудом понимает другую. Целостную картинку никто собрать не может, потому что языка нет. Возникло такое специфическое состояние современных знаний, что неизвестно, в каком фокусе они собираются, кто их способен собрать и откуда может исходить представление о целом. Это первое. И второе, всё это пространство знаний ангажировано. Допустим, есть несколько вариантов ответа на какой-нибудь вопрос… И если за какой-то вариант наказывают или, наоборот, поощряют, люди будут стараться избегнуть наказания, добиваясь поощрения. Кто в таком случае скажет правду - неизвестно. Те, кто будут настаивать, что именно они говорят правду, может быть, они-то как раз и врут.

У Джека Лондона есть повесть «Лютый зверь», про боксёров. Там есть объяснение, почему они так часто берут себе прозвища типа Честный Билл… Да потому, что все мухлюют. Значит, в этом смысле проблем для обсуждения этого самого КВ множество. И одна из них - состояние тех наук, знание которых необходимо, чтобы создать некую картину, чтобы появилась возможность интеграции этой картины, сборки из отдельных сегментов какой-то непротиворечивой модели. При этом важна еще степень доступности и адекватности этой модели. Доступности для людей, которые не обладают специальными знаниями, и степень её адекватности, предполагающей компетенцию тех, кто дает информацию. Ничего этого нет. Вот почему мы сейчас должны обсуждать ещё и состояние так называемого экспертного сообщества. Эксперты обязаны говорить на трансдисциплинарном языке и собирать секторальные знания в целостные картины. Одно время все надеялись на теорию систем, которая позволит все собрать. Потом заговорили о синергетике, ещё о чём-то… Но, в любом случае, запрос на это как только проблема становится одновременно научной и жгуче политической, общественно значимой огромен.

Между тем, мы загубили трансдисциплинарные, метадисциплинарные исследования, проводившиеся в Советском Союзе, да и в мире, пока существовал Советский Союз. Мы ведь тогда, в некотором смысле, «перестукивались» с другими государствами, представляющими капиталистический мир. Потом всё прекратилось. И возобладал так называемый позитивизм. А что такое позитивизм? Ничего более не входит в науку, которая занимается фактом и больше ничем. Стакан стоит на столе, вирус обладает такими-то характеристиками… Всё. Перечисляем характеристики, а дальше ни шагу… Затем наращиваем знания о каждой отдельной характеристике. Потом о каждой из новых характеристик… Всё это называется позитивистским безумием, у которого есть своя история. Подобное состояние научных подходов оказалось необходимым для того, чтобы никто ничего не понимал в происходящем. Или это понимание было сосредоточено в узком кругу людей, отчуждающих как методы понимания, так и саму информацию, позволяющую что-нибудь понять. И тогда растерянное человечество встало перед выбором: либо замолчать, спрятать голову в песок, либо слушать перевозбуждённые речи на частные темы, внутри которых нет понимания существа происходящего.

Ответственность экспертного сообщества состоит в том, чтобы вот сейчас, прямо с колёс, вырабатывать правильный язык и обсуждать проблему адекватным образом. В этом моя личная ответственность как члена экспертного сообщества. К тому же призываю других.

Но прежде стоит отказаться каждому из нас от того, что есть «любимые» и «нелюбимые» науки. Надо сесть за учебники, а потом за серьёзные работы в разных областях знаний, чтобы научиться понимать, что происходит. И на языке этого понимания устраивать обсуждение. Даже если к этому моменту снимут карантин. Всё равно необходимо понять и обсудить. Необходимо пожертвовать каким-то временем жизни, сжать зубы, открыть тексты и грызть гранит органической химии, биологии, микробиологии, микрофизики, биохимии, вирусологии и т.д. И найти, наконец, ответы на вопрос о том, что именно происходит, что подключается к таким-то частям клетки, что – к другим… Кто блефует, кто не блефует.

Последовательность следующая:

а) понять;

б) собрать в картину;

в) объяснить эту картину на языке, который будет понятен обществу.

Вот наша экспертная задача. В зависимости от ее решения мы будем иметь дело с объективностью. Или - нет.

Иначе говоря, какую «картинку» мы принимаем? Этот вирус мутировал, мутировал и домутировался. Или все же его мутировали? Слишком многие уже говорят о том, что его мутировали. Раскачивали, усиливали его негативные качества, его поражающие способности. Ну, а как без этого? Знаем же, что этим занимаются. Об этом уже говорят американцы, индийцы, наши… Однако подобные голоса тонут в криках других, мол, всё это ложь, конспирология, фикция и т.д. А следует говорить не однозначные - «да» или «нет», но разобрать весь механизм и объяснить изнутри, почему так, а не иначе. Необходимо встать на уровень со специалистами, и найти более общий и доказательный, строгий язык…

Вместе с тем, приползла ли эта пучеглазая COVID-19 сама или её заслали - она есть. Является она мифом, реальностью или представляет собой композицию мифа и реальности – она есть, и мы в этом живём. Чем, естественно, кто-то воспользуется. Смелая мысль, что те, кто этим будут пользоваться, они же это и создали. Не обязательно так. Но пользоваться этим будут, что вписано в некую логику происходящего.

Хотелось бы обозначить несколько моментов этой большой логики, иногда называю ее диалектической. Первое слагаемое ее таково. Мы – люди. И мы можем либо верить в то, что человек улучшаем, что он принципиально может быть трансформирован, что он может быть «сделан» качественно лучше, благороднее, умнее, тоньше, моральнее и т.д. И такое улучшение человечества возможно. Либо мы говорим, что в это не верим. Понимаю, есть масса аргументов в пользу того, что человека «улучшить» нельзя, что он не преобразуем, что улучшение человечества и отдельного человека - это утопия, иногда даже вредная. Только есть одно «но». Ровно в тот момент, когда будет сказано: «А! Катись оно, куда подальше, это улучшение человечества и отдельного человека. Не будем мы этим заниматься! Каков есть человек, таков есть!» - все! В этот момент начнётся конец рода человеческого. Достаточно будет так сказать и всем в это поверить, чтобы через 20 лет человечество как таковое перестало существовать.

Попытки «улучшить» человека - они как рывки вперёд, они составляют суть бытия рода человеческого. И как бы ни назывались эти «улучшители», если они говорят о восхождении человека, о потенциалах его благородства, морали, тонкости чувств, о его сопричастности высокому – это прекрасно. Все такие люди могут раз за разом осмеиваться, растаптываться, иногда распинаться, а иногда - сжигаться в паровозных топках… Но именно они воплощают то, что не даёт человечеству скатиться вниз.

Однако есть и другие… Эти не говорят о развитии человечности, о благородстве, милосердии, чести, высших смыслах и прочем. Они рассуждают о селекции людей как животных. Такая мировоззренческая позиция, так или иначе, называется фашизмом, расизмом… Подобная селекция - ведь тоже некое улучшение рода человеческого, по их убеждению! Этакий «рыночный» способ, «естественный отбор», война всех против всех.

Итак, люди, которые рассуждают о перспективах человечества, делятся на три категории, и типология здесь такова. Первые, кто верят и борются за восхождение человека, за наращивание гуманистических качеств, противостоящих звериному началу. Называют ли они это «новым человеком» или «обожением», неважно. Все они, по большому счёту, гуманисты.

Вторые убеждены: «Всё неизменно! Вот как есть, так есть!» И это те, кто вроде бы всегда правы. Мещанин, обыватель, пошляк – всегда правы. И пока они «воняют», а другие работают - это наша нормальная жизнь. Но как только они одержат верх, тут-то всё человеческое и закончится.

И есть, наконец, третьи, которые повторяют за Ницше: «Человеческое – слишком человеческое», «мы будем это преодолевать». Не в духовном плане станем поднимать человека, мы займемся выращиванием более совершенного зверя, белокурой бестии… Займемся естественным отбором с точки зрения «человек человеку – волк». И качество такого «зверя» будем повышать. Это фашисты, нацисты, как ни назови, они существовали и существуют всегда.

Есть знаменитая картина «Витязь на распутье»… К такому распутью ныне пришло человечество, а там эти трое, и каждая из предлагаемых ими возможностей имеет свой потенциал.

Коммунизм разгромлен. Разгромлен как идея восхождения человека. Светская идея, но идея, объединяющая светских и религиозных людей. Она уже не обладает всеобщей консенсусной притягательностью для человечества. Однако для кого-то очень важна. И, слава Богу, что для кого-то важна, если говорит о преображении человека, преобразовании его, совершенствовании, а не улучшении качеств зверя или машины.

Религиозных позиций сегодня, очевидным образом, недостаточно. Часть религии сползает к тому фундаментализму или радикализму, откуда самая основополагающая идея – идея религиозного гуманизма - уходит, заменяется совсем иным варевом, идеологическим…. Внутри чего обнаруживается некое сходство вроде бы религиозных людей с фашистами, которые говорят о том, что «да, с человеком что-то надо делать», его надо вписывать в природу, надо отбирать каким-то таким способом, чтобы это был здоровый зверь. С зубами, когтями… А все сантименты по поводу защиты слабых сняты.

И фашисты обязательно победят в случае полного разгрома коммунизма.

Мы пришли в XXI век в ситуации, когда вся надежда на светское, нерелигиозное возвышение рода человеческого, отдельных людей оказалось разгромленным вместе с гибелью Советского Союза и Советского коммунистического проекта. Колоссальное фиаско. И это фиаско сразу же усилило тех, кто считает человека тупым, себялюбивым, похотливым, жадным животным. И тех, кто желает осуществить селекцию человечества. Сейчас тот момент, когда они начинают спорить между собой. А коммунистического голоса почти не слышно. Без него слабы и религиозные голоса…

Неужели кто-то думает, что COVID, вся мировая истерия вокруг него не имеют отношения к этому? Да самое прямое отношение! Всё, что сейчас происходит в связи с этим вирусом, это фактически следствие краха Советского Союза и коммунизма. Потому что те два голоса, которые возникают как только нагрузка на человечество растёт, как только появляются новые вызовы, они предельно просты. Длить существование в этом скотском состоянии невозможно. Надо либо увеличивать полицейский потенциал, устанавливать абсолютную диктатуру над этими зверьками, которым сначала нужно будет чип в руку встроить, затем - в мозг. Либо поощрять убежденность в том, что людей хорошо бы было поменьше… Естественный отбор должен быть покруче, да ещё сочетаться с селекцией…

Голос сторонников «нового человека», голос людей, верящих в возможность преображения человечества, почти не звучит. Это объективно и трагически сказывается на обсуждении любой фундаментальной проблемы. В том числе, и проблемы нынешнего глобального шока. Ощутим антропологический дефицит. Но он не единственный. Коммунисты же что говорили? Мы мир улучшим! В нём исчезнет несправедливость, всё будет распределяться иначе, люди будут в других отношениях друг с другом… И как только мы это сделаем, человек сам изменится.

Это оказалось роковым заблуждением! И в итоге привело к тому, что идея материального благополучия возобладала над идеей «нового» человека. Трагедия коммунизма состоит в том, что как только идея равновесия, гомеостаза, в конечном счёте, покоя как высшего идеала человеческого существования прокладывает себе путь в людских умах, коммунизм кончается. Он с этим несовместим. Потому что внутри этого покоя, гомеостаза и пр. мгновенно рождается потребительский зуд… Идея покоя возобладала над «вечным боем», движением… По Маяковскому: «… строил мост в социализм, не достроил и устал и уселся у моста… Мы желаем очень просто отдохнуть у этой речки…».

Вот так все и шло: сначала усаживались отдохнуть у моста, а потом - реставрация капитализма как системы, умеющей в совершенстве играть на скотском начале в человеке. Коммунизм на этом играть не умеет или, по крайней мере, играет только в условиях большой беды. А капитализм на этих струнах сыграл виртуозно. И был поддержан гражданами Советского Союза, которые теперь говорят о том, что они типа тут ни при чём, что это всё злые силы их таким способом лишили социалистической невинности. Но это же ложь! На низком сыграли, на похоти, на материальном вожделении, на агрессии… На разобщённости… Сыграли и выиграли. Потому что другие на других струнах играть перестали.

Но даже эта усечённая идея советского коммунизма с её доминирующим посылом: давайте устроим жизнь более-менее по-человечески, а человек сам каким-то образом очеловечится. Эта ошибочная идея - не марксистская, Маркс говорил о снятия отчуждения, о родовой сущности человека. Марксистская идея всё-таки дала свои позитивные результаты, которые заключались в том, что выстроился более простой, надёжный, справедливый, разумный и, главное, в меру аскетичный образ человеческой жизни. Внутри него возникла своя справедливость, своё мера благополучия. И всё это, я перехожу к главному, оказалось в каком-то смысле соблазнительным, по крайней мере, в 30- 40- 50-е годы для западных трудящихся. Они на это облизывались. Пусть робко, пусть с некими оговорками, мол, хотелось бы всё-таки побольше разнообразия, свободы побольше… Что должен был сделать в ответ капитализм? Он должен был в существенной части отказаться от своей внутренней природы. Он и отказался от неё для того, чтобы удержаться наплаву, не оказаться сброшенным этим, даже примитивным, социализмом. Ради самосохранения он согласился: а) меньше выжимать соков и б) больше отдавать. Когда он на это согласился, то отчасти исказил свою природу. И исказил он её затем, чтобы выиграть у коммунизма. Он понимал, зачем её искажает, но только до момента, пока советский коммунизм не рухнул. Однако вернуться-то назад тоже было невозможно. Возникла пауза, когда капитализм, уже не понимая, зачем он даёт трудящимся Запада слишком много, продолжал давать. Хотя перестал понимать, зачем нужно бесконечно возиться с какой-то потребительски ориентированной, не слишком образованной, разболтанной, к примеру, французской женщиной… С её сокращенным рабочим днём, с каким-то пособием, социальными выплатами, если можно иметь китаянку, которая будет работать гораздо больше за 1/4 цены или за 1/10 где-нибудь в Азии. Не имея возможности сразу прижать свою француженку, американку, англичанку или француза, американца, англичанина, капитализм стал перемещаться туда, где присущая ему эксплуатация была возможна в гораздо большей степени. То есть в дисциплинированную, привыкшую к такой работе и послушанию часть Азии. Прежде всего, в Китай, но не только. Туда он и начал перемещать свои интересы. Сначала по простейшим схемам, как в индийской колонии Великобритании: вы нам что-то типа сырья, а мы вам – готовую продукцию. Но постепенно эти процессы усложнились. Понадобились дешевые рабочие руки и в самой метрополии. Откуда их взять? Оттуда же! Привезли мигрантов. Ну, и система замкнулась, выстроилась. Возник развращённый, потребительски капризный западный трудящийся, не конкурентный ни китайскому, ни вьетнамскому, ни какому-либо еще. А мигрант обеспечивал этого трудящегося, делая за гроши неквалифицированную работу. Над всем этим воспарила новая транснациональная финансовая аристократия, которая лишь пошевеливала пальцами. И всё бы ничего, стояла, накренившись, Пизанская башня капитализма, а рядом - советского социализма. Они друг друга поддерживали. Но советский социализм взял и… упал. И вдруг выяснилось, что другая-то башня тоже должна упасть… И непонятно, как управлять ее падением.

Уже в начале 2010-х годов стало ясно, что всё это удовольствие одинокого западного величия ненадолго. Что мир будет резко меняться. Выявилась очевидная фундаментальная неустойчивость всей глобалистской конструкции, оказавшейся уязвимой в условиях отсутствия советского сдерживания. Конструкция начала наклоняться всё больше и больше. Ее всячески старались поднять повыше, возникли секстиллионы деривативов, всевозможные финансовые спекуляции как главное слагаемое изъятия прибыли, наплевательское отношение к производительскому капиталу…

Все это неизбежно рухнет. Во-первых, его будут обрушивать сами хозяева этого мироустройства. Потому что оно для них теперь нелогично и не нужно по массе причин. Во-вторых, начнут обрушивать антропологическое слагаемое. Человека отказались менять. Согласились, что это тот же самый разумный зверь с клыками и когтями, только когти вирусные, типа COVID, а клыки ядерные. Обозначились ножницы между ростом технологических возможностей человечества и ростом самого человека. Они и есть этот самый COVID по его результатам. И, наконец, обострился классовый интерес. Зачем все эти капризные француженки, американки, американцы? Они ожирели от фастфуда, отупели. Никакого высокотехнологичного продукта не могут производить, тем более что для его производства много работников не требуется. Зачем этот «тюнинг» в зоопарке? Он был нужен в условиях сдерживания двух систем. А сейчас-то зачем? Для того чтобы их удерживать в рамках капиталистического или какого-либо империалистического устройства, делящего человечество на господ и рабов, его надо либо погрузить в свирепую тиранию, правда, тогда тиран потребуется. На этот раз глобальный. Либо человека надо развращать и растлевать. Но чем больше ты его растлеваешь, тем меньше он может. А чем меньше он может, тем больше возникает вопросов… Например, а зачем нужно в таких количествах это человечество?

На планете начинается другая съёмка. Вспомним, герой фильма Александрова «Весна» говорил: «Наше время кончилось. Здесь начинается другая съёмка». Грустно. Мне всегда казалась эта фраза там не случайной … Он не просто про кино говорил. То ли про советскую жизнь, то ли про все человечество. Так вот, начинается другая съёмка. И это тоже COVID. Идеальная возможность начать другую съёмку.

Теперь давайте чуть-чуть поговорим о нас. Упала цена на нефть… Приполз или привезли СОVID... Мы остановили экономику и социальную жизнь, как и другие страны. Все это загадочным образом совпало. Может быть, случайно, а, скорее всего, нет. При этом непонятно, о чём думает наша власть. Поскольку не без народной поддержки в 93-м году на референдуме Ельцин остался и т.д. Не без этой поддержки, порождённой рваческой похотью, какими-то капризами, упованиями на западный потребительский образ жизни … в общем - тем самым «шезлонгом», на который уселись, не достроив мост в социализм…

По всем названным причинам общество наше предало собственный проект. Не отдельные «злодеи» это сделали, хотя «злодеи», конечно, участвовали решающим образом. Но не они одни. А общество никак не хочет признать свое предательство. Это называется продажей первородства за чечевичную похлёбку. В результате на основе этого предательства ничего иного и не могло родиться, кроме криминального капитализма.

Капитализм вообще - гадок и по своей родовой сути достаточно криминален. Но у нас это усугублялось тем, что никакого первоначального капитала - не криминального - попросту не было. Так советское общество было устроено. И за 5 лет «сделать» в стране капитализм можно было только криминальный. Что Ельцин и сделал. Начался дикий бардак, напоминающий агонию. Эдакое предсмертное бурление фекалий… Приход Путина всё угомонил, охолодил. Как говорилось некогда? Надо подморозить… Вот и подморозили. Это подмораживание, стабилизация, относительное облагораживание и, так сказать, переход к не столь безумной бесчеловечности нельзя было не рассматривать, как благо. По отношению к тому, что было. Но ведь «подморозили» просто большую кучу криминально-капиталистического дерьма, порождённого крахом Советского Союза. Основа подморозки – высокие цены на нефть. И построенная на этой основе так называемая рыночная экономика предполагает, что бюрократия уже не на 100% ворует, а на 80%. То есть, на 20% что-то чуть-чуть разруливает. Конечно, центр её компетентности – воровство. И, конечно, она в сговоре с преступным классом и т.д. Но уже не до конца, не настолько… А поскольку ещё и избираться надо по многим причинам, ну, так можно и кость какую-то народу кинуть, поговорить с ним на «патриотическом» языке.

Ясно, что все это было улучшением ужаса. Способом избежать полного краха государственности. Но качество всех подобных манипуляций понятно.

Все эти годы мы, движение «Суть времени», я лично, как эксперт, как руководитель аналитического центра, как общественный деятель, все мы говорили одно: «Меняйте систему. Она не выдержит». Нам это было очевидно давно.

А что в ответ слышали? «Да нет! Плевать! У нас ядерное оружие. Все остальные козлы. Да мы, на самом деле, пьём виски со всеми сильными мира сего…». Неважно, что говорилось. Важно, что продолжался союз низкокачественной, в том, что касается производительно-управленческой деятельности, и высококачественной, с точки зрения организации хищения, бюрократии с криминальным классом так называемого бизнеса, который бюрократия все же слегка подъела. Подобный союз мог быть устойчивым лишь без глобальных потрясений и в условиях высоких цен на нефть. Когда началась встряска под названием КВ, и одновременно с этим нефтяные цены рухнули, оказалось, что всё это, выстроенное, подмороженное и т.д. , начинает размораживаться… Температура поднялась. И оно завоняло! Причём воняет нестерпимо. И теряет своё важное свойство - консолидированности. Из напоминающего нечто твёрдое оно вновь становится жидким и безумным.

Всё, что сейчас делает наша бюрократия, есть безумие, вытекающее из её природы, помноженной на специфику нынешнего социального обострения. Некоторые наши высшие лица с недоумением спрашивают, а где же триллионы, направленные народу, бизнесу… Ну, где-где? Украдены! Бюрократия их сожрала, потому что она только это и умеет делать. В этих новых условиях она беспокойна, не знает, что будет завтра. Ей на чёрный день деньги нужны. Она жировать привыкла.

А какая-то часть системы чувствует себя прекрасно в условиях КВ. Во-первых, финансовые потоки, направленные на борьбу с эпидемией, крадутся и обогащают тех, кто оседлал эти потоки. Не всё ли равно им, какие потоки оседлывать? Во-вторых, представителям вот этой низкокачественной бюрократии, которая умело ворует и плохо работает, ей совершенно не нужны всякие там конкурентные системы, а нутру ее лакомы возможности играть свою роль при любых вариантах хода событий..

В-третьих, вы думаете, власть не может быть товаром? Вы в этом уверены? Кому-то даются разрешения, кому-то – нет. Вот ее товарная основа! Власть всегда становится товаром в коррумпированном государстве. А оно у нас не просто коррумпированное… Это определённый криминальный капиталистический способ устройства жизни. Здесь власть – и есть главный товар! Ну, так его и продают. Неважно, в каком виде.

К тому же это ещё и нравится! Приятно почувствовать свою возможность рулить, даже когда ты не можешь, а тебе кажется, что можешь… Все это, как бы точнее сказать, либидо доминанти, властный инстинкт тешит. А властный инстинкт у криминала и криминального капитализма - серьёзная вещь, к тому же прикольно. Важнее, чем деньги.

Итак, формируется некая выморочная действительность. Даже вопреки тому, что русский народ давно понял, что смена этой власти приведёт наверх еще более махровых подонков. Тем не менее, негодование бурлит. Люди с детьми заперты в малогабаритных квартирах. Денег нет, работы нет, безделье в такой ситуации - страшная вещь. Естественно, начинают процветать все виды «национальной охоты», литрбол и пр. Бандитизм растёт, ему уже пытаются придать вид этнического конфликта, который может взорвать все подряд, а система не хочет останавливать КВ-удовольствие. Она его наращивает… Деньги идут за COVID, да? Давайте всех больных запишем в COVID… Мало ли ещё приемов, чтобы на этом обогатиться? Кто же такое удовольствие возьмется прекращать?!

С моей точки зрения, все это пора прекращать тем, кто понимает, что при «продлении удовольствия» лично они за это ответят, как власть. И ответят не так, как в 91-ом году, а гораздо круче. Потому что, когда все это взорвётся, то ничего, кроме слепой ярости, уже не останется.

Если цены на нефть упали, и если СOVID остановил мировое производство, о чём мы должны прежде всего задуматься? Да очень просто - не до жиру быть бы живу. Мы должны кормить население, необходимо продовольствие, свое, а не купленное за нефтедоллары, всех видов, пусть и не такое разнообразное, но качественное и дешевое. И его должно быть достаточное количество. Население надо одеть, люди должны на чём-то ездить, а также отапливать жилье… Необходим ВПК, который бы защитил от любых «наездов», а также свое производство, промышленность. Но все это надо собирать заново на абсолютно новой основе. А если не собрать, то существовавший ранее порядок вещей, базирующийся на некоем, теперь закончившемся, мировом благополучии и на высоких ценах на нефть, как одном из слагаемых этого благополучия, где можно чуть-чуть рулить и безудержно воровать, обвалится.

Говорю это не к тому даже, чтобы осудить. Все, что имеем, естественно следует из общественного согласия строить капитализм за 5 лет на обломках социализма. Только такого монстра и можно было построить. Слава Богу, что чуть-чуть подморозили, но оно же объективно размораживается… А второго подобного бардака нам не выдержать.

Тут возникает ещё одна проблема. Для того чтобы чуть-чуть рулить в бардаке, бюрократии нужны одни качества. А для того, чтобы выживать в стрессе - совсем другие. А их нет! Можете 10 раз убеждать этих людей, что они должны проявить эти другие качества, они не могут проявить то, чего у них нет. А именно: готовности к инновационному мышлению, к волевому поведению в условиях стресса, к бескорыстию. И административного страха недостаточно, чтобы подобные качества появились. Они отсутствует, отбор во власть произошёл не по этому принципу. А по принципу, кто с большими ухищрениями и гениальной сноровкой может дать «правильную» взятку. Вот главное качество нынешнего администратора или бизнесмена.

Но и это ещё не всё. Некоторые мои частные беседы с людьми, так называемыми элитариями, упоенными своей элитарностью и откровенно выражавшими свои взгляды, позволяют сделать вывод о том, что они, наконец, нашли свою «золотую жилу». Их «элитарность», как они ее декларируют, не в бескрайних возможностях воровства, а в уверенности в своем превосходстве над другими. Они говорят просто: «Быдлу дадим гаджеты, плевать, сколько стоят, и дистанционное образование, которое, по сути, ничто. Они всё равно останутся быдлом, эти растерянные «ботаники», а те, кто выйдут на улицу социализироваться, эти будут бандитами. А мы своих детей спасем, определим в узкие, закрытые группы, только им дадим настоящее образование, не дистанционное, они сформируются, развернутся и получат власть над быдлом навсегда».

Для подобных людей именно это важнее воровских прибылей. Теперь очевидно, что к этому все идёт. Где, с моей точки зрения, есть хоть какая-то возможность все это как-то отрегулировать? Если всё это всерьёз? Но тогда вопрос, а с какого ляду затевать такой мощный погром мировой экономики, если все это «не всерьёз»? Значит, скоро все это не закончится. Будет 2, 3, 5 серия, сколько там этих COVIDs припасено? Да сколько угодно…

Надеюсь, всё же придёт понимание, что единственным настоящим видом социальной, духовной и прочей капитализации, извините, что использую это слово, является достижение нормальных потенциалов человеческой жизни, где не будет, в частности, дистанционного образования, а будет своё, традиционное, где будет своя медицина и свои культурно-цивилизационные основания. Такое движение в мире называется протреблением, не потреблением! Протребление основано не на разделении труда, а на самодостаточности, на готовности социумов фактически всё, что им нужно, создавать самим. Естественно, дополнительно приобретаются какие-то необходимые слагаемые, к примеру, для компьютеров и т.д.

У самодостаточности протребления есть своя внутренняя логика. Тут важно не рубить с плеча а, главное, дать категорический отпор любой архаизации. Предлагаются ведь не землянки, не катакомбы… Наоборот, это должны быть точки роста, реперные точки опережающего цивилизационного развития в виде совершенствования человеческих возможностей, качества получаемого образования, качества людских отношений, качества жизни вообще. Новой здоровой жизни, которую не захлестывают волны бандитизма, разврата, разного рода извращений… Если такая жизнь сложится, она-то и станет фундаментом для всего остального.

Понимаю, сколь мало шансов на такое развитие событий, это первое. Я всегда считал, что их очень мало. Но халява кончилась… Озлоблением сыт не будешь, значит, где-то нужно искать здоровые опоры, в частности, и в том, о чем сейчас говорил.

Звучат голоса, что происходящее сегодня приведет к концу мегаполисов. Не думаю. И вообще, если это одиночный удар по системе, она восстановится. Только зачем было по ней один удар наносить с такими катастрофическими последствиями? Вот в чём вопрос. Украсть еще десяток триллионов, обокрасть Китай? Этого мало. Я перечислил антропологические, классовые и прочие мотивы для подобного переустройства. Мир входит в узкую горловину возможностей. И если это так, то лишь внутри какой-то новой жизни может возникнуть и сопряжённая с ней социальность, и новое качество культуры, человека, и новые политические перспективы, которые у нас всегда будут, если возникнут, улучшенными советскими.

Реально ли что-то подобное? Верю, что реально, и работаю только на это. Есть ли надежда, что без такого сценария что-нибудь сохранится? Да, есть, если удар будет нанесён с не окончательной силой и не повторится. Велика ли вероятность такого сохранения? Думаю, процентов 15-20. А сколько будет возможностей, чтобы найти подлинную опору, вот это дно, настоящее, твёрдое, от которого можно оттолкнуться и начать подниматься вверх? В виде протребления, социальных очагов, качества жизни и т.д. Думаю, тоже процентов 10-15, не более. Скажут, это ужасно мало. Да! Очень мало. Мне хотелось бы предложить что-то другое, но ведь сказано было классиком: «У меня для вас других писателей нэт!». Он был не прав, как мне кажется. Были другие… А вот то, что других сценариев «нэт», это вытекает из самого существа нынешней ситуации. Если только она имеет по-настоящему масштабный и зловещий характер. Если же это случайность, и пучеглазая гадина под названием КВ сама заползла в наши края, тогда всё восстановится лет через пять. Уж как-нибудь эти пять лет перекантуемся…. Но что-то подсказывает мне, что нет. Значит, надо не паниковать и не истерики закатывать, а взять голову в руки, и понять, к каким стратегиям, к какому личному поведению, к каким моделям можно обратиться для того, чтобы не просто выжить. Это последнее дело. Но и выжить, и добыть из ядра этого выживания и достоинство, и солидарность, и новые человеческие возможности.</p

https://zavtra.ru/blogs/kurginyan_na_rasput_e

16.05.2020 Право знать!

TV Center

26.04.2020 Сергей Кургинян: Куда ведет эпидемия COVID-19 и переживет ли коронавирус российская власть?

00:11 — чудище коронавируса само приползло или его кто-то привез человечеству?

03:02 — есть ли у нас язык для осмысления картины происходящего?

14:45 — почему эпидемия COVID 19 — тоже следствие распада СССР?

38:53 — настоящий капитализм и его звериный оскал — причина необходимости глобального обрушения человечества, инструментом которого может быть (а может не быть) коронавирус

47:38 — совершенно непонятно, о чем думает российская власть?

56:36 — всё, что делает российская власть — это безумие.

57:50 — Россия как сплошной город Глупов, и держиморды у руля, которые воруют и торгуют властью.

01:00:11 — негодование народа России стремительно нарастает: работы нет, денег нет

01:06:57 — планы хозяев мира: дистанционное образование и золотая жила элитарности

01:08:57 — если этот коронавирусный погром мировой экономики и всего человечества — всерьез, то оно не кончится!

01:09:35 — вперед, к протреблению!

Лидер движения "Суть времени" Сергей Кургинян убежден, что коронавирусная эпидемия и реакция властей на нее по всему миру остро ставят в повестку дня вопрос о будущем человечества: каким оно будет - и будет ли вообще. Свое непредвзятое мнение о причинах и следствиях эпидемии, основанные на глубоком понимании взаимосвязей данных из таких наук, как политология, социология, философия, Кургинян высказывает прямо и откровенно.

Кургинян считает, что вопрос о естественности или искусственности происхождения нового вируса, безусловно, очень важен. И для решения этого вопроса всем, кто хочет разобраться в происходящем, придется изучать и биологию, и химию, и вирусологию, и т. д. Потому что те, кому по "долгу службы" положено разбираться в сложнейших вопросах и затем давать объяснения обществу, либо уже не способны разбираться, либо слишком ангажированы - и готовы за то или иное поощрение отстаивать любую точку зрения. По сути, у большинства населения Земли просто отняли возможность понимать происходящее.

Однако, утверждает Кургинян, вне зависимости от происхождения этого коронавируса воспользоваться создавшейся ситуацией в собственных интересах стремятся все: и глобальные игроки вроде США и Китая, и отечественные чиновники. При том, что ситуация с коронавирусной эпидемией очень сильно обнажает вопрос о дальнейшем движении мира, оказавшегося на распутье.

Кургинян выделяет три типа людей, которые принципиально по-разному говорят о перспективах человечества.

Первый тип — гуманисты. Они верят в возможность наращивания в человеке благородства, морали, высоких смыслов человеческой жизни — всего того, что противостоит звериному. Они борются за то, что бы человек восходил.

Второй тип — мещане (обыватели), утверждающие, что со временем меняется только количество знаний, накопленных человечеством, а человек как таковой не меняется. Они убеждены, что человек не преобразуем, что улучшение человечества и отдельного человека — это утопия, причем зачастую вредная.

Третий тип — фашисты или нацисты. Они тоже стремятся преодолеть текущую природу человека, но при этом хотят не поднимать его наверх, а вырастить из него более совершенного зверя, так называемую белокурую бестию. Они хотят сделать это либо за счет прямой селекции, либо за счет естественного отбора в условиях войны всех против всех.

Кургинян отмечает, что можно привести множество аргументов в пользу мещанской, обывательской версии. Нельзя только допустить, чтобы эта точка зрения возобладала. Потому что, когда все в нее поверят окончательно, человечество как таковое перестанет существовать лет через 20.

Лидер движения "Суть времени" уверен, что человечество до сих пор существует только благодаря жертвенным попыткам людей первого типа раз за разом сделать человечество более моральным и благородным, поднять его наверх. Сами «улучшители», как правило, подвергаются осмеянию, растаптыванию, сжиганию в паровозных топках. Но только они и не дают покатиться человечеству вниз, подчеркивает Кургинян.

Однако сегодня, после развала Советского Союза, о будущем человечества спорят между собой фашисты и мещане, а голос гуманистов, сторонников Нового восходящего человека практически не слышен. Это сказывается и на обсуждении проблемы коронавируса, и на реакции на коронавирусную эпидемию.

Кургинян уверен, что текущее состояние скотского благополучия в мире никто уже продлить не сможет. Да оно и в принципе не может длиться долго. Стремление к гомеостазу, к покою как высшему идеалу человеческого бытия было роковой ошибкой советского коммунистического проекта.

Сегодня очевидно, что человечество ожидает либо свирепая полицейская диктатура, либо страшное сокращение числа людей. Этот переход разворачивается прямо на наших глазах. Коронавирус стал идеальной возможностью для ускоренного переустройства мира. И совершенно непонятно, о чем в этих условиях думает российская власть.

Суть времени

18.04.2020 Коронавирус и COVID-19: или объективность победит миф, или миф победит Россию — Кургинян об эпидемии.

Лидер движения "Суть времени" Сергей Кургинян делится своими размышлениями о ситуации, сложившейся в России в связи с эпидемией коронавируса и COVID-19.

Кургинян считает, что осмысливать происходящее - это неотменяемая человеческая способность и обязанность. Тем более это обязанность власти.

Но власть не справляется с этой задачей.

Кургинян уверен, что для победы над кризисом, вызванным эпидемией коронавируса, нужно прежде всего включать голову, то есть рациональное мышление. И всеми силами бороться с мифами и уж тем более не порождать их.

Нынешняя власть плохо справляется: сказываются десятилетия отрицательного отбора во власть, когда туда попадали совсем не за способности и умения, а по разным другим основаниям. В результате власть оказалась неадекватна и несоразмерна вызову коронавируса.

Чтобы победить, надо в первую очередь согласовать базовые позиции:

Первое: когда по растерянности и административной неуверенности содеяно нечто безобразное, то это надо признать и принести соответствующие извинения.

Второе: принимаемые меры необходимо минимизировать и ввести в соответствие с объективностью, а также своими возможностями.

Третье: хотя бы на время надо выжечь огнем корыстные мотивы, в принципе неотменяемые при сложившейся административной системе и государственном устройстве.

Четвертое: не надо замахиваться на меры, которые не можешь осуществить.

Пятое: главное для власти - это общественное доверие, а значит, борьба за кастинг людей, выступающих от имени власти. Это сейчас задача №1.

Шестое: вещи надо называть их настоящими именами.

Седьмое: должно быть категорически запрещено под эту коронавирусную беду тянуть свои проекты, будь то разрушение семей, цифровизация всего на свете или что бы то ни было еще.

Наконец, все решения следует принимать, пытаясь минимизировать число ВСЕХ возможных жертв, а не только жертв коронавируса.

Главное же - это борьба с мифом и принятие объективности. Иначе миф победит страну.

Суть времени

28.03.2020 Право знать!

TV Center

29.12.2019 Армения и Карабах выживут только вместе с Россией - в новом СССР

Лидер движения "Суть времени" Сергей Кургинян высказался по актуальным вопросам политики Армении. Кургинян выразил свое уважение и всемерную поддержку Роберту Кочаряну и дал собственную оценку личности и деятельности президента Армении.

Сергей Кургинян считает, что Роберт Кочарян – это крупная, сильная, волевая личность ,в каком-то смысле экстраординарная для современной мировой политики: Кочарян готов идти до конца, что не соответствует веяниям постмодернистского мира.

В то же время Кургинян считает, что Пашинян - это трагедия народа Армении, так же как Зеленский - трагедия народа Украины. Пашинян, с точки зрения Кургиняна, – человек ничтожный и для Армении крайне вредный.

Как эксперт и как человек Сергей Кургинян считает, что единственная задача армянского народа – конституционным образом свергнуть господина Пашиняна и вернуть Армению на правильный курс, отвечающий армянским национальным интересам. А другого курса, кроме прорусского, у Армении не существует.

Единственно, где может существовать Армения, – это русское имперское поле, высшим выражением которого является Советский Союз. Это – единственная возможность.

Сейчас вопрос не в том, что бывший президент Армении Роберт Кочарян должен быть освобожден из тюрьмы по «гуманитарным соображениями», как того просят в своем письме представители московской творческой интеллигенции армянского происхождения, – это неверная постановка вопроса.

Кочарян — крупный человек и крупный политик, сознательно приехавший в Армению, чтобы побеждать, а не быть помилованным.

Судьба действующего главы Армении Никола Пашиняна может сложиться, как в анекдоте: «Он жил напротив тюрьмы, теперь он живет напротив своего дома», если так решит армянский народ, заявил лидер движения «Суть времени» Сергей Кургинян.

Жертвой политики Пашиняна станет Карабах. Подробный разбор смотрите в видео.

Суть времени

10.12.2019 Сергей Кургинян, спектакль «Крот» о перестройке: «За их случайною победой роится сумрак гробовой»

12 декабря 2019 года в Московском театре «На досках» состоится показ нового спектакля «Крот», жанр которого Сергей Кургинян – автор пьесы и режиссер-постановщик – определяет как мистериальное странствие в лабиринтах истории.

«Это спектакль о странном. О странном и низком», – рассказывает Кургинян. В спектакле «Крот» речь идет о перестройке и процессах, запущенных распадом СССР. Кургинян подчеркивает, что для него всегда аксиомой было то, что исследователь должен оставаться в рамках рациональности, сколь бы эмоционально он ни относился к предмету своего исследования. Однако, оставаясь в рамках такой установки и игнорируя «не до конца рациональные аспекты произошедшего», невозможно добросовестно ответить на вопрос, что же произошло со страной, указывает режиссер.

В числе тех, кто посмотрел спектакль, премьера которого состоялась в октябре, – главный редактор газеты «Завтра» Александр Проханов, тележурналист Виталий Третьяков, режиссер документальных фильмов Андрей Дутов и многие другие. После премьеры «Крота» театр «На досках» в еще большей степени стал точкой притяжения для тех, кто ищет понимания истоков происходящего с нынешней Россией и хочет увидеть пути выхода из катастрофы.

Хотя спектакль во многом автобиографичен Кургинян указывает, что главный герой – это портрет эпохи, это «герой нашего времени». Некоторые эпизоды не придуманы автором, а действительно происходили в жизни и воспроизведены с точностью, хотя и переложены в стихотворную форму. Это и разговор с Раисой Горбачевой, и рассказ дочери Петра Машерова, погибшего при странных обстоятельствах первого секретаря ЦК Компартии Белоруссии Петра Машерова.

Крот – это дух истории. О «кроте истории» – силе, двигающей историю, –спорили Фома Аквинский и Альберт Великий, эта фигура привлекала Шекспира, Гегеля, Маркса, Александра Блока. Великие искали ответ на вопрос: «крот идеальный» только сопровождает исторический процесс или видит его, то есть является его сутью, содержанием, сущностью? Этим же вопросом задается Сергей Кургинян, который в своей пьесе вывел «крота истории» на сцену.

В спектакле упоминается концепция, которой придерживались перестройщики. Согласно эй некая сила – сверхчеловеческое братство – отказалась вести человечество по лестнице развития (о таких учителях говорится в разных культурах). Они, эти учителя, ушли и энергетический обмен между человечеством и ими ослаб. В ситуации, когда «они ушли», всё, что остается человечеству, – это агония. Кургинян подчеркивает, что данная концепция для него сомнительна, но она была безусловной для той элиты, которая организовала перестройку.

Возможно ли историческое развитие и новое восхождение человека, как настаивает главный герой спектакля, возражая тем силам, которые полагают, что человечество обречено?

Историческое развитие невозможно без огня, говорит Кургинян. Последний загоревшийся на Земле огонь был коммунистическим. Для того, чтобы вернулась История, нужно, чтобы некая идея снова воспламенила огромное количество сердец. Если этого не произойдет, то конец Истории состоится сам собой, просто потому, что никто не захочет гореть, жертвовать.

В условиях отсутствия восходящего исторического движения идет обратное движение — вниз, указывает режиссер. Оно направлено на то, чтобы демонтировать традиционные религии: христианство, ислам, буддизм, а потом патриархальные языческие культы и выйти на темную мать — Лилит, Кибелу, Астарту. Влияние темной эзотерики на политическую элиту – западную и не только (Сергей Вронский, ученика Гаусгофера, был близок к Горбачеву и его супруге) – также является предметом осмысления в спектакле «Крот».

Почему, по определению Кургиняна, «Крот» – это спектакль не только о странном (вот этих «не до конца рациональных аспектах происходящего»), но и о низком? Потому что невозможно иначе как низостью назвать то колоссальное предательство, которое совершила советская творческая интеллигенция, в массовом порядке проклявшая и предавшая то, что ранее воспевала. Фигура Евгения Евтушенко, одного из «шестидесятников», сыгравших зловещую роль в развале страны, приобретает в спектакле масштаб символического образа. На вопрос, почему в качестве такого образа был выбран именно Евтушенко, автор пьесы «Крот» отвечает так: «Потому что Евтушенко был единственным, кто осмелился кощунственно написать про Беслан». Евтушенко спекулировал на бесланской теме, заявляя, что в гибели бесланских детей виновен Сталин.

Когда человек сталкивается со злом, то прежде всего это зло нужно обнаружить, потом выявить, говорит главный режиссер театра «На досках» Сергей Кургинян. Потом явление зла нужно доказать, а это очень тяжелый процесс. И только потом, возможно, что-то изменится. Но задача тех, кто не готов смириться с остановкой развития, «концом Истории», отсутствием у России будущего, состоит в том, чтобы сражаться до конца. И, может быть, «где-то там, в самых предельных ситуациях, за счет готовности сражаться и обнаруживается некий выход, который не видишь», – считает Сергей Кургинян.

Суть времени

25.11.2019 Кургинян: крах СССР, искупление, новый коммунистический манифест и диалектика духа

16 ноября 2019 года в Москве прошла научно-практическая конференция движения «Суть времени», приуроченная к 70-летию лидера движения Сергея Кургиняна. На конференции Кургинян представил концептуальный манифест «Диалектика духа».

Для участия в конференции прибыли активисты «Сути времени» из Москвы, Ленинграда, Центральной России, Северо-Запада, Юга России, Поволжья, Урала, Сибири, представители ближнего и дальнего зарубежья.

В манифесте лидер движения «Суть времени» предложил переосмыслить как теоретическое наследие Карла Маркса, так и его практическое наследие, каковым является советский опыт. Сегодня такое переосмысление необходимо, поскольку ставка на неомарксизм бесперспективна, считает Сергей Кургинян. И прежде всего потому, что после краха СССР любое новое левое движение нельзя обсуждать так, как будто этого краха не было. Нельзя, закрывая глаза на крах СССР – государства, построенного с опорой на марксизм, – обсуждать, как велик Маркс и его идеи. Нельзя обсуждать левое движение без экзистенциального, человеческого, трагического переживания этого краха. Без такого переживания никакого нового коммунизма не будет, говорит Кургинян. Необходимо искупление исторической вины перед идеалами коммунизма.

Обсуждая крах СССР, невозможно обойти вопрос о том, почему пролетариат, получивший все блага (и прежде всего, авангард пролетариата – шахтеры), снес социализм и свое собственное государство, за которое проливал кровь. А как же классовая теория и классовая борьба? Никто так героически не брал власть, никто так не отстаивал ее в Гражданской войне и не защищал в годы Великой Отечественной войны, как советский человек – и он же в 80-е годы сдал свои завоевания.

По мнению Кургиняна, огромную и зловещую роль в развале СССР и разрушении советского образа жизни сыграло мещанство. В современном мире оно является могучей, злобной и изощренной силой.

«Могущество мещанства не в том, что оно многочисленно, и не в том, что оно способно когерентно реагировать на происходящее. Могущество мещанства в том, что оно исступленно верует в свою правоту. Конкретный мещанин может при этом исповедовать любую религию или не исповедовать никакой. Но мещанство в целом суперрелигиозно. И эта религия не имеет ничего общего с существующими конфессиями», – указывает Кургинян.

Мещанство убеждено, что в мире правит «естественный закон», квинтэссенцией которого является слово «моё».

На какое наследие Маркса можно опереться сегодня? Кургинян полагает, что необходимо идти в фарватере классического марксизма, потому что «именно там лежит великая правда». Однако, подчеркивает Кургинян, «эта правда не названа до конца». И крайне важно выявить то недосказанное, что лежит в основе классического учения Маркса.

Речь идет, в первую очередь, о необходимом для человечества скачке «из царства необходимости в царство свободы». Карл Маркс — единственный, кто предложил человеку уже при жизни порвать путы предопределенности, зависимости от природы, от «естественного закона» и вырваться в царство настоящей свободы. Если бы Маркс не предложил миру этой идеи о наличии двух царств, то не было бы ни Великой Октябрьской социалистической революции, ни Советского Союза, ни победы над нацизмом. И неизвестно, где был бы мир без этой великой идеи, подчеркивает Кургинян, поясняя, что философы до Маркса настаивали на неизменности этого мира (откуда позже и пошел перестроечный лозунг «Иного не дано»). А религии хоть и говорили о возможности Иного, но обещали его в загробной жизни. И только Маркс предложил выход из этого экзистенциального тупика. Именно этим он и привлек русскую молодежь, задыхающуюся в тисках самодержавия и мятущуюся в поисках утраченного смысла.

Задача не в том, чтобы воскресить «один в один» построенный на идеях Маркса великий советский проект, говорит лидер движения «Суть времени». Необходим новый человек, который совершит — используя советский опыт и новые знания — прыжок «в царство свободы» из «царства необходимости», построенного на обломках СССР капитализмом. Тем капитализмом, который сегодня ведет человека и человечество к гибели – как духовной, так и физической.

Суть времени

17.11.2019 Что такое быть Человеком? Об актуальности Маркса в XXI веке.

Интервью

Человек, который начинает нисходить, страшнее, чем зверь, потому что преклонение перед силой – это уничтожение человечества, заявил Сергей Кургинян в интервью после митинга движения «Суть времени» в Москве 7 ноября 2019 года. Полное видео митинга: https://youtu.be/Zy4MXVVX1rc

Человек, выделившись из природы, противопоставил себя ей и отверг звериный закон жизни. Идея восхождения, противопоставление высшего начала низкому звериному, сформировало человека, подчеркнул Кургинян. Человек может восходить, недолго стагнировать и нисходить, считает лидер «Сути времени».

Что происходит с человеком сегодня? Что регулирует жизнь социума? Есть ли возможности для прорыва и, если да, то каковы они? И почему Карл Маркс актуален в XXI веке. Разбор этих вопросов смотрите в видео интервью Сергея Кургиняна.

Суть времени

13.11.2019 Проханов и Кургинян: Царствие Небесное, где ты?

Лидер движения «Суть времени» Сергей Кургинян накануне своего 70-летия беседует с главным редактором газеты «Завтра» Александром Прохановым о природе творчества, об источниках творческой энергии, о мистериальном театре, о великой мечте человечества – обрести бессмертие при жизни, не дожидаясь перехода в Царствие Небесное.

Сергей Кургинян считает, что создатели Красного проекта верили в возможность такого преображения мира, когда плоть окажется спасена от тлена. Но как долго большевики держались за этот высший пласт своей идеологии?

По мнению Александра Проханова, большевики имели дерзновенное желание притянуть, опустить Царствие Небесное на землю. И им удалось это сделать. 9 мая 1945 года – высшая точка Красного проекта. В этот день Царствие Небесное на мгновение коснулось земли, потому что советский человек не дал прорваться в мир тьме.

Проханов высказывает предположение, что весь смысл существования Советского Союза был в одержании этой Победы, в том, чтобы остановить нашествие демонов, закупорить щель в преисподнюю. Но, совершив всё это, Советский Союз исчерпал свою историческую миссию. Царствие Небесное начало от него удаляться. И в итоге СССР рухнул.

Но если Советский Союз сделал своё это огромное дело, то зачем его воскрешать? «Что ты хочешь воскресить, какой красный Союз?» – задает Александр Проханов вопрос Сергею Кургиняну, заявляющему о необходимости вернуть отнятое, воскресить коммунистическую идеологию, построить СССР 2.0.

Это необходимо сделать, говорит Кургинян, потому что зло опять прорывается в мир. На наших глазах происходит антропологическая катастрофа. Ее признаки – декультурация, отключение людей от своей культуры; социальная атомизация; человеческая деградация, возникновение типа «человек нисходящий»; бездуховное отчаяние.

Сопротивление злу могут оказать только новый человек и новый большой проект. Но без обновления коммунистической идеологии сделать это не получится. Советское наследие является фактором будущего, но его невозможно принять «один в один». Нужно видеть, в чем была его сила и в чем слабость. Чтобы обновить коммунистическую идеологию, нужно вывести понятие «дух» из нынешнего аморфного состояния, подчеркивает лидер движения «Суть времени».

Суть времени

08.10.2019 Россия на краю гибели. Кто спасет страну на этот раз? Смотрите в театре Кургиняна.

95%, что Россия погибнет, причем в ближайшее десятилетие, считает создатель и режиссер Московского театра "На досках” Сергей Кургинян. Если посмотреть на процессы, происходящие в стране, в комплексе, все указывает на это.

Но если какая-то группа, какая-то наиболее возбужденная часть общества «возбухнет» и скажет, что она этого не хочет, тогда будет спасение. Спасение может прийти из каких-то полумаргинальных групп, которые достаточно чутко чувствуют вызов и способны сплоченно дать ответ, по мнению Кургиняна.

Режиссер считает, что в мире всегда действуют две основные силы: уничтожающее, апокалиптическое зло и то, что ему противостоит — удерживатели, спасатели. Добро и зло пребывают в равновесии, но человек — это маленькая гирька, которая может сдвинуть всё. Человеческая воля способна сделать любые чудеса, если она сильная и если она еще с чем-то соединена.

То, что произошло с большевиками, это триумф воли, убежден Сергей Кургинян. Надрыв воли — взяли, напряглись и сделали.

Профессор факультета политологии МГУ Сергей Черняховский сказал в интервью газете “Суть времени”, что спектакль “Кто слышит пролитую кровь” напоминает о том, кто, собственно, создавал большевизм. Его создавали не Плеханов, не Каменев, Зиновьев или Троцкий, а его создавали Ленин, Красин и Богданов — и для них революция была высочайшей романтикой.

По мнению одного из зрителей, cмысл названия спектакля в том, что людей, которые пролили кровь, за то, чтобы история двинулась вперед, нельзя забывать. Знамя дела надо поднять и нести дальше — cледующим поколениям.

Спектакль кажется острым, вызывающим и требующим от зрителя больших интеллектуальных и эмоциональных ресурсов, сказал другой зрителей в интервью. Он создан человеком очень мощным и требует такого же, если не заряда мощности, то внутренней емкости для того, чтобы его адекватно воспринять. По накалу он похож на музыку Бетховена. Это мощный, пафосный, очень заряженный поток энергии, который, хочешь ты или не хочешь, на тебя обрушивается, увлекает за собой, и ты как бы оказываешься в этом потоке, ты не можешь ничего сделать. И либо ты можешь в нем удержаться и доплыть до конца, либо он тебя захватывает, и ты начинаешь барахтаться, тонешь в нем — и в этом состоит некий экстремальный опыт.

Суть времени

08.09.2019 Марксизм, коммунизм и мещанство, или почему погиб Советский Союз.

Разговор Сергея Кургиняна со зрителями после спектакля

Театр «На досках».

По какому пути пошел русский революционный марксизм, почему рухнул советский проект и в чем коммунистический ответ на стоящие перед нами вызовы. Этим и другим вопросам посвящено выступление лидера движения «Суть времени» Сергея Кургиняна.

Оглавление:

00:07 – как формировался и гибнул русский революционный марксизм

07:47 – главная победившая сила сейчас – это мещанство

10:34 – пролетариат проиграл вместе с Советским Союзом. И капитал проиграл. Выиграло мещанство

11:42 – как нарастал разрыв между идеологией, целями и структурой советского общества

14:46 – что такое диктатура пролетариата?

20:34 – кто лифтер в социальном лифте?

28:29 – это общество «ням-ням», которое может зарезать один волк

35:10 – мы находимся в таком русском аду, в котором не находились никогда

43:49 – коммунарское движение поможет сформировать новый социум

48:51 – замечательно, что на машинах пишут «Спасибо деду за победу». А нельзя поговорить с дедом?

53:06 – Маркс перевел Евангелие на светский язык

58:13 – как определяется, что такое отчуждение?

01:02:47 – кто был прав: Тютчев или Ленин?

01:12:19 – Имя

01:17:28 – первое, что должен сделать глава государства

01:20:03 – о национализации. Мы все знаем, кого надо съесть – это десять человек

01:23:00 – главная угроза для Маркса – это духовная смерть.

18 сентября в театре «На досках»: http://na-doskah.ru состоялся показ спектакля «Жду любви». После спектакля главный режиссер Сергей Кургинян, следуя многолетней традиции театра, провел встречу со зрителями.

Мы живем в эпоху торжества мещанина. Что такое классовая борьба и диктатура пролетариата в этом мире? Почему уже с первых лет существования советского государства, сделавшего своей идеологией марксизм, из марксизма оказались изъяты важнейшие его элементы – «отчуждение» и «царство свободы»? На что может опереться коммунистический проект? Как сделать так, чтобы 1991 год не был повторен никогда? Путь от первых шагов в возрождении советского государства до ответа Карла Маркса на вызов духовной смерти – стал предметом дискуссии в театре «На досках».

Хорошо и нужно сказать «Спасибо деду за победу». Но, помимо слов, нужно еще и что-то сделать. Ведь дед воевал за Советский Союз, которого больше нет. Освобождал Белоруссию, Украину и другие советские республики, которые больше не часть нашей единой страны. Сражался за советскую идеологию, которая растоптана. За ценности, над которыми смеются. Дед отдал свою жизнь за все, от чего отказались в 1991 год. Что мы можем ответить на это, кроме «спасибо»?

Что такое советский реванш как реальный проект: предпосылки, возможности и воплощение в жизнь?

Обо всем этом рассказал лидер «Сути времени» Сергей Кургинян.

Суть времени

14.12.2018 Россия проиграла в холодной войне - как победить поражение? Театр Кургиняна

Россия проиграла холодную войну. Это ужасный проигрыш, страна фактически оккупирована, убежден режиссер Московского театра “На досках” Сергей Кургинян. Печать поражения стоит на каждом русском. Для того, чтобы преодолеть это поражение, его нужно по-настоящему осмыслить.

Русские не сдаются? Тогда почему они так легко сдали коммунизм? СССР смог победить нацизм, а потом отдал коммунизм за колбасу. Как это могло произойти и как избыть этот позор? Возможен ли русский реванш? Какая жертва нужна для этого? Что делать?

По мнению Кургиняна, никто так остро не переживал поражение, как французы в ходе Второй мировой войны. Ни один крупный писатель Польши или другой страны не останавливался подробно на теме поражения. Советских писателей таких нет (СССР, несмотря на тяготы войны, одержал победу), английских нет, американских нет.

А вот для француза Антуана де Сент-Экзюпери — военного летчика и крупного писателя, не чуждого христианскому персонализму и экзистенциализму, — поражение и капитуляция Франции стали предметом глубокого и мучительного внутреннего осмысления. Экзюпери не сводит все к описанию позорного поражения своей страны. Он размышляет о том, как его преодолевать. В этом смысле повесть “Военный летчик”, по мотивам которой написан стихотворный текст пьесы “Зерна”, это уникальное произведение, очень нужное современной России.

Режиссер Московского театра “На досках” говорит, что поколение людей, родившихся в побежденной стране, не может не выяснять отношения с поколением — виновником поражения. Это выяснение отношений идет, и оно чрезвычайно острое. Выросшее после распада страны поколение лично не проиграло. Оно имеет счет к предыдущему поколению, проигравшему страну. И оно хочет реванша. Состоится ли реванш — зависит от того, сумеют ли люди осознать и преодолеть свою поломку.

Денис, один из зрителей, отмечает, что основной конфликт в спектакле — это конфликт между побежденными людьми и теми, кто, тем не менее, не сдался и хочет что-то восстановить. Но чтобы что-то изменить, недостаточно технологий — нужен человек. В спектакле главный герой говорит: «Знаете ли вы, сколько приборов в самолете?» — то есть он оперирует самолетом как неким инструментом, который может что-то сделать. Ему отвечают: самого главного прибора ты не назвал — самого себя.

По словам другого зрителя, Татьяны, многие люди чувствуют, что театральный мейнстрим не отвечает на их запрос, но они не могут объяснить, в чем дело, не осознают этого до конца. Такие люди идут в обычный театр и раздражаются постановками, которые там предлагают. В театре “На досках” зритель с подобным запросом находит то, что ему нужно. В спектаклях театра актуализируется вопрос о высшем предназначении человека.

Суть времени

08.11.2018 О будущем коммунизма

Раскрепощение и пробуждение высших творческих способностей каждого человека или нисхождение

На поверхности мирового процесса преобладает именно то, что глобалисты называют концом Истории. Налицо все слагаемые такого конца. Оргия потребления… Пренебрежение к любого рода невещественности… Культ Золотого тельца… Распад моральных и иных социальных норм, позволяющих создавать крупные общности… Так называемый кризис национального государства…

Но, во-первых, это всё происходит на поверхности мирового процесса.

А во-вторых, когда такие процессы происходят хотя бы на поверхности, то обернуться это может только быстрым превращением таких процессов в нечто гораздо худшее. А это худшее уже вовсю шевелится на глубине. И меня потрясает нечувствительность наших либералов и церковнослужителей к тому, что происходит на этой самой глубине.

Бог с ними, с либералами. Поговорим о церковнослужителях. У них есть обоснованная обида на советскую власть. Они предъявляют ей вполне обоснованный счёт. Но при этом почему-то забывают, что и им можно предъявить соответствующий счёт за то, что они предали и конкретного царя, и монархию в целом. А они на уровне церковной элиты, конечно, сделали именно это. А к самому царю тоже можно предъявить счёт за то, что не предотвратил крах государства.

Эти взаимные претензии можно разворачивать до бесконечности. И, право, вместо подобного бесплодного коловращения взаимных претензий стоило бы обратить внимание на другое. На то, что десоветизация — это пролог к дехристианизации. И что сначала некие силы займутся коммунистами, а потом — священниками. Пушкинский герой говорил: "Для меня так это ясно, как простая гамма". А неужели священникам нашим это не ясно? Неужели это не ясно в Ватикане? Стоит только одним глазом посмотреть на глубину — и сразу станет видно, что это именно так и что на глубине говорят только об убийстве культа, то есть убийстве Христа.

Прислушайтесь к тому, что исходит из современной рок-культуры соответствующего розлива, центром которой постепенно становится ранее суперхристианская Польша. Но ведь не только о Польше речь. То же самое происходит, прежде всего, по всей Восточной Европе, но и одной Восточной Европой всё не ограничится.

Десоветизация — это дехристианизация и дегуманизация. Неужели остались еще мало-мальски мыслящие люди, которые этого не понимают? Или же все понимают и этого хотят?

Есть верующие люди, которые могут себе представить, что конец Истории без прихода мессии может быть чем-нибудь, кроме пролога к приходу Антихриста, что раскручиваемый культ Золотого тельца, культ Содома и Гоморры и прочего, не обернется культом тех, кто скажет: «Кто подобен зверю сему? и кто может сразиться с ним?». Или же верующие считают, что они не могут сопротивляться неизбежности прихода Зверя и должны только готовиться к жертвенной смерти в лапах оного?

Но этому противоречит вся концепция катехона, то есть удерживателя от прихода Зверя. Это ведь глубоко христианская, и прежде всего православная концепция. Притом, что слишком стало ясно — единственным катехоном, сколь угодно ущербным, деформированным и скверным, но все же катехоном является Россия, пусть слабо, но сопротивляющаяся и концу Истории, и тому, что возникнет после этого конца.

Ну и как в этой ситуации надо относиться к коммунизму? Потворствовать десоветизации, зная, что ты следующий? Или подвести черту под историческими счетами и начать за некой несовершенной реальностью видеть нечто большее?

К 1917 году расшатано было не только здание российской монархии. Не только здания других монархий: австро-венгерской, османской. Расшатано было здание гуманизма, того буржуазного гуманизма, который сулил устами просвещенческого светского жречества восхождение не к богу, а к Человеку с большой буквы. Верующие были недовольны тем, что было провозглашено не то восхождение. Но их недовольство было сдержано обещанием настоящего восхождения, а также предложением не ссориться по поводу того, куда восходим. Мы — к человеку, вы — к богу.

Но оргия Первой мировой показала, что обещания восходить не выполнены. И тогда надо или жить без какого-либо восхождения, что может продолжаться недолго, либо начать нисходить, что и предложили нацисты.

Все старые формулы восхождения рухнули. Но возникла новая коммунистическая. И она удержала мир от вовлечения в проект тотального нисхождения. И когда идиоты или мерзавцы приравнивают коммунизм к нацизму, то понятно, зачем транслируется подобный бред. Для того чтобы исчезла разница между нисхождением и восхождением.

Просвещенческий гуманизм рухнул ещё в Первую мировую. Религиозное восхождение ничего не могло удерживать по причине светскости существенной части человечества. Удерживать в русле восхождения мог только коммунизм, что он и сделал и в чём он окончательно утвердился, победив нацизм.

Да, он ослаб и рухнул, и в этом его историческая вина. Но ведь он спас мир, не так ли? И спас он его именно от нисхождения. Таково прошлое. А каково будущее? Кто теперь будет спасать от нисхождения? Только новый светский культ восходящего человека. То есть новый коммунизм, ибо он один говорил о таком восхождении. Если эта концепция кажется усложненной, то задам чуть более простой, хотя и сходный вопрос.

Пройдёт пара десятков лет — и большая часть человечества будет не нужна для производства. В рамках культа производства и потребления, он же культ Золотого тельца, эта часть будет вообще не нужна. А значит, её надо будет уничтожить так, как уничтожают лишнее поголовье скота. Что является альтернативой такому проекту, неизбежному при нисхождении?

Только раскрепощение и пробуждение высших творческих способностей каждого человека, но это и есть коммунизм. Не говорите, что он в прошлом, и не поносите недостатков исторического коммунизма. Всмотритесь в то, что сулит нам будущее, и вы убедитесь, что либо новый коммунизм — либо стремительное нисхождение со всеми его ужасающими последствиями. Подумайте об этом и о том, что нисхождение уже началось. Может быть, тогда вы перестанете радостно говорить, что коммунизм уже в прошлом.

Статья опубликована в газете "Завтра"

http://eot.su/node/22924

07.11.2018 Россия нужна русским и миру для двух целей

Россия. picsa.tm

У российского государства две высшие цели — создание живой жизни и защита мира от зла, заявил политолог, лидер движения «Суть времени» Сергей Кургинян 6 ноября в телепередаче «Вечер с Владимиром Соловьевым».

«В позитивном смысле оно существует для преображения, то есть для восхождения человека и, так сказать, для Новой земли и Нового неба», — заявил Кургинян.

Он пояснил, что русские писатели и русские люди всегда особо относились к вопросу духовной смерти, поскольку всегда стремились к живой жизни.

«Это чувство живой жизни у них намного сильнее, чем на Западе. Поверьте, там к духовной смерти относятся проще. Здесь вот эта живая жизнь, обожение и преображение — это есть высшая цель позитивная», — отметил Кургинян.

«И вторая цель — недопущение абсолютного зла! Россия была, есть и будет катехоном, то есть удерживателем вторжения абсолютного зла», — резюмировал он.

Кургинян также рассказал, что на Западе не могут понять так называемое «умное чувство», которое присуще только русским: «Потому что единство страсти и рацио — и есть русский способ существования. Это определенный тип языка и мозга, непонятный для очень многих». По убеждению политолога, Россия является «душой мира», и все нападки на Россию и все ее сегодняшние страдания — это следствие этой ее судьбы.

Поясним, вопрос, в контексте которого Сергей Кургинян выделил две ключевые цели русского народа в истории, состоял в том, зачем миру нужна сегодняшняя Россия, которая, по мнению ведущего передачи – Владимира Соловьева – с 1991 года не дала миру ничего по-настоящему значимого, в то время, как великие деяния русских связаны с временами, имеющими мало общего с либеральным понятием свободы.

Война идей

Дискуссия о понятии «русский народ» и отношении к русскому народу

https://rossaprimavera.ru/news/92fd1ea9

06.11.2018 Русская формула спасения в корне отличается от западной

СССР 2.0 ИА Красная Весна

О принципиальном отличии культуры России, основанной на православии, от культур, основанных на католической или протестантской версиях христианства, заявил политолог, лидер движения «Суть времени» Сергей Кургинян 6 ноября в эфире телепередачи «Вечер с Владимиром Соловьевым».

Основной темой телепередачи был вопрос о национальной идее России и о том, что объединяет ее граждан на сегодняшний день.

По словам Кургиняна, русская формула спасения совершенно отличается от формул других христианских народов.

«Протестантизм, формировавший индивидуальное спасение, и коллективное спасение в православии — это совершенно разные вещи. Вот разные и все. <…> Наличие чистилища в католицизме, которое дает все время второй шанс, и отсутствие — это тоже разные вещи», — заявил политолог.

Напомним, 2 ноября ВЦИОМ провел специальный соцопрос для выяснения основных скрепляющих российское общество факторов. Согласно данным опроса, 63% россиян считают важнейшим событием в истории страны победу в Великой Отечественной войне, а главными символами России считают народ, любовь к родине и патриотизм, государственные флаг и герб.

Война идей

Дискуссия о понятии «русский народ» и отношении к русскому народу

https://rossaprimavera.ru/news/51c61c71

05.11.2018 Русские осуществили альтернативный западному тип сплочения

Сергей Кургинян. picsa.tm

Русские исторически сложили иной тип объединения людей в государство, отличный от западного, заявил политолог, лидер движения «Суть времени» Сергей Кургинян 6 ноября на передаче «Вечер с Владимиром Соловьевым».

По его словам, человечество исторически шло через определенные фазы сплочения: род, когда все объединялись по крови; племя, когда начался обмен невестами; народность и народ, где возникают большие религии. В Новое время, когда религия утратила свое влияние, возник новый тип сплоченности — нация, которая строилась по принципам языка, культуры, священных камней, благоговения перед Родиной и другим.

«Русские — не нация, они не захотели ею быть. Они — суперэтнос, объединяющий другие этносы. Это уникальная форма существования, которая называется симфонией», — подчеркнул Кургинян. Он напомнил слова из гимна Советского Союза: «Союз нерушимый республик свободных сплотила навеки Великая Русь». Ядром России, Российской империи, Советского Союза является «русский народ, вокруг которого вращается все другое», — пояснил он.

На телепередаче обсуждался вопрос о том, что объединяет народ России, и есть ли в стране национальная идея? Если в дореволюционной России основным объединяющим фактором была православная вера, а после революции — коммунистическая доктрина, то после перестройки и образования Российской Федерации этот вопрос «подвис в воздухе». Сегодня он все чаще выходит на повестку дня. По мнению многих интеллектуалов, вопрос о национальной идее становится тем более актуальным, чем более Россия ввязывается в противостояние с Западом.

Война идей

Дискуссия о понятии «русский народ» и отношении к русскому народу

https://rossaprimavera.ru/news/0519749f

02.11.2018 Альтернативный Запад, катехон, трансцендентное в имманентном — это русские

Бог Саваоф. 1885

Россия — это катехон, удерживающий мир от падения, заявил политолог, лидер движения «Суть времени» Сергей Кургинян 1 ноября в программе «Вечер с Владимиром Соловьевым», посвященной открывшемуся в Москве ХХII Всемирному русскому народному собору, сообщает ИА Красная Весна.

В ходе обсуждения Сергей Кургинян так охарактеризовал сущностное положение России:

«Россия была, есть и будет альтернативным Западом. Мы должны это понять. Это не спор между западниками и Востоком. [Он] бессмысленен. Потому что Россия — это альтернативный Запад. Это другой Запад».

В качестве подтверждения тезиса политолог назвал такие примеры, как Византия и марксизм, являющиеся проявлениями альтернативного Запада, и тесно связанные с Россией.

Относительно роли России в современном мире, Кургинян заявил:

«Поскольку сейчас основной Запад предал себя, то Россия становится третьим Римом гуманизма также, как она была третьим Римом Христианства. И это для нее одно и то же. Это она стала этим оплотом. <…> Не надо забывать слово катехон. Катехон — это удерживатель. Мы действительно существуем на грани опрокидывания в хаос, в царство низа и пришествия самого мрачного, что может быть. Это не безбожие, это антибожие. Россия — удерживатель. И пока есть удерживатель, он [гуманизм] остается. И это глубоко православный смысл удерживания».

Политолог также описал мировоззренческие основы русских:

«Россия — это всегда трансцендентное в имманентном. Это божье тут — на земле. Вот русский символ — это березовая роща, пронизанная светом. Это какое-то внутреннее пронизанное светом тело, бытие. Есть греки, которые хотели только физического мира, есть восток, который хотел от этого мира уйти. А русские хотели и хотят просветлить все бытие. И это глубоко русская идея всеобщего просветления».

«Русские органически вырабатывают нечто, необходимое человечеству. Русские всегда будут производителями главного: новых идей и образов жизни. И эти образы жизни сейчас нужны так, как никогда не были нужны. Потому что эта жизнь кончается. Надо понять: может, она сладкая, может, она кому-то любезная, может, она такая и сякая, — она кончается! Это конец определенных парадигм. Мы на таком переломе, на каком мы не были с эпохи перехода от неандертальцев к кроманьонцам, от палеолита к неолиту. И на этом переходе русские — единственное спасение и единственный катехон», — завершил свое выступление Кургинян.

Напомним, 1 ноября в Москве открылся ХХII Всемирный русский народный собор, посвященный теме «25 лет по пути общественного диалога и цивилизационного развития России». Задачей собора является объединение всех русских людей, независимо от страны проживания и политических взглядов. В последние годы собор претендует на лидерство в коалиции нравственно ответственных и патриотически ориентированных сил гражданского общества.

Концептуальная война

Дискуссия о понятии «русский народ» и отношении к русскому народу

https://rossaprimavera.ru/news/93ffe755

18.10.2018 Россию спасет новая интеллигенция

Сергей Кургинян. ИА Красная Весна

Разрушительный таран презрения к собственной истории советскому народу навязала мутировавшая интеллигенция, заявил лидер общественно-политического движения «Суть времени» Сергей Кургинян 9 октября в прямом эфире передачи «Вечер с Владимиром Соловьёвым» на канале «Россия 1».

По мнению политолога, мутация интеллигенции, прежде любившей угнетенный русский народ, уже происходила в 70-е годы: «Я помню это, у меня была кураторша по практике школьной, она говорила: „Наш гегемон опять пьян“. Вот это презрение к народу очень сильное началось. И вот эта интеллигенция народу презрение к своей истории и так далее, она навязала в итоге, она продавила его. Она совершила страшное преступление».

И эта интеллигенция навязала народу, продавила свое презрение к своей истории и к самому народу. Отрицание народом собственного исторического прошлого было осуществлено при помощи подмены ценностей и идеалов.

В качестве примера перекодирования сознания советского народа Сергей Кургинян напомнил о фильме грузинского режиссера Тенгиза Абуладзе «Покаяние», где в финальной сцене торт предстает символом храма, как конечной цели пути.

«Это всё разбуженные какие-то мелкие вожделения, связанные с тем, чтобы иметь, а не быть. Всё это привело к большой катастрофе. Эта катастрофа могла уничтожить Россию», — сказал руководитель «Сути времени».

При разрушении внешней формы государства страна смогла спастись с опорой на внутренний стержень.

«Как говорит великий философ Мигель де Унамуно, помимо этой экстраистории, в которой весь этот шабаш шел и ему поддались, была внутренняя глубинная история народа. Эта история выдержала», — подчеркнул Сергей Кургинян.

В итоге, убежден лидер движения, на пути «преступления» встали народный дух и новая интеллигенция, которая создается фактически на почти пустом месте, народ создает ее из себя. Эксперт подчеркнул, что эта интеллигенция должна быть свободна от «народофобии, презрения, тяготения (на Запад)», быть полностью современной и состоятельной.

«Неизвестно, какие чудеса ее создают, неизвестно, откуда появляются эти молодые ребята, которым эту ненависть к собственной истории навязывали. И которые ее любят больше, чем комсомольцы 80-х годов. Если бы было иначе, то не случилось бы всего страшного, что случилось. Россия чудовищной ценой выдержала, выстояла потому, что эта гордость нашлась внутри, ее обрели заново», — заявил Сергей Кургинян.

Напомним, что ранее Сергей Кургинян заявил о появлении в России нового патриотизма.

Война идей

Дискуссия о понятии «русский народ» и отношении к русскому народу

https://rossaprimavera.ru/news/1bf1c0b7

09.10.2018 В России сформировался новый несокрушимый патриотизм

Сергей Кургинян политолог, лидер движения "Суть времени"

У граждан России сформировался новый патриотизм, который невозможно убить ничем, заявил лидер движения «Суть времени», политолог Сергей Кургинян 9 октября в эфире программы «Вечер с Владимиром Соловьевым» на телеканале «Россия 1».

Политолог рассказал, что СССР удалось разрушить потому, что советских граждан смогли купить на двух вещах — самоумалении и доверчивости: «Но их [советских граждан — прим. ИА Красная Весна] всех купили на двух вещах. На свойственном в принципе конфессии самоумалении — кенозис. Соответственно, покаяние и все прочее. И на доверчивости. Они доверились очень многому, величию страны, ее огромности, были готовы к этому самоумалению. Казалось, что это нормально: „Ну, самоумалимся — и чего?“. И поэтому эта эпоха самоумаления, покаяния, бесконечного страдания по поводу ужасов, самобичеваний и всего прочего. А также доверчивость: „Вот там добрый дядя, он же правильный, он придет, он вылечит, он поможет, он сделает все, и как там все хорошо“».

Кургинян подчеркнул, что русские очень остро это пережили и больше «на эти грабли не наступят».

«Он [русский человек — прим. ИА Красная Весна] понял, чем может обернуться эта „не-гордость“. И чем может обернуться эта чувствительность к словам тех, кто рассказывает, какой хороший другой дядя, и как надо идти ему на союз», — заявил Сергей Кургинян.

Он подчеркнул, что сложившаяся ситуация сделала возможным выработать у русских новый несокрушимый возвратный патриотизм: «Этот новый возвратный патриотизм сегодня убить нельзя ничем. Хайте, как хотите, он тефлоновый. Говорите, что хотите — мимо всего этого дела. Ищите отдельные точки, расковыривайте, что хотите — не проходит. Возникла эта защита против всех этих вещей. Возникла и оказалась построена совершенно новая иммунная система у народа».

По мнению политолога, эта новая гордость, новое ощущение патриотизма и понимание того, что «хотят не лечить, а убить» родили в русских огненное чувство любви.

В заключении своей речи он отметил, что зародился этот новый патриотизм еще во время первой чеченской войны: «И когда Родионов и другие пошли на смерть в эту первую чеченскую войну, самое мне кажется главное — не героизм второй чеченской войны: он был понятен, он был подкреплен уже государственно, — а первой, когда предавали все, шельмовали как угодно, а ребята шли и умирали за Россию. И эти ребята — самые главные герои, которые подняли потом эту волну возвратного патриотизма».

Война идей

Дискуссия о понятии «русский народ» и отношении к русскому народу

https://rossaprimavera.ru/news/bc535cf9

04.10.2018 ПАСТЫРЬ — премьера в Московском театре «На досках»

Сталин — очень сложная мистическая фигура. Приглашаем всех увидеть мистерию, повествующую о формировании личности лидера Советского государства!

Суть времени

31.07.2018 Творческий вечер Сергея Кургиняна

Представляем вашему вниманию запись творческого вечера Сергея Кургиняна, прошедшего в Москве в начале июля. В первой части вечера Кургинян прочел свою новую пьесу «Зёрна. Поэтическая притча о поражении и победе» (по мотивам повести Антуана де Сент-Экзюпери «Военный летчик»). Во второй части он ответил на вопросы зрителей.

Суть времени

08.06.2018 О внутреннем «подполье» человека и проблемах поколения

Выступление перед зрителями после спектакля «Я!» (трагифарс по повести Ф.М.Достоевского «Записки из подполья»)

Московский театр «На досках», 15 мая 2018 года

Суть времени

30.04.2018 О стране, мире, культуре и искусстве.

Выступление перед зрителями после спектакля

Суть времени

16.04.2018 Западный путь России закончен. Интервью журналу «Эксперт»

«Чем более неадекватен в глазах противников России образ нашей страны и нашей элиты, тем быстрее люди могут начать действия, которые приведут к войне, даже не думая, что это будет война, считая, что легко сломают». Интервью с политологом и лидером движения «Суть времени» Сергеем Кургиняном

Прошлая неделя, естественно, породила дискуссию о том, что можно изменить принципиально, чтобы отодвинуть угрозу войны. Некоторые эксперты-политологи высказали, казалось бы, неожиданную в этом военном контексте мысль: нам надо признать, что западный путь России закончился. Что мы никогда не станем и не должны более пытаться стать частью Запада. Надо признать, окончательно и открыто, что у России свой путь. По мнению политолога и лидера движения «Суть времени» Сергея Кургиняна, такая риторика окажется не только правдой, но и прекрасным средством для разрядки напряженности.

— Главный вопрос: какова конечная цель США?

— Удержать ускользающую власть над миром.

— А если конкретнее?

— Здесь важны все три слагаемых: власть над миром, ускользающая власть, удержать. Власть над миром, понятно. Теперь «удержать». Разгром Советского Союза, который США абсолютно твердо называют победой в холодной войне, вызвал у них невероятный восторг: «Ура, теперь в мире один хозяин, и это — мы». Восторг победы привел к помутнению разума: они стали вести себя крайне вызывающе, стали не блюсти, а нарушать свои же правила. Их положение за счет этого становилось все более шатким. Им казалось, что их власть над миром раз и навсегда укрепилась после краха СССР. А она сначала как бы укрепилась, а потом стала непонятным образом таять по их собственной вине. Плюс вся их экономика держится на печатании денег. А деньги можно печатать, потому что ты — мировая власть. Не удержишь власть — не будешь печатать деньги, покатишься в пропасть. Но самое главное даже не это, а то, что у них нет никакого представления, как можно существовать, если они не главные. Но парадоксальным образом платить за это они не готовы.

— Платить за что?

— За власть над миром надо платить. А они не хотят. Что они могут сделать в Сирии со своими «Томагавками»? Несколько сотен дырок на территории региона, который привык к разрухе. Их не заметят, пока не придет десант. Пока двести тысяч морских пехотинцев не войдут в Сирию. И они давно могли бы ввести двести тысяч пехотинцев в Сирию. Но это значит начать платить за установление их нового мирового порядка.

Платить за новый мировой порядок они не хотят. Власть отдавать не хотят. И тогда возникает идея установить новый мировой беспорядок. Если ты не можешь стать лучше других, пусть другие станут хуже тебя. Это принцип, который они исповедуют. Но реализовать принцип непросто. Они слабеют. Поднимаются новые центры силы, они их остановить не могут.

Вот они стали говорить, что свобода торговли — это нехорошо. Почему? С девятнадцатого века свобода торговли хороша была для самой сильной страны мира, которая не хочет, чтобы другие страны защищались от ее экономической экспансии. По привычке США считали себя самой сильной страной и навязывали всем свободную торговлю. А потом оказалось, что эту идею подхватил Китай, который сам решил завоевывать рынки. Теперь Трамп кричит, что нет, нам не нужна свобода торговли. США теряют рынки. И пытаются их удержать не экономическим, а военным путем. Они воюют с китайцами за контроль над Африкой, причем беспощадно. Там идет свирепая война, которую мы как бы не замечаем. В Латинской Америке все очень сложно. Азию они теряют. Турция от них отошла. Это же надо суметь отпихнуть Турцию!

Самое чудовищное: они разрушили Ирак, который был контрбалансом по отношению к Ирану. Теперь Иран резко усиливается. Дальше началась чехарда в Сирии. Сирия ведь была достаточно светским мирным государством. Она не находилась под контролем Ирана. А теперь Иран ее контролирует «от» и «до» и никогда уже из нее не уйдет. Это кошмар жизни израильтян. Одно дело Иран у тебя за тысячу километров, пошлет или нет ракеты. Другое дело, когда у тебя корпус Стражей исламской революции официально стоит в пятидесяти километрах от твоей границы.

Возникает новый Большой Ближний Восток. Они теряют в нем одну позицию за другой. И безумно нервничают. И по поводу потери позиций на Ближнем Востоке, и по поводу потери позиций вообще.

Когда ты очень нервничаешь — теряешь рациональность. Все начинает приобретать характер кошмара. Кошмар номер один — Россия, которую ты как бы победил в холодной войне и которая вдруг присоединяет Крым. И возникает вопрос: что это, реванш русских? Для них это невероятно ущербно психологически и невероятно опасно практически.

— Практически — почему?

— Потому что самое страшное для них — соединение России с Германией. Как-то давно я беседовал с одним из помощников Буша-старшего. Когда я объяснил, что на развалинах Советского Союза будет Россия, которая соединится с Германией, он сказал: может, ты и прав, но это закончится ядерной войной в Европе. В настоящих стратегических приоритетах США нет места идеологии. На уровне деклараций все определяет идеология. А реально идеология ничего не значит. У них реальный приоритет один: ни одна страна мира или конгломерат стран не должны дойти до уровня, с которого они могут бросить вызов США.

— Это понятно. Почему именно Крым стал шагом к возможному союзу России и Германии?

— Россия, в их понимании, сначала берет Крым, а потом делает следующий шаг. И следующий, и следующий. То есть для них Крым — это начало обрушения линии Керзона.

— То, что вы говорите, свидетельствует, что к третьей мировой войне они не готовы.

— Не готовы.

— То есть мы всю эту неделю сильно преувеличивали риски?

— Нет, не преувеличивали. Как-то раз Дмитрий Саймс, выступая по телевизору, заметил: посмотрите, они в Северной Корее себя так не ведут, в Иране себя так не ведут. Дальше нужно спросить, а почему они себя так ведут с Россией? Объяснение одно: они считают, что мы — их мятежный сателлит.

— Это звучит фантастически.

— Для меня это не фантастика, а несомненность. Для них мы мятежная колония.

— То есть когда Трамп говорит и о запуске ракет, и одновременно о том, что мы должны помочь России экономически, это он серьезно говорит?

— Стопроцентно. Для них Россия стала колонией в 1991 году. «Это наша подконтрольная управляемая провинция, которую мы не добили из общих соображений, не отняли ядерное оружие, не расчленили на части, не лишили статуса в Совете Безопасности. Почему? Потому что это колония» И каждый раз, когда они видят с нашей стороны типы колониального поведения, они укрепляются в том, что это колония. А ничто так не распаляет, как мятежная колония. Это ужасно обидно.

— Что мы делаем как колония?

— К ним приезжают разные люди, говорят, это Путин — это ошибка. Что мы, мол, контролируем процесс, мы все вернем, у нас будет демократическая страна. Они все время контактируют с представителями российской элиты, прежде всего экономической, но не только, которые разговаривают на языке компрадоров, продолжают ездить туда для обретения благодати. Там живут их семьи, они все время говорят, что у нас западные ценности.

— Что же тогда американцы думают сейчас, в этой конкретной ситуации?

— Они думают, что нас сломают.

— Я имею в виду крайнюю непоследовательность действий Трампа: то он поднимает самолет Судного дня, то на следующий день говорит, что не буду стрелять. Какую ситуацию они пытаются создать?

— Давно пора получить настоящий психологический портрет Трампа. Когда он говорит, что полетят изделия и они будут красивые, он упивается некоторыми возможностями. Пора бы миру давно вздрогнуть. Человек, который говорит о воздействии оружия, будучи верховным главнокомандующим, не может этим упиваться.

— Он может начать войну?

— Он войну начать не может, но может дернуться и запустить что угодно. И чем более неадекватен в глазах противников России образ нашей страны и нашей элиты, тем быстрее люди могут начать действия, которые приведут к войне, даже не думая, что это будет война, считая, что легко сломают. Гитлер считал, что Россия — легкий приз. У него не было необходимости браться за Россию, не добив Англию и не уничтожив США. Но он считал, что наша военная элита уничтожена Сталиным, что народ ненавидит коммунизм, что нас можно взять голыми руками. И дернулся — к глубочайшему изумлению Сталина.

— Но мы же продемонстрировали свои возможности совсем недавно, на экранах президентского послания?

— Давайте представим себе, что Юрий Андропов на каком-то съезде КПСС натянул экран в Кремлевском дворце съездов и показал, куда будут лететь наши изделия. Мы в истории никогда не видели таких показов. Эти показы говорят, что сейчас ситуация не холодной, а криогенной войны. И надо понять, как мы от козыревского платка дошли до такого состояния.

— Что за козыревский платок?

— Американский посол уронил платок, Козырев, тогда министр иностранных дел, кинулся этот платок поднимать. Такая вот история из девяностых. И вот вопрос: как мы от приниженной угодливости (мы вас слушаем, мы от вас зависим, мы учимся у вас) дошли до таких показов? Этот путь пройден за счет того, что нам, России нельзя, сокращая смысловую дистанцию с Западом, одновременно удерживать с ним правильные спокойные отношения.

— Не поняла.

— Есть Россия, и есть западный мир. Они не могут слиться. И не должны. Запад этого не хочет. Когда Россия идет на сближение, Запад напрягается. Чем настойчивее Россия идет на сближение, тем больше он напрягается. Не радуется, а напрягается, понимаете? Чтобы снять это напряжение, чреватое ядерной войной, надо набрать дистанцию. Россия и Запад могут сосуществовать, только набрав дистанцию.

— Вы хотите сказать, что все эти годы мы зачем-то сближались.

— Да, мы сближались и провоцировали этим агрессию. Мы все еще стремимся войти в европейскую западную цивилизацию.

— А формально в чем мы сближались? Крым взяли.

— Крым мы взяли, но у нас такие же ценности. Мы — просвещенные люди, мы знаем Конан Дойля лучше, чем они, мы никогда не осуждали Запад, мы хотим стать равноправной частью их сообщества. Мы хотим войти в их дом, но берем Крым. Для них это двойной нонсенс.

— Владислав Сурков на прошлой неделе написал колонку, где высказал мысль, что всё, западный наш путь кончился. А заодно и азиатский путь.

— Главное, что он сказал, — кончился западный путь. Ради чего разваливали Советский Союз? Ради объединения с Европой. Идея была в том, что американцы уйдут из Европы, мы войдем в Европу, мы — главная ядерная держава, экономики объединятся, а мы станем демократической и капиталистической сверхдержавой. Что будет потом, было неважно. Все это происходило до 2008 года, когда представители авторитетных кругов европейской элиты приехали в Москву и сказали, что вы войдете в Европу, но по частям.

— Какие могли быть части в 2008 году?

— По областям, до Урала, после Урала, по крупным регионам.

— Вы хотите сказать, что на Западе не понимают, что народ с этим никогда не согласится?

— Народ их не интересует, их интересует только элита. Саркози приезжал со своим планом урегулирования грузино-осетинского конфликта. Этот план означал введение соответствующих войск в зону конфликта. Они сначала вошли бы туда, потом начали бы просачиваться на весь Северный Кавказ, и он начал бы отпадать. Мне звонил из Франции знакомый, говорил, что Саркози плакал, когда понял, как его кинули. Но мы-то стали так играть, только когда поняли, что идея вхождения целостной России в Европу окончательно отменена.

— В 2008 году?

— Да, все началось тогда: мы иначе, чем обычно, сыграли в Осетии и в Грузии. Но в 2008 году все еще было не до конца оформлено и осмыслено. А к 2010 году позиция была выработана полностью. Они отвергли наш план вхождения в Европу целиком. А наиболее влиятельная часть нашей элиты отвергла план нашего вхождения в Европу по частям. Элитного единства в этом вопросе не было. Но путинская часть элиты взяла верх.

— Единство есть сейчас?

— Нет, единства нашей элиты в этом вопросе не будет никогда. Это все очень непросто. С конца семидесятых начался этот процесс постепенного отказа части нашей элиты от автономного существования в СССР в пользу объединения с Европой на ее основаниях. Частью этого плана было объединение Германии. Распад Советского Союза, с точки зрения элиты, был частью этого проекта, потому что считалось, что тогда будет легче, можно демократическую власть сделать без оглядки на демографическую динамику. Это сделали, начали входить. Потом реформы, наш хаос, но все ждали, что хаос уляжется, и мы войдем. Никакой в этом смысле разницы между позицией допутинской и путинской нет. Идея полноценного вхождения целостной России в Запад, конкретно в Европу, господствует над умами нашей элиты уже как минимум тридцать-сорок лет. Но хотелось-то войти как целое — со своей армией, своими ресурсами, своим населением. И стать как бы суперцентром. Однако американцы ничего так не боятся, как подобного разворота событий. Ничего опаснее для них нет.

— То есть мы просто должны сказать, что не хотим входить в Европу? Так это вроде просто? Мы и правда не хотим.

— Это долгий и трудный вопрос, но это вопрос нашей судьбы. Чем дальше мы будем «переть» туда тихой сапой, не объясняясь с миром, тем больше вероятность войны. Для меня именно это сокращение дистанции, эта воля к вхождению и есть сползание в войну. Сейчас процитирую вам отрывок, не знаю, насколько он достоверен. «Мы нечаянно прикоснулись к одной из самых опасных точек мировой политики. Еще один шаг, и никакая сила не удержит большевистское правительство Москвы. Назад от Варшавы, бегом, немедленно». Ленин. Если это притча, то очень точная.

— Наша элита ведь больше дружит с англосаксонским миром. Вы сказали про семьи, я представила себе Великобританию, а не Германию.

— Никакие связи с англосаксонским миром не отменяют того, что элита хочет влиться в Европу. Занять определенные этажи в европейском доме. А теперь посмотрите на это глазами европейцев. Они говорят: мы этот мир строили восемьсот лет, у нас есть архитектура дома. В доме — этажи. Вы хотите занимать эти этажи? Папа римский строил этот дом. А вы хотите ввести в него православие — в виде чего? Вы просто хотите выкинуть кого-то из комнат в этом доме? С какой стати?

Нужно суметь разойтись. Я считаю, что на это отведены месяцы. Это нужно сделать. Но наша элита этого категорически делать не хочет. Это легко сделать. Но сопротивление такому разводу со стороны нашей элиты — чудовищно.

— Как разойтись?

— Скажите честно, что план вхождения провалился.

— Нельзя просто нежно сказать, что мы теперь занимаемся собственной страной?

— Нельзя. Элита спрашивает: нам было сказано идти в Европу, обзаводиться общими семьями. Почему все изменилось? Потому что это угрожает статусу какого-то лица? Так нельзя.

— Эти все санкции личного характера, они во многом иррациональны?

— Конечно. Двадцать лет назад мне говорили, что пчелы собирают мед, но они его не должны есть. Поэтому Запад поощрял вывоз капитала отсюда нашими олигархами. Но они его не должны есть. А теперь они хотят вернуть два триллиона долларов, находящиеся на западных счетах у русской элиты. Она-то и есть те пчелы, которые не должны есть мед. Чтобы это сделать, нужно беспредельно демонизировать все русское. Этим они и заняты.

Вот почему никакого серьезного противодействия избранию Владимира Путина с их стороны не было. Потому что их устраивает ситуация единства демонизированного президента с демонизированным народом. Им нужно дальше наращивать эту демонизацию. До тех пор, пока она не вырастет до чудовищных масштабов, чтобы все русские были демонизированны.

Поставить Россию на колени всерьез означает вернуть себе власть над миром. Это главная задача. И чем дальше продолжается идейное сближение нас и Европы, тем больше оно провоцирует их ненависть к нам, тем больше оно толкает их на неадекватные действия по отношению к нам.

— Сближение уже прекратилось.

— У нас есть смысловая дистанция? В чем она? Мы перестали сближаться в военно-политическом смысле. Санкции отчасти прекращают наше сближение в экономическом смысле. Но это, во-первых, является результатом их односторонних действий. И, во-вторых, не имеет ничего общего с необходимым сущностным расхождением. Смысловая дистанция между нами не меняется. Мы все так же любим Запад, все так же готовы туда войти. Говорится, как и раньше, что мы — часть западной цивилизации. Мы продолжаем туда идти, они нас называют врагами, мы их — партнерами. Китайцы про нас в узких кругах говорят, что мы страна, потерявшая лицо. Понимаете, люди без лица.

Надо дать оценку самому этому сближению, заявить, что оно стратегически ошибочно, обосновать, в чем глубина нашего расхождения. Построить экономику, которая выдержит любые санкции. Обеспечить политические союзы, исходящие из новых констатаций.

— Что мы можем сделать в той острой ситуации, которая сложилась на прошлой неделе?

— Когда идут эти армады, надо непрерывно переговариваться, чтобы они прошли мимо. Это ничего не изменит стратегически. Сейчас Трамп должен безопасным для нас образом разрядиться в Сирии. Это лучший вариант. Но и он не сулит ничего хорошего. Потому что дальше-то что? Хейли и другие говорят, что место в Совете Безопасности мы неправильно занимаем. Что русские ломают мировой порядок, что они разрушают Совет Безопасности. Эта демонизация не будет остановлена ни при каком результате нынешней сирийской авантюры Трампа.

— Это сложно повернуть.

— Сложно осуществить стратегическое расхождение с Европой? Конечно сложно. Но возможно. Честно говоря, такие повороты осуществляют двести человек, каждый из которых обладает нужными качествами и статусом. Но только если они твердо понимают, чего хотят. Пока никто не отменил проект вхождения России в западную цивилизацию, и пока этот проект не отменен, всё для всех носит двусмысленный характер. Все, кто хотел бы к нам прислониться, думают: «А ну как новая перестройка, и нас сдадут?» Надо сделать так, чтобы никогда больше никто не сомневался в нашем стратегическом расхождении. И тогда возникнут новые конфигурации и новые возможности.

Интервью С. Кургиняна журналу «Эксперт» 16.04.2018

http://eot.su/node/22762

07.11.2017 100-летие Великой Октябрьской социалистической революции в Москве — 7 ноября 2017 года

7 ноября общественно-политическое движение «Суть времени» отметило 100-летие Великой Октябрьской социалистической революции. В праздничном мероприятии на ВДНХ приняли участие члены организации и гости из Москвы и множества регионов России, ближнего и дальнего зарубежья.

Суть времени

06.11.2017 Октябрьская революция: мифы и реальность

Конференция "Октябрьская революция: Мифы и реальность", посвященная столетию революционных событий 1917 года, состоялась 21 октября в Брянске. На мероприятии, прошедшем в городском Доме культуры, на улице Калинина, собралось более 250 человек. Гостей ознакомили с результатами исследований, цель которых - поставить точку в вопросе о реальных фактах Великой Октябрьской социалистической революции.

Специальным гостем конференции был лидер движения Суть времени Сергей Кургинян, который открыл мероприятие.

На конференции были представлены доклады:

- «Основная причина разложения российской армии во время Первой мировой войны: большевистская агитация или недееспособность руководства страны?»;

- «Являлась ли Октябрьская революция мятежом, оплаченным американскими финансистами?»;

- «НЭП: отказ от социализма или запланированный переходный этап к новой советской экономике?»;

- «Большевики развалили или сохранили страну?»;

- «Голод в СССР: трагедия или злой умысел большевиков?»

Суть времени

30.10.2017 «Октябрьская революция: мифы и реальность». Томск

14 октября в Томске прошла пятая по счету конференция: «Октябрьская революция: мифы и реальность», посвященная 100-летию революционных событий 1917 года.

Конференция посвящена теме избавления от опасных мифов нашей истории и необходимости договорится о фактологическом фундаменте, на котором строится наше отношение к советской эпохе.

На данной конференции были представлены доклады на темы:

«Послужил ли разгон Учредительного собрания причиной Гражданской войны?», «Уничтожали ли большевики элиту страны?», «Красные победили в Гражданской войне за счет террора или благодаря народной поддержке?», «Царствование Николая II: расцвет России или закономерное приближение краха?».

19.10.2017 Вступительная речь на конференции «Украинство — кем и зачем оно сконструировано»

Хронометраж:

0:21 - Причины возникновения исторический мифов.

5:55 - Б.Л. Бразоль – известный антисемит, автор брошюры «Царствование императора Николая Второго в цифрах и фактах».

25:25 - Миф о ритуальном убийстве Николая II: Вильтон, Скарятин.

34:37 - Опасность черносо11-12 октября 2017 года в Москве прошла научно-практическая конференция «Украинство – кем и зачем оно сконструировано», организованная силами движения «Суть времени» и Международного общественного фонда «Экспериментальный творческий центр».

Конференция была приурочена к выходу одноименной коллективной монографии.

В центре внимания исследователей – не реальная история Украины, которая неразрывно связана с историей России, а фундаментально антирусский конструкт «Украинство».

Авторы – члены Александровской коммуны «Сути времени» – представили на конференции свои работы, посвященные исследованию истоков «украинства», реализации этого антирусского проекта на различных исторических этапах, включая современный, а также наиболее опасным тенденциям его дальнейшего развития.

Открыл конференцию Сергей Кургинян.

Об историческом значении конференции заявил Президент Российской Академии социальных наук, директор ИСПИ РАН академик Геннадий Осипов.

Монография, посвященная исследованию конструкта «Украинство» состоит из пяти тематических разделов. Все они были подробно представлены на конференции.

Заказать книгу можно по адресу:

г. Москва, ул. Садовая-Кудринская 22

Тел: +7(495)691-50-03

ФАКС: +7(495)694-17-54

E-Mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра. тенно-нацистских мифов для современной России.

Суть времени

03.10.2017 Вступительная речь С.Е. Кургиняна на исторической конференции в Ростове-на-Дону

30 сентября в Ростове-на-Дону прошла конференция «Октябрьская революция: мифы и реальность», посвященная 100-летию революционных событий 1917 года.

Конференция была посвящена теме избавления от опасных мифов нашей истории и необходимости договорится о фактологическом фундаменте, на котором строится наше отношение к советской эпохе.

На конференции были представлены доклады на следующие темы:

— «Осуществляли ли большевики геноцид казачества?»

— «Была ли Украинская народная республика независимым демократическим государством, оккупированным русскими большевиками?»

— «Были ли преобразования Февральской революции успешными или разрушительными?»

— «Красный террор — уникальное изобретение большевиков или такая же часть Гражданской войны, как и террор белый?»

Напомним, что ростовская конференция стала четвертой в цепочке мероприятий. Ранее конференции прошли в Екатеринбурге, Санкт-Петербурге и Самаре.

http://eot.su/node/22593

23.08.2017 На круглом столе по вопросам управления обороной РФ

Политолог Сергей Кургинян выступает с докладом «Прогнозирование как компонент управления обороной государства» в рамках круглого стола «Актуальные вопросы управления обороной Российской Федерации»

http://eot.su/node/22569

25.01.2017 О роли России в современном мире.

Вечер с Владимиром Соловьевым.

https://www.youtube.com/channel/UCPkDvaKV6u6FgM650A0pdCA

19.06.2015 Встреча С. Кургиняна с общественностью в Ереване (Армения) и пресс-конференция

Встреча С. Кургиняна с общественностью в Ереване (Армения)

Пресс-конференция Сергея Кургиняна в Ереване (Армения)

С.Е. Кургинян в передаче «Урвагиц». Ереван от 06.06.2015

29.05.2015 Пора проснуться, иначе катастрофа неминуема

Меморандум, адресованный всем, кто всерьез обеспокоен нынешней ситуацией в России и мире

Антуан де Сент-Экзюпери мучительно переживал наличие на планете Земля слишком большого числа людей, которым никто не помог пробудиться.

К сожалению, никакая помощь в деле пробуждения самого себя и других не является эффективной в случае, если нет желания пробудиться. Сейчас очень многие ощущают нарастающее глобальное неблагополучие, усугубление очень опасных тенденций в отношениях между Россией и Западом. Но пока что эти ощущения так и остаются ощущениями и, даже превращаясь в нечто большее (например, в более или менее смутное понимание природы нынешнего неблагополучия), они не пробуждают людей, то есть не побуждают их к активному воздействию на происходящее.

Это можно назвать сном на бегу или отсутствием того пробуждения, о котором говорил Экзюпери. Увы, без пробуждения, то есть без решимости менять тенденции, воздействовать на них и словом, и делом, объединяться для такого воздействия, глобальная катастрофа неминуема. И какой бы конкретный характер эта катастрофа ни приняла, она по сути своей будет катастрофой безволия. Ее главным источником будет отсутствие ответов на новые вызовы, отсутствие готовности преодолевать инерцию существующего процесса, влекущего мир к гибели именно потому, что инерционное начало преобладает над интеллектуально-волевым. Проснуться по-настоящему — это значит победить инерционное начало, резко усилив начало интеллектуально-волевое, изменить соотношение сил в пользу последнего.

И этот меморандум, и действия тех, кто на него откликнется, призваны обеспечить такое пробуждение, такой сдвиг в соотношении двух начал, из которых сформировано бытие человеческое.

В последнее время наибольшее беспокойство у очень и очень многих вызывает обострение отношений между Россией и Западом. Но еще большее беспокойство вызывает сопровождающая это обострение стратегическая невнятица. Потому что именно такая невнятица порождала очень многие глобальные катастрофы, например, катастрофу Первой мировой войны, участники которой не могли вообще определить, чего ради они сами втянулись в эту катастрофу и втянули в нее свои народы.

Спору нет, никто из лиц, принимающих решения на официальном властном олимпе, не хочет доведения обострения наших отношений с Западом до уровня крупного эксцесса или глобальной войны. Но именно в условиях невнятицы предкритическая конфликтность особенно легко переходит красную черту. И никто в этих условиях не понимает до конца, какая именно капля переполнит некую чашу.

Такой последней каплей могут стать действия «Исламского государства» на территории России, кем-то и зачем-то поощряемые. Ведь есть силы, которые открыто говорят о том, что против России надо открыть второй фронт — имея в виду, что первым фронтом является Украина.

Такой последней каплей могут стать террористические акты, осуществленные бандеровцами на территории Российской Федерации — в сопредельных Украине южных областях России или даже в Москве.

Такой последней каплей может стать переход бандеровской Украины к тому или иному варианту очевидного масштабного геноцида в Донбассе.

Этой каплей могут стать и совместные действия бандеровских и молдавско-румынских националистов, направленные на так называемую зачистку, то есть геноцид Приднестровья.

Последней крохотной каплей, переполняющей чашу, которая полна до краев, могут стать даже провокационные сообщения о «русской оккупации Прибалтики».

Мало ли что еще может стать этой последней каплей, если чаша полна до краев? — в таких ситуациях достаточно минимального воздействия на процесс.

Борясь за то, чтобы авантюристы, провокаторы, идиоты не соорудили того, что здесь названо последней каплей, мы одновременно должны заняться преодолением той стратегической невнятицы, которая делает нынешнюю ситуацию особо опасной.

Тактические ходы людей и структур, пытающихся уменьшить интенсивность конфликта между Россией и Западом, конечно же, совершенно необходимы. Но мы же видим, что, по большому счету, эти ходы ничего не меняют в существе нынешней ситуации. А значит, необходимо обсуждать стратегическую проблематику. И не надо ждать, когда именно ее начнут обсуждать обитатели тех или иных олимпов. Инициативу должно брать на себя гражданское общество, его активная, ответственная часть, не связанная по рукам и ногам соображениями политической корректности, неотменяемыми обязательствами, конъюнктурой того или иного типа, вопросами престижа, предвыборной проблематикой или чем-либо еще. Если после того, как стратегическую проблематику начнут обсуждать по-настоящему в недрах гражданского общества, к этому присоединятся те или иные политические олимпийцы, это можно будет только приветствовать. Но не надо ставить свои действия в зависимость от того, произойдет это или нет. Историю творят не правительства, а народы, пробудившиеся ото сна. И нам предстоит или осуществить эту миссию пробуждения, или оказаться погребенными под обломками нынешнего мироустройства.

Данный меморандум является вкладом в давно назревшее обсуждение стратегической проблематики.

Обострение отношений между Россией и Западом может породить крупный эксцесс или мировую войну только в условиях стратегической неопределенности. Если место стратегической неопределенности, дополняемой наращиванием конфликтности, займет переход отношений между Россией и Западом в новый внятный формат, пусть в чем-то даже аналогичный тому формату, который существовал в советскую эпоху, обострение отношений между Россией и Западом не породит ни крупных эксцессов, ни мировой войны.

Говоря о необходимости переводить отношения между Россией и Западом в новый внятный стратегический формат, я не имею в виду осуществление в России прямой советской реставрации. Для того чтобы этот новый стратегический формат, став внятным и осуществимым, спас мир, достаточно признать, что современная Россия и современный Запад — это два фундаментально разных мира. И что внятное описание этого фундаментального различия, его стратегическое оформление — со всеми вытекающими последствиями — не погубит, а спасет человечество. Более того, возможно, что только оно и может спасти человечество.

Признаем, что могут существовать разные, несхожие друг с другом, миры, осознавшие свою несхожесть и строящие свои отношения на основе этого осознания.

Иногда эти миры называют цивилизациями, но это не вполне правильно. Потому что цивилизации — это миры, сложившиеся только на религиозной основе. А есть и другие миры, складывающиеся на иных основах. Советский мир не был религиозным, он, к сожалению, был даже слишком атеистическим, что во многом породило его распад. Но он был особым миром, основанным на своих ценностях, своем образе жизни, своем хозяйственном укладе и многом другом.

Итак, сценарий № 1 сводится к ускоренному построению такого мира и к обеспечению его устойчивости. А также его диалога с другими мирами.

Для начала признаем, что такой мир никто пока не построил и строить пока не хочет. При этом все рассуждения по поводу Русского мира являются во многом лукавством, с помощью которого покупается возможности отложить на потом главный вопрос современности — вопрос о квазисоветском (парасоветском, неосоветском) обособлении России от Запада.

Нам говорят: «Да что вы ломитесь в открытую дверь! Мы и так уже строим свой мир, Русский мир!»

На самом деле никто ничего не строит. А когда кое-кто говорит о том, что Русский мир будет русской православной цивилизацией в полном смысле этого слова, то есть православно-теократическим государством, — то этот кто-то либо хочет ограничиться словами, либо является провокатором, нацеленным на развал реального складывающегося Русского мира, либо является клиническим идиотом и разряда тех, о которых говорят, что они опаснее врага.

Потому что налицо, во-первых, многонациональность и многоконфессиональность России. И, во-вторых, абсолютно недостаточный для построения цивилизации в строгом смысле этого слова накал российского православия.

Хочу оговорить, что лично я не имею ничего против того, чтобы жить в русской накалено- православной цивилизации. Я просто знаю как специалист, что нет никаких шансов обеспечения ее устойчивости даже в случае, если территория, на которой будет реализован этот проект, сведется к территории Российской Федерации.

Итак, надо категорически противопоставлять Русский мир как некую совершенно неизвестную величину, некую terra incognita, призванную эффективным образом оформить расхождения России и Запада, — и «русскую цивилизацию» по Тойнби, то есть один из вариантов Русского мира — наименее продуктивный, наименее устойчивый, наименее реальный, но наиболее простой.

Я не верю, например, что русская православная церковь готова безоглядно стремиться в ту ловушку, которую представляет собой ретроутопия русской стопроцентно православной цивилизации, которую предлагается реализовывать а) в XXI веке, б) после существования СССР и постсоветской России, в) в условиях оформления совершенно новых отношений с Западом. Но вновь подчеркиваю, что любой вариант Русского мира будет русским и основанным на православной культуре, сформировавшей реальную русскость. И что любое разумное увеличение роли РПЦ в этом мире надо только приветствовать. Просто надо отделять разумное от неразумного, настоящее увеличение роли РПЦ от восклицаний о необходимости придать РПЦ абсолютную роль, не подкрепленных никакими реальными системными действиями, эту абсолютную роль способными обеспечивать.

Русский мир необходимо строить в интересах всего человечества и в интересах России. При этом в 2015 году мы обладаем неизмеримо большими знаниями о том, как именно его надо строить. А также неизмеримо большей выстраданностью практической безальтернативности этого строительства, которая определяется обнаруженной на практике невозможностью реализации так называемого «младорусского проекта» — то есть русского варианта знаменитого «младотурецкого проекта».

Все младопроекты (русский, турецкий, египетский или любой другой) — это проекты построения наций и государств по классическому европейскому образцу ради последующего вхождения этих наций и этих государств в единый западный европейский мир.

Отказ от этих проектов связан с позицией Запада, который, начиная с 60-х годов ХХ века, стал отказываться от расширения своего мира и от полноценного вхождения в него государств, находящихся вне уже сформированной, узкой западной общности. Нельзя ворваться в мир, в который тебя не пускают.

Никто не принес таких огромных жертв на алтарь строительства своего младопроекта, как турки, выкорчевывавшие всё, что связывало их с Османской империей. Теперь турки понимают, что эти жертвы были принесены напрасно. Что даже самый накаленный и эффективный кемализм никогда не приведет к тому, что Турция войдет в Запад, в Европу: ее там категорически не хотят видеть в качестве полноправного и равного всем другим европейского государства.

Еще меньше шансов на что-либо подобное у России.

Во-первых, потому что Россия слишком велика для вхождения в существующую проамериканскую Европу. Вхождение России в Европу сделает саму Европу антиамериканской, а Европу слишком сильно приковали к Америке.

Во-вторых, потому что русский кемализм, русский младопроект неминуемо разрушит существующую РФ, а на ее обломках уже ничего не будет построено. Россия действительно является большим миром, состоящим из малых миров. Эти малые миры готовы вращаться вокруг русского ядра, но они не готовы самоликвидироваться во имя осуществления младорусского проекта, очевидным образом предполагающего их уничтожение. Уничтожать силовым образом миры, входящие в империю — российскую, советскую или османскую (перечисляю эти миры через запятую с методологической целью и понятными для всех оговорками) — сейчас уже никто не сможет. Младотуркам удалось уничтожить очень маленький армянский мир, отсечь от себя иные миры, входившие в их турецкий империум — арабский, сирийский, греческий и так далее. Младотуркам удалось также очень сильно подавить курдский мир, отсечь который они уже не могли. И всё это делалось на основе очевидного преобладания собственно турецкого, условно говоря, турецко-анатолийского мира, который нужно было тоже подавить с тем, чтобы начать формировать из той турецкой субстанции, которая возникла в результате подавления даже собственно турецкого мира, некую младотурецкую нацию.

Всё это делалось в иных условиях, нежели те, которые существуют сегодня. Всё это делалось при абсолютно ином раскладе сил внутри того, что представлял собой османский империум. И всё это кончилось ничем. Ибо делалось это только под младотурецкую идею создания европейской, сугубо светской турецкой нации и европейского, сугубо светского турецкого государства как элементов будущей большой Европы.

Провал идеи построения турецкого элемента большой Европы, порожденный отказом самой Европы от того, чтобы стать большой, привел к глубочайшей ревизии всех тех оснований, опираясь на которые турки согласились на младотурецкий проект. Перед нами Турция, которая прощупывает возможность других проектов: исламского, а значит в перспективе неизбежно османско-халифатистского, пантуранского (в духе радикально-правых турецких «серых волков») или какого-то другого.

Идти этим же путем Россия не может.

И потому что теперь понятно, что это путь в никуда, то есть это путь в большую Европу, которой не будет.

И потому, что русская традиция, русская ментальность отвергает то геноцидное основание, на котором строился младотурецкий проект.

И потому, что для Турции Х. Х. века одиночные геноциды были хотя бы практически реализуемыми, а для России XXI века множественные геноциды не только безнравственны, но и нереализуемы.

Да, развал СССР осуществлялся, в том числе, и с помощью младорусского соблазна.

Да, понадобились десятилетия для того, чтобы понять, что речь идет именно о соблазне. Но мы же прожили эти десятилетия. Они стали своего рода аналогом исторического эксперимента. При том, что эксперименты в истории аморальны и невозможны.

Эксперимент проведен. Невозможность младорусского проекта доказана. Младорусскую утопию пришлось оплатить огромной кровью и огромными издержками для русского народа. Продолжать развивать ее могут только люди, повторяю, или совсем провокативные, или ограниченные до крайности и ничему не способные научиться на горьком опыте. Назовем этот младорусский эксперимент катастрофическим для народа и страны экспериментом по построению русского постсоветского будущего.

Для того чтобы понять, в какой именно точке мы находимся, у какого именно разбитого корыта, надо добавить к этому эксперимент с реконструкцией прошлого.

С самого начала построения на обломках СССР российского постсоветского государства, я и мои соратники настаивали на том, что огульное отрицание советского прошлого не только недопустимо для очень многих жителей страны, обладающих советскими ценностями, — это было бы полбеды. Ибо высшая ценность — это Россия. Но в том-то и дело, говорили мы еще 25 лет назад, что такое огульное отрицание советского прошлого, создание исторической черной дыры на основе антисоветизма, может обернуться только катастрофой для всех русских и всех граждан России. Подчеркиваю, для всех — вне зависимости от того, обладают ли они советскими или антисоветскими ценностями.

Для того чтобы эту теорию, которую я бы назвал теорией № 2 (теория № 1 — это теория невозможности осуществления младорусского проекта), подкрепить соответствующим экспериментом № 2, понадобились трагические события на Украине, которые подтвердили абсолютную бесперспективность огульной десоветизации, создания исторических черных дыр и так далее.

Начнем с того, что десоветизация, конечно же, повторяет денацификацию. И для того и нужно уравнять советское и нацистское, чтобы провести десоветизацию, аналогичную денацификации. А денацификацию проводили не для того, чтобы очистить немецкую историческую личность от нацизма, а для того, чтобы разрушить немецкую историческую личность как таковую. Не буду приводить доказательства, потому что по этому поводу было сказано слишком много. Десоветизация в Российской Федерации нужна для того, чтобы разрушить русскую историческую личность как таковую. А десоветизация на Украине нужна для того, чтобы разрушить украинскую историческую личность.

Десоветизация неминуемо влечет за собой дальнейшее расширение черной дыры. В чем могли убедиться все, кто наблюдал за передачами «Суд времени» и «Исторический процесс». Сванидзе и Пивоваров начинали с десталинизации, переходили на десоветизацию, перескакивали с нее на осуждение Российской империи Петра Великого, Московского царства Ивана Грозного. Дальше всё докатывалось до Александра Невского.

Такое разрушение русской исторической личности, а также украинской исторической личности и других исторических личностей, по отношению к которым в большей или меньшей степени осуществлялся проект десоветизации а-ля денацификация, не мог иметь своей окончательной задачей только разрушение всего до основания. Потому что историческую личность нельзя просто разрушить до основания. На обломках, которые создали разрушители, обязательно начнет что-то произрастать.

И ясно, что — некая племенная идентичность. Такой прогноз, данный нами 25 лет назад на основе теории регресса, полностью подтвердился на Украине. Разрушив украинскую советскую историческую личность, которая для украинского исторического самосознания еще важнее, чем для самосознания русского, потребовалось далее разрушить всё, что связывало Украину с Россией. А это почти всё, что существует на Украине в качестве историчности. Далее надо было разрушить историчность вообще.

А в условиях так разрушенной историчности невозможно формирование никакой нации. Возможно только формирование племени на основе антиисторических утопий. Так и началось формирование племени «укров», основанное, как мы все понимаем, только на утопическом антиисторизме. Иначе и быть не могло. К сожалению, наша давняя теория получила безупречное экспериментальное подтверждение. Получило подтверждение и то, что племя (укров, русов или кого бы то ни было еще), искусственно выращиваемое на обломках исторической личности, не может опираться на христианство. Племени нужно язычество. На Украине таким язычеством стала РУН-вера.

Обнаружение подобной закономерности говорит о том, что кто-то и зачем-то прочно связывает между собой — под крики о величии религии и кощунственной антирелигиозности советской власти — десоветизацию, деисторизацию и дехристианизацию.

Мы имеем дело с очень масштабным экспериментом, осуществляемым с далеко идущими целями. Вряд ли всё ограничится только экспериментом в масштабах бывшего СССР. Создав на месте бывшего СССР новую «Африку», экспериментаторы этим не ограничатся. Потому что им нужно создать такую же «Африку» в Южной и Юго-Восточной Азии, в Латинской Америке и, наконец, на территории самой Африки, часть которой тоже вовсе не хочет входить в так называемый Четвертый мир.

Для того чтобы расширить африканизацию мира до указанных мною выше масштабов, нужен исламизм в качестве альтернативы великой исламской религии и великой исламской культуре.

Эта ответственнейшая задача возложена на так называемое «Исламское государство». Уже сейчас главари этого государства говорят о том, что придя в цитадель ислама, они разрушат Каабу. Но только ли Каабу они разрушат? Для того чтобы великий исламский мир мог существовать, им была проведена огромная работа — с тем, чтобы превратить хиджазский ислам Пророка в мировую исламскую религию. Такую работу осуществляли исламские мистики, правоведы, философы. Точно такую же работу осуществляли в христианском мире для того, чтобы превратить первоначальное локальное христианство в мировую христианскую религию.

Проповедь так называемого салафизма, ориентированного на то, чтобы разрушить те интеллектуальные и духовные здания, которые выстраивались вокруг изначальных великих доктрин, якобы призвана обнажить великие ядра этих доктрин. Однако сами по себе ядра ничего удержать не могут, и еще неизвестно, выживут ли они в таком состоянии. Но в любом случае понадобится новая вековая работа для того, чтобы племенное, по сути, откровение стало всемирно значимым или хотя бы решающим образом значимым для большого исламского мира.

Нет веков на то, чтобы осуществить эту работу, и нет людей, которые готовы взять ее на себя.

А значит, на некие обнаженные ядра исламисты будут накручивать произвольное содержание, призванное превратить племенное начало в начало, обладающее совсем иным территориальным масштабом. Да и не только территориальным.

Что именно будет наматываться на эти ядра и зачем?

Под радикально-исламистские заявления о недопустимости так называемой джахилии, то есть язычества, салафиты нового времени будут формировать новые псевдоисламские утопии, которые неизбежно обретут характер ультраджахилии. Племенной дух возобладает в новом варианте. Его постараются сделать и ультраархаичным, и постмодернистски-технологичным, и крайне масштабным, и крайне агрессивным. Создав его в этом виде и соединив с массами, дезориентированными за счет деисламизации, выдаваемой за исламизацию, организаторы глобального эксперимента бросят накаленные массы на развивающийся азиатский мир — на Индию, на Китай, на Вьетнам, на оставшиеся части способного к развитию исламского мира.

После этого первая фаза переформатирования человечества окажется завершенной. Человечество будет состоять из узкого специфического западного ядра и огромной дикарской периферии. Периферия будет давить на ядро. Ядро будет давить на периферию. В результате будет осуществляться дальнейшая, весьма глубокая трансформация и нового ядра, и новой периферии.

Обсуждать эти трансформации надо отдельно. Здесь хочу лишь сказать, что цена согласия или отказа от тотальной десоветизации очень великая.

Отказавшись от этой десоветизации, постсоветская Россия обманула ожидания сил и структур, замысливших глобальный эксперимент, успешному осуществлению которого они придают огромное значение. При этом отказ от подобной десоветизации осуществлен в России как-то между прочим. Он имеет настолько же невнятный вид, как и нынешняя концепция Русского мира. Вновь налицо отсутствие той окончательности и продуманности, без которых мы не сможем дать ответ на вызов эпохи и будем сокрушены окончательно.

Полноценный Русский мир может быть только миром, вбирающим в себя советское начало наряду с другими началами нашей истории. Он может быть только миром, открытым другим мирам, способным формироваться в его смысловом гравитационном поле так, как формируется планетарная система вокруг солнца. Это прекрасно понимали и создатели Советского мира, зафиксировав в гимне советского государства то, что это государство является миром миров. Причем миром миров, имеющим отчетливое русское ядро. А не миром без ядра, как этого хотели некоторые философы, рассуждавшие о русском мире миров.

В гимне было всё сказано точно: «Союз нерушимый республик свободных Сплотила навеки Великая Русь». При этом Великая Русь — это и есть русское ядро. А свободные республики — это планеты, вращающиеся вокруг этого ядра.

Это вам не младорусский проект, который сочетает в себе невыносимую и невозможную сегодня кровавость с абсолютной разрушительностью для русских и исторической бесперспективностью.

Это вам не мир миров, в котором нет никакой разницы между русским ядром и симфонически организованной периферией.

Это — определенный мир. Очень советский по своей сути, безусловно, русско-советский, открытый, глобально значимый и устойчивый. Только создав такой мир, мы можем построить новый формат отношений с Западом, отойдя от него не по принципу «виноград зелен», отойдя от него без всякой закомплексованности, но именно отойдя.

И чем быстрее мы это сделаем, тем будет лучше и для нас, и для всех остальных. Кстати, сделав это, мы не растворимся в большой Азии, а, напротив, сумеем защитить ее от происков антиисламских исламистов (обоснование такого парадоксального термина я только что осуществил). Мы защитим реальный исламский мир от псевдоисламизма. Мы одновременно с этим, как я уже указывал, защитим от него большую Азию.

И возникнет незападное человечество со своей идеей развития. Незападное человечество, говорящее Западу: «Тебе придется с нами считаться. Мы не хотим с тобой воевать. Но мы существуем. И не хотим отказываться от фундаментальных принципов, объединяющих нас в желании не просто как-то существовать, а обретать, поддерживать и развивать именно историческое бытие в высшем смысле этого слова — то есть бытие гуманистическое».

Если Запад будет упорствовать в своем желании переходить на новый, антигуманистический и антиисторический формат существования — мы с сожалением признаем его право на это. Но мы не позволим ему навязывать нам этот новый формат. И в нашем «не позволим» будет реальный смысл.

Если же серьезные силы на Западе хотят отказаться от дальнейшего наращивания антигуманистических и антиисторических тенденций, то мы готовы протянуть руку помощи этим силам, никоим образом не посягая на суверенность западных народов и наций.

Мы надеемся на победу этих сил. Мы верим в возможность их победы, возможность построения мира, пронизанного новым историзмом и новым гуманизмом. Мира народов и государств, твердо верящих в свое право по-своему осуществлять высшее человеческое предназначение. Такой мир, по определению, может быть только миром миров, то есть целостностью, то есть симфонией.

Предлагая другим мирам свой исторический опыт симфонизма, свой опыт отстаивания целостности и высших смыслов, русские исходят из того, что общее благо человечества и их благо полностью совпадают. Русские не намерены покупать себе особое благо ценой бедствий для человечества. И они не намерены отказываться от своего блага ради ложно понимаемой жертвенности. Ибо ложно понимаемся жертвенность сегодня слишком уж сродни людоедству.

Нас спросят, существуют ли другие сценарии, позволяющие построить отношения России с Западом и тем самым развязать узел мировых проблем, который всё туже и туже затягивается. В принципе, такие сценарии есть.

Сценарий № 2 предполагает возможность преодоления главного тупика в нынешних отношениях между Россией и Западом. Этот тупик основан на желании Запада формальным образом относиться к тому, что произошло в 1991 году. Только такое формальное отношение позволяет Западу называть аннексией присоединение Крыма к России. И, напротив, признать, что присоединение Крыма не является его аннексией, можно только в случае глубокой международной ревизии того, что произошло в 1991 году.

Нельзя пытаться договариваться с Россией, приезжать с тем, чтобы смягчать отношения, — и всё время говорить «об аннексии Крыма», «о преступной аннексии Крыма» и так далее. Как нельзя рассчитывать и на то, что Россия что-нибудь уступит в крымском вопросе. А значит, нужно пересмотреть произошедшее тогда, признав, что в 1991 году с Россией и СССР поступили неправовым образом, поставив политическую целесообразность выше фундаментальных правовых принципов, сочтя, что цель оправдывает средства. Надо от лица Запада ответственно заявить, имея необходимые полномочия: «Да, мы тогда поступили безнравственно и опрометчиво, нарушив Хельсинкские соглашения и многое другое. Да, мы тогда совершили чудовищные ошибки. И мы теперь готовы их исправлять. Причем не по умолчанию, а открыто и в правовом режиме, опираясь на решение либо ООН, либо располагающей соответствующими возможностями и правами глобальной конференции».

Если это будет сказано и осуществлено, отход России от Запада может быть преодолен на неконфронтационной основе. Таков сценарий № 2. И Запад должен понимать, чем для него чреват сценарий № 1. Он должен понимать, что все издержки, связанные для него с осуществлением сценария № 1, могут быть минимизированы или даже устранены только при осуществлении сценария № 2.

Есть также сценарий № 3, в рамках которого Запад и Россия будут действовать в условиях взаимной недоговоренности. России как бы скажут тихонько на ухо: «Извини, мы всё понимаем. Мы, по сути, закрываем глаза на твои такие-то и такие-то действия и так далее. Но и ты нас пойми. Мы не можем признать, что наломали дров, затеяв холодную войну, посулив тебе мир в обмен на определенные уступки и воспользовавшись твоей уступчивостью для того, чтобы превратить ее в твою ликвидацию. Да и как теперь исправить содеянное? Так что ты создавай свои миры, мы будем лишь слегка этому сопротивляться. Но сопротивляться будем только для виду. А на самом деле будем даже в чем-то тебе подыгрывать». Сценарий № 3 отнюдь не является стратегическим, он рано или поздно потребует перехода либо на два вышеназванных сценария, либо на те сценарии, к краткому описанию которых я перехожу.

Сценарий № 4 — доразвал России с использованием всех инструментов, включая региональные войны. Главной из этих войн, конечно, является полноценная война с Украиной, которую нам всё время навязывают. Но если этой войны будет мало, то нам навяжут еще ряд войн.

Сценарий № 5 — ядерная война с Россией. Я знаю не понаслышке, что определенные силы на Западе хотят реализовать этот сценарий до того, как будет реализован сценарий № 1.

Призываю интеллектуалов России и всего мира ответственно отнестись к этому меморандуму, открытому для обсуждения. Этот меморандум, безусловно, будет поддержан движением «Суть времени» и дружественными ему силами. Крайне важно, чтобы его поддержали другие силы и структуры, способные внести свою лепту в снятие нынешней, опасной как никогда стратегической неопределенности.

http://www.regnum.ru/news/polit/1928731.html

http://eot.su/node/18815

22.04.2015 Выступление перед студентами ТГУ.

(Томск 17.04.2015)

Честный разговор. Интервью. Томское ТВ

... чему лидер движения "Суть времени" стремится научить молодежь, когда оно превратится в политическую партию и пойдёт на выборы, кто и зачем финансирует деятельность Кургиняна и почему новосибирский "Тангейзер" - фальшивка. С московским гостем в читальном зале научной библиотеки ТГУ беседует Владимир Самокиш

20.03.2015 Право на кислород

Что произойдет раньше — оформление союза новых красных и классических консерваторов для борьбы с мутакапитализмом или окончательное слияние мутакапиталистов со сторонниками сомнительной архаики для установления либерал-фашизма?

(Примечание разместившего: в статье "на пальцах" разбираются российские квазиэлита, антиэлита, контрэлита и текущий расклад между ними, по мере приближения финала Игры, а также проект (Куусинена/Андропова) слияния России с Западом, под который размонтировали СССР; роль Стрелкова в мятеже антиэлиты против Путина и другое)

Быстрое развитие событий побуждает меня к тому, чтобы завершить данный аналитический доклад уже в этом номере. Что я, собственно, и обещал читателям. Но события развиваются весьма специфически. Тут речь идет не только об убийстве Немцова. Но и о том, что уже сейчас вовлекается в разбирательство этого убийства.

Аналитика таких процессов не может быть оторвана от концептуальности. Но в острые периоды нет места и концептуальности, оторванной от конкретики. Соединение того и другого требует иного объема исследования. Мне удалось в кратчайшие сроки осуществить исследование именно в необходимом объеме. И мы приняли решение напечатать завершающую часть исследования в одном номере, невзирая на его объем. С этой целью я объединяю передовицу и основную часть. А также использую несколько полос для напечатания данного доклада. Этого, повторяю, требует стремительность развития событий. Данный доклад необходим и тем, кто хочет разобраться в происходящем, и тем, кто намерен действовать. Последние должны понимать, что, не разобравшись, действовать нельзя. И что действия «Сути времени» всегда должны носить преимущественно интеллектуальный, категорически неэкстремистский и даже антиэкстремистский характер.

В серьезных ситуациях ажиотажу не место. Побеждает разум, спокойствие, сила воли, четкость действий и предельная корректность осуществляемых шагов. Призываю всех помнить об этом. Ориентироваться на это. И никогда не позволять эмоциям подавлять разумное начало, а ажиотажу подавлять корректность, конституционность, необходимую деликатность и точность политического поведения. Оговорив это, перехожу к изложению завершающей части своего концептуально-аналитического исследования.

Только что вышла в свет моя книга «Красная весна», которая перед этим была напечатана в нескольких номерах нашей газеты. В книге я подробно обсуждаю наше западничество. Причем не только либеральное. Обсуждаю я его и в связи с разрушением СССР, и в связи с проблемой капитализма как такового.

Не желая здесь вновь повторять всё то, что уже было сказано в этой книге, я просто сформулирую в виде тезисов основные следствия, происходящие из природы нашего западничества, подробно обсужденной мною и в книге «Красная весна», и в других работах. Эти тезисы нельзя считать даже сжатым описанием природы нашего западничества. Я в них сформулирую только то, что имеет прямое отношение к нынешнему этапу взаимоотношений Российской Федерации с США и Европой.

При этом я, конечно же, не ставлю знак равенства между США и так называемой старой Европой, в которую входят, прежде всего, Германия и Франция. Конечно же, старая Европа будет отстаивать свои интересы, противоречащие интересам США. И, в отличие от Европы новой, которую именуют восточной, старая Европа всячески будет стремиться к тому, чтобы выйти из-под управления США.

Что же касается новой Европы, то она неимоверно счастлива от того, что ею аж сами США управляют. И этим выявляет свою подлинную природу, весьма далекую от той, которая веками именовалась «свободолюбием» («свободолюбивая Польша», «свободолюбивая Финляндия», «свободолюбивая Чехия» и, наконец, «свободолюбивая Украина»). Свободолюбивая мечта, как мы убедились, состоит в том, чтобы стать подчиненными правильному хозяину. Причем в такой степени, в какой, конечно же, не были подчинены хозяину предыдущему, то бишь СССР.

Возвращаясь к старой Европе — существенно отличающейся от Европы новой — считаю необходимым оговорить, что, пытаясь ускользнуть из-под управления США, эта Европа в решающий момент и в случае предельного давления со стороны США поступит так, как нужно США.

Обсуждать здесь все механизмы, созданные США для того, чтобы старая Европа никогда не смогла вырваться из-под американского управления, я не буду. Что-то обсуждено в «Красной весне», что-то надо обсуждать отдельно. А что-то и обсуждать пока невозможно. Очень хочу, чтобы жизнь опровергла мой тезис о несуверенности даже старой Европы. Но боюсь, что в очередной раз окажусь прав.

Сделав оговорку по поводу несуверенности старой Европы и этим оправдав возможность говорить об отношениях между Российской Федерацией и Западом в целом, имея в виду, прежде всего, отношения между РФ и США, я перехожу к тезисам, обоснование которых читатель может получить в книге «Красная весна» и других моих сочинениях.

Впрочем, поскольку тезисы носят достаточно очевидный характер, то их обоснования потребуют и профессионалы, которым нужно трудиться на ниве российско-западных отношений, и так называемые «гурманы», они же — продвинутые дилетанты. Никоим образом не считая две эти категории читателей сколь-нибудь ущербными, я выполняю свой профессиональный долг перед ними, отсылая к соответствующему источнику. Выполнив же его, перехожу к тезисам.

Тезис № 1. Постсоветское российское государство являлось и до сих пор является средством (политическим инструментом), используемым постсоветской элитой для того, чтобы обеспечить слияние России с Западом.

Тезис № 2. Господствующая постсоветская элита может быть названа элитой слияния с Западом (сокращенно — «элитой слияния»).

Тезис № 3. Часть «элиты слияния» настаивает на полноценном слиянии России с Западом. То есть на таком слиянии, при котором Россия сохранит целостность и государственность и станет такой же частью Запада, как Франция или Германия. Настаивающие на этом представители элиты так же страстно желают слиться с Западом, как и другие представители элиты, которые готовы даже к неполноценному слиянию с Западом. То есть к вхождению в Запад отдельных частей нынешнего российского государства.

Сторонники полноценного слияния не только мечтают о слиянии с той же страстностью, что и сторонники слияния неполноценного. Они рассматривают в качестве блага вхождение России в НАТО, они готовы отказаться от всего, что связано с отличиями историософского, концептуального, метафизического выбора России от историософского, концептуального и метафизического выбора Запада.

В этом смысле даже сторонников полноценного слияния России с Западом нельзя назвать элитой в полном смысле этого слова. Потому что элита в полном смысле этого слова — это элита служения своему народу. Для которого государство является средством продления и развития своего исторического предназначения.

Поскольку это предназначение никоим образом не состоит в том, чтобы слиться с Западом, то любая элита, которая хочет слияния с Западом, не может являться полноценной.

Слияние с Западом, к примеру, невозможно без отказа российских верующих от православия. Потому что Запад — это некий дом, построенный католиками и протестантами. В этом доме не предусмотрено для православия никаких помещений, даже подвальных. И в каком-то смысле это справедливо. Потому что православие (и в этом для меня его огромная сила) всегда заявляло о том, что оно будет строить свой дом. И подвергало европейский дом сокрушительной стратегической, а главное, метафизической, критике.

Поскольку православие заявило о том, что оно не хочет входить в «дом зла», каковым, по его мнению, является католическо-протестантский Запад, Россия может приступить к такому вхождению/слиянию, только резко отказавшись от своего основного православного тезиса. А значит, и от подлинного православия. Ну, и о какой же после этого подлинности православной элиты может идти речь?

И о какой подлинной элитной идентичности может идти речь в России, коль скоро всё необходимо будет строить на отречении и от советизма, и от православия? Что вообще в этом случае останется от истории? И какова будет полноценность в случае отречения от истории?

Великие события прошлого, герои, отстаивавшие страну, великие свершения — только на этом может строиться любая сильная государственность. Что же касается российской государственности, то для нее наличие таких событий, таких героев, таких свершений имеет особо важное значение. Растоптав всё это (а как это растаптывали такие люди, как Сванидзе, Млечин, Пивоваров и другие, — мы все видели), нельзя построить никакой сильной российской государственности. Нельзя создать никакой мощной исторической идентичности. Сначала — поношение Сталина, потом — поношение всего советского периода и странные кривляния вокруг священной темы Великой Отечественной войны (победили, мол, вопреки большевикам, вопреки Сталину). Потом — тотальная демонизация советского периода, его превращение в черную дыру. Потом эта дыра начинает поглощать другие исторические периоды. И мы видели, как именно это делается («Петр Великий породил Сталина — долой Петра Великого! Иван Грозный породил Петра Великого — долой Ивана Грозного! Александр Невский породил Ивана Грозного — долой Александра Невского!»).

Беспрецедентная война с историей, ведущаяся в России, создает неисторическое и антиисторическое общество, которое по определению не может быть классически капиталистическим. Ибо классическое капиталистическое общество должно быть обществом, способным построить сильное государство, а сильное государство строится на историческом фундаменте. Так кто же может так воевать с историей? Кто может строить неисторическое и антиисторическое общество? Только мутакапиталисты. Строя такое общество в России, они естественным образом протягивают руки таким же мутакапиталистам на Западе. Добавим к этому позорное заискивание перед Западом.

Кстати, только в постсоветский период, когда это позорное заискивание стало политикой правящего класса, сталинский термин «низкопоклонство перед Западом» перестал восприниматься как нечто избыточное. Теперь, увы, приходится говорить о настоящем, стопроцентном низкопоклонстве. Но это низкопоклонство не может не быть низкопоклонством перед новым Западом, отрекшимся от своей истории, перед Западом постмодернизма и архаики, перед Западом, променявшим гражданство на потребительство. То есть перед Западом мутакапитализма.

Слияние России с Западом на этой основе может быть только слиянием России с мутирующим Западом и с мутакапитализмом.

Увы, приходится называть даже сторонников полноценного слияния России с Западом не элитой, а квазиэлитой. А сторонников неполноценного слияния России с Западом можно назвать только антиэлитой.

В силу раскола глобальной капиталистической формации на классицизм и мутакапитализм, в силу нарастающего конфликта между классическим капиталистическим модерном и мутакапиталистическими постмодернистскими и архаическими вывертами последних десятилетий квазиэлита в России стихийно или сознательно превращается у нас на глазах в стихийных или сознательных апологетов классического капитализма. А антиэлита в России, присягая мутакапитализму, то есть постмодернизму, сплетенному воедино с архаикой, становится либерально-фашистской. И всё больше стирается грань между либеральным и фашистским слагаемыми этой самой антиэлиты.

Тезис № 4. Категорически недопустимо преуменьшать разницу между нашей квази- и антиэлитой, размывать грань между ними, восклицать «все они одним миром мазаны!».

Каждый, кто не осознает принципиального различия между квази- и антиэлитой, между элитой модерна и элитой постмодерна и архаики, между элитой классического капитализма и элитой мутакапитализма, — окажется обесточен на нынешнем этапе исторического развития и не сможет участвовать в реальной политической борьбе.

Тезис № 5. Патриотизм и амбициозность нашей «элиты слияния» состоят в том, что слившаяся с Западом Россия должна сохранять некую целостность и некую государственность. Что позволит ей занять очень серьезное место в этом самом западном доме. И даже потеснить США, подтолкнув старую Европу к подлинной суверенности.

В самом деле — слияние России с Западом, под каковым имеется в виду вхождение РФ в НАТО и Евросоюз, лишит американцев необходимости осуществлять военную защиту Европы. Потому что защищать Европу в этом случае будет не от кого.

Кроме того, Европа, слившаяся с Россией, будет располагать и русской армией, и русским ядерным оружием как частью собственного военного потенциала. В этом случае она сможет защитить себя от кого угодно.

Амбиции и патриотизм нашей «элиты слияния» состояли (а в каком-то смысле и состоят) в том, чтобы ценой любых уступок обеспечить именно такое слияние России и Запада — а значит, и перспективу фактического контроля российской элиты над Европой. Именно в этом были амбиции и патриотизм того же Андропова и его наследников. А наследниками дела Андропова (или, точнее, дела Андропова/Куусинена) в нынешней России являлись и являются очень многие.

Тезис № 6. Амбициозной «элите слияния», истово верящей в свою патриотичность, глубоко безразличны историософские, культурные, метафизические, идентификационные и иные издержки такого слияния.

И она готова обменять эти издержки на экономические, социополитические и геополитические приобретения. Но амбициозная и патриотически настроенная «элита слияния» не готова отказаться от этих приобретений и всё свести к издержкам. Другое дело, что эта элита не понимает или не до конца понимает значение описанных мною выше нематериальных издержек и пренебрегает этими издержками по причине их нематериальности. Но что такое материальные приобретения, эта элита прекрасно понимает.

Понимает она и то, что материальные приобретения не сводятся к своим счетам в западных банках и даже к западным предприятиям, купленным на те средства, которые удалось аккумулировать на этих счетах. Наша амбициозная, патриотическая по самоощущению «элита слияния» прекрасно понимает, что по-настоящему материальна только власть. А деньги — вторичны. И она готова сливаться, мечтает сливаться с Западом только при условии неких гарантий собственной внутризападной самости. Которая будет иметь место после такого слияния. Сливаться же с потерей самости эта элита не хочет, даже если ей будет гарантировано сохранение средств на западных счетах. Потому что эта элита не верит таким гарантиям Запада.

И, кроме того, она не считает достойным пребывание на Западе в виде супербогатых прожигателей жизни. Она уже поняла, насколько жалким является такой статус на Западе и насколько этот статус неустойчив.

Кроме того, она подозревает, что после неправильного слияния с Западом, каковым является слияние с потерей РФ государственной целостности, будут отобраны и деньги, и свобода. А возможно, и жизнь.

Тезис № 7. Амбициозная и патриотическая часть «элиты слияния» — это квазиэлита. Часть той же «элиты слияния», которая готова слиться на любых условиях Запада, — это антиэлита.

Квазиэлита не готова сливаться на любых условиях. Но страстно мечтает слиться на тех условиях, которые я описал выше. То есть слиться, наплевав на все нематериальные чудовищные издержки, но получив искомые властно-материальные приобретения.

Другая часть той же «элиты слияния» готова слиться на любых условиях Запада. Эта ее давнишняя готовность позволяет именовать данную часть «элиты слияния» антиэлитой. Что я и сделал еще в 1992 году в статье, опубликованной в газете «Завтра». Статья так и называлась — «Антиэлита».

Тезис № 8. Приравнивать квазиэлиту к антиэлите — глубочайшее заблуждение.

Не понимать, что квазиэлита при всей ее амбициозности и патриотизме так же страстно мечтает слиться с Западом, как и антиэлита, — такое же заблуждение.

Мечта о слиянии — вот элитный консенсус, коль скоро мы обсуждаем постсоветскую элиту, которая вся пронизана именно этой мечтой.

Люди с любыми элитными возможностями, не пронизанные этой мечтой о слиянии, являются в постсоветской России контрэлитой.

Подчеркиваю, что они при этом могут обладать любыми возможностями и занимать любое положение. Но в элиту они не входят. А потому они живут и действуют, говоря образно, озираясь по сторонам. То есть постоянно ожидая крупных неприятностей от «элиты слияния», сообразуя свои действия с «элитой слияния», рассматривая свои действия, противоречащие «элите слияния», как подударные, именуя всю «элиту слияния» емким словом «они» — и так далее.

Причем под определение «они» для этих представителей контрэлиты подпадают отнюдь не только высокостатусные представители определенной этнической группы. «Они» — это и есть «элита слияния», которая в постсоветской России крайне полиэтнична.

Один из таких представителей контрэлиты был убежден в том, что он относится к числу немногих высших администраторов, способных менять характер политики, преодолевая всё, что порождает своими действиями «элита слияния». Но его политические воздействия носили очень специфический характер. Они осуществлялись как бы из некоего контрэлитного подполья с постоянной оглядкой на контрудары, которые будут наносить «они», с постоянными рассуждениями об «их» всесилии. Политическое мироощущение данного представителя контрэлиты, весьма и весьма влиятельного, можно охарактеризовать через противопоставление поведения крупного военачальника и поведения командира очень крупного партизанского отряда, находящегося в тылу противника.

В России, находящейся под контролем «элиты слияния» и выстроенной под идею слияния, в России, которую можно назвать «страной Слиянией», даже самые крупные представители контрэлиты ведут себя как партизаны, находящиеся в тылу противника.

Тезис № 9. Для всей постсоветской элиты идея слияния России с Западом носит сверхценный характер.

Отчасти это определяется комплексом вины. Этот комплекс особенно силен у представителей квазиэлиты. Ведь это они должны как-то сочетать свою амбициозность и патриотизм с оправданием распада Советского Союза и крахом советского проекта. У представителей антиэлиты этого комплекса нет и потому для них идея слияния — это нечто само собой разумеющееся. А у представителей квазиэлиты этот комплекс есть, и потому для них идея слияния — это оправдательный надрыв.

Но, конечно же, повторяю, для них наиважнейшее значение имеет полноценность такого слияния. Что это такое, я уже описал выше (см. тезис № 6).

Квазиэлита очень часто негативнейшим образом относится к антиэлите. И даже радуется, когда представители контрэлиты наносят удар по представителям антиэлиты. Но квазиэлита ощущает себя единым целым с антиэлитой. И это сущностное единство определяется идеей слияния.

Тезис № 10. Постсоветское государство под названием Российская Федерация до мелочей выстроено «элитой слияния» именно под идею слияния.

Под эту идею выстроены все государственные институты, являющиеся именно институтами слияния. Мы вправе говорить о телеологии слияния (то есть о том, что «целевой функцией», которую оптимизируют государство, элита и все институты, является именно слияние), об историософии слияния, об онтологии слияния (всё постсоветское бытие подчинено идее слияния), об идеологии слияния, о системной архитектуре слияния. И в каком-то смысле — даже о метафизике слияния.

Все этажи нашей постсоветской жизни выстроены из материала под названием «слиянин». Весь постсоветский воздух пропитан бактериями, которые можно назвать «слиянки».

ПРОШУ ВСЕХ, КТО ЧИТАЕТ ЭТОТ ТЕКСТ, ВДУМАТЬСЯ В ТРАГИЧНОСТЬ СИТУАЦИИ!

Из «слиянина» было построено всё! Понимаете? И именно «слиянки» определяют состав нашей социально-политической атмосферы. Поэтому любое сопротивление «слиянству» означало добровольное согласие на тот или иной вариант маргинализации. И хорошо еще, если согласившиеся образовывали хотя бы малые, но жизнеспособные сообщества, типа созданного мною и моими соратниками «Экспериментального Творческого Центра». А если сил на это у противников «слиянства» не было? Что тогда? Тогда они выстаивали в атомизированном состоянии и подвергались глубочайшей маргинализации со всеми вытекающими последствиями.

«Слиянство» может носить продуманный характер, а может быть системой рефлексов. Люди, чье поведение складывается из «микрослиянок» и представляет собой автоматизированный поведенческий комплекс, никогда вам не скажут, что они — «слиянцы». Они — нормальные люди, занимающиеся правильными каждодневными делами и преуспевающие в силу своей правильной прагматической установки. На самом деле они — «слиянцы» и могут существовать только в «стране Слиянии», дышащей слиянческим воздухом. Как только из всего этого изымается слияние, страна начинает рушиться, а ее обитатели — задыхаться.

В силу автоматизмов, о которых я говорил выше, рушащаяся страна не понимает, почему она рушится, а задыхающиеся граждане не понимают, почему они задыхаются.

Тезис № 11. Президент России Владимир Путин, являясь национальным лидером и главой российского государства, фактом общенародной поддержки выведен за пределы тех или иных российских элит. Относить его к квазиэлите или контрэлите (притом что к антиэлите он явно не относится) — значит неуважительно относиться к народному выбору.

И тем не менее, наблюдая происходящее на протяжение многих лет и обладая хотя бы минимальным чувством гражданской ответственности, нельзя не отдавать себе отчета в том, что Путин очень долго чувствовал себя как рыба в воде в атмосфере амбициозного патриотического «слиянства». Что он не разрушал, а укреплял консенсус слияния. Что он блестяще использовал имеющиеся у него инструменты для того, чтобы Россия переходила от ущербно-компрадорского «слиянчества» к «слиянчеству» амбициозно-патриотическому. Что именно такое «слиянчество» и является подлинным содержанием так называемого вставания с колен.

Тезис № 12. Путин точно и осторожно, наступательно и осмотрительно действовал и действует, находясь на территории слияния, осуществляя идею слияния в ее амбициозно-патриотическом варианте, оперируя инструментами слияния, укрепляя консенсус в рамках элиты слияния, выводя за рамки консенсуса самые одиозные фигуры и так далее.

Но в поведении Путина очевидным образом наличествует нечто, не сводимое к «слиянчеству» даже в его самом амбициозно-патриотическом варианте. Путин занят «слиянством» в его амбициозно-патриотическом варианте, но занимаясь им, он порой как бы останавливается так, как если бы на его рабочий стол прилетела странная птица сомнения. Путин гонит эту птицу прочь и продолжает свои занятия. Но через какое-то время она снова прилетает на его стол.

Видимо, подобная птица порой навещала и Ельцина, но гораздо реже. И если Путин всё в большей степени готов вступить с этой птицей в метафизический, а значит, и политический диалог, то Ельцин никогда не позволял себе ничего подобного.

Тезис № 13. Переходя от метафор к аналитическим констатациям, необходимо прежде всего признать, что все годы своего правления Путин совсем иначе, чем Ельцин, смотрел на Китай.

Это было легко увидеть. Впрочем, и Ельцин очень хотел дружить с Китаем. Он тоже заглядывался на Китай. Но у Путина это носило — причем уже с 2000 года — холодно-осмотрительный характер. Путин как бы предполагал возможность дрейфа в ту сторону. Подчеркиваю, он не начал предполагать такую возможность в каком-нибудь 2014 году, он предполагал ее изначально.

Но и она, и то, что выше названо «собеседованиями с птицей сомнения», являлось микроскопической добавкой к амбициозно-патриотическому варианту слияния России с Западом, который Путин осуществлял, приводя Россию в определенное состояние, строя вертикаль власти, насаждая рыночные институты определенного формата, создавая определенную элиту, укрепляя квазиэлитную и ослабляя антиэлитную составляющую в рамках консенсуса слияния и так далее.

Никаких открытых стратегических антислиянческих проектов Путин не осуществлял. Страна продолжала оставаться «страной Слиянией». Социум строился из материала под названием «слиянин».

И естественным образом обеспечивалось всё, что из этого следует. Например, наличие Чубайса. Да, представитель антиэлиты — но нужный. Да и вообще, если мы работаем под проект слияния, то антиэлиту можно только обуздывать, можно только ограничивать ее аппетиты, но она нужна для реализации замысленного.

Тезис № 14. Надежда на амбициозно-патриотическое слияние России с Западом достигла максимума в 2001 году, после того, как радикальный исламизм нанес удар по «башням-близнецам» и США провозгласили крестовый поход против этого самого исламизма.

Казалось естественным, что в рамках такого похода США и Западу в целом просто необходима Россия как ответственный и полноправный союзник. Российская «элита слияния» была абсолютно готова на такой союз. Никаких беспокойств по поводу того, что это может опасным образом дестабилизировать исламское население России, не было и в помине. Замаячило самое желанное — это самое полноценное, амбициозно-патриотическое слияние с Западом. Пусть даже при лидирующей роли США! Это, конечно, не совсем то, чего хотелось, но и это воспринималось как счастливая возможность, как исполнение мечты.

Тезис № 15. Мечта начала рушиться уже в 2003 году.

Стало ясно, что и крестового похода не будет, и Россию в союзники в такой поход не берут. То есть ее готовы взять, но на второстепенные роли и без какого-либо полноценного слияния с Западом. Элитная эйфория, порожденная «надеждой-2001», сменилась мрачноватой тоскливостью уже в 2003 году.

Тезис № 16. В 2005 году Запад в лице своих достаточно ответственных представителей конфиденциально сообщил, что амбициозно-патриотическое слияние с Россией западной элитой отвергнуто. И что единственный вариант слияния, который Запад не отвергает, предполагает расчленение России, ликвидацию российского ядерного оружия и т. д.

Но поскольку сказано всё это было сквозь зубы, поскольку не до конца была понятна весомость такой позиции Запада, линия на амбициозно-патриотическое слияние не была отменена. Всё ограничилось наращиванием амбициозно-патриотического слагаемого как в речах, так и в делах. И было непонятно, идет ли речь о прежней — слиянческой — амбициозности и о прежнем аналогичном патриотизме или же о чем-то новом. Потому что для чего-то нового недостаточно проклинать Запад. Проклинать можно по-разному. Одно дело — проклинать, по-прежнему рассчитывая на слияние, а другое дело — проклинать, потеряв надежду на полноценное слияние и не будучи готовым слиться неполноценно.

Тезис № 17. После 2005 года лихорадочно начала оформляться идеология неполноценного слияния, подаваемого как великое благо.

В основном она начала оформляться в так называемом национал-демократическом варианте, наиболее ярким представителем которого является, конечно же, господин Белковский. Но было ясно, что за господином Белковским стоят те, кого я уже назвал «антиэлитой» или, что то же самое, «элитой неполноценного слияния».

Тезис № 18. После отказа Запада от полноценного слияния произошел неявный раскол квазиэлиты, часть которой перебежала в лагерь антиэлиты.

В условиях, когда, как минимум, десятилетиями вызревала мечта о слиянии, отказаться от такой мечты невероятно трудно. И невероятно стыдно. Поэтому в условиях отказа Запада от полноценного слияния часть элиты полноценного слияния (амбициозного, патриотического и так далее) должна была схватиться за слияние неполноценное. А что делать-то? Признавать, что погубили ни за грош великую державу СССР и остались на бобах?

Ну хорошо, признаешь это — и что дальше? Надо отказаться от «страны Слиянии» и строить новую страну? Какую? С опорой на что?

Произошел раскол «элиты полноценного слияния», часть из которой перебежала в лагерь элиты слияния неполноценного, то бишь в лагерь антиэлиты. Эти перебежки маркируются поведением ряда знаковых фигур, таких, как много раз обсуждавшийся мною г-н Ракитов. Тут, как и в случае Белковского, важна не сама фигура, а так называемый бэкграунд.

Тезис № 19. Очень важно, что никакого внятного, идеологически оформленного раскола «элиты полноценного слияния» на ту часть, которая превратилась в связи с невозможностью такого слияния в контрэлиту, и ту часть, которая превратилась по той же причине в антиэлиту, — НЕ ПРОИЗОШЛО ДО СИХ ПОР.

«Элита полноценного слияния», перебежавшая в лагерь антиэлиты, скрывает это перебежничество от своих вчерашних единомышленников.

«Элита полноценного слияния», признавшая невозможность оного в новой ситуации, не занята переоформлением мировоззрения. Она лихорадочно действует необходимым для сохранения России образом. Но это напоминает действия человека, потерявшего понимание того, где он находится, что именно он делает, в чем связь между теми и другими действиями, которые он осуществляет.

Нельзя допустить, чтобы эта невнятица продолжалась. С каждым днем становится всё менее понятно, кто же именно из вчерашних сторонников полноценного слияния с Западом не перебежал и не собирается перебегать в лагерь сторонников неполноценного слияния с Западом. Ясно, что не перебежал и не перебежит один человек — Владимир Путин. Но он и не является, как мы уже установили, представителем элиты в полном смысле этого слова.

Что же касается разного рода элитных персонажей, обнаруживших невозможность полноценного слияния с Западом, то их верноподданнические заявления («Мы — с Путиным», «Путин — это наше всё» и так далее) становятся всё менее убедительными. И они не станут убедительными до тех пор, пока не оформится окончательно противостояние контр- и антиэлиты. И пока все представители элиты полноценного слияния не перейдут в эти два лагеря не только по факту, но и на уровне идеологического, политического и иного оформления своей позиции.

Тезис № 20. Отказаться от неполноценного слияния мало. Необходимо полноценно оформить новые — теперь уже безальтернативно-контрэлитные — позиции. Необходимо также начать политическое сражение между оформившейся контрэлитой и антиэлитой и выиграть это сражение. Это необходимо сделать уже в 2015 году.

По факту, Путин перешел рубикон. Но идеологически он этот переход не оформил. А ведь нельзя продолжать заниматься обеспечением полноценного слияния России с Западом, зная, что такое слияние невозможно. Это и контрпродуктивно, и донельзя опасно.

Между тем, Путин как бы продолжает руководить «страной Слиянией», использовать инструменты, выкованные в кузницах слияния, строить социум из слиянческих социополитических материалов. Будучи одним из самых осторожных российских политических лидеров, Путин не желает взрывать слиянческую реальность, сложившуюся за последние десятилетия. Тем более что для него, судя по делам и высказываниям, до сих пор непонятно а) какую новую страну можно строить, б) можно ли начать ее строить так, чтобы эта страна не обрушилась (потому что если эта страна обрушится, то уже ничего не построишь), в) каков будет уровень поддержки достаточно дискомфортному построению новой страны, г) кто именно ее будет строить.

Трагедия Петра Великого, безусловно, состояла в том, что страстное утверждение величия России сочеталось у него с абсолютной телеологической и историософской неопределенностью. Яростно выстраивая Россию по европейским лекалам, Петр не давал ответа на вопрос, зачем нужна еще одна великая держава, выстроенная так же, как другие державы Европы. Эта держава должна завоевать Европу? Слиться с нею? Просто сосуществовать с великим европейским соседом, во всем ему при этом уподобляясь?

И Петр, и его преемники всячески уклонялись от ответа на этот больной вопрос. Дал же ответ на него, как ни странно, Ленин — своим переносом столицы в Москву и своей концепцией России как цитадели коммунизма. Именно Ленин вернул, не отказываясь от модернизации России, тот мессианский дух, который был утерян в петровские и послепетровские времена.

Но Петр и его преемники расширяли державу и потому имели право уклоняться от ответа на вопрос, зачем они это делают. Они не оформляли умаление державы, ее капитуляцию, каковыми для Путина и путинцев по факту был распад СССР, прямо названный геополитической катастрофой.

Поражение Петра под Нарвой не имеет ничего общего по масштабу с поражением СССР в холодной войне. Вот почему для Путина было особо болезненно всё, что связано с ответом на вопрос о предназначении России. Он же — вопрос о том, зачем теперь-то, после такого разгрома, городить весь этот державный огород. Стать мощной частью великого и благого западного мира — вот телеология раннего и даже зрелого путинизма, заимствованная Путиным одновременно и у Петра I, и у андроповско-куусиненовских модернизаторов. Эта идеология неизбежно должна была наложиться на оформление российского капитализма эпохи первоначального накопления. Она по факту не могла не стать идеологией классического капитализма, потому что, находясь на ранней стадии развития капитализма, копировать мутакапитализм Запада можно было, только разрушая державу. Что и собирался делать Ходорковский, но Путин-то этого категорически не хотел!

Обращение к капиталистической классике было естественно для Путина настолько же, насколько для Ходорковского было естественным прославление и оформление мутакапитализма. Российский постсоветский патологический либерализм был обречен стать рупором не открытости вообще, а открытости мутакапиталистической патологии Запада, а значит, и открытости всему, что связано с неполноценным слиянием России и Запада. К Путину и членам его команды, не принимающим ни мутакапитализации, ни вытекающей из нее неполноценности слияния с Западом, оставалось только одно — противопоставить мутации и неполноценности, продвигаемым либерализмом, некий консерватизм. Плюс — идею полноценного слияния с Западом.

Всё это не было до конца оформлено. И это не случайно. Как неслучайным была недооформленность всего этого у Петра Великого и его преемников. Был ли у Петра скрытый мессианизм? Чем является его так называемое антизападное завещание? Даже если оно не подлинное, это ничего не меняет.

Как бы там ни было, Путину теперь надо не завещание писать, а договаривать всё то, что было вредно и не нужно договаривать ранее. Или это, или очень скоро — неминуемый крах недооформленного путинизма, который станет одновременно крахом России.

Подменить такое оформление малофеевскими кувырканиями, не имеющими ничего общего с капиталистическим классицизмом и проектом Модерн, проникнутыми духом постмодернизма и архаики, духом «черного фашистского интернационала», не совместимым с нашей историей, с духом великой победы над фашизмом, с духом антифашистского сопротивления на Донбассе, с тем духом, который только и может мобилизовать большинство российского населения, — значит погибнуть, спутав настоящую капиталистическую классику с подделкой. И по факту открывшись другой редакции всё того же мутакапитализма.

Тезис № 21. Нельзя начать строить новую страну, не признав провала самого плана слияния.

То есть, не сказав обществу: «Извините! Мы и наши предшественники верили в полноценное слияние с Западом и осуществляли всё, что необходимо для такого слияния. Мы считали и считаем это слияние благом. Но Запад дал нам от ворот поворот. Он предложил нам вместо полноценного слияния — слияние неполноценное и абсолютно губительное. Мы от этого отказываемся и начинаем совершенно новый этап, фактически строя и новую страну, и новую элиту, и новое общество. Мы делаем это, во-первых, по необходимости, ибо нас обманули. И, во-вторых, потому, что с Западом происходит что-то неладное. Скорее всего, нас и обманули-то потому, что с Западом происходит что-то неладное. А значит, дело не только в том, что нам дали от ворот поворот, а и в том, что мы сами нечто для себя поняли. Мы поняли, что Запад уже не тот, каким он был. И что в новый, странный Запад, который строится на месте классического буржуазного Запада и классического Запада вообще, входить нельзя».

Тезис № 22. Необходимо признать, что Запад отказал России в слиянии. Но также необходимо заявить, что и Россия отказывается от любого слияния с Западом — потому что Запад стремительно и зловеще мутирует в сторону постмодерна и мутакапитализма.

Без признания отказа Запада от полноценного слияния с Россией не обойтись. Но необходимо далее оговорить, что Россия отказывается от любого слияния с Западом не только и не столько потому, что ей отказано в полноценности такого слияния. Прежде всего, Россия отказывается от этого потому, что Запад начал стремительно меняться, стремительно обнаруживать свою зловещую новизну. Запад Модерна стал Западом постмодерна и архаики. Запад капиталистического классицизма стал Западом мутакапитализма.

Спасая себя путем отказа от своих фундаментальных, системообразующих качеств, капитализм уже прошел через серию мутаций и движется к финальной мутации, которая превратит его в глобальную фабрику по производству постлюдей, полностью освобожденных от всего, что представляло собой гуманистическое содержание жизни человеческих сообществ на протяжении тысячелетий. Да, это гуманистическое содержание менялось. Но оно всегда существовало. Если мы допустим финальную мутацию капитализма и победу мутакапитализма, дооформившегося по ту сторону этой финальной мутации, то нам придется проститься с человечностью как таковой. И смириться с построением ада на земле, царства беззакония, царства абсолютного зла. Такое царство уже пытался построить Гитлер. Но все его зловещие изыски покажутся невинными шалостями после того, как финальная мутация капитализма свершится и оформится всё то, что эта мутация породит. Счет идет уже на десятилетия.

Тезис № 23. Пока что чем-то сродни выявлению скверной новизны внутри Запада является антиювенальная тема.

Приход Президента России в Колонный зал в 2012 году, его многочисленные высказывания в пользу так называемой традиционной семьи — отчасти являются как бы прологом к обнаружению скверной новизны внутри Запада. Но это — только пролог! И не может тут всё исчерпывать очень узкая, при всем ее значении, антиювенальная тема.

Тезис № 24. Полноценный разрыв России с Западом произошел в связи с присоединением Крыма к России.

Но концептуально, стратегически этот разрыв и тогда не был оформлен. Разорвав с Западом, поддержав Донбасс и не введя при этом в Донбасс российскую армию, Путин в очередной раз проявил и свойственное ему волевое начало, и свойственную ему осторожность. Но, круто повернув во всем, что касается реальных отношений с Западом, Путин отказался от концептуального, идеологического и стратегического оформления этого поворота.

Россия осталась «страной Слиянией», построенной из «слиянина» и населенной «слиянцами», дышащими «слиянками». Антиэлита сохранила свои позиции. А поскольку в ее лагерь перебежала часть квазиэлиты, то она эти позиции даже укрепила. Ни новой идеологии, ни новой концепции не возникло.

Путин в качестве главного препятствия на пути неполноценного слияния...

Какая-то (увидим еще, какая) группа его сторонников...

Существующая по умолчанию идеология полноценного слияния, которой Путин и эта группа руководствуются и которая потеряла жизненность в связи с отказом Запада от такого слияния...

Отсутствие новой идеологии...

Колоссальная слабость контрэлиты, большая часть которой маргинализована и не способна даже к выдвижению новых проектов, не предполагающих слияние, а предполагающих что-то другое... А если речь пойдет о реализации таких проектов на деле, то недееспособность большей части нашей контрэлиты приобретет совсем уж вопиющий характер...

Отсутствие каких-либо действий по переоформлению отношений «отказантов» (то есть тех, кто отверг неполноценное слияние России с Западом) с «соглашантами» (то есть теми, кто неполноценное слияние принял)... Ведь совершенно не обязательно для этого говорить о разгроме «пятой колонны»... Да еще и на площадях, под видом поддержки Путина. Именно Путин должен переоформлять отношения, причем абсолютно не обязательно путем разгрома. Но не на улицах же это делается! И пока совершенно неясно, будет ли это делаться и в пользу чего.

Вовлеченность России в явно антифашистский процесс в Донбассе, превращающийся в глобальный антифашистский процесс...

Неоформленность отношений не только со сторонниками неполноценного слияния России с Западом, но и с фашистами...

Отсутствие концептуально-стратегических и даже метафизических ориентиров, позволяющих выбрать постслиянческий путь, предъявить его человечеству в качестве пути, спасительного для всех...

В условиях такой многомерной неопределенности, сочетающейся с явным укреплением элиты неполноценного слияния России с Западом, — трудно говорить о каких бы то ни было полноценных союзах между теми представителями элиты, которые отказались от неполноценного слияния России с Западом, и теми представителями контрэлиты, которые никогда такого слияния не хотели.

Но и отказываться от диалога нельзя. Потому что отказаться от него можно, только отказавшись от политики. Потому что политика предполагает вовлеченность в реальность. Мы уже вовлечены в нее и в Донбассе, и на улицах Москвы. И отказаться от этой вовлеченности мы не можем. Мы по факту уже строим позитивные отношения с теми, кто отказался от расчленения нашей Родины и оказался жестко атакован Западом. И мы по факту строим конфронтационные отношения с теми силами, которые согласились на неполноценное слияние России с Западом.

Завершая на этом тезисы, призванные охарактеризовать и новизну нынешней ситуации, и ее трагизм, я перехожу от рассмотрения идеологических и концептуальных вопросов к той практической аналитике, вне которой все эти вопросы могут быть восприняты как спекулятивные умозрения. Потому что нельзя сказать о неких силах вообще, стремящихся обеспечить неполноценное слияние России с Западом. Нужно говорить о том, что является на сегодня решающим моментом в обеспечении такого неполноценного слияния. А решающим моментом в обеспечении этого наиочевиднейшим образом становится свержение Путина как последнего препятствия на пути к неполноценному слиянию России с Западом.

И тут одно из двух. Либо и впрямь есть силы, замыслившие такое свержение и предпринявшие определенные шаги для того, чтобы его обеспечить. Либо этих сил нет, и тогда все разговоры о неполноценном слиянии и мутакапитализме, о борьбе капиталистической классики и этого самого мутакапитализма, о союзе капиталистической классики с силами, ориентированными на некапиталистические перспективы развития человечества, оказываются лишенными конкретного практического значения.

Так идет ли работа по свержению Путина? Наращивается ли эта работа? Предпринимаются ли конкретные шаги в этом направлении? Каков характер шагов и сил, осуществляющих эти шаги? Ответ на эти аналитические вопросы необходимо искать внутри нашей реальности. При том, что в фокусе этой реальности находится Донбасс как точка пробуждения истории. Присмотримся же к тому, что происходит в этой точке. И постараемся найти в конкретике то всеобщее, что мы только что обсудили. То, что позволяет нам признать наличие конкретного конфликта между мутакапитализмом и капиталистической классикой, между «элитой неполноценного слияния» (она же антиэлита) и тем, что мы уже назвали контрэлитой.

Почему вдруг заявились в Москву на поклон к Путину Меркель и Олланд — руководители двух ведущих стран старой Европы? А ведь они к Путину пришли именно на поклон, и это все понимают. Что породило эту готовность выступать в роли просителей у высокомерных людей, представляющих грозный Запад, эту Римскую империю XXI столетия? Котел в Дебальцево. Что побудило этих же людей пожаловать в Минск и там денно и нощно обсуждать умиротворение каких-то там донбасских туземцев? Тот же котел в Дебальцево.

Не спорю, в Рамбуйе и других местах тоже что-то обсуждали с Милошевичем перед тем, как начать бомбардировки и наземное вторжение. Но если когда-нибудь какой-нибудь Цезарь нового Рима или какой-то новоримский триумвират и отдадут приказ о бомбардировках России, то это произойдет в совсем другой глобальной ситуации. И отдавать этот приказ будет другой Цезарь по договоренности с другими высшими патрициями агонизирующего нового Рима.

Not now, как говорят новые римляне, они же бывшие варвары, которых Древний Рим разделывал, как бог черепаху. Так что давайте не вовлекать в это обсуждение тему будущих римских действий. Давайте разберемся, что именно так обеспокоило сегодня новоримский патрициат. А обеспокоило его, как все мы понимаем, Дебальцево. То есть в Дебальцево и в Донбассе в целом происходит нечто из ряда вон выходящее. Но что значит «из ряда вон выходящее»?

Это значит, что есть некий ряд событий. И что случившееся в Дебальцево не относится к разряду очередных, в этот же ряд входящих событий. При том, что в один и тот же событийный ряд могут входить события большие и малые, яркие и блеклые. Вот почему утверждать, что в Дебальцево случилось нечто из ряда вон выходящее можно, только а) выстроив некий ряд и б) показав, что случившееся в Дебальцево в этот ряд не укладывается.

Событийный ряд обычно именуется процессом. Я не хочу перегружать данное короткое сочинение рассуждениями о том, чем процесс отличается от потока, а поток — от еще более рыхло организованных рядов (комплексов, пакетов, каскадов). Скажу лишь, что событийный ряд становится процессом тогда, когда общее для событий содержание подчиняет себе специфику каждого из отдельных событий. В противном случае ряд событий является не процессом, а чем-то другим. Тут всё зависит от наличия или отсутствия у событий единого, очевидного целеполагания, от степени влияния этого целеполагания на внутреннюю структуру каждого отдельного события и так далее.

Единым целеполаганием, объединяющим все события, происходящие в Донбассе, является сопротивление граждан, проживающих на этой территории, той скверне, которая для них олицетворяется майданом и майданутыми. А это очень далекоидущая скверна. Это скверна фашизма, причем именно неофашизма. И одновременно это скверна фашизма, вполне исторически узнаваемого. Это скверна нового Запада. Это скверна мутакапитализма. Но не будем сейчас обсуждать эту скверну. Нам сейчас — и именно сейчас, на этой стадии нашего обсуждения, — гораздо важнее установить, что она наличествует. И что простые люди в Донбассе ее вполне себе ощущают. Причем ощущают настолько, чтобы взять в руки оружие и начать жертвенно с нею сражаться.

Ровно так же ее ощущают в разных городах России и мира. В той же Испании, например, и не только. Но, конечно, важнее всего, что наличие этой скверны уловил Донбасс и что он сказал ей «нет». А сказавши, начал сражаться с оружием в руках.

При этом граждане Донбасса могут эту скверну майдана именовать по-разному. Или никак. При всей важности того, как именно они ее будут именовать, еще важнее, что они ее, скверну эту, ощущают. И что возникшее у них острое ощущение скверны породило Сопротивление.

Майдан, осуществив переворот, сделал насилие основополагающим элементом своего бытия. А захватив государственную власть, он перешел от насилия с использованием обрезков железных труб, заточек, финок и автоматов — к насилию с использованием «Градов», «Ураганов», «Су-25» и «Точек У».

Бандитско-фашистская сущность майдана в том и проявляется, что его жажда насилия неутолима. Захватил бы майдан оружие массового уничтожения, он и его бы незамедлительно применил для того, чтобы утолить обуревающие его садистские вожделения.

Соответственно, воля граждан Донбасса к сопротивлению скверне майдана могла быть только волей к сопротивлению вооруженному. Оставляя в стороне вопрос о том, кто прежде всего готов реально продемонстрировать волю к вооруженному сопротивлению, достав откуда-то оружие и предъявив готовое умение его использовать, перехожу к главному.

Будучи материализована в конкретных действиях, эта воля граждан создает очаг или очаги вооруженного сопротивления. Обнаружив это в качестве явленой нам политической несомненности, мы тем самым обнаруживаем и то, что весь идущий в Донбассе процесс является по сути своей процессом оформления вооруженного сопротивления майданству.

Очаги любого вооруженного сопротивления в процессе такого оформления сильно меняют свою структуру и свой характер. Поэтому мы можем и должны рассматривать происходящее в Донбассе как разные фазы одного и того же процесса оформления очага вооруженного сопротивления. Каковы же эти разные фазы?

На первой фазе всегда оформляется легко подавляемый очаг вооруженного сопротивления. В Донбассе его оформляли очень и очень многие. Безлер, Захарченко, Пономарев, Ходаковский (называю фамилии просто по алфавиту). Но потом в процесс формирования такого очага вклинился Стрелков. И началось то, что можно назвать сознательным купированием процесса с тем, чтобы он не вышел из этой своей первой фазы — фазы оформления именно легко подавляемого очага вооруженного сопротивления. Сразу хочу оговорить, что почти любой возникающий очаг вооруженного сопротивления является поначалу легко подавляемым. Так же, как и пожар является легко устранимым в момент, когда лишь начинается возгорание. Но недаром Ленин настойчиво повторял слова декабристов: «Из искры возгорится пламя». И недаром он назвал свою газету именно «Искрой». Крохотный, легко подавляемый очаг возгорания вооруженного сопротивления Донбасса должен был, коль скоро речь идет о процессе собственно историческом, быстро расширяться, превращаясь сначала в трудноподавляемый, а потом и в неподовляемый очаг всё того же вооруженного сопротивления бесчинствующим насильникам.

Считаю необходимым подчеркнуть (и постоянно буду это подчеркивать!): нет ничего противоестественного, конспирологического в том, что поначалу очаг вооруженного сопротивления является крошечным и легко подавляемым. Фидель Кастро, высадившись на Кубе с небольшим и сильно пострадавшим в пути и при высадке отрядом вооруженных революционеров, создал в начальный период именно такой, казалось бы, легко подавляемый очаг вооруженного сопротивления американцам и их ставленнику Батисте. Но этот очаг стал искрой, из которой возгорелось пламя. И оно так быстро возгорелось, что режим Батисты пал, а Фидель стал вершителем кубинских судеб и самым влиятельным из лидеров Латинской Америки.

Утвердившись в этой роли при поддержке СССР, Фидель Кастро устоял после краха СССР и удерживает позиции в течение всего постсоветского периода мировой истории. Он эти позиции удерживает в маленькой стране под боком у США. Это ли не пример того, как могут разворачиваться процессы, превращающие легко подавляемые очаги вооруженного сопротивления в суперочаги, формирующие и новую государственность, и новый общественно-политический строй?

А вот легендарному Че Геваре этот опыт кубинской революции перенести на другие страны Латинской Америки не удалось. Искра, вспыхнув, была погашена. Но это вовсе не означает, что создавший искру Че Гевара был агентом империализма, сознательно создававшим именно легко подавляемый очаг вооруженного сопротивления в Боливии.

Одни искры разгораются, другие гаснут. И в этом — суть истории. Искра большевистского восстания превратилась во всемирный пожар, не правда ли?

Мао Цзэдун создал, казалось бы, легко подавляемый очаг вооруженного сопротивления в Китае. Эта искра, долго разгораясь, создала великое государство.

Хо Ши Мин создал такой же очаг во Вьетнаме, с таким же результатом.

Быстро разгоревшейся искрой было восстание в Приднестровье — против карателей, очень похожих на тех, которые действуют сейчас под жовто-блакитным флагом на Украине.

И, в конце концов, разве сам майдан не был искрой черного пожара, которую удалось раздуть за счет огромной помощи Запада и чудовищной несостоятельности парализованного Западом Януковича?

Появление Стрелкова с небольшим отрядом вооруженных соратников в городе Славянске, где к этому времени местный лидер Пономарев уже возжег крохотную искру вооруженного сопротивления карателям, легко было принять за высадку Фиделя Кастро или любое другое сходное героическое историческое начинание.

Однако вскоре обнаружилось, что Стрелков не хочет иметь никакого отношения к истории и ее героическим перипетиям. Что в каком-то смысле ему история вообще отвратительна. И это обнаружилось не в результате каких-то там специсследований, это обнаружилось в результате заявлений самого Стрелкова. К кому он обращался от имени легко подавляемого очага славянского вооруженного сопротивления? Только к России. И только с просьбой спасти созданный при его участии очаг легко подавляемого вооруженного сопротивления от неминуемого и скорого подавления этого очага украинскими карателями, получившими контроль над людским составом и тяжелым вооружением достаточно крупной армии.

Вопиюще неисторический и даже антиисторический характер похождений Стрелкова обнаруживается немедленно, коль скоро есть представление о том, как ведут себя люди, зажигающие подлинно историческое пламя тех или иных вооруженных сопротивлений. Совсем не так, как Стрелков, они себя ведут, понимаете?

Что, по сути, повторял Стрелков раз за разом? Что славянские повстанцы обречены, ибо созданный ими очаг вооруженного сопротивления чрезвычайно слаб. Что их должна спасать Россия. А если она их не спасет, то... Вроде бы говорилось, что в этом случае горстка сопротивляющихся стрелковцев падет, как спартанцы под Фермопилами. Но это была безответственная болтовня, организация шоу на историческую тему. Чувствительные барышни и женоподобные блогеры начинали рыдать. Эти рыдания раскручивали очень и очень многие. Настолько многие, что впору было говорить о постановке большого спектакля на тему о герое-солдате, творящем потрясающие чудеса и преданном коварным императором.

Такой герой совершенно не собирался умирать. Было видно, что его кривляния, его жалобы носят вполне продуманный и целенаправленный характер. Что, по сути, власти говорится: «Если мать-Россия и лично Президент Путин нас не спасут, введя регулярную армию, то мы свалим... И займемся своей раскруткой. А также антипиаром тех, кто регулярную армию РФ не задействовал. А значит, предал, слил и так далее».

Для того чтобы читатель, яростно обрабатываемый и поныне стрелковцами, почувствовал пикантность такого месседжа, предлагаю ему представить себе Фиделя Кастро, еще не взявшего власть на Кубе, но уже обращающегося к Хрущеву и КПСС: «Мы — ваши сторонники, мы создали очаг вооруженного сопротивления проамериканскому режиму Батисты. Этот очаг легко подавляем. Спасите нас, введите советские войска на Кубу. А не введете — мы свалим и будем вас нещадно позорить как предателей, сливших героический проект Новокубии».

Мне возразят: «Всё ведь не сводится к историческим начинаниям, в рамках которых герои типа Фиделя Кастро, Мао Цзэдуна, Хо Ши Мина действуют на свой страх и риск, подымают народ, вершат историю, строят новое государство и новый общественный строй. Есть ведь и другие, очень важные начинания, не носящие такого исторического характера, но отвечающие интересам России. Что если речь шла о таком начинании с участием Стрелкова? И дозволительно ли было тогда этого самого Стрелкова атаковать?»

Что ж, давайте для начала договоримся о том, что сценарий № 1, он же — разжигание Стрелковым как новым Фиделем Кастро исторической искры на Донбассе, нами рассмотрен. И что признано несоответствие всех стрелковских действий этому сценарию. Признав это, начинаем рассматривать сценарий № 2, согласно которому Стрелков не исторический герой, не Фидель Кастро, а спецгерой, этакий «тихий русский» (аналогичный «тихому американцу», герою романа Грэма Грина, затаскивавшему американские войска во Вьетнам). Кстати, термин «вежливые люди» и «тихие люди» вполне такому сценарию отвечает.

Вдумайтесь, если вирус стрелковщины еще не сожрал ваш мозг окончательно! Если имеет место сценарий № 2, предполагающий:

а) засылку Путиным (а кем еще-то?) «тихого русского» со спецотрядом в Славянск;

б) разжигание этим «тихим/вежливым русским» легко подавляемого очага вооруженного сопротивления;

в) показ российскими СМИ ужасов карательщины и героизма восставшего народа Донбасса, возглавляемого «тихим русским»;

г) быстрый ввод регулярных войск РФ, аналогичный вводу американских войск во Вьетнам — зачем было «тихому русскому» по фамилии Стрелков громко ныть, денно и нощно живописуя, как именно слаб созданный им очаг вооруженного сопротивления, подавая себя как благородную жертву, преданную и отданную на заклание (ясное дело, кем), позоря тех, кто его послал, обвиняя пославшее его руководство в сливе Новороссии, в измене русскому делу?

Стрелков не вел себя, как «тихий русский», не правда ли? Так не ведут себя ни «тихие американцы», ни «тихие французы», ни «тихие англичане».

Итак, сценарий № 2 — Стрелков как «тихий русский» — не имеет никакого отношения к тому, что реально имело место.

Сценарий № 1 — Стрелков как новый Фидель Кастро, на свой страх и риск разжигающий искру донбасской революции, тоже не имеет никакого отношения к тому, что было реально. Потому что в этом случае Стрелков должен был обращаться к народу Донбасса, привлекать и привлекать этот народ, а не запихивать народных лидеров в подвалы контрразведки. Он должен был брать власть, опираясь на подъем местных масс, расширять очаг сопротивления, переводить его в новую фазу. И уже победив карателей, он должен был строить новые отношения с Россией. Тогда бы он был донбасским Фиделем Кастро, не правда ли?

Мне скажут, что Мао Цзэдун или Хо Ши Мин, в отличие от Фиделя Кастро, опирались на помощь СССР до взятия власти. Но как они опирались? Мао Цзэдун пуще огня боялся предстать перед своими единомышленниками в качестве беспомощной советской марионетки, ввозимой в Китай в обозе великой Советской Армии. Он делал всё для того, чтобы никто не мог его даже заподозрить в чем-то подобном. Потому что в этом случае он потерял бы и возможность опереться на великий народ Китая, и возможность опереться на китайские элиты. Которые откликнулись только тогда, когда убедились в национальном, а не марионеточном характере действий Мао Цзэдуна. И потому поддержали его, а не проамериканского Чан Кайши и не слишком уж советского Ван Миня. И это логика любого политика, делающего ставку на историю и свой народ.

А когда какой-нибудь советский или американский ставленник приходил к власти с помощью ввода иностранных войск в рамках этой самой «тихой модели» (она же — сценарий № 2), то этот ставленник а) не позорил денно и нощно тех, чьей марионеткой являлся, б) пытался приобрести побыстрее немарионеточную репутацию или же покорно уходил через какое-то время, отдавая власть более автономному, а значит, и более дееспособному ставленнику той или иной сверхдержавы (яркий пример — замена малоавтономного афганского политика Бабрака Кармаля на гораздо более автономного афганского политика Мухаммада Наджибуллу).

Но если к феномену Стрелкова не имеет отношения ни сценарий № 1 («новый Фидель Кастро», действующий на свой страх и риск), ни сценарий № 2 («тихий/вежливый русский», посланный Путиным под ввод русских войск на Украину), то в чем же этот феномен? С чем мы имеем дело? А ведь очевиднейшим образом, неоспоримо для каждого, кто хоть как-то умеет думать, феномен Стрелкова не имеет отношения ни к сценарию № 1, и ни к сценарию № 2.

Остается — в виде хоть какого-то оправдания действий Стрелкова — только сценарий № 3, согласно которому Стрелков является спецпосланцем не Путина, а некоей «партии войны», одной из мощных групп в российской элите, борющейся против так называемой пятой колонны, она же — «партия мира».

Итак, «партия войны» посылает Стрелкова в Славянск и говорит ему: «Ты там создавай вопиющую картинку, а мы, опираясь на нее, разжалобим главу государства и убедим его ввести войска».

Убежден, что такой партии вообще не было. Но предположим даже, что она была. И Стрелков был именно спецпосланцем. Но тогда Стрелков не должен был а) сам осуществлять антипутинский антипиар, б) якшаться с автором главных антипутинских мемов («Путин слил» и «Сука, введи войска!»). Никогда гипотетическая «партия войны», желая продавить соответствующие решения, не допустила бы ничего подобного, потому что это воспрепятствовало бы ее успеху: ни один политический лидер не будет вводить войска под давлением и под аккомпанемент поношений самого себя.

Подчеркиваю, ни один политический лидер этого делать не будет, а Путин — тем более. И не надо принадлежать к ближайшему окружению Путина, чтобы это понимать. Между тем, «партия войны» могла состоять только из ближайшего окружения Путина.

Итак, Стрелкова кто-то послал. Потому что если бы его никто не послал, он бы действовал по-другому. Но Стрелкова послал не Путин и не «партия войны». Так кто же?

Сценарий № 4 — Стрелкова послал православный мини-олигарх Малофеев, оборзевший настолько, что осмелился действовать самостоятельно, не сверяя свои действия ни с Путиным, ни с околопутинскими высокими администраторами. Но такого безумца быстро бы урезонили. Да и не надо рассматривать варианты, явным образом не имеющие никакого отношения к реальности. Мы все знаем, что реальный Малофеев — и не «лицо, особо приближенное к верховному», и не беспризорник. Мы все знаем, к кому ходит реальный Малофеев, с кем он советуется, без кого не принимает решений.

Ну и какой же тогда можно предложить сценарий, объясняющий поведение Стрелкова? Увы, единственным оставшимся сценарием № 5, объясняющим его поведение, является сценарий антипутинского заговора. Подчеркиваю, не какого-то абстрактного заговора невесть каких международных закулис, а конкретного заговора с целью свержения законно избранного Президента России, сгона с земель так называемого «омоскаленного» населения восточной Украины (Донбасса), возвращения Украине Крыма, а также постпутинского расчленения России, то есть неполноценного слияния России и Запада.

Если полноценное слияние России и Запада невозможно, а Путин не хочет неполноценного слияния (при том, что большая часть элиты не видит альтернативы слиянию и готова на неполноценное, если невозможно полноценное), то эта большая часть элиты должна попытаться сговориться с Западом, с подконтрольной Западу Украиной и на паях реализовать некий далекоидущий заговор. В рамках этого заговора послать своего ставленника Стрелкова. Поручить ему создание именно легко подавляемого очага вооруженного сопротивления в Славянске. Под это начать палить «Градами» по населению Донбасса, показывать это всё по телевидению в виде ужасающей картинки, породить миллионы беженцев (то есть сгон «омоскаленных»), дискредитировать Путина тем, что он «слил» героя Стрелкова, вывезти этого героя на территорию России, зачистить окончательно Донбасс от «омоскаленных» и этим окончательно опозорить Путина, поднять антипутинский мятеж, под хаос в России зачистить еще и Крым, установить постпутинский режим, и в рамках этого нового режима, осудившего путинизм, начать неполноценное слияние России с Западом.

Вы возмутитесь и скажете, что это не так.

Я был бы рад, если бы это было не так. Я не хочу, чтобы это было так. У меня нет никакого желания под кого бы то ни было подкапываться — это вообще не мой стиль. И уж в особой степени я ничего подобного не хочу в нынешней, невероятно сложной для России ситуации.

Но согласитесь, что сценариев может быть только пять. И все они мною описаны. Согласитесь также с тем, что четыре из них никак не отвечают реальному поведению Стрелкова. И что отвечает его поведению только пятый сценарий. Это не мои инсинуации, понимаете? Это неумолимая аналитика. И для меня она была таковой уже к моменту, когда Стрелков вывел войска из Славянска. Я уже тогда понял, что имеет место сценарий № 5, потому что все остальные сценарии никакого отношения к реальности не имели. Вы хотите меня осудить и опровергнуть? Предложите еще один, свой сценарий, а не орите, как резаные. Не можете? Давайте я предложу.

Сценарий № 6 — наверху все дурью маются. Все находятся в специфическом состоянии, порождаемом избыточным потреблением алкоголя или еще более сильнодействующих средств. Причем для того, чтобы этот сценарий имел отношение к реальности, надо, чтобы так действовали именно все лица, отвечающие за принятие и формирование решений. Но этот сценарий совсем никакого отношения не имеет к реальности. Он имеет к ней гораздо меньше отношения, чем сценарий № 5.

А значит, все-таки приходится согласиться с тем, что имеет место именно сценарий № 5. И что субъект, его осуществляющий, — это элита России, согласившаяся на неполноценное слияние России с Западом. Она же — наш отечественный мутакапитализм.

Согласившись с этим, читатель сразу же двинется по проторенной дороге, ведущей от пресловутого «вашингтонского обкома» в либеральные прозападные элиты РФ. Мол, и на Болотной в 2011–2012 имело место нечто подобное. Так-то оно так. И какие-то нити заговора по свержению Путина во имя обеспечения неполноценного слияния России с Западом и победы нашего мутакапитализма должны тянуться из США в нашу совсем уж прозападную элиту (она же — антиэлита).

Я даже описал одну из таких — возможных, и не более — ниточек. За что описанная ниточка сдуру подала в суд. Причем не только на меня, но и на моего заместителя Юрия Бялого, всегда демонстрирующего особо корректный и доказательный аналитический стиль. Но давайте будем честными до конца.

Господин Стрелков тесно связан не с общеизвестными нашими проамериканскими либералами. Тесно он связан с известным почтенным ведомством, имеющим совсем иную репутацию, нежели господин Чубайс и иже с ним. Причем мы все знаем, с какой именно частью этого ведомства господин Стрелков наиболее тесно связан. И какова именно эта связь.

Меня сразу обвинят в том, что я раскрываю секреты, веду подкоп под уважаемое ведомство. Но пусть это ведомство усмирит своего представителя — генерала Тендетника, который всем рассказал о связях Стрелкова, его ведомственной прописке, прочих тонкостях. Генерал Тендетник (а мы знаем, что он принадлежит к ведомству, в котором отставных не бывает) — он и только он ответственен за то, что раскрыты все секреты господина Стрелкова и опекающего его ведомства. Я тут абсолютно ни при чем: у меня по определению не могло быть такой информации. И по очень многим причинам, появись она у меня, я не стал бы ее использовать. Между прочим, еще и потому, что меня бы спросили: «А откуда она у вас? В чем ее достоверность?»

К господину Тендетнику таких вопросов нет. Он сдал Стрелкова полностью, что называется, с потрохами. Все ведомственные секреты он раскрыл. Всё, что можно, поведал всем обитателям интернета. Я — один из таких скромных обитателей. Господин Стрелков не только не осудил генерала Тендетника. Он с ним встретился. Они с ним полюбезничали. И с этого момента всё стало окончательно ясно.

В пределах этой ясности размещено и поведение определенного типа блогеров так называемой патриотической ориентации. А также поведение определенного типа политиков, являющихся отнюдь не птенцами гнезда чубайсова. О том, птенцами какого гнезда они являются, нам опять же поведал господин Тендетник. Какие-нибудь господа Решетников или Крутов — тоже отнюдь не либералы. Равно как и господа Дугин, Федоров и так далее. Желающие могут сопоставить список фигурантов, яростно славословящих Стрелкова вопреки всему (включая его собственные откровения о совершенных предательствах). И этот список, в чем легко убедиться, адресует вовсе не к либералам.

Господин Стрелков сообщил, что он оставил Славянск, а также другие важнейшие населенные пункты, не только не по приказу, но и вопреки приказу. Гнездо, о котором я говорю, это знает и обычно в таких случаях реагирует достаточно жестко. Но Стрелкову оно всё простило. Более того, оно не стало даже тщательно заметать следы. Оно буркнуло Стрелкову: «Ты, того... говори всё время, что за Путина. А делай то же, что делал».

Между тем, господин Стрелков поведал и о том, что он хотел сдать Донецк. Гнездо и за это погладило своего птенца по головке. И что же это за гнездо?

Сразу оговорюсь — я никогда не буду огульно обвинять все наши ведомства соответствующего профиля в деструктивной деятельности или государственной измене. Это пошло, глупо. Это совершенно не соответствует реальности. Я к ведомствам данного профиля отношусь с симпатией и понимаю, что большинство сотрудников таких ведомств — убежденные государственники, действующие в рамках закона. Меня не ведомства интересуют, а некие элитные группы, входящие в «элиту слияния России с Западом», понявшие, что полноценное слияние невозможно, и согласившиеся на неполноценное слияние. Почему согласившиеся? По разным причинам. Кто-то — потому, что считает это слияние безальтернативным, а кто-то — потому, что оно отвечает его личным интересам.

Элита неполноценного слияния плюс мутакапитализм — вот что меня интересует. Именно это, а не огульное поношение вполне позитивных ведомств, представители которых должны согласиться с тем, что в семье не без урода, а также не без уродов. Более подробно я такие сюжеты в открытой печати не обсуждаю. Хотя бы потому, что игра в разгаре и такое обсуждение было бы слишком простодушным.

Вблизи часа Ч всё раскроется. И к этому часу надо быть готовым. Результаты эндшпиля определятся возможностями сторон, их готовностью действовать в ситуации засветки, конкретными знаниями как аналитического, так и иного характера. А также историчностью нынешней ситуации, то есть готовностью простых людей ломать своими действиями разного рода элитные игры. Может быть, проведенный мною анализ что-то прояснит в части моего неоднозначного отношения к антимайданному маршу, состоявшемуся 21 февраля 2015 года.

Я убежден в абсолютной доброкачественности тех, кто организовывал этот марш и участвовал в нем.

Я убежден также в том, что этот марш в существенной степени был порожден низовыми государственными порывами, а не верхушечными элитными играми.

Но даже если предположить наличие таких игр административного характера (а я, повторяю, эту гипотезу отвергаю как по моральным, так и по иным причинам), то даже игра в том виде, в каком она носит пресловутый вертикальный характер, не могла бы не быть сугубо позитивной. То есть направленной на то, чтобы сделать хорошее мероприятие, никого не напугать, защитить Президента и так далее.

Нечто скверное могло бы проистекать не снизу и не сверху. При том, что наличие этого вертикального «сверху» я, повторяю, не предполагаю. Но если бы он был, он тоже мог бы быть только позитивен. Всё скверное могло воздействовать на данное мероприятие только сбоку. И у меня нет никаких доказательств того, что это имело место. Но у меня есть интуитивное беспокойство, которому я склонен доверять. Как-никак я занимаюсь всем этим уже более четверти века и многое, согласитесь, предугадал. Ну так вот, если это сбоку и впрямь существует, то оно выстраивает цепочку. Причем в момент, когда оно организует первое звено, оно уже знает о последних. Не хочется верить в то, что это так. Но если это так, то нам опять приходится говорить о действиях «элиты неполноценного слияния», о действиях нашего мутакапитализма, находящегося в союзе с мутакапитализмом западным.

Для того чтобы эти мои выкладки, имеющие, как все понимают, не только теоретическое, но и сугубо прикладное значение, не провисали в воздухе, давайте дообсудим типологию очагов вооруженного сопротивления. Обсудим мы ее, конечно, применительно к Донбассу. Но она имеет общее значение.

Первый тип таких очагов — это легкоподавляемые очаги вооруженного сопротивления. Они могут быть таковыми в силу своей принадлежности к разряду исторических искр. В этом случае они либо гаснут, либо разгораются. Но бывают и другие очаги вооруженного сопротивления, которые создаются специально в качестве легкоподавляемых, создатели которых не хотят, чтобы они приобрели иной характер. Одним из ярчайших примеров создания такого очага является сопротивление Верховного Совета РСФСР, осуществлявшееся в сентябре–октябре 1993 года. Это сопротивление было абсолютно правомочным и благородным. И сопротивлявшиеся представители депутатского корпуса, и сопротивлявшиеся представители партий, и сопротивлявшиеся граждане имели полное законное право сопротивляться ельцинскому преступному Указу № 1400. Но кто-то, подключившись к этому сопротивлению, сделал так, чтобы очаг сопротивления был именно легкоподавляемым. И ни в коем случае не приобрел другой — трудноподавляемый или неподавляемый — характер. Для этого были предприняты конкретные действия.

Причем цели тех, кто управлял параметрами очага, созданного в Верховном Совете, препятствуя разгоранию этой благородной искры, были очевидны. Создав легкоподавляемый очаг и подавив его, они а) пропихнули определенную Конституцию, б) избавились от ненужных политиков, в) создали атмосферу страха в обществе, г) сгруппировали силы тем единственным способом, который нужен был для осуществления предельно сомнительной приватизации... И так далее.

Сказанное, повторяю, вовсе не означает, что у депутатов и рядовых граждан не было стихийного доброкачественного желания сопротивляться ельцинскому беззаконию. Или же что у негодующих не было законного права на вооруженное сопротивление. Всё было — и право, и искреннее негодование, запускавшее оформление очага благородного и законного вооруженного сопротивления узурпации власти.

Но реальные оформители этого очага хотели, чтобы он оставался легкоподавляемым и был подавлен. Находясь в тени, эти реальные оформители держали всё под контролем. И у их противников не хватило политического ресурса для того, чтобы вывести процесс оформления данного очага из-под контроля элитных закулисных манипуляторов. Я подробно описал 22 года назад, что именно эти манипуляторы помешали сделать восставшим.

Они лишили здание имевшегося автономного электроснабжения. При том, что здание относилось к разряду объектов гражданской обороны высшей категории.

Они лишили здание имевшегося там информационного узла, позволявшего худо-бедно общаться с обществом, дезинформированным телевидением, перешедшим на сторону Ельцина. (Напоминаю, что в ту эпоху никакого интернета не было и в помине.)

Они помешали организации серьезной обороны здания. При том, что уничтожение немногочисленных танков, расстрелявших его, нетрудно было осуществить при наличии противотанковых средств, которые предлагалось в этом здании разместить.

Они выманили людей из здания, привели их в Останкино. Осуществили глупую и слабую атаку на Останкино. При том, что центр энергоснабжения Останкино находился в другом месте, и Останкино, даже будучи захваченным повстанцами, что было невозможно, всё равно было бы отключено, а у ельцинистов работал альтернативный телецентр на Шаболовке.

И так далее.

Вот как искусственно формируется именно легкоподавляемый центр вооруженного сопротивления. То есть искра, которую, с одной стороны, зажигают. И которой, с другой стороны, не позволяют превратиться в пламя. Так специгра побеждает историю.

И есть все основания предполагать, что на начальном этапе донецкий центр вооруженного сопротивления хунте формировался по той же специгровой схеме. Что этот центр никто не хотел иметь в виде исторической искры, из которой может разгореться историческое пламя. Что он был нужен в виде кровавого специгрового шоу.

- Создать легкоподавляемый центр вооруженного сопротивления.
- Начать атаковать его «Градами», сгоняя на самом деле с земель восточных украинцев, то есть миллионы так называемых омоскаленных. Напоминаю, что в планах Бандеры, Шухевича и их последователей краеугольным камнем всегда было то или иное освобождение от этих омоскаленных.
- Дискредитировать Путина и Россию воплями о «сливе» Новороссии. Или же втянуть Россию этими воплями в грубую, лобовую, проигрышную и совершенно бесперспективную оккупационную авантюру. Подавить очаг сопротивления в Донбассе, воспрепятствовав его превращению из легкоподавляемого в иной.
- Подавить этот сознательно купированный спецочаг уже после того, как будут согнаны миллионы, а Путин скомпрометирован бездействием (при том, что если он втянется в войну, то дело будет ничуть не менее пагубным).
- Перебросить массу вооруженных людей, возмущенных тем, что их «слили», на территорию России...
- Соединить их недовольство с недовольством беженцев и широких народных масс.
- Организовать поход на Москву и майдан в Москве.
- Под шумок зачистить Крым.

Вот под какой сценарий, он же — план Б, создавался «элитой неполноценного слияния России с Западом» очаг легкоподавляемого вооруженного сопротивления. Вот почему этому очагу целенаправленно мешали развиться в очаг сопротивления более серьезного.

Вот вам и прямой повтор того, что произошло в 1993 году в Верховном Совете. И технология та же, и режиссер... что называется, жив курилка.

Но на этот раз номер не прошел.

Перевод донбасского очага вооруженного сопротивления из разряда легкоподавляемых очагов в разряд очагов трудноподавляемых начался в середине июня 2014 года. Именно тогда та часть гражданского общества России, которая располагает необходимыми возможностями, сумела доставить в Донбасс большое количество разнообразного вооружения. Сказки о том, что это оружие не дошло до Славянска, омерзительно лживы. Известно, сколько было отправлено именно в Славянск и сколько дошло именно до Славянска. Известно и многое другое.

Ну и как же отреагировали на это руководители Стрелкова? Как отреагировал на это сам герой Новороссии?

И руководители, и их ставленник вовсе не обрадовались тому, что получили оружие. Напротив, получение оружия их чудовищно огорчило. Они растерялись и обозлились. Потому что в их планы никак не входило превращение легкоподавляемого очага вооруженного сопротивления даже в очаг сопротивления трудноподавляемого. И уж тем более в еще более мощный очаг. Примерно через три недели после начала таких негосударственных — я повторяю — поставок, которые Стрелков и другие провокаторы назовут «активностью военторга», началось бегство Стрелкова из Славянска.

Немотивированно и вопреки приказу сдав врагу не только Славянск, который никто не атаковал и в котором было всё необходимое для длительной обороны, но и Краматорск, Дружковку и Константиновку, Стрелков затем отдал приказы своим подельникам сдавать другие населенные пункты, а потом сам вознамерился сдать Донецк и отступить на территорию России. Я излагаю то, что сообщил газете «Завтра» сам Стрелков. А также то, что сообщил сайту «Актуальные комментарии» близкий Стрелкову господин Бородай.

Добавлю к этому одно соображение общего характера. Внимательное прочтение всех рассуждений Стрелкова показывает, что данному господину ненавистна история. Что ему отвратителен любой ход событий, кроме прямого лобового ввода армии РФ на территорию Украины. Что ставка на народ для него в принципе невозможна. Ибо народ — это грязное быдло. А работать должны регулярные, правильные структуры. Потому что это красиво, это по-белогвардейски, это по-реконструкторски. Поймите, речь идет не только о спецмоментах, которые, конечно, важнее всего. Речь идет о человеческих типажах. Или, точнее, о театральщине определенного типа.

Ведь всё, что неминуемо последовало бы за желанным для Стрелкова вводом войск РФ на территорию Украины, данный господин не обсуждает вообще. Он не обсуждает и то, на какой именно части украинской территории надо было бы разместить армию РФ. А также то, какие именно решения не НАТО, а ООН неминуемо породило бы подобное размещение. А также то, какой масштаб антирусского сопротивления породил бы ввод войск, например, в тот же Днепропетровск, вполне распропагандированный в антирусском духе. А также то, к чему вообще приводит придание той или иной территории статуса оккупированной.

То есть для Стрелкова ввод войск РФ на территорию Украины — это не план, подлежащий реализации, не проект, у которого есть альтернатива, а также издержки и приобретения. Нет, это — пиар-утопия, которую надо использовать для дискредитации тех, кто реально осуществляет развитие реального очага ополченческого сопротивления в Донбассе.

Лукавые ссылки на то, что дискредитации подлежат отдельные госчиновники, а не глава российского государства, рассчитаны на полных идиотов. Всем остальным, включая тех, кто опекает Стрелкова, совершенно ясно, по кому наносит удар их подопечный. А после Минска-2 это стало ясно даже самым слабоумным из так называемых стрелканутых.

Удар наносится по Путину, который Донбасс не сдал и высоких посланцев нового Рима переиграл. Который экономически очень умело воздействует на украинскую ситуацию и так далее. А значит, препятствует осуществлению проекта «элиты неполноценного слияния России с Западом». Вот эта элита и бесится. Но давайте все-таки дообсуждаем крайне важную для нас донбасскую тему, в которой история причудливо сопрягает единичное и всеобщее.

Итак, с апреля по июнь 2014 года мучительно осуществлялось становление именно легкоподавляемого, а не какого-либо другого, очага вооруженного сопротивления в Донбассе. Ряд событий, происходящих в этот период, упакован тем самым в единый процесс оформления такого сопротивления. Или, точнее, в первую фазу процесса, когда оформляется именно очаг легкоподавляемого сопротивления.

Из ряда вон выходящим тут является начавшаяся поставка в Донбасс негосударственными структурами РФ большого количества серьезных вооружений. Ведь на какую тему больше всего скулил Стрелков и до начала этих поставок, и после того, как они начались? На тему отсутствия у ополченцев оружия. Бежав из Славянска, Стрелков оставил украинцам прорву этого самого оружия. Данное утверждение, поверьте, не на украинских дезах основано, а на свидетельствах очевидцев и на неопровержимой фактологии самого конкретного свойства.

Как бы там ни было, с середины июня процесс оформления очага вооруженного сопротивления в Донбассе перешел в новую, вторую фазу — теперь уже стал оформляться очаг трудноподавляемого сопротивления. Он начал оформляться не благодаря Стрелкову, а вопреки ему. Стрелков сделал всё возможное и невозможное для того, чтобы очаг трудноподавляемого сопротивления не оформился. Он продолжал препятствовать оформлению такого очага вплоть до момента, когда его выдворили так же, как и других так называемых «малофеевцев». После выдворения он продолжал делать всё возможное для недопущения перевода процесса оформления вооруженного сопротивления в Донбассе из фазы легкоподавляемого очага во вторую по счету фазу оформления очага трудноподавляемого.

Но такой очаг оформился.

Что ж, сказала хунта, если мы имеем дело с трудноподавляемым очагом, то надо потрудиться и подавить его. И хунта начала это форсированное подавление. Резко облегченное тем, что Стрелков сдал ей ключевые территории ДНР. Хунта свирепствовала. Ополченцы сопротивлялись. Стрелков разглагольствовал о тщете этого сопротивления. И — с благословения своих кураторов — ставил ему палки в колеса.

Так продолжалось до сентября 2014 года. А в сентябре вторая волна ополчения, которую Стрелков и другие провокаторы именуют «отпускниками», разгромила карателей. С этого момента процесс оформления очага перешел в третью стадию — очаг из трудноподавляемого стал неподавляемым. Именно поэтому были подписаны Минские соглашения, которые стал неистово поносить Стрелков. Опять же — с благословения своих кураторов.

Между тем, весь опыт оформления очагов сопротивления в постсоветский период основан на подписании соглашений, которые на уровне написанных слов почти ничего не значат, но очень многое значат на уровне самого факта той или иной согласительности. Потому что каждый такой факт на деле обусловлен только ростом состоятельности очага сопротивления — приднестровского, абхазского, карабахского или любого другого.

Итак, после сентября 2014 года донбасский очаг вооруженного сопротивления превратился из трудноподавляемого (вторая фаза оформления очага) в неподавляемый (третья фаза). Из ряда вон выходящими событиями, переводящими процесс в новую фазу, стали разгром карателей и порожденное этим разгромом подписание Минских соглашений.

Но злопыхатели, возглавляемые Стрелковым, верещали по поводу того, что мирная пауза, порожденная этими соглашениями и породившая переход процесса в третью фазу, выгодна только Порошенко. Он, видите ли, и только он воспользуется ею для укрепления мощи карателей, а ополченцы, мол, этой паузой никак не воспользуются. Более того, начнут разлагаться. Но произошло другое.

Стала оформляться грубая, но не лишенная первичной состоятельности, очень еще несовершенная ткань ополченческой государственности. Как военная, так и иная. Повторяю, это очень грубая и несовершенная ткань. Речь идет об очень специфической состоятельности ополченческого движения Донбасса. Вижу в ней огромные изъяны. Внутри этой состоятельности врагами заложены различные мины замедленного действия. Но хоть какая-то состоятельность криво-косо начала оформляться. Возникнув, она сначала породила освобождение донецкого аэропорта, этой символически и стратегически значимой территории. А потом — котел в Дебальцево.

Тем самым оформление очага сопротивления перешло в четвертую фазу — фазу неустойчивой тактической наступательности. Переход в эту фазу, так напугавший Меркель, Олланда и Обаму, с которым посетившая Путина двойка лидеров старой Европы вела непрерывные консультации, позволяет ополченцам медленно отвоевывать сданную Стрелковым и его подельниками территорию ДНР и ЛНР. Процесс оформления неустойчивой тактической наступательности будет очень мучительным. Но если ДНР и ЛНР оформятся как очаги такой наступательности, то раньше или позже под контроль ополчения будет взята вся территория Донецкой и Луганской областей. В том числе и та часть их территории, которая была позорно сдана Стрелковым и его подельниками.

Тогда и только тогда процесс оформления очага вооруженного сопротивления перейдет впятую фазу — фазу устойчивой тактической наступательности.

Шестой фазой будет фаза стратегической наступательности.

И на пятой, и на шестой фазе главной силой будет народ Украины. Провокаторы будут стремиться загнать процесс в террористическое русло. Но это им не удастся. Не террор, а общественное легитимное негодование окажут решающее воздействие на происходящее. Достаточно возникнуть этому мирному легитимному общественному протесту на шестой фазе, например, в том же Харькове, чтобы хунта рухнула. Потому что мощный, легитимный мирный процесс в Харькове нельзя будет подавить при наличии мощного ополчения. Которое не будет агрессивно подменять собою харьковских граждан. Но не позволит расправиться с этими гражданами кровавым карателям.

Впереди большая работа. И противодействие ей со стороны очень мощных сил. Мы уже видим, как эти силы противодействуют. Мы понимаем, что это за силы. Это силы, стремящиеся к реализации неполноценного слияния России с Западом. То есть к поглощению расчлененной России Западом. Именно этим силам был дан отпор в момент, когда они стали вовсю разыгрывать Стрелкова, превращая этого предателя в героя-чудотворца, готового возглавить народное восстание против тирана Путина.

На самом деле речь шла о восстании, которое уберет Путина в виде препятствия на пути этого самого неполноценного слияния России с Западом. Которое после отказа Запада от полноценного слияния стало единственно возможным.

А значит, надо отказаться от слияния как такового. И противопоставить этому слиянию нечто глобально дееспособное. Но обладает ли такой дееспособностью построение классического капитализма в отдельно взятой России? При том, что даже переход на эти рельсы с рельс слияния с Западом не проглядывается.

Наверное, нужно нечто большее. И это большее маячит за нашей концепцией раскола капитализма на классический и мутакапитализм и за впервые предложенной нами концепцией союза красных сил и сил защиты классического капитализма от мутакапитализма. То есть союза новых красных и классических консерваторов. Никогда никто до нас об этом союзе не говорил. Да и оснований для такого союза никогда не было. Они возникли впервые.

Оформить этот союз и стоящую за ним многоукладность можно только в случае, если «элита слияния с Западом» по-настоящему расколется. И, точнее, если этот раскол по-настоящему оформится. Тогда элита российского классического капитализма (с очень серьезным госкапиталистическим слагаемым), отказавшись от концепции безоговорочного слияния с Западом, описав современный Запад как мутакапитализм, может превратиться в глобальный фактор. И соединиться с новыми некапиталистическими элитами, свободными от муталевизны, от неотроцкистского левачества, неоконсервативных глобалистических бредней и прочих патологий.

Что произойдет раньше — оформление российского классического капитализма как силы, готовой бороться с мутакапитализмом, и формирование союза этой силы с новыми силами, отстаивающими возможность некапиталистического развития, или то, что готовят мутакапиталисты, объединяясь с разного рода сторонниками сомнительной архаики? А эти враги России прежде всего готовят снос Путина. И не скрывают этого. Убийство Немцова — новый и далеко не последний проект, направленный на снос Путина и победу здешнего мутакапитализма.

Процесс будет развиваться очень быстро. Результат будет зависеть от скорости реакции сторонников классического капитализма на действия их противников. В том числе и те действия, которые уже осуществлены сначала теми, кто пытался разыграть Стрелкова, затем теми, кто пытается разыграть убийство Немцова. Впрочем, идет ли тут речь о разных силах? Может быть, мы имеем дело с немного усложненным рисунком, призванным скрыть то основное, что нами понято.

А понято нами главное. То, что силы, сделавшие ставку на неполноценное слияние России с Западом и на мутакапитализм, перешли к активнейшим действиям. Противодействие должно быть адекватным. То есть умным, неажиотажным, точным, разумным и своевременным.

До встречи в СССР!

19.03.2015 «В России произойдет не оранжевое действо, а государственный переворот»

... кто готовит заговор против Владимира Путина, почему «Антимайдан» – это провокация и чем опасен Игорь Стрелков

Шествие «Антимайдана» и убийство Бориса Немцова организовала отколовшаяся от Путина часть элиты, эти события – начало запланированного ей государственного переворота, уверен один из лидеров акций на Поклонной горе Сергей Кургинян. В интервью «Профилю» он рассказал о том, как раскрыл масштабный заговор высокопоставленных чиновников, которые планируют «вводить Россию в Запад по частям»

– Почему именно сегодня вы стали собирать молодежь?

– Я это начал делать не сегодня, а несколько лет назад. Молодежь собирается вокруг определенных идей и фигур потому, что история проснулась. Я понял это по косвенным признакам в 2005 году.

– Что за признаки?

Это слова людей, которые что-то могут. Тех, кто делает президентов. Ими-то и было сказано: «Россия целиком входить в Запад не будет. Вводите по частям: сначала отделяйте Кавказ, потом все остальное». В 2006 году вокруг этого уклончивого послания шли позиционные бои: «нет, целиком», «нет, по частям». Потом российская элита раскололась. Одна часть сказала: «Хорошо, можно не целиком». Другая часть, консервативная, сказала: «Нет, только целиком».

План Медведева – Саркози

– Люди, которые сказали, что можно и «по частям», они до сих пор во власти?

– Не во власти, но в элите высшей категории. Они очень сильно влияют на принятие решений. Они могущественны.

– А кто сегодня сильнее?

– Пока что сильнее консерваторы, которые говорят: «Нет, по частям не будем». Они согласились с большим трудом на демонтаж СССР и теперь говорят: дальше ни шагу. Но продолжим. В 2006–2007 шли позиционные политические бои. А в 2008 от слов перешли к делу: нападение Грузии на Южную Осетию. Что такое «план Медведева – Саркози»?

Это ввод международных сил на Кавказ. То есть начало отделения Кавказа – то самое «по частям». Тут ведь только начни. Началась борьба, и победили те, кто не желали «по частям». «План Медведева – Саркози» был сорван.

– Медведеву не удалось реализовать этот план или он просто обманулся?

– Не знаю, это для меня загадка. Предположим, что сначала «не догнали», а потом «догнали». Но было совершенно понятно, что Саркози хуже Буша: вся американская военная риторика не так страшна, как ввод международных сил на Кавказ. Кстати, уже тогда политической элите Украины предлагали повоевать против России, но она отказалась. Ющенко склонялся, но другие его блокировали. А потом долбанул кризис, и было уже не до нас. Затем появился оранжевый проект «Болотная – Сахарова».

Путинизм против мутакапитализма

– Это чей проект?

– Конечно, западный. Я не говорю, что не было людей, которые негодовали по каким-то поводам, что там не было искренних вещей. В Москве действительно была кошмарная чехарда с выборами в Госдуму.

– Этот проект поддерживали те представители элиты, которые хотят «вводить Россию в Запад по частям»?

– Да. На Воробьевых горах «Суть времени» провела первый антиоранжевый митинг. А потом надо было собирать коалицию. И для меня непросто было на это решиться. Я вышел на Поклонную гору потому, что сторонники того, что я называю «по частям», пошли в своих отношениях с американцами слишком далеко. Их надо было останавливать немедленно. Для меня было принципиально важно, чтобы митинг на Поклонной был митингом широкого фронта, а не только путинистов. И я имел основания верить, что он будет именно таким. Геннадий Зюганов пообещал железно, что он будет там и будет выступать от лица антипутинских сил, которые призывают к национальному единству перед лицом сил Запада. Но он не пришел, сказав, что у него болит горло.

— От лица антипутинских сил?

— Да. Повторяю, митинг на Поклонной не планировался как путинский, он планировался как широкая коалиция антипутинских и пропутинских сил. Я открывал митинг, и первая моя фраза была: «Я противник политики Путина». Об этом все забывают.

— Какой именно части путинской политики вы противник?

— Я противник либерально-рыночной, недостаточно госкапиталистической, с моей точки зрения, политики. Но тогда, перед лицом «оранжевой угрозы», которая совершенно не выдумка, должны были сплотиться и сторонники, и противники – потом разберемся. Были еще люди, которые должны были сказать то же самое, я не буду сейчас обсуждать, почему они этого не сказали. Я оказался в одиночестве, потому что Зюганов не пришел, а кто-то, с кем мы договорились, что эти слова будут сказаны, в последний момент изменил свое решение. Не буду говорить, кто. В результате митинг прошел в таком виде, что при огромном желании не заметить, что я сказал, можно было подменить сказанное мною криками о сплошном путинизме.

— Ваше движение принадлежит к так называемому патриотическому крылу?

— Конечно. Я даже теоретически понимаю, что происходит, и в чем новизна ситуации. Тот капитализм, который сейчас на Западе, я называю «мутакапитализмом». Классический капитализм – это гражданское общество. Первая мутация – переход от гражданского общества к обществу потребления. Что такое буржуазная семья еще 30-40 лет назад? Это протестантская этика. Что это такое сейчас? Это ювенальная юстиция. Классика – это когда приемного ребенка берут в семью и скрывают от него, что он приемный. Сейчас ребенок знает, что его квазимаме платят деньги, значит любви уже нет. Кто это сделал? В Забайкалье выдвинут пилотный проект, по которому детей с дошкольного возраста делят на будущих пролетариев, аграриев, работников сферы услуг и креативный класс. Это же преступление!

— Чьи это происки?

— Можно сказать, что это происки местных сумасшедших. Но эти сумасшедшие из фонда «Открытая Россия», а это, как вы помните, фонд Ходорковского.

— Вы сказали, что понимаете новизну ситуации сегодня...

— Это все мутации, мы имеем дело с мутирующим капитализмом и консервативными группами, которые пытаются спасти классику.

— В том числе вы?

— Нет. Это Путин, как я считаю.

— То есть Путин хочет спасти классический капитализм?

— Да. Путин хочет, Асад хочет, Мубарак хотел. «Осью зла» Вашингтон объявил национальный капитализм. А ведь национальное государство – краеугольный камень классического капитализма. Путин поддерживает капиталистическую классику. Я не сторонник капиталистического пути, но в войне классики с мутацией я буду на стороне классики. Поэтому я буду на стороне консервативно-буржуазных сил не только в России, но и в мире. Не фашистских, а консервативных.

– Получается, вы с Путиным до поры до времени, пока классика не победит мутацию?

– Да.

– А что потом?

– Это зависит от того, как будет строиться мир на рухнувшей мутации. Пока что мутация хочет нас победить. Выиграем войну – посмотрим. После победы над Гитлером строился новый мир: Ялтинская конференция и все остальное. Сейчас речь идет о победе над мутацией.

– Тогда Гитлер был, а сегодня кто является олицетворением мутации? США?

– Конечно, американцы. Но не американская классика, а взбесившаяся группа, которая называет себя почему-то либералами. Она имеет такое же отношение к Рузвельту, как я к классическому балету.

– Как эта победа будет выглядеть? Это будет победа в войне?

– Сейчас война иная, многомерная – концептуальная, идеологическая, информационная, это война образов. Победа будет выглядеть так, что образ мутации станет реально отвратителен большинству людей, и человечество сможет ее остановить. По ту сторону этой остановки начнется складывание совершенно новых структур. Экономика будет, безусловно, многоукладной: внутри нее будет место и капиталистическому, и коммунистическому укладу.

– Но это будет, возможно, уже не при вашей жизни?

– Ну, а какая разница? Политик, который не имеет цели за пределами своей жизни, ничего не стоит. Политик, который не решает реальные задачи, а рассуждает только об утопиях, не политик. Я решаю реальные задачи сегодняшнего дня, но у меня есть мечта.

Заговорщики из «партии холодильника»

– Те во власти, кто хочет присоединять Россию к Европе по частям, они за какой капитализм?

– За мутацию.

– А насколько они сильны?

– Они очень сильны, но, как выяснилось, не беспредельно.

– Каким образом они удерживаются во власти? Почему тот же самый Путин их не удалит?

– Это значит немедленно взорвать ситуацию. Все сложнее. Так же как все сложнее с убийством Немцова.

– У вас есть своя версия?

– Конечно. Я считаю, что Немцов заговорил на очень ненужную тему, причем с проявлением некоторой компетентности. Он говорил, что произойдет никакое не оранжевое действо, а государственный переворот. И сказал, что есть «безумные горячители», вроде Кургиняна (и всех нас через запятую). Но это, мол, все маргиналы, это все несерьезно. А есть очень серьезная «партия холодильника», которая будет свергать Путина и восстанавливать отношения с Западом.

– Это те самые, которые хотят развала России?

– Да. И, конечно, им нужно убрать Путина, Путин для них – страшное препятствие на пути к желанному «по частям».

– А вы знаете их по именам?

– Даже если бы я знал, я бы никогда их не назвал, потому что идет живая политическая борьба. В политике нет простых, лобовых решений. Мы ждем, мы не пойдем на фальстарты, у нас вообще не так много шансов победить.

– У нас – у кого?

– У людей, которые решили твердо, что надо отстоять целостность России.

– Если судить по словам, никто не хочет развала России.

– Никто не хочет? А разве Белковский не говорил, что Кавказ должен быть отделен?

– Ну, кто такой Белковский?

– Белковский – это человек, про которого можно сказать: мы говорим Белковский, подразумеваем кто-то.

– Кто?

– А вот это мы не будем говорить. Потому что как только мы скажем, нам скажут: дайте доказательства. Белковский несвободен, и более или менее компетентные люди понимают, кого он представляет.

– Он представляет каких-то зарубежных кураторов?

– Нет. Ни один зарубежный куратор не выпрыгивает на территорию России с парашютом. Это люди, которые работают через нашу элиту.

– Через кого?

– Придет время, придет кризис, и мы увидим.

– Кризис уже пришел.

– Нет, не этот. Один из организаторов «антимайдановского комитета» сказал: «Я твердо верю, что «Майдана» не будет». А я уверен, что он будет. Я верю, что его не может не быть.

– А вы его не предотвратите?

– Я могу участвовать в этом предотвращении наравне с другими. И я уже не раз это делал. Преувеличивать свою роль я не хочу. «Суть времени» скромный, но не нулевой фактор. Но помимо «Сути времени», есть немало людей и сил, действительно готовых сражаться за целостность России. И есть с кем сражаться, поверьте. Очень многие работают на развал. С моей точки зрения, все те люди, которые сейчас идут по улицам Москвы и кричат: «Слава Украине! Героям слава!» – все на это работают.

– Почему вы не хотите назвать тех представителей элиты, которые работают на развал?

– Вот вы сказали, что Белковский – это ничто. Но ведь есть достаточно много нацдемов. Их зачем-то создали, не правда ли? Им покровительствовали и покровительствуют. В регионах масса сил работает на развал. Он называется по-разному: автономизацией, обособлением. Это есть на севере и на юге, в Сибири, на Дальнем Востоке. В каждой отдельной точке это выглядит по-разному. Но вместе это составляет определенную сеть. Есть сеть политических организаций. А есть сеть тех, кто эти политические организации, что называется, крышует. И зарубежные спонсоры тоже есть. На поверхности – так называемые уличные политики, но у нас нет уличных политиков, которые не подвязаны к кому-нибудь.

– В правительстве? В администрации президента?

– Почему там? У нас много сил. Перечислять можно до утра. Смысл в том, что поведение мелких фигур – это индикатор поведения крупных. Никакие крупные фигуры публично ничего говорить не будут. Хотя в узком кругу достаточно часто говорится о том, что единство страны уже не догма. Я, например, очень внимательно наблюдал за высказываниями господина Ракитова – как в нулевые, так и в 90-е. Он был советником Ельцина. За ним по-прежнему стоит группа старого КГБ, живая и вполне влиятельная сейчас. После 2005 года он, как автомат, начал говорить: Россию надо расчленить. Еще я внимательно слушал слова господина Стругацкого. Он говорил: «У нас еще будет на улице праздник, но сначала Россия должна проиграть в войне».

– Говоря о подозрительных людях в элите, вы назвали единственную фамилию – экс-президента Дмитрия Медведева, когда в начале разговора упоминали о плане Медведева-Саркози.

– Для меня Медведев не подозрительный человек.

– Но он из тех, кто, по-вашему, мыслит категориями распада России?

– Я не считаю, что Медведев хотел бы распада России. Медведев начал переговоры, а Саркози хотел распада. Я также не убежден, что Горбачев хотел распада, но Яковлев - хотел.

– Молодежь из регионов, которую вы консолидируете, - вы сможете их в нужный момент мобилизовать на помощь власти?

– Могу и даже должен, если речь пойдет о борьбе с теми, кто хочет вводить Россию «по частям» в так называемую западную цивилизацию. Но только я это сделаю не экстремистским путем и без призывов «мочить пятую колонну». Мы призывали и будем призывать к одному: дать гражданский отпор бесчинствам. В 2011-2012 году мы уже собирали миротворческую армию. Если начнутся бесчинства, эти люди встанут между конфликтующими сторонами и будут бороться за гражданский мир и стабильность, а не кого-то мочить.

– А «бесчинства» – это тот самый «Майдан», которого вы у нас ожидаете?

– Скорее «Грушевского», потому что «Майдан» сам по себе – это бессрочный митинг, он мог еще три года стоять, а действия двух-трех тысяч радикалов на Грушевского все быстро радикализовали.

– Когда такой «Майдан» в России может произойти? Что послужит сигналом?

– Киев понимает, что сейчас выигрывают Донбасс и Россия. Он этого выигрыша не может допустить. Там уже создано подразделение «Тень» для диверсионной войны на территории России.

– Украина хочет у нас сделать «Майдан»?

– Да, это абсолютно точно. Она хочет, но сможет ли она?

– В любом случае организаторам «Майдана» нужна широкая общественная поддержка, общественное недовольство.

– Его нет, пока нет. Сейчас раскачать Москву невозможно, но ее будут раскачивать.

– Будет раскачивать та самая «партия холодильника» из элиты?

– Да. Без нее ничего не будет.

– Как можно победить эту партию?

– Никто не играет ва-банк. Как только фишки станут так, что следующий ход проигрышный, люди останавливают ход.

Из «ада» – в политику

– Ваши сторонники в регионах – это сейчас никакая не политическая сила, это ресурс, необходимый чтобы удержать режим?

– Я удерживаю стабильность, а не режим. Это ресурс стабильности.

– Эти люди не будут бороться за места в Госдуме?

– Сейчас они не будут бороться за места в Госдуме, но они уже идут и побеждают в зонах полного неблагополучия, они, говоря образно, спускаются в социальный ад. Такова наша стратегия.

– Что за «ад»?

– Это гибнущие города, моногорода с закрытыми предприятиями, места тотальной криминализации и социального неблагополучия. Например, в Кимовске под Тулой местными депутатами стали двое членов «Сути времени». Это наш пилотный проект.

– Что они там делают?

– Работают как «спасатели». Рушащиеся дома, сантехнические системы – всё это, грозящее катастрофой, надо исправлять. Коррупцию останавливать. И что-то получается. Не верившие ни во что, едва не уезжавшие жители – поверили. Там есть, что делать. И это не волонтерство в чистом виде. Это политика. Сутевцам (членам движения «Суть времени» — «Профиль») пока что нечего делать в региональных заксобраниях. В точках, о которых я сказал, они будут иметь возможности действовать, а не болтать. А значит, наберутся опыта, пройдут через испытания, поймут, чего стоят, и что почем, завоюют авторитет. А потом, возможно, откроется и новая опция. Повзрослев и завоевав авторитет, они смогут выйти на новые рубежи демократической политики.

– У нас есть информация, что оружие из ДНР и ЛНР идет в Россию и оседает в ячейках движения «Суть времени». Это правда?

– Я 25 лет живу в атмосфере выдумок. И 25 лет слежу за тем, чтобы руководимые мною организации были суперзаконопослушными. Я отдаю себе отчет в том, сколько есть желающих поймать меня на каких-нибудь нарушениях закона. И всем желающим говорю: не дождетесь. «Суть времени» всегда будет именно антиэкстремистской организацией. Увижу проблески экстремизма – буду исключать немедленно.

– У вас на Донбассе есть своя ячейка, они воевали...

– А это совсем другое.

– ...приобрели опыт. Вы не боитесь, что они вернутся сюда и...

– Что значит, вернутся? Подавляющее большинство воюющих там сутевцев, родом с Украины, и даже конкретно с Донбасса. Они хотят жить и работать на своей земле, которую стали защищать об бандеровцев. Если почему-то кто-то из них захочет переселиться в Россию, то мы примем их по-братски. Мы гордимся ими. Но при чем тут криминалка с оружием? Это не их профиль. Они не солдаты удачи. То есть совсем не солдаты удачи. Кроме того, из Донецка через границу патрона не провезешь. Я знаю ополченцев, которых арестовывали в России, обнаружив у них патроны в кармане. И давали срок. Мир, в котором вольно ведут себя вооруженные люди – очень специфичен. Он подконтролен и двусмыслен. И никогда ни я, ни мои сторонники в этом мире жить не будут. Не смогут, не захотят, побрезгуют, наконец. Надо быть подлым интеллигентом, чтобы выдумавать такие вещи. Я знал это, я ждал, что вы спросите о чем-нибудь таком. Вам не стыдно?

– Нет.

– Это и есть капитализм: когда задание важнее совести.

«Сбоку сидит что-то скверное»

– Внутри патриотического движения очевиден раскол. Лидеры «Антимайдана» не говорят об этом открыто, но их сторонники всерьез опасаются, что такие патриоты, как депутат Евгений Федоров и Игорь Стрелков, прикрываясь лозунгами «Антимайдана», устроят госпереворот и захватят власть. Их опасения оправданы?

– Никогда нельзя начинать кричать: «Мы «майдана» не допустим!» Сначала «майдан», потом действия правоохранительных органов, а когда резьба сорвана...

– Вы считаете, что они рано подняли тревогу?

– Конечно. Нет никакого «майдана», а они уже выходят и заводят песню о «пятой колонне», которую легко интерпретировать как призыв к чему-то этакому. Потом убивают Немцова. И возникает много вопросов. Очень много. Либо все это антипрофессионально, либо тут что-то другое. Возможно, какие-то представления о том, чем все это закончится, у кого-то были уже в момент, когда все это затевалось. Но не у Старикова (сопредседатель партии «Великое Отечество» – «Профиль»). Он за все хорошее, как и другие, из числа тех, кто как-то встроен в «Антимайдан» и кого я знаю. Значит, есть какая-то другая сила, которая смогла устроить всю эту композицию. Мне моя аналитическая интуиция говорит, что все на самом деле обстоит очень нехорошо, но у меня пока нет прямых доказательств.

– Если автор всей этой композиции не Стариков, значит, им кто-то манипулировал, незаметно для него самого?

– И эти «кто-то» не бюрократы.

– Ну, что он такой лопух, что не понял, что им манипулируют?

– Я не знаю, манипулировал им кто-то или нет. Но вообще, у него нет политического опыта, и разыграть его втемную не составляет труда. Так что если во всем произошедшем и есть провокация, то провокатор не Стариков, и провокация организовывалась сбоку, а не сверху. Что такое «бок» – это и есть главный вопрос. Сбоку сидит что-то скверное. И пытается нас убедить, что оно могущественнее верха. И это «сбоку» имеет отношение к похождениям Стрелкова, как летним, так и нынешним.

– Кто управляет Стрелковым?

– В первом приближении – Малофеев (бизнесмен Константин Малофеев – «Профиль»). Стрелков находится на коротком малофеевском поводке, это факт. Кто управляет Малофеевым? Кто-то управляет. У нас что, такой свободный художник появился в олигархии?

– Управляют те самые силы, которые хотят «вводить Россию в Запад по частям»?

– Я не знаю, какие силы, но я еще летом в одной из своих интернет-передач спрашивал, почему господин Рогозин, являясь высоким чиновником, ограниченным рамками государственной деятельности, начинает вести себя, как неформал-застрелковец, комментируя то, что я делал.

– Где делали?

– На Донбассе. В качестве кого высказывался тогда Рогозин? Вряд ли в качестве вице-премьера? У него не тот круг обязанностей. В качестве человека, который мечтает возглавить обновленную «Родину», куда войдет Стрелков? Это мягкая гипотеза. Или он выступил как представитель той организации, куда входил «Конгресс русских общин» (а мы знаем, куда он входил).

– Куда?

– В международные правые структуры.

– А что сказал Рогозин?

– «Это за его (Стрелкова) благородной головой приезжал какой-то там Пургинян». Он должен перевооружением армии заниматься, у него есть работа, кто для него «какой-то там Пургинян»? Но вернемся к Стрелкову. Зачем он приехал в Славянск? Если бы он приехал как посланник президента Путина, чтобы организовать инсценировку, создающую повод для ввода войск, он бы не орал непрерывно «Нас сливают!» и никогда бы не связывался со всеми теми, кто голосил: «С..., введи войска!» А вы понимаете, что было бы, если бы их ввели?

– Кто такое говорил?

– Это мем Егора Просвирнина (блоггер ЖЖ, главный редактор сайта «Спутник и погром» – «Профиль»). Итак, мы понимаем, что не Путин посылал Стрелкова в Славянск, иначе были бы введены войска. Если бы Стрелкова послала «партия войны» (ты, мол, поезжай туда, лей кровь, а мы будем давить на Путина), то она бы ему наказала: «Каждую минуту люби Путина». Потому что они понимают, что Путин, как и любой серьезный политик, вообще под давлением ничего не делает. А уж под аккомпанемент оскорбительных воплей тем более. Значит, Стрелкова послали и не Путин, и не «партия войны». Но он и не сам туда приехал (он говорит, что был послан). Если он приехал просто по указанию Малофеева, то Малофеев сумасшедший и самоубийца. В нормальном случае Малофеев, прежде чем кого-то туда направлять, должен был прийти наверх и спросить: «А можно?» Он должен был получить санкцию. От кого? Откуда эта «боковая» санкция? Главное, зачем? Единственное, что он сделал, это создал легко подавляемый очаг вооруженного сопротивления и начал хныкать. Чем ответили украинцы? У них была задача выгнать оттуда миллионы «омоскаленных». По маленькому повстанческому очагу начинают стрелять «Грады», и это показывают по телевидению.

– По-вашему, он туда приехал, чтобы украинцы начали всех убивать?

– Если точнее, то для того, чтобы под пальбу из «Градов» начался массовый исход населения Донбасса. Украина начала непропорциональным образом отвечать на эксцесс, сооруженный при помощи Стрелкова. Ведь вполне можно было ограничиться посылкой в Славянск спецназа с хорошим снайперским оружием. Но вместо этого Киев сначала дает состояться слабому очагу вооруженного сопротивления. И после этого начинает его подавлять с непропорциональным использованием силы. После того, как они отработали на «сгон», – а это, по факту, делает Стрелков, – первая задача решена.

– Ему нужно было, чтобы жители, видя самую настоящую войну, оттуда сбежали?

– Был создан слабый очаг и мощный дизайн. Это удалось сделать за счет того, что СМИ клюнули именно на него. По телевидению это показывали все время: 20% новостного времени, 30 %, 50%, 60%, 75%... У меня уже крыша едет. Я понимаю, что не будут вводить войска. Но я знаю, что такое новостной эфир и чем он отличается от всего остального. И у меня возникает сомнение: может, я чего-то не понимаю?

– Если Стрелков помогал «сгонять омоскаленных», выходит, он туда по сговору с Украиной туда приехал?

– Это следующий вопрос. Вторая позиция – хай в адрес российской власти: «Ничего не дают! Деревяшки какие-то». И это когда уже поступило много оружия от гражданского общества.

– Зачем он так говорил?

– Потому что это позволяло Просвирнину и другим сказать, что «Путин – с..., предатель, тварь».

– Кому сказать?

– России. Идет беда, а русские не помогают. «Путин, с..., введи войска», «Путин слил» – было выработано несколько мемов. Когда наконец беженцы побежали, а хай достаточный, этот маленький отряд снимается и по плану должен был уйти в Россию. А тут соединиться с беженцами и с уже находящимися в рядах беженцев провокаторами. В этом сценарии понятно, зачем Стрелков туда приехал, а в других сценариях непонятно.

– Так из России или из Украины он управлялся?

– Он управлялся из совместной украинско-российской группы, затевавшей мятеж.

– Кому в России могли быть выгодны эти события?

– Только мятежникам.

– Тем, кто хочет организовать у нас «Майдан»?

– Это уже не «Майдан» будет, это круче. Это переворот.

– Его «партия холодильника» хочет устроить?

– Да. И это большая партия. Все складывается: Стрелков и компания сбегают и поднимают бучу уже здесь. Не я первый сказал, что Киев метил в самолет Путина. Представим себе, что он попал бы. Знающие люди мне говорили: для того, чтобы парализовать на несколько дней такой город, как Москва, 200 человек – даже много. Они поднимают бучу и либо свергают Медведева, либо происходит что-то еще. Параллельно идет зачистка Донбасса и зачистка Крыма. Все при своем: здесь интерес – власть в России, там – полное утверждение бандеровцев на Украине. И это делают люди, которые связаны между собой.

profile.ru

03.02.2015 Запад, Холокост и геноцид русского народа на Украине

21 января 2015 года министр иностранных дел Польши Гжегож Схетына в эфире Польского радио, отвечая на вопрос о приглашении президента России Владимира Путина на 70-ю годовщину освобождения узников Освенцима Красной армией, заявил: «Первый Украинский фронт и украинцы освобождали (лагерь). Так как в тот январский день там были украинские солдаты, то они и открывали ворота лагеря».

Официальная Варшава просила не обсуждать это чудовищное по безграмотности и бестактности заявление. Но поскольку сам Схетына упорно настаивает на его правомочности, то эта просьба официальной Варшавы крайне двусмысленна. Но дело, конечно же, не в самом заявлении Схетыны, а в том, какова реакция мировой общественности. Она фактически нулевая.

И это сочетание чудовищности высказывания с малостью реакции говорит о многом. Схетына безобразничает, оскорбляя тех, кто спас мир от фашизма. А спасенные народы молчат. Точнее, молчат те, кто должен выступать от лица народов, кому народы это поручили, проголосовав на выборах.

Скажут: «Один дурак что-то ляпнул. Почему все должны на это отреагировать?»

Что значит «ляпнул»? Он оскорбил память спасителей человечества от фашизма. И, оскорбив ее, он продолжает настаивать на том, что он прав. И что значит «один дурак»? Он, между прочим, министр иностранных дел крупной европейской страны.

И, наконец, никакой он не дурак. Это вы — дураки, если считаете его дураком.

Схетына действует вполне продуманно.

Он а) зондирует мировую реакцию; б) приучает мир к тому, что можно сказать всё что угодно; в) безобразничает и предлагает миру восхищаться политическим безобразием, предъявляемым в качестве новой международной нормы; г) навязывает миру радикальный пересмотр истории Второй мировой войны.

И ведь не один он его навязывает, не так ли?

Тут главное — понять, зачем этот пересмотр навязывают очень и очень многие. Ведь никому не нужен пересмотр ради пересмотра, не правда ли?

Так не является ли этот пересмотр, он же — беспрецедентное оскорбление мертвых, началом новой глобальной дегуманизации мира, очень похожей на ту, которую пытался осуществить Гитлер?

Ведь сутью гитлеровского нацистского проекта была именно неслыханная дегуманизация. Советский Союз воспрепятствовал ее вхождению в мир. Дискредитируя Советский Союз, глумясь над Россией, наследники Гитлера, все эти Порошенко, Яценюк и иже с ними, при попустительстве западных элит, весьма похожем на то, которое имело место в эпоху Гитлера, пытаются реализовать слегка приглаженный гитлеровский проект. Одним из важнейших элементов которого было переустройство мира с помощью геноцида. Геноцид…

9 декабря 1948 года Генеральной Ассамблеей ООН была принята резолюцией №260 (III) Конвенция о предупреждении преступлений геноцида и наказании за него.

Эта резолюция ссылается на резолюцию 96 (I) от 11 декабря 1946 года, в которой геноцид был признан особого рода преступлением («отвратительным бедствием»), требующим адекватного реагирования со стороны международного сообщества.

В Конвенции 1948 года прямо указано, что геноцид является таким отвратительным бедствием вне зависимости от того, совершается ли он в мирное или военное время (см. статью I). Что геноцидом являются действия, совершаемые с намерением уничтожить полностью или частично какую-либо национальную, этническую, расовую или религиозную группу как таковую (см. статью II). Что не только обнаружение факта умышленного убийства членов такой группы, но и обнаружение факта предумышленного создания для ее членов невыносимых жизненных условий является достаточным для обвинения в геноциде (см. статью II). Что наказуемым является не только сам геноцид, но и заговор с целью совершения геноцида, прямое и публичное подстрекательство к совершению геноцида, покушение на совершение геноцида и соучастие в геноциде (см. статью III). Что наказанию подлежат лица, ответственные за геноцид, вне зависимости от того, являются ли они ответственными по Конституции правителями, должностными или частными лицами (см. статью IV). Что эти лица должны быть судимы международным уголовным судом (статья VI). Что каждый участник настоящей Конвенции может обратиться к соответствующему органу Объединенных Наций с требованием принять все необходимые меры по предупреждению и пресечению актов геноцида (см. статью VIII).

Количество стран, ратифицировавших Конвенцию, достигло 146. То есть данная Конвенция является одним из наиболее внятных, кратких, ясных и общепризнанных международных документов.

Важнейшая часть наследства Гитлера — геноцид. Он осуществлялся, разумеется, и до Гитлера. Но именно Гитлер ввел его в мировую практику в качестве основополагающего средства переустройства мира, осуществления пресловутого нового порядка. К глубокому сожалению, приходится признать, что на протяжении последних десятилетий поганое наследство Гитлера всё чаще сводится к так называемому холокосту. То есть к геноциду, осуществленному против одного народа — еврейского. Не вызывает никаких сомнений тот факт, что холокост является одной из ярчайших и наиболее последовательных форм осуществления геноцида гитлеровскими преступниками. Но ни интересам еврейского народа, ни интересам всего человечества никак не отвечает низведение всех разновидностей гитлеровского геноцида к одному лишь холокосту.

Я не считаю, что такое низведение кто-то осуществляет продуманно и с далеко идущими целями. Но берусь доказать, что в течение многих десятилетий всё чаще обсуждение гитлеровского геноцида подменяется обсуждением одного лишь холокоста. Почему это не отвечает интересам человечества, понятно. Но ничуть не менее понятно, почему это не отвечает коренным стратегическим интересам еврейского народа. Потому что еврейский народ, превращаясь в единственную жертву гитлеровского режима, теряет свое неотъемлемое право на место во всемирном пантеоне жертв всемирного гитлеровского преступления.

Мягкое удаление других жертв из этого пантеона (осуществляемое, вновь подчеркну, за счет тонких сдвигов в обсуждении природы и масштабов гитлеровских преступлений) сводит мировую трагедию к выяснению отношений между Гитлером и евреями. Надо ли объяснять, чем чревата такая подмена для еврейского народа? И сколь близоруки его лидеры, считающие такую подмену чуть ли не выгодной?

Почему элита еврейского мира, прекрасно понимая, кто именно помешал Гитлеру окончательно уничтожить еврейский народ, прекрасно понимая, кто именно освободил Освенцим, и так далее, — не ставит на место зарвавшегося хама по фамилии Схетына? Почему столь скромной является реакция этого мира на то, что в очень крупном европейском государстве, каковым является Украина, началось государственное построение культа Бандеры, Шухевича и других палачей еврейского народа?

Не потому ли, что персональные характеристики украинских лидеров, находящихся в настоящий момент у руля, являются для этого мира своеобразной гарантией от повторения холокоста, а все остальные разновидности геноцида не вызывают надлежащего беспокойства?

Если это так (а есть все основания считать, что это именно так), то налицо поразительная близорукость и опрощенность нынешней элиты еврейского мира — несущей, между прочим, ответственность за существование своего народа! Народа, уже однажды поставленного на грань полного небытия Гитлером. Народа, спасенного от полного уничтожения именно Советской армией, именно русским (и советским) солдатом-освободителем.

Я даже не спрашиваю, куда делось чувство благодарности к своим спасителям. Хотя именно отсутствие этой благодарности и является, с моей точки зрения, далеко идущей некрасивостью, о последствиях которой говорил Достоевский.

Я спрашиваю, где он, хваленый ум, где он, инстинкт самосохранения? Вдумаемся, держава №1, каковой являются США, очевидным образом спускает с поводка всех неонацистских псов — прежде всего, бандеровских, но и не только. Эта же держава спускает с поводка, холит и лелеет наирадикальнейших исламистов. Покровитель бандеровцев, господин Бжезинский, много раз говорил своим собеседникам (украинским в том числе) о необходимости окончательного решения израильского вопроса во имя большей управляемости мира.

Казалось бы, нетрудно сопоставить все эти факты и перестать успокоительно любоваться физиономией господина Коломойского и прочих прославляющих геноцид наследников Гитлера, Бандеры, Шухевича. Казалось бы, самое время выступить сплоченными рядами вместе с другими народами, находящимися в пантеоне жертв Гитлера, во имя недопущения прихода к власти гитлеровских наследников — сначала на Украине, а далее везде.

Не хочу отрицать, что какая-то (увы, слишком малая) часть еврейского мира — на стороне тех, кто сражается с украинскими наследниками Гитлера. Со всеми этими порошенками, яценюками, турчиновыми, коломойскими и так далее, осуществляющими в настоящий момент, руководствуясь заветами бандеровской мрази, настоящий геноцид в ДНР и ЛНР. Да-да, это тот самый геноцид, о котором говорили бандеровцы с давних пор, утверждая, что для создания самостийной Украины необходима зачистка на востоке миллионов омоскаленных украинцев и русских. Равно как и иных, менее многочисленных, групп (поляков, евреев и так далее). Нам часто говорят о том, что среди приспешников Гитлера были не только бандеровцы, но и власовцы. Отвечаю. В Москве никто не создает именно государственный культ Власова. Никто не вешает портрет Власова в Государственной думе. Никто не присваивает Власову звания Героя России. А если это когда-нибудь произойдет (во что лично я ни на грош не верю), то долг каждого, кто помнит о подвиге отцов в Великую Отечественную войну, дать отпор такому огосударствлению нацизма.

Но пока такой разворот событий кажется слишком экстравагантным даже создателям художественной фантастики. А вот на Украине эта фантастика стала былью. И подкрепилась соответствующими действиями.

Давайте выведем за скобки беспрецедентную истерию, охватившую какую-то часть украинского общества. Истерию, разжигаемую с применением запрещенных методов промывания мозгов. Истерию, подогреваемую страхом.

Выведя ее за скобки, зададим ряд простейших вопросов тем украинцам, кто ею не заражен. А также тем неукраинцам, кто не отрабатывает номер так, как отрабатывает его господин Схетына.

Вопрос №1. Вы действительно считаете, что президент Украины Янукович (чьи политические и человеческие качества я здесь обсуждать не собираюсь) не был свергнут с нарушением всех конституционных украинских норм, всех действующих в тот момент украинских законодательных норм и так далее?

Вопрос №2. Если вы соглашаетесь, что Янукович был свергнут именно с нарушением всех этих норм, то можно ли называть жителей ДНР и ЛНР, сказавших «нет» незаконному свержению Януковича, террористами, сепаратистами и так далее?

Разве право на восстание не является законным правом каждого гражданина Украины, лицезреющего, как власть в стране захватывают стопроцентные узурпаторы?

Так значит, ополченцы, сражающиеся против Порошенко и других узурпаторов, являющихся наследниками Бандеры и Гитлера, являются гражданами, выполняющими свой конституционный долг, благородными повстанцами, а не какими-то там террористами? Вопрос №3. Таких повстанцев весной и летом 2014 года было не так уж много. И они были достаточно плохо вооружены. На каких основаниях, в соответствии с какими внутриукраинскими и международными нормами против них были использованы установки «Град», «Ураган», тяжелые бомбардировщики и так далее?

Задав эти три вводных вопроса, я, наконец, имею право перейти к обсуждению двух основных и решающих вопросов. Вопрос №4. Были ли все эти тяжелые вооружения на самом деле использованы против тех, кого именовали террористами и сепаратистами (и кто на деле являлся повстанцами, отстаивающими закон)? Или же все эти тяжелые вооружения были использованы против мирного населения Донецка, Луганска и других населенных пунктов?

Вопрос №5. Является ли такое использование тяжелого оружия против мирного населения геноцидом русского и прорусского населения, проживающего на данной территории?

Я не хочу давать своих ответов на эти вопросы. Я предлагаю всем, кто не охвачен безумием, весьма похожим на безумие, позволившее Гитлеру осуществлять свои преступные замыслы, а также всем, кто может опамятоваться, — приступить к осуществлению процедур, определяемых Конвенцией о предупреждении преступлений геноцида и наказании за него. И, конечно, в первую очередь эти процедуры надлежит осуществить Российской Федерации, которая уже платит и будет платить наибольшую цену за преступления Порошенко, Яценюка, Турчинова, Тягнибока, Коломойского, Яроша и других наследников Гитлера.

Но неужели другие государства, граничащие с Украиной, потеряли здоровое чувство опасности и не понимают, на что пойдут эти наследники Гитлера завтра? Неужели этого не понимают поляки, венгры, молдаване, словаки, румыны? Неужели настолько стерта историческая память? Неужели окончательно забыли обо всем еврейские общины стран Запада и государство Израиль?

Заметьте, в данном тексте нет никакого желания предвосхищать результаты обсуждения вопроса о геноциде в ДНР и ЛНР. Пусть будут выполнены все процедуры, сформирована соответствующая комиссия. Пусть эта комиссия рассмотрит всю совокупность фактов. Но если геноцид будет признан, то результатом может быть только наказание виновных и коренное переустройство Украины, результаты которого мы просто не хотим предвосхищать. И которые могут быть любыми, ибо жертвы массового геноцида не обязаны беспокоиться по поводу целостности государства, в котором этот геноцид был осуществлен.

Нам предстоит долгий тернистый путь. Но если память о гитлеризме еще не стерта до конца у тех, кто стал его жертвами, если пепел этих жертв еще стучит в чьих-то сердцах, если не все еще уподобились господину Схетыне, то у мира есть шанс на коллективную защиту гуманистических ценностей от посягательств наследников Гитлера. В противном случае эти ценности будет защищать одна Россия. Убежден, что она в любом случае будет их защищать. И пусть все знают, что она защищает именно их. И что попытка представить эту защиту как агрессию не более убедительна, чем аналогичные попытки Геббельса, Гитлера и других международных преступников.

ИА REGNUM

20.01.2015 Обращение Сергея Кургиняна в связи с событиями 17.01.2015 в Донецком аэропорту

11.01.2015 Парижская провокация

Специально для ИА REGNUM

События во Франции заслуживают детального анализа. Но им можно заняться только после того, как будет выявлена специфика этих достаточно, к сожалению, обыденных событий, превращающая их в крупнейшую политическую проблему.
Говоря «обыденные», я имею в виду теракты как таковые. К сожалению, мир уже начинает привыкать к крупным чудовищным терактам и в силу этого привыкания такие теракты можно рассматривать как ужасающую обыденность. Не буду перечислять теракты с гораздо бóльшим количеством жертв, нежели потрясший всех французский случай — их слишком много, и они на нашей памяти. В том числе — теракты в Лондоне и Мадриде, то есть в таких же европейских столицах, как и Париж.
За рамки ужасающей обыденности, о которой я сказал, парижский теракт вывели, во-первых, преступное заявление Михаила Ходорковского о том, что теперь все уважающие себя газеты должны печатать карикатуры на Мохаммеда, во-вторых, требование определенных групп консолидироваться вокруг издания Charlie Hebdo, ставшего жертвой теракта, и, в-третьих, готовящийся в Париже 11 января «Республиканский марш» в память о жертвах террористических актов, совершенных во Франции 7-9 января 2015 г., для участия в котором съезжаются высочайшие государственные лица из многих стран.
Оставим даже в стороне заявление Ходорковского, которое можно списать на специфический олигархический кретинизм или сильно развитый инстинкт провокации. Но как могла возникнуть идея подобной манифестации с участием высоких иностранных лиц? Ведь не было нигде таких маршей, правда же? И даже в Нью-Йорке после «близнецов» президенты, премьер-министры и министры иностранных дел ограничивались соболезнованиями и необходимыми действиями и никаких маршей памяти не устраивали. Почему?
На этот вопрос легко ответить, вообразив, чем может кончиться митинговая или иная раскрутка.
1. Любой митинг накаляет страсти. А митинг с участием высоких лиц — тем более.
2. Накаленная страсть требует предельно внятных консолидаций по принципу «за» и «против». Кто-то — за «Шарли Эбдо», кто-то — против.
3. Консолидированные «шарлизмом» должны действовать. Например, печатать карикатуры, к чему уже призвал г-н Ходорковский. Или же в иных формах бросать вызов «дикарям» (например, заявляя, что они не люди и потому их нельзя оскорбить, что сделал другой провокатор). Мало ли что можно выдумать. Важно, что как только ты консолидировался в качестве «шарлиста», ты уже обязан сначала выдумать что-то вызывающее, а потом это реализовать.
4. «Антишарлисты» примут вызов с удовольствием. Даже если умеренная часть мусульман этого не сделают, найдутся радикалы, для которых это будет способом дискредитировать умеренных и перехватить у них поддержку мусульманского населения.
5. Ответ «антишарлистов» побудит «шарлистов» к ещё более радикальным действиям. Вот вам и «конфликт цивилизаций» внутри отдельно взятой Франции. Или, точнее, сначала внутри Франции.
6. Уже сейчас французские правые, а впоследствии — и другие европейские правые поделятся на исламофобов, которые вошли в число «шарлистов», считая, что исламофобия важнее антилиберализма, и радикальных антилибералов, для которых главное — в любом случае сказать, что «так этим „шарлистам“ и надо».
7. Как это будет развиваться дальше? Предположим — крайний вариант — что дело дойдет до депортации части исламского населения Европы. Кто будет депортировать? Либералы-"шарлисты"? Им слабо это делать. Депортациями займутся антилиберальные «шарлисты», которые и станут лидерами европейского процесса.
8. Исламское население мира спокойно смотреть на этот процесс не будет, а значит, и исламские лидеры отреагируют соответственно.
Развивать далее свою модель я не хочу. Потому что всё уже описано в пресловутой модели «конфликта цивилизаций». Тем, кто жаждет реализации этой модели, явно неймется. Я, разумеется, имею в виду не Хантингтона, а сильных мира сего, занятых глобальным переустройством, в первом приближении — неоконсерваторов.
И не говорите мне, что это конспирология! Это было бы конспирологией, если бы не странная идея манифестации с участием высочайших лиц. Даже у Буша в 2001 году хватило ума этого не сделать, потому что слишком были ясны последствия. А ведь Буш хотел конфликта цивилизаций. Но что-то ещё сдерживало. Теперь эти сдерживающие центры отключены. Кем и зачем?
Для того, чтобы не допустить развития процесса по описанной мною схеме, надо жестко предупредить всех «шарлистов» — по крайней мере, в России, — что любая, даже малейшая, «квазишарлистская» выходка будет жесточайше пресечена российской властью — тем более, что в РФ есть законодательная база для того, чтобы немедленно такой «шарлизм» пресекать как очевидное разжигание межконфессиональной розни. Об этом же надо предупредить и «антишарлистов».
Никаких «шарлистских» и «антишарлистских» митингов в России не должно быть. Шарлистско-антишарлистские митинги надо запрещать, выходящих на них — разгонять, шарлистско-антишарлистскую игру СМИ — прерывать, закрывая издания, причем немедленно (ну, а что делать с террористами — и так понятно).
Главное же — все авторитетные фигуры должны предпринять необходимые усилия для того, чтобы разъяснить тем общественным группам, которые могут купиться на «шарлизм» или «антишарлизм», в чем истинный смысл затеянной игры.

http://www.regnum.ru/news/polit/1883111.html

11.11.2014 С.Е.Кургинян в Аналитической программе Аллы Хинчаговой «Эпицентр»

Презентация книги «Стрелков и другие» под ред. С. Кургиняна

По поводу катастрофы с малайзийским Boeing 777

19.07.2014

20.07.2014

10.06.2014 О необходимости усилить общественную поддержку Юго-Востока Украины

04.06.2014 О необходимости резкого усиления ополченческой поддержки Юго-Востока

О развитии процессов на Юго-Востоке Украины

Встреча С.Кургиняна с участниками Гражданского сопротивления

Сергей Кургинян отвечает на вопросы корресподента газеты ЗАВТРА

Возвращение истории

"Завтра". Сергей Ервандович, первый вопрос связан вот с чем. Вы двадцать с лишним лет занимались искусством, театром, были известным политическим экспертом — и вдруг такой прорыв в область открытой, публичной политики, общественно-политическое движение "Суть времени", красные колонны на марше-митинге 15 марта. Всё это, с одной стороны, впечатляет, с другой — удивляет, с третьей — вызывает упреки то в "политическом театре", то в "театральной политике". Одиннадцать лет назад мне довелось беседовать со Станиславом Белковским, который сейчас ушёл, образно говоря, на другую сторону баррикад, и он еще тогда говорил о современной политике как "театре тотемов". Насколько всё это соответствует действительности? Как это ваше преображение, эта ваша трансформация видятся вам изнутри?

Сергей КУРГИНЯН. Может быть, это кем-то и увиделось как преображение. Но я всегда воспринимал всё происходящее как сочетание игры и истории. При этом история, которую я понимаю как движение народов, воспламененных высоким идеалом, является для меня тем, что только и оправдывает существование человечества. А игра — это то, чем занимаются элиты в условиях отсутствия высокого огненного идеала и народного движения, основанного на любви к этому идеалу. Как вы понимаете, игра в этом смысле для меня отнюдь не является благом. Но зачастую она является необходимым злом. Нет огня… Чужие элиты ведут игру, чреватую гибелью твоего государства… Надо вести контригру… А это невозможно, если ты не понимаешь логики игры, природы игры и так далее.

Я всегда руководствовался именно этим. И потому в условиях временного оскудения исторического потенциала считал себя ответственным за аналитику враждебных нам игр. За моделирование контригры, отвечающей нашим национальным интересам.

Вот почему я никогда не рассматривал себя как эксперта или теоретика и всегда старался как-то влиять на принимаемые решения. Через любой вид деятельности. Через театр, через клубную деятельность, которую начал активно развивать после того оскудения истории, которое породил расстрел Дома Верховного Совета в 1993 году.

И наконец, через публикацию своих статей, которые всегда посвящал осмыслению истории, осмыслению игры, моделированию контригры, осознанию природы связей между игровым и историческим началом. Я всегда занимался именно этим. Прежде всего — в газете "Завтра" у Александра Андреевича Проханова, которому я обязан тем, что стал в некотором роде публичной фигурой, и никогда это не забываю даже в наш весьма неблагодарный век. И за все эти годы несколько раз я испытывал острейшую боль от того, что история, образно говоря, сама по себе, а я сам по себе. Если перевести это на совсем простой язык — толпы людей, воодушевленных своим пониманием блага, идут по улице, а ты смотришь на это из окон своего кабинета, анализируешь, в какую игру и как это вписано. И спрашиваешь себя: "Это все, что ты можешь?"

Так было и в 1991 году, и в 1993-м, когда под моими окнами шли на Останкино защитники Дома Советов, руководителям которых я подробно объяснял, почему Дом Советов должен стать точкой мира, что такое критическая масса сопротивляющихся, почему нельзя первыми начать атаковать противника, проливая кровь и так далее. Я объяснял и что нельзя делать, и что надо делать. Объяснял, что рубильник телецентра находится совсем в другом месте, что шествие должно быть мирным, с флагами и иконами, совсем в другом направлении, — никто не слушал и слушать не хотел. В ответ меня вывели из Дома Советов по чьему-то приказу какие-то странные баркашовцы. После чего руководители стали делать диаметрально противоположное тому, на чем я настаивал. Тем самым они повели людей на бойню, подчиняясь навязанной им логике чужой игры. И вписывая историю в эту чуждую им логику. И вот я стою — вижу, как это вписывание осуществляется, и чувствую свою беспомощность.

Побеждала тотальная игровая провокация. Историческую энергию масс очень умело и быстро слили до дна. И было совершенно понятно, кто за этим стоит. После такого контристорического слива история то ли заснула, то ли умерла. Началась эпоха всесилия игры, эпоха спецопераций и спецслужб.

Тогда я создал Клуб "Содержательное единство" и начал игру с элитами, прекрасно понимая блеск и нищету этой игры. То есть ничего сделать было нельзя, но поскольку я стал руководителем серьёзного аналитического центра, который выстроил определённые отношения с ООН, с другими российскими, зарубежными и международными структурами, кто-то меня как-то слушал, время от времени приглашал на телевидение и так далее.

А потом случилось так, что буквально на ровном месте, из ничего родился проект "Суд времени", который предложила Наталья Петровна Никонова. Она как раз ушла от Константина Эрнста, заместителем которого несколько лет была. Причем ушла не одна, а увела за собой больше ста человек. Тогда это был огромный скандал. А ушла она на Пятый канал, и сразу стала думать, как создать на нем какой-то сверхуспешный, с высоким рейтингом, проект. Таким проектом и стал "Суд времени". Когда Наталья Петровна обратилась ко мне, я хотел отказаться — потому что в том формате, который предполагался изначально: колпаки, мантии, присяжные и так далее, — это не вызывало у меня никакого энтузиазма.

Но Никонова каким-то чутьем нашла нужные слова: "У вас есть миссия, а для шоу миссия нужна". Это меня больше всего потрясло, поскольку я считал, что там, где шоу, никакой миссии быть не может. "А вот вы неправы!" — возражала она. И мой скепсис, в конце концов, уменьшился до размеров, уже не мешавших началу работы.

"Завтра". Да, для кого — шоу, а для кого — и чудо. У Иисуса Христа тоже была миссия и, например, Его чудеса с преломлением хлебов, или с публичными исцелениями безнадежно больных, или с воскрешением мертвых, с некоторой точки зрения тоже можно интерпретировать как "шоу". А как вашим оппонентом стал Николай Сванидзе?

Сергей КУРГИНЯН. Его тоже Никонова предложила: "А если, вот, будет Сванидзе, согласитесь ли вы?" Меня очень веселит, когда говорят, что "Суд времени" — это проект Сванидзе или проект Кремля. Это от начала до конца блестящий проект Натальи Петровны Никоновой.

Никонова твердо знала, что полемику будем вести я и Леонид Млечин. А о фигуре модератора она хотела договариваться. И, подозревая, что я не соглашусь на Сванидзе, выбирала других модераторов на случай, если я откажусь от Сванидзе. Этих модераторов даже вызвали из отпуска. Но я согласился на Сванидзе. Я понимал, что так будет хотя и тяжелее, но весомее в случае успеха. А нужен был только успех, причем сокрушительный.

Я сразу предупредил Никонову, что представляю здесь не себя, а определенную идею, и потому работаю до первого поражения — поражение скомпрометирует не меня, а идею, которую я здесь представляю. И вдруг выяснилось, что эту идею, эту позицию поддерживают 88-89% телезрителей… Это был шок для всех. Для одних — профессиональный, для других — идейный. Причем сама Наталья Петровна — высочайшего уровня профессионал с настоящими либеральными убеждениями, которые заключаются в том, что человек обладает свободой воли, свободой мысли и свободой слова, а раз так — эти свободы нельзя подавлять, все мнения должны быть услышаны. Побольше бы нам таких либералов! И когда на неё стали по поводу "Суда времени" давить — не из Кремля, а из комьюнити, из круга её либеральных знакомых, она сказала, что проект успешный, у него высокий рейтинг и пусть народ сам решает, как голосовать.

"Завтра". А потом?

Сергей КУРГИНЯН. А потом так совпало, что Эрнст, наконец, дотянулся до Пятого канала, и Никоновой нельзя было там оставаться. Она ушла на Второй канал. И вскоре организовала там второй проект — "Исторический процесс", где я и Сванидзе полемизировали без посредника.

В перерыве между двумя телевизионными проектами я решился на интернет-проект "Суть времени", который оказался неожиданно крайне успешным. Что же касается очень тонкого проекта "Исторический процесс", то к какому-то моменту вся эта тонкость столкнулась с грубостью новой подлинно исторической ситуации, возникшей после восемнадцатилетнего перерыва. Снова масса людей на улицах… Снова кипят страсти по поводу тех или иных идеалов… "Исторический процесс" мог либо умереть, либо стать частью этих исторических уличных действ. Он и стал частью этих действ. Сванидзе проиграл — еще более сокрушительно, чем Млечин.

Мне удалось выполнить то, в чем я поклялся самому себе в 1993 году. Я стал частью нового исторического потока. Этот поток благодаря движению "Суть времени" удалось подчинить воле большинства и направить в созидательное, а не разрушительное русло.

После чего возник вопрос: доколе?

Все нужные слова о нашей истории были мной с телеэкрана сказаны и страной услышаны. Я победил с сухим счетом. Побед этих — более шестидесяти. И что дальше? Нужно, чтобы их было более шестисот? Но тогда они обесценятся. Тогда окажется, что это и впрямь всего лишь шоу. Что в стране все меняется, кроме баталий между Сванидзе и Кургиняном.

А главное — пробуждение истории. В условиях такого пробуждения снова и снова получать по 90% голосов, доводя Николая Карловича буквально до потери лица, не имело уже никакого смысла. Наконец, в стране после долгого перерыва снова запахло реальной политикой и энергиями больших человеческих масс. И я убежден, что свою роль тут сыграли телепередачи "Суд времени" и "Исторический процесс". А главное — интернет-передача "Суть времени" и созданное на ее основе движение.

"Завтра". Вы связываете пробуждение истории с Болотной площадью?

Сергей КУРГИНЯН. Да. Я ведь чувствовал, что "Суду времени" Кремль, где в 2010-2011 годах были очень либеральные люди, разрешает существовать неспроста. У меня есть определенный опыт решения таких головоломок, и я понял, что идея социальной справедливости и — шире — "красная идея" кому-то нужны для чисто игрового использования. Причем использования сугубо деструктивного.

Я должен был, по замыслу этих игроков, подраскачать красные страсти и отойти в сторону, передав энергию масс Зюганову, который привел бы эту энергию на Болотную площадь.

Понимая, что такова игра и сознавая, что контригры мало, я задействовал какой-то исторический потенциал. Повторяю, я это сделал в паузе между закрытием "Суда времени" на Пятом канале и открытием "Исторического процесса" на Втором канале.

И я все построил по принципу анти-шоу. Именно на этом принципе была основана интернет-передача "Суть времени", к которой потянулись не сотни людей, а десятки тысяч. Шанс на историю был минимален — но его удалось использовать.

И тогда игра, в которой меня хотели всего лишь использовать, оказалась мною разрушена. И произошло то, что всегда происходит, когда игроки, веря во всесилие игры, отказываются учитывать возможность пробуждения истории.

Расскажу чуть подробнее об интернет-передаче "Суть времени".

Я люблю, когда чуть-чуть меняются названия, тем самым подчеркивая преемственность. Итак, "Суд времени" закрыт, пусть будет "Суть времени". Мой зять, очень хороший компьютерщик-технарь, взялся снимать мою первую речь прямой камерой: говорящая голова, ничего больше, — и мы ждали, что на сайте клуба вместо обычных 150-200 человек будет 600-700, рост в 4 раза, очень хорошие цифры. Но когда в первые дни было 25 тысяч посещений, я ощутил: в обществе что-то произошло. Люди захотели понимать, что с ними произошло и куда двигаться дальше. Это был март 2011 года. Тогда я сделал самый смелый шаг в своей жизни — я предложил своим зрителям и слушателям записываться в виртуальный клуб "Суть времени". За месяц записалось тысяч 30. Это очень серьезная цифра для начала.

Но мне было мало, что люди зарегистрировались на нашем сайте, я предложил им собираться в ячейки и участвовать в социологическом опросе на тему "Вы за или против десталинизации в России?" И люди принесли десятки тысяч заполненных анкет, насобирали их по соседям, знакомым, по электричкам, где угодно.

И стало ясно, что это уже не фан-клуб имени Сергея Кургиняна, а что-то принципиально другое, какая-то никем не просчитанная, "не ловленная" возможность, благодаря которой есть шанс выйти из сценария.

Тут еще подоспела новая телевизионная передача, которую Наталья Петровна Никонова создала сразу же после того, как оказалась на Втором канале. На мой взгляд, никогда в мировом телевидении не было ничего настолько сложного, представляющего разные точки зрения. И недавно мне Наталья Петровна призналась, что это ее самый любимый проект. Странно, что было много позитивных оценок от телеведущих, чего в принципе никогда не случается.

Передача вышла в эфир тогда, когда я в городе Хвалынске летом 2011 года открыл первую школу движения "Суть времени". На школу собрались больше 300 человек. Они до этого никогда не собирались вместе. Собравшись, они кипели, шумели, спорили. Я пытался как-то воздействовать на этот первичный, начиненный разными энергиями протополитический бульон. Бульон этот оказался по-человечески очень перспективным, готовым к выходу из протополитической стадии. Но как организуешь этот выход? Было ясно, что никакие деньги этого выхода не обеспечат. Что обеспечивать это надо: а) идейно, б) кадрово.

Сознавая особую важность кадрового момента, я полностью переориентировал весь свой центр на эту школу и понес большой материальный ущерб, потому что ничем другим мы больше не занимались. Но при чем тут материальный ущерб? Я никогда не действовал в поисках материальных выгод. Я ждал возвращения истории. Я знал, что она вернется поздней осенью. И что было бы позорным не подготовиться к этому возвращению.

"Завтра". Готовили сани летом, зная, что придет зима?

Сергей КУРГИНЯН. Да. Перед 7 ноября 2011 года ко мне подошли члены "Сути времени" и сказали: "Мы хотим провести праздничный мини-митинг. Вы не против?" Я ответил: "Я не только не против. Я на этот митинг приду и там выступлю".

Придя к метро "Улица 1905 года", я увидел на площади человек триста членов движения "Суть времени". Для начала это было совсем неплохо.

И тут-то я и подумал: "Либералы хотят, чтобы я фактически передал народную энергию в их руки. А ведь вот она, народная энергия. Зачем ее передавать в чужие — безусловно, грязные — руки?"

Говоря о передаче благородной энергии в грязные руки, я имел в виду следующее. Либеральные элитные кремлевские игроки вовсе не хотели, чтобы Зюганов победил Путина на выборах 2012 года. Они не хотели даже победы Зюганова на думских выборах. Их расчет был в другом. В том, чтобы объявить выборы сфальсифицированными, подогнав под этот лозунг как можно больше социально протестного населения. Чтобы под любыми флагами, в том числе красными, чем больше тем лучше, оседлать эту волну. И сделать так, чтобы в президенты прошел тот, кто в выборах не участвовал.

Мой опыт помог мне получить эту информацию моментально и понять, что за картина маслом там пишется, и в какую обойму, по существу, вписан Зюганов. Причем вписан именно теми людьми, которые потом реально привели коммунистов на Болотную.

И когда после выборов в Госдуму объявили протестный митинг "за честные выборы", я моментально объявил о проведении контрмитинга на Воробьевых горах. Мне говорили: всё это зря, придет от силы полтысячи человек, вы проиграете. И я эти дни носился по всем партиям, по всем общественным организациям, договариваясь об их участии, выступлении их представителей. И только в одном случае мне потом не удалось выполнить свои обязательства — время митинга истекло. Пришло около четырех тысяч человек. На Болотной тогда собралось тысяч 25-30, но по энергетике мы их превосходили даже не на порядок, а на несколько порядков, так всё было накалено. И мы символически сожгли белую ленту, сказали "Нет!" этой "снежной революции", которая задумывалась в очень высоких кабинетах и у нас в России, и за рубежом.

После этого уже ко мне пошли и политики, и бизнесмены, и кто угодно. То есть не физически пошли, а инициатива исходила от них. В итоге на Поклонной горе мы собрали около 150 тысяч человек. Говорят, что их из Люберец и других мест на автобусах свозила бюрократия.

Во-первых, в Люберцах есть не только бюрократия.

Во-вторых, автобусы — это самое дешевое средство передвижения.

А в-третьих, сколько было этих автобусов? Если бы на автобусах приехало 150 тысяч людей, то понадобилось бы три тысячи автобусов. Вы представляете себе такое количество?

Москва стояла бы вообще намертво, никто бы не доехал никуда. Так что автобусов реально было качественно меньше. А вот про метро у меня был отдельный разговор, в том числе и с проснувшимися представителями власти. Меня накануне митинга, когда уже было ясно, что людей будет огромное количество, пригласили на совещание. На совещании долго обсуждалось, какой должен быть временной интервал между поездами метро.

В итоге сделали такой интервал, что тридцать тысяч не сумели доехать до Поклонной горы. Поклонная гора — проект Кремля? Полно! Президент России сказал после Поклонной горы, причем весьма проникновенно, что сто пятьдесят тысяч на административном ресурсе не соберешь. Это понимали все — специалисты из Кремля, и "болотные оппозиционеры".

Кстати, я ехал на митинг на метро, и когда вышел из вагона, то, честно говоря, сердце чуть не остановилось. На каждой ступени эскалатора по три человека. Людей так много, что может начаться давка… Но люди были веселы, спокойны… Всё обошлось.

Я был одним из ведущих митинга. Вторым ведущим был Максим Шевченко. Все ждали прихода Зюганова. Он обещал прийти — и не пришел. Открывая митинг, я сказал, что являюсь противником политики Путина, но считаю необходимым собрать все патриотические силы на митинг для недопущения оранжевого переворота. Я знал, что такое мое выступление, мягко говоря, небезыздержечно. Но история — это штука, способная творить чудеса с теми, кто оказывается существенно вовлечен в ее действа. Моя вовлеченность в это действо привела к тому, что я каким-то особым образом осознал и почувствовал: несколько тысяч молодых людей, пришедших на Воробьевы горы и запустивших антиоранжевый уличный механизм, породивший Поклонную гору — это моя судьба.

"Завтра". У постороннего наблюдателя после митинга на Поклонной горе, после президентских выборов могло сложиться впечатление, что вы отошли куда-то в сторону. Так ли это, и если так, то почему?

Сергей КУРГИНЯН. Нет, просто наша первичная политическая цель была достигнута, "болотный проект" сорван. Наши "оранжевые" отпрыгнули сразу, американцы отпрыгнули. Американцы всегда отпрыгивают, когда в их игру вмешивается история как нечто непредусмотренное. "Суть времени" была не предусмотрена американцами. Вот они и отпрыгнули. Что же касается самой "Сути времени", то ей нужно было время, чтобы оформиться. И нужна была новая масштабная цель, на этот раз не антиоранжевая, но такая, которая будет соразмерна заявке "Сути времени" на изменение глобального вектора.

Такой целью стала защита традиционных ценностей общества, в том числе борьба против ювенальной юстиции. Впрочем, это, наверное, тема для отдельного разговора. А вот когда речь зашла о возможности экспорта "Майдана" в Россию, мы и прошли по улицам Москвы красными колоннами, чтобы все знали — здесь повторения украинского варианта не будет.

"Завтра". Сергей Ервандович, а как, по-вашему, вообще отзываются украинские события в России, какие перспективы появились у "пятой колонны" в связи с приходом к власти "майданной" хунты? Насколько эти процессы угрожают сегодня социально-политической стабильности в нашей стране?

Сергей КУРГИНЯН. Я повторю, что не первый год занимаюсь политикой и прекрасно знаю, насколько Россия и Украина между собой связаны. То, что происходит на Украине, через некоторое время приходит и к нам. И наоборот. Акции "болотной оппозиции" зимой 2011-2012 годов не превратились в российский Майдан только потому, что нам быстро удалось организовать ответные массовые "антиболотные" выступления, по своим масштабам и по своей энергетике намного превышающие митинги оппозиции. Хотя не только за рубежом, но и в Кремле были мощные силы, которые хотели сделать президентом России либерального прозападного кандидата. Эти силы удалось тогда остановить. И если бы из тех же юго-восточных регионов Украины те же люди, которые сегодня берут административные здания, могли поехать в Киев, если бы их было кому организовать и направить, никакой "победы Майдана" на Украине бы не было. А она сегодня есть, и это немалая проблема для России.

На Майдане присутствовало больше тысячи россиян, которые теперь вернулись сюда, они же не скрывали своих планов: начнут там — продолжат здесь. Конечно, после воссоединения Крыма, которое я считаю огромной исторической заслугой Путина, поскольку впервые за 23 года позора Россия что-то обрела, а не потеряла, поддержка российских либероидов со стороны нашего общества упала, если так можно сказать, ниже плинтуса, и с нас это сняло много проблем. Но угроза либерального реванша в России остается, и её нельзя упускать из вида.

Материал подготовил Владимир Винников

ЗАВТРА

17.03.2014 Пресс-конференция Сергея Кургиняна в Севастополе

26.01.2014 Признаки мятежа на Украине.

В программе "Главное"

31.12.2013 О терактах в Волгограде

Выступление на открытии Школы Высших Смыслов

Обращение С.Кургиняна к участникам украинских событий

Доклад С.Кургиняна на праздновании 96-летия Великого Октября.

ПОЛИТКЛИНИКА. О целях и задачах конструктивной патриотической оппозиции

Это короткое исследование я не зря назвал политклиникой. Я искренне сострадаю всем обитателям политклиники. Я сострадаю им ничуть не меньше, чем обитателям клиники социальной. Но задача не в том, чтобы сострадать, а в том, чтобы выводить из ада. Каковым по определению является и клиника социальная, и клиника политическая, и клиника культурная, и клиника метафизическая.
Для того чтобы выводить из этого ада (а не осуществляя этого, страну спасти невозможно), нужно понять, как именно ад устроен, как в него людей помещают, как их в нем удерживают.

Введение
В течение всего августа я находился в деревне и писал книгу, в которой исследовал первую перестройку, сопоставлял ее со второй, занимался дешифровкой перестроечных игр и перестроечных субъектов. Такую книгу можно написать только в отдаленной деревне, где почти не осталось жителей, поля заросли уже не только сорняками, но и березками. За этот период, условно называемый отпускным, я написал не менее 300 страниц сложного аналитического текста, а также несколько прикладных политических статей. Данная статья – последняя из этого «деревенского цикла». Отчасти навеянного и собственно деревенскими наблюдениями.
Недалеко от совсем умершей деревни, в которой я специфическим образом отдыхаю вот уже 22 года, есть небольшой, абсолютно загибающийся поселок. Бывшая там когда-то фабрика не работает. В поселке несколько магазинов. Они забиты разнообразными товарами. Буквально, забиты! Не будем обсуждать качество товаров, но изобилие, ассортимент не могут не впечатлять. Итак, поля заросли, фабрика не работает, вся социальная сфера изуродована донельзя (закрыты библиотека, столовая, клуб). Но прилавки полны. И раз магазины работают, значит, кто-то что-то покупает.
Вот одно наблюдение. В магазин, заполненный товарами, приходит женщина. У нее нет денег. И она берет товар «под запись». Какой товар? Картофельные чипсы. Продавщица говорит, что цена чипсов возросла. Женщина ахает: цена превышает цену мяса – но всё же берет. А когда ее спрашивают: «Зачем вам это? Ведь на огороде картошка. Нарежьте ее ломтиками и пожарьте! Будет и здоровее, и вкуснее, и неизмеримо дешевле!» – женщина отвечает: «Все так, но ребенок хочет чипсы. Он их видит по телевизору, и ему очень хочется».

Я не могу – предельно сострадая этой женщине, возмущаясь мерзостями тех, кто ее довел до этого помрачения – назвать подобное иначе, чем социальная клиника. Да, это социальное явление. Это завладевший человеком социальный психоз. Психоз этот внедрен сознательно негодяями. Женщина – жертва этих негодяев. Но она ведь еще и социально ответственный субъект. Она мать, воспитывающая детей, хозяйка и так далее. Как распределяется ответственность за социальную клинику между нею и теми, кто эту клинику соорудил?
Предположим, что они отвечают на 90 процентов, а она на 10. Что? Они отвечают на 99 процентов? Но все равно остается 1 процент ответственности этой женщины как микросоциального субъекта. Поскольку она человек – она не может быть только объектом рекламного манипулирования. А если становится только таким объектом, то положение наше швах.
Итак, есть перестройка как сложнейшая игра разного рода сил, обладающих разной мощностью, разрушительностью и так далее. А есть перестройка как социальная клиника. И ведь не только социальная, но и политическая, не так ли?
Коммунисты, патриоты являются не только объектами, по которым наносятся информационные удары. Они еще и люди. То есть политические микросубъекты. И не просто люди, а представители более или менее организованных политических сил. То есть отнюдь не только микросубъекты.
Если эти люди и эти силы окончательно превращены из субъектов в объекты, то дело обстоит в политическом смысле столь же пагубно, как и в социальном. Ибо – что чипсы в социальной клинике, что информационные «чипсы», которые по замыслу их создателей должен «хавать пипл» - в клинике политической.
Это короткое исследование я не зря назвал политклиникой. Я искренне сострадаю всем обитателям политклиники. Я сострадаю им ничуть не меньше, чем обитателям клиники социальной. Но задача не в том, чтобы сострадать, а в том, чтобы выводить из ада. Каковым по определению является и клиника социальная, и клиника политическая, и клиника культурная, и клиника метафизическая.
Для того чтобы выводить из этого ада (а не осуществляя этого, страну спасти невозможно), нужно понять, как именно ад устроен, как в него людей помещают, как их в нем удерживают. И так далее.
Обсуждая эту проблему, я никоим образом не хочу сказать, что ситуация безнадежна.
Во-первых, я этого никогда не скажу. Потому что всегда есть какой-то шанс на выход из любой ситуации.
Во-вторых, если бы я считал, что ситуация безнадежна, то я не писал бы статей, подобных этой.
Ситуация, конечно же, небезнадежна. Но она чудовищна. И только осознание ее чудовищности, познание природы этой чудовищности может дать выход из ситуации. Давайте этим и займемся. Предположив для начала, что субъекты разного рода до конца превращены в объекты манипулирования, то есть втянуты в воронку всяческого инферно. Это необходимо для того, чтобы понять и природу казалось бы незатейливого инферно, и механизмы десубъективирования.
Давайте займемся этим не абы как, а под сугубо прикладным углом зрения. Заняться этим – значит не поболтать на сайте, а всерьез обсудить серьезное. Ведь у многих есть свои соображения и наблюдения, а это тоже немаловажно, по поводу уровня болезненности (социальной, политической и иной) нынешней ситуации. Каков масштаб повреждения, именуемого «клиникой»? Как это повреждение развивается? Дело не в том, чтобы сыпать соль на раны. А в том, чтобы эти раны лечить. Но без точного диагноза лечение невозможно.
Нам предстоит действовать в очень сложных условиях. Действия наши должны быть точными, волевыми, умными и сообразными ситуации. Данное исследование направлено на то, чтобы наши коллективные действия были именно таковыми.

Часть 1. Метод исследования сложившейся ситуации
Для начала рассмотрим простейшую военную ситуацию.
Враг хочет захватить важный объект. Например, господствующую высоту. Или важный транспортный узел. У вас – противоположная цель. Предположим для простоты, что вы не отстаиваете этот объект, а тоже хотите его захватить. Тогда возникает так называемая ситуация нулевой суммы. Либо объект попадает под ваш контроль, либо под контроль противника.
Итак, есть вы, есть враг и есть объект, который и вы, и враг хотите захватить.
Враг для захвата объекта располагает определенными возможностями. У него столько-то пехоты, столько-то артиллерии и так далее.
Вы для захвата этого же объекта обладаете своими возможностями. У вас столько-то пехоты, столько-то артиллерии и так далее.
Враг выбирает одну стратегию, вы – другую.
Перейдем от рассмотрения этой простейшей военной ситуации к ситуации чуть-чуть более сложной. Тут важно то, что именно чуть-чуть более сложной. Продвигаться к сложной ситуации мы будем, делая маленькие шаги в сторону усложнения.
Предположим, что объектом, за контроль над которым вы сражаетесь с врагом, является не господствующая высота и не транспортный узел, а общество. Или, точнее, общественное сознание.
Вы боретесь за контроль над общественным сознанием. Ваш враг занят тем же самым. Средствами борьбы за контроль над таким объектом, как общественное сознание (сознательно упрощаю ситуацию, называя общественное сознание объектом, но это пока необходимое упрощение), является не пехота, артиллерия, танки и самолеты, а слова, образы, мысли, чувства, то есть некое содержание. Обозначим это содержание буквой S.
Итак, вам для победы в войне за общественное сознание необходимо содержание, причем не в виде суммы рациональных утверждений, а в виде того, что реально захватывает и разум, и чувства. Говоря на языке войны за общественное сознание (информационной войны, идеологической войны и так далее), ваше содержание, равно как и содержание, которым располагает ваш враг, является «совокупным боеприпасом». Но ведь боеприпас S необходим, но не достаточен. Снаряды, пули надо соединить с пушками, автоматами, способными доставить эти боеприпасы в нужную точку и поразить цель.
Если содержание S (ваша правда, ваше понимание ситуации и так далее) является своего рода боеприпасом, то телевидение, радио, газеты (то есть средства трансляции этого содержания, донесения этого содержания до цели, каковой является сознание членов общества) являются своего рода пушками и автоматами.
Вы несете людям некое содержание, обладающее убедительностью S₁. И доносите его до сознания людей с помощью своего транслятора, обладающего мощностью T₁.
Ваш враг несет тем же людям (пока мы предполагаем для упрощения, что именно тем же) свое содержание, обладающее убедительностью S₂. И располагает для донесения этого содержания своим транслятором с мощностью Т₂.
Ваш военный потенциал Р₁ равен в первом приближении произведению убедительности вашего содержания на мощность вашего транслятора.
Военный потенциал противника Р₂ – произведению убедительности его содержания на мощность его транслятора.
Еще раз подчеркну, что там, где речь идет о воздействии на человека, все математические формулы обладают ограниченной применимостью. И что приведенная мною формула, хотя и верна, но является всего лишь первым и наиболее элементарным приближением. Математика никогда не может до конца описать процессы, происходящие в человеке. Но если бы я хотел добиться максимально точного описания, я привел бы другие формулы. Но я не предлагаю максимально точного описания. Я предлагаю максимально простое из применяемых описаний, отражающее суть дела. Потому что, честно говоря, меня больше всего интересует суть дела, а не представление этой сути в виде тех или иных математических формул.
Итак, военный потенциал Р является произведением убедительности S на мощность транслятора Т.
Р = SТ.
Это очень важная формула. Вполне пригодная для работы. И позволяющая сделать определенные выводы. Предлагаю вам простейшие выводы.
Если мощность вашего транслятора строго равна нулю, то убедительность вашего содержания не имеет никакого значения. Вы сидите у себя в комнате, в вашей голове накапливается очень убедительное содержание, но вы его даже не записываете на бумагу. И уж тем более не предлагаете людям. Какой у вас тогда потенциал в войне за умы? Строго нулевой.
Но ведь столь же справедливо и обратное утверждение. Если убедительность содержания строго равна нулю, то мощность транслятора не играет никакой роли. Сообщайте людям очевидную для них околесицу с утра до вечера по всем каналам радио и телевидения. Печатайте эту же околесицу в газетах с миллионными тиражами. Толку то? Если S равно нулю, то вы войну проиграли. Это как если бы вы обладали колоссальным преимуществом в количестве автоматов и пушек, но у вас вообще не было бы пуль и снарядов. Или все лежащие на ваших военных складах пули и снаряды были бы холостыми.
Впрочем, крайние варианты, когда либо S, либо Т равно нулю, встречаются крайне редко. Да, у вас низкая мощность транслятора Т. Но ведь не нулевая. Пишите людям письма, сочиняйте листовки, издавайте самиздат. Это в прошлом. А теперь есть такое мощное средство, как интернет. Можете вы выдать свое S через интернет-транслятор Т? Можете. Да, ваше Т будет в тысячу раз менее мощным, чем у противника. Ну и что? Значит, ваше S должно быть в полторы тысячи раз сильнее, чем у противника.
Кроме того, располагая интернетом, вы можете наращивать мощность вашего транслятора Т. А объединяясь с другими – вы можете делать это еще на порядок более эффективно.
Установили это? Делаем следующий шаг в сторону усложнения.
Для этого оговариваем, что на самом деле нет общественного сознания (обозначим его буквой О) как некоего монолита. Что О в виде монолита существует очень и очень редко. И что сейчас мы находимся в ситуации, когда проблематично утверждение о наличии какого-то единого общества. А значит, и единого О.
Общество – это социальная структура, обладающая едиными ценностями, едиными регулятивными нормами и так далее. У вас есть такое общество? Ну, и каковы же его консенсусные ценности? А также регулятивные нормы и все прочее?
В любом случае совершенно ясно, что если общество и есть, то оно крайне немонолитно. И разделено не только на борющиеся классы. Оно, увы, разорвано. Причем разорвано на достаточно мелкие социальные среды. То есть разорвано в клочья. И каждый из социальных клочков обладает своим этосом (представлением об истории в том числе), своим ценностным и этическим содержанием. А значит, уж мы-то сегодня никак не можем говорить об О как о монолите. И, обсуждая войну за общественное сознание, должны представлять это сознание О как совокупность сознаний входящих в общество групп. То есть как О₁ + О₂ + О₃ и так далее. Если количество групп N, то наше О = О₁ + О₂ + О₃ + … О_i.+ … О_N_.
А поскольку каждое из этих О_i обладает своими фильтрами Кi, то есть калибрует транслируемое содержание сообразно ценностям, нормам, этосу (если это всё есть), референтным суждениям (которые всегда есть), то ситуация усложняется.
Принося извинения людям с гуманитарным образованием и обещая им, что скоро перестану мучить их математикой и возьму быка за рога, я сообщаю этим людям, что сумма в математике обозначается знаком ?. И что для того, чтобы не писать длинную строчку
О = О₁ + О₂ + О₃ + … О_i.+ … О_N_,
ее заменяют более короткой и абсолютно равнозначной строчкой:

n
О = ? О_i
1
Вновь подчеркну, что никакой разницы между приведенной чуть выше длинной строчкой –
О = О₁ + О₂ + О₃ + … О_i.+ … О_N
– и формулой

n
О = ? О_i
1

– нет и в помине. И что это одна и та же формула, записанная по-разному для удобства.
Индекс, размещенный снизу под буквой ?, означает первый член суммы (в нашем случае О₁).
Индекс, размещенный сверху над буквой ?, означает последний член суммы (в нашем случае О_N).
С облегчением завершив математическое вступление и еще раз извинившись перед гуманитариями, я могу теперь ввести более сложную формулу, которая позволяет оценить наш военный потенциал и военный потенциал противника. Ведь мы хотим воевать, не правда ли? Так зачем нам пренебрегать формулами, если противник использует и все эти формулы, и формулы гораздо более сложные?
Конечно, мы не должны упиваться формалистикой, но и пренебрегать ею было бы глупо. Пренебрежем сначала этой формалистикой, потом социологическими исследованиями… И кому уподобимся? Туземцам, которые хотят воевать с колониальными войсками, обладающими принципиально другой вооруженностью? Можно, конечно, и так поступить. Это лучше, чем сдаваться без боя. Но зачем так поступать?
Итак, военный потенциал P_i, то есть степень вашего воздействия на общественную группу О_i, равен не просто произведению вашей убедительности S_i на вашу трансляционную мощь Т_i. Он равен произведению S_i на Т_i и на калибровочный коэффициент К_i.
А ваш совокупный военный потенциал равен сумме потенциалов P_i, которыми вы располагаете по отношению к каждой из групп О_i.
Поясняю.
Для одних газета «Завтра» – это транслятор Т_i с огромным К_i_.
А для других это транслятор с К, строго равным нулю.
Это касается любых средств массовой информации.
Возьмем, к примеру, самые мощные СМИ – телевизионные. Для одних групп всё, что говорится по центральному телевидению, – это заведомая ложь. Они либо это телевидение не смотрят, либо смотрят, чтобы накопить яд ненависти.
А для других заведомая ложь источается либерально-оппозиционным «Эхом Москвы».
И в чем тогда цена мощи транслятора при столь низком калибровочном коэффициенте?
Делаю еще один шаг в сторону усложнения.
Чего вы добиваетесь, сражаясь с врагом? Вы хотите контролировать все общество, все группы О_i, имеющие совершенно разные коэффициенты К_i?
Или вы хотите максимально глубоко укорениться в общественном сознании ключевых, опорных для вас общественных групп?
Если вас интересует контроль за всеми общественными группами, то добро пожаловать на Лубянку или в любую другую мощную секретную организацию. Потому что в этом случае вы обязательно должны спрятать себя как единый субъект, добивающийся контроля над обществом.
Назвавшись «ЦК КПСС» или «Единая Россия», или «Парнас», вы по определению такой контроль не получите. Потому что по отношению к ряду групп калибровочные коэффициенты окажутся слишком низкими.
Значит, вы просто обязаны для решения подобной задачи тайно завербовать носителей содержания и хозяев трансляторов, имеющих высокий калибровочный коэффициент по отношению к интересующей вас группе. Никакой конспирологии в этом нет. Вы просто обязаны это сделать, потому что в противном случае вы в сознание данной группы не пробьетесь.
Именно в этом решающее различие вертикальной идеологической системы, выступающей с открытым забралом, и системы тайной, подменяющей вертикаль матрицей.
В этом же отличие честной идеологической войны от спецпропаганды. Хотите завоевать все группы – снимайте спецпропагандистский урожай. И отдавайте себе отчет в том, что если это самое «спец» будет раскрыто, то ваш контроль над отвергающей такое раскрытие общественной группой упадет с максимума до нуля.
Но и это еще не все.
Если вы занимаетесь спецпропагандой, то вы должны раскрутиться определенным образом, уподобив себя своему противнику. И тогда вы сможете спецпропагандистскими методами завоевывать сознание соответствующей общественной группы.
Предположим, что кто-то из врагов нашего Отечества (неважно, кто именно – США, исламисты или кто-то другой) создаёт опасную подрывную структуру. Структура выдвигает идею разрушения страны, привлекательную для каких-то групп нашего населения. Эти группы начинают подтягиваться к структуре. Возникает реальная опасность успеха подрывного начинания. Что должны делать спецслужбы? Они могут действовать прямолинейно, подавляя эту враждебную структуру. А могут использовать более изящные «матричные» схемы. Например, создать спецструктуру или спецструктуры. Вложить в их уста ещё более грубые, отвязанные, хамские, разнузданные призывы к разрушению страны, перетянуть на себя энергию недовольства и «слить её в унитаз».
Соответственно, любые претензии к матричной системе, занимающейся подобными фокусами: «Какого черта вы вытворяете нечто неслыханное с помощью ваших агентов?» – парируется ими известным образом: «Нам нужны позиции в общественных группах, а вы к нам лезете с вашим чистоплюйством».
Выдуманная ситуация? Никоим образом.
В конце 80-х годов я, имея определённый статус, добивался от «матричных структур» ответа на простой вопрос: «Какого черта вы мобилизуете на развал СССР контролируемые вами «Народные фронты»?»
Что мне на это говорили? Что им, дескать, нужны позиции в национал-сепаратистской среде. А уж в среде исламистской – так нужны не просто позиции, а стопроцентная надежная вербовка аж всего актива.
То же самое говорилось и о других особо опасных группах.
На меня, как представителя ЦК КПСС, посланного в «горячие точки» этой вертикальной идеологической системой, выходили агенты системы «матричной» и говорили: «Убедите начальство, чтобы оно не требовало от нас слишком резких действой против СССР. Ведь потом это же начальство нас уничтожит».
Агенты были убеждены, что их хотят «запалить». Кончилось же все развалом СССР. Потому что элита матричной системы хотела этого развала, причем с далеко идущими целями.
Кто мне даст гарантии, что элита нынешней матричной системы не хочет развала РФ? Тем более, что представители элиты приходят и уходят, а матрица остается?
Впрочем, эти сложные вопросы будут мною разобраны подробно в других исследованиях, имеющих другой объем и другую аудиторию. Здесь же я обращаю внимание на то, что воистину «либо-либо».
Либо (первый сценарий) вы хотите завоевать объект под названием «все общественные группы», и тогда вы строите секретную сеть, заполняете ее своими тайными агентами, поручаете каждому из таких агентов завоевывать высокий калибровочный рейтинг К_i в определенной группе О_i и затем собираете спецпропагандистский урожай. Понимая, сколь этот урожай ядовит и двусмыслен.
Либо (второй сценарий) вы фокусируетесь на работе с определенным контингентом, расширяете этот контингент в разумных пределах и опираетесь на него. Но не тратите свои всегда ограниченные возможности для завоевания спецконтроля над всеми общественными группами.
Первый сценарий реализовывал в Российской империи достопамятный Сергей Васильевич Зубатов. Человек очень талантливый и располагавший огромными возможностями.
Второй сценарий реализовывал в той же Российской империи Владимир Ильич Ленин. Человек гениальный и располагавший минимальными возможностями. Именно он сказал, что массам надо говорить правду. То есть надо укореняться в своих опорных группах, не манипулируя их сознанием, а актуализируя это сознание и добиваясь иной степени связи между вертикальным идеологическим субъектом под названием РСДРП(б) и особо важным для этого субъекта контингентом (назовем его для упрощения пролетариатом).
Победил Ленин. Увлекшийся манипулированием Зубатов застрелился, узнав о Февральской революции.
Прошли десятилетия. Вертикальный идеологический субъект вместо людей масштаба Ленина и Сталина возглавили люди масштаба Брежнева и Суслова.
Субъект начал терять «ленинский тип» контроля над многими общественными группами. Что в таких случаях делают адекватные политические силы – известно. Меняют «мебель, девочек и шампанское».
Что делают силы неадекватные, тоже известно. Настаивают на том, что «девочки» должны быть особо проверенные, со стажем работы не менее 40 лет.
Настаивая на этом, неадекватный субъект окончательно теряет вертикальный идеологический контроль. И вот тогда появляется Андропов и говорит, что надо восстанавливать другой контроль – зубатовский, матричный.
Чего именно хотел Андропов – это отдельный вопрос. Его я опять-таки рассмотрю в исследованиях соответствующего формата и направленности. Все это лето я потратил на то, чтобы написать такое исследование и надеюсь вскоре его закончить. Здесь же я просто обращаю внимание на разные способы ведения войны за общественное сознание. И надеюсь, что моя аналитика будет воспринята адекватно. Ибо я не размышлениями о прошлом здесь занят, а наиболее актуальными проблемами нашего будущего.
И наконец, последний шаг в сторону усложнения. Сделав этот шаг, я перейду от методологии к прикладной аналитике и реальной политике.
Содержание последнего из последовательных (сознательно небольших) шагов, осуществляемых по принципу «от простого к сложному», таково.
Чего вы хотите от той группы О_i, с которой работаете? Это далеко не праздный вопрос! Ох, до чего непраздный! Вы хотите ее контролировать? Но в каком смысле? Если вы сжали в кулаке обыкновенный снежок и принесли его в теплую комнату, то вы контролируете снежок или нет? Через какое-то время этот снежок растает. Вы соберете воду в тарелку и скажете, что снежок контролируете? Да, вы действительно контролируете воду, то есть субстанцию с совершенно иным качеством. Но снежок-то вы не контролируете.
Так вас интересует качество контролируемой вами субстанции, или для вас контроль превыше всего?
Предлагая определенное содержание S_i определенной группе О_i, вы чего хотите от группы? Чтобы она развивалась? Чтобы она стагнировала? Чтобы она деградировала?
Вы нанесли мощные бомбовые удары по транспортному узлу. Узла уже нет. Но территорию вы контролируете. То же самое с господствующей высотой. Вы ее срыли своими мощнейшими ударами и после этого разместили там пехоту и артиллерию. А зачем вы их там разместили? Высоты-то уже нет!
Ах, нам нужны позиции! Извините, нет позиций вообще. Есть позиция в обществе, имеющем определенную консистенцию, или в отдельной общественной группе О_i, по отношению к которой возникает та же проблема.
А ну как эта группа О_i станет особо чуткой к вашим мессиджам S_i, сойдя с ума? Причем не в фигуральном, а в буквальном смысле этого слова? Вы тогда начнете сводить ее с ума, понимая, что завоевываете позиции не в группе, а в соответствующем отделении больницы Кащенко?
Если вы завоевываете позиции для того, чтобы затем их использовать (стреляя по противнику с господствующей высоты, перегоняя эшелоны по захваченному транспортному узлу и так далее), то вы не будете завоевывать позиции любой ценой. А если вы работаете на полное уничтожение объекта, контроль над которым хотите получить, то вы будете работать именно так.
Перестройка – это способ завоевания контроля над сознанием различных общественных групп с помощью ликвидации сознания этих групп. В этом ее отличие от любой революции.
Перестройка – это прежде всего работа по сведению с ума самых разных групп населения. Но в первую очередь тех групп, которые, не будучи сведенными с ума, могли бы оказать сопротивление замыслу перестройщиков. И плевать этим перестройщикам на то, что завтра эти обезумевшие группы будут неспособны решить никакие конструктивные задачи. Перестройщик не собирается побуждать объект, над которым он хочет получить контроль, к чему-либо конструктивному. Он хочет все большей власти над объектом, все более сводимым с ума за счет использования этих самых матричных технологий.
Прежде всего, перестройщик с помощью этих самых матричных технологий сводит с ума опасные для него группы, «группы риска», «группы сопротивления». Коммунисты, патриоты, националисты – весь этот опасный для перестройщиков контингент матрица должна доводить до состояния полной неадекватности. Подчеркиваю – при осуществлении перестройки речь идет не об обычном для спецпропагандистов подавлении опасного контингента через пресловутое РРС (разложение, расслоение, стравливание), рекомендуемое во всех спецучебниках, включая наипростейшие. И даже не о дополняющей РРС инверсии – «поддерживаем слабых и деструктивных лидеров в среде противника, подавляем лидеров сильных и конструктивных».
Это делают все спецпропагандисты. Перестройщики же делают и это, и нечто большее. Они доводят потенциально опасный контингент до состояния абсолютной неадекватности. Ради этого и был изобретен пресловутый постмодернизм, который кое-кому до сих пор кажется эстетической – малозначимой и достаточно безвинной – забавой.
Перестройщики добиваются впадения атакуемого контингента в состояние полной и окончательной дезориентации, вполне заслуживающей названия «политклиника». Оговорю еще раз, что, вводя это важнейшее понятие, я не пытаюсь ерничать. Я воспринимаю ситуацию как абсолютно трагическую и искренне сочувствую всем, кого вводят в подобное состояние.
А также заявляю, что умельцы, доводящие простых людей до подобного состояния, – это мои враги. Враги политические, нравственные и даже метафизические.
Если новым перестроечным умельцам в очередной раз удастся довести опасный для них контингент до нужного им политклинического коллапса, то этот контингент превратится из опасного для них – в более чем полезный. Ибо для таких умельцев совершенно не важно, в какие именно словеса упакована общественная энергия. Им главное, чтобы эта энергия работала на общественный суицид. При впадении в политклиническое состояние коммуническая, патриотическая энергия, энергия благородного и необходимого социального протеста приобретет суицидальный характер. И будет использована по назначению. То есть для окончательного решения так называемого русского вопроса, именуемого иногда «вопросом о русском наследстве».
Перестройщики хотят именно этого. Если мы воюем с ними, то наша основная задача – спасти хотя бы часть атакуемого перестройщиками контингента от впадения в политклиническое суицидальное состояние.
Это очень неблагодарная задача. Заранее сочувствую всем моим сторонникам, которые возьмутся ее решать. Предупреждаю их, что при решении этой задачи придется столкнуться не только с действиями перестройщиков, надевающих самые разные маски. Нет, придется столкнуться еще и с естественными защитными реакциями тех несчастных, которых перестройщики уже довели до определенных кондиций. Такая защитная реакция неминуема при осуществлении психоанализа, например. Больной всегда на определенной фазе психоанализа начинает ненавидеть врача.
Религиозные люди знают, что подобным образом мобилизуя все защитные реакции («не сметь мешать желанному для меня суициду!»), реагируют не только невротики, алкоголики, наркоманы – но и люди, одержимые бесом. Изгоняющий беса специалист (его называют «экзорцистом») наталкивается на колоссальное сопротивление беса, захватившего обезумевшее человеческое существо. Не вижу никаких оснований игнорировать данный образ. Достоевский написал когда-то роман «Бесы». Считалось, что он изобразил большевиков, вложив в их уста фразу: «Мы пустим пьянство, донос, мы пустим неслыханный разврат… Мы каждого гения задушим в младенчестве».
Большевики создали очень нравственное общество, великую культуру (это по определению невозможно, если задушить в младенчестве каждого гения). То есть они использовали полученные политические позиции для осуществления определенного конструктивного проекта, а не для ликвидации захваченного объекта под названием общество.
Перестройщики как раз и реализовали полностью пророчество Достоевского, став полноценными бесами.
Ну так вот, когда ты изгоняешь бесов из захваченного ими естества, которое для бесов – транспортный узел, господствующая высота и так далее, изготовьтесь к ответным действиям и самих бесов, и этого естества. Бесы рычат, сподвигают на исступленные проклятия жертву. Они не хотят покидать ее лоно, в котором разместились с огромной пользой для затеянного перестроечного безумия.
Изгоняя бесов, вы хлебнете лиха. Скажете, что уже хлебнули? И что? Устали – отойдите в сторону. А ежели не устали, то становитесь профессионалами в этом неблагодарном, но невероятно нужном антиперестроечном экзорцизме. И не сетуйте на то, что коэффициент полезного действия невелик. В борьбе с политклиникой, сооруженной бесами, нельзя холодно сопоставлять издержки и приобретения. Ибо тут не арифметика определяет результативность, а высшая математика – нравственная, экзистенциальная и даже метафизическая.
К ней и перехожу, заверяя гуманитариев, встревоженных понятием «высшая математика», что на этот раз речь идет о стопроцентно символическом использовании понятия. Но что если понадобится для пользы дела, то я гуманитариев высшей математике научу, равно как технарей – высоким гуманитарным знаниям, необходимым для сугубо практического деяния.
Засим перехожу к аналитике, раскрывающей замыслы существ, стремящихся к захвату позитивного контингента и доведению его до состояния политклиники. Сразу же оговорю, что здесь я буду заниматься только прикладной простейшей аналитикой. Борьба с политклиникой – это донельзя прикладная задача. Решая эту задачу, нельзя погружаться в исследования предельных тайн бесконечно пакостного перестроечного процесса. Об этих тайнах – как-нибудь в другой раз. Здесь же давайте поговорим о том, что не является очевидным для интересующего нас контингента лишь в силу доведения этого контингента до состояния политклиники.
Поговорим о прикладном аспекте наползающего на нас второго перестроечного безумия. И договоримся, что в этой нашей беседе о сооружаемой политклинике мы специально не заныриваем на избыточную глубину. Подчеркиваю, мы на такую глубину не заныриваем именно в этой беседе. В других беседах обязательно занырнем, снабдив ныряльщиков соответствующими скафандрами. Ибо перестройку необходимо исследовать по-разному. В том числе и фундаментально. Но всему свое время.
Наступило новое время. Оно маркируется вхождением России в ВТО, готовящимся принятием ювенальных законов, чудовищными действиями в сфере образования и здравоохранения, наступлением на социальные права наиболее уязвимых групп населения. Как ответить на вызов этого времени? На вызов, порожденный новой фазой второго перестроечного процесса? Фазой, на которой власть провоцирует своими действиями массовое социальное недовольство, уничтожая базу собственной поддержки. Ведь мы уже это все проходили в конце 80-х годов. И это проходили… И создание спецпропагандистами необходимой им политклиники…
Согласитесь, что на этой фазе прикладная аналитика перестройки ничуть не менее необходима, чем аналитика, использующая методы глубинного погружения. Я не противопоставляю одну аналитику другой. Я просто хочу в этом исследовании отдельно обсудить наипростейшее. Обходя стороной теорию элит, многоходовые международные игры. И полностью сосредотачиваясь на том, что лежит, казалось бы, на поверхности.
Заявив о таком своем намерении, я сразу же должен определить, что именно называю «политической поверхностью».

Часть 2. От методологии – к конкретной политике
Для начала – некая аналогия между поверхностью политической и поверхностью как таковой. Если нечто происходит на поверхности, то можно всегда глубокомысленно сказать, что это нечто происходит потому, что на глубине идут совсем другие процессы, порождением которых это нечто является. Иногда подобное утверждение справедливо, а иногда ошибочно. Но в данном случае дело не в том, справедливо это или ошибочно по отношению к происходящему или происходившему. Дело в том, что если на поверхности происходит нечто для вас категорически неприемлемое, то у вас возникает определённая «обязаловка». Если по степи на вас скачут всадники, то вы не можете, наплевав на это, заняться исследованием степи как таковой. Вы не можете даже заняться исследованием воздействия ландшафта на этнопсихологию, обосновывая необходимость исследования тем, что на вас скачут степняки – кочевое племя с такими-то свойствами. Может быть, это в принципе очень интересно и важно, но коли набег начался, то уже неуместно. Уместно же в этом случае только одно – определить верную стратегию отражения набега. Я не стану развивать аналогию, поясню лишь, почему она обладает прагматической ценностью. Потому, например, что глубинные процессы вы изучать не будете, а топографию будете. А ну как рядом есть какое-то укрытие, в которое вы можете увести часть своего войска! То есть никогда нельзя полностью отрешиться от изучения свойств среды, в которой разворачивается процесс, но всегда нужно знать меру. И определяется эта мера сутью текущего момента, остротой ситуации и степенью вашей вовлечённости в ситуацию.
Давая аналитический ответ на вызов, связанный с вхождением в ВТО, сообразуясь с остротой текущих процессов, оперативными и стратегическими моментами, вытекающими из факта вхождения в ВТО, я должен, прежде всего, сказать, что в стране полным ходом разворачиваются типичные перестроечные процессы.
Сказав же это, я обязан, во-первых, назвать эти самые типичные перестроечные процессы, во-вторых, объяснить, почему я считаю, что они разворачиваются полным ходом именно с вхождения в ВТО, и в-третьих, отделить оперативное от стратегического во всём том явном и неявном, что началось с момента принятия решения о вхождении в ВТО.
Но для начала необходимо дать отпор истерическим инвективам так называемых чёрных пиарщиков, которые постоянно будут заниматься одним и тем же, им положенным по профессии. То бишь восклицать по поводу всего, что будет происходить в стране: «Вы видите ли негодуете по такому-то и такому-то поводу, а ведь это сделал ваш любимый Путин, которого вы защитили на Поклонной горе, обманув доверие тех, кто голосовал за вас против либералов».
Пиарщику, конечно, хоть трава не расти, но есть же люди, на которых он хочет воздействовать. И наш долг не фыркать («мол, что это за люди, если они не понимают, что дважды два четыре!»), а бороться за умы своих сограждан. И помнить, что в политике порой приходится по сто раз доказывать, что дважды два четыре.
Пиарщику очень важно внушить тем, кого он считает «пиплом», что на Поклонной горе решалась судьба противоборства Путина и Зюганова. И что, собрав Поклонную гору, выступив на ней, я и мои сторонники отыграли в пользу Путина, а значит, против Зюганова.
На самом деле – и с каждым днём это будет становиться всё яснее даже самым наивным людям, к моменту митингов 4 февраля никакого противоборства между Путиным и Зюгановым уже не было и в помине. Подчёркиваю, если бы такое противоборство было, то мы бы и впрямь могли нынче посыпать голову пеплом. И никакие наши ссылки на то, что, открывая митинг на Поклонной, я сказал, что являюсь противником политики Путина, не имели бы тут решающего значения. Потому что в политике решают не слова, а поступки. Поступок же под названием «Антиоранжевый митинг на Поклонной горе» объективно помогал Путину. Тем более что Зюганов, пообещав сначала прийти на этот антиоранжевый митинг, в последний момент от этого отказался, сказав, что у него болит горло.
Но, во-первых, ссылки на «если бы да кабы» к политике имеют слабое отношение («надо было предугадать, что не придёт», «нельзя было делать всю ставку на то, что придёт» и т.д.).
И, во-вторых, даже если Зюганов пришёл бы на Поклонную гору, это чуть-чуть улучшило бы положение Зюганова, но никоим образом не отменило бы того, что в реальном противоборстве, имевшем место на 4 февраля, Поклонная гора являлась поддержкой Путина. Потому что реальным на 4 февраля было только противоборство между Путиным и «белоленточниками», они же «оранжевые», они же новые перестройщики. Никакого другого реального противоборства к 4 февраля уже не было.
Зюганов «сдулся» до нуля сразу после первой Болотной площади, потому что обнаружилось нечто известное ранее лишь хорошо осведомленным людям. А именно то, что у Зюганова – формально, действительно, главного антагониста Путина, если бы речь шла о выборах как таковых – нет своей «улицы», красной или «общепатриотической». Осведомленные люди, к числу которых я причисляю себя, знали всегда, и особенно с 1996 года, что у Зюганова «красной» или «общепатриотической» улицы нет. И что в этом «нет» есть очень много слагаемых.
Первое из этих слагаемых – страх Зюганова перед подобной улицей, его категорическое нежелание ею обзавестись. По этому поводу можно сказать очень многое. Но есть один неопровержимый факт, к которому ничего больше добавлять не нужно. И этот факт не в том, что не оказалось своей «красной улицы» в необходимый момент. Ибо тому, что её не оказалось, есть два объяснения: либо Зюганов НЕ ЗАХОТЕЛ обзавестись подобной улицей, либо он НЕ СМОГ ею обзавестись. Так вот, я утверждаю, что он именно НЕ ЗАХОТЕЛ обзавестись этой улицей. И что у меня есть тому неопровержимое доказательство. Причём носящее публичный, а не «совсекретный» характер.
В эпоху интернета каждый может убедиться в том, что КПРФ и лично Зюганов провозгласили знаменитый лозунг «Россия исчерпала лимиты на революции» уже в 1993 году. В 1996 году и Зюганов, и партия подтвердили этот лозунг как словом, так и делом. Лично я и в 1993 году, и впоследствии всё время спрашивал КПРФ и её лидера, как такое заявление может сопрягаться с верностью марксизму-ленинизму, о которой тоже заявила КПРФ. Основная дискуссия между мною и Зюгановым развернулась именно по этому вопросу, а также по вопросу об устойчивом развитии. Я затратил на полемику по этим вопросам очень много сил, выступал много раз на политических клубах и в разных печатных органах. Я спрашивал, где именно «отпускаются лимиты на революцию», проводил параллель между тезисом об исчерпанности лимитов и «концом истории» Фукуямы.
Наверное, есть люди, которым кажется, что можно заявить во всеуслышание о том, что Россия исчерпала лимиты на революцию и после этого успешно развивать структуры уличного протеста. Но я адресуюсь к тем, кто знает хотя бы основные ленинские работы и понимает, что уличный протест, по определению, нужен для революции – мирной или военной, «оранжевой» или национально-освободительной.
Зюганов многие годы последовательно избегал всего, что «пахло улицей», а значит, и революцией. Это его кредо. Это, может быть, единственное, в чём он никогда не проявлял никакой гибкости. Я даже не буду спорить о том, хорошо это или плохо, просто подчёркиваю, что это так. Люди, верящие в революцию (равно как и провокаторы, работавшие на обострение) в 1993 году вели себя одним способом, а Зюганов – прямо противоположным. Он был одним из сопредседателей Фронта национального спасения и вместе с другими сопредседателями призвал народ к борьбе с Ельциным? Да, призвал. Но в последний момент – что он сделал? Он призвал народ НЕ выходить на улицу. Так ведь? Я мог бы далее погрузиться в размышления о том, как это связано было и с особыми отношениями между Зюгановым и Гусинским (именно Гусинский неоднократно заявлял, что он не против выигрыша Зюганова в 1996 году), и с особыми отношениями между Зюгановым и аналитической службой Гусинского, и с особыми отношениями между Зюгановым и Ходорковским (а также аналитической службой Ходорковского)… Я мог бы далее углубиться в вопрос о том, что стоит за всеми этими особыми связями… Но я не буду этого делать. Я всего лишь укажу на то, что нельзя восемнадцать лет кряду повторять идиотское заклинание, что «Россия исчерпала лимиты на революции», и готовить «красную улицу» – свои структуры уличного протеста.
Я укажу также на то, что уж Зюганов-то это понимает точно и его окружение это прекрасно понимает. И наконец, я объективности ради укажу на то, что Зюганов тут в чём-то прав. Не в том, что есть лимиты на революции, конечно, а в другом. В том, что начни он готовить «красную улицу», его бы раздавили в зародыше. В том, что выведи он «красную улицу», по ней бы открыли огонь на поражение, после чего бы партию с наслаждением запретили. В том, что ни он сам, ни его команда, ни его опорный широкий контингент ни к чему такому не готовы в принципе. В том, что КПРФ, разрешённая Ельциным после запрета КПСС, является особой структурой – коммунистическим элементом внутри антикоммунистической, антисоветской системы, созданной тем же Ельциным.
А значит, у КПРФ есть одна реальная задача – не протестовать по-настоящему против любых, предписанных властью результатов выборов. Подчёркиваю, изображать протест КПРФ обязана, а осуществлять его она не смеет. В этом основное правило игры, и в этом практическая суть абсурдной теоретической мантры про исчерпание Россией «лимитов на революцию».
Разобрав первое и главное слагаемое зюгановского «красноуличного» провала, скажу несколько слов и о другом, менее важном слагаемом.
Зюгановская многолетняя «антиуличность» связана не только с политическим курсом Зюганова, но и с его психологической спецификой. Зюганов хочет быть своим для существующей элиты и не хочет быть для неё чужим. Он – ярчайший представитель того крыла советской номенклатуры, которое не сумело или не захотело осуществлять головокружительные ельцинские кульбиты, превращаясь из верных сынов партии в ярых антикоммунистов. Но, не желая выворачивать себя наизнанку, уподобляясь Ельцину или Кравчуку, опасаясь такой рискованной игры, предвидя её издержки, а возможно, и питая к этому человеческое отвращение, та номенклатура, которую олицетворяет Зюганов, ещё в большей степени была неспособна и к противоположному кульбиту. А ведь именно такого кульбита – превращения позднесоветского осторожного чиновника в Че Гевару (или хотя бы в Фиделя Кастро) – потребовал бы отказ Зюганова и Ко от максимы про то, что «Россия исчерпала лимиты на революции». Ибо сразу будет сказано: «Ах, она их не исчерпала? Ну, тогда делайте революцию!» Как же, «делайте»… А тебе хрясь в ответ по зубам – и понеслась! Тюрьмы, каторги, расстрелы… Почему бы нет? Власть оправдает жёсткое подавление, назвав происходящее «коммуно-фашистским мятежом», и это ей сойдёт с рук. Как оно и сошло в 1993 году при расстреле Дома Советов.
«Сойдёт с рук»… В этой незатейливой фразе – суть неожиданной метаморфозы, которую мы узрели в 2011 году, когда сам Зюганов и большая часть КПРФной номенклатуры вдруг обрели революционный порыв. Даже не объяснив никому, почему это теперь у России появился «лимит» на революцию.
Дело в том, что в 2011 году речь о «лимитах» и «квотах» на революцию в России завели те, кто для Зюганова и его окружения являются начальниками начальника по фамилии Путин. Мы все воочию лицезрели, как этот ответственный разговор завёл второй секретарь «вашингтонского обкома», он же вице-президент США Джо Байден. Сказано было прямо: «Раньше я никогда не думал, что буду поддерживать коммунистов». Метафора о «квотах и лимитах на революцию» обрела плоть. Ибо те, кто говорили об исчерпании лимитов, вдруг услышали от «второго секретаря вашингтонского обкома»: «Да, мы раньше не выдавали ни лимитов, ни квот, а теперь мы их выдаём». Заявление о том, что лимиты и квоты расширены, вызвало затаённый ажиотаж. Во время передачи Минаева «Честный понедельник» я спросил И.Мельникова, секретаря ЦК КПРФ, каково отношение руководства партии к такому благоволению Байдена. Мельников демонстративно уклонился от ответа. Далее я задал ещё более важный вопрос – готовы ли коммунисты к альянсу с антинациональными либералами? И вновь Мельников уклонился от ответа, что политически граничило с непристойностью.
Природа этой уклончивости очевидна. Относясь к первому лицу в российской власти – Ельцину или Путину – как к начальнику, тонко ведя игру с оглядкой на новый номенклатурный расклад, Зюганов всегда исходил из того, что «национальный лидер» – это, конечно, начальник, но есть начальники и повыше. А есть ещё и олигархи, которые лавируют между «национальным (ха-ха-ха) лидером» и теми, кто повыше. Да мало ли кто ещё есть! Питая глубокое отвращение к улице, зная, что он с нею несовместим, боясь плебейско-революционной, «моветонной» стихии, считая, что риски, порождаемые альянсом с этой стихией, избыточны и наивны, – Зюганов никогда не отказывался рисковать другим, более умеренным образом. В 1993 году он пытался сыграть против Ельцина, надеясь на союзничество с Лужковым. В чём был сценарий, разработанный Гусинским и его аналитиками и очень нравившийся Зюганову? В том, что Верховный совет имел формальное право назначить то или иное лицо премьер-министром России. Вопрос о президенте не стоял, потому что им после сентябрьского автоимпичмента Ельцину в связи с Указом 1400 становился Руцкой. А вот вопрос о премьере стоял очень остро. Разные группы лоббировали разные кандидатуры. Зюганов лоббировал Лужкова и громогласно рассуждал о том, что самое главное сейчас – сделать это, единственно правильное, назначение. И что тогда борьба с Ельциным обретёт нормальный, не уличный характер. Шанс на то, чтобы стать первым, войдя во власть на плечах улицы, Зюганов расценивал как нулевой. А шанс на то, чтобы немного продвинуться, помогая Лужкову обыграть Ельцина, – как лакомый и реальный. Ещё бы – в эту же игру играл Гусинский, да мало ли ещё кто!
Зюганов всегда осторожно играл в подобные игры. Например, с Ходорковским, сделавшим КПРФ очень крупное, экономически выгодное предложение. Предложение было принято, что широко известно. Широко известно и то, что после краха Ходорковского Зюганов резко занизил в партийном выборном списке причитавшийся Ходорковскому «лимит», не вернув, выделенную ему Ходорковским «квоту».
Описывая всё это, я наполняю реальным содержанием важнейшее в политическом смысле понятие «стиль». Таков политический стиль Зюганова. Я этот стиль не осуждаю, не восхваляю, я его просто анализирую. И лишь потому, что без анализа политического стиля нельзя понять логику политического поведения.
Теперь попробуем, отказываясь от соблазна уходить на глубину и никоим образом не демонизируя Зюганова, понять, почему КПРФ вела себя во время выборов именно так, а не иначе.
Представим себе, что именно испытывают Зюганов и его команда в момент, когда белоленточники выходят на Болотную площадь, протестуя против результатов думских выборов.
Начнём с простейшего, нормального и обязательного. Против чего протестуют белоленточники? Против подтасовок, которые лишили КПРФ определённого количества голосов. Да, эти подтасовки лишили голосов не только и даже не столько КПРФ. Но ведь и КПРФ пострадала. Кроме того, КПРФ – главный конкурент «Единой России», против которой выступают белоленточники. Удар по главному конкуренту – это здорово, это надо поддержать. И, наконец, все понимают, что основная борьба впереди, что бороться на президентских выборах будут Путин и Зюганов, а значит каждый, кто бьёт по Путину, помогает Зюганову. Вроде бы никаких двусмысленностей. Остаётся один шаг в рамках данной логики, и этот шаг кажется естественным. Если те, кто бьет по Путину, помогают Зюганову, то те, кто бьет по тем, кто бьет по Путину, помогают… кому? Путину! Немцов бьет по Путину и помогает Зюганову, а если Кургинян бьет по Немцову, то он помогает Путину. Продолжим этот перечень – с тем, чтобы идиотизм стал окончательно ясен. Новодворская бьет по Путину. Да здравствует Новодворская, которая помогает Зюганову! Сванидзе бьет по Путину – он ведь бил по нему – да здравствует Сванидзе! Да здравствует Алексеева! Да здравствует Латынина! Да здравствует Березовский!
Я много раз приводил один пример, в достоверности которого легко убедиться, поинтересовавшись событиями середины девяностых. После захвата Басаевым Будённовска часть радикальных левых, по преимуществу состоявших из как бы очень коммунистически настроенных людей, выдвинула лозунг «Чубайс хуже Басаева». Кто именно хуже, я обсуждать не хочу. А вот кто именно сооружал этот лозунг и зачем – я знаю точно. И господин Пионтковский знает это не хуже меня. Обращаю внимание на то, что между данным лозунгом и названием книги г-на Пионтковского «За Родину, за Абрамовича – огонь!» есть прямая связь. Прежде всего, речь об одном типе спецпропагандистской технологии. Идёт война – та или иная. Армия должна получить образ защищаемого ею государства (той самой Родины). Противник должен разрушить безусловность этого образа. Его спецпропагандисты должны обеспечить связку священного образа, за который солдаты готовы умирать, с антиобразом, за который солдаты умирать откажутся. Образ – «Родина». Антиобраз – «Абрамович». Антиобраз должен съесть образ, тогда солдат перестанет воевать. И противник, осуществляющий эффективную спецпропаганду, выиграет войну.
Дело не в том, кто лучше – Басаев или Чубайс. А в том, что воюющим солдатам и народу, возмущённому до глубины души захватом Буденновска, говорят: «Вы хотите воевать против такого зла, как Басаев, а у вас за спиной – зло почище». В чём тут спецпропагандистская логика? В том, что «прозревший» («А у меня в тылу враг почище Басаева!») солдат перестанет воевать, и враг выиграет.
Каждый, кто знает азы спецпропаганды, понимает, что это именно так. А те, кто занимается закрытой аналитикой так называемых элитных раскладов, знают и подробности.
Но я здесь не хочу опускаться на неочевидную для большинства глубину и предлагаю продолжить движение по очевидной для всех политической поверхности. И ответить на один вопрос: если некто, например, Путин – ваш враг и если одновременно этот некто является врагом американцев или других враждебных вам иноземцев, то станете ли вы а) вообще объединяться с иноземцами против общего врага и б) заявлять об этом публично, коль скоро ваша задача – завоевать максимальное число сторонников? Если вопрос «а» в какой-то степени связан с такими «эмпиреями», как мораль, ценности, идеалы, то вопрос «б» – сугубо прагматичен.
Человек, лишённый морали и идеалов, но обладающий мощным прагматическим инстинктом, может потирать руки по поводу того, что Басаев своими действиями ослабил ненавистную ему власть. Но даже такой ущербный аморальный человек, добиваясь максимума публичной поддержки, наотрез откажется публично сказать, что он выступает единым фронтом с Басаевым. И скажет: «Да я ведь поддержку «своих» потеряю!»
Подчёркиваю – он не возмутится тем, что ему предложат контакт с негодяем, он не начнёт задумываться об интересах Отечества, он просто скажет: «Моя цель – победа на выборах. Я элементарно образованный человек, и я знаю, что если я объявлю своим союзником человека, более неприемлемого для электората, чем мой основной противник, то я сокрушительно проиграю. Я знаю также, что именно такую стратегию проигрыша всегда навязывает противоположная сторона. Я знаю, наконец, что чем больше противоположная сторона навязывает мне неприемлемые альянсы, чем больше она судачит о таких моих альянсах, чем больше она, отмежовываясь от антирейтинговых фигур, подбрасывает мне эти фигуры, – тем резче я должен вести контригру».
Мне скажут, что я подставляю читателю в виде «элементарно образованного человека» некоего «политического гиганта мысли». Это не так. То, что я изложил в виде монолога макиавеллиста, говорят на всех лекциях по выборным технологиям. Это заучивают наизусть. Это – в нашем случае – неоднократно доводилось до Зюганова, как в публикациях, так и приватно. Все вполне дошлые члены команды Зюганова говорили: «Да, это так, это очевидно», – и поступали наоборот.
Итак, возвращаясь к анализу того, что происходило в интервале между выборами в Госдуму и выборами президента РФ, я, намеренно выводя за скобки все вопросы морали, идеалов, национальных интересов, спрашиваю себя и других: что знаменовало поведение Зюганова и его команды даже с точки зрения политического макиавеллизма, согласно которому «цель оправдывает все средства»? Я не исповедую такой макиавеллизм, но я предлагаю рассмотреть произошедшие под этим углом зрения, потому что это наиболее щадящий Зюганова ракурс.
Ну так вот. Даже под этим углом зрения события выборного периода выглядят очень странно. Очевидное заигрывание с либеральными и леволиберальными силами, расширение политического фронта в эту сторону в условиях, когда это отталкивает колеблющихся патриотов, т.е. ту главную группу, за которую следует бороться на выборах, – что это всё такое?
Есть два варианта объяснения.
Вариант №1 – зюгановцы таким специфическим образом боролись за свою победу на выборах, привлекая чуждых им либеральных противников Путина, осуществляя гибкие манёвры и так далее.
Все перевозбуждённые граждане с неосоветской или советской ориентацией тут же станут восклицать, что никакого другого варианта объяснений просто не существует. Но нельзя долго находиться в перевозбуждённом состоянии, не превращаясь в пациента Кащенко.
Поэтому пора уже выходить из перевозбуждённого состояния и рассматривать наряду с первым вариантом и второй вариант объяснения.
Вариант №2 – зюгановцы после думских выборов прекратили борьбу за электоральную победу своего лидера на президентских выборах и стали осуществлять другой политический проект. Причём проект, не имеющий ничего общего с тем проектом «победа Зюганова над Путиным на президентских выборах», за реализацию которого они якобы продолжали бороться до конца.
Я мог бы, пожав плечами, сказать, что только очень «перегретый» человек может утверждать, что зюгановцы осуществляли после декабрьского митинга на Болотной площади проект под названием «выборная победа Зюганова над Путиным».
Я мог бы сказать, что зюгановцы никогда всерьёз не осуществляли такого проекта. Я мог бы сказать, что Болотная отменила этот проект, ибо речь вдруг пошла не о выборной победе, а о чём-то другом. Я мог бы сказать, что несомненность «варианта №2» ничуть не меньше, чем несомненность утверждения «дважды два – четыре». Но я не буду говорить это!
Во-первых, потому, что, как я уже говорил ранее, в политике надо доказывать даже самые очевидные вещи, причём по многу раз.
Во-вторых, потому, что ситуация у нас особая, не способствующая ясности рассудка и глубине понимания происходящего. А в такой ситуации неизвестно, где проходит грань между «дважды два четыре» и высшей математикой. Для меня излагаемое – есть последовательная констатация очевидностей. А для других?
И, в-третьих, потому, что даже перевозбуждённые прозюгановские граждане – это… в общем, это граждане, это люди, это наши соотечественники. И обязанность политического интеллектуала в том, чтобы принять к рассмотрению и их вариант. В моей нумерации – «№1».
Начав рассматривать этот вариант, я уже показал, что борьба за победу на президентских выборах несовместима с избыточным расширением политического фронта, с включением в этот расширенный фронт неприемлемых фигур. Что такое расширение фронта по принципу «да здравствуют новые союзники, если они против Путина» не мудрый тактический ход, а стопроцентный самоподрыв.
Я показал, что подобное «Да здравствует!» является стопроцентной потерей колеблющегося электората, который и есть основной, и угрожает потерей даже почти однозначных сторонников. То есть в плане выборов это контрпродуктивно. Нельзя бесконечно расширять фронт своих сторонников по принципу «объединяем всех, кто против Путина». Горбачёв против Путина – его тоже будем включать в свой фронт? Так ведь включили! И что сие может означать? Либо то. что политтехнологи, якобы работавшие на Зюганова, на самом деле работали против него, либо что в выборном штабе Зюганова заправляли абсолютно неграмотные люди, не знающие самых азов выборных технологий.
Но нельзя поддаваться соблазну теории заговора и принимать версию, согласно которой весь выборный штаб Зюганова состоит только из глупцов и изменников.
Во-первых, это, безусловно, не так.
А во-вторых, если даже это было бы так, остаётся сам Зюганов – политик довольно тёртый, в меру грамотный, в принципе осторожный, занимающийся выборами далеко не первый раз и так далее.
Так что же тогда произошло между декабрём и мартом? Перед тем, как перейти к рассмотрению Варианта №2, согласно которому после выборов в Госдуму зюгановцы свернули проект «победа на президентских выборах» и подключились на другой проект, я добавлю кое-что к уже обсуждённому выше. Причём такое «кое-что», которое неминуемо должно остудить перевозбуждённых людей.
Предположим, что вы – честный и профессиональный политтехнолог, стремящийся к победе Зюганова на президентских выборах. И что при этом вы заявляете о грубейших фальсификациях Кремля на думских выборах. Как вы после этого можете осуществлять проект «победа Зюганова на президентских выборах»? Я утверждаю, что никак. И любой человек понимает, что никак. Потому что если власть фальсифицирует одни выборы, то она станет фальсифицировать и другие, для неё самые главные. И у вас есть две возможности: либо переходить к уличным действиям, то есть к революции, либо «утираться». А продолжать рассуждать о том, какие надо применять выборные технологии для перетягивания электората на свою сторону, – это, извините, смешно. Этим пусть занимаются всякие Кургиняны.
В точности это и произошло в реальности. Говоря на протяжении восемнадцати лет об исчерпанности лимитов на революцию, зюгановцы ещё перед выборами в Думу (что весьма существенно) заявили, что «лимиты на революцию» – это чушь, что если надо будет, они станут штурмовать Кремль. Короче, Байден «снял лимиты, расширил квоты». Клинтон и Буш этого не делали, а Обама и Байден – сделали. В полном соответствии с концепцией «Глобального пробуждения», заявленной г-ном Бжезинским.
Спросят: «А что плохого в новой революционности Зюганова? Возможности другие, ситуация другая… Вы что, против революции? Они будут фальсифицировать выборы, а нам молчать? Вы за тиранию? За тиранию сил, которые будут втягивать нас в ВТО и творить остальные мерзости?»
Отвечаю. Ничего плохого я в новой революционности Зюганова не вижу. Я также не вижу ничего плохого в том, что у него могут совпасть в какой-то момент интересы с Байденом. Но и я, и любой гражданин России одинаково понимаем, что своего революционного ресурса у КПРФ нет. Те, кто этого не понимали, это увидели воочию. КПРФ сама НЕ МОЖЕТ организовать массовый уличный протест. Не тот контингент – это первое. Второе. Нельзя восемнадцать лет действовать, исходя из того, что «лимиты на революцию исчерпаны», а на девятнадцатый мобилизовывать на революцию массы. Третье. Даже если бы Зюганов мог вывести 200 тысяч людей под красными знамёнами, он бы этих людей не вывел, на Кремль не повёл, «майдана» устраивать бы не стал.
Скажут: «Вот вы опять о трусости Зюганова! Знакомая песня». Ошибаетесь. Я совсем о другом. И Зюганов, и его команда твёрдо убеждены, что если возглавляемые КПРФ массы пойдут на Кремль, то их расстреляют. А вот если массы под другими флагами поведут на Кремль Немцов, Каспаров, Шендерович и другие – то войска будут парализованы. Кремль в этом случае не отдаст свирепого приказа, Вашингтон позаботится о том, чтобы командиры правильно себя повели (ведь позаботился он этом в 1991 году – читайте исповеди кн.А.Щербатова и многое другое). Всё это для Зюганова и его команды является абсолютной аксиомой, руководящим принципом жизненного поведения. И я не могу сказать, что во всём этом нет определённого, весьма специфического здравомыслия.
Я это не с презрением осуждаю, я это просто констатирую. И – делаю неоспоримые выводы.
Первый – после думских выборов проект «победа Зюганова над Путиным на президентских выборах» был отброшен за ненадобностью и смехотворностью. И заменён проектом «революционное свержение Путина с участием Зюганова». Может ли хоть один здравомыслящий человек не понимать, что это так? Нет. Все понимают, что это так.
Второй – своего революционного ресурса у Зюганова нет. Его нет по факту: КПРФ не выводит много людей на улицу. И этого достаточно. Но нет и настоящего желания а) его заполучить, б) его использовать (см. выше).
Третий – раз это всё так, то КПРФ может оказаться только на «подтанцовке» у совершенно других сил, имеющих возможности весьма специфического свойства, и свои цели, не имеющие НИЧЕГО общего с целями, заявляемыми КПРФ.
Четвёртый – либо эти силы осуществляют свою «революцию», с целями, диаметрально противоположными всему тому, что декларирует КПРФ, либо им это не удаётся.
Если им это удаётся – что дальше? Победив на улице, они объявят президентом Зюганова??? Помилуйте! Они объявят выборы под своим контролем, и обнаружится, что они – представьте себе! – победили. Да-да, самым что ни на есть демократическим образом! Это если дело дойдёт до выборов. То, что вытворяли вожаки улицы, говорило о том, что развал для них предпочтительнее утверждения во власти. Но предположим, что они утвердились бы в ней. И что? Они отвергли бы ВТО, ювенальную юстицию, образовательную реформу, вторую волну приватизации? Они бы всё это развёртывали почём зря. Так что тут – что они, что Путин.
А вот по вопросу о Сирии и Иране, то есть по вопросу о приближении НАТО к нашим границам они бы заняли совершенно другую позицию. Во внутренней политике Путин такой же западник и либерал, как они. Но во внешней – извините, есть разница.
Кроме того, «революционный» проект, к которому пристегнули себя зюгановцы, был, как мы знаем, очень специфичен. И вполне в духе Зюганова. Суть этого проекта озвучил Удальцов: продление на два года президентских полномочий Медведева. Отсюда вытекало очень многое.
Ведь чем перестройка отличается от мятежа, осуществляемого Западом и местной «пятой колонной»? Тем, что классический мятеж подобного образца, осуществляемый в колониальной стране («банановая революция», «оранжевая революция» и т.д.), основан на четкой политической диспозиции. По одну сторону баррикад – власть. По другую – оппозиция. Оппозицию поддерживает Запад. Поддерживаемая Западом оппозиция захватывает общественное сознание. Власть вяло сопротивляется. По мере захвата оппозицией общественного сознания и организационной мобилизации, основанной на таком захвате, власть начинает шататься все сильнее и, наконец, рушится.
Но в такой классической модели власть не участвует в самоподрыве. А перестроечная модель основана именно на таком участии.
Зюганов и вся элита КПРФ никогда не будут участвовать в мятеже. Ибо это дело слишком рискованное. Но и Зюганов, и элита КПРФ, и многие другие с удовольствием будут играть в перестроечные игры. Одно дело – вести массы на штурм Кремля, сметая Путина. А другое дело – подыгрывать Медведеву на паях с Удальцовым и другими. При определенном одобрении главного элитного действующего лица – Запада.
Этот Запад должен парализовать силовые элиты. Ибо хоть они и силовые, но существенным образом подконтрольные Западу. Ибо счета их представители держат в западных банках. А для такого представителя действует фундаментальное правило: «Самое дорогое у человека – это счет».
Дело Магнитского, другие дела сходного типа – призваны парализовать сопротивление силовой элиты. Или превратить это сопротивление в новую разновидность ГКЧП. Которая, в свою очередь, является вариацией на тему так называемого корниловского мятежа: «Мобилизуем сопротивление идиотов-силовиков, затем его парализуем, силовиков сливаем, страну расчленяем».
Итак, первый хит перестройки – обеспечение паралича силовиков.
Второй хит – доведение общественного сознания до состояния политклиники.
Третий хит – возбуждение самой властью тотальных антивластных настроений. Вы считаете, что нормальная власть никогда не будет рубить сук, на котором сидит? Согласен, нормальная власть этого делать не будет. А вот перестроечная только этим и будет заниматься.
Для большего комфорта умеренно-консервативных политических сил могу сказать, что этим будут заниматься внутривластные либералы. Но по ходу развития событий, увы, придется все меньше заботиться о комфорте умеренно-консервативных политических сил. И все больше – о точности картины происходящего.
Четвертый хит – превращение всего протеста в протест, контролируемый новыми перестройщиками. То есть в протест либеральный или леволиберальный. Без подобной монополии на протест нет и не может быть перестройки.
Пятый хит – выигрыш перестройщиками идеологической и информационной войны, маргинализация всех противников перестройки.
Шестой хит – превращение тех, на кого надеются фрустрированные слои населения, в проводников перестройки. Обычно это превращение сопровождается заклинаниями по поводу того, что мы де, мол, сначала поучаствуем в создании хаоса, а потом такой порядок наведем, что мама не горюй. Первая часть программы выполняется, а вторая срывается по чьей-либо вине. Страна разрушается. Разрушители обогащаются. Народ обрекается на участь, стократ хуже нынешней.
Седьмой хит – разделение всех политических субъектов на властные и перестроечные. Для этого, увы, есть определенные основания. Перестроечные субъекты опекаются Западом во всех смыслах. Те, кто не хочет такой опеки, очень часто вступает с властью в определенные отношения. И оказывается жертвой властно-перестроечной двусмысленности. Вы хотите защитить Горбачева от Ельцина? А Горбачев с Ельциным в горбачевской резиденции нечто сооружают и обсуждают ваш идиотизм и вашу презренность. Я не хочу сказать, что диалог со всеми властными силами следует полностью прервать. Но вести этот диалог надо, учитывая природу перестройки, ее отличия от классических мятежей и так далее. Да, это очень трудно сделать. Но в этом – единственный шанс на спасение России от нового перестроечного цунами.

Заключение
Наступает время определенных размежеваний. Очень деликатных, очень гибких, лишенных амбициозности, истеричности, самовлюбленности и так далее.
Наступает также время новых идейных приоритетов. Вдумаемся, если новые перестроечные антинациональные, антигосударственные силы – прежде всего, либеральные, но всегда обзаводящиеся псевдонационалистическим и псевдолевым охвостьем – оседлают широкий народный протест, то перестройка-2 неминуема. Ведь именно это произошло в ходе перестройки-1, не правда ли?
И что же делать?
Анализируя беды минувшие и беды нынешние, мы без труда выводим ту простейшую формулу перестройки, которая носит неотменяемый характер и описывает перестройку как нечто, происходящее на политической поверхности. Предупреждаю, такая формула крайне необходима, но, по определению, не может носить исчерпывающего характера. А значит, нужны и другие формулы. Пока же – во избежание всевластия политклиники – приведем наиболее четкую и простую.
Она такова: перестройка – это завоевание протестной монополии антинациональными и антигосударственными силами, осёдлывающими справедливый народный протест, порождённый накопившимися внутри существующего уклада проблемами и стократно усиленный шквалом властных антинародных реформ.
Если указанным выше антинациональным и антигосударственным силам не удаётся завоевать протестную монополию, то перестройки не может быть. Может быть что угодно другое: гражданская война, революция – но всё это не перестройка. Следует ещё и ещё раз подчеркнуть, что перестройка – это худшее из зол. Именно об этом говорит пережитый страной чудовищный опыт.
Мы являемся свидетелями того, что власть (или, если кому-то так больше нравится, либеральное антинациональное крыло внутри этой самой власти) провоцирует народное возмущение своими сокрушительными реформами. И тем самым выталкивает на улицы широкие массы, сознательно кидая их в объятия своих ставленников: антинациональных уличных либералов, действующих по указке власти или, как минимум, её либерально-западнического крыла.
Сейчас совершенно неважно, насколько едина власть в своём суицидальном порыве. И каковы мотивы, диктующие власти данный тип поведения. Какая разница – вся ли власть обуреваема странным суицидальным порывом или же властные либералы волокут в бездну упирающихся властных консерваторов! Будущее покажет. Пока что никаких внятных телодвижений, свидетельствующих о консервативном внутривластном противодействии либеральным затеям – нет. Их нет даже в том ущербном виде, в каком они были во времена первой перестройки. Нынешняя партия власти («Единая Россия») едина как никогда, а ведь в первую перестройку тогдашняя партия власти (КПСС) оказывала хоть какое-то сопротивление действиям своего либерального яковлевского крыла. Однако не будем ничего предвосхищать и просто спросим себя: что мы собираемся делать? Ответ очевиден. Мы должны не допустить либеральной антинациональной монополии на протест. Мы должны оказаться полноценными уличными протестными конкурентами либеральной сволочи и её псевдолевого и псевдонационалистического охвостья.
Идеологически решить эту задачу невероятно трудно. Потому что либералы и их компаньоны будут активно перехватывать любые наши лозунги, извращать их и направлять протестную энергию в нужную им сторону. А раз так, то нам нужен лозунг, который они категорически не смогут перехватить. Лозунг этот прост: «Нет вхождению России в западный мир!» МЫ должны внятно показать народу, что такое вхождение – это погибель. Что сегодняшний западный мир – это «антимир», царство скверны, царство Антихриста, мир реального нового фашизма.
Либералы не смогут подхватить этот лозунг. И тогда мы сможем противопоставить своё понимание природы нынешней беды – их пониманию. Мы должны при этом подчеркнуть, что признаём нынешнее положение бедственным. Но считаем, что эта бедственность порождена стремлением власти вводить нас в пресловутую «западную цивилизацию». Наши же конкуренты скажут, да и уже говорят, что все наши беды оттого, что власть непоследовательна в проведении политики нашего вхождения в эту цивилизацию. Тогда как они как подлинные либералы будут осуществлять это вхождение последовательно и решительно. Вот мы и размежевались! Так ведь?
Мы готовы всерьез противостоять перестройке-2?
Мы понимаем ее коварные ловушки?
Мы бросаем сострадательный вызов нынешней политклинике?
Мы осознаем свою ответственность за серьезность утвердительных ответов на эти вопросы?
Если осознаем, то единственная возможность противостоять перестроечному цунами – это согласиться с перестройщиками в том, что касается губительности наличествующего. И разойтись с ними на сто процентов – да-да, на 100, а не на 99 – в том, что касается причин, породивших губительность нынешней ситуации. А значит, и в том, каков выход из этой многообразной клиники, из этого социального, политического, культурного, морального, экзистенциального, метафизического ада.
Пока – сладкого. Ибо таким всегда бывает ад на первом этапе.
Пока – чипсового, умилительного ада, именующего себя «раем» (чипсовым, джинсовым, пивным, колбасным и так далее).
За первым этапом следует второй. Если мы не хотим поглощения адом всего, чему мы служим, всего, что мы любим, – мы найдем в себе силы противостоять этому. Мы учтем коварность ситуации. И противопоставим этой коварности эффективную борьбу с нынешней политклиникой. Ибо вся ставка врага – именно на то, что такая борьба нами будем проиграна.
Дадим же врагу полномасштабный адекватный отпор.
Мы начинаем новый сезон. Мы переходим в новое качество, вытекающее из вызовов, которые бросает нам время. И мы не пасуем перед этими вызовами. Мы оцениваем их чрезвычайность и противопоставляем ей нашу полноценную мобилизованность – социальную, политическую, моральную, экзистенциальную, метафизическую.
До встречи в СССР 2.0!

УСЛОВИЯ И РИСКИ ПРИСОЕДИНЕНИЯ РОССИИ К ВСЕМИРНОЙ ТОРГОВОЙ ОРГАНИЗАЦИИ (ВТО)

Аналитический доклад подготовлен Международным общественным фондом
«Экспериментальный творческий центр» (Центр Кургиняна).

С точки зрения рисков для экономики России при вступлении в ВТО наибольшую угрозу, по мнению большинства экспертов, представляет экспансия на российские рынки промышленных и финансовых корпораций КНР. Причины – высокая конкурентоспособность китайской продукции и услуг (ввиду заниженного курса юаня и низких по сравнению с Россией расходов на труд), а также почти неограниченные (и оговоренные при вступлении КНР в ВТО) возможности государственной поддержки экспорта. Это, при снижении пошлин и отмене Россией других защитных мер, практически лишает российских производителей возможности эффективно бороться за сохранение своей доли на отечественном рынке.

Основные нормы ВТО

1.1. Нормы ВТО не учитывают международные нормы ООН и др., и имеют приоритет в отношении национальных правовых установлений (в том числе, по охране труда, минимальной зарплате, социальным нормам, экологическим нормам и т.д.). Вступление в ВТО предполагает, что при коллизиях норм будут применяться нормы ВТО.

1.1.1. В правилах ВТО (соглашение по торговле и услугам ГАТС) предусмотрен «тест на необходимость» для национальных законов. Национальные законы не могут «ограничивать торговлю более, чем необходимо». Трактует понятие «необходимость» Суд ВТО или «Комиссия ГАТС по урегулированию споров». Заседания суда и Комиссии не публичны, а в качестве судей или экспертов могут заседать заинтересованные стороны. То есть, «Комиссия ГАТС по урегулированию споров» обладает фактическим правом вето на решения парламента или правительства любой страны в части торгового регулирования.

1.1.2. Если государство заключило соглашение об облегчении торговли с одной страной, то это соглашение должно действовать и по отношению к инвесторам других стран-членов ВТО.

1.1.3. Право ВТО – прецедентное (судебные решения основываются на уже принятых решениях). Так, чем больше решений было уже вынесено против жестких требований экологии и безопасности продуктов питания, или жестких норм охраны окружающей среды, тем больше аналогичных решений будет вынесено впоследствии.

1.1.4. Решения Суда утверждаются автоматически, если не высказано единогласное мнение об отказе в его утверждении. То есть сторона, желающая блокировать принятие решения, должна убедить все государства-члены ВТО (включая представителей противной стороны) в необходимости отказаться от его утверждения.

1.1.5. В случае, если какая-либо сторона в ВТО обвиняет другую в применении дискриминационных норм, то свою правоту должен доказывать не обвинитель, а обвиняемый. Например, если Россия ограничивает импорт американского мяса, обработанного хлором или содержащего антибиотики, а США заявляют в ВТО протест, то именно Россия должна доказывать, что это мясо вредно.

1.1.6. Отказаться от обязательств перед ВТО по либерализации торговли или изменить условия по обязательствам возможно только через три года после вступления в силу этих обязательств, и только после выплаты компенсаций за текущие и будущие убытки торговым партнерам. Объем компенсаций определяет Суд ВТО или назначаемый Орган по урегулированию споров, профильный по конкретным соглашениям.

Если не будет достигнуто соглашение о компенсациях, или страна-ответчик не выполняет рекомендации по компенсациям, ВТО может разрешить стране-обвинителю приостановить действие ее уступок и обязательств по отношению к стране-ответчику.

1.1.7. В настоящее время в мировой прессе появляются публикации, утверждающие, что максимальная санкция «симметричного отказа от уступок» стране-ответчику является недостаточной, и что в режим санкций следует ввести нормы принудительного изъятия утвержденных ВТО компенсаций в пользу страны-обвинителя в виде отчуждения зарубежных финансовых или иных активов страны-ответчика. Однако в ВТО эта идея поддержки пока не находит.

Некоторые эксперты не исключают, что готовящиеся в ряде стран законы по образцу «закона Магнитского» в США (причем с неограниченным и секретным списком государств и лиц, против которых вводятся санкции) могут стать инструментом давления на лиц, принимающих решения в сфере выплаты компенсаций по обвинениям в нарушениях режима ВТО.

1.2. В правовую основу ВТО входят следующие основные соглашения:

GATT (ГАТТ, Генеральное соглашение по тарифам и торговле);

GATS (ГАТС, Генеральное соглашение по торговле и услугам);

TRIPS (Соглашение по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности);

TRIMS (Соглашение по инвестициям);

AoA (Соглашение по сельскому хозяйству);

SPS (Соглашение о санитарных и фитосанитарных мерах);

ТВТ (Соглашение о технических препятствиях торговле);

соглашения по субсидиям;

антидемпинговые меры;

соглашения по финансовому рынку.

2. Основные обязательства России при вступлении в ВТО

2.1. GATT (соглашение по тарифам и торговле) требует от членов ВТО последовательных сокращений торговых пошлин и тарифов до минимальных, а также отказа от поддержки экспорта «сверх необходимого».

Россия в рамках присоединения к ВТО согласилась на ограничение импортных пошлин по более чем 700 товарным позициям. По итогам переходного периода РФ взяла обязательство снизить средневзвешенную ставку импортного тарифа на товары до 7,8% с 10% в 2011 году.

Средний сельскохозяйственный тариф будет снижен до 10,8% с нынешних 13,2%, средневзвешенная импортная пошлина на промышленные товары – с 9,5% до 7,3%. Более трети импортных тарифов будет снижено с момента присоединения, еще четверть – спустя три года после него.

При этом в России суммарная господдержка экспорта не превышает $600 млн. в год. В мире господдержка только по линии страхования экспорта в 2011 г. составила (в млрд долл): Китай – 60; Франция – 30; США – 17; Индия – 15; Германия – 13; Италия – 10; Бразилия – 10; Япония – 5; Канада – 5; Великобритания – 3.

2.2. GATS (соглашение по торговле и услугам) требует открыть для иностранного капитала следующие сектора:

Деловые услуги: врачи, ветеринары, адвокаты, налоговые консультанты, архитекторы, инженеры, юристы, компьютерные услуги, базы данных, исследования и разработки, услуги в области недвижимости, ремонт и уборка помещений, лизинг транспорта, судов, производственного оборудования, реклама, ремонт, типографии, экономические консультации и другое.

Услуги в сфере коммуникаций: почта , курьерская доставка , телефон, электронная почта, передача данных, телекс , телевидение, радио, производство фильмов, видео, музыки и другое.

Строительство и монтаж: все виды строительства.

Торговля: оптовая и розничная торговля, франшиза и другое.

Образование: детские сады, школьное образование, высшее и профессиональное образование, дополнительное образование и другое.

Услуги в сфере экологии : водоснабжение и канализация, мусор, санитария и др.

Финансовые услуги : все типы страхования (жизни, от несчастных случаев, медицинское и т.д.), банковские и финансовые услуги, в том числе деривативы и т.д.

Медицинские и социальные услуги : больницы, другие услуги в здравоохранении и социальные услуги,

Туризм : гостиницы и рестораны, турагентства, гиды и т.д.

Отдых, культура и спорт : театры, цирки, сектор досуга, новостные агентства, библиотеки, архивы, музеи, другие культурные услуги и другое.

Транспортные услуги : морское и речное судоходство, авиаперевозки, космические полеты, железные дороги, система дорог, нефтяные трубы и другое.

Энергетика: добыча и транспортировка полезных ископаемых. Пока переговоры проходят в основном на двусторонней основе, но открытие этого сектора планируется навязать всем странам в ближайшем будущем. (http://www.wto.org/english/tratop_e/serv_e/energy_e/energy_e.htm)

Другие не перечисленные услуги.

Вступая в ВТО, Россия примет на себя обязательства по 116 видам услуг из 155, предусмотренных классификацией ВТО. То есть, Россия в сфере регулирования ГАТС сумела оговорить минимум особых условий. Кроме того, согласно правилам ВТО, ее члены обязаны постепенно снимать все ограничения, которые они изначально установили для иностранных лиц и компаний в перечнях своих обязательств.

2.3. TRIPS (Соглашение о защите прав интеллектуальной собственности в сфере торговли) требует выплат за использование страной-членом патентов других стран. Россия в этой части соглашения никаких своих особых условий не оговорила (в отличие от Китая, Индии, Бразилии, ЮАР и т.д.).

97% мировых патентов принадлежат высокоразвитым странам. В том числе, патенты на все разработки и ноу-хау, сделанные в СССР/России и вывезенные из страны за последние 20 лет либо в порядке проведения исследований на зарубежные гранты, либо в форме «утечки мозгов». В результате поставки в Россию оборудования и технологий в целях планируемого технологического перевооружения экономики обязательно будут иметь «патентную» надбавку к цене.

Из первоочередных последствий в данной сфере специалисты предсказывают в России неизбежное подорожание лекарств. Причина в том, что правила ВТО не позволяют закупать и использовать дженерики (дешевые аналоги запатентованных лекарственных средств).

2.4. TRIMS (соглашение по инвестициям ) запрещает выдвигать иностранным инвесторам особые условия приема инвестиций. В частности, Россия не сможет требовать от зарубежных корпораций использовать продукты, сырье и материалы, произведенные в стране, нанимать в качестве части работников население страны, а также выдвигать в качестве инвестиционного условия требования передачи технологий .

В этой части соглашений по ВТО Россия (в отличие от Китая, Индии, Бразилии, ЮАР) существенных особых условий также не оговорила.

2.5. AoA ( c оглашение по сельскому хозяйству) запрещает странам-участницам ВТО оказывать какие-либо меры господдержки производства и экспорта сельхозпродукции сверх согласованных в ходе переговоров о вступлении.

Начиная переговоры о присоединении к ВТО, Россия определила уровень поддержки сельского хозяйства в 89 млрд. долл. (среднегодовой уровень субсидий в 1989-1991 гг.). Затем наша делегация последовательно «сдавала» первоначальные позиции сначала до 36 млрд. долл., позднее - до 16 млрд. долл. В итоге переговоров на момент вступления России в ВТО уровень допустимых субсидий определен в 9 млрд. долл., а к 2017 г. должен быть снижен до 4,4 млрд. долл. В 2011 г., по официальным данным, у нас на поддержку сельского хозяйства из бюджета было выделено 125 млрд. руб (чуть более $4 млрд).

При этом, по данным Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), государственные субсидии сельскому хозяйству в США возросли со 100 млрд. долл. в 2007 г. до 120 млрд. долл. в 2009 г., в Японии - с 55 млрд. до 57 млрд. долл., а в странах Европейского союза (27 государств) несколько понизились – с 160 млрд. до 140 млрд. долл. (OECD. Stat, http://stats.oecd.org.).

В итоге на 1 гектар пашни в России выделяется в 40 раз меньше средств, чем в Евросоюзе, и в 15-17 раз меньше, чем в США. Специалисты признают, что российская сельскохозяйственная конкуренция на открытом рынке на таких условиях невозможна.

3. Наиболее болезненные обязательства России при вступлении в ВТО и последствия их выполнения

3.1. В сфере доступа к природным ресурсам Россия взяла на себя обязательства повышения цены на природные ресурсы для производства внутри страны (цены для граждан оговорено временно регулировать) до уровня экспортных цен на ресурсы. В части доступа иностранных фирм к строительству нефте- и газопроводов, дамб и электростанций уже готовы исковые документы стран-членов ВТО, требующие отменить внутрироссийское законодательство, которое ограничивает такой доступ «сверх необходимого».

Далее, Россия взяла на себя обязательства по допуску иностранных юридических и физических лиц из стран-членов ВТО к оказанию услуг по геологическим и геофизическим научным изысканиям без ограничений. Так, поскольку Закон "О недрах" и законодательство по Соглашениям о разделе продукции (СРП) противоречат правилам ВТО ( например, закон об СРП требует, чтобы не менее 70% оборудования и услуг, используемых в проектах, были российского производства) , то эти законы потребуется отменить .

Указанные условия вхождения в ВТО приведут к потере права собственности на геологическую информацию о недрах, которую будут получать иностранные недропользователи; к потере преимуществ отечественных недропользователей при оформлении права разработки открытых иностранными компаниями месторождений полезных ископаемых; к потере исключительного права Российской Федерации на объекты интеллектуальной собственности, созданные на базе геологической информации о недрах.

Иными словами, руководство России даже не будет знать, что именно, в каком объеме и качестве, имеется в национальных недрах.

Отметим, что в США и Китае к нефтегазовому сервису допущены только национальные компании, что обусловлено стратегической значимостью для безопасности страны результатов геологоразведочных работ, сейсморазведки, бурения, геофизических исследований континентальных и морских скважин.

3.2. В сфере финансовых услуг из принятых соглашений с ВТО особенно опасным является положение, согласно которому федеральные финансовые органы не смогут применять меры, которые бы не допускали увеличения оперативного капитала банков, получающих иностранные инвестиции; препятствовали расширению масштабов или объемов бизнеса таких банков (то есть захвату доли рынка отечественных банков); препятствовали участию банков с иностранными инвестициями в открытии внутренних филиалов в РФ (то есть территориальной экспансии зарубежных банков).

Оговоренные квоты на долевое присутствие иностранных банков в финансовой системе России при этом работать не будут, поскольку увеличение уставного капитала зарубежных банков за счет прибыли, полученной в РФ, или прибыли, возвращенной в РФ из-за рубежа, будет считаться внутренними инвестициями. Кроме того, все капиталовложения, сделанные российскими юридическими лицами, финансируемыми из-за границы, в дочерние компании и внутренние отрасли РФ, также будут считаться внутренними инвестициями.

То есть, принятые Россией условия вступления в ВТО фактически снимают почти все ограничения на действия зарубежных финансовых структур в России.

3.3. По данным экспертов АПК, в сельскохозяйственной отрасли наибольшие потери от вступления в ВТО понесут свиноводство и молочное животноводство.

За 6 лет национальной программы АПК только в свиноводство было инвестировано 200 млрд рублей. Сегодня самообеспечение свининой России около 70% (ожидаемое производство в 2012 году – 2,6 млн тонн). На условиях ВТО произойдет быстрое падение производства до 2 млн тонн, свернут работу до 60% свинокомплексов. Первоочередные «кандидаты на банкротство», по данным официальной отчетности по международным стандартам, такие крупнейшие предприятия, как агропромышленный холдинг «Мираторг». В отрасли исчезнут десятки тысяч рабочих мест. В животноводстве одно рабочее место создает около 10 рабочих мест по всей стране – в логистике, переработке и т.д., то есть суммарные потери занятости в отрасли составят сотни тыс чел.

После вступления в силу в России новых таможенных пошлин импортные поставки почти всех молочных продуктов вырастут, а внутреннее производство сократится. Рынок заполнят дешевые импортные молочные продукты с растительными жирами вместо животных. Уже в первый год потери сельхозпроизводителей из-за снижения цены на молоко составят 29 млрд рублей только на объеме товарного молока, дальше потери будут расти. Снижение цен повлечет падение поголовья скота и валового надоя, массовые банкротства производителей, а также резкое сокращение рабочих мест на селе.

3.4. Снижение пошлин на промышленную продукцию при вступлении России в ВТО нанесет очень болезненный удар по большинству отраслей промышленности, исключая сырьевые отрасли низких переделов.

Причина в том, что большинство предприятий российской промышленности работает при низкой рентабельности, многие (особенно в моногородах) убыточны и держатся за счет господдержки (субсидии, льготы, погашение кредитов, долговые амнистии). Снижение пошлин для иностранных конкурентов и недоступность господдержки при вступлении в ВТО, по имеющимся оценкам, приведет в течение ближайших двух-трех лет к разорению и банкротству 30-40 тыс промышленных предприятий. При этом в зоне социально-экономического бедствия окажется более 300 моногородов. Обязательное при вступлении в ВТО повышение внутренних цен на энергоносители и сырье для предприятий ускорит и углубит этот процесс.

3.5. В отраслях ОПК (это около 1300 предприятий и организаций в 64 субъектах России, с занятостью около 2 млн чел) большинство предприятий находится на грани рентабельности или убыточны, в особенности те из них, которые выпускают продукцию гражданского назначения.

Вступление в ВТО исключает существующие ныне меры прямой и косвенной поддержки этих предприятий (в том числе субсидии и долговые амнистии). В то же время при прогнозируемом сокращении доходов бюджета в результате вступления в ВТО – у государства резко упадут возможности поддержки предприятий ОПК механизмом госзакупок.

В этих условиях после вступления России в ВТО быстро и окончательно исчезнут многие отечественные производства, которые обеспечивают производителей оружия и военной техники сырьем, полуфабрикатами, комплектующими изделиями и деталями.

Так, по данным официальной отчетности по национальным стандартам, после вступления в ВТО не смогут обеспечить рентабельность производства такие крупнейшие предприятия ОПК, как ОАО «ЛОМО», ОАО «Уральский оптико-механический завод» и ряд других. Включая некоторые стратегические предприятия, являющиеся «каркасом» экономики и социальной сферы «моногородов» (например, ОАО «Тутаевский моторный завод»).

По оценкам экспертов ОПК, в условиях режима ВТО не смогут «выжить» более 600 предприятий отрасли, будут потеряны до 700 тыс рабочих мест, а также критическая для обеспечения работы и развития отрасли часть высококвалифицированного кадрового потенциала.

3.6. В результате вступления в ВТО и снижения ввозных пошлин на автомобили доля российских производителей на рынке легковых автомобилей упадет с 65% до 40%, на рынке коммерческих автомобилей – с 70% до 35% уже в ближайшие годы, с тенденцией к дальнейшему снижению.

Предложенное правительством для автопрома компенсационное решение в виде косвенной пошлины «утилизационного сбора» не может быть долговечным, оно будет обязательно оспорено и отменено Судом ВТО.

По данным официальной отчетности по международным стандартам, за гранью рентабельности окажутся такие крупнейшие автопредприятия России, как Группа «АвтоВАЗ», Группа «ГАЗ», «Камаз». Эта часть соглашения особенно болезненно скажется на экономической и социально-политической обстановке в городах, где на заводах-производителях автомобилей работает подавляющее большинство населения (Тольятти, Набережные Челны).

Отметим, что в Китае и Бразилии ввоз подержанных автомобилей полностью запрещен, а в Индии иностранные автомобили облагаются налогом в 105– 200%.

3.7. В отрасли производства сельхозтехники пошлина на ввоз новых импортных комбайнов снижается в 3 раза, а пошлина на бывшую в употреблении сельхозтехнику уменьшится в 5 раз. При этом ввоз иностранной сельхозтехники получит в России доступ ко всем разрешенным видам субсидирования.

По данным расчетов объемов выпуска продукции и рентабельности, в условиях режима ВТО такие крупнейшие заводы, как «Ростсельмаш», сразу же становятся неконкурентоспособными и убыточными. У «Ростсельмаша» уже почти не заказывают технику в расчете на то, что в Россию в ближайшее время хлынет дешевая подержанная зарубежная техника. В целом по отрасли прогнозируется снижение доли отечественной сельхозтехники в России с 52% в 2011 г. до 12% в 2015 г. и до 3% к 2020 году. Будет потеряно около 100 предприятий, сокращено более 50 тысяч рабочих мест.

3.8. При вступлении России в ВТО большинство базовых отечественных химических производств становятся неконкурентоспособны. Так, сейчас национальная хлорная промышленность удовлетворяет внутрироссийские потребности в поливинилхлориде (ПВХ) на 50%, остальное импортируется, но в России строятся новые производства. 70% себестоимости ПВХ составляет электроэнергия, которая для российского производителя стоит 2,5-3 рубля за кВт/ч, а в Китае – 30–40 копеек за кВт/ч.

При вступлении России в ВТО ввозные пошлины на ПВХ существенно снизятся, рынок станет абсолютно открытым, цена энергии вырастет. Российские производства автоматически потеряют конкурентоспособность, будут вытеснены с рынка и обанкрочены.

3.9. По оценкам Минэкономразвития, потери отрасли легкой промышленности в результате вступления в ВТО составят не менее 2,7 млрд руб в год, а компенсация потерь за счет господдержки не превысит 600 млн руб в год. Разорение предприятий отрасли продолжится.

3.10. В отношении рынка телекоммуникационных услуг условия вступления России в ВТО являются одними из наиболее тяжелых среди всех секторов сферы услуг (среди стратегических секторов – самыми тяжелыми). Все страны БРИКС в этой сфере оговорили для нерезидентов жесткие ограничения.

Вступая в ВТО, РФ берет на себя обязательства по допуску юридических и физических лиц из других стран-членов ВТО к оказанию телекоммуникационных услуг как внутри РФ, так и за границей, но получателям из РФ, на условиях национального режима без ограничений. То есть, Россия отдает «в общее пользование» важнейшую сферу национальной безопасности.

Далее, иностранные лица будут без каких-либо ограничений допущены к оказанию услуг информационных агентств любым лицам из России посредством учреждения коммерческого присутствия на территории России, не обязательно в организационно-правовой форме юридического лица. Для целей оказания таких услуг лицо из государства-члена ВТО будет вправе открыть, например, филиал на территории России, или использовать агента.

Из всех стран БРИКС Россия единственная открыла для иностранных лиц из стран-членов ВТО рынок услуг информационных агентств, причем на благоприятных условиях.

3.11. Россия при вступлении в ВТО открывает допуск иностранных лиц в сферу услуг патентных поверенных. Это создает возможности неограниченной утечки допатентной информации (технологических решений и ноу-хау) из страны. То есть угрожает информационной и национальной безопасности России , и противоречит ГК РФ и Федеральному закону «О патентных поверенных» (с 1993 г. из соображений национальной безопасности патентными поверенными в России могут быть только российские граждане).

3.12. В сфере услуг оптовой и розничной торговли Россия взяла на себя обязательства допуска зарубежных компаний на российский рынок на условиях национального режима с тремя ограничениями:

коммерческое присутствие допускается только в форме юридического лица РФ;
может быть введена недискриминационная государственная монополия на алкоголь-содержащую продукцию;
обязательства не принимаются в отношении субсидий и иных форм государственной поддержки в отношении торговли ремесленными и иными товарами и объектами, относящимися к национальной культуре и самобытности.

Оптовая и розничная торговля является основной сферой деятельности российского среднего и малого бизнеса (на нее приходится 70-75% оборота всех малых и средних компаний России), это основной состав российского так называемого «среднего класса». Поскольку доступ к кредитам для российских торговых компаний является крайне ограниченным, эксперты прогнозируют при вступлении в ВТО широкую экспансию на наш рынок зарубежных торговых сетей. При этом торговля окажется в значительной мере отрезана от отечественных товаропроизводителей, поскольку иностранные торговые сети, как правило, привязаны к иностранным поставщикам товаров, и, соответственно, создадут барьеры для допуска российских товаров на наш внутренний рынок.

В результате падение доходов и потеря значительной доли рынка отечественными торговыми компаниями могут вызвать резкий рост безработицы как в самой торговле, так и в российских отраслях-поставщиках товаров (по разным оценкам, от 200 до 600 тыс рабочих мест), утерю решающей части российского так называемого «среднего класса», и соответствующие тяжелые экономические и социально-политические последствия.

3.13. В сфере ремонта и обслуживания оборудования Россия взяла на себя обязательства по допуску иностранных юридических или физических лиц из членов ВТО к оказанию услуг как внутри России, так и за границей, но получателям из России. Обязательства России распространяются на услуги по ремонту предметов личного пользования и бытовых товаров (оборудования некоммерческого пользования), а также на железнодорожное и автодорожное оборудование и транспорт, рыбопромысловые и воздушные суда коммерческого пользования.

В этой отрасли сосредоточено, после торговли, большинство рабочих мест малого и среднего бизнеса. Его вытеснение крупными зарубежными компаниями с их сервисно-ремонтными центрами резко повысит безработицу и также приведет к разорению существенной части формирующегося в стране «среднего класса».

Кроме того, Россия, не будучи способна конкурировать с зарубежными фирмами в ремонте и обслуживании импортного оборудования, которое по условиям ВТО будет поступать на наш внутренний рынок, быстро потеряет в этой отрасли имеющийся квалифицированный кадровый потенциал.

3.14. В сфере оказания услуг автодорожных пассажирских и грузовых перевозок (далее АПГП) и технического обслуживания, ремонта оборудования и вспомогательных услуг для автодорожного транспорта (ТРВУ) Россия взяла на себя обязательства допуска зарубежных лиц и компаний на территорию РФ с предоставлением национального режима с двумя ограничениями:

коммерческое присутствие зарубежных компаний допускается только в форме юридического лица РФ;
транспортные средства, осуществляющие перевозки, должны быть зарегистрированы на территории РФ.

Основные риски допуска нерезидентов в данную сферу услуг заключаются в резком повышении нагрузки на автодорожную сеть трансграничными перевозками. По данным Минтранса РФ, нормам по загрузке соответствуют лишь 37% федеральных и 24% региональных автодорог. Рост загрузки автодорог приведет к росту издержек при перевозках. Многие отечественные перевозчики, в силу ограниченного доступа к кредитам и худшего по сравнению с зарубежными конкурентами состояния автопарка, считают себя не способными выдержать конкуренцию с зарубежными перевозчиками. Готовыми успешно конкурировать на отечественном рынке считают себя лишь 1/4 российских транспортных компаний, к конкуренции на рынках СНГ – 18%, в дальнем зарубежье – 9%, а готовыми к членству в ВТО – 10% транспортных компаний. Большинство отечественных компаний считают неизбежным свое поглощение зарубежными конкурентами.

3.15. В сфере строительства и связанных с ним инженерных услуг Россия взяла обязательства предоставить зарубежным компаниям национальный режим деятельности на своей территории с единственным ограничением:

обязательства не принимаются в отношении субсидий и иных форм государственной поддержки в части объектов национальной самобытности и/или зданий и объектов культурного наследия, обозначенных в официальных регистрах.

Следствием станут снижение таможенных пошлин и технологических ограничений на ввоз импортных стройматериалов, экспансия в Россию зарубежных инвестиционных и девелоперских компаний, а также расширение объемов операций зарубежных финансовых институтов на отечественном рынке недвижимости.

В силу доступа к дешевым «длинным» кредитам иностранные девелоперы готовы работать при гораздо более низких нормах прибыли, чем отечественные. Кроме того, зарубежные компании имеют возможность ввозить более дешевые (в том числе дотируемые и некачественные) стройматериалы и оборудование, а также привлекать к проектам в России относительно дешевые и квалифицированные зарубежные кадры.

В связи с этим эксперты считают высоковероятным поглощение иностранными девелоперами значительной части российских строительных и смежных компаний. Так, по расчетам Союза строителей Урала, все сектора стройиндустрии региона, кроме производства огнеупоров, керамической плитки и цемента, на принятых условиях вступления России в ВТО конкуренции не выдержат.

3.16. Россия при вступлении в ВТО без ограничений открывает допуск иностранных лиц к оказанию консультационных и связанных с ними услуг в сфере управления любым лицам из России. Для целей оказания таких услуг лицо из государства-члена ВТО будет вправе открыть, например, филиал на территории России, или использовать агента. То есть, иностранные консультанты будут требовать своего присутствия «на равных» с российскими в сфере управления и менеджмента как в частном, так и в государственном сегментах национальной экономики.

3.17. После вступления в ВТО Россия не сможет пользоваться собственными фитосанитарными нормами для ограничения/запрета импорта вредной или опасной продукции. Нормы, установленные ВТО, гораздо ниже российских и не допускают запрета на импорт продукции с содержанием пестицидов и гербицидов, генно-модифицированных организмов, опасных пластиков и т.д. И даже не разрешают маркировать такую продукцию, считая это нарушением равной конкуренции.

3.18. В сфере здравоохранения Россия взяла на себя обязательства допуска зарубежных компаний и лиц к оказанию коммерческих медицинских и стоматологических услуг без ограничений, а услуг больниц (стационаров) – с правом России ограничивать учреждение нерезидентами коммерческих стационаров на российской территории. Для организации предоставления таких услуг требуется разрешение российской стороны, но оно обязано выдаваться «на недискриминационной основе».

При этом по правилам ГАТС иностранные частные медицинские учреждения должны получать «равные условия конкуренции» с российскими медицинскими учреждениями общественного сектора (включая субсидии, если они предусматриваются). То есть, российские медицинские учреждения столкнутся с растущей «равной» конкуренцией с зарубежными в условиях, когда компании стран-конкурентов имеют безусловные преференции в части госрасходов на медицину и технологического оснащения.

Кроме того, в плане дальнейших переговоров уже поставлен вопрос о допуске зарубежных компаний к приватизации государственных медицинских учреждений в России. В результате специалисты прогнозируют быструю дальнейшую деградацию сферы бесплатных медицинских услуг и резкий рост стоимости платных медицинских услуг, «неподъемный» с точки зрения реальных располагаемых доходов 85-90% домохозяйств. То есть, полное «отсечение» подавляющей части населения страны от качественного здравоохранения.

3.19. В сфере образования Россия дает зарубежным организациям в сфере начального, среднего и высшего образования право деятельности на российской территории на условиях российского «национального режима» (включая трансграничное «дистанционное» образование) всего с двумя существенными ограничениями:

коммерческое присутствие иностранных образовательных учреждений на территории России возможно только через создаваемые российские юридические лица, являющиеся некоммерческими организациями;
Россия не принимает для иностранных компаний в сфере образования обязательства в отношении равного с российскими образовательными учреждениями доступа к субсидиям и иным формам государственной поддержки.

Поскольку сфера образования, особенно начального и среднего, является базой для формирования культуры и мировоззрения граждан, соглашение с ВТО, тем самым, дает зарубежным компаниям крайне высокие возможности влияния на культурные и мировоззренческие позиции российского молодого поколения.

4. Экспертные оценки общих потерь экономики России от вступления в ВТО и перспектив развития социально-экономической ситуации в стране.

4.1. Экономисты оценивают потери бюджета России от вступления в ВТО на первом этапе в 250-300 млрд. руб. в год (более 2% доходов бюджета в 2012 г.) и считают, что далее потери будут нарастать.

Даже по самым оптимистично-консервативным оценкам, в результате вступления России в ВТО сокращение трудовой занятости в стране к 2020 г. составит 2,2 млн человек. Темпы роста ВВП к 2020 г. потеряют 2,5% в год. Прямые потери бюджета от снижения импортных пошлин составят к тому же сроку 300 млрд руб в год. А консолидированный бюджет РФ (в итоге всех потерь) будет терять 500 млрд руб в год.

Самые тяжелые потери ждут пищевую индустрию и сельское хозяйство. В этих отраслях предполагается потеря 1,6 млн. рабочих мест, пищевая промышленность потеряет 40% объема производства, сельское хозяйство – 26% объема производства.

Следующим по масштабам потерь эксперты называют машиностроение: будет потеряно не менее 300 тысяч рабочих мест, причем тяжелое машиностроение и агромашиностроение исчезнут почти полностью, с «домино» потери рабочих мест в смежных отраслях.

В целом прогнозные накопленные потери ВВП РФ к 2020 г. составят до 3,5%, потери промышленного производства – 20%, а спад в обрабатывающей промышленности – более 30%.

4.2. Вступление в ВТО сразу же обесценит и лишит смысла все разработанные и принятые Правительством стратегии развития отраслей («Стратегию развития тяжелого машиностроения до 2020 г.», «Стратегию развития легкой промышленности РФ до 2020 г.», программу развития льняного комплекса до 2020 г., и т.д.). Поскольку все эти стратегии предусматривали на переходный период господдержку (запрещаемую или ограничиваемую ВТО) и меры защиты внутреннего рынка (также запрещенные нормами ВТО).

4.3. Намечаемые Правительством меры компенсации и защиты для отраслей в рамках вступления в ВТО (преференции по госзаказам, антидемпинговые расследования и т.д.) не могут быть долгосрочны и эффективны , поскольку будут внимательно отслеживаться и незамедлительно оспариваться в ВТО. Где у России один (причем очень слабый) голос из полутора сотен. Практика ВТО показывает, что решения Суда ВТО и Комиссии по разрешению споров, за редкими исключениями, принимаются в пользу исков развитых стран.

4.4. Исследования ООН и ОЭСР показывают, что выигрыш при вступлении в ВТО получают только те страны, которые провели основную часть модернизации своей экономики (включая импортзамещение и создание конкурентоспособных отраслей высокого передела) ДО вступления в ВТО.

Из доклада Организации по торговле и развитию» ООН : «обещанные плюсы для развивающихся стран от Уругвайского раунда переговоров ВТО были преувеличены… Вместо этого в развивающихся странах снова растут бедность и разница в доходах внутри страны и между странами, падает занятость» . ( UNCTAD (1999): Trade and development report . New York / Geneva )

4.5. С точки зрения рисков для экономики России при вступлении в ВТО наибольшую угрозу, по мнению большинства экспертов, представляет экспансия на российские рынки промышленных и финансовых корпораций КНР. Причины – высокая конкурентоспособность китайской продукции и услуг (ввиду заниженного курса юаня и низких по сравнению с Россией расходов на труд), а также почти неограниченные (и оговоренные при вступлении КНР в ВТО) возможности государственной поддержки экспорта. Это, при снижении пошлин и отмене Россией других защитных мер, практически лишает российских производителей возможности эффективно бороться за сохранение своей доли на отечественном рынке.

4.6. Отечественные аналитики связывают с предстоящим вступлением России в ВТО уже происходящее в настоящее время существенное сокращение объемов кредитования предприятий «потенциально проблемных» отраслей отечественными и зарубежными банками (из-за опасений невозврата кредитов).

Ряд зарубежных аналитиков считает, что отмечаемые в 2012 г. массированный чистый отток капитала из России, сокращение прямых иностранных инвестиций и снижение участия зарубежных инвестиционных фондов в российских биржевых активах, – также непосредственно связаны с перспективой вступления России в ВТО. За которым, как предполагается, последуют массовые банкротства предприятий, резкий рост безработицы, падение доходов домохозяйств в низших и средних стратах населения, и массовые социальные протесты.

Если издержки от вступления в ВТО мультиплицируются с ухудшением конъюнктуры на мировых рынках энергоносителей (что оценивается как высоковероятное в ходе начинающейся второй волны глобального кризиса), то, как считают эксперты, накопленная Россией валютная «подушка безопасности» будет израсходована в течение года, и далее указанные негативные экономические и социальные процессы могут приобрести неконтролируемый «взрывной» характер.

4.7. Вышедший в апреле 2012 г. доклад Всемирного банка по России прогнозирует, что вступление России в ВТО обеспечит России дополнительный прирост ВВП в ближайшие годы на 3,3%, а в течение10 лет – до 11% в год. Однако при этом ВБ утверждает, что 72% этого прироста станут следствием развития сферы услуг в результате прихода на российский внутренний рынок зарубежных компаний, причем прежде всего – финансовых компаний. А еще 18% прироста ВВП, по прогнозу ВБ, обеспечит снижение импортных пошлин, благодаря которому Россия сможет закупать иностранные товары, оборудование, комплектующие и материалы по более низким ценам. И лишь 10% прироста ВВП Россия имеет шансы получить за счет улучшения условий экспорта стали, цветных металлов и химикатов.

То есть, при анализе условий вступления России в ВТО Всемирный банк признает, что главным (и, якобы, позитивным) результатом этого акта станет массированная экспансия зарубежных корпораций на все российские внутренние рынки. Никакое расширение возможностей допуска России на зарубежные рынки, а также возможностей исправления «сырьевого перекоса» в производственных секторах национальной экономики при этом не предполагается. В частности, страны-члены ВТО не взяли на себя никаких обязательств по снижению тарифных и нетарифных барьеров для экспорта продукции российской обрабатывающей промышленности.

4.8. Необходимо отметить, что перечисленные ВБ меры либерализации допуска зарубежных корпораций на наш внутренний рынок, якобы обеспечивающие прирост ВВП, Россия могла бы принять в порядке собственных законодательных решений, не вступая в ВТО. И не беря на себя неотменяемых обязательств, лишающих правительство практически всех возможностей самостоятельной реализации структурной, промышленной, социальной и иной политики.

5. Перспективы дальнейших негативных для России трансформаций норм ВТО

5.1. В ВТО готовится новый договорный пакет, касающийся экспортных пошлин на энергоносители и сырье, и требующий отмены этих пошлин. Пакет предполагается вынести на обсуждение в ходе следующего саммита Дохийского раунда переговоров по ВТО.

В случае отмены пошлин на экспорт нефти и газа прямые потери бюджета России составят более $110 млрд долл. в год.

5.2. В ВТО готовится пакет документов, в котором предусмотрено резкое ограничение суверенных прав государств на регулирование инвестиционных процессов на своих территориях. Согласно проектам этих документов, зарубежные корпорации должны получить право в судебном порядке оспаривать те национальные законы, которые снижают прибыли ТНК от производственно-инвестиционной деятельности в соответствующих странах. А также – требовать компенсаций за понесенный ущерб и упущенные прибыли. Причем генеральным арбитром в такого рода спорах будут не национальные судебные органы, а Суд ВТО.

5.3. В ВТО готовится пакет документов, запрещающих странам-участницам регулировать объемы (квоты) поставок товаров, включая сырьевые товары, на мировой рынок , что считается манипулированием рынками. Впервые тезис о необходимости запрета на такое регулирование Генеральный директор ВТО Паскаль Лами озвучил в 2010 г.

В то же время, в ВТО уже идет судебный процесс по иску США, ЕС и Японии против КНР по вопросу квотирования Китаем добычи и поставок на мировой рынок редкоземельных металлов. Если КНР этот процесс проиграет, будет создан прецедент, а далее соответствующие требования не-регулирования объемов экспорта будут включены в общий пакет обязательств стран в ВТО.

5.4. Далее, в ВТО готовится пакет документов, запрещающих национальным финансовым регуляторам обеспечивать преференции своим производителям за счет заниженного по сравнению с паритетом покупательной способности (ППС) курса национальной валюты. Попытки США и ЕС обвинить в таком «манипулировании курсом» руководство КНР пока осторожны (ЕС и США слишком сильно зависят от торговли с Китаем) и потому безуспешны.

По указанной причине весьма вероятно, что прецедент (для правовой системы ВТО прецедент имеет ключевое значение) будут пытаться создать на основе обвинения России, которая также имеет курс рубля, заниженный по сравнению с ППС.

Если такое обвинение состоится и будет успешным, Россия лишится последнего инструмента хотя бы частичного поддержания конкурентоспособности большинства отраслей национальной экономики и на внутреннем, и на глобальном рынке.

5.5. Наконец, по данным зарубежных источников и признанию главы Минэкономразвития Андрея Белоусова, ряд стран уже подготовил иски к России в Суд ВТО по оспариванию национальных правовых норм, которые они считают «ограничивающими торговлю более, чем необходимо». Практика подобных исков опять-таки показывает, что они удовлетворяются в пользу развитых стран, способных «продавить» в ВТО нужное решение.

Мир и мы

Доклад руководителя "Экспериментального творческого центра" Сергея Кургиняна на международном семинаре "Россия, Индия, Израиль: стратегии развития", 29 июня 2006 года.

Студенту легко рассуждать о судьбах мира.
Во-первых, у студента вообще нет статуса. Ни высокого, ни низкого – никакого.
Во-вторых, он молод. Он может предположить, что впоследствии будет вершителем судеб мира.
Студенту легко. Профессору намного труднее. У него уже есть статус. И одновременно, он видит над собой "социальный потолок". Кроме того, он немолод. Словом, у него есть все основания спросить себя: "А почему я обсуждаю нечто, находящееся за рамками предмета и статуса? Так поступают маргиналы. Но я не маргинал.

И не хочу быть смешным".
Так рождается основное препятствие на пути обсуждения так называемых "общих вопросов". Преодолевая это препятствие, я задаю вопрос: "Повлиял ли Римский клуб на судьбу мира, судьбу человечества?".
Я ведь не спрашиваю: ОПРЕДЕЛИЛ ЛИ Римский клуб судьбу мира. Я спрашиваю – ПОВЛИЯЛ ЛИ.

Часть 1. О праве на обсуждение

Я не хочу спорить о степени влияния, о качестве влияния. Признаем только, что без докладов Римскому клубу супругов Медоузов, Д.Форрестера, Э.Янча, Я.Тинбергена, Э.Пестеля, М.Месаровича, Э.Ласло, А.Печчеи – мир был бы немного другим. А признав это – сломаем самим таким признанием те профессорские статусные рамки, которые я уже обозначил в качестве главного препятствия на пути к обсуждению самых актуальных общих вопросов.
Сторонники теории заговора, конечно, скажут, что за спиной Римского клуба стояли всемогущие хозяева мира. Но мы-то не разделяем их паранойю. Мы знаем, что Римский клуб создал ушедший на пенсию крупный менеджер Аурелио Печчеи. Да, именно менеджер, а не финансовый магнат. На его идею откликнулось несколько десятков людей. Эти люди не были маргиналами. Но они не были и сверхвлиятельными фигурами. Они не были главами сверхдержав, хозяевами финансовых бирж и сырьевых корпораций. Они не были и носителями высшего официального интеллектуального статуса.
Параллельно с Римским клубом действовал, как вы, наверное, знаете, Совет нобелевских лауреатов. Но он-то ни на что не повлиял. А Римский клуб повлиял. Почему?
Мне кажется, что можно и нужно говорить о четырех основных причинах.
Первая причина состояла в том, что у Печчеи и его друзей не было никаких профессорских комплексов. Русская поговорка гласит: "Не боги горшки обжигают". Печчеи и его сподвижники не ссылались и не оглядывались ни на каких "богов". Они начали "обжигать горшки" сами. А "боги" в это как-то потом встроились.
Вторая причина состояла в том, что Печчеи и его сподвижники хотели "обжигать горшки". Они всерьез считали себя к этому призванными. Они не подменяли эту цель никакими суррогатами.
Короче – люди, сделавшие Римский клуб, были амбициозно целенаправлены, а не просто амбициозны. И – внутренне молоды.
Третья причина – время. К моменту создания Римского клуба всем стало ясно, что ни ООН, ни встречи на высшем уровне, ни громкие международные симпозиумы с необязательными и скучными докладами великих ученых – вообще ничего не могут. А угроза ядерной войны – нарастает. И дополняется целым рядом других угроз. Отнюдь не только экологических.
Тупик, повторяю, был уже ясен для всех. А поскольку что-то нужно было делать, то согласились испытать и такую странную социальную конструкцию, как этот самый Римский клуб.
Таковы три очевидные, нередко обсуждаемые и, как я убежден, отнюдь не самые главные причины успеха Римского клуба. Есть еще четвертая – главная и необсуждаемая причина. К ней и перехожу.
Римский клуб занялся не обсуждением имеющихся констант, а погружением этих констант в новую интеллектуальную среду. Говоря научным языком, он занялся не предметом, а контекстом. Займись он только предметом (или предметами), начни он новый интеллектуальный танец вокруг старых констант, он утонул бы в череде других более весомых и столь же бессмысленных начинаний.
Действительно, с какими уровнями проблем столкнулся мир на рубеже 60-х – 70-х годов ХХ века?
Первый уровень – противостояние и интересы глобальных блоков: капиталистическая и социалистическая системы, НАТО и Варшавский блок.
Второй уровень – интересы сверхдержав СССР и США.
Третий уровень – интересы крупных "автономных" держав: Китая, Индии и других. Четвертый уровень – интересы "недоопределившихся сил": Франции, Германии, Югославии.
Пятый уровень – интересы и проблемы стран "третьего мира", прежде всего, в Латинской Америке и Азии.
Шестой уровень – проблемы "четвертого мира", в основном Африки.
И лишь седьмой уровень – собственно национальная проблематика всех членов пестрого "мирового сообщества".
До работ Римского клуба вся эта многоуровневая проблематика находилась в фактическом "контекстуальном вакууме". Межуровневые связи, конечно, были. Но они были сугубо линейными. Сами проблемные контуры были жесткими и лишенными какой-либо имманентной открытости.
Что сделал Римский клуб? Он поместил эти проблемы в достаточно агрессивный и одновременно питательный глобальный контекст.
Что изменилось? И все – и ничего. Глобальный контекст оказал давление сразу на все проблемные уровни. Проблемы остались. Но они стали в каком-то смысле "пластичными". А связи между проблемными уровнями приобрели определенную нелинейность и гибкость, и одновременно хотя бы отчасти высветили реальную сложность и глубину проблем.
Копии всегда отвратительны. Я никоим образом не призываю копировать Римский клуб. Кстати, он еще длит свое существование. И, поверьте, это сейчас достаточно унылая, бесцветная институция. Мир стал совершенно другим. А Римский клуб остался прежним. А значит, умер.
Копировать что-либо – и бесперспективно, и скучно. По-настоящему наследуется не форма и даже не содержание. По-настоящему наследуется вера в свои возможности. Колумб не копировал Одиссея. Он так же, как Одиссей, знал, что грань между возможным и невозможным весьма условна.
Я заговорил о Римском клубе лишь для того, чтобы пригласить в этот зал, за один стол с моими близкими друзьями и добрыми знакомыми еще одно действующее лицо – возможность невозможного. Путь она окажется с нами за одним столом. И поможет нам избежать бессмысленной профессорской сдержанности.
Изгоняю ли я, приглашая ее, дух прагматизма? Никоим образом. Общие разговоры бесплодны, если они не порождают конкретики. Общие разговоры должны давить на конкретику, по-новому высвечивать ее, обнаруживать в ней неочевидные слагаемые и уровни. Общие разговоры всегда должны вестись с оглядкой на деятельность, на влияние. Они должны рождать решения. Мой опыт показывает – решения возникают тогда, когда их хотят получить. Мне удавалось что-то решить с тремя-пятью единомышленниками. А рядом стояли влиятельнейшие люди, стонавшие по поводу того, что все кончено, и надо перебегать в лагерь победителя.

Часть 2. О методе обсуждения

Право обсуждать общие проблемы никто не дает. Его берут. Но общие проблемы не оторваны от частностей. Не противостоят им. Оторвать общее от частного очень просто. И очень скучно. Но ведь и частное в отрыве от общего обладает весьма сомнительной ценностью. Давайте на секунду задумаемся, откуда вообще взялось это противопоставление.
Казалось бы, наиболее логично и естественно постоянно двигаться между "общим" (верхним) и "частным" (нижним) проблемными уровнями: нащупать проблему в общем, связать ее с другими общими проблемами, спуститься в сферу частных проявлений, двинуться по полю частного к иным связанным частным вопросам, от них подняться к общему и так далее.
Казалось бы, это единственно правильный метод поиска решения. Правильный метод обсуждения проблем с ориентацией на такие решения. Но почему этот метод не всегда используется? Или, точнее, почти никогда не используется?
Для того чтобы это понять, нужно лишь слегка модифицировать схему. Заменить в ней слова, которыми называются общее и частное. Если "частное" – это "технология", то "общее" – это что?
Со времен Канта, оказавшего решающее влияние на западное, а значит, и общемировое мышление, "общее" при подобной замене – это "методология".
Но не упрощаем ли мы аналитическую схему, низводя все общее к методологии?
Почему я называю это низведением? Потому что в докантовской и посткантовско-антикантовской традиции – методология не является верхним этажом мышления об общем.
Над методологией есть онтология.
Над онтологией – еще и метафизика.
И, соответственно, необходимое "путешествие" между уровнями анализа должно включать еще и выход мысли в эти уровни "общего", движение в этих уровнях по каким-то траекториям в логике "общего", и обратные спуски в "частное".
Кто-то скажет, что метафизика и онтология адресуют к нерациональному религиозному мышлению.
Во-первых, это категорически не так. И я чуть ниже это сжато проиллюстрирую.
А во-вторых, само по себе это не может быть решающим аргументом в ситуации, когда влиятельнейшие политические лидеры через слово апеллируют к высшей воле и трансцендентальному промыслу.
Что же касается обещанной иллюстрации, то она такова.
В эпоху СССР каждый генеральный секретарь ЦК КПСС начинал свой доклад определением содержания исторической эпохи, в пределах которой КПСС проводит данный курс. И это мне нравилось. Не хочу сказать, что мне все нравилось в докладах генеральных секретарей ЦК КПСС. Но это нравилось безусловно. Ибо в таком подходе читалась хоть какая-то (увы, слабеющая) воля к глобальной самостоятельности. Начинать так политический текст может только политический капитан, который сам рулит кораблем. Кстати, неважно, большим или малым. Важно, что он рулит сам.
В чем было содержание эпохи?
В переходе от капитализма к социализму. Этот переход предъявлялся как генеральная историческая тенденция. Поскольку СССР находился в социализме, а его противники – в капитализме, то эта генеральная историческая тенденция как бы наполняла историческим ветром паруса советского корабля.
Оставим здесь в стороне вопрос о правильности определения тенденции, о советскости корабля. Будем просто использовать такие аналитические метафоры, как "корабль", "тенденция", "исторический ветер".
И отдадим себе отчет в прагматическом значении этих общих адресаций. СССР, на уровне онтологии, оказывался прогрессивным (угадавшим историческую тенденцию), его враги – реакционными (сопротивляющимися исторической тенденции).
Дальше можно было спускаться в пространство реальной коммунистической (советской) идеологии. А оттуда – в абсолютную прагматику конкретных политических, экономических, социальных и т.д. решений.
На этом примере я показываю, что онтология отнюдь не обязательно связана с религией. И что онтологичность не исключает прагматичности.
Мне возразят, что так вел себя СССР. И потому проиграл.
Что ответить? Перед этим семинаром я решился прочитать главные американские политические документы (речи президентов и прочее). А также ключевые политические статьи. Я просмотрел достаточное количество телевизионных передач. И я могу утверждать, что с общих логических позиций США ведут себя так же.
То есть:
а) они рассуждают об исторических тенденциях (о содержании исторической эпохи);
b) они определяют содержание эпохи (да, мы живем не в эпоху перехода от капитализма к социализму! Но мы живем в эпоху перехода от тоталитаризма к демократии);
с) задав онтологию (содержание эпохи), они строят идеологию (ось добра и ось зла). При этом построение по логическим приемам эквивалентно советскому.
Ось добра – это то, что выражает "завтрашний день" в рамках заданной исторической тенденции. Завтрашний день связан с победой демократии.
Ось зла – это то, что выражает "вчерашний день" в рамках заданной исторической тенденции. Вчерашний день – это тоталитаризм.
К чему я все это говорю? К тому, что и СССР, и США, задавая разную онтологию (содержание исторической эпохи) и коренным образом расходясь в этом, апеллировали к одной метафизике – метафизике прогресса.
С точки зрения этой метафизики, хорошее – это то, что собирает в свои паруса ветер истории. Хорошее – это прогрессивное. Это то, что помогает истории состояться, торопит историю, расчищает преграды на ее пути. То есть хорошее – это причастное к богу (я бы сказал – светскому богу), имя которого "История".
Плохое – это то, что идет против ветра истории. Это то, что ставит препятствия на пути истории. Это то, что цепляется за вчерашний день. Это то, что мешает богу – то есть является прислужником дьявола.
Что здесь важно? Что онтологии и идеологии у СССР и США были разные, а метафизика – одна.
Возможна ли другая метафизика? Безусловно, возможна! Для того же Платона (Платона вообще, и особенно Платона в прочтении Карла Поппера) история – это зло. Это отпадение от золотого века. И нужно сделать все возможное, чтобы не допустить этого отпадения. Чтобы сдержать, остановить историю. Для Гитлера это было именно так.
А для Сталина (и еще больше для Ленина) все обстояло противоположным образом. То есть – налицо две полярные метафизики. И они совсем не канули в прошлое.
Подчеркну: главные различия связаны не с тем, как идти по путям истории! Эти различия носят менее фундаментальный характер. Наиболее фундаментальные антагонизмы связаны с тем, нужно ли вообще идти по путям истории. С тем, каковы смысл и ценность истории. Именно вокруг этого идет настоящая борьба.
Одна метафизика утверждает Историю и Прогресс как благо.
Другая метафизика утверждает Историю и Прогресс как зло.
А есть еще и такая точка зрения (ее до недавнего времени отстаивал Фукуяма), что История – не благо и не зло. Что ее попросту уже нет, что она завершена, закончена. И эта метафизическая позиция, как и две другие – находится вне религии, то есть утверждается и обсуждается в пределах секулярной рациональности.
Я много раз протестовал против отождествления коммунизма и фашизма. И не только с прагматических позиций. Моя страна под коммунистическим знаменем победила фашистское зло. Приравнивание означает обнуление моего исторического капитала.
Это, конечно, важно. Но не к этому все сводится. Уравнивание коммунизма и фашизма разрушает архитектуру Мысли. Потому что исчезает разница между высшим, метафизическим этажом, и более низким – онтологическим. Разрушение архитектуры Мысли обязательно приведет к практическим ошибкам. Приведет в будущем или уже привело? Могу ли я спуститься с верхних этажей к прагматике? Безусловно, могу.

Часть 3. От права и метода – к предмету

Что такое, под этим углом зрения, победа ХАМАС в Палестине? Или хотя бы относительный успех "Братьев-мусульман" в Египте?
Очень бегло адресуюсь к определенной (прошу прощения за ее общеизвестность) конкретике.
В конце июня 2005 года Кондолиза Райс начала турне по странам Ближнего Востока.
18 июня 2005 года Райс посетила Израиль и Палестинскую автономию и провела переговоры с Махмудом Аббасом и Ариэлем Шароном. Райс заявила: "Безопасность Израиля очень важна для США". И дальше: "Мы поддерживаем программу одностороннего выхода из сектора Газа, которая улучшает ситуацию в регионе".
На переговорах с Аббасом Райс заявила, что США продолжают считать ХАМАС террористической организацией, однако "палестинские избиратели вольны голосовать за тех, за кого они считают нужным".
Мы считаем, что весь смысл визита Райс как раз и был в этом "однако". С общей точки зрения (к которой все, конечно же, не сводится), поведение Райс логично. Раз метафизики нет, и главное – онтология, а эта онтология описывается как переход человечества от тоталитаризма к демократии, то везде надо продвигать демократию. И тогда палестинские избиратели должны получить соответствующие возможности.
Какие возможности? Именно в день встречи Райс с Аббасом палестинский парламент подписал новый закон о выборах, предложенный президентом. Аббас этим подписал себе политический приговор.
В самом деле, согласно этому закону, число депутатов в законодательный орган Палестинской автономии было увеличено с 88 до 132. Причем одна половина из них должна избираться по партийным спискам, а другая по округам. Простые расчеты показывают, что продвижение ХАМАС в парламент оказалось не просто обеспечено. ОНО ОКАЗАЛОСЬ ОБЛЕГЧЕНО.
19 июня 2005 года Кондолиза Райс прибыла в Иорданию для встречи с королем Абдаллой II.
20 июня она провела в Египте переговоры с Хосни Мубараком и произнесла в Каирском Американском университете очень важную речь. В этой речи Райс прямо заявила: "Мы меняем курс". В какую же сторону?
Опять цитата из Райс: "Мы поддерживаем демократические устремления всех народов. Настало время отбросить все оправдания, сдерживающие тяжелую работу демократии".
В переводе на язык политической прагматики это означает, что не только ХАМАС в Палестине, но и "Братья-мусульмане" в Египте получают соответствующую скрытую легитимацию.
В ноябре 2005 года Кондолиза Райс приняла участие в урегулировании проблемного вопроса о передвижениях палестинцев через КПП "Рафах" на границе Египта и сектора Газа, где произошли волнения.
14 ноября 2005 года она неожиданно приехала в Иерусалим (хотя должна была лететь в Южную Корею) и затем после переговоров в Рамалле с Аббасом сообщила, что найдено "принципиальное решение" проблемы передвижения палестинцев через границу между Египтом и сектором Газа. Решение оказалось следующим.
Видеоматериалы, получаемые с КПП "Рафах", отныне должны просматривать на соседнем КПП не только израильтяне, но и палестинцы, а также представители ЕС. Помимо этого, а также планов строительства в секторе Газа аэропорта и морского порта, Израиль должен ликвидировать около 100 блокпостов на Западном берегу реки Иордан.
Заметим, что "принципиальное решение" было найдено через 4 дня после того, как в Египте (10 ноября 2005 года) прошел первый тур парламентских выборов. Фаворитом выборов считалась правящая Национал-демократическая партия (НДП), фактически руководимая сыном президента Х.Мубарака Гамалем. Однако уже в этот момент соцопросы показывали, что за "Братьев-мусульман" готовы голосовать до 44% избирателей.
Онтология перехода от тоталитаризма к демократии начала давать соответствующие практические плоды. Другое дело, что этому воспрепятствовали.
Накануне египетских выборов на участках происходили столкновения, имелись десятки раненых. "Аль-Джазира" сообщила об аресте 350 сторонников "Братьев-мусульман". В районы, подконтрольные этой организации, были направлены спецсилы безопасности. И все-таки при первом туре голосования "Братья-мусульмане" получили 34 места в парламенте.
Сразу после этого, 11 ноября, Кондолиза Райс прибыла в Ирак. Из соображений безопасности информация о визите не разглашалась.
20 ноября состоялся второй тур голосования в Египте, который добавил "Братьям-мусульманам" новые голоса.
На следующий же день, 21 ноября, в Израиле произошел политический кризис. Ариэль Шарон заявил о выходе из партии "Ликуд" и выдвинул требование о досрочном роспуске парламента. К кризису привел раскол в рядах правящей коалиции – из-за споров о завершенном в сентябре выводе еврейских поселений из сектора Газа.
25 ноября 2005 года израильская и палестинская стороны договорились об открытии КПП "Рафах" в секторе Газа. Впервые за 38 лет в Палестинской автономии открыта внешняя граница, которая позволяет палестинцам более свободно перемещаться на территорию Египта, где как раз вовремя состоялся успех "Братьев-мусульман".
В самом деле, 26 ноября "Братья-мусульмане" добиваются крупных успехов на парламентских выборах в Египте. В этот день в результате дополнительного тура выборов они получили еще 29 мест в парламенте. Таким образом, по общему итогу, на первом месте осталась правящая Национал-демократическая партия (197 мест), "Братья-мусульмане" получили в общей сложности 76 мест и вышли на второе место, а остальные партии и движения разделили 28 мест.
Триумф "Братьев-мусульман" мог бы быть еще более полным, если бы не "остаточный тоталитаризм" египетской власти, помешавший абсолютизации этой демократической онтологии.
В ходе дополнительного тура выборов произошли столкновения между сторонниками "Братьев-мусульман" и правящей Национально-демократической партией. В связи с этим проведены массовые аресты. По заявлениям "Братьев-мусульман", было арестовано 680 членов их движения.
Однако и на этом выборная эпопея в Египте не закончилась.
8 декабря 2005 года прошел еще один дополнительный тур. Этот последний день голосования был отмечен повсеместными столкновениями между избирателями, пытавшимися пробиться на участки и проголосовать за представителей оппозиции, и полицейскими, сопротивлявшимися их онтологическому стремлению. Что сделали США?
Они (видимо, с онтологических позиций) осудили действия египетских властей. То есть помогли "Братьям-мусульманам" еще раз.
9 декабря 2005 года в Египте были подведены окончательные итоги парламентских выборов. Правящая партия получила свои 73% мест. Движение "Братья-мусульмане" получило почти 20% мест и смогло, таким образом, создать единственную крупную оппозиционную фракцию. Демократическая онтология обернулась специфической метафизикой. И это еще не конец игры.
25 января 2006 года ХАМАС побеждает на парламентских выборах в Палестинской автономии и получает 76 мест в парламенте (окончательно – 74).
ХАМАС – это просто филиал "Братьев-мусульман". Программа "Братьев-мусульман" общеизвестна. Демократическая онтология? Мне кажется, что она налицо. Она подарена в Египте "Братьям-мусульманам" ("Мы поддерживаем демократические устремления всех народов. Настало время отбросить все оправдания, сдерживающие тяжелую работу демократии"). Работа и впрямь оказалась тяжелой. И эта же онтология подарена в Палестине филиалу "Братьев-мусульман" под названием ХАМАС ("палестинские избиратели вольны голосовать за тех, за кого они считают нужным" – то есть за ХАМАС).
Остается уточнить, имеет ли место обрушение здания Мысли, или же это здание существенным образом перестроено. В этой связи – краткий аналитический экскурс.
ХАМАС активизировался в Палестине в момент, когда горбачевская перестройка лишила ФАТХ прежних советских подпиток. То есть процесс сдвинулся в сторону объективных интересов Израиля. Кто помешал этим воспользоваться?
Уж никак не СССР! Имея очень серьезные позиции в среде светских арабских националистов (как умеренных, так и радикальных), СССР не имел таких позиций в радикально-исламских организациях. А если и имел – то в виде малой доли в чужом пакете акций. Тогда кто же активизировал ХАМАС?
Мои израильские друзья указывают на какие-то неловкости в самих израильских спецслужбах, пытавшихся играть на противоречии ФАТХа и ХАМАС. Наверное, это имело место, но имело ли это решающее значение? Кое-кто в лагере американских республиканцев превращает эти неловкости израильских спецслужб (или их тактические маневры) в стратегию. "Мол, Израиль только и может, что спасать себя через исламскую радикализацию – то есть через усиление ХАМАС".
Это, безусловно, неверно. Поскольку игнорирует очевидное. ХАМАС – часть "Братьев-мусульман". А "Братья-мусульмане" были созданы задолго до возникновения Израиля. Для чего? Как минимум, не для торжества прогрессистской метафизики, поскольку они ее категорически отрицают. Что, если они созданы с прямо противоположной целью? Пока это – лишь смелая гипотеза. Но не надо с порога ее отбрасывать.
Сводить все к тактике, к упрощенным схемам тут вряд ли стоит. Кстати, подобное низведение имеет общеизвестные гносеологические корни. Оно основано на превращении здания Мысли – в одноэтажный барак. За счет чего? За счет отрыва технологии – и от методологии, и от онтологии, и тем более, от метафизики.
Это чревато синдромом технологизма. Сначала провозглашается: "Мы люди практические, давайте что-нибудь сделаем". А потом говорится: "Вот, мы сделали, действия оказались небезупречными, давайте исправлять издержки действий с помощью нового действия. А вы что предлагаете? Общие рассуждения?". Снова действовать – значит, снова применять технологическую схему в отрыве от всего остального. А это уже синдром.
Почему я называю это синдромом? Потому что такое бегство от анализа должно иметь какие-то корни. И в общем-то понятно, какие. Прежде всего, этот синдром не позволяет применить историко-аналитический метод. В нем нет места анализу роли ваххабитов в распаде Османской империи, роли радикального исламизма в борьбе с Российской империей и с СССР, роли этого же исламизма в борьбе с арабскими светскими режимами. А также с другими светскими режимами (например, с режимом шаха Ирана).
Острие радикального исламизма направлено, во-первых, на неудобные государства, а во-вторых, на ислам как таковой. Случайно ли это?
Никоим образом не абсолютизируя свои схематизмы, я, тем не менее, предлагаю рассмотреть происходящее под следующим углом зрения.
Чем могут быть мотивированы государственные решения?
Национальным интересом как таковым.
Субнациональными (в том числе корыстно-корпоративными) факторами.
Грубыми ошибками.
И, наконец, так называемыми "странными факторами".
Начну с национального интереса.
Если США бомбят Ирак для того, чтобы увеличить свое влияние в мире, то это – игра с позиций национальных интересов. США победили СССР в тяжелом противоборстве и имеют право на соответствующий "приз". Правда, такое право неотрывно связано с ответственностью, но это отдельная тема.
Если США бомбят Ирак потому, что нефтяные корпорации хотят повысить цену на нефть, то это игра с позиций субнациональных (корпоративных) интересов. Можно выделить и другие игры из того же разряда. Важно правильным образом интерпретировать происходящее. Важно также понимать, что влияние корпоративных игр достаточно сильно лимитировано. И все сводить к ним ни в коем случае нельзя. Хотя учитывать их абсолютно необходимо.
Если все не сводится к корпоративным играм (ценам на нефть или объемам наркоресурса) и не описывается в формате "увеличения национальной мощи", то что такое "иракская игра" США?
Сразу же скажут, что это ошибка, грубый недоучет таких-то и таких-то обстоятельств. Конечно, это может иметь место. Но у этого тоже есть определенные лимиты.
Американская элита – отнюдь не самая неинформированная. Она не могла не знать, что большинство населения Ирака – это шииты. Что иракские шииты тесно связаны с иранскими. И что Кум влияет в Ираке больше, чем московский Коминтерн в Германии или Венгрии 20-х годов. Она не могла не знать, что только свирепая власть Хусейна удерживала ирано-иракский баланс, а также суннитскую (то есть антииранскую) власть в Ираке. Начав бомбить Ирак, эта элита должна была понимать – последствиями будет исламская радикализация и иранизация атакуемого пространства. То есть усиление Ирана (в его наиболее радикальном качестве). Это и произошло.
Кроме того, согласитесь, есть какая-то странность в том, чтобы сначала бомбить, а потом предлагать демократически самоопределиться. Если не хочешь создать врага, то либо не бомбишь… А вместо этого подкупаешь, продвигаешь свой позитивный образ, создаешь новый уровень благосостояния и возможности для демократической победы проамериканских партий…
Либо… либо не начинаешь демократическую игру на руинах. Пытаешься сначала превратить руины во что-то убедительное (план Маршалла в послевоенной Германии, план Макартура в послевоенной Японии). То есть проводишь авторитарную (хоть бы и оккупационную) модернизацию. А когда ее плоды налицо – постепенно переходишь к выборам.
Но начать выборы в условиях неизжитого хаоса и в условиях шиитского большинства – можно только с тем, чтобы создать дополнительные возможности для Ирана. То есть строить и строить, расширять и расширять ОТСУТСТВУЮЩИЙ В КАЧЕСТВЕ ГЕОПОЛИТИЧЕСКОЙ ПОЛНОЦЕННОЙ СИЛЫ МЕГАОЧАГ РАДИКАЛЬНОГО ИСЛАМИЗМА.
Можно назвать это борьбой с глобальным джихадом. А можно – созданием субъекта глобального джихада. Может быть, для борьбы с этим субъектом. А может быть, и для чего-то другого.
Для чего именно?
Первый удар по Ираку усилил радикальный Иран.
Второй удар по Ирану (если он состоится) еще усилит радикализацию и распространит ее на шатающийся Пакистан. Борьба с небольшим количеством ядерного оружия в Иране (радикально настроенной исламистской стране) превратит Пакистан в столь же (не исключено, что и более) радикально-исламистское государство. И небольшое количество иранского ядерного оружия заменится серьезным количеством гораздо более совершенного пакистанского ядерного оружия.
Что здесь преобладает?
Слишком грубые ошибки? Полное отсутствие знаний и данных о ситуации? Я это исключаю.
Корпоративный интерес? Он очень велик! О его масштабе говорит хотя бы то, что, интегрируясь в проблемные действия на иракском (и в перспективе иранском) поле, США не атакуют Саудовскую Аравию. Хотя такая атака вряд ли могла привести к издержкам масштаба иракских и иранских. И, казалось бы, давала колоссальные экономические и геополитические приобретения.
Итак, корпоративный интерес очень важен. Но и он не исчерпывает происходящего. Как его не исчерпывают и возможные ошибки.
Приобретения по части национального интереса (даже в самом грубом его понимании) тоже весьма сомнительны.
И тогда я обращаю внимание на последний, четвертый, "странный" фактор. Он не имеет ничего общего с мистикой. Он носит абсолютно рациональный характер.
Есть тип мироустройства, а есть твои (например, США, или совокупного Запада, или еще чьи-то) позиции в этом типе мироустройства. Причем оказывается, что налицо негативные "позиционные тенденции" в этом типе мироустройства.
И тогда, если не удается удержать позиции в существующем типе мироустройства, то выход один – ИЗМЕНИТЬ ТИП МИРОУСТРОЙСТВА.
И тогда, быть может, упомянутые мною "странные факторы" – это не мистика и не попытка укрепления своих возможностей в имеющемся мире, а инструментарий ПЕРЕФОРМАТИРОВАНИЯ ИМЕЮЩЕГОСЯ МИРА.

Часть 4. От предмета – к контексту

О каком переформатировании (гипотетическом, разумеется) может идти речь? На это нельзя ответить без возвращения к метафизике и онтологии. То есть, без ответа на вопрос о том, каково историческое содержание эпохи. С нашей точки зрения (которую мы здесь только выскажем и не будем доказывать, ценя время собравшихся), есть два события, давшие толчок новой онтологии и новой метафизике.
Толчок новой онтологии дал распад СССР. Он вернул мир в действие законов капитализма. Коммунистический Китай не является коммунистическим – постольку, поскольку он готов принять правила капитализма и убежден в своей способности выиграть, играя по этим правилам. А СССР декларировал (и не только декларировал) альтернативные правила. С исчезновением СССР капитализм на планете стал всеобщим – и империалистическим. А мир снова попал под действие "закона неравномерности развития при империализме".
С точки зрения этого закона, Китай 2012 года – это Германия 1912 года. Это новая, стремительно развивающаяся, по сути капиталистическая, страна. Завершение китайской модернизации проблематизирует успехи западного капитализма. Прежде всего, потому, что Китай играет по западным правилам. И западный капиталист не понимает, почему он должен платить американскому или французскому рабочему несколько тысяч долларов или евро, когда есть китайский рабочий, который все то же самое может сделать за 10 процентов суммы.
Миллиард китайцев живет на 10 долларов в месяц. Этот миллиард все время рвется к предоставленной пятистам миллионам китайцев возможности жить на 100-200 долларов в месяц. Китайская власть блюдет интересы западного капитала, воспитывает, лечит, учит китайского рабочего, держит его в строгости. Китайская культура дает дополнительные возможности, подпитывает китайское трудолюбие. Что может Запад (мир старого капитала) противопоставить Китаю (миру нового капитала) в рамках имеющегося "империалистического" формата?
Только то, что Антанта могла противопоставить Тройственному союзу перед Первой мировой войной. То есть военную силу. Военно-морскую силу в первую очередь. Ракетно-ядерную силу… Военно-технологическую силу… Что еще?
В любом случае, это называется – война за позиции в рамках существующего миропорядка. Надо отдавать себе отчет в том, что эта война (в рассматриваемом мною сценарии) почти наверняка будет ядерной. А также – что это будет война за ресурсы. Ведь война, которую вела Германия в 1914-1918 годах, тоже была войной за ресурсы. Где расположены главные мировые "нераспределенные" ресурсы, – тоже понятно. Они расположены в России. От онтологии и общих вопросов я прямо провожу здесь линию, выводящую на очень прагматические вещи.
Но перед тем как Юрий Бялый начнет эти вещи детально обсуждать, я укажу на еще одну общую проблему. Крах СССР – это одно. А крах коммунизма – другое.
Крах СССР проблематизирует геополитическое равновесие, геоэкономическое равновесие.
Крах коммунизма проблематизирует социокультурный источник равновесия – Проект Модерн. И открывает (на метафизическом уровне) путь к далеко идущим переформатизациям мира.
Что такое, с этой точки зрения, те же "Братья-мусульмане"? Это и инструмент социокультурной войны с неудобными странами, и нечто большее. Инструмент переформатизации. Создания формата, в котором можно выиграть, если в формате Модерн выиграть уже нельзя.
Радикальный исламизм можно и нужно рассматривать под этим углом зрения. Не надо табуировать все сразу – с одной стороны, тему, с другой, подобный тип рассмотрения. Ведь речь идет и о враге ислама (поскольку ислам не чужд современности), и о враге всего Модерна, всей современности.
Радикальный исламизм, рассмотренный под этим углом зрения, исламизм культивируемый и наращиваемый (причем именно в варианте максимальной радикализации) – что это? Это оружие войны и чего-то большего. Тут речь идет уже не о конкуренции национальных интересов Запада (прежде всего США) и Китая. Не о конкуренции старого и нового капитала.
То есть, все это сохраняет значение. Но – в новом метафизическом контексте.
Китай остается здесь важнейшим геополитическим антагонистом. Но в этом сценарии предполагается возможность использовать против Китая не ядерное оружие, а рукотворную социокультурную бомбу радикального исламизма. Первые проработки в этом направлении состоялись в Средней Азии. И мы наблюдали их с близкого расстояния. Но дело даже не в этих частностях (хотя Политбюро КПК проявило по этому поводу беспрецедентное беспокойство). Дело, как ни странно, именно в метафизике.
Потому что метафизика современного мира опирается на идеал прогресса как цель истории.
Онтология – это вехи на пути к идеалу (содержание исторических эпох). Если идеал прогресса сохранен, то этот идеал (этот бог, так сказать) должен быть общедоступен. Можно затруднять доступ к богу, но нельзя этого бога приватизировать. Он не был приватизирован даже в колониальную эпоху, когда жесточайшие действия по отношению к колониальным народам оправдывались их приобщением к прогрессу.
Переформатировать мир – значит от метафизики всеобщего прогресса перейти к метафизике избирательного прогресса. Прогресс тогда должен потерять общедоступность и общезначимость. Большая часть мира должна быть отдана силам, которым чужды ценности прогресса. Если этих сил нет в готовом виде, то их надо выстроить с помощью определенных алгоритмов.
Можно при этом подменить метафизику (прогресс) онтологией (политическая свобода). Если с помощью этой подмены в странах начнут утверждаться антипрогрессистские и антизападные большинства – то в рамках конструкторов переформатирования это большой успех.
Один из возможных сценариев такого успеха – антипрогрессистский халифат для значительной части населения земного шара.
Другой сценарий – комбинация нескольких видов архаики, исламистской, но и не только. Притом, что разные типы архаики будут воевать друг с другом. Это называется "управляемый хаос" или "новый мировой беспорядок". Против стран модернизации и прогресса будет применено тогда не ядерное, повторяю, а социокультурное оружие.
Периферия мира окажется контрпрогрессистской. Но и в ядре уже не сможет существовать прогресс. Потому что прогресс – это прогресс для всех. В принципе для всех – при любых ограничениях в сфере реального доступа. Отменить принцип – это значит резко изменить формат.
В ядре такого формата будет уже не модерн, а постмодерн. На периферии – не модерн, а архаика.
Этот сценарий тоже вполне возможен.

Часть 5. От контекста – к практической актуальности

Говорю ли я о мегафантазиях, антиутопиях или о чем-то реальном? С моей точки зрения, все так реально, что дальше некуда. И это прямо касается, в том числе, и нашего семинара. Индийские друзья участвуют в нем сравнительно недолго. Но с израильскими друзьями мы его ведем, начиная с 2001 года.
Постоянно дискутируемый вопрос – будет ли XXI век веком войны цивилизаций. Откуда возник этот вопрос? Он родился на руинах нью-йоркских башен 11 сентября 2001 года. Тогда кому-то казалось, что США будут вести с исламом (или радикальным исламизмом – преподносившимся как очевидная фигура политкорректности) столетнюю войну. Она и станет войной цивилизаций. Пафоса такой заявки хватило не на сто лет, а на считанные месяцы. Президент Буш несколько раз сказал о крестовых походах – и замолчал.
Все дальнейшее развивалось под флагом какой-то войны с терроризмом… Да, с глобальным терроризмом… Да, с терроризмом и экстремизмом...
Если субъект войны – суть фигура умолчания, то что такое война? Возможна ли несуррогатная война при явной суррогатности используемой идеологии? И можно ли победить в суррогатной войне? И хочет ли кто-то этой победы? И что тут такое победа? Вот стратегические вопросы.
Увы, синдром технологизации привел к тому, что для мирового научного сообщества стратегическая (методологическая, онтологическая, метафизическая) повестка дня была подменена бесконечными обсуждениями контртеррористических суррогатов. Хотя в принципе ясно было, что обсуждать надо нечто совсем другое.
К 2005 году – начиная с событий в узбекском Андижане и кончая выборами в Палестине и Египте – "столетняя война" с исламом фактически закончилась. Попытка что-то в этом духе "подогреть" в Иране имеет очевидные последствия. И эти последствия надо осмысливать, не перебирая технологические частности.
Войны с исламом (конфликта цивилизаций) нет, потому что это не нужно. Было ли это нужно кому-то? Или эта нужность лишь имитировалась (а на деле не воевали, а наращивали потенциал радикального исламизма) – это важно. Но еще важнее другое.
Переход от якобы нужности этой войны к ее ненужности – это еще и переход к нужности других войн. А значит, к другим приоритетам, другим союзам. Если радикальный исламизм в новых войнах станет союзником, то кто станет врагом, кто станет "лишним"?
Политические метаморфозы в Израиле и многое другое – находятся в прямой связи с этим. И только игнорирование реальной интеллектуальной многоэтажности при рассмотрении аналитических проблем позволяет избежать признания несомненного. Но тогда это уже синдром, который надо избыть как можно скорее.
Нам всем придется жить в другом мире. Не в мире, где врагом Запада является ислам (радикальный исламизм, салафитский ислам – как хотите). А в мире, где этим врагом Запада становятся (внимание!) незападные страны, идущие по пути Модерна и прогресса. А также сам Модерн в его общечеловеческом наполнении. Повторю: если в его формате нельзя выиграть, то многие хотят сменить формат.
Начнется все с Китая, но им не кончится.
Уже сегодня российская политика представляет собой яростную сшибку элит ШОСа, начинающих переходить под китайский патронаж, и элит, сохраняющих надежды на Запад. Возможность радикального перехода от одной геополитики, в которой функции миропроектирования делегируются США, к другой геополитике, в которой эти функции передаются Китаю, – меня крайне беспокоит. И не потому, что я хочу сохранить статус-кво. Как мы видим, это невозможно.
Но прежде чем кидаться из крайности в крайность, нужно перейти от делегирования кому-то функций миропроектирования – к миропроектной субъектности. То есть, к способности самим осуществлять функции миропроектирования. Что невозможно без восстановления той интеллектуальной полноты, которой я посвятил свой доклад.
Россия – большой корабль. Конечно, меньший, чем СССР. Но все равно большой. А ведь дело не в массивности корабля, а в желании обладать полнотой в том, что касается возможностей стратегического управления его движением.
Все интеллектуальные конструкции, которые здесь представлены – часть подобной попытки вернуть управленческую полноту России.
Вернув это – надо суметь этим распорядиться. Распорядиться этим нельзя, не имея союзников. Союзников – в чем? Вот открытый вопрос. Нельзя ответить на него без тщательной проработки имеющихся метафизических, онтологических, системных проблем, которые я здесь обозначил.
Разумеется, нельзя такую проработку отрывать от прагматики. Но нельзя и абсолютизировать технологии – схемы и частные решения. Это тоже ведет в тупик.
Таково наше видение ситуации.
Мы это видение никоим образом не абсолютизируем. Мы просто делимся им с теми, кто, как нам кажется, тоже заинтересован в одном – в этой полноте управления своими национальными кораблями. У нас нет желания проектировать курсы чужих кораблей. Мы только хотим для себя и для них этой полноты управления, этой интеллектуальной полноты и вытекающей из нее (а без нее невозможной) стратегической суверенности.
Мы верим и знаем, что такая полнота, при абсолютном примате национальных интересов над чем-либо другим, сделает нас союзниками. А если и не сделает – то все равно придаст миру большую устойчивость.
Возможно ли это за счет таких скромных усилий? Тут я жду мнения других участников, адресую их к моим начальным рассмотрениям самого феномена (а не деятельности) Римского клуба.
Источник: Фонд Антикризис